Введение

Ирландский чистокровный скакун (1978–1983)

Шергар (3 марта 1978 г. – ок. февраля 1983 г.) – ирландский чистокровный скакун, тренировавшийся в Великобритании. После очень успешного сезона в 1981 году он был отправлен на покой в конюшню Ballymany в графстве Килдар, Ирландия. В 1983 году его похитили из конюшни, потребовав выкуп в размере 2 миллионов фунтов стерлингов; выкуп не был выплачен, и вскоре переговоры с похитителями были прерваны. В 1999 году информатор, бывший членом Временной ирландской республиканской армии (ИРА), заявил, что они украли лошадь. ИРА никогда не признавала своей причастности к похищению. Ага-хан, владелец Шергара, отправил лошадь на тренировку в Великобританию в 1979 и 1980 годах. Шергар начал свой первый гоночный сезон в сентябре 1980 года, приняв участие в двух гонках, в одной из которых он победил, а в другой занял второе место. В 1981 году он участвовал в шести гонках, выиграв пять из них. В июне того же года он выиграл 202-е Дерби Эпсом с отрывом в десять корпусов – наибольший отрыв в истории этого дерби. Три недели спустя он выиграл Ирландское дерби Sweeps с отрывом в четыре корпуса; месяц спустя он выиграл King George VI and Queen Elizabeth Stakes также с отрывом в четыре корпуса. В своей последней гонке года он финишировал четвертым, после чего Ага-хан решил отправить его в Ирландию для разведения. После победы Шергара в Дерби Эпсом Ага-хан продал 40 долей в лошади, оценив ее в 10 миллионов фунтов стерлингов. Сохранив шесть долей, он создал синдикат владельцев, состоящий из оставшихся 34 членов. 8 февраля 1983 года Шергар был похищен из конюшни Ага-хана вооруженной бандой. Велись переговоры с похитителями, но банда прервала всякое общение через четыре дня, когда синдикат не поверил предоставленным доказательствам того, что лошадь все еще жива. В 1999 году Шон О’Каллахан, бывший член ИРА, опубликовал подробности похищения и заявил, что это была операция ИРА по сбору средств на оружие. Он утверждал, что вскоре после похищения Шергар запаниковал и повредил ногу, что привело к его убийству бандой. Расследование, проведенное газетой The Sunday Telegraph, пришло к выводу, что лошадь была застрелена через четыре дня после похищения. Никто не был арестован по делу о похищении. Тело Шергара так и не было найдено или опознано; вероятно, оно было захоронено недалеко от Огнашелина, близ Баллинамора, графство Лейтрим. В честь Шергара в 1999 году был учрежден Shergar Cup. Его история легла в основу двух драматических экранизаций, нескольких книг и двух документальных фильмов.

История и раннее обучение

Шергар был чистокровным гнедым жеребёнком с белым пятном на лбу, четырьмя белыми носками и гетерохромией – один глаз голубой. Он родился 3 марта 1978 года в Шешуне – частном конном заводе Ага Хана IV – недалеко от ипподрома Курраг в графстве Килдар, Ирландия. Отцом Шергара был Great Nephew (Великий Племянник), британский жеребец, среди побед которого были Prix du Moulin и Prix Dollar во Франции в 1967 году. Среди других его потомков были Grundy (Гранди), Mrs Penny (миссис Пенни) и Tolmi (Толми). Мать Шергара, Sharmeen (Шармайн), была потомком в седьмом поколении от Mumtaz Mahal (Мумтаз Махал), лошади, которую Национальная спортивная библиотека описывает как "одну из самых важных кобыл-маток 20-го века". В 1978 году Ага Хан – лидер низаритского исмаилизма, филантроп и владелец лошадей – объявил, что отправит некоторых своих годовых на обучение в Англию. В качестве тренера он выбрал Майкла Стоута, базировавшегося в Ньюмаркете. 1978 год был удачным для Стоута, он тренировал победителей Oaks (Оукс), Irish Oaks (Ирландский Оукс) и Yorkshire Oaks (Йоркширский Оукс) с Fair Salinia (Фейр Салиния), а также Gold Cup (Золотой Кубок) с Shangamuzo (Шангамузо). Шергар был отправлен на тренировку к Стоуту в 1979 году, как второй год отправки лошадей Ага Ханом в Англию. По словам Стоута и Гислана Дриона – управляющего ирландскими конными заводами Ага Хана – Шергара было легко объездить, и у него был спокойный нрав. Он очень хорошо реагировал на тренировки, особенно в сентябре 1980 года, когда жокей Лестер Пиггот работал с ним в преддверии дебютной гонки Шергара.

