Али Шариати: Жизнь и идеи иранского социолога и философа

Введение

Иранский социолог и философ (1933–1977)

Али Шариати Мазинани (علی شریعتی مزینانی, 23 ноября 1933 года – 18 июня 1977 года) был иранским революционером и социологом, специализировавшимся на социологии религии. Он считается одним из наиболее влиятельных иранских интеллектуалов XX века и известен как "идеолог Исламской революции", хотя его идеи не легли в основу Исламской Республики.

Биография

Али Шариати (Али Машарати) родился в 1933 году в Мазинане, пригороде Сабзевара, на северо-востоке Ирана. Его отец происходил из семьи духовенства. Его отец, Мохаммад Таки, был учителем и исламским ученым. В 1947 году он открыл Центр распространения исламских истин в Мешхеде, провинция Хорасан. Это был социальный исламский форум, вовлеченный в движение за национализацию нефти в 1950-х годах. Мать Шариати происходила из небольшой землевладельческой семьи. В годы обучения в педагогическом колледже в Мешхеде Шариати общался с молодыми людьми из менее обеспеченных слоев общества и впервые увидел бедность и лишения, существовавшие в Иране в тот период. Одновременно он познакомился с различными аспектами западной философской и политической мысли. Он стремился объяснить и предложить решения проблем, стоящих перед мусульманскими обществами, опираясь на традиционные исламские принципы, переплетенные и осмысленные с точки зрения современной социологии и философии. Его статьи того периода для ежедневной газеты "Хорасан" в Мешхеде демонстрируют его развивающийся эклектизм и знакомство с идеями современных мыслителей, таких как Джамаль ад-Дин аль-Афгани, сэр Мухаммад Икбал из Пакистана, а также Зигмунд Фрейд и Алексис Каррель. В 1952 году он стал учителем средней школы и основал Исламскую ассоциацию студентов, что привело к его аресту после демонстрации. В 1953 году, в год свержения Моссадека, он вступил в Национальный фронт. В 1955 году он получил степень бакалавра в Университете Мешхеда. В 1957 году он был арестован иранской полицией вместе с шестнадцатью другими членами Национального движения сопротивления. Затем Шариати получил стипендию для продолжения обучения в аспирантуре в Парижском университете под руководством ираниста Гильбера Лазарда. Он покинул Париж после получения степени доктора философии по персидскому языку в 1964 году. В этот период в Париже Шариати начал сотрудничать с Алжирским национально-освободительным фронтом (FLN) в 1959 году. В следующем году он начал читать Франца Фанона и перевел антологию его работ на персидский язык. Шариати познакомил иранские революционные эмигрантские круги с идеями Фанона. Он был арестован в Париже 17 января 1961 года во время демонстрации в честь Патриса Лумумбы. В том же году он присоединился к Эбрагиму Язди, Мустафе Чамрану и Садеку Котбзаде в создании Движения за свободу Ирана за рубежом. В 1962 году он продолжил изучение социологии и истории религий в Париже, посещая лекции исламского ученого Луи Массиньона, Жака Берка и социолога Жоржа Гурвича. В том же году он познакомился с философом Жаном Полем Сартром и опубликовал в Иране книгу Джалала Аль-э Ахмада "Гарбзадеги" (или "Окцидентоз"). Затем Шариати вернулся в Иран в 1964 году, где был арестован и заключен в тюрьму за участие в подрывной политической деятельности во Франции. Он был освобожден через несколько недель, после чего начал преподавать в Университете Мешхеда. Шариати затем переехал в Тегеран, где начал читать лекции в Институте Хоссейние Эршад. Эти лекции пользовались огромной популярностью среди студентов и распространялись из уст в уста во всех экономических слоях общества, включая средний и высший классы, где рос интерес к его учению. Его дальнейший успех вновь привлек внимание правительства, которое арестовало его вместе со многими его учениками. Широкое общественное давление и международный протест в конечном итоге привели к его освобождению 20 марта 1975 года после восемнадцати месяцев одиночного заключения. Шариати получил разрешение уехать в Англию. Вскоре после этого, 18 июня 1977 года, он был найден мертвым в Саутгемптоне, в доме, который он арендовал у профессора психологии доктора Баттерворта. Считается, что он был убит САВАК, иранской службой безопасности времен шаха. Однако в биографии Шариати, написанной Али Рахнемой, говорится, что он умер от сердечного приступа при загадочных обстоятельствах, хотя никаких больничных или медицинских записей обнаружено не было. Он похоронен рядом с Саййидой Зайнаб, внучкой пророка Мухаммеда и дочерью Али, в Дамаске, где его часто посещают иранские паломники.

