Артюр Рембо: Жизнь и творчество французского поэта

Введение

Французский поэт (1854–1891)

Жан Николас Артур Рембо (/UK/'/r//æ̃//b//oʊ/, /US//r//æ//m/'/b//oʊ/, ; 20 октября 1854 – 10 ноября 1891) – французский поэт, известный своими вызывающими и сюрреалистическими темами, а также влиянием на современную литературу и искусство, предвосхитивший сюрреализм. Родился в Шарлевиле, начал писать в очень юном возрасте и проявил себя как способный ученик, но бросил учёбу в подростковом возрасте, чтобы сбежать в Париж во время франко-прусской войны. В период позднего подросткового возраста и ранней зрелости он создал основную часть своего литературного наследия. Рембо полностью прекратил писать литературу в 20 лет, собрав свою последнюю крупную работу – «Озарения» (Illuminations). Рембо был вольнолюбивым и мятущимся человеком, пережившим бурные и порой жестокие романтические отношения с поэтом Полем Верленом, продолжавшиеся почти два года. После ухода из литературы он много путешествовал по трём континентам в качестве торговца и исследователя, пока не умер от рака вскоре после своего тридцать седьмого дня рождения. Как поэт, Рембо известен своим вкладом в символизм и, в частности, поэмой «Сезон в аду», которая стала предвестником модернистской литературы.

Семья и детство (18541861)

Артур Рембо родился в провинциальном городе Шарлевиль (ныне часть Шарлевиль-Мезиер) в департаменте Арденны на северо-востоке Франции. Он был вторым ребенком Фредерика Рембо (7 октября 1814 года – 16 ноября 1878 года) и Мари Катерин Витали Рембо (урождённая Куиф; 10 марта 1825 года – 16 ноября 1907 года). Отец Рембо, выходец из Бургундии с провансальскими корнями, был капитаном пехоты, сделавшим карьеру, начав службу рядовым; большую часть своей военной карьеры он провел за границей. Он участвовал в завоевании Алжира с 1844 по 1850 год, а в 1854 году был награжден орденом Почетного легиона «по императорскому указу». Капитан Рембо описывался как «добродушный, общительный и щедрый», с длинными усами и эспаньолкой, характерными для офицеров шассёров. В октябре 1852 года капитан Рембо, которому тогда было 38 лет, был переведен в Мезиер, где во время воскресной прогулки встретил Витали Куиф, на 11 лет моложе его. Она происходила из «устоявшейся семьи из Арденн», но в ней хватало представителей богемы; двое её братьев страдали алкоголизмом. Её характер был «полной противоположностью» характеру капитана Рембо; сообщалось, что она была недальновидной, «скупой и совершенно лишенной чувства юмора». Когда Чарльз Уэн, один из первых биографов, брал у неё интервью, он обнаружил, что она «замкнута, упряма и немногословна». Артур Рембо втайне называл её «Пастью Тьмы» (bouche d'ombre). 8 февраля 1853 года капитан Рембо и Витали Куиф поженились; их первенец, Жан Никола Фредерик («Фредерик»), родился девять месяцев спустя, 2 ноября. В следующем году, 20 октября 1854 года, родился Жан Никола Артур («Артур»). Затем родились ещё трое детей: Викторина Полина Витали 4 июня 1857 года (умерла через несколько недель), Жанна Розалия Витали («Витали») 15 июня 1858 года и, наконец, Фредерика Мария Изабелла («Изабелла») 1 июня 1860 года. Хотя брак продлился семь лет, капитан Рембо прожил в семейном доме менее трех месяцев, с февраля по май 1853 года. В остальное время его военные командировки, включая участие в Крымской войне и Сардинской кампании (где он получил медали в обеих), означали, что он возвращался домой в Шарлевиль только в отпуск. Он отсутствовал при рождении и крещении своих детей. Рождение Изабеллы в 1860 году, должно быть, стало последней каплей, поскольку после этого капитан Рембо перестал возвращаться домой в отпуск. Хотя они никогда не разводились, разрыв был окончательным; впоследствии мадам Рембо позволяла называть себя «вдовой Рембо», а капитан Рембо представлялся вдовцом. Ни капитан, ни его дети не проявили ни малейшего желания возобновить общение.

