Экономика предложения: Теория и практика

Введение

Макроэкономическая теория

Экономика предложения – это макроэкономическая теория, постулирующая, что экономический рост может быть наиболее эффективно стимулирован снижением налогов, уменьшением регулирования и обеспечением свободной торговли. Согласно экономике предложения, потребители выиграют от большего предложения товаров и услуг по более низким ценам, а занятость возрастет. Фискальная политика, ориентированная на предложение, направлена на увеличение совокупного предложения, а не совокупного спроса, тем самым расширяя выпуск и занятость при одновременном снижении цен. Такие меры принимают несколько общих форм: инвестиции в человеческий капитал, такие как образование и здравоохранение, а также стимулирование передачи технологий и бизнес-процессов для повышения производительности (выпуск на одного работника). Поощрение глобализированной свободной торговли посредством контейнеризации является ярким недавним примером. Снижение налогов для стимулирования труда, инвестиций и принятия рисков. Снижение ставок подоходного налога и отмена или снижение тарифов являются примерами такой политики. Инвестиции в новое капитальное оборудование и исследования и разработки (НИОКР) для дальнейшего повышения производительности. Предоставление предприятиям возможности быстрее амортизировать капитальное оборудование (например, в течение одного года вместо десяти) дает им немедленный финансовый стимул для инвестиций в такое оборудование. Сокращение государственного регулирования для стимулирования создания и расширения бизнеса. В основе экономики предложения лежит кривая Лаффера – теоретическая взаимосвязь между ставками налогообложения и государственными доходами. Кривая Лаффера предполагает, что когда уровень налогов слишком высок, снижение налоговых ставок приведет к увеличению государственных доходов за счет более высокого экономического роста, хотя уровень, при котором ставки считаются «слишком высокими», является предметом споров. Опрос 2012 года ведущих экономистов показал, что никто не согласился с тем, что снижение ставки федерального подоходного налога в США приведет к увеличению годовых налоговых поступлений в течение пяти лет. Критики также утверждают, что несколько крупных снижений налогов в Соединенных Штатах за последние 40 лет не привели к увеличению доходов. Долгое время считалось, что термин «экономика предложения» был придуман журналистом Джудом Ванниски в 1975 году; однако, по словам Роберта Д. Аткинсона, термин «сторона предложения» впервые был использован в 1976 году Гербертом Стейн (бывшим экономическим советником президента Ричарда Никсона), а лишь позже в том же году этот термин повторил Джуд Ванниски. Термин отсылает к идеям экономистов Роберта Манделла и Артура Лаффера.

Supply side economics is a macroeconomic theory postulating that economic growth can be most effectively fostered by lowering taxes, decreasing regulation, and allowing free trade. According to supply side economics, consumers will benefit from greater supplies of goods and services at lower prices, and employment will increase. Supply side fiscal policies are designed to increase aggregate supply, as opposed to aggregate demand, thereby expanding output and employment while lowering prices. Such policies are of several general varieties:
Investments in human capital, such as education, healthcare, and encouraging the transfer of technologies and business processes, to improve productivity (output per worker). Encouraging globalized free trade via containerization is a major recent example. Tax reduction, to provide incentives to work, invest and take risks. Lowering income tax rates and eliminating or lowering tariffs are examples of such policies. Investments in new capital equipment and research and development (R&D), to further improve productivity. Allowing businesses to depreciate capital equipment more rapidly (e. g., over one year as opposed to 10) gives them an immediate financial incentive to invest in such equipment. Reduction in government regulations, to encourage business formation and expansion. A basis of supply side economics is the Laffer curve, a theoretical relationship between rates of taxation and government revenue. The Laffer curve suggests that when the tax level is too high, lowering tax rates will boost government revenue through higher economic growth, though the level at which rates are deemed "too high" is disputed. A 2012 poll of leading economists found none agreed that reducing the US federal income tax rate would result in higher annual tax revenue within five years. Critics also argue that several large tax cuts in the United States over the last 40 years have not increased revenue. The term "supply side economics" was thought for some time to have been coined by the journalist Jude Wanniski in 1975; according to Robert D. Atkinson, the term "supply side" was first used in 1976 by Herbert Stein (a former economic adviser to President Richard Nixon) and only later that year was this term repeated by Jude Wanniski. The term alludes to ideas of the economists Robert Mundell and Arthur Laffer.

Определение и принципы

Джеймс Д. Гвартни и Ричард Л. Строп дают определение экономики предложения как убеждение в том, что изменения предельных налоговых ставок оказывают существенное влияние на совокупное предложение. Гвартни и Строп утверждали, что "аргумент в пользу экономики предложения заложил основу налоговой политики Рейгана, которая привела к значительному снижению предельных налоговых ставок в Соединенных Штатах в 1980-х годах". Это "более узкий взгляд на снижение налогов как средство увеличения предложения сбережений, инвестиций и рабочей силы". Экономика спроса опирается на представление о фиксированных ценах в экономике, где спрос играет ключевую роль в определении будущего роста предложения, а также учитывает стимулы для инвестиций. Теория экономики предложения бросила вызов традиционным подходам к политике в администрации Рейгана в 1980-х годах. Она утверждает, что фискальная политика может приводить к изменениям как в предложении, так и в спросе. Следовательно, когда предельные налоговые ставки высоки, потребители предпочитают больше свободного времени и текущее потребление, а не текущий доход и будущий прирост дохода. Это приводит к снижению трудовой активности и инвестиций, что, в свою очередь, вызывает сокращение производства и ВНП, независимо от общего уровня спроса. Исходя из этих предпосылок, экономисты, занимающиеся вопросами предложения, сформулировали идею о том, что снижение предельных налоговых ставок оказывает положительное влияние на экономический рост.