Ali Shariati (Ali Masharati) was born in 1933 in Mazinan, a suburb of Sabzevar, in northeastern Iran. His father's family were clerics. His father, Mohammad Taqi, was a teacher and Islamic scholar. In 1947, he opened the Centre for the Propagation of Islamic Truths in Mashhad, in Khorasan Province. It was a social Islamic forum which became embroiled in the oil nationalisation movement of the 1950s. Shariati's mother was from a small land owning family. In his years at the Teacher's Training College in Mashhad, Shariati came into contact with young people who were from less privileged economic classes of society, and for the first time saw the poverty and hardship that existed in Iran during that period. At the same time, he was exposed to many aspects of Western philosophical and political thought. He attempted to explain and offer solutions for the problems faced by Muslim societies through traditional Islamic principles interwoven with, and understood from, the point of view of modern sociology and philosophy. His articles from this period for the Mashhad daily newspaper, Khorasan, display his developing eclecticism and acquaintance with the ideas of modernist thinkers such as Jamal al Din al Afghani, Sir Allama Muhammad Iqbal of Pakistan, among the Muslim community, and Sigmund Freud and Alexis Carrel. In 1952, he became a high school teacher and founded the Islamic Students' Association, which led to his arrest following a demonstration. In 1953, the year of Mossadeq's overthrow, he became a member of the National Front. He received his bachelor's degree from the University of Mashhad in 1955. In 1957, he was arrested again by the Iranian police, along with sixteen other members of the National Resistance Movement. Shariati then earned a scholarship to continue his graduate studies at University of Paris under the supervision of the Iranist Gilbert Lazard. He left Paris after earning a PhD in Persian language in 1964. During this period in Paris, Shariati started collaborating with the Algerian National Liberation Front (FLN) in 1959. The following year, he began to read Frantz Fanon and translated an anthology of his work into Persian. Shariati introduced Fanon's thought into Iranian revolutionary émigrée circles. He was arrested in Paris on 17 January 1961 during a demonstration in honour of Patrice Lumumba. The same year he joined Ebrahim Yazdi, Mostafa Chamran and Sadegh Qotbzadeh in founding the Freedom Movement of Iran abroad. In 1962, he continued studying sociology and the history of religions in Paris, and followed the courses of Islamic scholar Louis Massignon, Jacques Berque and the sociologist Georges Gurvitch. He also came to know the philosopher Jean Paul Sartre that same year, and published Jalal Al e Ahmad's book Gharbzadegi (or Occidentosis) in Iran. Shariati then returned to Iran in 1964, where he was arrested and imprisoned for engaging in subversive political activities while in France. He was released after a few weeks, at which point he began teaching at the University of Mashhad. Shariati next went to Tehran, where he began lecturing at the Hosseiniye Ershad Institute. These lectures were hugely popular among his students and were spread by word of mouth throughout all economic sectors of society, including the middle and upper classes, where interest in his teachings began to grow. His continued success again aroused the interest of the government, which arrested him, along with many of his students. Widespread pressure from the people, and an international outcry, eventually led to his release on 20 March 1975, after eighteen months in solitary confinement. Shariati was allowed to leave for England. Not long after, on June 18, 1977, he was found dead in Southampton, at the house he was renting from psychology professor Dr. Butterworth. He is believed to have been killed by the SAVAK, the Iranian security service during the time of the Shah. However, in Ali Rahnema's biography of Shariati, he is said to have died of a heart attack under mysterious circumstances, although no hospital or medical records have been found. He is buried next to Sayyidah Zaynab, the granddaughter of the Islamic prophet Muhammad, and the daughter of Ali, in Damascus, where Iranian pilgrims often visit.

