Введение

Английский аристократ Артур Капелл, 1-й граф Эссекский, PC (1631 – 13 июля 1683), также писался Капел, из поместья Кассиобери, Уотфорд, графство Гертфордшир, был английским государственным деятелем.

Ранние годы

Он был сыном Артура Капелла, 1-го барона Капелла из Хадхема (казнённого в 1649 году), от его жены Элизабет Моррисон, дочери и наследницы сэра Чарльза Моррисона, 1-го баронета (1587–1628) из поместья Кашиобери, Уотфорд, графство Гертфордшир. Он был крещён 2 января 1632 года.

Молодежь

В июне 1648 года, будучи болезненным шестнадцатилетним юношей, он был взят солдатами лорда Фэрфакса из Хадхема в Колчестер, графство Эссекс, который оборонял его отец, и ежедневно выносился на оборонительные сооружения в надежде склонить лорда Капелла к сдаче города.

Политическая карьера

При восстановлении монархии 20 апреля 1661 года он был удостоен титулов виконта Малдена и графа Эссекса, последний из которых прервался со смертью Роберта Деверо, 3-го графа Эссекса. Титул был пожалован с особым условием передачи по мужской линии его отца. Капелл также был назначен лордом-лейтенантом графства Гертфордшир, а спустя несколько лет – лордом-лейтенантом графства Уилтшир. Уже в начале своей деятельности он проявил неприязнь к двору, к католицизму и к расширению королевских прерогатив. Дензил Холлс и Капелл были названы королем Карлом II «упрямыми и неприветливыми людьми», которые не уступали его просьбам, несмотря на свои убеждения. В 1669 году он был отправлен послом к королю Кристиану V Датскому, где заслужил уважение, отказавшись спускать флаг губернатору Кронборга. В 1672 году он стал членом Тайного совета и лордом-лейтенантом Ирландии. Очевидно, что в 1672 году он поддерживал политику Карла и Декларацию об индульгенции, особенно в части, касающейся диссидентов (и потенциально распространяя ее на католиков, хотя этот вопрос всегда был неоднозначным). Эссекс уже проявил известную терпимость и поддерживал связи с диссидентами всех мастей, однако последующие события показали, что эта терпимость не распространялась на католиков. Он оставался на посту до 1677 года, и его управление было высоко оценено Бернетом и Джеймсом Батлером, 1-м герцогом Ормондом, последний из которых назвал его «образцом для всех преемников». Однако точка зрения Бернета не была беспристрастной, и хотя управление брата Эссекса в качестве лорда-заместителя в 1696 году следовало такому же принципу, его предшественники, такие как Кларендон, Тирконнел и последний период правления Ормонда в качестве вице-короля, не могли похвастаться такой же моделью управления, как у Эссекса. Он уделял пристальное внимание ирландским интересам, прикладывал огромные усилия для понимания конституции и политических потребностей страны, назначал на должности достойных людей и сохранял исключительную независимость от просьб и влияния. Он оказался добросовестным вице-королем и, в отличие от многих других политиков своего времени, быстро проявил способность разбираться в финансовых вопросах, что привело к многочисленным проблемам в связи с деятельностью лорда Ренела и его партнеров, а также с тем же лордом, когда он в 1675 году стал заместителем казначея Ирландии.

Смерть

Граф Эссекский умер в Лондонском Тауэре 13 июля 1683 года, будучи осужденным за участие в заговоре против короля и его брата, и, по слухам, был обнаружен в своей камере с перерезанным горлом, будучи заключенным, ожидавшим казни за измену. Согласно Бриттону, смерть графа Эссекса, предположительно от самоубийства, была предметом споров:

Лоренс Брэддон, джентльмен из Middle Temple, сам утверждает, что «более пяти лет подвергался преследованиям или был заключен в тюрьму за попытки раскрыть это убийство на третий день после его совершения». В «Словаре национальной биографии» в статье о Брэддоне говорится:

«Когда граф Эссекс умер в Тауэре в 1683 году, Брэддон поверил, что он был убит, и активно работал над сбором достаточных доказательств, чтобы доказать убийство. Он инициировал расследования по этому вопросу в Лондоне, и когда до него дошел слух, что известие о смерти графа стало известно в Марлборо в тот же день, если не раньше, он немедленно отправился туда. Когда о его действиях стало известно при дворе, он был арестован и заключен под стражу. Некоторое время он был освобожден под залог, но 7 февраля 1683–1684 годов он предстал перед судом вместе с мистером Хью Спеком в Королевской скамье по обвинению в сговоре с целью распространения мнения, что граф Эссекс был убит кем-то из его окружения, и в попытке подкупа свидетелей для дачи ложных показаний. Брэддон был признан виновным по всем пунктам обвинения, но Спек был оправдан по последнему. Одного оштрафовали на 1000 фунтов стерлингов, а другого – на 2000 фунтов стерлингов, с обязательством надлежащего поведения на протяжении всей жизни. Брэддон оставался в тюрьме до восшествия на престол Вильгельма III, когда он был освобожден». Его смерть безосновательно приписывали Карлу и Якову, и доказательства ясно, если не окончательно, указывают на самоубийство, мотивом которого, возможно, было предотвращение конфискации имущества и сохранение его для семьи. Гилберт Бернет, хорошо знавший Эссекса, признал, что его смерть была самоубийством, поскольку Эссекс часто говорил о самоубийстве как о достойном поступке. Лорд Айлсбери писал: «Граф очень спокойно попросил бритву, чтобы подстричь ногти, и, привыкший к этому, не вызвал никаких подозрений. Он вошел в небольшую кладовую», где его слуга впоследствии обнаружил его «мертвым и залитым кровью», предполагая, что причиной, по которой он «перерезал себе горло ножом», были его знания о заговоре в Рай-хаусе. Король, казалось, был искренне опечален известием о его смерти и заметил, что Эссекс должен был знать, что он пощадит его, «ведь я обязан ему жизнью», поскольку отец Эссекса умер на службе Карла I.

Наследие

Он был известен как государственный деятель, отличавшийся сильным и искренним патриотизмом, справедливостью и бескорыстием, добросовестностью и усердием в исполнении государственных обязанностей, а также безупречностью в служебной и личной жизни. Джон Эвелин описывает его как "трезвого, мудрого, рассудительного и вдумчивого человека, образованного не хуже большинства дворян того времени, прекрасно знающего английскую историю и текущие дела, трудолюбивого, бережливого, методичного и во всех отношениях искушенного"; и утверждает, что его смерть вызвала всеобщее сожаление, и мало кто верил, что он когда-либо вынашивал какие-либо мятежные замыслы. Улица Капел в северной части центра Дублина названа в его честь.