Кирилл Иерусалимский: Жизнь и Богословие Святого Доктора Церкви

Введение

Христианский богослов, епископ и святой (ок. 313 – 386)

Кирилл Иерусалимский (Κύριλλος Α΄ Ἱεροσολύμων, Kýrillos A Ierosolýmon; Cyrillus Hierosolymitanus; ок. 313 – 386) был богословом ранней Церкви. Около 350 года н.э. он сменил Максима на посту епископа Иерусалимского, но неоднократно подвергался изгнанию из-за вражды Акакия Кесарийского и политики различных императоров. Кирилл оставил важные письменные свидетельства, документирующие обучение катехуменов и порядок богослужения литургии в его время. Кирилл почитается как святой в Римско-католической, Восточной православной, Древневосточной православной церквях и Англиканском содружестве. В 1883 году папа Лев XIII провозгласил Кирилла Доктором Церкви. В Англиканской церкви память Кирилла отмечается 18 марта.

Жизнь и характер

О его жизни до того, как он стал епископом, известно немного; приписывание ему года рождения 315 основывается на предположениях. По словам Батлера, Кирилл родился в Иерусалиме или в его окрестностях и был хорошо знаком как с трудами ранних христианских богословов, так и с греческими философами. Кирилл был рукоположен в диаконы епископом Иерусалимским Макарием около 335 года н.э. и в священники примерно через восемь лет епископом Максимом. Около 350 года н.э. он сменил Максима на кафедре Иерусалима, хотя подтверждением этого служат катехизические поучения Кирилла, где он именует себя "епископом". Иероним также указывает на то, что на этом этапе Кирилл придерживался арианства. Пилигрим Эгерия описывает Кирилла как проповедника и специалиста по литургии.

Епископаты

Между митрополитом Кесарийским Акакием и Кириллом возникли напряженные отношения. Ортодоксальные историки представляют Акакия как ведущего арианина, и его оппозиция Кириллу в 350-х годах приписывается этим писателям. Созомен также предполагает, что напряженность могла усилиться из-за ревности Акакия к значению, приданному кафедре Кирилла Никейским собором, а также из-за угрозы, которую растущее влияние Иерусалимской кафедры представляло для Кесарии, поскольку она превращалась в главное христианское святое место и центр паломничества. Акакий обвинил Кирилла в продаже церковного имущества. В Иерусалиме случился страшный голод, и церковные историки Созомен и Феодорит сообщают, что в это время "Кирилл тайно продал церковные украшения и ценную священную одежду, сотканную золотыми нитями, которую император Константин когда-то пожертвовал епископу для совершения обряда Крещения", возможно, чтобы предотвратить голодную смерть людей. Два года Кирилл сопротивлялся требованиям Акакия отчитаться за свои действия, но церковный собор, проходивший под влиянием Акакия в 357 году, отстранил Кирилла от должности в его отсутствие, и Кирилл нашел убежище у Сильвана, епископа Тарса. В следующем году, 359 году, в более враждебной к Акакию атмосфере, Селевкийский собор восстановил Кирилла в должности и отстранил Акакия. В 360 году император Констанций вновь отменил это решение, и Кирилл был изгнан из Иерусалима еще на год, пока вступление на престол императора Юлиана не позволило ему вернуться в 361 году. Арианский император Валент вновь изгнал Кирилла из Иерусалима в 367 году, но он смог вернуться после смерти Валента в 378 году, после чего оставался в покое до своей смерти в 386 году. В 380 году Григорий Нисский прибыл в Иерусалим по рекомендации собора, состоявшегося в Антиохии в предыдущем году. Он, по-видимому, обнаружил, что вера в хорошем состоянии, но опасался, что город раздираем партийностью и развращен в моральном отношении. Юрисдикция Кирилла над Иерусалимом была явно подтверждена Первым Константинопольским собором (381 год), на котором он присутствовал.