1980: сезон двухлетнего возраста

19 сентября 1980 года Шергар впервые вышел на беговую дорожку в гонке Kris Plate, с Пигготом в седле. Гонка в Ньюбери проводилась среди двухлетних жеребцов и меринов на дистанцию в 1 милю (2 км) по прямой. Будучи фаворитом с коэффициентом 11/8, он держался позади лидеров, а затем вырвался вперед и выиграл с отрывом в 2 1/2 корпуса. Ричард Берлейн, спортивный обозреватель The Observer, посчитал этот забег Шергара лучшим среди двухлетних лошадей в том сезоне. После гонки Стоут заявил, что лошадь примет участие еще в одной гонке в этом году для получения опыта, а затем отдохнет до следующего года. Второй гонкой Шергара стал William Hill Futurity Stakes на дистанции 1 миля (2 км) в Донкастере, прошедший 25 октября 1980 года. Пиггот снова был его жокеем, а коэффициент составлял 5/2 в очень опытной группе из семи лошадей. Шергар большую часть дистанции держался за лидером, задающим темп; когда тот начал отставать, лидерство перехватил Beldale Flutter. Шергар попытался обойти его, но Beldale Flutter оторвался и выиграл с отрывом в 2 1/2 корпуса, Шергар финишировал вторым. После гонки Майкл Сили, спортивный корреспондент The Times, отметил значимость забега Шергара и назвал его "великолепным представителем породы", шансы которого на победу в Дерби следующего года (25/1) стоит учитывать.