Роль предельных налоговых ставок

Основной фокус экономики предложения – стимулирование экономического роста. В связи с этим некоторые исследования предлагают учитывать две относительные цены. Первая из них влияет на решения людей относительно распределения их дохода между потреблением и сбережениями. Цена решения индивида направить единицу дохода либо на потребление, либо на сбережения, – это упущенная будущая стоимость этой единицы, возникающая при выборе между потреблением и сбережением. Величина этой единицы дохода определяется предельными налоговыми ставками. Следовательно, более высокие налоговые ставки снижают стоимость потребления, что приводит к сокращению инвестиций и сбережений. В то же время, более низкие налоговые ставки стимулируют рост инвестиций и сбережений, в то время как уровень потребления снижается. Это побудило сторонников экономики предложения выступать за значительное снижение предельных ставок налога на доходы и на прирост капитала, чтобы стимулировать увеличение инвестиций, что, в свою очередь, приведет к росту предложения. Джуд Ванниски и многие другие выступают за нулевую ставку налога на прирост капитала.

Рейганомика

В Соединенных Штатах комментаторы часто приравнивают экономику предложения к Рейганомике. Администрация президента-республиканца Рональда Рейгана продвигала свою фискальную политику, представляя ее как основанную на экономике предложения. Рейган сделал экономику предложения широко известным понятием и обещал всеобщее снижение ставок подоходного налога и еще большее снижение ставок налога на прирост капитала. Во время президентской кампании Рейгана в 1980 году ключевой экономической проблемой была двузначная инфляция, которую Рейган описал как «слишком много долларов, гоняющихся за слишком малым количеством товаров», но вместо привычных мер жесткой денежно-кредитной политики, рецессии и увольнений с последующей потерей производства и богатства, он пообещал постепенный и безболезненный способ борьбы с инфляцией, «преодолев ее за счет наращивания производства». Отказавшись от прежней денежно-кредитной политики, председатель Федеральной резервной системы Пол Волкер внедрил более жесткие меры, включая замедление роста денежной массы, чтобы сломить инфляционную психологию и вытеснить инфляционные ожидания из экономической системы. Поэтому сторонники экономики предложения утверждают, что Рейганомика была лишь частично основана на принципах экономики предложения. Конгресс при Рейгане принял план, предусматривающий снижение налогов на 749 миллиардов долларов в течение пяти лет. Критики утверждают, что снижение налогов привело к увеличению дефицита бюджета, в то время как сторонники Рейгана считают, что они способствовали экономическому подъему 1980-х годов и утверждают, что дефицит бюджета сократился бы, если бы не значительное увеличение военных расходов. В результате Джейсон Хаймовиц назвал Рейгана, наряду с Джеком Кемпом, главным сторонником экономики предложения в политике и неоднократно высоко оценивал его лидерство. Критики Рейганомики утверждают, что она не смогла обеспечить тех преувеличенных выгод, которые обещали некоторые сторонники экономики предложения. Пол Кругман позже подвел итог: «Когда Рональд Рейган был избран, у сторонников экономики предложения появилась возможность испытать свои идеи. К сожалению, они потерпели неудачу». Хотя он признал, что экономика предложения оказалась более успешной, чем монетаризм, который, по его словам, «привел экономику в упадок», он заявил, что результаты экономики предложения оказались «далеко от обещанных», назвав теорию экономики предложения «бесплатным сыром».

In the United States, commentators frequently equate supply side economics with Reaganomics. The administration of Republican president Ronald Reagan promoted its fiscal policies as being based on supply side economics. Reagan made supply side economics a household phrase and promised an across the board reduction in income tax rates and an even larger reduction in capital gains tax rates. During Reagan's 1980 presidential campaign, the key economic concern was double digit inflation, which Reagan described as "[t]oo many dollars chasing too few goods", but rather than the usual dose of tight money, recession and layoffs, with their consequent loss of production and wealth, he promised a gradual and painless way to fight inflation by "producing our way out of it". Switching from earlier monetary policy, Federal Reserve chair Paul Volcker implemented tighter monetary policies including lower money supply growth to break the inflationary psychology and squeeze inflationary expectations out of the economic system. Therefore, supply side supporters argue that Reaganomics was only partially based on supply side economics. Congress under Reagan passed a plan that would slash taxes by $749 billion over five years. Critics claim that the tax cuts increased budget deficits while Reagan supporters credit them with helping the 1980s economic expansion and argued that the budget deficit would have decreased if not for massive increases in military spending. As a result, Jason Hymowitz cited Reagan—along with Jack Kemp—as a great advocate for supply side economics in politics and repeatedly praised his leadership. Critics of Reaganomics claim it failed to produce much of the exaggerated gains some supply siders had promised. Paul Krugman later summarized the situation: "When Ronald Reagan was elected, the supply siders got a chance to try out their ideas. Unfortunately, they failed." Although he credited supply side economics for being more successful than monetarism which he claimed "left the economy in ruins", he stated that supply side economics produced results which fell "so far short of what it promised", describing the supply side theory as "free lunches".

