Луис Карлос Престес: Революционер и политический деятель Бразилии

Введение

Луис Карлос Престес (3 января 1898 – 7 марта 1990) – бразильский революционер, политик и генеральный секретарь Коммунистической партии Бразилии (1943–1980), а также сенатор от Федерального округа (1946–1948). Один из ведущих коммунистов Бразилии, Престес считается многими одной из самых харизматичных, но трагических фигур в истории страны благодаря руководству восстанием «тенистов» 1924 года и последующей деятельности в бразильском коммунистическом движении. Экспедиция 1924 года принесла Престесу прозвище «Рыцарь надежды». Начав в 1924 году как молодой армейский офицер, Престес стал ключевой фигурой в неудачном военном мятеже. После его подавления он возглавил отряд повстанцев, известный как «Колонна Престеса», в трехлетнем походе протяженностью 22 530 километров по отдаленным районам Бразилии, пытаясь поднять крестьян против правительства. В конечном итоге повстанцы были вынуждены эмигрировать в Боливию. Несмотря на неудачу, он стал романтическим героем. Позже он возглавил Коммунистическую партию Бразилии, которая выступала за прекращение выплат по государственному долгу, национализацию иностранных компаний и земельную реформу. После насильственного восстания 1935 года он был заключен в тюрьму и приговорен к 30 годам заключения за приказ о казни подростка Эльзы Фернандес, но был освобожден после Второй мировой войны и впоследствии непродолжительное время занимал пост сенатора. Он был коммунистической оппозицией на протяжении всей эпохи Варгаса в Бразилии. В 1980-х годах Престес обвинил Коммунистическую партию Бразилии в отказе от марксистско-ленинской философии. В 1980 году он был отстранен от руководства, а в 1984 году исключен из партии. В 1989 году он агитировал за Леонеля Бризолу, кандидата левоцентристских взглядов, на президентских выборах, которые выиграл Фернандо Коллор де Мелло.

Ранняя жизнь и восстание Тененте

Престес родился в Порту-Алегре, в самом южном штате Рио-Гранде-ду-Сул, 3 января 1898 года. Его отец был офицером в армии. С семьей, столкнувшейся с финансовыми трудностями после ухода отца, Престес в возрасте 21 года поступил в Военную школу Реальенго в Рио-де-Жанейро (где также учились будущие соратники-тененты Антонио де Сикейра Кампос и Эдуардо Гомес), завершив военную подготовку в 1919 году. Специализируясь на военном инженерном деле, он окончил курс первым в своем классе. Хотя он сыграл ключевую роль в планировании восстания 1922 года, Престес фактически пропустил судьбоносный «Марш 18-го», поскольку был прикован к постели тифом, когда восстание вспыхнуло. Поскольку Престес не был непосредственно вовлечен в восстание, он избежал тюремного заключения, на которое были приговорены некоторые его коллеги, но был переведен в Рио-Гранде-ду-Сул. Когда в 1924 году вспыхнуло восстание, предпринятое в попытке вновь положить конец Первой Республике, Престес занял ключевую позицию в движении «Тененты», названном в честь роли, которую играли офицеры младшего звена в восстаниях 1922 и 1924 годов. Несмотря на то, что он не участвовал во временном захвате Сан-Паулу в июле 1924 года, Престес прославился, когда после неудачной попытки захвата гарнизона встретился с повстанцами из Сан-Паулу и возглавил объединенную группу тенентов и повстанцев, которая получила название «Колонна Престеса». Учитывая его будущую политическую траекторию, более чем иронично, что Престес отклонил рекомендацию Сикейры Кампоса о присоединении тенентов к коммунистам на международной политической арене. За почти 3 года колонна прошла 25 000 километров по тринадцати бразильским штатам. Колонна, организованная в знак протеста против политики и курса олигархической Первой Республики (1889–1930), не обладала силой, чтобы напрямую угрожать Первой Республике, но тем не менее была достаточно сильной, чтобы противостоять усилиям правительства по поимке и уничтожению Колонны Престеса, которая в конечном итоге в 1927 году ушла в изгнание в Боливию. Его способность избегать поражения от правительственных войск сделала Престеса своего рода народным героем как в Бразилии, так и на международном уровне.

Prestes was born in Porto Alegre in the southernmost state of Rio Grande do Sul on January 3, 1898. His father had been an officer in the army. With his family enduring financial difficulties after his father left them, Prestes enrolled in the Military School of Realengo in Rio de Janeiro (where future fellow tenentes Antônio de Siqueira Campos and Eduardo Gomes also attended) at the age of 21, completing his military training in 1919. Specializing in military engineering, he finished first in his class. Although he played a key part in the planning of the revolt of 1922, Prestes actually missed out on the fateful "March of the 18," as he was in bed with typhoid fever when the revolt broke out. Since Prestes was not directly involved in the revolt, he escaped the prison sentences of some of his colleagues, but he was transferred to Rio Grande do Sul. When the 1924 revolt broke out in an attempt to once again bring an end to the First Republic, Prestes rose to a key position in the Tenentes movement, named for the role the lower ranking officers played in the revolts of both 1922 and 1924. While not involved in the temporary takeover of São Paulo in July 1924, Prestes rose to fame when, after a failed attempt to take over a garrison, he met the rebels from São Paulo and led the combined group of tenentes and rebels in what came to be known as the "Prestes Column." Given his future political trajectory, it is more than a little ironic that Prestes rejected Siqueira Campos’s recommendation the tenentes affiliate with the communists in the international political arena. Over nearly 3 years, the column marched 25,000 kilometers (16,000 miles) across thirteen Brazilian states. The column, organized in protest of the politics and policies of the oligarchical First Republic (1889–1930), lacked the power to threaten the First Republic directly, but was nonetheless strong enough to resist the government’s efforts to apprehend and eliminate the Prestes Column, which ultimately went into exile in Bolivia in 1927. His ability to avoid defeat at the hands of government forces made Prestes somewhat of a folk hero both in Brazil and internationally.