Relations between Metropolitan Acacius of Caesarea and Cyril became strained. Acacius is presented as a leading Arian by the orthodox historians, and his opposition to Cyril in the 350s is attributed by these writers to this. Sozomen also suggests that the tension may have been increased by Acacius's jealousy of the importance assigned to Cyril's See by the Council of Nicaea, as well as by the threat posed to Caesarea by the rising influence of the seat of Jerusalem as it developed into the prime Christian holy place and became a centre of pilgrimage. Acacius charged Cyril with selling church property. The city of Jerusalem had suffered drastic food shortages at which point church historians Sozomen and Theodoret report "Cyril secretly sold sacramental ornaments of the church and a valuable holy robe, fashioned with gold thread that the emperor Constantine had once donated for the bishop to wear when he performed the rite of Baptism", possibly to keep people from starving. For two years, Cyril resisted Acacius' summons to account for his actions, but a church council held under Acacius's influence in 357 AD deposed Cyril in his absence, and Cyril took refuge with Silvanus, Bishop of Tarsus. The following year, 359 AD, in an atmosphere more hostile to Acacius, the Council of Seleucia reinstated Cyril and deposed Acacius. In 360 AD, this was reversed by Emperor Constantius again, and Cyril suffered another year's exile from Jerusalem until the Emperor Julian's accession allowed him to return in 361. Cyril was once again banished from Jerusalem by the Arian Emperor Valens in 367 AD but was able to return again after Valens's death in 378 AD, after which he remained undisturbed until his death in 386. In 380 AD, Gregory of Nyssa came to Jerusalem on the recommendation of a council held at Antioch in the preceding year. He seemingly found the faith in good shape, but worried that the city was prey to parties and corrupt in morals. Cyril's jurisdiction over Jerusalem was expressly confirmed by the First Council of Constantinople (381), at which he was present.

Теологическая позиция

Хотя его теология поначалу была несколько расплывчатой в формулировках, он, несомненно, твердо придерживался никейского православия. Даже если он избегал дискуссионного термина homoousios, он выразил его суть во многих местах, исключая как патрипассианство, сабеллианство, так и формулу "было время, когда Сына не существовало", приписываемую Арию. Труды Кирилла проникнуты любовью и милосердием Бога, что было довольно необычно для его эпохи. Кирилл наполняет свои писания прекрасными строками об исцеляющей силе прощения и Святого Духа, такими как: "Дух приходит кротко и являет Себя своим благоуханием. Он не ощущается как бремя, ибо Бог – легкость, великая легкость. Лучи света и познания струятся перед Ним, когда Дух приближается. Дух приходит с нежностью истинного друга, чтобы спасти, исцелить, научить, наставить, укрепить и утешить". Сам Кирилл многократно следовал Божьему призыву к прощению на протяжении своей жизни. Это наиболее очевидно в его двух крупных изгнаниях, когда Кирилл был опозорен и вынужден оставить свой пост и свой народ. Он никогда не писал и не проявлял недоброжелательности к тем, кто причинил ему зло. В своих катехизисах Кирилл акцентировал темы исцеления и регенерации.

Катехические лекции

Известные двадцать три лекции Кирилла, данные катехуменам в Иерусалиме, готовящимся к крещению и после него, лучше всего рассматривать в двух частях: первые восемнадцать лекций обычно известны как Катехитические лекции, Катехитические речи или Катехитические проповеди, в то время как последние пять часто называют мистагогическими катехизисами (μυσταγωγικαί), поскольку они посвящены таинствам (μυστήρια), то есть Таинствам Крещения, Миропомазания и Евхаристии. Его катехитические лекции (греч. Κατηχήσεις, Katēchēseis) обычно датируются, на основании ограниченных свидетельств, либо первыми годами служения Кирилла в качестве епископа, около 350 года н.э., либо, возможно, 348 годом н.э., когда Кирилл был еще священником, замещающим своего епископа Максима. Катехитические лекции произносились в Мартирионе, базилике, воздвигнутой Константином. Не только среди нас, отмеченных именем Христа, велико достоинство веры; все дела мира, даже тех, кто вне Церкви, совершаются верой. Верой брачные узы соединяют людей, прежде бывших чужими друг другу. Верой поддерживается земледелие, ибо человек не вынесет труда, если не верит в будущий урожай. Верой мореплаватели, доверяя себя хрупкому деревянному судну, меняют твердую почву под ногами на неустойчивое движение волн. В тринадцатой лекции Кирилл Иерусалимский рассуждает о Распятии и погребении Иисуса Христа. Основные темы, на которых сосредотачивается Кирилл в этих лекциях, – первородный грех и самопожертвование Иисуса ради спасения нас от грехов. Также, погребение и последовавшее за ним через три дня Воскресение, доказывающие Божественность Иисуса Христа и любовь Отца. Кирилл твердо настаивал на том, что Иисус пошел на смерть с полным осознанием и добровольно. Он не только пошел на это охотно, но и на протяжении всего процесса сохранял веру и прощал всех, кто предал его и участвовал в его казни. Кирилл пишет: "Кто не согрешил, и обмана не было в устах Его, Кто, будучи злословим, не злословил в ответ, страдая, не угрожал". Эта фраза Кирилла свидетельствует о его вере в самоотверженность Иисуса, особенно в этом последнем акте Любви. Лекция также дает некоторое представление о том, что мог чувствовать Иисус во время казни – от бичевания и побоев до тернового венца и пригвождения к кресту. Кирилл переплетает повествование с посланиями, которые Иисус провозглашал на протяжении всей своей жизни перед казнью, относящимися к его последнему деянию. Например, Кирилл пишет: "Я отдал спину свою на бичевание и щеки мои – для ударов; и лица моего не отвратил от бесчестия и плевания". Это ясно отражает учение Иисуса о том, чтобы подставлять другую щеку и не отвечать насилием на насилие, ибо насилие порождает лишь насилие. Этот отрывок из Катехизиса действительно отражает стиль, который Кирилл сохранял во всех своих трудах. В его писаниях всегда присутствует центральное послание Библии; Кирилл не стремится добавить собственные убеждения в отношении религиозной интерпретации и остается верным истинному библейскому учению. Даниэлу рассматривает обряд крещения как несущий эсхатологический смысл, поскольку "записаться на крещение – значит вписать свое имя в список избранных на небесах".

