Введение
Процесс потери языка Языковой истощение - это процесс снижения владения языком или его потери. Для первых или родных языков этот процесс обычно вызван как изоляцией от носителей первого языка ("L1"), так и приобретением и использованием второго языка ("L2"), что мешает правильному производству и пониманию первого. Такое вмешательство со стороны второго языка, вероятно, испытывается в некоторой степени всеми двуязычными людьми, но наиболее очевидно среди носителей, для которых язык, отличный от их первого, начал играть важную, если не доминирующую роль в повседневной жизни; эти носители с большей вероятностью испытывают языковое истощение. Это распространенное явление среди иммигрантов, которые едут в страны, где говорят на языках, которые им незнакомы. Износ второго языка может произойти из-за плохого изучения, практики и сохранения языка после того, как прошло время от изучения. Это часто происходит с двуязычными носителями, которые не часто взаимодействуют со своим L2. На языковой износ влияет несколько факторов. Частое воздействие и использование определенного языка часто считается адекватным для поддержания системы родного языка. Однако исследования часто не подтверждают это предсказание. Возраст человека может предсказать вероятность потери языка; дети, очевидно, с большей вероятностью потеряют свой родной язык, чем взрослые. Процесс изучения языка и методы его преподавания также могут повлиять на износ. Положительное отношение к языку, который может привести к его утрате, или к его речевой общине, и мотивация сохранить язык - это другие факторы, которые могут снизить его утрату. Эти факторы слишком сложно подтвердить исследованиями. Эти факторы схожи с теми, которые влияют на приобретение второго языка, и эти два процесса иногда сравниваются. Однако общее влияние этих факторов намного меньше, чем на приобретение второго языка. Износ языка приводит к снижению владения языком. В настоящее время принято считать, что он проявляется в первую очередь и наиболее заметно в словарном запасе говорящих (в их лексическом доступе и их ментальном лексиконе), в то время как грамматические и особенно фонологические представления кажутся более стабильными среди говорящих, которые эмигрировали после полового созревания.
Language attrition is the process of decreasing proficiency in or losing a language. For first or native language attrition, this process is generally caused by both isolation from speakers of the first language ("L1") and the acquisition and use of a second language ("L2"), which interferes with the correct production and comprehension of the first. Such interference from a second language is likely experienced to some extent by all bilinguals, but is most evident among speakers for whom a language other than their first has started to play an important, if not dominant, role in everyday life; these speakers are more likely to experience language attrition. It is common among immigrants that travel to countries where languages foreign to them are used. Second language attrition can occur from poor learning, practice, and retention of the language after time has passed from learning. This often occurs with bilingual speakers who do not frequently engage with their L2. Several factors affect language attrition. Frequent exposure and use of a particular language is often assumed adequate to maintain the native language system intact. However, research has often failed to confirm this prediction. A person's age can predict the likelihood of attrition; children are demonstrably more likely to lose their first language than adults. The process of learning a language and the methods used to teach it can also affect attrition. A positive attitude towards the potentially attriting language or its speech community and motivation to retain the language are other factors which may reduce attrition. These factors are too difficult to confirm by research. These factors are similar to those that affect second language acquisition and the two processes are sometimes compared. However, the overall impact of these factors is far less than that for second language acquisition. Language attrition results in a decrease of language proficiency. The current consensus is that it manifests itself first and most noticeably in speakers' vocabulary (in their lexical access and their mental lexicon), while grammatical and especially phonological representations appear more stable among speakers who emigrated after puberty.
