Введение

Ирак активно исследовал и впоследствии использовал оружие массового уничтожения (ОМУ) с 1962 по 1991 год, когда он уничтожил свои запасы химического оружия и прекратил программы разработки биологического и ядерного оружия, как того требовал Совет Безопасности Организации Объединенных Наций. В начале 2000-х годов президент США Джордж Буш и премьер-министр Великобритании Тони Блэр утверждали, что программы Саддама Хусейна по разработке оружия продолжали активно развиваться и что в Ираке скрыты значительные запасы ОМУ. Инспекции ООН для урегулирования вопросов, связанных с невыполненным разоружением, возобновились в период с ноября 2002 года по март 2003 года на основании резолюции 1441 Совета Безопасности ООН, которая требовала от Хусейна "немедленного, безусловного и активного сотрудничества" с инспекциями ООН и МАГАТЭ. Соединенные Штаты утверждали, что частое отсутствие сотрудничества со стороны Хусейна являлось нарушением резолюции 1441, но не смогли убедить Совет Безопасности ООН принять новую резолюцию, санкционирующую применение силы. Несмотря на это, Буш заявил, что мирные меры не могут разоружить Ирак от оружия, которым, по его утверждению, он обладал, и вместо этого начал вторую войну в Персидском заливе. Год спустя Сенат США официально опубликовал отчет Сената о разведданных, предшествовавших войне в Ираке, в котором было заключено, что многие заявления администрации Буша о иракском ОМУ, сделанные перед войной, были вводящими в заблуждение и не подтверждались имеющимися разведданными. Инспекции, проводимые под руководством США, впоследствии показали, что Ирак ранее прекратил активное производство и накопление ОМУ; многие, включая кандидата в президенты от Республиканской партии в 2008 году Джона Маккейна, назвали эту войну "ошибкой", в то время как другие утверждали, что ложные обвинения в наличии оружия были использованы в качестве преднамеренного предлога для войны. Ирак подписал Женевский протокол в 1931 году, Договор о нераспространении ядерного оружия в 1969 году и Конвенцию о биологическом оружии в 1972 году, но ратифицировал ее только 11 июня 1991 года. Ирак ратифицировал Конвенцию о запрещении химического оружия в январе 2009 года, а ее вступление в силу для Ирака произошло месяц спустя, 12 февраля.

Разработка программ 1960-е - 1980-е годы

17 августа 1959 года СССР и Ирак подписали соглашение о строительстве СССР атомной электростанции и создании ядерной программы в рамках их взаимного понимания. В 1968 году советский исследовательский реактор IRT 2000, а также ряд других объектов, которые могли быть использованы для производства радиоизотопов, были построены вблизи Багдада. В 1975 году Саддам Хусейн прибыл в Москву и запросил строительство современной модели атомной электростанции. Москва согласилась бы только при условии, что станция будет находиться под контролем Международного агентства по атомной энергии, но Ирак отказался. Однако 15 апреля было подписано соглашение о сотрудничестве, которое заменило соглашение 1959 года. Через 6 месяцев Франция согласилась продать 72 кг урана с обогащением 93% и построить атомную электростанцию без контроля МАГАТЭ за 3 миллиарда долларов. В начале 1970-х годов Саддам Хусейн приказал создать секретную программу ядерного оружия. В 1970-х и 1980-х годах в программах Ирака по разработке оружия массового поражения участвовали различные фирмы и правительства. В рамках проекта 922 Ирак построил объекты для производства химического оружия, такие как лаборатории, бункеры, административное здание и первые производственные цеха в начале 1980-х годов под прикрытием завода по производству пестицидов. Немецкие фирмы поставили в общей сложности 1027 тонн прекурсоров горчичного газа, зарина, табуна и слезоточивых газов. Это позволило Ираку произвести 150 тонн горчичного агента и 60 тонн табуна в 1983 и 1984 годах соответственно, и эта работа продолжалась в течение всего десятилетия. Пять других немецких фирм поставляли оборудование для производства ботулинического токсина и микотоксина для ведения бактериологической войны. В 1988 году немецкие инженеры предоставили данные о центрифугах, что помогло Ираку расширить свою программу ядерного оружия. Было предоставлено лабораторное оборудование и другая информация, в работе над которой участвовали многие немецкие инженеры. В общей сложности 52% международного оборудования Ирака для производства химического оружия было немецкого происхождения. Государственное учреждение по производству пестицидов (SEPP) заказало питательные среды и инкубаторы у немецкой компании Water Engineering Trading.