1981: сезон трехлетних

В конце 1980 и начале 1981 года Шергар набирал вес; к апрелю он стал сильнее. Стоут решил, что Шергар должен участвовать в Дерби в этом году, и спланировал сезон соответствующим образом. Первой гонкой для его подготовки стала Guardian Newspaper Classic Trial, прошедшая в Сандауне 25 апреля 1981 года, где его вел Уолтер Суинберн. В гонке из девяти лошадей на дистанцию 1 1/4 мили (2,0 км) Шергар увеличил темп после мили и выиграл с преимуществом в 10 корпусов. Берлейн написал в своей колонке перед гонкой, что шансы Шергара на победу в Дерби были отличными. После победы он отметил, что коэффициенты снизились до 8:1, где "ставка все еще оправдана"; он продолжил: "Если [Шергар] выиграет свою следующую гонку в Честере или Ladbroke Lingfield Trial так же легко, его коэффициент упадет ниже 4:1. Наверное, сейчас самое время делать ставки, как настоящим мужчинам". Для дальнейшей подготовки к Дерби Стоут решил, что Шергару нужна практика на трассе с левым поворотом; он выбрал Честер, где 5 мая 1981 года прошел Chester Vase. Не отставая от лидеров, и до финиша оставалось полмили, Суинберн попросил Шергара увеличить скорость, и тот это сделал, обогнав лидеров и выиграв с преимуществом в 12 корпусов. 3 июня 1981 года Шергар участвовал в Дерби. Дерби проходит на дистанции 1 1/2 мили (2,4 км) на ипподроме Эпсом Даунс в Суррее, это гонка Группы 1, открытая для трехлетних чистокровных жеребцов и кобыл. После вершины подъема на прямой старт трассы Шергар занял выгодную позицию и двигался среди других лошадей. На Тэттенхэм-Корнер – последнем повороте трассы – Шергар вышел в лидеры и оторвался от остальных. Комментируя гонку, Питер Бромли сообщил слушателям, что "в ней только одна лошадь – вам понадобится телескоп, чтобы увидеть остальных!". Суинберн снизил темп за две фурлонги до финиша и выиграл с преимуществом в десять корпусов. Это был самый большой отрыв в истории Дерби Эпсом. Джон Маттиас, жокей занявшей второе место лошади Glint of Gold, сказал, что "Я думал, что достиг своей жизненной мечты. Только потом я понял, что на горизонте есть другая лошадь". В свете побед Шергара, особенно в Дерби, Берлейн написал, что эта лошадь была одной из лучших, которых он когда-либо видел. 15 июня, во время тренировки на галопе, Шергар сбросил всадника, прорвался через живую изгородь на дорогу и пошел по направлению к местной деревне. Его заметил местный житель, который последовал за лошадью, пока она не остановилась, чтобы пощипать траву у изгороди, а затем отвел ее обратно в конюшню. Шергар не пострадал, и Стоут вспомнил: "Очень повезло, что ничего не случилось; там есть железнодорожный переезд, и это опасное место". К моменту проведения Ирландского Дерби на "Карраге" 27 июня 1981 года Суинберн был дисквалифицирован после нарушения правил на "Рояль Аскоте", поэтому Пиггот вернулся к управлению Шергаром. На полпути Шергар был на третьем месте, но увеличил темп, чтобы выйти в лидеры за три фурлонга до финиша. Он замедлился на последнем фурлонге и выиграл с преимуществом в четыре корпуса. Когда лошадь приближалась к финишу, комментатор Майкл О’Хехир сообщил зрителям, что "Он выигрывает так легко; Шергар первый, а остальные далеко позади". После гонки Пиггот сказал журналистам, что не сомневался в победе Шергара, так как лошадь ни разу не испытывала трудностей во время гонки. Он также сказал, что Шергар – одна из лучших лошадей, на которых ему когда-либо приходилось скакать. После победы Шергара в Дерби Эпсом группа владельцев лошадей из США предложила 40 миллионов долларов за синдикацию лошади. Ага-хан отклонил предложение и вместо этого решил синдицировать Шергара за 10 миллионов фунтов стерлингов по цене 250 000 фунтов стерлингов за каждую из сорока долей – рекордная цена на тот момент; Ага-хан оставил шесть долей себе, а остальные были проданы отдельным покупателям из девяти стран. Акционеры имели право каждый год выбирать кобылу для случки или продавать это право. Стоимость случки составляла от 60 000 до 80 000 фунтов стерлингов, что означало, что акционеры могли рассчитывать на прибыль от случки в течение четырех лет. Шергар сделал перерыв почти на месяц, прежде чем участвовать в King George VI and Queen Elizabeth Diamond Stakes на Аскоте 25 июля 1981 года. Гонка началась в медленном темпе, и Шергар был стеснен другими лошадьми, но нашел выход к тому времени, когда лидеры достигли последней прямой, и ускорился, выиграв с преимуществом в четыре корпуса. Для Берлейна эта гонка показала, что Шергар – лучшая лошадь, которую он когда-либо видел. Майкл Филлипс, обозреватель The Times, писал, что победа "доказала, что Шергар выше среднего, но не исключителен". Филлипс продолжил, что Шергар "не смог вызвать во мне, и во многих других, то волшебство, которое было в воздухе после побед Nijinsky и Mill Reef в той же гонке". Ага-хан и Стоут рассматривали возможность участия Шергара в Prix de l'Arc de Triomphe осенью, но решили, что ему нужна еще одна гонка для подготовки. Они заявили его на то, что стала его последней гонкой – St Leger Stakes на ипподроме Донкастер 12 сентября 1981 года, с Суинберном в качестве жокея. За десять дней до гонки в гоночной газете Sporting Life появилась статья о том, что Шергар плохо тренировался и стал "упрямым"; Стоут заявил, что слухи не соответствуют действительности. Шергар хорошо бежал в гонке, хотя мягкая почва ему не нравилась, но на последней прямой, когда Суинберн попытался заставить его ускориться и выйти в лидеры, лошадь не отреагировала. Шергар финишировал четвертым, на 11 1/2 корпуса позади Cut Above, победителя. Удивленные таким поражением, Стоут и Ага-хан провели серию тестов Шергара. Все показали, что лошадь здорова, и после гонки она хорошо тренировалась. Не желая рисковать лошадью, не зная, что произошло в St Leger, Ага-хан не заявил его на Arc, а вместо этого отправил на покой в Ballymany Stud, недалеко от "Каррага". Позже он объяснил гоночному журналисту:

Он был просто выдающимся атлетом. Всю весну и лето он полностью доминировал в европейских скачках в очень драматичной манере, и после того, как он так нехарактерно выступил в St Leger, мы знали, что что-то пошло не так, но мы не знали, что именно, поэтому было легким решением отправить его на покой перед Arc.

Карьера жеребца

Ага Хан отклонил крупные предложения о том, чтобы направить Шергара в США для племенного разведения, и вместо этого решил оставить его на ферме Ballymany в Ирландии. Он прибыл в октябре 1981 года и был представлен публике на главной улице Ньюбриджа, графство Килдар. Милтон Тоби, писатель, специализирующийся на скачках чистокровных лошадей и законодательстве в области коневодства, считает Шергара «национальным героем Ирландии, одной из самых узнаваемых спортивных личностей – лошадью или человеком – в Ирландии». В 1982 году – его единственный сезон случек – Шергар оплодотворил 44 кобылы, от которых родилось 36 жеребят: 17 жеребцов и 19 кобыл. Из них трое победили в групповых гонках, а самым успешным из его потомства стал Аутаал. Когда его продали жеребенком (в возрасте от шести месяцев до года), он был оценен в 325 000 гиней. Год спустя его продали за 3,1 миллиона гиней. В 1986 году он выиграл Ирландский Сент-Леджер с преимуществом в пять корпусов. Тоби полагает, что потомство Шергара было «возможно, не разочаровывающим первым поколением, но, безусловно, ниже ожиданий для лошади с такими гоночными способностями, как у Шергара». В начале февраля 1983 года второй сезон случек Шергара должен был начаться, и он пользовался большим спросом, его график был заполнен 55 кобылами. Ожидалось, что за сезон он принесет 1 миллион фунтов стерлингов.