Популярность

Шариати стремился возродить революционные течения в шиизме. Его интерпретация шиизма поощряла революцию в мире и обещала спасение после смерти. Он называл свой подход к шиизму «красным шиизмом», противопоставляя его нереволюционному «черному шиизму» или шиизму Сефевидов. Его идеи сравнивают с движением католической теологии освобождения, основанным в Южной Америке перуанцем Густаво Гутьерресом и бразильцем Леонардо Боффом. Шариати был выдающимся философом ислама, утверждавшим, что хорошее общество должно соответствовать исламским ценностям. Он полагал, что роль правительства состоит в том, чтобы направлять общество наилучшим образом, а не просто эффективно им управлять. Он считал, что наиболее образованные представители улемы (духовенства) должны играть ведущую роль в руководстве обществом, поскольку они лучше всех понимают, как применять исламскую систему ценностей, основанную на учении пророков Бога и двенадцати шиитских имамов. Шариати утверждал, что задача духовенства – направлять общество в соответствии с исламскими ценностями, способствуя реализации человеческим потенциалом, а не удовлетворять гедонистическим желаниям, как это принято на Западе. На работы Шариати оказал значительное влияние «третиймирнизм», с которым он познакомился во время учебы в Париже – идеи о том, что классовая борьба и революция приведут к справедливому и бесклассовому обществу, – с одной стороны, и деколониальное эпистемологическое мышление того времени – с другой. Говорят, что он перенял идею *гарбзадеги* у Джалала Аль-э Ахмада и подарил ей «вторую, самую яркую и влиятельную жизнь». Он стремился перевести эти идеи на язык культурных символов шиизма, понятных и близких иранцам. Шариати верил, что шииты не должны пассивно ждать возвращения двенадцатого имама, а должны активно содействовать его возвращению, борясь за социальную справедливость, «даже ценой мученичества», говоря: «Каждый день – это Ашура, каждое место – это Кербела». В отличие от Фанона, Шариати, когда писал ему три письма, считал, что для борьбы с империализмом не обязательно отказываться от религии. Он полагал, что люди могут бороться с империализмом, восстанавливая свою культурную идентичность, которая в некоторых странах тесно переплетена с фундаментальными религиозными убеждениями. Шариати ссылается на принцип возвращения к себе. Социальный теоретик Асеф Баят зафиксировал свои наблюдения как свидетель и участник иранской революции 1979 года. Он утверждает, что Шариати в период революции предстал как «непревзойденный революционный интеллектуал», его портреты были повсюду на маршах и демонстрациях, а его прозвище «mo'allem e enqilab» (революционный наставник) скандировали миллионы, а его труды и записи были широко доступны еще до революции. «Мой отец, – вспоминает Баят, – едва умел читать и писать, но у него были собственные экземпляры» работ Шариати.

Shariati sought to revive the revolutionary currents of Shiism. His interpretation of Shiism encouraged revolution in the world, and promised salvation after death. He referred to his brand of Shiism as "red Shiism" which he contrasted with non revolutionary "black Shiism" or Safavid Shiism. His ideas have been compared to the Catholic Liberation Theology movement founded in South America by Peruvian Gustavo Gutierrez and Brazilian Leonardo Boff. Shariati was a prominent philosopher of Islam, who argued that a good society would conform to Islamic values. He suggested that the role of government was to guide society in the best possible manner rather than manage it in the best possible way. He believed that the most learned members of the Ulema (clergy) should play a leadership role in guiding society because they best understand how to administer an Islamic value system based on the teachings of the Prophets of God and the 12 Shia Twelver Imams. He argued that the role of the clergy was to guide society in accordance with Islamic values to advance human beings towards reaching their highest potential—not to provide/serve the hedonistic desires of individuals as in the West. Shariati's works were highly influenced by the Third Worldism that he encountered as a student in Paris—ideas that class war and revolution would bring about a just and classless society—from one side, and the epistemic decolonisation thinking of his time from the other side. He is said to have adopted the idea of Gharbzadegi from Jalal Al e Ahmad and given it "its most vibrant and influential second life". He sought to translate these ideas into cultural symbols of Shiism that Iranians could relate to. Shariati believed Shia should not merely await the return of the 12th Imam, but should actively work to hasten his return by fighting for social justice, "even to the point of embracing martyrdom," saying "every day is Ashoura, every place is the Karbala". When he was writing the three letters to Fanon, unlike him, Shariati believed that it is not true that one must put away religion to fight imperialism. He felt that people could fight imperialism solely by recovering their cultural identity. In some countries, such an identity was intertwined with fundamental religious beliefs. Shariati refers to the maxim of returning to ourselves. Social theorist Asef Bayat has recorded his observations as a witness and participant in the Iranian revolution of 1979. He asserts that Shariati emerged at the time of the revolution as "an unparalleled revolutionary intellectual" with his portraits widely present during the marches and protests and his nickname as "mo'allem e enqilab" (revolutionary mentor) chanted by millions and whose literature and tapes had already been widely available before the revolution. "My father" recalls Bayat, "barely literate, had his own copies" of Shariati's works.