Arthur Rimbaud was born in the provincial town of Charleville (now part of Charleville Mézières) in the Ardennes department in northeastern France. He was the second child of Frédéric Rimbaud (7 October 1814 – 16 November 1878) and Marie Catherine Vitalie Rimbaud (née Cuif; 10 March 1825 – 16 November 1907). Rimbaud's father, a Burgundian of Provençal heritage, was an infantry captain who had risen from the ranks; he had spent much of his army career abroad. He participated in the conquest of Algeria from 1844 to 1850, and in 1854 was awarded the Legion of Honor "by Imperial decree". Captain Rimbaud was described as "good tempered, easy going and generous," with the long moustache and goatee of a Chasseur officer. In October 1852, Captain Rimbaud, then aged 38, was transferred to Mézières where he met Vitalie Cuif, 11 years his junior, while on a Sunday stroll. She came from a "solidly established Ardennais family", but one with its share of bohemians; two of her brothers were alcoholics. Her personality was the "exact opposite" of Captain Rimbaud's; she was reportedly narrowminded, "stingy and completely lacking in a sense of humour". When Charles Houin, an early biographer, interviewed her, he found her "withdrawn, stubborn and taciturn". Arthur Rimbaud's private name for her was "Mouth of Darkness" (bouche d'ombre). On 8 February 1853, Captain Rimbaud and Vitalie Cuif married; their first born, Jean Nicolas Frédéric ("Frédéric"), arrived nine months later on 2 November. The next year, on 20 October 1854, Jean Nicolas Arthur ("Arthur") was born. Three more children followed: Victorine Pauline Vitalie on 4 June 1857 (who died a few weeks later), Jeanne Rosalie Vitalie ("Vitalie") on 15 June 1858 and, finally, Frédérique Marie Isabelle ("Isabelle") on 1 June 1860. Though the marriage lasted seven years, Captain Rimbaud lived continuously in the matrimonial home for less than three months, from February to May 1853. The rest of the time his military postings—including active service in the Crimean War and the Sardinian Campaign (with medals earned in both)—meant he returned home to Charleville only when on leave. He was not at home for his children's births, nor their baptisms. Isabelle's birth in 1860 must have been the last straw, as after this Captain Rimbaud stopped returning home on leave altogether. Though they never divorced, the separation was complete; thereafter Mme Rimbaud let herself be known as "widow Rimbaud" and Captain Rimbaud would describe himself as a widower. Neither the captain nor his children showed the slightest interest in re establishing contact.

Школьное образование и подростковые годы (18611871)