Кража

8 февраля 1983 года, около 20:30, трое мужчин – все вооруженные и в масках – вошли в дом Джима Фицджеральда, главного конюха в Баллимани. Они были частью группы, состоящей как минимум из шести, а возможно, и до девяти человек. Один из них сказал ему: «Мы пришли за Шергаром. Мы хотим 2 миллиона фунтов стерлингов за него». Фицджеральд сказал, что мужчины не были грубы, хотя один из них, носивший пистолет, был очень агрессивен. Семью Фицджеральда заперли в комнате, а его, под дулом пистолета, вывели к конюшне Шергара и приказали погрузить лошадь в коневоз. После того, как коневоз уехал, Фицджеральду приказали лечь на пол фургона, а лицо закрыли пальто. Его возили четыре часа, прежде чем отпустили недалеко от деревни Килкок, примерно в 32 километрах (20 милях) от Баллимани. Ему сказали не обращаться в Гарда Сиохána (Gardaí) – ирландскую полицию – иначе ему и его семье грозит смерть, а ждать, пока банда свяжется с ним. Ему дали кодовую фразу «Король Нептун», которую банда будет использовать для идентификации. Мужчины не сказали, что они из ИРА, и не дали никаких других указаний на свою принадлежность, хотя у одного из них был акцент, характерный для Северной Ирландии, а другой, казалось, хорошо разбирался в лошадях. Фицджеральд дошел до следующей деревни и позвонил брату, чтобы тот его забрал. Вернувшись в Баллимани, он позвонил Гислену Дриону, чтобы сообщить о краже, и настоятельно попросил его не обращаться в полицию из-за полученных угроз. Дрион попытался связаться с Ага Ханом в Швейцарии, чтобы сообщить ему о случившемся, а затем позвонил Стэну Косгроуву, ветеринару Шергара, который также был акционером. Косгроув связался с отставным капитаном ирландской армии, Шоном Берри, который был менеджером Ирландской ассоциации заводчиков чистокровных лошадей. Берри связался с Аланом Дьюксом, своим другом, который в то время занимал пост министра финансов, и тот предложил Берри поговорить с Майклом Нунаном, министром юстиции. Нунан и Дьюкс сказали ему обратиться в Гардаи. К 4 часам утра Дриону удалось связаться с Ага Ханом, который приказал ему немедленно позвонить в полицию. В полицию обратились, но прошло восемь часов с момента кражи Шергара, и любые возможные следы уже остыли. У Ага Хана было несколько причин не выплачивать выкуп, в том числе то, что он был лишь одним из 35 членов консорциума и не мог вести переговоры или платить от их имени. Он не был уверен, что Шергар будет возвращен даже после выплаты денег, и опасался, что удовлетворение требований похитителей сделает каждую ценную лошадь в Ирландии мишенью для будущих краж. Акционеры разделились во мнениях относительно дальнейших действий. Брайан Суини, ветеран американской конноспортивной индустрии, считал, что «если спросить мать, у которой похитили ребенка, нужно ли платить выкуп, я думаю, ответ будет: "да, и как можно скорее"», в то время как другой акционер, лорд Дерби, не согласился и сказал: «если за эту лошадь будет выплачен выкуп, то существует опасность того, что в последующие годы будут похищены и другие лошади, и это просто недопустимо».