Исследование
Изучение языкового истощения стало подполем лингвистики на конференции в Университете Пенсильвании 1980 года под названием "Потеря языковых навыков". Целью конференции было обсуждение проблем, связанных с убыванием второго языка, и обсуждение идей для возможных будущих исследований. На конференции было показано, что истощение - это широкая тема, с многочисленными факторами и принимающая много форм. Десятилетиями позже, область первоязычного истощения получила новый импульс с двух конференций, проведенных в Амстердаме в 2002 и 2005 годах, а также серии выпускников семинаров и панелей на международных конференциях, таких как Международный симпозиум по двуязычию (2007, 2009), ежегодные конференции Европейской ассоциации второго языка и AILA Всемирный конгресс (2008). Результаты некоторых из этих встреч были позже опубликованы в редактированных томах. Кроме того, одновременные двуязычные люди могут не иметь языка, который не отличается от языка родного говорящего, или языка, знание которого менее обширно, чем знание родного говорящего; поэтому тестирование на истощение трудно. Лексическая семантическая связь обычно начинает ухудшаться первой и наиболее быстро, обусловленная перекрестной лингвистической интерференцией (CLI) от L2 говорящего, и, как полагают, она усугубляется постоянным воздействием и частым использованием L2. Доказательства такого межязычного эффекта можно увидеть в исследовании Павленко (2003, 2004), которое показывает, что было некоторое семантическое расширение от L2, который был английским, в лексиконы русскоязычных L1. Для того, чтобы проверить лексическое истощение, исследователи использовали такие тесты, как задания по поимену картин, где они помещают картинку предмета перед участником и просят его назвать его, или измеряя лексическое разнообразие в спонтанной речи говорящего (речь, которая непреднамеренная и импровизированная). В обоих случаях, убывающие производители показали худшие результаты, чем не убывающие. Одна из гипотез предполагает, что когда говорящий пытается получить доступ к лексическому элементу из своего L1, он также конкурирует с эквивалентами перевода своего L2, и что существует либо проблема с активацией L1 из-за редкого использования, либо с ингибированием конкурирующего L2. В исследовании двухязычных шведов, выросших за пределами Швеции, которые в конце двадцатых лет вернулись в свою страну для обучения, участники продемонстрировали как языковой истощение, так и полное сохранение основной синтаксической структуры их L1. В частности, они демонстрировали V2, глагольный второй, порядок слов, присутствующий в большинстве германских языков, за исключением английского. Это правило требует, чтобы глагол, обозначенный временем, в главном предложении появлялся во второй позиции предложения, даже если это означает, что он появляется перед субъектом (например, в начале предложения есть наречие). Способность этих носителей формировать предложения с V2 словопорядком была сравнита с учащимися L2, которые часто перепроизводят жесткий SVO вместо применения правила V2. Хотя исследование не показало доказательств ухудшения синтаксиса L1 человека, были доказательства ухудшения в морфологии экспатриантов, особенно с точки зрения соглашения. Они обнаружили, что билингвы предпочитают использовать неозначенные морфемы вместо отмеченных, когда им приходится различать пол и плюрализм; они также склонны чрезмерно обобщать, где могут использоваться определенные морфемы. Например, они могут использовать суффикс / a /, который используется для выражения неопределенного множественного числа, и перерасширить эту морфему, чтобы также представлять неопределенное единственное число. Существует мало доказательств того, что происходит полная реструктуризация языковых систем. То есть даже при убывании языка синтаксис в значительной степени не подвержен воздействию, и любая наблюдаемая изменчивость, как полагают, обусловлена вмешательством другого языка, а не убыванием. Учитель L1, как и L2, может использовать язык по-другому, чем носители языка. В частности, они могут иметь изменчивость по некоторым правилам, которые носители языка применяют детерминированно.
Фоналогическое истощение
Фонелогическое истощение - это форма потери языка, которая влияет на способность говорящего произносить родной язык с его акцентом. Исследование пяти носителей американского английского, которые переехали в Бразилию и выучили португальский язык как свой второй язык, показывает возможность того, что человек может потерять свой акцент L1 вместо акцента, на который непосредственно влияет L2. Считается, что фонологическая потеря может произойти с теми, кто ближе к родному языку, например, с языком L2, особенно с точки зрения фонологического производства, и для тех, кто погрузился и построил связь с культурой страны для L2. Социолингвистический подход к этому явлению заключается в том, что приобретение родного акцента, такого как L2, и последующая потеря родного акцента на человека влияют социальные нормы страны и попытка говорящих адаптироваться, чтобы почувствовать себя частью культуры, в которую они пытаются ассимилироваться. Этот тип истощения не следует путать с изменениями, вызванными контактами, поскольку это означало бы изменения в речевой продукции из-за увеличения использования другого языка, а не из-за менее частого использования L1.