Опасаясь, что на ее детей оказывают чрезмерное влияние соседские дети из бедных семей, мадам Рембо переехала с семьей на Курс д’Орлеан в 1862 году. Это был более благополучный район, и мальчики, девяти и восьми лет, которых до этого обучала дома мать, поступили в частную школу – Пенсион Росса, старую, но пользовавшуюся хорошей репутацией. Однако на протяжении всех пяти лет обучения их властная мать продолжала контролировать их, требуя успехов в учебе. Она наказывала сыновей, заставляя заучивать по сто строк латинской поэзии, а за ошибки лишала приема пищи. Когда Артуру исполнилось девять лет, он написал эссе объемом в 700 слов, протестуя против обязательного изучения латыни в школе. Решительно осуждая классическое образование как лишь ступень к оплачиваемой работе, он неоднократно писал: «Я буду рантье». Артур не любил учебу и возмущался постоянным надзором матери; детям не разрешалось выходить из-под ее присмотра, и до пятнадцати и шестнадцати лет она провожала их домой из школы. В детстве Артур Рембо был невысоким и бледным, со светло-каштановыми волосами и глазами, которые его лучший друг, Эрнест Делаэ, описывал как «бледно-голубые, с искорками темно-синего – самые прекрасные глаза, которые я когда-либо видел». Как и его мать, он был ревностным католиком и принял первое причастие в одиннадцать лет. Его набожность принесла ему школьное прозвище «маленький кагот». В том же году он и его брат поступили в Коллеж де Шарлевиль. До этого он читал в основном Библию, но также любил сказки и приключенческие романы, такие как произведения Джеймса Фенимора Купера и Гюстава Эймара. В колледже он стал одним из лучших учеников, возглавляя класс по всем предметам, кроме математики и естественных наук; учителя отмечали его способность быстро усваивать большой объем информации. В 1869 году он выиграл восемь первых призов на французских академических конкурсах, в том числе приз по религиозному образованию, а в следующем году – семь первых призов. В надежде на блестящую академическую карьеру второго сына, мадам Рембо наняла для Артура частного репетитора, когда он перешел в третий класс. Отец Арист Льертье сумел привить юному ученику любовь к греческой, латинской и французской классической литературе и первым поощрил его писать оригинальные стихи на французском и латинском языках. Первым стихотворением Рембо, опубликованным в печати, были «Новогодние подарки сирот» ("Les Étrennes des orphelins"), которое вышло в журнале La Revue pour tous 2 января 1870 года; ему было всего пятнадцать лет. Две недели спустя в Коллеж де Шарлевиль пришел новый преподаватель риторики, двадца двухлетний Жорж Изамбар. Изамбар стал наставником Рембо, и между учителем и учеником вскоре завязалась тесная дружба, в которой Рембо видел в Изамбаре своего рода старшего брата. В возрасте пятнадцати лет Рембо проявлял зрелость как поэт; первое стихотворение, которое он показал Изамбару, «Офелия», впоследствии вошло в антологии и считается одним из трех или четырех лучших стихотворений Рембо. 4 мая 1870 года мать Рембо написала Изамбару, выражая недовольство тем, что он дал Артуру прочитать «Отверженных» Виктора Гюго, считая эту книгу опасной для нравственности ребенка. Франко-прусская война между Второй Французской империей Наполеона III и Королевством Пруссия началась 19 июля 1870 года. Пять дней спустя Изамбар покинул Шарлевиль на лето, чтобы погостить у своих трех теток – мадемуазель Гиндр – в Дуэ. Тем временем продолжалась подготовка к войне, и Коллеж де Шарлевиль был преобразован в военный госпиталь. К концу августа, когда в окрестностях начались беспорядки, Рембо заскучал и стал беспокойным. В поисках приключений он бежал на поезде в Париж, не имея денег на билет. По прибытии на Северный вокзал он был арестован и заключен в тюрьму Мазас в ожидании суда за безбилетный проезд и бродяжничество. 5 сентября Рембо написал отчаянное письмо Изамбару, который договорился с тюремным начальником об освобождении Рембо под его поручительство. Поскольку военные действия продолжались, он оставался у мадемуазель Гиндр в Дуэ, пока его не вернули в Шарлевиль. Изамбар наконец передал Рембо мадам Рембо 27 сентября 1870 года (по слухам, мать ударила его по лицу и отчитала Изамбара), но он прожил дома всего десять дней, прежде чем снова сбежал. С конца октября 1870 года поведение Рембо стало открыто вызывающим; он пил алкоголь, грубил, сочинял непристойные стихи, воровал книги из местных магазинов и перестал следить за своей внешностью, отращивая длинные волосы. 13 и 15 мая 1871 года он написал письма (позднее названные учеными «письмами провидца»), Изамбару и своему другу Полю Демени, в которых изложил свой метод достижения поэтического превосходства или провидческой силы посредством «длительного, огромного и рационального расстройства всех чувств» (Демени). «Страдания огромны, но нужно быть сильным, родиться поэтом, и я узнал себя поэтом» (Изамбару).