Первый подход воров

Первый телефонный звонок от похитителей поступил в ночь, когда Шергара украли; к тому времени Фицджеральд еще не вернулся в Баллимани и не успел сообщить никому о краже. Звонок был адресован Джереми Максвеллу, тренеру лошадей из Северной Ирландии. Звонивший потребовал 40 000 фунтов стерлингов, хотя позже эта сумма была увеличена до 52 000 фунтов стерлингов. Максвеллу сообщили, что переговоры будут вести только с тремя британскими журналистами, специализирующимися на скачках: Дереком Томпсоном и Джоном Оакси из ITV и Питером Кэмплинг из The Sun. Журналистам было приказано прибыть в отель "Европа" в центре Белфаста к вечеру четверга; отель "Европа" был известен как самый обстрелянный отель в Европе, переживший многочисленные взрывы во время "Смуты". Когда три спортивных журналиста прибыли в "Европу", им позвонили и велели отправиться в дом Максвеллов, чтобы ждать дальнейших звонков. По указанию полиции Томпсон старался удерживать звонившего на линии как можно дольше, но тот прервал разговор на 80-й секунде – до того, как удалось отследить звонок. Позже той ночью в дом Максвеллов поступила серия звонков, и в 1:30 ночи Томпсону удалось заставить звонившего говорить более 90 секунд, чего было бы достаточно для отслеживания вызова; ему сообщили, что сотрудник, осуществлявший перехват звонков, закончил смену в полночь и ушел домой. В 7:00 утра 12 февраля поступил еще один звонок в дом Максвеллов, в котором сообщили, что что-то пошло не так, и Шергар мертв. Хотя комитет, созданный синдикатом для координации ответных мер, впоследствии посчитал это дезинформацией, Тоби утверждает, что, поскольку звонок о краже предшествовал возвращению Фицджеральда в Баллимани – то есть до того, как кто-либо узнал о краже, – и поскольку звонившие использовали кодовую фразу "Король Нептун" в своих сообщениях, более вероятно, что эти звонки и последовавшее сосредоточение внимания на громкой активности в Белфасте были предприняты для отвлечения внимания властей от того, что происходило с Шергаром в другом месте.

Второй подход воров

9 февраля воры открыли вторую линию переговоров, напрямую связавшись с Ballymany Stud и поговорив с Дрионом. Звонок, поступивший в 16:05, был коротким. Дрион не владел английским языком в совершенстве и с трудом понимал ирландский акцент звонившего; звонивший также испытывал трудности с сильным французским произношением Дриона. Спустя девяносто минут звонивший попробовал снова, и Дрион попросил его говорить медленнее. Было выдвинуто требование в 2 миллиона фунтов стерлингов за возвращение Шергара, а также предоставления контактного номера во Франции для продолжения переговоров. Дрион предоставил номер французского офиса Ага Хана. Синдикат, владевший Шергаром, привлек компанию Control Risks, специализирующуюся на оценке и управлении рисками, для ведения переговоров. Переговоры велись из парижского офиса посредством серии телефонных звонков в течение четырех дней. В пятницу, 11 февраля, переговорщики потребовали доказательств того, что Шергар жив, поскольку в прессе появились предположения о его гибели. Воры заявили, что представитель синдиката должен обратиться в отель Crofton в Дублине и спросить, есть ли для него сообщения от "Джонни Логана" – имени известного ирландского певца. Стэн Косгроув пошел в отель и спросил о сообщениях. В отеле в штатском находились вооруженные сотрудники Специального детективного отдела – подразделения внутренней безопасности Gardaí. Сообщение доставлено не было, и Косгроув вернулся домой после ожидания. Вскоре после этого переговорщики получили телефонный звонок от воров, которые выразили гнев по поводу присутствия полиции и пригрозили убийством переговорщиков и полицейских в случае захвата или гибели кого-либо из членов банды. В субботу, 12 февраля, воры связались с переговорщиками и сообщили, что доказательства оставлены в отеле Rosnaree. Когда их забрали, там оказалось несколько полароидных снимков Шергара; на некоторых из них была изображена голова лошади рядом с копией газеты The Irish News от 11 февраля. Косгроув посмотрел на фотографию и подтвердил, что "это определенно он", однако добавил: "Это не было доказательством того, что лошадь жива на тот момент. Нужно было гораздо более убедительное доказательство. Если бы была видна вся лошадь, было бы иначе, но здесь только голова". В телефонном разговоре с переговорщиками в 22:40 12 февраля воры объяснили, что синдикат не удовлетворен предоставленными фотографиями, которые, по их мнению, не являлись достаточным доказательством. Звонивший сказал переговорщикам: "Если вас это не устраивает, на этом всё". Звонок был прерван, и воры больше не выходили на связь. Синдикат предпринял попытки восстановить контакт с бандой, но на запросы, опубликованные в прессе, ответа не последовало.