Соединенные Штаты

Соединенные Штаты поддерживали Ирак во время войны Иран-Ирак, предоставив оборудование двойного назначения на сумму более 500 миллионов долларов, одобренное Министерством торговли. В их числе были современные компьютеры, некоторые из которых использовались в ядерной программе Ирака. Некоммерческая организация American Type Culture Collection и Центры по контролю и профилактике заболеваний продавали или отправляли в Ирак образцы биологических материалов, включая сибирскую язву, вирус Западного Нила и ботулизм, вплоть до 1989 года, утверждая, что они необходимы для медицинских исследований. Ряд этих материалов использовался в иракской программе разработки биологического оружия, а другие – для разработки вакцин. Например, по словам Чарльза Дюльфера, иракская армия выбрала штамм 14578 из American Type Culture Collection в качестве единственного штамма сибирской язвы для использования в качестве биологического оружия. Правительство США пригласило делегацию иракских ученых, работающих над оружием, на "конференцию по детонации", проходившую в августе 1989 года в Портленде, штат Орегон. На конференции, организованной Министерством обороны и Министерством энергетики США, эксперты объяснили иракцам и другим участникам, как генерировать ударные волны в любой необходимой конфигурации. Конференция включала лекции о HMX – мощном взрывчатом веществе, обычно используемом для ядерного взрыва, – и о пластинах-детонаторах, устройствах для создания специфического типа ударных волн, необходимых для инициации ядерной бомбы. И HMX, и пластины-детонаторы впоследствии были обнаружены инспекторами ООН по оружию на иракских ядерных исследовательских объектах.

Великобритания

В конце 1980-х годов британское правительство тайно разрешило оружейной компании "Матрикс Черчилль" поставлять компоненты для программы вооружений Саддама Хусейна, а британские предприятия снабжали Джеральда Булла в ходе разработки им иракской сверхпушки. В марте 1990 года в аэропорту Хитроу была конфискована партия ядерных детонаторов, предназначенных для Ирака. Отчет Скотта раскрыл значительную часть секретности, окружавшей дело о поставках оружия Ираку, когда оно стало известно. Британское правительство также финансировало завод по производству хлора, который планировалось использовать для изготовления иприта. В 1981 году иракская ядерная программа потерпела серьезный удар, когда израильская авиация бомбардировала реактор Осирак, который мог бы производить расщепляющиеся материалы для ядерного оружия, до его ввода в эксплуатацию.