Исследования и гипотезы
Ламберт и Мур попытались определить многочисленные гипотезы относительно природы языковой потери, пересеченной с различными аспектами языка. Они представили тест, который будет давать сотрудникам Государственного департамента США, который будет включать четыре языковые категории (синтаксис, морфология, лексика и фонология) и три области навыков (чтение, слушание и речь). Компонент перевода будет представлен в подразделе каждой проверенной области навыков. В тесте должны были быть включены языковые особенности, которые, по мнению учителей, наиболее трудно осваиваются учениками. Такой тест может спутать проверку того, что не было приобретено, с тем, что было потеряно. Ламберт, в личном общении с Копке и Шмидтом, попытался определить модель языкового истощения, которая была связана с неврологическими и психологическими аспектами изучения и выучения языка. Она обсудила четыре возможных гипотезы и пять ключевых аспектов, связанных с приобретением и истощением. Гипотезы: обратный порядок: последний узнал, первый забыл. Исследования Рассела и Хаяши обоих рассмотрели японскую систему отрицания и оба обнаружили, что истощение было обратным порядком приобретения. Йошитоми и другие, включая Юкава, утверждают, что истощение может происходить так быстро, что невозможно определить порядок потери. Обратная связь: лучше учится, лучше сохраняется. Языковые элементы, которые приобретаются первыми, также являются теми, которые наиболее подкреплены. В результате гипотезы 1 и 2 охватывают основные лингвистические характеристики языкового истощения и утверждают, что после детства, в целом, становится все труднее приобретать "родную подобие", но что нет точки отсечения в частности. Кроме того, они обсуждают ряд случаев, когда врожденный L2 был приобретен во взрослом возрасте. Влияние: мотивация и отношение. По словам Йошитоми, это восходит к началу психологии и психоанализа. В ней говорится, что то, что было изучено первым, будет сохранено последним, как в "нормальных" процессах забывания, так и в патологических состояниях, таких как афазия или деменция. И порядок приобретения, и порядок истощения должны быть помещены в более широкий контекст лингвистической теории, чтобы получить объяснительную адекватность. Keijzer (2007) провел исследование об истощении голландского языка в англоязычной Канаде. Она обнаруживает некоторые доказательства того, что позже выученные правила, такие как уменьшительное и множественное образование, действительно разрушаются раньше, чем ранее выученные грамматические правила. Чтобы не допустить переутомления, необходимо регулярно использовать словарный запас и грамматику. В противном случае, L2, который перестал использоваться, будет иметь более высокий порог для каждого языкового элемента, требуя большего количества нейронных импульсов для активации представления этого элемента в мозге. Регулярно используемые предметы имеют меньшее количество нейронных импульсов, необходимых для запуска их представления в мозге, что делает язык более стабильным и менее восприимчивым к истощению. Согласно этой гипотезе, исчерпание языка сначала влияет на лексические слова, а затем на грамматические правила, а не на грамматические правила, которые сначала разрушаются, как в гипотезе регрессии. Также требуется более высокий порог активации, чтобы вспомнить слово, а не распознать его, что не указывает на беглость. Из корейских усыновленных, те, кто был усыновлен раньше, по существу потеряли свой корейский язык, а те, кто был усыновлен позже, все еще сохранили его, хотя в первую очередь их понимание корейского языка было сохранено. Износ первого языка не гарантирует преимущества в изучении второго языка. Были случаи, когда взрослые переживали потерю родного языка. В исследовании 2011 года взрослые одноязычные англоговорящие, взрослые одноязычные русскоговорящие и взрослые двуязычные англо-русские говорящие были опрошены на поименование различных жидких контейнеров (чашка, стакан, кружка и т. Д.). на английском и русском языках. Результаты показали, что у людей, говорящих на двух языках, словарный запас по-русски уменьшился, потому что они не обозначали эти жидкие контейнеры так же, как одноязычные русскоязычные люди. При группировке по возрасту приобретения (AoA) английского языка двуязычные люди показали эффект AoA (или, возможно, длительность воздействия на L2) в том, что двуязычные люди с более ранни...