Рассмотренные переговоры

Синдикатный комитет составил доклад для всего синдиката, в котором рассматривались возможные мотивы кражи. Они пришли к выводу, что кража Шергара была совершена либо для создания путаницы и привлечения внимания, а не ради получения выкупа, либо переговоры велись с предельной наивностью. К такому заключению они пришли, приняв во внимание ряд факторов. Многие требования были физически невыполнимы: в числе требований выкупа были банкноты номиналом 100 фунтов стерлингов, которых не существовало. В одном из звонков, в 5:45, доктору Дриону в Баллимани было приказано доставить 2 миллиона фунтов стерлингов в Париж до полудня следующего дня. В звонке в 5:00 вечера парижским переговорщикам было сказано добыть 2 миллиона фунтов к концу ночи – после закрытия парижских банков. В другом звонке переговорщику в Париже было поручено добиться согласия на выкуп, но ему было запрещено связываться с кем-либо в Ирландии, несмотря на то, что некоторые акционеры находились там. В ходе переговоров также стало очевидно, что преступники считали Ага Хана единственным владельцем Шергара; они не знали о других акционерах и не учли сложность налаживания связи и координации всех 35 акционеров для достижения согласия.

Полицейское расследование

Начальному полицейскому расследованию помешало восьмичасовое промедление с сообщением о преступлении, а также местный аукцион чистокровных лошадей, из-за чего в этом районе передвигалось несколько лошадиных фургонов. Расследование возглавлял главный суперинтендант Джеймс Мерфи, очень опытный детектив. На своей первой пресс-конференции Мерфи описал свои чувства как "слегка обеспокоенные" кражей и сообщил журналистам, что "у меня нет никаких зацепок". Это заявление об отсутствии улик было неправдой, поскольку Мерфи скрыл от прессы много информации, включая обнаруженный полицией журнал для пистолета-пулемета Steyr MPi 69, что указывало на связь с активным отрядом Ирландской республиканской армии (ИРА) в Южном Армаге. У Мерфи был выраженный ирландский акцент, он носил шляпу-трилби и обладал самоироничным чувством юмора. На одной из пресс-конференций он заявил: "Улика? Таковой у нас нет". Несколько человек, утверждавших, что обладают паранормальными способностями, связались с Гардой, чтобы поделиться своими соображениями. Мерфи сообщил, что "провидцы, ясновидящие и экстрасенсы – они относятся к трем разным категориям – их уже, должно быть, около пятидесяти". Во время одной из пресс-конференций шесть фотографов появились в шляпах-трилби, похожих на полицейскую. Газета The Times назвала его "сценическим ирландцем". В рецензии на документальный фильм 2004 года Мерфи был назван "самым комичным полицейским со времен инспектора Клузо". Через восемь дней без каких-либо успехов его заменили в качестве публичного лица расследования, хотя он продолжал руководить им. 16 февраля было опубликовано описание фургона, использованного ворами, основанное на показаниях Фицджеральда. Он был либо светло-зеленого, либо светло-голубого цвета, без рабочих фар и номерных знаков. Масштабные полицейские поиски возможных укрытий для Шергара, проводимые Гардой в Ирландской Республике и Королевской ульстерской полицией (RUC) в Северной Ирландии, не дали никаких результатов – ни лошадь, ни фургон обнаружены не были. Однако было обнаружено несколько тайников ИРА с оружием и взрывчатыми веществами, что привело к потере нескольких безопасных убежищ. В какой-то момент над делом работали до 70 детективов. Через две недели после кражи Шергара полицейские сократили масштаб поисков, хотя расследование продолжалось.

Спекуляции и обман

Не имея никаких определенных сведений о местонахождении Шергара, и учитывая, что Гардаи ограничивали информацию, предоставляемую прессе, СМИ прибегли к спекуляциям, чтобы освещать эту историю. Бэрлейн отмечает, что при освещении дела Шергара "пресс-спекуляции отличались своим энтузиазмом и длительной неточностью". Среди заявлений СМИ были утверждения о том, что Шергар был похищен полковником Каддафи в рамках сделки по поставке оружия ИРА; что, по данным таблоида Sunday Sport, Шергара видели верхом на пропавшем лорде Лукане; что некий ближневосточный коневод украл его для племенного разведения; и что мафия совершила похищение, чтобы наказать Ага Хана за неудачную продажу лошади в прошлом. Через восемь недель после похищения Шергара, Стен Косгроув был контактирован старшими детективами из Гардаи, которые представили его Деннису Миноугу, тренеру лошадей. Миноуг утверждал, что у него есть контакт в ИРА, который показал ему фотографию Шергара, и что он может помочь в его освобождении за выкуп в размере 80 000 ирландских фунтов. Гардаи попросили Косгроува помочь им в спецоперации по выманиванию похитителей. Косгроув согласился, и 20 июля 1983 года детектив Гарда Мартин Кениронс оказал содействие в операции. Он положил деньги в багажник своей машины в отдаленной деревне, откуда Миноуг должен был их забрать после освобождения лошади. На следующий день Кениронс обнаружил, что багажник его машины был взломан, а деньги пропали. Миноуг также исчез, и деньги так и не были найдены. Последующее внутреннее расследование в Гардаи привело к увольнению Кениронса из рядов полиции за нарушение правил. В интервью в 2018 году он вновь подтвердил свою давнюю невиновность и заявил: "когда все пошло не так, все стали увиливать от ответственности. Они [старшие офицеры Гардаи] все отрицали свою причастность к выкупу".