Иран-Иракская война

В 1980 году Агентство разведывательного управления Министерства обороны США представило отчет, в котором указывалось, что Ирак активно наращивал потенциал в области химического оружия в течение нескольких лет, что впоследствии подтвердилось. В ноябре 1980 года, через два месяца после начала ирано-иракской войны, поступило первое сообщение об использовании химического оружия: радио Тегерана сообщило о применении ядовитого газа иракскими войсками против Сусангерда. Организация Объединенных Наций зафиксировала множество подобных атак в следующем году, что привело к разработке и применению Ираном иприта. К 1984 году Ирак эффективно использовал отравляющие газы против иранских атак "живыми волнами". Химическое оружие широко применялось против Ирана в ходе ирано-иракской войны. 14 января 1991 года Агентство разведывательного управления Министерства обороны заявило, что иракский агент, используя медицинскую терминологию, описал случаи поражения оспой среди военнослужащих, которые он наблюдал в 1985 или 1986 году. Две недели спустя Центр медицинского разведывания Вооруженных сил сообщил, что у восьми из 69 иракских военнопленных, чья кровь была исследована, обнаружен иммунитет к оспе, которая не регистрировалась в Ираке в естественной форме с 1971 года; те же заключенные также были вакцинированы против сибирской язвы. Это дало основания полагать, что Ирак использовал как оспу, так и сибирскую язву в этой войне. Газета The Washington Post сообщила, что в 1984 году ЦРУ тайно начало предоставлять разведывательную информацию иракской армии во время ирано-иракской войны, включая данные для наведения ударов химическим оружием. В том же году европейские врачи и эксперты ООН однозначно подтвердили применение Ираком химического оружия против иранцев. Большинство этих случаев произошло во время ирано-иракской войны, но химическое оружие было применено как минимум один раз против шиитского народного восстания на юге Ирака в 1991 году. В настоящее время Иран является второй в мире страной, наиболее пострадавшей от оружия массового уничтожения, уступая только Японии. Официальная статистика не учитывает гражданское население, подвергшееся заражению в приграничных городах, а также детей и родственников ветеранов, у многих из которых развились осложнения с кровью, легкими и кожей, согласно данным Организации ветеранов. По официальным данным, от нервно-паралитических веществ сразу погибло около 20 000 иранских солдат. Из 90 000 выживших около 5 000 регулярно обращаются за медицинской помощью, и примерно 1 000 до сих пор находятся в больницах с тяжелыми хроническими заболеваниями. Многие другие пострадали от иприта. В Иране царит глубокое возмущение и гнев по поводу того, что именно западные страны помогли Ираку разработать и направить его химический арсенал, и что мир не предпринял никаких действий для наказания Ирака за применение химического оружия на протяжении всей войны. Например, Соединенные Штаты и Великобритания заблокировали осуждение известных химических атак Ирака в Совете Безопасности ООН. Несмотря на стремление большинства осудить применение химического оружия Ираком, в ходе войны не была принята ни одна резолюция, конкретно критикующая его. 21 марта 1986 года Совет Безопасности ООН признал, что "иракские войска неоднократно использовали химическое оружие против иранских сил"; это заявление было отвергнуто Соединенными Штатами, единственной страной, проголосовавшей против него в Совете Безопасности (Великобритания воздержалась). 23 марта 1988 года западные СМИ сообщили из Халабджи в Иракском Курдистане, что за несколько дней до этого Ирак нанес по городу масштабную химическую атаку. Позднее было установлено, что в результате атаки погибло 7 000 человек и было ранено 20 000. Химическая атака на Халабджу вызвала международный протест против Ирака. Позже в том же году Сенат США предложил принять Закон о предотвращении геноцида 1988 года, предусматривающий прекращение всей помощи США Ираку и прекращение импорта иракской нефти. Администрация Рейгана выступила против законопроекта, назвав его преждевременным, и в конечном итоге не позволила ему вступить в силу, отчасти из-за ошибочной оценки Агентства разведывательного управления Министерства обороны, которая возложила вину за нападение на Иран. В момент атаки город контролировался иранскими войсками и иракскими курдскими партизанами, союзными Тегерану. Иракцы обвинили в нападении на Халабджу иранские силы. 21 августа 2006 года начался суд над Саддамом Хусейном и шестью соучастниками, включая Хасана аль-Маджида ("Химического Али"), по обвинению в геноциде курдов. Хотя в рамках этого судебного процесса не рассматривается атака на Халабджу, он охватывает нападения на другие деревни в ходе иракской операции "Анфаль", в ходе которой, как утверждается, использовалось химическое оружие.