Fearing her children were being over influenced by the neighbouring children of the poor, Mme Rimbaud moved her family to the Cours d'Orléans in 1862. This was a better neighbourhood, and the boys, now aged nine and eight, who had been taught at home by their mother, were now sent to the Pension Rossat, an old but well regarded school. Throughout the five years that they attended the school, however, their formidable mother still imposed her will upon them, pushing them for scholastic success. She would punish her sons by making them learn a hundred lines of Latin verse by heart, and further punish any mistakes by depriving them of meals. When Arthur was nine, he wrote a 700 word essay objecting to his having to learn Latin in school. Vigorously condemning a classical education as a mere gateway to a salaried position, he wrote repeatedly, "I will be a rentier". Arthur disliked schoolwork and resented his mother's constant supervision; the children were not allowed out of their mother's sight, and until they were fifteen and sixteen respectively, she would walk them home from school. As a boy, Arthur Rimbaud was small and pale with light brown hair, and eyes that his lifelong best friend, Ernest Delahaye, described as "pale blue irradiated with dark blue—the loveliest eyes I've seen". An ardent Catholic like his mother, he had his First Communion when he was eleven. His piety earned him the schoolyard nickname "sale petit Cagot". That same year, he and his brother were sent to the Collège de Charleville. Up to then, his reading had been largely confined to the Bible, though he had also enjoyed fairy tales and adventure stories, such as the novels of James Fenimore Cooper and Gustave Aimard. At the Collège he became a highly successful student, heading his class in all subjects except mathematics and the sciences; his schoolmasters remarked upon his ability to absorb great quantities of material. He won eight first prizes in the French academic competitions in 1869, including the prize for Religious Education, and the following year won seven first prizes. Hoping for a brilliant academic career for her second son, Mme Rimbaud hired a private tutor for Arthur when he reached the third grade. Father Ariste Lhéritier succeeded in sparking in the young scholar a love of Greek, Latin and French classical literature, and was the first to encourage the boy to write original verse, in both French and Latin. Rimbaud's first poem to appear in print was "Les Étrennes des orphelins" ("The Orphans' New Year's Gifts"), which was published in the 2 January 1870 issue of La Revue pour tous; he was just 15. Two weeks later, a new teacher of rhetoric, the 22 year old Georges Izambard, started at the Collège de Charleville. Izambard became Rimbaud's mentor, and soon a close friendship formed between teacher and student, with Rimbaud seeing Izambard as a kind of elder brother. At the age of 15, Rimbaud was showing maturity as a poet; the first poem he showed Izambard, "Ophélie", would later be included in anthologies, and is often regarded as one of Rimbaud's three or four best poems. On 4 May 1870, Rimbaud's mother wrote to Izambard to object to his having given Rimbaud Victor Hugo's Les Misérables to read, as she thought the book dangerous to the morals of a child. The Franco Prussian War, between Napoleon III's Second French Empire and the Kingdom of Prussia, broke out on 19 July 1870. Five days later, Izambard left Charleville for the summer to stay with his three aunts – the Misses Gindre – in Douai. In the meantime, preparations for war continued and the Collège de Charleville became a military hospital. By the end of August, with the countryside in turmoil, Rimbaud was bored and restless. In search of adventure he ran away by train to Paris without funds for his ticket. On arrival at the Gare du Nord, he was arrested and locked up in Mazas Prison to await trial for fare evasion and vagrancy. On 5 September, Rimbaud wrote a desperate letter to Izambard, who arranged with the prison governor that Rimbaud be released into his care. As hostilities were continuing, he stayed with the Misses Gindre in Douai until he could be returned to Charleville. Izambard finally handed Rimbaud over to Mme Rimbaud on 27 September 1870 (his mother reportedly slapped him in the face and admonished Izambard), but he was at home for only ten days before running away again. From late October 1870, Rimbaud's behaviour became openly provocative; he drank alcohol, spoke rudely, composed scatological poems, stole books from local shops, and abandoned his characteristically neat appearance by allowing his hair to grow long. On 13 and 15 May 1871, he wrote letters (later called the lettres du voyant by scholars), to Izambard and to his friend Paul Demeny respectively, about his method for attaining poetical transcendence or visionary power through a "long, immense and rational derangement of all the senses" (to Demeny). "The sufferings are enormous, but one must be strong, be born a poet, and I have recognized myself as a poet" (to Izambard).

Жизнь с Верленом (18711875)