Страхование

Шергар был застрахован через несколько страховых компаний. Страховой брокер лондонского Lloyd's Ходжсон Маккриди покрыл 3 625 000 фунтов стерлингов от общей суммы и добавил в полис пункт о краже. Другие акционеры, ответственные за акции на сумму 1,5 миллиона фунтов стерлингов, имели страховку, не включавшую пункт о краже; Косгроув был одним из застрахованных только от гибели животного. Акционеры, владевшие акциями на 3 миллиона фунтов стерлингов, не застраховались; Ага Хан был одним из незастрахованных членов синдиката. Косгроув был застрахован в Norwich Union (ныне часть Aviva), которая отказалась выплачивать страховое возмещение, даже когда стало очевидно, что Шергар, вероятно, мертв; ответственность компании составила 144 000 фунтов стерлингов. 20 полисов, включавших пункт о краже, были полностью урегулированы в июне 1983 года, хотя существовал вопрос о необходимости этого. Терри Холл, страховщик животных из Lloyd's of London, отмечает, что, хотя кража была очевидна, требование выкупа означало, что произошедшее рассматривалось как вымогательство, а не кража, что освобождало от выплаты по полисам страхования от гибели и кражи. Lloyd's of London обратился за юридической консультацией, и им посоветовали произвести выплату, несмотря на неоднозначность ситуации.

Возможность идентификации преступников

Полиция и спецслужбы считали ИРА наиболее вероятными подозреваемыми в краже. В 1980-х годах ирландское республиканское движение следовало стратегии "Армати и избирательного бюллетеня", при которой Sinn Féin стремился к избирательным успехам, а ИРА продолжала вооруженную борьбу. Эта стратегия была дорогостоящей, требуя оплаты оружия и взрывчатых веществ для ИРА, а также политической деятельности, рекламы и зарплат для Sinn Féin. Годовой бюджет движения оценивался от 2 до 5 миллионов фунтов стерлингов, и оно постоянно испытывало финансовые трудности. В октябре 1981 года Армейский совет ИРА – руководящая группа организации – одобрил похищение Бена Данна, тогдашнего главы сети магазинов Dunnes. Данн был освобожден невредимым через неделю; и семья Данна, и Гардаи отрицают выплату выкупа в размере 300 000 фунтов стерлингов. Согласно разведданным, полученным впоследствии, после успеха операции было решено осуществить еще одно похищение или кражу с целью получения выкупа – на этот раз Шергара. В 1999 году Шон О'Каллахан, бывший член ИРА, работавший с 1980 года в качестве информатора для Гардаи, опубликовал свою автобиографию. В ней он утверждает, что план по похищению и выкупу Шергара был разработан Кевином Маллоном, влиятельным членом ИРА, входившим в Армейский совет; Маллон придумал эту идею, находясь в заключении в тюрьме Портлауз. Маллон возглавил подразделение специальных операций с приказом собрать несколько миллионов фунтов, и несколько бойцов ИРА были переведены из-под командования О'Каллагана в Южном командовании ИРА в его подразделение. Среди них были члены ИРА Джерри Фицджеральд, Пол Стюарт, Раб Батлер и Никки Кихо. Через две недели после похищения Шергара Джерри Фицджеральд рассказал О'Каллагану, что участвовал в краже, и что Шергар был убит вскоре после того, как лошадь запаниковала, и никто из присутствующих не смог ее удержать. В результате конь повредил левую ногу, и было принято решение его убить. В своей автобиографии 1999 года О'Каллахан утверждает, что Шергар "был убит в течение нескольких дней" после кражи; в интервью для RTÉ, ирландского телеканала, в 2004 году он заявил, что Джерри Фицджеральд "настойчиво утверждал, что Шергар был убит в течение нескольких часов после похищения". ИРА продолжала распространять дезинформацию о том, что лошадь жива и находится под их контролем. Кевин О'Коннор, журналист RTÉ, выделяет три группы в банде: группу для проведения громких операций в Белфасте с целью привлечения внимания СМИ на севере; группу для ведения переговоров с Ага Ханом; и группу для охраны лошади. По словам О'Каллагана, в августе 1983 года, в попытке получить деньги, которые не удалось получить от похищения Шергара, Фицджеральд и его группа попытались похитить бизнесмена Гейлена Уэстона в его доме в графстве Уиклоу. Гардаи были предупреждены и взяли дом под контроль, пока Уэстон находился в Великобритании. После перестрелки Джерри Фицджеральд, Кихо и еще трое были арестованы. Они получили длительные тюремные сроки. О'Каллахан заявил, что "по сути, та же команда, которая похитила Шергара, похитила Гейлена Уэстона". Никаких арестов по делу о краже Шергара не было произведено. ИРА никогда не признавала свою роль в краже или ее последствиях. Маллон и Кихо отрицают свою причастность к событиям. Тоби выражает сомнение в рассказе О'Каллагана, отмечая, что информатор ИРА был "признавшимся информатором, чья жизнь зависела от способности плести убедительную сеть лжи. Без дополнительных доказательств история О'Каллагана – это просто интересная история". В 2008 году специальное расследование The Sunday Telegraph получило информацию от другого члена ИРА, который сказал, что О'Каллагану не рассказали всю правду "потому что банда была крайне смущена произошедшим": ветеринар, которого ИРА договорилась присмотреть за Шергаром, не пришел, потому что его жена пригрозила ему разводом. Когда ИРА поняла, что Ага Хан не собирается платить, Армейский совет приказал освободить лошадь. Масштабные поиски, проводимые Гардаи, затруднили освобождение, и Маллон считал, что за ним ведется пристальное наблюдение, поэтому освобождение лошади было слишком рискованным. Поэтому через четыре дня после похищения он приказал ее убить. Источник ИРА сообщил газете, что два человека вошли в конюшню, где содержался Шергар; один из них нес пулемет: Шергара расстреляли из пулемета. Было много крови, и лошадь даже поскользнулась на своей собственной крови. Было много ругани и проклятий, потому что лошадь не умирала. Это была очень кровавая смерть.