Годы Клинтона

Клинтон подписал Закон о комплексном примирении бюджета 1993 года, который повысил ставки подоходного налога на доходы свыше 115 000 долларов, ввел дополнительные более высокие налоговые диапазоны для корпоративного дохода свыше 335 000 долларов, отменил ограничение на налоги Medicare, повысил налоги на топливо и увеличил долю дохода от социального обеспечения, подлежащую налогообложению, среди прочих налоговых повышений. Франкель и Орсаг описали "прогрессивный фискальный консерватизм" пакета 1993 года: "Такой прогрессивный фискальный консерватизм сочетает в себе умеренные попытки перераспределения (прогрессивный компонент) и бюджетную дисциплину (фискально-консервативный компонент). Таким образом, пакет 1993 года включал значительное сокращение расходов и повышение налогов. Однако повышение налогов было сосредоточено на налогоплательщиках с высокими доходами, в то время как существенно расширялись Налоговый кредит на заработанный доход, программа Head Start и другие государственные программы, направленные на людей с низкими доходами". Повышение налогов привело к увеличению налоговых поступлений (по сравнению с базовым сценарием без повышения налогов). Законопроект вызвал резкую оппозицию со стороны республиканцев, Джон Кэсич и лидер меньшинства Ньют Гингрич яростно критиковали его, утверждая, что он приведет к потере рабочих мест и снижению доходов. Экономист Пол Кругман в 2017 году написал, что повышение налогов Клинтоном для богатых стало опровержением доктрины налоговых льгот на стороне предложения: "Билл Клинтон предоставил четкий тест, повысив налоги для богатых. Республиканцы предсказывали катастрофу, но вместо этого экономика расцвела, создав больше рабочих мест, чем при Рейгане". Экономист Алан Рейнольдс утверждал, что эпоха Клинтона представляла собой продолжение политики низких налогов (с 1980-х годов): "На самом деле, налоговая политика не была однозначно лучше в 80-х годах, чем в 90-х. Максимальная ставка подоходного налога составляла 50 процентов с 1983 по 1986 год, но ниже 40 процентов после 1993 года. А налог на прирост капитала составлял 28 процентов с 1987 по 1997 год, но только 20 процентов в период экономического подъема с 1997 по 2000 год. В целом, в обоих периодах были как положительные, так и отрицательные стороны. Но и в 80-х, и в 90-х годах налоговая политика была гораздо более разумной, чем в период с 1968 по 1982 год."

Clinton signed the Omnibus Budget Reconciliation Act of 1993 into law, which raised income taxes rates on incomes above $115,000, created additional higher tax brackets for corporate income over $335,000, removed the cap on Medicare taxes, raised fuel taxes and increased the portion of Social Security income subject to tax, among other tax increases. Frankel and Orszag described the "progressive fiscal conservatism" of the 1993 package: "Such progressive fiscal conservatism combines modest attempts at redistribution (the progressive component) and budget discipline (the fiscal conservative component). Thus the 1993 package included significant spending reductions and tax increases. But it concentrated the tax increases on upper income taxpayers, while substantially expanding the Earned Income Tax Credit, Head Start, and other government programs aimed at lower earners." The tax increases led to greater revenue (relative to a baseline without a tax increase). The bill was strongly opposed by Republicans, vigorously attacked by John Kasich and Minority Whip Newt Gingrich as destined to cause job losses and lower revenue. Economist Paul Krugman wrote in 2017 that Clinton's tax increases on the rich provided counter example to the supply side tax cut doctrine: "Bill Clinton provided a clear test, by raising taxes on the rich. Republicans predicted disaster, but instead the economy boomed, creating more jobs than under Reagan." Supply side economist Alan Reynolds argued that the Clinton era represented a continuation of a low tax policy (from the 1980s):In reality, tax policy was not unambiguously better in the eighties than in the nineties. The highest income tax rate was 50 percent from 1983 to 1986, but below 40 percent after 1993. And the capital gains tax was 28 percent from 1987 to [1997], but only 20 percent in the booming years of 1997 2000. On balance, there were good and bad things about both periods. But both the eighties and the nineties had much wiser tax policies than we had from 1968 to 1982.

