Введение
Епископ Антиохийский с 260 по 268 год. Павел Самосатский (жил примерно с 200 по 275 год н.э.) был епископом Антиохии с 260 по 268 год и основоположником паулианской ереси, получившей его имя. Он придерживался монархианства, нетринитарного учения; его взгляды отражают концепцию усыновления.
Paul of Samosata (, lived from 200 to 275 AD) was Bishop of Antioch from 260 to 268 and the originator of the Paulianist heresy named after him. He was a believer in monarchianism, a nontrinitarian doctrine; his teachings reflect adoptionism.
Жизнь
Павел родился в Самосате в семье скромного происхождения. В 260 году он был избран епископом Антиохии. Он занимал гражданскую должность прокуратора дуценария. Его монархианские учения вызвали сильное противодействие в церкви. Его также обвинили в масштабной коррупции. Эдвард Гиббон описывает его следующим образом: "Богатство этого прелата служило достаточным доказательством его вины, поскольку оно не было унаследовано от отцов и не приобретено честным трудом. Но Павел считал церковную службу весьма прибыльным занятием. Его церковная юрисдикция была продажной и корыстолюбивой; он вымогал частые пожертвования у самых состоятельных верующих и обращал значительную часть государственных доходов в свою пользу. Его гордость и роскошь сделали христианскую религию ненавистной в глазах язычников. Его приемная и трон, великолепие, с которым он являлся на публику, толпа просителей, искавших его внимания, множество писем и прошений, на которые он диктовал ответы, и непрерывная суета дел, в которых он был вовлечен, – все это больше соответствовало положению гражданского магистра, чем смирению примитивного епископа. Когда он произносил проповеди с кафедры, Павел подражал витиеватому стилю и театральным жестам азиатского софиста, в то время как собор наполнялся громкими и пылкими возгласами в честь его божественного красноречия. По отношению к тем, кто сопротивлялся его власти или отказывался льстить его тщеславию, прелат Антиохии был надменен, суров и неумолим; но он ослаблял дисциплину и щедро раздавал сокровища церкви своему зависимому духовенству, которому позволялось подражать своему господину в удовлетворении любых чувственных желаний. Павел свободно предавался удовольствиям за столом и принял во дворец двух молодых и красивых женщин, которые составляли ему компанию в часы досуга. В 269 году семьдесят епископов, священников и диаконов собрались в Антиохии на Предвселенский собор, известный как Антиохийский синод. От Египта до Эвксинского моря епископы были готовы к борьбе и действиям. Было проведено несколько соборов, опубликованы опровержения, произнесены отлучения, неоднозначные объяснения то принимались, то отвергались, заключались и нарушались соглашения. Синод сместил Павла с поста епископа и избрал Домина его преемником. Они также написали энциклику Дионисию и Максиму, епископам Рима и Александрии соответственно. Это письмо – единственный достоверный документ того времени, сохранившийся в «Церковной истории» Евсевия Кесарийского. Однако, поскольку синод действовал без консультаций с духовенством и народом, его авторитет был под вопросом. Зенобия, сепаратистская царица Пальмиры, правившая в Сирии, позволяла ему еще четыре года оставаться в епископском доме в Антиохии. Но в конце 272 года, когда император Аврелиан победил Зенобию, Павел лишился ее защиты. Аврелиан позволил обеим сторонам – сторонникам и противникам Павла – представить свои дела на его суд. Аврелиан не был христианином и не интересовался догматическими вопросами Церкви. Стремясь лишь восстановить порядок, он руководствовался мнением епископов Италии и Рима. Единодушное решение было таким: Павел должен отказаться от своего епископского поста. Правление Аврелиана пришлось на период "Малого мира Церкви" – примерно 40-летний период, когда христианство процветало без официальных санкций со стороны центрального правительства. Это был первый случай, когда Церковь обратилась к императору с просьбой вмешаться во внутренний спор.