Cyril's famous twenty three lectures given to catechumens in Jerusalem being prepared for, and after, baptism are best considered in two parts: the first eighteen lectures are commonly known as the Catechetical Lectures, Catechetical Orations or Catechetical Homilies, while the final five are often called the Mystagogic Catecheses (μυσταγωγικαί), because they deal with the mysteries (μυστήρια) i. e. Sacraments of Baptism, Confirmation and the Eucharist. His catechetical lectures (Greek Κατηχήσεις, Katēchēseis) are generally assumed, on the basis of limited evidence, to have been delivered either in Cyril's early years as a bishop, around 350 AD, or perhaps in 348 AD, while Cyril was still a priest, deputising for his bishop, Maximus. The Catechetical Lectures were given in the Martyrion, the basilica erected by Constantine. It is not only among us, who are marked with the name of Christ, that the dignity of faith is great; all the business of the world, even of those outside the Church, is accomplished by faith. By faith, marriage laws join in union persons who were strangers to one another. By faith, agriculture is sustained; for a man does not endure the toil involved unless he believes he will reap a harvest. By faith, seafaring men, entrusting themselves to a tiny wooden craft, exchange the solid element of the land for the unstable motion of the waves." In the 13th lecture, Cyril of Jerusalem discusses the Crucifixion and burial of Jesus Christ. The main themes that Cyril focuses on in these lectures are Original sin and Jesus' sacrificing himself to save us from our sins. Also, the burial and Resurrection which occurred three days later proving the divinity of Jesus Christ and the loving nature of the Father. Cyril was very adamant about the fact that Jesus went to his death with full knowledge and willingness. Not only did he go willingly but throughout the process he maintained his faith and forgave all those who betrayed him and engaged in his execution. Cyril writes "who did not sin, neither was deceit found in his mouth, who, when he was reviled, did not revile, when he suffered did not threaten". This line by Cyril shows his belief in the selflessness of Jesus especially in this last final act of Love. The lecture also gives a sort of insight to what Jesus may have been feeling during the execution from the whippings and beatings, to the crown of thorns, to the nailing on the cross. Cyril intertwines the story with the messages Jesus told throughout his life before his execution relating to his final act. For example, Cyril writes "I gave my back to those who beat me and my cheeks to blows; and my face I did not shield from the shame of spitting". This clearly reflects the teachings of Jesus to turn the other cheek and not raising your hands against violence because violence just begets violence begets violence. The segment of the Catechesis really reflects the voice Cyril maintained in all of his writing. The writings always have the central message of the Bible; Cyril is not trying to add his own beliefs in reference to religious interpretation and remains grounded in true biblical teachings. Danielou sees the baptism rite as carrying eschatological overtones, in that "to inscribe for baptism is to write one's name in the register of the elect in heaven".

Эсхатология

Одед Иршай заметил, что Кирилл жил во время острого апокалиптического ожидания, когда христиане стремились найти апокалиптический смысл в каждом историческом событии или стихийном бедствии. Кирилл провел значительную часть своего епископства в периодических изгнаниях из Иерусалима. Авраам Мальхербе утверждал, что когда контроль лидера над общиной слаб, обращение внимания на скорое пришествие антихриста эффективно отвлекает внимание от этой слабости. В 351 году н.э. было зафиксировано появление креста света в небе над Голгофой, свидетелями которого стало все население Иерусалима. Греческая церковь отмечает это чудо 7 мая. Хотя в наше время подлинность Послания подвергается сомнению, поскольку слово *homoousios* встречается в заключительном благословении, многие ученые полагают, что это могла быть более поздняя интерполяция, и принимают подлинность письма, основываясь на других внутренних доказательствах. Кирилл истолковал это как знак поддержки Констанция, которому вскоре предстояло столкнуться с узурпатором Магненцием, и как предвестие Второго пришествия, которое должно было вскоре произойти в Иерусалиме. Неудивительно, что в эсхатологическом анализе Кирилла Иерусалим занимает центральное место. В Матфея 24:6 говорится о «войнах и слухах о войнах» как о знамении Конца времен, и в этом контексте Кирилл читал о войне Юлиана с персами. В Матфея 24:7 говорится о «землетрясениях в разных местах», и Иерусалим пережил землетрясение в 363 году, когда Юлиан пытался восстановить Храм в Иерусалиме. Будучи вовлеченным в соперничество с Акакием Кесарийским из-за относительного первенства их кафедр, Кирилл видел даже церковные распри как признак пришествия Господа. Катехизис 15, по-видимому, изображает Юлиана как антихриста, хотя Иршай считает это более поздней интерполяцией. В настоящее время многие ученые считают Мистагогические катехизисы написанными Кириллом, но в 370-х или 380-х годах, а не одновременно с Катехетическими беседами. По словам испанской паломницы Эгерии, эти мистагогические катехизисы произносились перед новокрещеными в церкви Воскресения в течение Страстной недели.