Канзасский эксперимент

В мае 2012 года Сэм Браунбек, губернатор штата Канзас, подписал закон "Замена законопроекта Сената Канзаса HB 2117", который сократил количество индивидуальных налоговых диапазонов с трех до двух, а также снизил верхние ставки подоходного налога с 6,45% и 6,25% до 4,9%, а нижнюю ставку – с 3,5% до 3%. Он также отменил 7-процентный налог на "доход, передаваемый напрямую" (pass-through income) – доход, который предприятия, такие как индивидуальные предприниматели, партнерства, общества с ограниченной ответственностью и корпорации типа S, передают своим владельцам вместо уплаты корпоративного подоходного налога, для владельцев почти 200 000 предприятий. Закон сократил налоги на 231 миллион долларов в первый год, и ожидалось, что сокращения увеличатся до 934 миллионов долларов в год через шесть лет. Сокращения были основаны на модельном законодательстве, опубликованном консервативным Американским законодательным советом обмена (ALEC), и поддержаны The Wall Street Journal, экономистом сторонником теории предложения Артуром Лаффером, экономическим обозревателем Стивеном Муром и лидером антиналогового движения Гровером Норквистом. Сокращение налогов назвали "канзасским экспериментом", а Институт Брукингса описал его как "один из наиболее четких экспериментов, позволяющих оценить влияние сокращения налогов на экономический рост в США". Браунбек сравнил свою налоговую политику с политикой Рональда Рейгана, но также назвал ее "настоящим экспериментом в реальном времени. Посмотрим, как это сработает". Браунбек прогнозировал, что его сокращения создадут дополнительные 23 000 рабочих мест в Канзасе к 2020 году и приведут к быстрому экономическому росту, который, по его словам, будет "как укол адреналина в сердце экономики Канзаса". С другой стороны, аналитический отдел Законодательного собрания Канзаса предупредил о возможности дефицита бюджета в размере почти 2,5 миллиарда долларов к июлю 2018 года, что привело к сокращению расходов на дороги, мосты и образование. Однако вместо стимулирования экономического роста, рост в Канзасе оставался последовательно ниже среднего. Рабочее исследование двух экономистов из Университета штата Оклахома (Дэн Рикман и Хонгбо Ванг), использовавшее исторические данные из нескольких других штатов с экономикой, аналогичной канзасской, показало, что экономика Канзаса выросла примерно на 7,8% меньше, а занятость – на 2,6% меньше, чем если бы Браунбек не сократил налоги. В 2017 году республиканское Законодательное собрание Канзаса проголосовало за отмену сокращений, и после того, как Браунбек наложил вето на отмену, его вето было преодолено. По словам Макса Эренфренда, экономисты в целом согласны с тем, что объяснение сокращения, а не увеличения экономического роста в результате снижения налогов заключается в том, что "любые" выгоды от снижения налогов проявляются в долгосрочной, а не в краткосрочной перспективе, но в краткосрочной перспективе наблюдается значительное снижение спроса на товары и услуги. В экономике Канзаса сокращение государственных расходов привело к снижению доходов государственных "служащих, поставщиков и подрядчиков", которые тратили значительную часть или весь свой доход на местном уровне. Кроме того, опасения по поводу большого дефицита государственного бюджета "могли сдержать предприятия от крупных новых инвестиций".

In May 2012, Sam Brownback, Governor of the state of Kansas, signed into law the "Kansas Senate Bill Substitute HB 2117", which cut the number of individual income tax brackets from three to two, and cut the top income tax rates from 6.45% and 6.25% to 4.9% and the bottom rate from 3.5% to 3%. It also eliminated the 7% tax on "pass through" income, income that businesses — such as sole proprietorships, partnerships, limited liability companies, and subchapter S corporations — pass on to their owners instead of paying corporate income tax on, for the owners of almost 200,000 businesses The law cut taxes by 231 million in its first year, and cuts were projected to increase to 934 million annually after six years. The cuts were based on model legislation published by the conservative American Legislative Exchange Council (ALEC), and were supported by The Wall Street Journal, supply side economist Arthur Laffer, economics commentator Stephen Moore and anti tax leader Grover Norquist. The tax cuts have been called the "Kansas experiment", and was described by the Brookings Institution as "one of the cleanest experiments for how tax cuts effect economic growth in the U. S."

Brownback compared his tax cut policies with those of Ronald Reagan, but also described them as "a real live experiment We'll see how it works. ", Brownback forecast his cuts would create an additional 23,000 jobs in Kansas by 2020, and was intended to generate rapid economic growth, which he said would be "like a shot of adrenaline into the heart of the Kansas economy." On the other hand, the Kansas Legislature's research staff warned of the possibility of a deficit of nearly 2.5 billion by July 2018.
causing spending on roads, bridges, and education to be slashed, but instead of boosting economic growth, growth in Kansas remained consistently below average. A working paper by two economists at Oklahoma State University (Dan Rickman and Hongbo Wang) using historical data from several other states with economies structured similarly to Kansas found that the Kansas economy grew about 7.8% less and employment about 2.6% less than it would have had Brownback not cut taxes. In 2017, the Republican Legislature of Kansas voted to roll back the cuts, and after Brownback vetoed the repeal, overrode his veto. According to Max Ehrenfreund, economists generally agree that an explanation for the reduction instead of increase in economic growth from the tax cuts is that "any" benefits from tax cuts come over the long, not short run, but what does come in the short run is a major decline in demand for goods and services. In the Kansas economy cuts in state government expenditures cut incomes of state government "employees, suppliers and contractors" who spent much or most of their incomes locally. In addition, concern over the state's large budget deficits "might have deterred businesses from making major new investments".