Инспекции ЮНСКОМ 1991-1998

Специальная комиссия Организации Объединенных Наций по Ираку (ЮНСКОМ) была создана после вторжения в Кувейт в 1990 году для инспекции иракских объектов вооружений. Первоначально ее возглавлял Рольф Экеус, а затем Ричард Батлер. В ходе нескольких визитов в Ирак инспекторы ЮНСКОМ допрашивали британского биолога Рихаб Рашид Таха. Согласно отчету Агентства по разведке Министерства обороны США за 1999 год, обычно сдержанная Таха приходила в неистовую ярость, когда ЮНСКОМ задавал ей вопросы об аль-Хакаме, кричала, визжала и однажды разбила стул, утверждая, что аль-Хакам – это завод по производству кормов для птицы. "В этом производстве кормов для животных было несколько странностей, – позже рассказал журналистам Чарльз Дюльфер, заместитель исполнительного председателя ЮНСКОМ, – начиная с обширной системы противовоздушной обороны, окружавшей его". В 1996 году объект был уничтожен ЮНСКОМ. В 1995 году главный инспектор ЮНСКОМ по вооружениям, австралиец Род Бартон, показал Тахе документы, полученные ЮНСКОМ, из которых следовало, что правительство Ирака только что приобрело 10 тонн питательной среды у британской компании Oxoid. Питательная среда – это смесь сахаров, белков и минералов, обеспечивающая питательные вещества для роста микроорганизмов. Она используется в больницах и научно-исследовательских лабораториях микробиологии и молекулярной биологии. В больницах мазки от пациентов помещают в чашки Петри с питательной средой для диагностических целей. Потребление питательной среды в больницах Ирака составляло всего 200 кг в год, однако в 1988 году Ирак импортировал 39 тонн. Показав Тахе эти доказательства, ЮНСКОМ добился от нее признания в том, что она вырастила 19 000 литров ботулинического токсина, 8000 литров сибирской язвы, 2000 литров афлатоксинов, способных вызвать печеночную недостаточность, Clostridium perfringens – бактерию, вызывающую газовую гангрену, и рицин. Она также призналась в проведении исследований холеры, сальмонеллеза, ящура и верблюжьей оспы – болезни, использующей те же методы культивирования, что и оспа, но более безопасной для исследователей. Именно обнаружение работ Тахи с верблюжьей оспой вызвало опасения разведывательных служб США и Великобритании, что Саддам Хусейн мог планировать создание биологического оружия на основе вируса оспы. В 1971 году в Ираке произошла вспышка оспы, и Центр разведки, нераспространения и контроля над вооружениями (WINPAC) полагал, что правительство Ирака сохранило зараженный материал. Иракские оппозиционные группы утверждали, что ученые распыляли сибирскую язву на заключенных, однако никаких доказательств в поддержку этих утверждений представлено не было. Во время одного эксперимента, как сообщили инспекторам, 12 заключенных были привязаны к столбам, а рядом взрывались снаряды, начиненные сибирской язвой. Команда Риттера потребовала предоставить документы из тюрьмы Абу-Грейб с данными о количестве заключенных. Риттер пишет, что обнаружил отсутствие записей за июль и август 1995 года. Попросив объяснить отсутствие документов, правительство Ирака обвинило Риттера в работе на ЦРУ и отказало ЮНСКОМ в доступе к определенным объектам, таким как штаб-квартира партии Баас. Хотя Экеус заявлял, что он сопротивлялся попыткам шпионажа, впоследствии против комиссии и ее руководства под руководством Батлера было выдвинуто множество обвинений, которые Батлер отрицал. В апреле 1991 года Ирак предоставил первое из нескольких заявлений о своих программах химического оружия. Последующие заявления, представленные Ираком в июне 1992 года, марте 1995 года и июне 1996 года, были сделаны только под давлением ЮНСКОМ. В июне 1999 года Риттер ответил на вопрос интервьюера: "Если вы спросите, обладает ли Ирак жизнеспособным в военном отношении биологическим или химическим оружием, ответ – нет! Категорическое НЕТ. Может ли Ирак сегодня производить химическое оружие в значительных масштабах? Нет! Может ли Ирак производить биологическое оружие в значительных масштабах? Нет! Баллистические ракеты? Нет! Ответ отрицательный по всем направлениям. Таким образом, с качественной точки зрения Ирак был разоружен". Позже