The wealth of that prelate was a sufficient evidence of his guilt, since it was neither derived from the inheritance of his fathers, nor acquired by the arts of honest industry. But Paul considered the service of the church as a very lucrative profession. His ecclesiastical jurisdiction was venal and rapacious; he extorted frequent contributions from the most opulent of the faithful, and converted to his own use a considerable part of the public revenue. By his pride and luxury the Christian religion was rendered odious in the eyes of the Gentiles. His council chamber and his throne, the splendour with which he appeared in public, the suppliant crowd who solicited his attention, the multitude of letters and petitions to which he dictated his answers, and the perpetual hurry of business in which he was involved, were circumstances much better suited to the state of a civil magistrate than to the humility of a primitive bishop. When he harangued his people from the pulpit, Paul affected the figurative style and the theatrical gestures of an Asiatic sophist, while the cathedral resounded with the loudest and most extravagant acclamations in the praise of his divine eloquence. Against those who resisted his power, or refused to flatter his vanity, the prelate of Antioch was arrogant, rigid, and inexorable; but he relaxed the discipline, and lavished the treasures of the church on his dependent clergy, who were permitted to imitate their master in the gratification of every sensual appetite. For Paul indulged himself very freely in the pleasures of the table, and he had received into the episcopal palace two young and beautiful women, as the constant companions of his leisure moments. In 269, seventy bishops, priests and deacons assembled at Antioch as a Pre Ecumenical synod or council called the Synods of Antioch. From Egypt to the Euxine Sea, the bishops were in arms and in motion. Several councils were held, confutations were published, ex communications were pronounced, ambiguous explanations were by turns accepted and refused, treaties were concluded and violated. The synod deposed Paul as bishop and elected Dominus as his successor. They also wrote an encyclical letter to Dionysius and Maximus, bishops of Rome and Alexandria respectively. This letter is the only indisputably contemporary document concerning him and was preserved in Eusebius of Caesarea's Ecclesiastical History. However, because the synod had acted without consulting the clergy or the people, its authority was in question, with Zenobia, the separatist queen of Palmyra ruling in Syria, he maintained his occupancy of the bishop's house in Antioch for another four years. Late in 272, however, when the emperor Aurelian defeated Zenobia, Paul lost her protection. Aurelian allowed the two parties, for and against Paul, to present their cases before his own tribunal. Aurelian was not a Christian and had no interest in the doctrinal issues of the Church. Wishing only to restore order, he relied on the judgment of the bishops of Italy and Rome. The unanimous verdict was for Paul to relinquish his position as bishop. The ruling of Aurelian occurred during the "Little Peace of the Church", a roughly 40 year period when Christianity flourished without official sanctions from the central government. It was the first time the Church had sought the emperor's intervention in an internal dispute.
Учения
Учение Павла – это форма монархизма, подчеркивавшая единство Бога. Павел учил, что Иисус родился обычным человеком, но был наполнен божественным Логосом, или Словом Божьим. Таким образом, Иисус понимался не как Бог, ставший человеком, а как человек, ставший Богом. В своих «Беседах к Сабину», от которых сохранились лишь фрагменты в книге против ересей, приписываемой Анастасию, Павел пишет:
«Помазанный Святым Духом, он получил титул Помазанника (то есть Христа), страдая в соответствии со своей природой, совершая чудеса в соответствии с благодатью. Ибо в непоколебимости и решительности характера он уподобился Богу; и, сохранив себя безгрешным, был соединен с Богом и наделен властью постигать, как бы, силу и власть чудес. Благодаря этому он явил волю, превосходящую человеческую, единую с Божьей деятельностью, и получил титул Искупителя и Спасителя нашего рода». «Спаситель стал свят и праведен; и посредством борьбы и усердия победил грехи наших праотцев. Так он достиг совершенства и благодаря своей нравственной чистоте был соединен с Богом, достигнув единства и тождества воли и энергии (то есть деятельности) с Ним, благодаря своим успехам на пути добрых дел. Это будет сохранено неразрывно (от Божественного), и таким образом он унаследовал имя, превышающее всякое имя, награду любви и привязанности, дарованную ему по благодати». «Мы не воздаем похвалы существам, подчиняющимся лишь по природе своей; но воздаем великую похвалу существам, подчиняющимся из любви; и таким образом, подчиняясь, поскольку их движущий мотив един, они утверждаются и укрепляются единой внутренней силой, которая постоянно возрастает и никогда не угасает. Именно благодаря этой любви Спаситель соединился с Богом, чтобы не допустить разрыва с Ним, но во все века сохранять единую волю и деятельность с Ним, деятельность, непрестанно проявляющуюся в творении добра». «Не удивляйтесь, что у Спасителя была одна воля с Богом. Ибо как природа проявляет сущность многих, существующих как единое, так и любовь порождает в многих единство и тождество воли, проявляющееся в единстве и тождестве одобрения и благоволения». Павел был одним из первых предшественников адопционизма. Предполагалось, что армянские пауликиане придерживались его учения и получили свое имя от него. Однако исторические свидетельства показывают, что пауликиане подвергались жестоким преследованиям скорее за свои гностические и иконоборческие взгляды, чем за приверженность адопционизму. Ученик Павла, Лукиан Антиохийский, считается оказавшим значительное влияние на Ария, основателя арианства.