В изгнании (19271930)

В Боливии Престес работал над строительством дорог, санитарными и другими инфраструктурными проектами для британской компании Bolivian Company Limited. В конце 1927 года генеральный секретарь Партидо Коммуниста Бразилейро (Бразильская коммунистическая партия; PCB), Астрожилдо Перейра, прибыл в Боливию на встречу с Престесом. Во время визита он передал Престесу несколько марксистских трудов и рекомендовал заключить союз с Бразильской коммунистической партией. Иронично, учитывая будущий политический путь Престеса, офицер отказался от рекомендации Перейры, оставаясь в Боливии до конца 1928 года, когда он переехал в Аргентину и устроился инженером. Именно тогда Престес впервые прочитал марксистские работы и начал симпатизировать социализму, чему способствовали его беседы с Родольфо Гиолди, видным деятелем аргентинского коммунистического движения, и Августом Клейном, который с 1930 по 1934 год был представителем Коминтерна в Южной Америке.

Революция 1930 года

Восстание "десятьентов" ознаменовало конец политики "кофе с молоком" и коронализма, и начало социальных реформ. Революция 1930 года положила конец Старой Республике Бразилии. К Революции 1930 года присоединились многие умеренные "десятьенты", но не Престес, и она привела к власти Гетулио Варгаса в качестве временного президента Бразилии. Хотя "десятьенты" симпатизировали ему, Варгас был гораздо более консервативной фигурой. Поскольку "десятьенты" хотели, чтобы Престес присоединился к Варгасу, Престес решил встретиться с ним в Порту-Алегри и в течение двух часов объяснил Варгасу свою идею социалистической революции. Варгас был глубоко впечатлен Престесом и даже пожертвовал 800 контос де рейс (около 400 000 долларов США по тому курсу, или около 5 860 000 долларов США в 2017 году) на революционное дело. Однако Престес рассматривал Варгаса как лидера буржуазной революции и, полагая, что Либеральный альянс просто заменит одну олигархическую систему другой, он решительно отказался. Он попытался создать Лигу революционного действия – "третий путь", отличный от Либерального альянса и Первой Республики, но движение не смогло привлечь достаточно сторонников для устойчивого существования. Продолжая использовать марксистский анализ при рассмотрении бразильской политики и общества, он тем не менее был исключен из Коммунистической партии Бразилии, которая начала заменять интеллектуалов рабочими в партийной структуре. В конечном итоге Престес вновь отправился в самонавязанную ссылку, на этот раз в Уругвай.

Присоединение к марксизму

В 1931 году он уехал в СССР, где работал инженером и продолжил изучение коммунизма. В конце 1934 года он покинул Советский Союз, чтобы вернуться в Бразилию, в сопровождении своей будущей жены Ольги Бенарио, агента Коммунистического Интернационала, направленной для обеспечения его безопасности. В 1935 году он стал членом исполнительного комитета Коммунистического Интернационала и, как сообщается, завоевал доверие Сталина. В том же году он возглавил Aliança Nacional Libertadora (Альянс национального освобождения) (ANL) – левый народный фронт, состоявший из социалистов, коммунистов и других прогрессистов, возглавляемых Коммунистической партией в оппозиции репрессиям Варгаса против организованного рабочего движения. Гетулио Варгас, к тому времени ставший легитимным президентом Бразилии (уже не просто исполняющим обязанности), склонялся к форме авторитарного правления. Он стремился подавить своих противников слева, во главе с Престесом, посредством насилия и государственного террора, чтобы сохранить свою коалицию в период неспокойных лет, начавшихся в 1934 году. Варгас заключил союз с бразильскими аграрными олигархиями, располагавшими налаженной сетью экономического и политического влияния, и с интегралистами – фашистским движением, имевшим широкую поддержку в городах Бразилии. Политическое влияние Варгаса вынудило бразильский Конгресс отреагировать на рост коммунистического движения. В то время как бывшие участники «Движения десяти» и его коллеги, такие как Эдуардо Гомес, Джураси Магалхаес и Жуарес Тавора, все больше склонялись к правым взглядам, Престес разочаровался в правительстве Варгаса после поддержки его прихода к власти в 1930 году. С присоединением Престеса к ANL, её ряды росли в течение 1935 года, и, поддавшись излишней самоуверенности, ANL опубликовала манифест с призывом к свержению правительства Варгаса. Варгас воспользовался этим, чтобы объявить ANL вне закона; когда Престес и другие члены ANL подняли восстание в ноябре 1935 года в штате Риу-Гранди-ду-Норти, правительство Варгаса быстро подавило его. Недооценив намерения Варгаса, ANL фактически предоставила ему предлог для дальнейшего укрепления своей власти, развернув преследования против более широкого круга критиков и оппонентов. Престес избежал первой волны репрессий, но к марту 1936 года он и Ольга были арестованы. Учитывая её статус иностранки, Варгас отправил беременную Ольгу обратно в нацистскую Германию. После провала восстания лидеры были арестованы и в 1937 году предстали перед судом по обвинению в подстрекательстве к мятежу. Престеса приговорили к 16 годам тюремного заключения. В 1943 году, находясь еще в тюрьме, Престес был избран генеральным секретарем Коммунистической партии Бразилии.

