Введение

Виды обучения, происходящие в определенном возрасте или на определенном этапе жизни.

В психологии и этологии импринтинг – это любой вид фазово-зависимого обучения (обучение, происходящее в определенном возрасте или на определенном этапе жизни), которое происходит быстро и, по-видимому, не зависит от последствий поведения. Впервые этот термин был использован для описания ситуаций, когда животное или человек усваивает характеристики определенного стимула, который, таким образом, как бы "запечатлевается" в памяти субъекта. Предполагается, что импринтинг имеет критический период.

Отпечаток филиала

Наиболее известной формой импринтинга является родительский импринтинг, при котором молодое животное сужает свои социальные предпочтения к объекту (обычно родителю) в результате знакомства с этим объектом. Это наиболее заметно у выводковых птиц, которые запечатлевают в памяти своих родителей и затем следуют за ними. Впервые об этом сообщил сэр Томас Мор в 1516 году в своем трактате «Утопия», за 350 лет до того, как это описал биолог-любитель XIX века Дуглас Спэлдинг. Импринтинг был вновь открыт ранним этологом Оскаром Хейнротом и широко изучен и популяризирован его учеником Конрадом Лоренцем, работавшим с серыми гусями. Лоренц продемонстрировал, что гусята, вылупившиеся в инкубаторе, запечатлевают в памяти первый подходящий движущийся объект, который они видят в так называемый «критический период» между 13 и 16 часами после вылупления. Например, гусята могли запечатлеть в памяти самого Лоренца (точнее, его резиновые сапоги), и его часто изображают в сопровождении стаи гусей, которые запечатлели его. Лоренц также обнаружил, что гуси могут запечатлевать неодушевленные предметы. В одном известном эксперименте они следовали за коробкой, помещенной на модель поезда, вращаясь по кругу вокруг пути. Поскольку птицы, вылупившиеся в неволе, не имеют опытных птиц, которые могли бы научить их традиционным путям миграции, Д’Арриго вылуплял птенцов под крылом своего планера, и они запечатлевали его. Затем он учил птенцов летать и охотиться. Молодые птицы следовали за ним не только по земле (как и в случае с Лоренцем), но и в воздухе, когда он прокладывал различные миграционные маршруты. Он перелетел через Сахару и Средиземное море на Сицилию с орлами, из Сибири в Иран (5500 км) со стаей сибирных журавлей и над Эверестом с непальскими орлами. В 2006 году он работал с кондором в Южной Америке. Самки американского погоныша способны распознавать своих птенцов, запечатлевая признаки первого вылупившегося птенца. Это позволяет самкам отличать своих птенцов от птенцов-паразитов. Также известно, что сапсан запечатлевает в памяти определенные структуры для своих мест гнездования, такие как скалы и мосты, и поэтому предпочитает это место для размножения.

Сексуальные отпечатки

Половое импринтирование – это процесс, посредством которого молодое животное усваивает характеристики желаемого партнера. Например, самцы зебровых амадин, по-видимому, предпочитают партнеров, похожих на самку, которая их выращивает. Сексуальное влечение к людям может развиваться у млекопитающих или птиц в результате полового импринтинга, если они были выращены людьми с молодого возраста. Один из примеров – гигантская панда Чи Чи из Лондонского зоопарка. Когда ее перевезли в Московский зоопарк для спаривания с гигантской пандой Ань Ань, она отказалась от его попыток спариться с ней, но проявила полное сексуальное поведение по отношению к смотрителю зоопарка. Это часто встречается у хищных птиц, выращенных людьми с момента вылупления. В соколиной охоте таких птиц называют "импринтами". Когда необходимо развести импринт, заводчик позволяет самцу совокупляться с их головой, надевая при этом специальную шляпу с карманами для сбора спермы самца. Затем заводчик ухаживает за подходящей самкой-импринтом (включая предложение пищи, если это часть нормального ухаживания данного вида). Во время "копуляции" заводчик кладет ладонь одной руки на спину самки, имитируя вес самца, а другой рукой использует пипетку или шприц без иглы, чтобы ввести сперму в клоаку самки. Половое импринтирование на неодушевленные предметы является популярной теорией, объясняющей развитие сексуального фетишизма. Например, согласно этой теории, импринтирование на обувь или сапоги (как у гусей Конрада Лоренца) может быть причиной обувного фетишизма.