Годы Трампа

Сторонники теории предложения Лаффер, а также экономические обозреватели Стивен Мур и Ларри Кудлоу сыграли заметную роль в формировании экономической политики Трампа, консультируя его по вопросу снижения налогов и поощряя его к снижению торговых барьеров. Лаффер и Мур написали книгу 2018 года о данной политике, «Trumponomics», с предисловием Кудлоу. Экономист Грегори Манкив проанализировал эту книгу в журнале Foreign Affairs и охарактеризовал заявления, касающиеся политики Трампа, как «экономику шарлатанства». Он раскритиковал авторов за беспрекословное повторение заявленных президентом годовых темпов роста, якобы вызванных снижением налогов, в размере 1,4%, в то время как наиболее реалистичные оценки составляли около 0,5%, но при этом отметил их за то, что они продолжают поддерживать общепринятое мнение о пользе свободной торговли для всех, в отличие от меркантилистских взглядов президента. Он также критиковал их за приверженность упрощенному подходу «экономический рост решит все проблемы», в то время как предыдущие экономические советники при президентах были более осторожными, признавая неизбежный компромисс между равенством и эффективностью в своих подходах к управлению экономикой. Трамп реализовал снижение подоходного налога для физических и юридических лиц, вступившее в силу в 2018 году. Профессор экономики университета Ратгерса Фаррох Лангдана утверждал, что снижение налогов при Трампе является примером налоговой политики, ориентированной на предложение, ссылаясь на письмо экономистов, давно связанных с теорией предложения, в котором они описывают ее именно так.

Теория фискальной политики

Одним из преимуществ политики стимулирования предложения является то, что смещение кривой совокупного предложения наружу позволяет снижать цены одновременно с ростом объемов производства и занятости. Это отличается от политики стимулирования спроса (например, увеличения государственных расходов), которая, даже при успехе, как правило, создает инфляционное давление (то есть повышает общий уровень цен), поскольку кривая совокупного спроса смещается наружу. Инвестиции в инфраструктуру – пример политики, сочетающей в себе элементы как спроса, так и предложения. Экономисты, специализирующиеся на политике стимулирования предложения, уделяют меньше внимания последствиям дефицита бюджета и иногда ссылаются на работы Роберта Барро, утверждающего, что рациональные экономические агенты будут приобретать облигации в достаточном объеме для снижения долгосрочных процентных ставок.

Влияние на экономический рост и налоговые поступления

Брюс Бартлетт заявил в 2007 году, что "первоначальные сторонники теории предложения предполагали, что некоторые снижения налогов, при очень специфических обстоятельствах, могут фактически увеличить федеральные доходы. Но сегодня часто можно услышать, как сторонники снижения налогов неубедительно утверждают, что все снижения налогов увеличивают доходы". Некоторые современные экономисты не считают экономику предложения жизнеспособной экономической теорией, Алан Блиндер назвал ее "неудачной" и, возможно, "абсурдной" школой на страницах учебника 2006 года. Грег Манкив, бывший председатель Совета экономических консультантов президента Джорджа Буша, высказал схожую резкую критику этой школы в ранних изданиях своего вводного учебника по экономике. "Снижение налогов редко окупается само по себе. Мои исследования академической литературы убеждают меня в том, что примерно треть стоимости типичного снижения налогов компенсируется более быстрым экономическим ростом". В статье 1992 года для Harvard International Review Джеймс Тобин писал: "Идея 'кривой Лаффера' о том, что снижение налогов фактически увеличит доходы, оказалась достойной насмешек". Карл Кейс и Рэй Фэйр написали в "Принципах экономики": "Экстремальные обещания экономики предложения не оправдались. Президент Рейган утверждал, что благодаря эффекту, изображенному на кривой Лаффера, правительство может поддерживать расходы, снижать налоговые ставки и сбалансировать бюджет. Это не произошло. Государственные доходы резко упали по сравнению с уровнем, который был бы достигнут без снижения налогов". Сторонники теории предложения Трабандт и Улиг утверждают, что "статический анализ завышает потерю доходов от снижения налогов на труд и капитал" и что "динамический анализ" является лучшим предиктором эффектов снижения налогов. Исследование 1999 года, проведенное экономистом Чикагского университета Остан Гулсби, изучило значительные изменения в высоких ставках подоходного налога в Соединенных Штатах, начиная с 1920-х годов. В нем было сделано заключение, что зафиксированы лишь незначительные изменения в заявленных доходах лиц с высоким доходом, что указывает на то, что налоговые изменения оказали небольшое влияние на трудовую активность людей. Он пришел к выводу, что предположение о том, что правительства могут увеличить доходы, снижая ставки, "вряд ли верно при нынешних предельных налоговых ставках". Рабочая статья 2008 года показала, что в случае России "снижение налоговых ставок может увеличить доходы за счет повышения налоговой дисциплины". В "Новом Палгрейвском словаре экономики" сообщается, что оценки налоговых ставок, максимизирующих доходы, значительно различаются, со средним диапазоном около 70%. Согласно исследованию 2012 года, "максимальная предельная ставка [налога] в США далека от вершины кривой Лаффера". Опрос 2012 года показал консенсус среди ведущих экономистов, что снижение федеральной ставки подоходного налога в США увеличит ВВП, но не приведет к увеличению налоговых поступлений. Джон Квиггин различает кривую Лаффера и анализ налоговых ставок Лаффером. Кривая Лаффера была "верной, но неоригинальной", а анализ Лаффера о том, что Соединенные Штаты находились на неправильной стороне кривой Лаффера, "был оригинальным, но ошибочным".

