Введение

Дебаты о том, нарушило ли вмешательство НАТО в Югославию международное право.

Легитимность бомбардировок НАТО в 1999 году Федеративной Республики Югославия подвергалась сомнению. Устав ООН является основополагающим правовым документом Организации Объединенных Наций (ООН) и краеугольным камнем международного публичного права, регулирующего применение силы между государствами. Члены НАТО также связаны положениями Североатлантического договора. Сторонники бомбардировки утверждали, что она положила конец этнической чистке албанского населения Косово и ускорила (или привела к) падению правительства Слободана Милошевича, которое, по их мнению, несло ответственность за международную изоляцию Югославии, военные преступления и нарушения прав человека. Критики бомбардировки утверждают, что кампания нарушила нормы международного права. Некоторые также утверждали, что НАТО спровоцировало или ускорило этническую чистку в Косово, поскольку насилие обострилось после начала кампании.

Юридическое оправдание начала войны

Законы международного публичного права, определяющие законность применения силы и начала войны, называются jus ad bellum.

Аргумент НАТО в пользу легитимности бомбардировки

НАТО охарактеризовал ситуацию в Косово как создающую риск для региональной стабильности. В связи с этим НАТО и ряд правительств заявили о своей законной заинтересованности в развитии событий в Косово, поскольку они оказывают влияние на стабильность всего региона, что, по их мнению, является законной озабоченностью Организации.

Устав ООН

Устав ООН имеет юридическую силу для всех государств-членов Организации Объединенных Наций, включая всех членов НАТО, поскольку они все его подписали. Статья 2(4) Устава ООН запрещает государствам-членам ООН применять силу для разрешения споров, однако существует два конкретных исключения из этого общего запрета:
Первое исключение изложено в главе VII – Совет Безопасности ООН уполномочен санкционировать применение силы для выполнения своей обязанности по поддержанию международного мира и безопасности. В частности, статья 42 устанавливает, что если Совет Безопасности сочтет меры, предусмотренные в статье 41, недостаточными или оказавшимися недостаточными, он может принять такие действия с использованием военно-воздушных, морских или сухопутных сил, какие сочтет необходимыми для поддержания или восстановления международного мира и безопасности. Эти действия могут включать демонстрации силы, блокаду и другие операции с использованием военно-воздушных, морских или сухопутных сил государств-членов Организации Объединенных Наций. Второе конкретное исключение из запрета на применение силы содержится в статье 51 – право на самооборону. В частности, статья 51 гласит, что ничто в настоящем Уставе не ущемляет неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону в случае вооруженного нападения на государство-члена Организации Объединенных Наций, до тех пор пока Совет Безопасности не примет необходимые меры для поддержания международного мира и безопасности. Статья 5 Устава НАТО обязывает членов НАТО оказывать взаимную помощь в случае нападения на любого из членов НАТО. Неясно, может ли НАТО применять силу в отсутствие такого нападения. Статья 5 толковалась как ограничение применения силы НАТО ситуациями, когда на члена НАТО было совершено нападение. Следовательно, утверждалось, что действия НАТО нарушали Устав НАТО.

Кофи Аннан

Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан в принципе поддержал вмешательство, заявив, что "бывают случаи, когда применение силы может быть оправданным для достижения мира", но критиковал односторонние действия НАТО. Он утверждал, что "в соответствии с Уставом [ООН] Совет Безопасности несет первостепенную ответственность за поддержание международного мира и безопасности, и это прямо указано в Североатлантическом договоре. Следовательно, Совет должен быть вовлечен в любое решение об использовании силы".

Россия пытается остановить бомбардировку

В день начала бомбардировок Россия призвала Совет Безопасности ООН провести заседание для рассмотрения "чрезвычайно опасной ситуации, вызванной односторонними военными действиями Организации Североатлантического договора (НАТО) против Федеративной Республики Югославии". Однако проект резолюции, совместно представленный Россией, Беларусью и Индией, с требованием "немедленного прекращения применения силы против Федеративной Республики Югославии" был отклонен. Среди 15 стран Совета Безопасности ООН три проголосовали за (Россия, Китай и Намибия) и двенадцать против, воздержавшихся не было. Аргентина, Бахрейн, Бразилия, Габон, Гамбия, Малайзия и Словения, наряду с США, Великобританией, Францией, Канадой и Нидерландами, проголосовали против. Отклонение осуждения Россией расценивалось как политическая, но не юридическая поддержка интервенции НАТО. После окончания войны с подписанием Кумановского соглашения и прекращения бомбардировок, некоторые утверждали, что создание 10 июня 1999 года Временной администрации ООН в Косово (UNMIK) посредством резолюции Совета Безопасности 1244 (1999) являлось юридической ратификацией post festum (после свершившегося факта).