Oded Irshai observed that Cyril lived in a time of intense apocalyptic expectation, when Christians were eager to find apocalyptic meaning in every historical event or natural disaster. Cyril spent a good part of his episcopacy in intermittent exile from Jerusalem. Abraham Malherbe argued that when a leader's control over a community is fragile, directing attention to the imminent arrival of the antichrist effectively diverts attention from that fragility. of 351 AD recorded the appearance of a cross of light in the sky above Golgotha, witnessed by the whole population of Jerusalem. The Greek church commemorates this miracle on 7 May. Though in modern times the authenticity of the Letter has been questioned, on the grounds that the word homoousios occurs in the final blessing, many scholars believe this may be a later interpolation, and accept the letter's authenticity on the grounds of other pieces of internal evidence. Cyril interpreted this as both a sign of support for Constantius, who was soon to face the usurper Magnentius, and as announcing the Second Coming, which was soon to take place in Jerusalem. Not surprisingly, in Cyril's eschatological analysis, Jerusalem holds a central position. Matthew 24:6 speaks of "wars and reports of wars", as a sign of the End Times, and it is within this context that Cyril read Julian's war with the Persians. Matthew 24:7 speaks of "earthquakes from place to place", and Jerusalem experienced an earthquake in 363 at a time when Julian was attempting to rebuild the temple in Jerusalem. Embroiled in a rivalry with Acacius of Caesarea over the relative primacy of their respective sees, Cyril saw even ecclesial discord a sign of the Lord's coming. Catechesis 15 would appear to cast Julian as the antichrist, although Irshai views this as a later interpolation. Many scholars would currently view the Mystagogic Catecheses as being written by Cyril, but in the 370s or 380s, rather than at the same time as the Catechetical Lectures. According to the Spanish pilgrim Egeria, these mystagogical catecheses were given to the newly baptised in the Church of the Anastasis in the course of Easter Week.

Издания

В. К. Рейшль, Дж. Рупп (1848; 1860). Сочинения Кирилла Иерусалимского, архиепископа, которые дошли до нас. Мюнхен. Криста Мюллер Кесслер и Майкл Соколов (1999). Катехизис Кирилла Иерусалимского в христианской палестинской арамейской версии, A Corpus of Christian Palestinian Aramaic, vol. V. Гронинген: Издательство STYX. Криста Мюллер Кесслер (2021). Новые фрагменты катехизиса Кирилла Иерусалимского в Синайском кодексе (Georg. NF 19, 71) с другим свидетельством текста (Syr. NF 11) из собрания монастыря Святой Екатерины, Oriens Christianus 104, с. 23–66.

Современные переводы

Маккоули, Лео П. и Энтони А. Стивенсон, (1969, 1970). Труды святого Кирилла Иерусалимского. 2 тома. Вашингтон: Издательство Католического университета Америки [содержит введение и английские переводы: Том 1: Вводная беседа (Прокатехизис). Постные беседы (Катехизисы). Том 2: Постные беседы (Katēchēseis). Мистагогические беседы (Катечесеис мистагогикай). Проповедь о паралитике (Homilia eis ton paralytikon ton epi tēn Kolymbēthran). Письмо к Констанцию (Epistolē pros Kōnstantion). Фрагменты.] Телфер, В. (1955). Кирилл Иерусалимский и Немезий из Эмесы. Библиотека христианской классики, т. 4. Филадельфия: Издательство Вестминстер. Ярнольд, Э. (2000). Кирилл Иерусалимский. Отцы ранней церкви. Лондон: Рутледж. [содержит введение и полные английские переводы Письма к Констанцию, Проповеди о паралитике, Прокатехизиса и Мистагогических Катехизисов, а также отрывки из Постных Катехизисов.]