Рембо писал нескольким известным поэтам, но получал либо отсутствие ответа, либо разочаровывающее формальное признание (как от Теодора де Банвиля), поэтому его друг, служащий Шарль Огюст Бретан, посоветовал ему написать Полу Верлену, восходящей звезде поэзии (и будущему лидеру символизма), который опубликовал два хорошо принятых сборника. Рембо отправил Верлену два письма с несколькими своими стихотворениями, включая гипнотическое и в конечном итоге шокирующее "Le Dormeur du Val" ("Спящий в долине"), в котором Природа призывается утешить, казалось бы, спящего солдата. Верлен был заинтригован Рембо и ответил: "Приходи, дорогая великая душа. Мы ждем тебя, мы желаем тебя", прислав ему билет в один конец в Париж. Рембо прибыл в конце сентября 1871 года и некоторое время жил в доме Верлена. Жена Верлена, Матильда Моте, была семнадцатилетней и беременной, а Верлен недавно оставил работу и начал злоупотреблять алкоголем. В более поздних опубликованных воспоминаниях о своей первой встрече с Рембо в возрасте шестнадцати лет Верлен описал его как обладающего "настоящей детской головой, пухлой и свежей, на большом, костлявом, несколько неуклюжем теле все еще растущего подростка", с "очень сильным арденнским акцентом, близким к диалекту". Его голос "то взлетал, то срывался, словно ломался". Рембо и Верлен вскоре начали короткий и страстный роман. Они вели дикую, скитальческую жизнь, приправленную абсентом, опиумом и гашишем. Парижский литературный кружок был возмущен Рембо, чье поведение напоминало поведение enfant terrible, но на протяжении всего этого периода он продолжал писать стихи. Их бурные отношения в конечном итоге привели их в Лондон в сентябре 1872 года, о чем Рембо позже сожалел. В это время Верлен бросил свою жену и маленького сына (оба из которых подвергались насилию во время его алкогольных приступов). В Лондоне они жили в бедности в Блумсбери и Камден-Тауне, зарабатывая на жизнь в основном преподаванием, а также получая пособие от матери Верлена. Рембо проводил дни в читальном зале Британского музея, где "отопление, освещение, ручки и чернила были бесплатными". Отношения между двумя поэтами становились все более напряженными, и Верлен бросил Рембо в Лондоне, чтобы встретиться со своей женой в Брюсселе. Рембо не пользовался популярностью в то время, и многие считали его грязным и грубым. Художник Анри Фантен-Латур хотел написать портрет поэтов первого ряда для Салона 1872 года, но они оказались недоступны. Ему пришлось довольствоваться Рембо и Верленом, которых называли "гениями таверны". Изучив несколько языков (немецкий, итальянский, испанский), он продолжил много путешествовать по Европе, в основном пешком. В мае 1876 года он поступил на службу в голландскую колониальную армию, чтобы получить бесплатный проезд на Яву в Голландскую Ост-Индию (ныне Индонезия). Через четыре месяца он дезертировал и бежал в джунгли. Ему удалось инкогнито вернуться во Францию на корабле; как дезертир, он мог быть расстрелян голландцами, если бы его поймали. В декабре 1878 года Рембо отправился в Ларнаку на Кипр, где работал на строительной фирме бригадиром каменного карьера. В мае следующего года он был вынужден покинуть Кипр из-за лихорадки, которая по возвращении во Францию была диагностирована как тиф.

Rimbaud wrote to several famous poets but received either no reply or a disappointing mere acknowledgement (as from Théodore de Banville), so his friend, office employee Charles Auguste Bretagne, advised him to write to Paul Verlaine, a rising poet (and future leader of the Symbolist movement) who had published two well regarded collections. Rimbaud sent Verlaine two letters with several of his poems, including the hypnotic, finally shocking "Le Dormeur du Val" ("The Sleeper in the Valley"), in which Nature is called upon to comfort an apparently sleeping soldier. Verlaine was intrigued by Rimbaud, and replied, "Come, dear great soul. We await you; we desire you", sending him a one way ticket to Paris. Rimbaud arrived in late September 1871 and resided briefly in Verlaine's home. Verlaine's wife, Mathilde Mauté, was seventeen years old and pregnant, and Verlaine had recently left his job and started drinking. In later published recollections of his first sight of Rimbaud at the age of sixteen, Verlaine described him as having "the real head of a child, chubby and fresh, on a big, bony, rather clumsy body of a still growing adolescent", with a "very strong Ardennes accent that was almost a dialect". His voice had "highs and lows as if it were breaking". Rimbaud and Verlaine soon began a brief and torrid affair. They led a wild, vagabond like life spiced by absinthe, opium, and hashish. The Parisian literary coterie was scandalized by Rimbaud, whose behaviour was that of the archetypal enfant terrible, yet throughout this period he continued to write poems. Their stormy relationship eventually brought them to London in September 1872, a period over which Rimbaud would later express regret. During this time, Verlaine abandoned his wife and infant son (both of whom he had abused in his alcoholic rages). In London they lived in considerable poverty in Bloomsbury and in Camden Town, scraping a living mostly from teaching, as well as with an allowance from Verlaine's mother. Rimbaud spent his days in the Reading Room of the British Museum where "heating, lighting, pens and ink were free". The relationship between the two poets grew increasingly bitter, and Verlaine abandoned Rimbaud in London to meet his wife in Brussels. Rimbaud was not well liked at the time, and many people thought of him as dirty and rude. The artist Henri Fantin Latour wanted to paint first division poets at the 1872 Salon, but they were not available. He had to settle for Rimbaud and Verlaine, who were described as "geniuses of the tavern". After studying several languages (German, Italian, Spanish), he went on to travel extensively in Europe, mostly on foot. In May 1876 he enlisted as a soldier in the Dutch Colonial Army to get free passage to Java in the Dutch East Indies (now Indonesia). Four months later he deserted and fled into the jungle. He managed to return incognito to France by ship; as a deserter he would have faced a Dutch firing squad had he been caught. In December 1878, Rimbaud journeyed to Larnaca in Cyprus, where he worked for a construction company as a stone quarry foreman. In May of the following year he had to leave Cyprus because of a fever, which on his return to France was diagnosed as typhoid.

