Введение
Немецкий врач и генерал (1893-1970) Вальтер Пол Эмиль Шрайбер (21 марта 1893 - 5 сентября 1970) был медицинским офицером немецкой армии в Первой мировой войне и бригадным генералом (Generalarzt) медицинской службы Вермахта во время Второй мировой войны. Позже он стал ключевым свидетелем против Германна Геринга во время Нюрнбергского процесса.
Walter Paul Emil Schreiber (21 March 1893 – 5 September 1970) was a medical officer with the German Army in World War I and a brigadier general (Generalarzt) of the Wehrmacht Medical Service during World War II. He would later serve as a key witness against Hermann Göring during the Nuremberg Trials.
Ранние годы
Уолтер Шрайбер родился в Берлине в семье Пола Шрайбера (почтового инспектора) и его жены Гертруды Кеттлиц. После окончания гимназии в Берлине он изучал медицину в университетах Берлина, Тюбингена и Грайфсвальда. В 1914 году он добровольно поступил на военную службу и служил в 42-м пехотном полке во Франции. Он был ранен в Первой битве при Марне. После выздоровления он продолжил учебу и служил временным врачом на Западном фронте до конца войны в 1918 году, в то время он был награжден за доблесть и гуманитарную службу тремя разными странами, Финляндией, Швейцарией и Германией. В 1920 году он окончил докторскую степень. В 2002 году он получил степень доктора наук в университете Грайфсвальда и начал полевые исследования в области эпидемиологии в Африке. После Первой мировой войны Соединенные Штаты пытались оценить целесообразность использования биологических боевых веществ в будущих военных конфликтах. Будучи профессором бактериологии и гигиены в Берлинском университете и одним из ведущих экспертов в области эпидемиологии, Шрайбер был приглашен в Военно-медицинский центр Уолтера Рида, тогда известный как Больница Уолтера Рида, в рамках научного обмена между Германией и Соединенными Штатами. В это время он сообщил о своих исследованиях сонной болезни в Африке и обменялся стратегиями с военными медицинскими работниками и исследователями США о том, как предотвратить биологическую войну.
Нацистская Германия
Как член медицинского отдела немецкой армии и представитель армейской медицинской инспекции, он был обвинен в предотвращении распространения инфекционных заболеваний и разработке вакцин, в частности, для защиты от потенциальных агентов биологической войны. В 1942 году он написал меморандум, в котором выразил возражения против разработки Третьим рейхом такого оружия, заявив во время своего показания свидетеля в Нюрнбергском процессе: "Я лично сделал доклад генералу-оберстабсарцу Хандлозеру. Это было чрезвычайно серьезным делом для нас, врачей, потому что если действительно должна была быть эпидемия чумы, было ясно, что она не остановится на фронтах, но придет и к нам. Мы несли очень тяжелую ответственность". Шрайбер неоднократно сообщал своим начальникам о возражениях относительно экспериментов, проводимых в контролируемых СС учреждениях. В октябре 1942 года Шрайбер сообщил о том, что он слышал на конференции, на которой были представлены результаты экспериментов на людях в концентрационном лагере Дахау. В мае 1943 года возглавил третью сессию консультативных специалистов Вооруженных Сил. Это привело к конфронтации, в которой Шрайбер выступил против экспериментов на людях в целом, но особенно против биологических агентов, таких как чума и тиф, свидетельствуя позже на Нюрнбергском процессе, что он "показал, что бактерии были ненадежным и опасным оружием", но что он "столкнулся с свершившимся фактом", решение уже было принято, "Фюрер дал рейхсмаршалу (Германну Герингу) полные полномочия и т. д. для проведения всех приготовлений". В сентябре 1943 года Шрайбер принял должность командира учебного отдела С Военно-медицинской академии, под руководством которого он отказал Курту Бломе, главе исследовательского института в Позне, в разрешении проводить свои исследования чумы в Заксенбурге. Это было позже отклонено Гиммлером. В 1944 году Шрайбер, который все больше осознавал враждебность Геринга к нему, советовался с доктором Карлом Брандтом, адвокатом научного консультативного совета здравоохранения о том, что делать.