Риттер обвинил некоторых сотрудников ЮНСКОМ в шпионаже и резко раскритиковал администрацию Билла Клинтона за злоупотребление ресурсами комиссии для прослушивания иракских военных. По словам Риттера: "Ирак сегодня (1999) не обладает значительным потенциалом оружия массового уничтожения". В июне 2000 года Риттер опубликовал статью в журнале Arms Control Today под названием "Обоснование качественного разоружения Ирака". В 2001 году на экраны вышел его документальный фильм об инспекциях ЮНСКОМ в Ираке – "В движущихся песках: Правда о ЮНСКОМ и разоружении Ирака". Фильм был профинансирован иракско-американским бизнесменом, который, неизвестно Риттеру, получил купоны "Нефть в обмен на продовольствие" от иракской администрации. В 2002 году Скотт Риттер заявил, что к 1998 году 90–95% ядерных, биологических и химических возможностей Ирака, а также баллистических ракет большой дальности, способных доставлять такое оружие, были проверены и уничтожены. Полная техническая проверка была невозможна, сказал Риттер, не потому, что у Ирака все еще было какое-либо скрытое оружие, а потому, что Ирак упреждающе уничтожил некоторые запасы и заявил, что их никогда не существовало. Многие были удивлены изменением позиции Риттера в отношении Ирака в период, когда инспекции не проводились. В ходе подготовки к войне в 2002–2003 годах Риттер критиковал администрацию Буша и утверждал, что она не предоставила никаких достоверных доказательств восстановления Ираком значительного потенциала ОМП. В интервью журналу Time в сентябре 2002 года Риттер заявил, что предпринимались попытки использовать ЮНСКОМ для шпионажа за Ираком. По данным New York Times и Washington Post от 8 января 1999 года, "В марте [1998] в последней отчаянной попытке раскрыть тайные сети оружия и разведки Саддама Хусейна Соединенные Штаты использовали команду ООН для отправки американского шпиона в Багдад для установки высокотехнологичной системы электронного перехвата". ЮНСКОМ столкнулся с различными трудностями и отсутствием сотрудничества со стороны правительства Ирака. В 1998 году ЮНСКОМ был выведен по просьбе Соединенных Штатов перед операцией "Desert Fox". Несмотря на это, по оценкам самой ЮНСКОМ, к 1998 году было успешно уничтожено 90–95% иракского ОМП. После этого в течение четырех лет (с 1998 по 2002 год) Ирак оставался без внешних инспекторов по вооружениям. За это время возникли предположения о том, что Ирак активно возобновил свои программы ОМП. В частности, различные представители администрации Джорджа Буша-младшего, а также Конгресса выражали обеспокоенность по поводу ядерного оружия. Существует спор о том, располагал ли Ирак программами ОМП после 1998 года и было ли его сотрудничество с Комиссией ООН по надзору, проверке и инспекциям (UNMOVIC) полным. Главный инспектор по вооружениям Ханс Бликс заявил в январе 2003 года, что "доступ ко всем объектам, которые мы хотели проверить, был предоставлен", и Ирак "в этом отношении довольно хорошо сотрудничал", хотя "Ирак, по-видимому, не пришел к искреннему принятию разоружения". 7 марта, выступая перед Советом Безопасности, Ханс Бликс заявил: "На этом фоне возникает вопрос о том, сотрудничал ли Ирак "немедленно, безусловно и активно" с UNMOVIC, как того требует пункт 9 резолюции 1441 (2002). Хотя многочисленные инициативы, предпринимаемые иракской стороной с целью разрешения некоторых давних нерешенных вопросов разоружения, можно рассматривать как "активные" или даже "проактивные", эти инициативы, спустя 3–4 месяца после принятия новой резолюции, нельзя назвать "немедленным" сотрудничеством. Кроме того, они не обязательно охватывают все соответствующие области". Некоторые официальные лица США восприняли это противоречивое заявление как признание несоблюдения. После ухода ООН из Ирака в 1998 году в течение почти четырех лет не проводилось инспекций оружия, и Ирак заявил, что его никогда не пригласят обратно. Кроме того, Саддам издал "секретный приказ" о том, что Ирак не обязан соблюдать какие-либо резолюции ООН, поскольку, по его мнению, "Соединенные Штаты нарушили международное право". В 2001 году Саддам заявил: "Мы вовсе не стремимся к созданию оружия или л...

