Введение
Русский литературный труд Новгородская первая хроника (НПЛ) или Новгородская хроника, 10161471 - самая старая сохранившаяся руская хроника Новгородской республики. Написанный на древневосточнославянском языке, он отражает литературную традицию Киевской Руси, которая отличается от Первичной летописи. Более поздние издания хроники отражают утраченный Первичный Киевский кодекс конца XI века, который содержал информацию, отсутствующую в более поздней Первичной хронике. Самая старая сохранившаяся копия НПЛ - так называемый Синодный свиток, датируемый второй половиной XIII века. Впервые напечатанный в 1841 году, в настоящее время хранится в Государственном историческом музее. Это самая ранняя из известных рукописей древневосточнославянской хроники, предшествующая Лоуренцианскому кодексу Первичной хроники почти на столетие. В XIV веке монахи Юрьевского монастыря в Новгороде продолжали писать "Синодный свиток". Другие важные копии Новгородской первой летописи включают в себя академический свиток и свиток комиссии), оба датируются 1440-ми годами. Потерянное содержание свитка Синода до 1016 года неизвестно и может быть только предположено.
The Novgorod First Chronicle (, commonly abbreviated as NPL) or The Chronicle of Novgorod, 1016–1471 is the oldest extant Rus' chronicle of the Novgorod Republic. Written in Old East Slavic, it reflects a literary tradition about Kievan Rus' which differs from the Primary Chronicle. The later editions of the chronicle reflect the lost Primary Kievan Code of the late 11th century, which contained information not present in the later Primary Chronicle. The earliest extant copy of the NPL is the so called Synod Scroll , dated to the second half of the 13th century. First printed in 1841, it is currently preserved in the State Historical Museum. It is the earliest known manuscript of a major Old East Slavic chronicle, predating the Laurentian Codex of the Primary Chronicle by almost a century. In the 14th century, the Synod Scroll was continued by the monks of the Yuriev Monastery in Novgorod. Other important copies of the Novgorod First Chronicle include the Academic Scroll and Commission Scroll ), both dating to the 1440s, The lost contents of the Synod Scroll before the year 1016 are unknown, and can only be speculated about.
Скриншот Комиссии
Копия Новгородской первой летописи, датированная серединой XV века, в начале содержит две генеалогии и хронологический список правителей Руси; все три из них начинаются с "Рюрик". Это резко контрастирует с Гипатийским кодексом (составленным в 1425 году), в котором список князей ("принцев") Киева начинается с "Дира и Аскольда", за которым следует "Олег", а затем "Игорь", и вообще не упоминает "Рюрика". Аналогичным образом, хронология в начале Лаврентийского кодекса (составленного в 1377 году) не упоминает "Рюрика", но начинает царский список князей Руса с года, в котором Олег поселился в Киеве. Рассказная часть НПЛ начинается с легендарного происхождения Руси, а ее последние записи относятся к событиям середины 15 века. В ней описывается вступление на престол новгородских князей, выборы крупных чиновников, таких как тисяцкий и посадник, строительство церквей и монастырей, эпидемии и военные походы. Новгорская Первая Хроника (НПЛ), как и Первичная Хроника (ПВЛ) и Киевская Хроника, следует формулируемой практике, в которой правление любого данного принца легитимизируется указанием на то, что он "сидел на престоле своего отца" и часто "его дедушка" до этого, или иногда "его брат" или "его дядя". Причина этого в том, что если отец (или другой близкий родственник) не сидел на том же троне, то этот человек был изгой, не имел права править.
Параллели с языческими верованиями
Хроника описывает действия Волхов (Магов), которые стали лидерами восстаний в 1024 и 1071 годах. Историк Игорь Фроянов проанализировал сцену из Новгородской первой летописи, в которой волхвы рассказывают о сотворении человека. Согласно легенде, в 1071 году в Новгороде появились два волхва и начали сеять беспорядки, утверждая, что вскоре Днепр потечет назад, и земля переместится с места на место. Ян Вышатич спросил: "Как, по-вашему, появился человек?" Маги ответили: "Бог омылся в ванне и потеет, вытирает себя тряпкой и бросает ее с неба на землю; и дьявол создал человека, и Бог вложил в него свою душу. Поэтому, когда человек умирает, тело уходит в землю, а душа уходит к Богу" (Новгородская хроника) Фроянов первым обратил внимание на сходство текста с мордовской финской легендой о сотворении человека Богом (Чам Па) и дьяволом (Шаитаной). В пересказе Мельникова Печерского эта легенда звучит так: Шайтан смоделировал тело человека из глины, песка и земли; он вышел с свиньей, затем с собакой, затем с рептилиями. Шайтан хотел создать человека по образу и подобию Чам Паса. Затем шайтан позвал мышиную птицу и приказал ей построить гнездо в одном конце полотенца, которым Чам-Пас вытирает себя, когда идет в ванну, и разводить там детей: один конец станет тяжелее, а полотенце с гвоздикой от неравномерного веса упадет на землю. Сатана поднял упавшее полотенце и вытер его литье с него, и человек получил образ и подобие Бога. После этого Сатана начал оживлять человека, но не мог вложить в него живой души. Душа была вдохнута в человека Чам Пасом. Между Шайтаном и Чам Пасом был долгий спор: кому должен принадлежать человек? Наконец, когда Чам-пас устал спорить, он предложил разделить человека, после смерти человека душа должна попасть на небеса Чам-пасу, который взорвал ее, а тело гниет, разлагается и уходит к Шайтану.
Froyanov was the first to draw attention to the similarity of the text with the Mordovian Finn legend about the creation of man by God (Cham Pas) and the devil (Shaitana). In the retelling of Melnikov Pechersky, this legend sounds like this:
Shaitan modeled the body of a man from clay, sand and earth; he came out with a pig, then a dog, then reptiles. Shaitan wanted to make a man in the image and likeness of Cham Pas. Then Shaitan called a mouse bird and ordered it to build a nest in one end of the towel with which Cham Pas wipes himself when he goes to the bath, and to breed children there: one end will become heavier and the towel with a carnation from the uneven weight will fall to the ground. Shaitan picked up the fallen towel and wiped his cast with it, and the man received the image and likeness of God. After that, Shaitan began to revive a person, but he could not put a living soul into him. The soul was breathed into the man by Cham Pas. There was a long dispute between Shaitan and Cham Pas: who should a person belong to? Finally, when Cham pas got tired of arguing, he offered to divide the person, after the death of a person, the soul should go to heaven to Cham pas, who blew it, and the body rots, decomposes and goes to Shaitan.|Melnikov Pechersky
The similarity of the legend with the words of the Magi under the year 1071 (presumably they were of Finnic origin) indicates that the worldview of the Magi of that period was no longer pagan, but was a symbiosis of Christianity with folk beliefs.
Влияние
Текст Новгородской первой летописи неоднократно использовался в других новгородских летописях. Он стал одним из основных источников так называемого Новгородского Софийского Свора, который в свою очередь служил протографом Новгородской Четвертой Хроники и Софийской Первой Хроники. Новгородский Софийский Свод был включен в всероссийскую хронику XV-XVI веков. Независимо от этого она была отражена в Тверской летописи.