Остатки

Тело Шергара так и не было обнаружено или опознано. Ряд источников, включая О’Каллахана, The Sunday Telegraph и The Observer, полагают, что тело, вероятно, было захоронено вблизи Огнашэлина, недалеко от Баллиномара, графство Лейтрим. О’Каллахан утверждал, что, насколько ему известно, останки были захоронены на ферме ветерана ИРА 1940-х годов, и получить разрешение на раскопки на этой земле будет затруднительно. Баллинамир – город с сильными республиканскими настроениями, ранее прозванный «Фоллс Роуд Юга» – отсылка к Фоллс Роуд в Белфасте, району с ярко выраженными республиканскими взглядами во время «Смуты». Неоднократно поступали заявления о том, что обнаруженные скелеты лошадей принадлежат Шергару. Дес Лидон, ветеринар-специалист по лошадям, обладающий знаниями в области патологии лошадей, оказывал помощь Гарде в нескольких случаях, когда останки лошади могли быть останками Шергара. Он сохранил несколько прядей волос с гривы и хвоста Шергара, которые, по его словам, могут содержать достаточно ДНК для подтверждения идентификации.

Наследие

В 1999 году в честь Шергара на ипподроме Гудвуд был учрежден Кубок Шергара, в котором европейская команда жокеев соревновалась с командой с Ближнего Востока. Позже гонка была перенесена на ипподром в Аскоте и стала соревнованием между четырьмя командами: Великобританией и Ирландией, Европой, остальным миром и командой, состоящей только из женщин. Победители соревнования награждаются трофеем с изображением Шергара, который был пожертвован Ага Ханом. В двадцатую годовщину победы Шергара в Дерби бронзовая статуэтка лошади была вручена победившему жокею. Статуя Шергара установлена на территории Гиллтаун, одной из ирландских конных ферм Ага Хана. История похищения Шергара легла в основу телевизионной драмы с участием Стивена Риа и Гэри Уолдхорна, которая была показана в марте 1986 года в рамках антологии BBC Screen Two. Драма была основана на немногих известных фактах, дополненных предысторией, которую Хью Хеберт в своей рецензии для The Guardian назвал правдоподобной. Похищение также было драматизировано в фильме "Шергар" режиссера Денниса Льюистона с Яном Холмом и Микки Рурком в главных ролях. Было снято два телевизионных документальных фильма: "Кто похитил Шергара?", показанный на RTÉ в марте 2004 года, и "В поисках Шергара", показанный на BBC One в июне 2018 года.