Лимбическая импринтинг

Некоторые предполагают, что пренатальный, перинатальный и послеродовой опыт оставляют отпечатки в лимбической системе, вызывая долгосрочные последствия, и этот процесс известен как лимбическое импринтирование. Этот термин также описывается как эмоциональная карта человека, глубоко укоренившиеся убеждения и ценности, которые хранятся в лимбической системе мозга и управляют жизнью людей на подсознательном уровне. Это одно из предложенных объяснений утверждения о том, что опыт младенца, особенно в первые два года жизни, вносит вклад в психологическое развитие человека на протяжении всей жизни. Импринтированные гены могут оказывать поразительное влияние на размер тела, размер мозга и процессы организации мозговой деятельности. Эволюционные тенденции в животном мире демонстрируют существенное увеличение переднего мозга, особенно в области лимбической системы. Считается, что эта эволюция даже оказывала мутагенное воздействие на размер мозга, передаваясь по линии человеческого рода.

Эффект Вестермарка

Обратное сексуальное впечатление также наблюдается в тех случаях, когда два человека, живущие в тесном бытовом контакте в течение первых нескольких лет жизни одного из них, становятся менее восприимчивыми к последующему сексуальному влечению друг к другу. Это явление, известное как эффект Вестермарка, впервые было формально описано финским антропологом Эдвардом Вестермарком в его книге «История человеческого брака» (1891). С тех пор эффект Вестермарка наблюдался во многих местах и культурах, включая израильскую систему кибуцев и китайские свадебные обычаи шим пуа, а также в биологически родственных семьях. В случае израильских кибуцев (коллективных ферм) дети воспитывались в значительной степени совместно в группах сверстников, основанных на возрасте, а не на кровном родстве. Исследование брачных моделей этих детей в более позднем возрасте показало, что из почти 3000 браков, заключенных в системе кибуцев, лишь четырнадцать были между детьми из одной и той же группы сверстников. Из этих четырнадцати ни один не воспитывался вместе в течение первых шести лет жизни. Этот результат свидетельствует не только о том, что эффект Вестермарка поддается демонстрации, но и о том, что он действует в период с рождения до шести лет. Однако Эран Шор и Далит Симчай утверждали, что случай с кибуцами на самом деле мало подтверждает эффект Вестермарка. Когда тесного контакта в этот критический период не происходит – например, когда брат и сестра растут раздельно, никогда не встречаясь друг с другом – они могут находить друг друга очень сексуально привлекательными, когда встречаются во взрослом возрасте. Это явление известно как генетическое сексуальное влечение. Это наблюдение поддерживает гипотезу о том, что эффект Вестермарка эволюционировал, поскольку подавлял инбридинг. Подобное влечение может наблюдаться и у двоюродных пар. Зигмунд Фрейд утверждал, что в детстве члены одной семьи естественным образом испытывают половое влечение друг к другу, что делает необходимым для обществ создание табу на кровосмешение, но Вестермарк утверждал обратное: что табу сами по себе возникают естественным образом как продукт врожденных установок. Стивен Пинкер писал, что представление Фрейда о влечении к кровосмешению могло быть основано на собственной эротической реакции Фрейда на свою мать в детстве (что подтверждается в собственных трудах Фрейда) и предполагает, что реакция Фрейда могла быть вызвана недостатком близости с матерью в раннем детстве, когда Фрейда вскармливали.

Синдром уток

Во взаимодействии человека и компьютера, синдром «детёныша утки» обозначает склонность пользователей компьютеров к своего рода «запечатлению» на первой освоенной системе, после чего они оценивают другие системы, исходя из их схожести с этой первоначальной системой. В результате, «пользователи, как правило, предпочитают системы, похожие на те, с которых они начинали, и испытывают неприязнь к незнакомым системам». Эта проблема может проявляться довольно рано в опыте работы пользователя с компьютером и, как было замечено, затрудняет обучение студентов новым программным системам или пользовательским интерфейсам.