Война в Ираке

Владение оружием массового уничтожения было названо Соединенными Штатами основной причиной начала войны в Ираке.

Группа по исследованию Ирака

30 мая 2003 года Министерство обороны США проинформировало СМИ о своей готовности официально начать работу Группы исследования Ирака (ISG) – миссии по сбору фактов, проводимой коалиционными силами на территории оккупированного Ирака, для изучения программ разработки оружия массового уничтожения (ОМУ) Ираком. Работа ISG началась на основе материалов, собранных 75-й британско-американской целевой группой по эксплуатации. В течение месяца после вторжения были обнаружены разграбленными различные ядерные объекты, включая Багдадский центр ядерных исследований и Центр ядерных исследований Тувейта. 20 июня 2003 года Международное агентство по атомной энергии сообщило об обнаружении нескольких тонн урана и других радиоактивных материалов, таких как торий, при этом большая часть осталась на месте. В районе происходили случаи радиационного отравления. Предполагается, что документы и объекты, подозреваемые в связи с разработкой оружия, были разграблены и сожжены мародерами в последние дни войны. 30 сентября 2004 года Группа исследования Ирака (ISG) опубликовала свой итоговый доклад. Среди ключевых выводов содержались следующие: "Саддам Хусейн настолько доминировал над иракским режимом, что стратегические цели определялись исключительно им. Он стремился к снятию санкций, сохраняя при этом возможность возобновить производство оружия массового уничтожения (ОМУ) после их отмены". "У бывшего режима не было формальной письменной стратегии или плана по восстановлению ОМУ после снятия санкций. Не было также определенной группы лиц, ответственных за политику в области ОМУ или планирующих ее, отличных от Саддама Хусейна. Его окружение понимало, что возобновление программы ОМУ является его целью, исходя из многолетнего сотрудничества с ним, а также его редких, но четких указаний и распоряжений". Ни один высокопоставленный иракский чиновник, опрошенный ISG, не считал, что Саддам навсегда отказался от ОМУ. 6 октября 2004 года глава Группы исследования Ирака (ISG), Чарльз Дюльфер, заявил Комитету Сената США по вооруженным силам, что группа не обнаружила доказательств производства и накопления Ираком при Саддаме Хусейне оружия массового уничтожения после 1991 года, когда были введены санкции ООН. После начала сотрудничества с американскими войсками в Багдаде в 2003 году доктор Махди Обейди, руководивший программой ядерных центрифуг Саддама до 1997 года, передал чертежи ядерной центрифуги и некоторые компоненты центрифуги, хранившиеся у него дома, закопанными во дворе и ожидавшие приказов из Багдада. Он сказал: "Я должен был поддерживать программу до самого конца". В своей книге "Бомба в моем саду: секреты ядерного гения Саддама" иракский инженер-ядерщик объясняет, что его ядерные запасы были ключом, который мог бы возобновить программу Саддама по созданию бомб. Однако для восстановления полноценной программы центрифугового обогащения потребовались бы значительные инвестиции и воссоздание тысяч центрифуг. В интервью 26 января 2004 года Тому Брокаву из NBC News Кей охарактеризовал иракские программы ядерного, химического и биологического оружия как находящиеся на "зарождающем" этапе. Он также заявил: "Мы обнаружили множество террористических группировок и отдельных лиц, которые проходили через Ирак, и это расследуется". Отвечая на вопрос Брокаву о том, представлял ли Ирак "назревающую угрозу", как утверждал президент Буш перед вторжением, Кей ответил: "Том, вопрос о неизбежной угрозе – это политическая оценка, а не техническая". Я думаю, что Багдад становился все более опасным в последние два года, чем мы предполагали. Саддам больше не контролировал ситуацию в стране. На рынке терроризма и ОМУ Ирак вполне мог бы стать поставщиком, если бы не война. В июне 2004 года Соединенные Штаты вывезли из Ирака 2 тонны низкообогащенного урана, достаточного для создания одного ядерного оружия. Демитриус Перрикос, тогдашний глава ЮНМОВИК, заявил, что доклад Кея содержит мало информации, неизвестной ЮНМОВИК. Многие организации, такие как журнал Biosecurity and Bioterrorism, утверждают, что доклад Кея представляет собой "анализ наихудшего сценария".