В плену
30 апреля 1945 года, ухаживая за ранеными в импровизированной больнице в здании Рейхстага в Берлине, он был взят в плен Красной Армией и перевезен в Советский Союз. Запись его показаний на суде можно найти в онлайн-архиве Имперского военного музея. Эта запись стала частью Нюрнбергского процесса против крупных немецких военных преступников. Сам Шрайбер не был обвинен в каких-либо военных преступлениях на Нюрнбергских процессах, хотя польский суд заочно признал его виновным в "проведении ужасных медицинских экспериментов" в Освенциме. Осенью 1948 года Шрайбер сбежал из советского плена и сразу же сдался американцам. На пресс-конференции 2 ноября он объяснил, что первоначально он был заключен в тюрьме Лубянки в Советском Союзе, где заболел смертельно. Шрайбер сообщил, что ему была оказана медицинская помощь и перемещен в ряд безопасных домов в советской зоне Германии. Там он оставался, чтобы оказывать медицинскую помощь бывшим нацистским генералам. Все еще находясь под советской опекой, он позже получил звание старшина, и в конечном итоге ему предложили должность главного медицинского офицера в недавно созданных восточногерманских полицейских силах, Volkspolizei. Отвергнув эту позицию, Шрайбер сообщил, что ему тогда предложили должность профессора в Лейпцигском университете. Однако, в надежде найти свою семью, он попросил вместо этого Берлинский университет. В ответ советские власти сообщили, что они удерживают семью Шрайбера в Советском Союзе, тем самым убеждая его переехать и присоединиться к другим немецким ученым, которые уже были доставлены туда (см. Русские Альсосы). Тем временем его дочь, которая представилась военным властям союзников в американской оккупационной зоне, узнала, что советские военные перевозят в Советский Союз еще больше немецких ученых, среди которых, предположительно, был и ее отец. Она садилась в несколько поездов, и шла по вагонам, пока не привлекла внимание отца. Увидев возможность, Шрайбер уклонился от своего помощника и 17 октября сел на поезд из Дрездена в Берлин, где он предстал перед Управлением по контролю союзников в Западном Берлине. Впоследствии Шрайбер был нанят для работы в Контрразведке и с 1949 года работал врачом в Кэмп-Кинге, крупном секретном центре допросов военнопленных в Оберурселе, Германия.
Эмиграция
В 1951 году Шрайбер был доставлен в Соединенные Штаты в рамках операции "Карточная зажимка". Он прибыл в Нью-Йорк 17 сентября 1951 года вместе со своей женой Ольгой Конрад Шрайбер, сыном Полом Герхардом Шрайбер и свекровью Мари Шульц Конрад. В манифесте корабля не указаны проездные документы, но они объявлены "Карточными Клипсами". 7 октября 1951 года газета New York Times сообщила, что он работал в Школе медицины ВВС на базе ВВС Рэндольф в Техасе в Департаменте профилактической медицины. Янине Иванской, лечившейся в Бостонской больнице Бет-Исраэль, показали фотографию Шрайбера и спросили, является ли он одним из ученых, которые проводили на ней эксперименты в концентрационном лагере Равенсбрюк. Она сказала "нет", но он был там. Ее врач связался с "Бостон Глоб" и начал петицию, чтобы Шрайбер был расследован. Вторая статья, также написанная Дрю Пирсоном, опубликованная 10 февраля 1952 года, включает утверждение Шрайбера о том, что он никогда не был в Равенсбрюке или в любом другом концлагере и что он никогда не проводил или не контролировал никаких экспериментов на людях. В этой же статье также содержится заявление генерального хирурга ВВС, в котором говорится, что он сомневается в таких обвинениях, потому что Шрайбер был не обвиняемым в Нюрнберге, а свидетелем. Если бы были какие-то доказательства против него, они бы включили его в качестве обвиняемого в то время. Следовательно, Шрайбер не стремился продлить свой контракт с ВВС США. Вместо этого он покинул Техас и переехал в Калифорнию, где жила одна из его дочерей. И оттуда Агентство Объединенных Целей Разведки организовало визы для него и его семьи, чтобы переехать в Аргентину, где жила еще одна из его дочерей, недавно родившая первого внука Шрайбера. 22 мая 1952 года они были доставлены на военном самолете в Новый Орлеан, а оттуда в Буэнос-Айрес. В Аргентине он работал практиком общей медицины, по сути, как сельский врач, в общине Сан-Карлос-де-Барилоче, где он поселился. Он внезапно умер от сердечного приступа 5 сентября 1970 года в Сан-Карлос-де-Барилоче, Рио-Негро, Аргентина.