Bruce Bartlett stated in 2007 that "The original supply siders suggested that some tax cuts, under very special circumstances, might actually raise federal revenues. But today it is common to hear tax cutters claim, implausibly, that all tax cuts raise revenue." Some contemporary economists do not consider supply side economics a tenable economic theory, with Alan Blinder calling it an "ill fated" and perhaps "silly" school on the pages of a 2006 textbook. Greg Mankiw, former chairman of President President George W. Bush's Council of Economic Advisers, offered similarly sharp criticism of the school in the early editions of his introductory economics textbook. "Tax cuts rarely pay for themselves. My reading of the academic literature leads me to believe that about one third of the cost of a typical tax cut is recouped with faster economic growth." In a 1992 article for the Harvard International Review, James Tobin wrote: "The 'Laffer curve' idea that tax cuts would actually increase revenues turned out to deserve the ridicule." Karl Case and Ray Fair wrote in Principles of Economics, "The extreme promises of supply side economics did not materialize. President Reagan argued that because of the effect depicted in the Laffer curve, the government could maintain expenditures, cut tax rates, and balance the budget. This was not the case. Government revenues fell sharply from levels that would have been realized without the tax cuts." Supply side proponents Trabandt and Uhlig argue that "static scoring overestimates the revenue loss for labor and capital tax cuts" and that "dynamic scoring" is a better predictor for the effects of tax cuts. A 1999 study by University of Chicago economist Austan Goolsbee examined major changes in high income tax rates in the United States from the 1920s onwards. It concluded that there were only modest changes in the reported income of high income individuals, indicating that the tax changes had little effect on how much people work. He concluded that the notion that governments could raise more money by cutting rates "is unlikely to be true at anything like today's marginal tax rates." A 2008 working paper found that in the case of Russia, "tax rate cuts can increase revenues by improving tax compliance." The New Palgrave Dictionary of Economics reports that estimates of revenue maximizing tax rates have varied widely, with a mid range of around 70%. According to a 2012 study, "the U. S. marginal top [tax] rate is far from the top of the Laffer curve." A 2012 survey found a consensus among leading economists that reducing the US federal income tax rate would raise GDP but would not increase tax revenue. John Quiggin distinguishes between the Laffer curve and Laffer's analysis of tax rates. The Laffer curve was "correct but unoriginal", but Laffer's analysis that the United States was on the wrong side of the Laffer curve "was original but incorrect."

Налоговые сокращения 1920-х годов

Сторонники теории экономики предложения иногда приводят в пример снижение налогов, осуществлённое в 1920-х годах, как доказательство того, что снижение налогов может увеличить налоговые поступления. После Первой мировой войны самая высокая налоговая ставка, применявшаяся к доходам свыше 100 000 долларов в год (что эквивалентно как минимум 1 миллиону долларов в год сегодня), превышала 70 процентов. По данным Фонда наследия, налоговые законы 1921, 1924 и 1926 годов снизили эту ставку менее чем до 25 процентов, при этом налоговые поступления значительно возросли. Историк налогообложения Джозеф Торндайк утверждает, что снижение налогов способствовало "стимулированию" роста, но не "покрыло в полной мере стоимость этих снижений налогов".