Захваченные документы

Документы операции «Иракская свобода» — это около 48 000 ящиков документов, аудио- и видеозаписей, захваченных американскими военными во время вторжения в Ирак в 2003 году. Многие из этих документов, по всей видимости, ясно демонстрируют, что режим Саддама к середине 1990-х годов отказался от стремления к созданию оружия массового уничтожения. Агентство Associated Press сообщило: «В стенограммах Саддам и его соратники неоднократно напоминали друг другу, что Ирак уничтожил свое химическое и биологическое оружие в начале 1990-х годов, а также закрыл эти программы и программу по созданию ядерной бомбы, которая так и не была реализована». На одном из президентских совещаний в 1996 году главный представитель программ вооружений Амер Мохаммед Рашид описал свой разговор с инспектором ООН по вооружениям Рольфом Экусом: «Нам нечего скрывать, поэтому мы предоставляем вам все детали». На другом совещании Саддам сказал своим заместителям: «Мы сотрудничали с резолюциями на сто процентов, и вы все это знаете. А те пять процентов, которые, по их утверждению, мы не выполнили, могут потребовать от них десять лет на (проверку). Даже не думайте, что у нас до сих пор есть ОМУ. У нас ничего нет». Конгрессмен США Питер Хоекстра призвал правительство США опубликовать оставшиеся документы в интернете, чтобы носители арабского языка по всему миру могли помочь с их переводом.

Послевоенные открытия и инциденты

После вторжения в Ирак в 2003 году было объявлено о нескольких обнаружениях химического оружия, включая около полудюжины инцидентов непосредственно во время вторжения. В апреле 2003 года морские пехотинцы США наткнулись на ряд зданий, которые излучали необычно высокий уровень радиации. При детальном осмотре солдаты обнаружили «много, много бочек» с урановым концентратом низкого качества, также известным как «желтый торт». По словам эксперта, знакомого с ядерными инспекциями ООН, американские войска прибыли в Центр ядерных исследований Тувайта, и материалы, подлежащие проверке, были задокументированы, хранились в герметичных контейнерах и находились под контролем Международного агентства по атомной энергии с 1991 года. Материал был вывезен из Ирака в июле 2008 года и продан канадской компании Cameco Corp., производителю урана, в сделке, оцениваемой в «десятки миллионов долларов». Послевоенный случай произошел 9 января 2004 года, когда исландские специалисты по боеприпасам и датские военные инженеры обнаружили 36 минометных мин калибра 120 мм, содержащих жидкость, захороненные на юге Ирака. Первоначальные тесты показали наличие кожно-нарывного вещества, однако последующий анализ, проведенный американскими и датскими экспертами, не выявил химических агентов. 2 мая 2004 года в центре улицы к западу от Багдада был найден снаряд, содержащий иприт. Расследование Iraq Survey Group установило, что он ранее хранился «ненадлежащим образом», в результате чего газ был «неэффективен» как полезный химический агент. Представители Министерства обороны заявили, что не уверены, планировалось ли использовать устройство в качестве бомбы. 16 мая 2004 года 152-мм артиллерийский снаряд был использован в качестве самодельной бомбы. Снаряд взорвался, и двое американских солдат были госпитализированы с незначительным отравлением нервно-паралитическим веществом (тошнота и расширенные зрачки). 18 мая представители разведывательного управления Министерства обороны США сообщили, что анализы показали наличие в двухкамерном снаряде химического вещества зарин, причем снаряд, «вероятно», содержал от трех до четырех литров этого вещества (в виде двух несмешанных прекурсоров до вышеупомянутого взрыва, который не привел к их смешиванию). По словам бригадного генерала Марка Киммита, повстанцы, установившие бомбу, скорее всего, не знали о наличии в ней зарина, а другой американский чиновник подтвердил, что на снаряде не было маркировки, указывающей на химический агент. Однако выяснилось, что боеголовки на самом деле не содержали зарин, а «были пусты и не показали наличия каких-либо химических веществ», и стало известно, что поляки приобрели эти снаряды по 5000 долларов за штуку. В 2004 году сотни химических боеголовок были обнаружены в пустыне недалеко от ирано-иракской границы. По данным газеты The Washington Post, боеприпасы «были захоронены вблизи иранской границы и затем забыты иракскими войсками во время их восьмилетней войны с Ираном». Представители власти не сочли эту находку доказательством продолжающейся программы вооружений, которая, как предполагалось, существовала до начала вторжения. В 2014 году правительство Ирака сообщило Организации Объединенных Наций, что повстанцы, связанные с террористической группировкой «Исламское государство», захватили контроль над Государственным учреждением Мутана, включая склад химического оружия к северо-западу от Багдада. Объект был частично разрушен и передан под надзор ЮНСКОМ после войны в Персидском заливе в 1991 году. В 1999 году на его территории находились около 2500 ракет, снаряженных зарином. ООН заявила, что боеприпасы были «низкого качества» и «значительно деградировали бы после многих лет хранения в сложившихся там условиях».