Reverse order: last learned, first forgotten. Studies by Russell and Hayashi both looked at the Japanese negation system and both found that attrition was the reverse order of acquisition. Yoshitomi and others, including Yukawa, argue that attrition can occur so rapidly, it is impossible to determine the order of loss. Inverse relation: better learned, better retained. Language items that are acquired first also happen to be those that are most reinforced. As a result, hypotheses 1 and 2 capture the main linguistic characteristics of language attrition argue that after childhood, in general, it becomes more and more difficult to acquire "native like ness", but that there is no cut off point in particular. Furthermore, they discuss a number of cases where a native like L2 was acquired during adulthood. Affect: motivation and attitude. According to Yoshitomi, goes back to the beginnings of psychology and psychoanalysis. It states that which was learned first will be retained last, both in 'normal' processes of forgetting and in pathological conditions such as aphasia or dementia. Both order of acquisition and order of attrition need to be put into the larger context of linguistic theory in order to gain explanatory adequacy. Keijzer (2007) conducted a study on the attrition of Dutch in Anglophone Canada. She finds some evidence that later learned rules, such as diminutive and plural formation, indeed erode before earlier learned grammatical rules. In order for one to maintain a low threshold, regular vocabulary and grammar usage is needed. Otherwise, an L2 that has fallen into disuse will now have a higher threshold for each language item, requiring a higher number of neural impulses to activate that item's representation in one's brain. Items that are used regularly have a lower required number of neural impulses to trigger its representation in the brain, making that language more stable and less susceptible to attrition. Under this hypothesis, language attrition is believed to first affect lexical words and then grammar rules, rather than grammar rules eroding first like in the regression hypothesis. It also requires a higher activation threshold to recall a word rather than recognize it, which does not indicate fluency. Of the Korean adoptees, those who were adopted the earliest essentially lost their Korean and those adopted later still retained some of it, although it was primarily their comprehension of Korean that was spared. Attrition of a first language does not guarantee an advantage in learning a second language. There have been cases in which adults have undergone first language attrition. A 2011 study tested adult monolingual English speakers, adult monolingual Russian speakers and adult bilingual English Russian speakers on naming various liquid containers (cup, glass, mug, etc.) in both English and Russian. The results showed that the bilinguals had attrited Russian vocabulary because they did not label these liquid containers the same way as the monolingual Russian speakers. When grouped according to Age of Acquisition (AoA) of English, the bilinguals showed an effect of AoA (or perhaps the length of exposure to the L2) in that bilinguals with earlier AoA (mean AoA 3.4 years) exhibited much stronger attrition than bilinguals with later AoA (mean AoA 22.8 years). That is, the individuals with earlier AoA were the more different from monolingual Russian speakers in their labeling and categorization of drinking vessels, than the people with later AoA. However, even the late AoA bilinguals exhibited some degree of attrition in that they labeled the drinking vessels differently from native monolingual Russian speaking adults.
Возраст прибытия
Существует несколько принципиальных и систематических исследований FLA, в которых конкретно исследуется влияние AoA. Однако, сходные данные свидетельствуют о том, что возраст оказывает влияние на FLA, которое намного сильнее и яснее, чем эффекты, обнаруженные в исследованиях SLA. В двух исследованиях, посвященных миграции в период до и после полового созревания (Ammerlaan, 1996, AoA 029 лет; Pelc, 2001, AoA 832 лет), показано, что AoA является одним из наиболее важных факторов, определяющих уровень знаний, а в ряде исследований, посвященных изучению влияния возраста среди мигрантов после полового созревания, не было обнаружено никакого эффекта (Köpke, 1999, AoA 1436 лет; Schmid, 2002, AoA 1229 лет; Schmid, 2007, AoA 1751 лет). Ряд исследований, проведенных Montrul на испанских носителях наследия в США, а также испанских английских двуязычных с различным уровнем AoA также предполагает, что система L1 ранних двуязычных может быть похожа на систему L2 носителей, в то время как позже учащиеся модели с одноязычными в их L1 (например, Montrul, 2008; Montrul, 2009). Эти результаты, таким образом, указывают на то, что раннее (предподростковое) и позднее (постподростковое) воздействие среды L2 оказывают различное влияние на возможную окаменелость и/или ухудшение лингвистической системы.