Налоговые сокращения Буша

Во время своего президентства президент Буш подписал Закон о примирении экономического роста и налоговых льгот 2001 года и Закон о примирении налоговых льгот для занятости и роста 2003 года, который предусматривал значительное снижение налогов. В 2003 году Бюджетное управление Конгресса (CBO) провело динамический анализ предлагаемых сторонниками теории предложения налоговых сокращений и пришло к выводу, что налоговые сокращения Буша не окупятся сами собой. Две из девяти моделей, использованных в исследовании, предсказали значительное улучшение дефицита в течение следующих десяти лет в результате снижения налогов, но лишь при условии, что люди будут работать усерднее в период с 2004 по 2014 год, поскольку полагали, что налоговые ставки снова вырастут в 2014 году и хотели заработать больше до истечения срока действия налоговых льгот. В 2006 году CBO опубликовало исследование под названием «Динамический анализ постоянного продления налоговых льгот президента». В этом исследовании было установлено, что в наиболее благоприятном сценарии, при постоянном продлении налоговых сокращений, экономика «в долгосрочной перспективе» увеличится на 0,7%. Это исследование подверглось критике со стороны многих экономистов, в том числе профессора экономики Гарвардского университета Грега Манкива, который отметил, что CBO использовало очень низкое значение для взвешенной эластичности компенсированного предложения труда – 0,14. В статье, опубликованной в журнале Journal of Public Economics, Манкив и Мэтью Вайнзерл указали, что современные экономические исследования указывают на то, что адекватное значение эластичности предложения труда составляет около 0,5. Бюджетное управление Конгресса (CBO) оценило, что продление налоговых сокращений Буша после истечения их срока действия в 2010 году увеличит дефицит на 1,8 триллиона долларов в течение 10 лет. CBO также завершило исследование в 2005 году, анализируя гипотетическое снижение подоходного налога на 10%, и пришло к выводу, что в различных сценариях компенсация потери доходов будет минимальной. Иными словами, дефицит увеличится почти на ту же сумму, что и снижение налогов, в первые пять лет, с ограниченным последующим возвратом доходов. Нобелевский лауреат по экономике Милтон Фридман согласился с тем, что снижение налогов приведет к сокращению налоговых поступлений и возникновению неприемлемого дефицита, хотя он поддерживал их как средство сдерживания федеральных расходов. Фридман охарактеризовал сокращение налоговых поступлений правительства как «урезание их карманных денег». Дуглас Холц Эйкин был экономистом администрации Буша, который в 2003 году был назначен директором Бюджетного управления Конгресса. Под его руководством CBO провело исследование ставок подоходного налога, которое показало, что любые дополнительные доходы от снижения налогов были незначительны по сравнению с их стоимостью. Эндрю Сэмвик, профессор экономики Дартмутского колледжа, был главным экономистом штаба Совета экономических консультантов при президенте Буше с июля 2003 года по июль 2004 года. В 2007 году в своем блоге Сэмвик призвал своих бывших коллег из администрации Буша воздержаться от утверждений о том, что налоговые сокращения Буша окупились сами собой, поскольку «В это не верит ни один здравомыслящий человек. Ни один».

During his presidency, President Bush signed the Economic Growth and Tax Relief Reconciliation Act of 2001 and Jobs and Growth Tax Relief Reconciliation Act of 2003, which entailed significant tax cuts. In 2003, the Congressional Budget Office conducted a dynamic scoring analysis of tax cuts advocated by supply advocates, and found that the Bush tax cuts would not pay for themselves. Two of the nine models used in the study predicted a large improvement in the deficit over the next ten years resulting from tax cuts, but only by making the assumption that people would work harder from 2004 to 2014 because they believed that tax rates would increase again in 2014, and they wanted to make more money before the tax cuts expired. In 2006, the CBO released a study titled "A Dynamic Analysis of Permanent Extension of the President's Tax Relief". This study found that under the best possible scenario making tax cuts permanent would increase the economy "over the long run" by 0.7%. This study was criticized by many economists, including Harvard Economics Professor Greg Mankiw, who pointed out that the CBO used a very low value for the earnings weighted compensated labor supply elasticity of 0.14. In a paper published in the Journal of Public Economics, Mankiw and Matthew Weinzierl noted that the current economics research would place an appropriate value for labor supply elasticity at around 0.5. The Congressional Budget Office (CBO) estimated that extending the Bush tax cuts beyond their 2010 expiration would increase the deficit by $1.8 trillion over 10 years. The CBO also completed a study in 2005 analyzing a hypothetical 10% income tax cut and concluded that under various scenarios there would be minimal offsets to the loss of revenue. In other words, deficits would increase by nearly the same amount as the tax cut in the first five years with limited feedback revenue thereafter. Nobel laureate economist Milton Friedman agreed the tax cuts would reduce tax revenues and result in intolerable deficits, though he supported them as a means to restrain federal spending. Friedman characterized the reduced government tax revenue as "cutting their allowance". Douglas Holtz Eakin was a Bush administration economist who was appointed director of the Congressional Budget Office in 2003. Under his leadership, the CBO undertook a study of income tax rates which found that any new revenue from tax cuts paled in comparison to their cost. Dartmouth economics professor Andrew Samwick was the chief staff economist for the Bush Council of Economic Advisers from July 2003 to July 2004. Writing on his blog in 2007, Samwick urged his former colleagues in the Bush administration to avoid asserting that the Bush tax cuts paid for themselves, because "No thoughtful person believes it Not a single one."