Абиссиния (18801891)

В 1880 году Рембо окончательно поселился в Адене, Йемен, где стал главным сотрудником агентства Барде, а затем возглавил агентство фирмы в Хараре, Эфиопия. В 1884 году его "Доклад об Огадене" (основанный на записках его помощника Константина Сотиро) был представлен и опубликован в Société de Géographie в Париже. В том же году он оставил работу в Bardey's, чтобы заняться самостоятельной торговлей в Хараре, где его коммерческие операции включали кофе и (в основном устаревшее) огнестрельное оружие. Одновременно Рембо занимался исследованием местности и завязал тесную дружбу с губернатором Харара Расом Меконненом Вольде Микаэлем Вольде Мелекотом, отцом будущего императора Хайле Селассие. Он поддерживал дружеские отношения с личным наставником юного наследника. Рембо занимался торговлей кофе. "Он был, по сути, пионером в этом деле, первым европейцем, осуществлявшим контроль над экспортом знаменитого кофе из Харара из страны, где кофе зародилось. Он был лишь третьим европейцем, ступившим в этот город, и первым, кто занимался здесь бизнесом". В 1885 году Рембо был вовлечен в крупную сделку по продаже старых винтовок Менелику II, королю Шевы, по инициативе французского купца Пьера Лабатута. Исследователь Поль Солейе подключился к этому делу в начале 1886 года. Оружие было выгружено в Таджуре в феврале, но его переброска вглубь страны оказалась невозможной, поскольку Леонс Лагард, губернатор новой французской администрации Обока и его зависимостей, издал 12 апреля 1886 года приказ о запрете продажи оружия. Когда разрешение поступило из консульства Франции, Лабатут заболел и был вынужден отказаться от сделки (вскоре после этого он скончался от рака), а затем Солейе умер от эмболии 9 октября. Когда Рембо наконец достиг Шевы, Менелик только что одержал крупную победу и больше не нуждался в старом оружии, однако воспользовался ситуацией, выторговав его по значительно более низкой цене, чем ожидалось, и при этом вычтя предполагаемые долги Лабатута. Все предприятие обернулось полным провалом. В последующие годы, между 1888 и 1890 годами, Рембо открыл собственный магазин в Хараре, но вскоре заскучал и разочаровался. Он принимал исследователя Жюля Боррелли и купца Армана Савуре. В своих последующих показаниях они оба описывали его как умного, молчаливого, саркастичного, скрытного относительно своего прошлого, живущего просто, аккуратного, честного и принципиального в ведении своих дел.

Rimbaud finally settled in Aden, Yemen, in 1880, as a main employee in the Bardey agency, going on to run the firm's agency in Harar, Ethiopia. In 1884, his Report on the Ogaden (based on notes from his assistant Constantin Sotiro) was presented and published by the Société de Géographie in Paris. In the same year he left his job at Bardey's to become a merchant on his own account in Harar, where his commercial dealings included coffee and (generally outdated) firearms. At the same time, Rimbaud engaged in exploring and struck up a close friendship with the Governor of Harar, Ras Mekonnen Wolde Mikael Wolde Melekot, father of future emperor Haile Selassie. He maintained friendly relationships with the official tutor of the young heir. Rimbaud worked in the coffee trade. "He was, in fact, a pioneer in the business, the first European to oversee the export of the celebrated coffee of Harar from the country where coffee was born. He was only the third European ever to set foot in the city, and the first to do business there". In 1885, Rimbaud became involved in a major deal to sell old rifles to Menelik II, king of Shewa, at the initiative of French merchant Pierre Labatut. The explorer Paul Soleillet became involved early in 1886. The arms were landed at Tadjoura in February, but could not be moved inland because Léonce Lagarde, governor of the new French administration of Obock and its dependencies, issued an order on 12 April 1886 prohibiting the sale of weapons. When the authorization came through from the consul de France, Labatut fell ill and had to withdraw (he died from cancer soon afterward), then Soleillet died from embolism on 9 October. When Rimbaud finally reached Shewa, Menelik had just scored a major victory and no longer needed these older weapons, but still took advantage of the situation by negotiating them at a much lower price than expected while also deducting presumed debts from Labatut. The whole ordeal turned out to be a disaster. In the following years, between 1888 and 1890, Rimbaud established his own store in Harar, but soon got bored and dismayed. He hosted explorer Jules Borrelli and merchant Armand Savouré. In their later testimonies, they both described him as an intelligent man, quiet, sarcastic, secretive about his prior life, living with simplicity, taking care of his business with accuracy, honesty and firmness.

