2006 Toronto Transit Commission wildcat strike

Введение

Незаконная забастовка в Торонто, Онтарио, Канада 2006 года - незаконная забастовка в Торонто, Онтарио, Канада, произошедшая 29 мая 2006 года. Она была инициирована 800 работниками Транзитной комиссии Торонто, которые протестовали против предложенных изменений в графике работы, включая постоянное переназначение 100 рабочих на ночные смены. Удар начался между 4а. m. и 5а. Это привело к крупномасштабному нарушению обслуживания, когда водители транзитных перевозок выполнили требование пикета, фактически закрыв транзитную систему Торонто. Завершение работы привело к тому, что более миллиона пассажиров стали искать альтернативные транспортные средства, и потеря доходов составила, по оценкам, 3 миллиона долларов. К 7А. m. Совет по трудовым отношениям Онтарио (OLRB) выдал приказ о прекращении пикетов; этот приказ был проигнорирован. OLRB отправил дополнительную директиву о возвращении к работе, и в конечном итоге чиновники Amalgamated Transit Union попросили работников выполнить ее, призыв пришел незадолго до 3p. М. В. Из-за трудностей с логистикой, ограниченное обслуживание постепенно увеличивалось, а полное обслуживание возобновилось позже вечером.

Общий обзор

Рабочие утверждали, что после ратификации последнего коллективного договора условия труда ухудшились, а мораль работников в ТТС оставалась на уровне недовольства. Рабочие считали, что отсутствуют хорошие премии за здоровье, произвольные смены смен, отсутствие действий по безопасности операторов и ряд других жалоб, собранных Объединенным транзитным союзом (ATU) Local 113; Многие утверждали, что руководство не полностью признает это. Действительно, ряд опровержений были собраны руководителями и несколькими комиссарами против жалоб профсоюза. Наиболее заметное опровержение связано с вопросом безопасности оператора. Некоторые профсоюзные критики высказывали предположение, что в дорогах делается все возможное для улучшения условий труда операторов. Среди нескольких рекомендаций, выдвинутых совместной рабочей группой (создание этой группы было одобрено как профсоюзом, так и руководством), наиболее освещенными были предложения по установке камер и возведению некоторого вида искусственного барьера между оператором и отдельными клиентами. Этот, казалось бы, примирительный подход к жалобам профсоюзов принес руководству ТТК высоко ценимую симпатию общественности. Некоторые специалисты по трудовым отношениям полагают, что дикая забастовка была бы немыслима, если бы отношения были действительно дружественными. Растущая напряженность между руководством ТТК и его профсоюзом не ослабевала. Признаки предстоящей забастовки со стороны профсоюзных работников становились все более очевидными для тех, кто находился внутри ТТК. Доказательства этого можно увидеть на пресс-конференции, проведенной руководителями профсоюзов за несколько дней до забастовки. Также Боб Киннер, президент ATU Local 113, выпустил серию автоматических сообщений своим избирателям, которых насчитывалось около 8500 работников TTC. Он сообщил им, что многие из наиболее важных вопросов еще предстоит решить путем совместных переговоров с руководством. Хотя комментарии Кинера никогда не подразумевали никакой формы трудовых действий, было высказано предположение, что многие члены профсоюза восприняли его сообщения как таковые. Дикая забастовка, которая произошла 29 мая 2006 года, была инициирована не совместными действиями всех профсоюзных работников ТТК. Пикетные линии были собраны относительно небольшим количеством механических и уборщиков (около 800) во многих дворах и гаражах ТТС; местах, где размещались автобусы, трамваи и поезда метро. Многие операторы, пришедшие на утреннюю смену, присоединились к своим коллегам в знак солидарности, а остальным было предложено не пересекать пикетные линии. Без операторов, проходящих через пикетные линии, транзитный сервис был остановлен. Более 700 000 пассажиров были вынуждены искать альтернативные виды транспорта на день. Обеспокоенность, которую можно наблюдать на лицах многих пассажиров, прибывших на работу в первые часы дня, говорит о спонтанности забастовки. Общественность была по существу оставлена в неведении во время нарастания напряженности внутри ТТС. Этот день также примечателен тем, что это был самый жаркий день в году до этого момента, когда температура достигала 40 градусов по Цельсию, когда был добавлен влагозащитный детергент. Слухи о забастовке появились в новостях только в воскресенье вечером, и многие из тех, кто спал или работал в то время, не могли знать, что их ждет утром. Некоторые люди, узнав о забастовке, нашли альтернативные виды транспорта и рассказали об этом другим на остановках автобусов и трамваев. Некоторые решили идти пешком, поскольку у них не было другого выбора. И руководство, и члены профсоюза были в полной мере осведомлены об этом состоянии разногласий. Несмотря на то, что сама забастовка стала неожиданностью, некоторые полагают, что напряженные отношения между этими двумя партиями должны были быть показателями сами по себе. Забастовка началась в 12 утра для работников технического обслуживания, а водители автобусов и операторы трамваев и метро последовали за ней рано утром. Около полудня Совет по трудовым отношениям Онтарио (OLRB) "выдает приказ о прекращении работы, требуя от работников немедленно вернуться на работу". Этот приказ был полностью проигнорирован пикетчиками. Сьюарды держали забастовщиков в строю, советуя им ждать приказов от самого Кинеара. Через пару часов, OLRB собрались, отправив приказ о возвращении к работе, подтвердив их ранее принятое решени�...