2005: Операция "Железный"

В 2005 году ЦРУ сотрудничало с разведывательным управлением армии, установив контакт с неназванным иракским лицом, располагавшим знаниями и имевшим в распоряжении остатки запасов химического оружия и боеприпасов в Ираке, относящихся к его заброшенной программе вооружений. Специалистам по эксплуатации иностранных материалов из 203-го батальона военной разведки, а также химикам и подразделениям по обезвреживанию боеприпасов была поставлена задача содействовать уничтожению изъятого оружия; в конечном итоге было получено и уничтожено не менее 400 ракет типа "Борак". В рассекреченном резюме указывалось, что "с 2003 года войска коалиции обнаружили около 500 боеприпасов, содержащих деградировавший иприт или зарин", что химические боеприпасы "по оценкам, все еще могут существовать" и что они "могут быть проданы на черном рынке". Считается, что все оружие было произведено в 1980-х годах и относится ко времени ирано-иракской войны. В ходе заседания Комитета по вооруженным силам Палаты представителей, созванного для обсуждения этой темы, командующий центром, полковник армии Джон Чиу, уточнил, что боеприпасы "в большинстве случаев сильно корродированы [и] некоторые были намеренно разобраны, если хотите, чтобы предотвратить их использование". Тем не менее, отвечая на вопрос члена комитета, конгрессмена Курта Уэлдона (R, Пенсильвания), полковник Чиу согласился с тем, что боеприпасы соответствуют техническому определению оружия массового уничтожения. "Это химическое оружие, как это определено в Конвенции о запрещении химического оружия, и да, сэр, они являются оружием массового уничтожения". Эксперт по вооружениям Дэвид Кей, также выступавший перед комитетом, не согласился с этой оценкой, заявив, что любое химическое оружие, произведенное Ираком в 1980-х годах, не может считаться действующим оружием массового уничтожения на сегодняшний день. Кей отметил, что химический агент, хотя и опасен, "менее токсичен, чем большинство веществ, которые хранятся у американцев под кухонной раковиной". В сентябре того же года в докладе Специального комитета по разведке о послевоенных находках было указано, что подобные открытия соответствуют оценке ISG о том, что "Ирак и силы коалиции будут продолжать обнаруживать небольшое количество деградировавшего химического оружия, которое бывший режим потерял или неправильно уничтожил до 1991 года. ISG полагает, что основная часть этого оружия, вероятно, была заброшена, забыта и утеряна во время ирано-иракской войны, поскольку десятки тысяч боеприпасов химического оружия были переброшены на передовую вдоль часто и быстро меняющегося фронта".

Расследование газеты "Нью-Йорк Таймс"

В октябре 2014 года газета The New York Times сообщила, что общее количество обнаруженных с 2003 года боеприпасов возросло до 4990, и что военнослужащие США подвергались воздействию и получали ранения в процессе обезвреживания и уничтожения. Американские солдаты, сообщившие о воздействии иприта и зарина, утверждают, что их заставляли скрывать факт воздействия, а иногда им отказывали в госпитализации и эвакуации домой, несмотря на просьбы командиров. "Нам категорически запретили об этом говорить", – рассказал бывший сержант. На тот момент планов по уничтожению этих материалов не было объявлено, хотя отмечалось, что бункеры были повреждены в ходе войны 2003 года, и даже осмотр территории требовал тщательного планирования. Представитель ОЗХО Майкл Лухан отметил, что в декларации не было ничего неожиданного. Производственные мощности были "выведены из строя" авиаударами во время конфликта 1991 года, после чего сотрудники Организации Объединенных Наций обеспечили охрану химических боеприпасов в бункерах. Лухан заявил тогда: "Это устаревшее оружие, остатки". Он отказался сообщить, сколько оружия хранилось в бункерах и какие вещества оно содержало. Считалось, что оружие не было в пригодном для использования состоянии.