Болезнь и смерть (1891)

В феврале 1891 года, находясь в Адене, Рембо почувствовал боль в правом колене, которую поначалу принял за артрит. Лечение не давало результатов, и к марту боль стала настолько невыносимой, что он решил вернуться во Францию для получения более квалифицированной помощи. Перед отъездом Рембо проконсультировался с британским врачом, который ошибочно диагностировал туберкулезный синовит и рекомендовал немедленную ампутацию. Рембо оставался в Адене до 7 мая, чтобы уладить свои финансовые вопросы, а затем отплыл на пароходе «L'Amazone» обратно во Францию, совершив 13-дневное путешествие. По прибытии в Марсель он был госпитализирован в больницу де-ла-Консепсьон, где через неделю, 27 мая, ему ампутировали правую ногу. Послеоперационный диагноз был рак костей — предположительно остеосаркома. После непродолжительного пребывания на семейной ферме в Роше с 23 июля по 23 августа он попытался вернуться в Африку, но по дороге его состояние ухудшилось, и он был повторно госпитализирован в больницу де-ла-Консепсьон в Марселе. Там он провел некоторое время, испытывая сильные боли, и его навещала сестра Изабелла. Ему было совершено таинство елеосвящения, после чего он скончался 10 ноября 1891 года в возрасте 37 лет. Его останки были доставлены через всю Францию в его родной город, где он был похоронен в Шарлевиле-Мезиере. В столетнюю годовщину рождения Рембо Томас Бернхард произнес мемориальную лекцию о Рембо и описал его последние дни.

Поэзия

Первые известные стихи Артура Рембо в основном подражали стилю школы Парнаса и других известных современных поэтов, таких как Виктор Гюго, хотя он быстро разработал оригинальный подход как в тематическом, так и в стилистическом плане (в частности, смешивая обыденные слова и идеи с изысканной поэзией, как в "Vénus Anadyomène", "Oraison du soir" или "Les chercheuses de poux"). Позже Рембо был вдохновлен творчеством Шарля Бодлера. Это вдохновение помогло ему создать стиль поэзии, впоследствии названный символизмом. В мае 1871 года, в возрасте 16 лет, Рембо написал два письма, объясняющих его поэтическую философию, обычно называемые Lettres du voyant ("Письма провидца"). В первом письме, написанном 13 мая Изамбару, Рембо объяснил:

Второе письмо, написанное 15 мая – до его первой поездки в Париж – его другу Полю Деменю, изложило его революционные теории о поэзии и жизни, а также подвергло критике некоторых из самых известных поэтов, предшествовавших ему (выразив особенно резкую критику в адрес Альфреда де Мюссе, при этом высоко оценивая Шарля Бодлера, хотя, по мнению Рембо, его видению мешал слишком консервативный стиль). Стремясь к новым поэтическим формам и идеям, он писал:

Рембо изложил те же идеи в своей поэме "Le Bateau ivre" ("Пьяная лодка"). Эта стострочная поэма рассказывает о лодке, освободившейся от человеческого общества, когда ее кормчие были убиты "краснокожими" (Peaux Rouges). Сначала лодка полагает, что ее несет течение, но вскоре понимает, что ею управляет и ведет "поэма моря". Она видит видения как величественные ("пробуждение сине-желтых поющих фосфоров", "l'éveil jaune et bleu des phosphores chanteurs") так и отвратительные ("сети, где в камышах гнил целый Левиафан", "nasses / Où pourrit dans les joncs tout un Léviathan"). Она заканчивает свой путь, плавая и очищенная, желая лишь затонуть и слиться с морем. Арчибальд Маклиш прокомментировал эту поэму так: "Любой, кто сомневается в том, что поэзия может выразить то, что недоступно прозе, должен лишь прочитать вместе так называемые Lettres du Voyant и Bateau ivre. То, что в "Письмах" кажется претенциозным и юношеским, в поэме – неопровержимая истина". Хотя "Le Bateau ivre" все еще было написано в основном в традиционном стиле, несмотря на его новаторство, его более поздние стихи 1872 года (обычно называемые Derniers vers или Vers nouveaux et chansons, хотя он сам им названия не давал) еще больше деконструировали французский стих, вводя необычные ритмы и свободные рифмы, с еще более абстрактными и эфемерными темами. После "Необыкновенной психологической биографии, написанной этим алмазным слогом, принадлежащим лишь ему" (по словам Поля Верлена), поэтической прозы, в которой он сам прокомментировал некоторые из своих стихотворений 1872 года и неудачи своих прошлых попыток ("Alchimie du verbe"), он создал прозаические поэмы, известные как "Иллюминации", полностью отказавшись от устоявшихся структур, чтобы исследовать неиспользованные ресурсы поэтического языка, наделив большинство произведений фрагментарным, галлюцинаторным, сновидческим качеством. Рембо умер, не узнав, что его рукописи не только были опубликованы, но и получили признание и изучались, обретя, наконец, ту славу, к которой он стремился. Затем он окончательно прекратил писать стихи. Его друг Эрнест Делахей в письме Полу Верлену около 1875 года утверждал, что он полностью забыл о своем прошлом как о поэте. Французский поэт и ученый Жерар Масе писал: "Рембо – это прежде всего это молчание, которое невозможно забыть, и которое преследует любого, кто пытается найти свой голос. Он даже запрещает нам молчать, потому что он сделал это лучше, чем кто-либо". Французский поэт Поль Валери утверждал, что "вся известная литература написана на языке здравого смысла – за исключением поэзии Рембо". Его творчество повлияло на символистов, дадаистов и сюрреалистов, а более поздние писатели заимствовали не только некоторые из его тем, но и его изобретательное использование формы и языка.

Rimbaud expounded the same ideas in his poem "Le Bateau ivre" ("The Drunken Boat"). This hundred line poem tells the tale of a boat that breaks free of human society when its handlers are killed by "Redskins" (Peaux Rouges). At first thinking that it is drifting where it pleases, the boat soon realizes that it is being guided by and to the "poem of the sea". It sees visions both magnificent ("the awakening blue and yellow of singing phosphores", "l'éveil jaune et bleu des phosphores chanteurs") and disgusting ("nets where in the reeds an entire Leviathan was rotting" "nasses / Où pourrit dans les joncs tout un Léviathan"). It ends floating and washed clean, wishing only to sink and become one with the sea. Archibald MacLeish has commented on this poem: "Anyone who doubts that poetry can say what prose cannot has only to read the so called Lettres du Voyant and Bateau ivre together. What is pretentious and adolescent in the Lettres is true in the poem—unanswerably true." While "Le Bateau ivre" was still written in a mostly conventional style, despite its inventions, his later poems from 1872 (commonly called Derniers vers or Vers nouveaux et chansons, although he did not give them a title) further deconstructed the French verse, introducing odd rhythms and loose rhyming schemes, with even more abstract and flimsy themes. After Une saison en enfer, his "prodigious psychological biography written in this diamond prose which is his exclusive property" (according to Paul Verlaine), a poetic prose in which he himself commented some of his verse poems from 1872, and the perceived failure of his own past endeavours ("Alchimie du verbe"), he went on to write the prose poems known as Illuminations, forfeiting preconceived structures altogether to explore hitherto unused resources of poetic language, bestowing most of the pieces with a disjointed, hallucinatory, dreamlike quality. Rimbaud died without the benefit of knowing that his manuscripts not only had been published but were lauded and studied, having finally gained the recognition for which he had striven. Then he stopped writing poetry altogether. His friend Ernest Delahaye, in a letter to Paul Verlaine around 1875, claimed that he had completely forgotten about his past self writing poetry. French poet and scholar Gérard Macé wrote: "Rimbaud is, first and foremost, this silence that can't be forgotten, and which, for anyone attempting to write themselves, is there, haunting. He even forbids us to fall into silence; because he did, this, better than anyone." French poet Paul Valéry stated that "all known literature is written in the language of common sense—except Rimbaud's". His poetry influenced the Symbolists, Dadaists, and Surrealists, and later writers adopted not only some of his themes, but also his inventive use of form and language.

Письма

Рембо был плодовитым корреспондентом, и его письма содержат яркие свидетельства о его жизни и взаимоотношениях. "Письма Рембо, касающиеся его литературной деятельности, впервые были опубликованы в различных периодических изданиях. В 1931 году они были собраны и изданы Жаном Мари Карре. В издании «Плеяда» [1946] было исправлено множество ошибок. Письма, написанные в Африке, впервые опубликовал Патерн Берришон, зять поэта, который позволил себе внести значительные изменения в тексты."