Шариат и социализм

Похоже, что его интерес к изучению социализма начался с перевода книги «Абу Зарр: богобоязненный социалист» египетского мыслителя Абдул Хамида Джовдата аль-Сахара. Согласно этой книге, Абу Дхар был первым социалистом. Затем отец Шариати заявил, что его сын верил в фундаментальность принципов Абу Дхара. Некоторые мыслители даже описывали Шариати как современного Абу-Дхара в Иране. Среди всех его идей выделяется его настойчивость на необходимости революционных действий. Шариати считал, что марксизм не может предоставить странам третьего мира идеологические средства для самоосвобождения. Одной из его основных идей было то, что ислам по своей природе является революционной идеологией. Следовательно, ислам способен взаимодействовать с современным миром как идеология. По мнению Шариати, историческим и изначальным источником человеческих проблем стало возникновение частной собственности. Он полагал, что в современную эпоху появление машины стало вторым по значимости фундаментальным изменением в положении человека. Фактически, частная собственность и появление машины, рассматриваемые как две исторические тенденции, относятся ко второму периоду истории. Первым периодом была коллективная собственность. Однако Шариати подверг критике историческое развитие религии, а также современные философские и идеологические течения и их связь как с частной собственностью, так и с появлением машины.

Эпистемология

Шариати разработал идею о социальной, культурной и исторической обусловленности религиозного знания в социологии. Он верил в земную природу религии и в социальный контекст, в котором формируется смысл общества. Он также подчеркивал, что понимает религию исторически, поскольку был социологом. Он говорил, что его заботит исторический и социальный Таухид, а не истинность Корана, Мухаммеда или Али.

Политическая философия

Во-первых, Шариати критиковал западную либеральную демократию. Он отметил, что существует прямая связь между демократией, либерализмом и разграблением народов. Он считал, что либеральная демократия – враг человечества. Он также указал на то, что господствующая экономическая система либеральной демократии несправедлива и противоречит правам людей. Он утверждал, что в таком обществе слабый уже изначально обречен на поражение и уничтожение. В мыслях Шариати и его критике либеральной демократии существуют основополагающие принципы. Первый принцип связан с противопоставлением религиозного и нерелигиозного мировоззрения. Он объяснял историю, общество и человечество, исходя из монистического мировоззрения. Он рассматривал либерализм как систему, основанную на неравенстве и дискриминации. Свобода и равенство, основанные на духовности, были краеугольным камнем досовременных обществ, которые были разрушены в определенный исторический период. Шариати считал, что правление имама Али можно рассматривать как наилучшую форму демократии. В связи с этим он пытался интерпретировать поведение имама Али в контрасте с его врагами. Он назвал эту демократию «Демократией обязательств». Похоже, Шариати не принимал западное определение демократии, хотя и не возражал против самой демократии. По его мнению, религиозное правительство является демократическим правом мусульманских граждан. Он считал, что одной из основных проблем западной демократии является демагогия. Сегодня голоса избирателей направляются по определенным каналам с помощью рекламных инструментов. В таких условиях лишь тот, кто обладает критическим мышлением, способен отбросить отвлекающие факторы и поверхностные аргументы и эффективно голосовать за себя и свои сообщества. Он утверждал, что западная демократия, основанная на золоте, жестокости и обмане (Зар, Зур ва Тазвир), является антиреволюционным режимом, отличным от идеологического руководства. Шариати, восхищавшийся Жоржем Гурвичем в его социологическом анализе, полагал, что не существует единой модели для анализа социальных явлений и исторических событий. Он считал, что нет единства религии и общества, а существует множество религий и обществ. Он подчеркивал активную роль ученого в области гуманитарных наук в процессе исследований и научных изысканий. Он полагал, что существует связь между ценностями научного знания и влиянием этих ценностей на выводы исследования. Он считал ненужным переносить выводы западных ученых на наше общество. Однако он критиковал западные идеологические школы, такие как национализм, либерализм, марксизм и т.д. Он утверждал, что между западной философией и иранским обществом существует соответствие. По мнению Шариати, демократия несовместима с революционной эволюцией и прогрессом. Одной из его критических замечаний в отношении западных идеологий является их *бескритичное подражание этим идеологиям*. Другая его критика заключается в отрицании духовности в западной философии. Фактически, эти идеологии стремятся помешать людям достичь трансцендентных целей и любых *эволюционных преобразований*. В связи с этим он резко критиковал капитализм, и в то же время восхищался социализмом, поскольку он мог бы привести человечество к эволюции и освободить его от утилитаризма. Однако он также резко критиковал Карла Маркса. По мнению Шариати, теория Карла Маркса об экономике как об инфраструктуре и основе человека и общества была ошибочной. Напротив, Шариати ставит человека, а не экономику, в основу и источник общества.

