Alan Musgrave

Введение

Нового Зеландии философ Алан Эдвард Мусгрейв (англ. Alan Edward Musgrave; род. 1940) - английский философ новозеландского происхождения.

Биография

Мусгрейв получил образование в Лондонской школе экономики с дипломом бакалавра философии и экономики в 1961 году. Карл Поппер руководил докторантурой Мусгрейва, которая была завершена в 1969 году. Масгрейв работал научным помощником Поппера, сначала преподавателем. Мусгрейв был назначен председателем философского факультета Университета Отаго в 1970 году, и был заведующим кафедрой с 1970 по 2005 год. Ему было 30 лет, когда он был назначен. Вместе с Имре Лакатосом, другом и коллегой, они редактировали "Критику и рост знаний" (Cambridge University Press, 1970). Это самый продаваемый из 4 томов, в которых записано противостояние Поппера и Куна на Лондонской конференции 1965 года, организованной Лакатосом и Масгрейвом. В 1992 году Масгрейв опубликовал книгу "Общий смысл, наука и скептицизм", вступную книгу по эпистемологии. В 1999 году Масгрейв опубликовал сборник своих научных трудов "Очерки о реализме и рационализме" (Rodopi). В 2006 году Мусгрейв был удостоен Festschrift: Рациональность и реальность: Разговоры с Аланом Мусгрейвом, под редакцией Колина Чейна и Джона Воррала (Спрингер). В 2009 году Маскрейв опубликовал книгу "Светские проповеди: очерки о науке и философии" (Otago University Press), в которой рассказывается о науке, религии и математике. Среди его ненаучных достижений - рейтинг философии Отаго в Новой Зеландии в области финансирования исследований на основе результатов. В обоих опросах 2003 и 2006 года философский факультет Отаго был признан лучшим среди всех академических дисциплин Новой Зеландии. В 2010 году Университет Отаго приступил к финансированию кампании по сбору денег на стипендию в его честь. В 2012 году Университет Отаго наградил Мусгрейва медалью за выдающиеся исследования, высшей научной наградой университета.

Философские труды

Его главные интересы - эпистемология, история и философия науки, особенно философия биологии. Большую часть своей карьеры он посвятил изучению Чарльза Дарвина. На протяжении всей своей карьеры он защищал научный реализм и научный рационализм, и часто считается их главным современным защитником. Он атаковал различные формы идеализма; совсем недавно он атаковал концептуальный идеализм, расширив аргумент, известный как "Красота" Стоува. Метафизически говоря, Мусгрейва можно считать номиналистом; он выступает за позицию, которую он специально называет Плеонастическим платонизмом. Эта позиция в основном утверждает, что путаница в нашем языке порождает платонические сущности. Плеонастический - это термин с греческими корнями, означающими "чрезмерный". Многие его работы проявляют влияние сэра Карла Поппера - его учителя в качестве студента и аспиранта Лондонской школы экономики. Он также делил офис с коллегой-философом Имре Лакатосом, когда он был в Лондоне. Его форма рационализма, по его признанию, подчинена циркулярности; но, по его словам, она лучше (даже если только немного лучше), чем рационализм Попперса, который признает иррационализм. Однако его форма научного реализма гораздо сильнее. Его позиция не утверждает, что наука правильна, а лишь что мы можем разумно принять некоторые ее части как правильные. Например, электронов может и не существовать, но это не значит, что мы не должны в них верить. Его главный критерий для веры в научную теорию заключается в том, что она порождает "новые предсказания". Он является одним из немногих философов науки, на обеих сторонах дебатов, чтобы подчеркнуть различие между новыми предсказаниями и регулярными предсказаниями. Новое предсказание - это предсказание, которое не использовалось при построении теории, но которое тем не менее следует из нее. Если научная теория делает точное предсказание о чем-то неизвестном (в отличие от известной закономерности), то теория должна быть либо истинной, либо точное "новое" предсказание было чудом угадывано. Этот аргумент ранее применялся ко всем научным предсказаниям многими философами науки (наиболее известным, возможно, является Хилари Путнам, который придумал пункт "Реализм - единственная философия, которая не делает науку чудом"). Однако этот афоризм подвергся критике как просто химера софизма, используемая в основном для своей соблазнительной силы, а не для ее сущности. Тем не менее, профессор Мусгрейв входит в меньшую группу, подчеркивая, что аргумент может быть успешным только в том случае, если он применяется исключительно к новым предсказаниям. Однако это утверждение не может быть защищено логически, поскольку оно совершает ошибку петиции principii, предполагая, без достаточного обоснования, вывод, который оно должно защищать. Однако, признавая циркулярность в рамках аргумента (в том, что "чудо аргументы" стремятся оправдать научные "вывод к лучшему объяснению" с помощью вывода к лучшему объяснению), Мусгрейв защищает свою позицию как один делает вывод о рациональной вере, а не правды. Поскольку он делает это различие между уверенностью в том, что теория правильна, и разумным поведением, что теория правильна, он избегает многих классических возражений против реализма.

His chief interest is in epistemology, history and philosophy of science, especially the Philosophy of Biology. The largest part of his career has been dedicated to the study of Charles Darwin. Throughout his career he has defended scientific realism and scientific rationalism, and is often considered their chief contemporary defender. He has attacked various forms of idealism; most recently he attacked conceptual idealism by extending the argument popularly known as Stove's "Gem". Metaphysically speaking, Musgrave can be considered a nominalist; he argues for a position he specifically calls Pleonastic Platonism. This position basically claims that confusions within our language gives rise to Platonic entities. Pleonastic is a term with Greek roots meaning "excessive". Many of his works exhibit influence from Sir Karl Popper – his teacher as an undergraduate and postgraduate at the London School of Economics. He also shared an office with fellow philosopher Imre Lakatos while he was in London. His form of Rationalism is subject, he admits, to circularity; but, he insists, it is better (even if only slightly better) than Poppers' Rationalism, which admits to irrationalism. However, his form of scientific realism is much stronger. His position does not assert that science is correct, only that we may reasonably accept certain parts of it to be correct. Electrons, for example, may not exist; but that does not mean we should not believe in them. His main criterion for believing in a scientific theory is that it generates 'novel predictions.' He is one of the few philosophers of science, on either side of the debate, to stress the distinction between novel predictions and regular predictions. A novel prediction is one that was not used in the construction of a theory, but that nevertheless follows from it. If a scientific theory makes an accurate prediction about something unknown (as opposed to a known regularity), then the theory must either be true, or the accurate 'novel' prediction was miraculously guessed. This argument had previously been applied to all scientific predictions, by many philosophers of science (the most famous, perhaps, being Hilary Putnam, who coined the clause 'Realism is the only philosophy that doesn't make science a miracle'). This aphorism however, has been criticised as being merely a chimera of sophism, used mostly for its seductive force rather than its substance. Nevertheless, Professor Musgrave is in a smaller group by stressing that the argument can only succeed if applied solely to novel predictions. This claim however, cannot be defended logically as it commits the petitio principii fallacy of assuming, without adequate justification, the conclusion it is supposed to defend. However, while admitting circularity within the argument (in that "miracle arguments" seek to justify scientific "inference to the best explanation" by use of an inference to the best explanation), Musgrave defends his stance as one making a conclusion about rational belief rather than truth. Because he makes this distinction about knowing for certain that a theory is right, and reasonably believing that a theory is right, he evades many classical objections to realism.