Частота применения
Было показано, что частота использования является важным фактором ухудшения языкового развития. Уменьшение использования данного языка приводит к постепенной потере этого языка. Несмотря на множество доказательств обратного, часто приводятся данные одного исследования, согласно которому частота использования языка не сильно коррелирует с его убыванием. Однако их методология может быть поставлена под сомнение, особенно в связи с небольшим размером выборки и зависимостью от данных, предоставленных самостоятельно. Сами исследователи заявляют, что их выводы могут быть неточными. Мотивацию можно разделить на четыре категории, но часто она просто делится на две различные формы: инструментальную и интегративную. Существуют различия в истощении, связанном с мотивацией, в зависимости от типа. Инструментальная мотивация часто менее эффективна, чем интегративная, но при наличии достаточных стимулов она может быть столь же эффективной.
Износ мозга
В исследовании, опубликованном в 2021 году, изучается, как выглядит языковое истощение с неврологической точки зрения, изучая ЭЭГ (электроэнцефалограммы) учащихся, изучающих иностранный язык. В исследовании приняли участие 26 из 30 первоначальных участников, носителями которых были голландские языки (L1), которые имели незначительное или вообще не имели знаний итальянского языка (L3) и владения английским языком (L2) как вторым языком. В эксперименте все участники изучали 70 неродственных итальянских слов в течение двух дней без использования ЭЭГ. На третий день, ЭЭГ записывался на протяжении всего сеанса, пока участники пытались восстановить половину выученных итальянских слов на английском языке, а затем дважды прошли тест на запоминание всех 70 выученных итальянских слов. В качестве критерия оценки для этих тестов использовались неправильность, частичная правильность и полная правильность. В этом эксперименте проверялось истощение L3 участников по сравнению с L2. При анализе ЭЭГ участников эксперимента исследователи наблюдали повышенное раннее отрицательное отклонение передней части мозга (N2), пик на ЭЭГ часто наблюдается при переключении языка, для элементов, которые занимали больше времени, чтобы вспомнить на итальянском языке. Они интерпретируются как интерференционные ответы, возможно, в результате интерференции между английским и итальянским языками. Еще один пик, поздний положительный компонент (LPC), который часто интерпретируется как индикатор интерференции, был уменьшен для интерференционных элементов по сравнению с неинтерференционными элементами. Наконец, тета-диапазоны на ЭЭГ, которые ранее были связаны с семантической интерференцией и активными усилиями по извлечению, появились более заметно, когда участников попросили распознать слова, которые они извлекли как на английском, так и на итальянском языках. Хотя эти результаты должны быть изучены в дальнейшем, они дают подсказки о том, что происходит в синаптическом мозге во время языкового вмешательства и как это влияет на износ иностранного языка.
Методы профилактики
Все вышеперечисленные факторы влияют на вероятность языкового истощения у людей, но дополнительным фактором является метод изучения языка и то, как это влияет на возможность языкового истощения. Поэтому стратегии в классе и любой другой среде обучения становятся важной частью предотвращения языкового истощения. Многие исследователи считают, что навыки производства языка, особенно письма и речи, значительно более восприимчивы к истощению, чем навыки восприятия, такие как чтение и прослушивание. Согласно этому убеждению, одним из методов профилактики будет сосредоточение внимания на грамотности и восприимчивом обучении в классе, а не обучение студентов в первую очередь говорить и писать. Это защищает от истощения, так как укрепляет восприимчивые навыки. Другой метод - поощрять домашнюю работу и практику, которая не является механической, а вместо этого привлекательной и оппортунистической, используя наиболее часто используемые предметы. Основные повторяющиеся и обучающиеся низкочастотные шаблоны и элементы более восприимчивы к истощению, поскольку студенты не могут практиковать по мере появления возможностей и использовать высокочастотные элементы. Это вредно, поскольку язык не изучается значимым образом, который укрепляет когнитивное понимание. Домашние задания в разговорном стиле и занятия в классе, наряду с акцентом на навыки восприятия, могут сделать вашу беглость менее восприимчивой к истощению. Еще один возможный метод профилактики - изменение продолжительности обучения новому языку. По словам Бардови Харлига и Стрингера, несколько месяцев интенсивного, увлекательного обучения могут оказать большее влияние на предотвращение истощения, чем годы традиционного, механического обучения. Однако, как утверждается, начальный этап обучения важен независимо от продолжительности обучения.