In the first place, Shariati criticised western liberal democracy. He pointed out that there is a direct relationship between democracy, liberalism and the plundering of nations. He believed that liberal democracy is the enemy of humankind. He also referred to the fact that the ruling economic system of liberal democracy is unjust and contrary to the rights of people. He maintained that in such a society, someone who is weak is already subjected to defeat and annihilation. There are basic foundations in Shariati's thoughts and his criticism of liberal democracy. The first foundation is related to the contrast between the religious worldview and the non religious one. He explained history, society and humanity according to a monistic worldview. He explained liberalism as something with inequality and discrimination. Freedom and equality based on spirituality were the very basis of pre modern societies which were devastated in one period of history. Shariati believed that the government of Imam Ali could be considered the best form of democracy. On this occasion, he tried to interpret the behaviour of Imam Ali in contrast with his enemy. He called this democracy Commitment democracy. It appears that Shariati did not accept the western definition of democracy although he had no problem with democracy. According to him, a religious government is a democratic right of Muslim citizens. He believed that one of the basic problems of western democracy is demagogy. Nowadays the votes of voters are directed to special channels with the help of advertising instruments. In such a condition only one who is critically conscious can dispose of distractions and surface level arguments, and vote effectively for themselves and their communities. He maintains that the western democracy based on gold, cruelty and tricking (Zar, Zour va Tazvir) is an anti revolutionary regime that is different from ideological Guidance. Shariati, who was the fan of Georges Gurvitch in his analysis of sociology, believed that there was no special pattern for the analysis of social affairs and historical events. He thought that there was no unity of religion and society, but rather there were many religions and societies. He referred to the active role of the scholar of human science during investigation and scientific research. He believed that there was a relationship between the values of scholarship and the effects of those values on the conclusions of an investigation. He believed that it was not necessary to extend the other conclusions of other Western scholars to our society. However, he criticized the Western ideological schools such as nationalism, liberalism, Marxism, etc. He maintained that there was conformity and correspondence between the Western philosophy and Iranian society. According to Shariati, democracy is inconsistent with revolutionary evolution and progress. One of his criticism of Western ideology is its [regardless imitation of those ideologies check translation]. One of his other criticisms is the denial of spirituality in Western philosophy. In fact, those ideologies attempt to prevent humans from achieving transcendental goals and any [evolutionary movements check translation]. In this vein, he firmly criticized capitalism, and at the same time, he admired socialism because it would lead humanity to evolution and free it from utilitarianism. However, he firmly criticized Karl Marx. According to Shariati, Karl Marx's theory on the economy as the infrastructure and foundation of human and society was strayed. Conversely, Sharia places the human, not the economy, as the foundation and origin of society.

Современные проблемы

Согласно Шариати, история человечества состоит из двух стадий: стадии коллективизма и стадии частной собственности.

Наследие

Существует множество сторонников и противников взглядов Шариати, и личность Шариати остаётся в значительной степени неизвестной. Али Хаменеи знал Шариати как пионера исламского учения, отвечающего потребностям его поколения. По словам Саида Али Хаменеи, у Шариати были как положительные, так и отрицательные черты. Хаменеи считает несправедливым представлять Шариати как человека, принципиально не согласного с муллами. Одной из сильных сторон Шариати была его способность излагать свои мысли доступным и простым языком для своего поколения. Шариати в определённой степени поддерживал мулл в Иране. Некоторые учёные, такие как Элизабет Ф. Томпсон, пытаются увидеть сходство между ролью Шариати в исламской революции в Иране и ролью Саида Кутба в Египте. Одно из сходств заключается в том, что оба они подготовили почву для назревающей революции в Иране и Египте. Оба стремились к исламскому культурному преобладанию. Оба были сторонниками революционного пересмотра господствующих ценностей и норм. Они рассматривали исламизм как третий путь между американским и советским влиянием. При этом они не были полностью утопичны и в значительной степени опирались на исламские принципы. Разумеется, между ними есть различия: Шариати был левым, а Кутб – консерватором. По мнению Махмуда Талегани, Али Шариати был мыслителем, создавшим школу революции, которая направляла молодёжь к революционным действиям. Бехешти полагает, что работа Шариати имела фундаментальное значение для исламской революции. По словам Хамида Алгара, Шариати был главным идеологом исламской революции.

Публикации

Несмотря на раннюю смерть Шариати, он является автором около 200 публикаций, включая статьи, доклады, представленные на семинарах, и циклы лекций, а также более ста книг.