Workers argued that there was a declining state of conditions since the latest collective bargaining agreement was ratified, and worker morale in the TTC was lingering along the lines of discontent. Workers perceived a lack of good health premiums, arbitrary shift changes, lack of action on operator safety, and an assortment of other grievances assembled by the Amalgamated Transit Union (ATU) Local 113; Many argued that these were not being fully acknowledged by the management. Indeed, a series of rebuttals were assembled by management's executives and several commissioners against the union's grievances. The most notable refutation is owed to the issue of operator safety. It had been suggested by several union detractors that in roads were being made in regard to improving working conditions for operators. Among several recommendations laid out by a joint task force (the inception of this panel was approved by both the union and management), the most publicized suggestions involved the idea of installing cameras and erecting some form of artificial barrier between the operator and individual customers. This seemingly conciliatory approach to union grievances gave TTC's management much valued public sympathy. Some experts in worker relations suggest that a wildcat strike would have been unfathomable if relations were indeed amicable. Growing tension between TTC's management and its union were not relenting. Signs of an impending strike action on the part of unionized workers were becoming evermore apparent to those inside the TTC. Evidence is seen in a press conference held by union executives days before the strike action. As well, Bob Kinnear, president of ATU Local 113, issued a series of automated messages to his constituents who numbered up to and around 8,500 TTC workers. He informed them that many of the most critical issues had yet to be resolved through joint negotiations with management. Although Kinnear's comments never implied any form of job action, it was suggested that many members of the union took his messages as such. The wildcat strike which took place on the May 29, 2006, was not initiated by joint action of all the unionized workers in the TTC. Picket lines were assembled by a relatively small number of mechanical and janitorial workers (approximately 800) across many of the TTC's yards and garages; locations that housed buses, streetcars, and subway trains. Many operators who showed up for their morning shift joined their co workers in a sign of solidarity, and the remainder were asked by the TTC not to cross the picket lines. Without the operators passing through the picket lines, transit service was halted. Over 700,000 commuters were forced to find alternate forms of transportation for the day. The bewilderment observed on the faces of many early day commuters speaks volumes as to the spontaneity of the strike. The public was essentially left in the dark throughout the build up of tensions within the TTC. The day was also notable as it was the hottest day of the year to that point, with the temperature peaking 40 degrees Celsius when the humidex was added in. Rumours of the strike only hit the news very late on Sunday night, and many who were sleeping or working at the time had no way of knowing what was waiting for them in the morning. Finding alternate forms of transportation, some people who became aware of the strike action had to tell others at bus and streetcar stops along their way. Some decided to walk as there was no other option at their disposal. Both management and union members were fully aware of this state of discord. Even though the wildcat strike itself was a surprise, some suggest that the stressed relationship between these two parties should have been indicators on their own right. The strike began at 12 am for maintenance employees and the bus drivers and streetcar and subway operators followed early in the morning. At around noon, the Ontario Labour Relations Board (OLRB) "issue[d] a cease and desist order requiring workers to report back to work immediately." This order was completely ignored by picketers. Shop stewards kept strikers in line by advising them to await orders from Kinnear himself. A couple hours later, the OLRB reassembled, dispatching a back to work order, reinforcing their earlier promulgation. Kinnear remained defiant throughout the wildcat strike, but eventually bowed to pressure and advised all picketing workers to return to work. He asked the workers to do it "For the travelling Public, not the TTC Management". Rogue picket lines that refused to dissolve were done so through the assistance of the Toronto Police Service.