Муаммар Каддафи

Одной из немногих стран, оказавших полную поддержку правительству Югославии во время бомбардировок Югославии силами НАТО, была Ливия при Муаммаре Каддафи. Эта дружба между Ливией и Югославией восходит ко временам до падения Югославии, поскольку Каддафи поддерживал тесные отношения с Иосипом Брозом Тито. В своей речи на Генеральной Ассамблее ООН в 2009 году Каддафи резко осудил интервенцию в Югославии, а также более ранние интервенции США в Гренаде и Панаме. Поддержка Югославии Ливией на протяжении 1990-х годов привела к тому, что многие в Сербии поддержали правительство Каддафи во время Первой гражданской войны в Ливии в 2011 году, и многие сербы проводили параллели между интервенцией НАТО в Ливии в 2011 году и собственным опытом Сербии с интервенцией НАТО.

Гуманитарные соображения

Кампанию бомбардировок иногда называют «гуманитарной войной» или случаем «гуманитарного вмешательства». Частью обоснования НАТО для бомбардировки было прекращение гуманитарного кризиса, связанного с массовым оттоком косовских албанских беженцев, вызванным действиями югославских сил. В апреле 1999 года обострение этого гуманитарного кризиса, а также обвинения в геноциде, были использованы политиками в Соединенных Штатах и Европе для юридического оправдания кампании на основе «гуманитарного права», допускающего вмешательство в случаях масштабных нарушений прав человека. Правозащитные организации и отдельные лица разделились в оценке кампании, учитывая, что обращение к правам человека и гуманитарному праву было использовано для развязывания войны. Более того, они выразили сомнения в целесообразности кампании, поскольку она усугубила насилие в отношении косовских албанцев. Критики кампании иронично использовали термин «гуманитарные бомбардировки», чтобы выразить свое презрение. Некоторые журналисты утверждали, что гуманитарная ситуация ухудшилась после начала бомбардировочной кампании, тем самым ставя под сомнение заявленную НАТО цель. В статье для Washington Post Кристофер Лэйн и Бенджамин Шварц оспорили утверждение президента США Билла Клинтона о том, что кампания остановила «преднамеренные, систематические усилия по геноциду», заявив, что до бомбардировок «жестокие операции» югославской армии были направлены на уничтожение Армии освобождения Косово, а не на изгнание албанского населения, которое произошло лишь впоследствии. Они утверждали, что «бомбардировки НАТО во главе с США спровоцировали тот самый гуманитарный кризис, который администрация утверждала, что стремится предотвратить». Александр Кокберн из Los Angeles Times писал, что «альтернативная точка зрения заключалась в том, что бомбардировки НАТО в значительной степени виноваты в изгнании и убийствах» косовцев, поскольку до этого югославская армия «действовала с жестокостью, типичной для сил безопасности». В 10-ю годовщину бомбардировок Ян Банкрофт написал в The Guardian: «Хотя бомбардировки Сербии НАТО, по всей видимости, были оправданы гуманитарными соображениями, они лишь привели к эскалации кризиса в Косово и превратили его в полномасштабную гуманитарную катастрофу». Ссылаясь на послевоенный доклад Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, он заключил, что «широко признано, что основная часть этнических чисток и военных преступлений произошла после начала кампании [НАТО]».

Законность военного поведения

Помимо вышеупомянутого вопроса о юридической обоснованности начала войны против Югославии, кампания бомбардировок НАТО подверглась критике за превышение пределов допустимого поведения во время войны в соответствии с международным гуманитарным правом, таким как Женевские конвенции. Ноам Хомский также резко критиковал кампанию НАТО и, в особенности, ее воздушные бомбардировки, в ходе которых, помимо военных объектов, бомбардировались объекты гражданской инфраструктуры. Хомский утверждал, что основной целью интервенции НАТО было интегрировать ФР Югославию в западную неолиберальную социально-экономическую систему, поскольку к 1999 году это была единственная страна в регионе, которая все еще сопротивлялась западному доминированию. Он охарактеризовал бомбардировку сербского радио и телевидения как акт терроризма.