Налоговые льготы Трампа

В ноябре 2018 года газета The New York Times сообщила, что налоговая реформа Трампа "увеличила зарплаты большинства американских рабочих, увеличила прибыль крупных корпораций и ускорила экономический рост". При этом было отмечено, что "еще слишком рано делать выводы, но спустя десять месяцев после вступления закона в силу обещанный эффект "экономики предложения" найти сложнее, чем кратковременный стимул". Авторы объяснили, что "крайне необычно, когда дефицит бюджета растет настолько сильно в периоды экономического процветания" и что "фискальное здоровье США быстро ухудшается, поскольку доходы резко сократились" (почти на 200 миллиардов долларов, или около 6%) по сравнению с прогнозом Управления бюджетного анализа Конгресса (CBO) до принятия налоговой реформы. Результаты за 2018 год включали: Вопреки заявлениям о том, что снижение налогов самоокупится, дефицит бюджета в 2018 финансовом году вырос до 779 миллиардов долларов, что на 17% больше, чем в предыдущем году. Корпоративные налоговые поступления в 2018 финансовом году сократились на треть. Активность по выкупу акций значительно возросла. Рост ВВП, инвестиции и прибыль корпораций увеличились. Типичный работник крупной компании получил прибавку в размере 225 долларов или единовременный бонус в соответствии с законом. Рост реальной заработной платы (с поправкой на инфляцию) в 2018 году был незначительно медленнее, чем в 2017 году. Анализ, проведенный Службой исследований Конгресса США, показал, что экономический рост в 2018 году был незначительным или вовсе отсутствовал, если его связывать с налоговой реформой. Рост ВВП, занятости, компенсаций работникам и деловых инвестиций замедлился во второй год после принятия налоговой реформы, до начала пандемии COVID-19. После принятия налоговой реформы Трампа главный экономический советник Белого дома Ларри Кудлоу ложно заявил, что федеральные доходы увеличились примерно на 10% после снижения налогов, хотя на самом деле они сократились. Он также ложно утверждал, что CBO пришло к выводу, что "все снижение налогов на 1,5 триллиона долларов фактически компенсируется более высокими доходами и лучшим номинальным ВВП".

Структурная реформа в Китае

Начиная с 2012 года, экономические показатели Китая вошли в "новую нормальность", в которой рост экономики впервые с момента проведения масштабных экономических реформ Дэн Сяопина замедлился до умеренных темпов. В ответ на это, в 2015 году председатель КНР Си Цзиньпин объявил о структурных реформах в сфере предложения (SSSR) с целью противодействия замедлению экономического роста, переориентируясь с экспортно-ориентированной экономики на рост, обусловленный предложением и производством. Основной целью реформ является повышение совокупной факторной производительности (TFP) за счет увеличения инвестиций в технологические усовершенствования, в качестве замены трудо- и капиталоемкой направленности предыдущей модели роста. Структурные реформы в сфере предложения в Китае направлены на сокращение избыточных мощностей в различных секторах экономики. План реформ сосредоточен вокруг четырех ключевых направлений: сокращение избыточных промышленных мощностей, снижение долговой нагрузки корпоративного сектора, сокращение запасов недвижимости и снижение издержек для новых предприятий. Первые два направления относятся к краткосрочным мерам, связанным с государственным сектором, в то время как последние – к долгосрочным решениям в частном секторе. Сокращение избыточных промышленных мощностей в первую очередь затрагивает такие отрасли, как угольная, сталелитейная промышленность и электроэнергетика. Цели по сокращению добычи угля, установленные Национальной комиссией по развитию и реформам (NDRC), составили 250 миллионов тонн в год (Mta) в 2016 году, а также сокращение мощностей по производству стали на 100-150 миллионов тонн в течение пятилетнего периода.

Предложение жилья и цены

Увеличение объёма предложения жилья позволяет снизить цены, в отличие от мер, направленных на регулирование спроса, таких как субсидирование покупателей или сдерживание спроса посредством жесткой денежно-кредитной политики.

Критика

Критики политики стимулирования предложения подчеркивают растущий федеральный дефицит, увеличение неравенства доходов и отсутствие роста. Они утверждают, что кривая Лаффера измеряет лишь ставку налогообложения, а не налоговое бремя, которое может быть более надежным показателем того, будет ли изменение налогового кодекса стимулирующим или сдерживающим. В 2010 году Джон Куиггин отметил: «В той мере, в которой наблюдалась экономическая реакция на снижение налогов Рейгана и на снижение налогов Джорджа Буша-младшего через двадцать лет, она, по всей видимости, в значительной степени представляла собой кейнсианский ответ на спрос, что и следовало ожидать, когда правительства предоставляют домохозяйствам дополнительный чистый доход в условиях депрессивной экономики». Еще в 1980 году Джордж Буш-старший назвал экономику стимулирования предложения – утверждение о том, что снижение налогов для богатых вызовет экономическое чудо, настолько, что доходы фактически возрастут – «вуду-экономикой». Однако вскоре она стала официальной доктриной Республиканской партии и остается ею по сей день. Это демонстрирует впечатляющий уровень приверженности. Но еще более впечатляющим делает эту приверженность то, что эта доктрина неоднократно подвергалась проверке и каждый раз терпела неудачу. Иными словами, экономика стимулирования предложения – классический пример «зомби-доктрины»: идеи, которую давно должны были опровергнуть факты, но она продолжает существовать, поглощая мозги политиков. — Пол Кругман.

Дэвид Стокман заявил, что экономика стимулирования предложения была лишь ширмой для политики «перетекания» богатства, которую старшее и менее изысканное поколение называло теорией лошади и воробья: если накормить лошадь достаточным количеством овса, часть его попадет на дорогу для воробьев. — Джон Кеннет Галбрайт. Исследования, проанализировавшие снижение налогов в 2001 году (EGTRRA), предоставили противоречивые выводы: снижение налогов оказало в целом положительное влияние на будущий объем производства за счет влияния более низких налоговых ставок на накопление человеческого капитала, частные сбережения и инвестиции, предложение рабочей силы; однако снижение налогов привело к негативным последствиям, таким как рост дефицита и сокращение национальных сбережений.