Последствия

Сразу после окончания забастовки несколько членов городского совета Торонто, а также бесчисленное множество пассажиров, решили применить строгие дисциплинарные меры против профсоюза и его членов. Мэр Торонто Дэвид Миллер, вопреки про-профсоюзным склонностям прошлого, предложил идею судебного преследования Объединенного Транзитного Союза; стратегический шаг, который был параллельным с мнением его избирателей. Если такой путь будет продолжен, было предложено, чтобы индивидуальные штрафы для более чем 800 рабочих-механиков и уборщиков, которые начали пикет, были одним из главных приоритетов обвинения, за счет самого профсоюза. Этот внешний подход к убыткам доходов был вдохновлен подобным событием, которое произошло в Нью-Йорке зимой 2005 года. Забастовка в Нью-Йорке закончилась тем, что начальник профсоюза получил короткий тюремный срок, в то время как сам профсоюз был оштрафован за экономические проблемы, которые он вызвал. Кинер отверг предположения, что его тоже могут посадить. Вместо этого он принял идею, обозначая свою готовность действовать как мученик союза. 31 мая 2006 года местная 113 опубликовала рекламное объявление против председателя комиссии Говарда Моско, мэра Миллера и Рика Дючарма, главного генерального менеджера TTC. В ней профсоюз утверждал, что небрежное и небрежное поведение трех мужчин, по сути, отражающее позицию руководства, привело Бобби Лоу, оператора автобуса, который был физически избит в смене, к диспропорции. Реклама эффективно иллюстрировала, как жизнь Лоу была разрушена в результате получения недостаточных форм компенсации от комиссии и из-за их общей позиции laissez faire по вопросу безопасности операторов. После того, как Москоу упрекал рекламу с резкой критикой ее точности, сам Лоу посетил бывшего в своем офисе в мэрии, проиллюстрировав свое недовольство обвинениями. Моско позже отозвал большинство своих комментариев. Некоторые считали, что рекламное объявление о нападении является существенной переменной, которая узаконила забастовку диких кошек, в то время как другие считали, что это было самоуспокоение профсоюза по другим спорным вопросам, таким как состояние уборщиков и механиков; вопрос, который считался менее дружественным для СМИ по сравнению с вопросом безопасности операторов. Было также высказано предположение, что если бы профсоюз продвигался вперед с подобной кампанией по связям с общественностью до дикой забастовки, они получили бы больше сочувствия со стороны общественности. Некоторые также обвиняют профсоюз в неправомерности, не концентрируясь на проблемах, с которыми сталкиваются сами первые забастовщики. Борьба за власть между руководством, комиссарами и профсоюзом, в конечном итоге закончилась отставкой Рика Дючарма 6 июня 2006 года. Дючарм критиковал членов совета директоров ТТК за вмешательство в переговоры о трудовых отношениях, поскольку между комиссарами ТТК и профсоюзом проводились закрытые встречи, которые исключали руководство; руководство было традиционным переговорщиком с профсоюзом, а не совет директоров. В конце 2007 года TTC отказалась от иска в размере 3 миллионов долларов против профсоюза, в то время как событие больше не называли "дикой забастовкой", а инцидентом.

Immediately after the strike's end, several members of Toronto City Council, along with countless commuters, saw recourse in the idea of enforcing strict disciplinary penalties against the union and its membership. Toronto Mayor David Miller, contrary to pro union inclinations of the past, introduced the idea of prosecuting the Amalgamated Transit Union; a strategic move that paralleled the opinions of his constituents. If such a route were to proceed, it had been suggested that individual fines for the over 800 mechanical and janitorial workers who started the picket lines would be one of the prosecution's top priorities, behind charging the union itself. This externalized approach to dealing with lost revenue was inspired by a similar event that erupted in New York City during the winter of 2005. New York's transit strike ended with a union boss being given a short prison sentence, while the union itself was fined for the economic disruption it caused. Kinnear brushed off suggestions that he too was in line for incarceration. Instead, he embraced the idea, signifying his willingness to act as the union's martyr. On May 31, 2006, Local 113 published an attack ad against the commission chair Howard Moscoe, Mayor Miller, and Rick Ducharme, chief general manager of the TTC. In it, the union argued that negligent and careless behaviour by the three men, essentially reflecting management's posture, had led Bobby Lowe, a bus operator who was physically assaulted on shift, into disparity. The ad effectively illustrated how Lowe's life was ruined as a result of receiving deficient forms of compensation from the commission, and due to their overall laissez faire stance on the issue of operator safety. After Moscoe rebuked the ad with scathing criticisms of its accuracy, Lowe himself visited the former in his city hall office, illustrating his discontent over the allegations. Moscoe later retracted most of his comments. Some saw the attack ad as the essential variable that legitimized the wildcat strike, while others saw it as the union's complacency over other contentious issues such as the state of janitorial and mechanical workers; an issue that was seen as less media friendly in comparison to the matter of operator safety. It had also been suggested that if the union moved forward with a similar Public Relations campaign before the wildcat strike, they would have received more sympathy from the public. Some also charge the union of foul play by not concentrating on the problems facing initial strikers themselves. The power struggle between management, the commissioners, and the union, eventually ended with Rick Ducharme's resignation on June 6, 2006. Ducharme had criticized the councilors on the TTC board for interfering with labour negotiations, as there were closed door meetings between TTC commissioners and the union which excluded management; management was the traditional negotiator with the union, not the board. At the end of 2007, the TTC dropped its $3 million lawsuit against the union, while the event was no longer referred to as a "wildcat strike", but an incident.