In 1931, he went to the USSR where he worked as an engineer and continued his study of communism. At the end of 1934, he left the Soviet Union to return to Brazil, accompanied by his soon to be wife, Olga Benário, an agent of the Communist International assigned to provide security for him. In 1935, he was made a member of the executive committee of the Communist International and is reported to have earned the confidence of Stalin. In that same year, he became the leader of the Aliança Nacional Libertadora (National Liberation Alliance) (ANL), a left wing popular front, consisting of socialists, communists, and other progressives led by the Communist Party in opposition to Vargas' crackdown against organized labor. Getúlio Vargas, who had by this time become Brazil's legally recognized president (no longer merely ad interim), thus looked to a form of authoritarian government. He endeavored to suppress his enemies on the left, led by Prestes, through violence and state terror in order to survive with his coalition intact during the agitated years that began in 1934. Vargas had become allied with Brazil's agrarian oligarchies, having an established network of economic and political power, and the Integralists, a fascist movement with a mass popular base in urban Brazil. Vargas's political power forced the Brazilian Congress to respond to the growth of the communist movement. While former tenentes and colleagues such as Eduardo Gomes, Juracy Magalhães, and Juarez Távora were increasingly moving rightward, Prestes had soured on the Vargas government after supporting his rise in 1930. With Prestes's affiliation with the ANL, its membership grew in the course of 1935, and, in a moment of overconfidence, the ANL issued a manifesto that called for the overthrow of the Vargas government. Vargas used the opportunity to declare the ANL an illegal organization; when Prestes and other members of the ANL launched an insurrection in November 1935 in Rio Grande do Norte, Vargas's government quickly cracked down and ended it. Miscalculating Vargas's intentions, the ANL ultimately created the pretext that allowed Vargas to further solidify his control, going after a broader range of critics and opponents of his government. Prestes avoided the initial wave of crackdowns, but by March 1936, both he and Olga had been imprisoned. Given her status as a foreigner, Vargas sent a pregnant Olga back to Nazi Germany. After the revolt failed, the leaders were arrested and tried for sedition in 1937. Prestes was sentenced to 16 years in prison. In 1943, while still in prison, Prestes was elected general secretary of the Communist Party of Brazil.

Заключение

В результате усиления политической власти Варгаса, бразильский Конгресс объявил всю левую оппозицию "подрывной" на основании закона о национальной безопасности от марта 1935 года. Новый закон предоставил президенту право запретить АНЛ. Обладая новыми чрезвычайными полномочиями, федеральное правительство развернуло репрессии против всей левой силы, включая аресты, пытки и внесудебные процессы. К середине 1935 года политическая ситуация в Бразилии резко дестабилизировалась. В июле правительство предприняло действия против АНЛ: войска совершили обыски в офисах, конфисковали пропаганду, изъяли документы и заключили под стражу лидеров. В ноябре АНЛ прибегла к вооруженному восстанию, но оно было быстро подавлено. Авторитарный режим, подобно своим фашистским аналогам в Европе, ответил тюремным заключением и пытками Престеса, а также жестоким подавлением коммунистического движения посредством государственного террора. Варгас, стремясь привлечь на свою сторону бразильское фашистское движение и военизированные формирования, известные как "Интегрализм" и возглавляемые Плиньо Сальгадо, потворствовал росту антисемитизма и, возможно, преследовал жену Престеса, чтобы умилостивить своих новых сторонников. Варгас депортировал беременную немецкую еврейку, жену Луиса Карлоса Престеса, Ольгу Бенарио, в нацистскую Германию, где она впоследствии была убита своими похитителями-нацистами в концентрационном лагере.

Политическая карьера

После того, как Варгас начал отказываться от фашистского стиля автократии в 1945 году, после его сближения с союзниками во Второй мировой войне в 1943 году, политические заключенные были освобождены. Престес был освобожден из тюрьмы в мае 1945 года в рамках амнистии для политических заключенных. С свержением режима Варгаса в октябре 1945 года состоялись новые выборы. Престес дал проницательную оценку политике Варгаса, комментируя: "Гетулио очень гибкий. Когда было модно быть фашистом, он был фашистом. Теперь, когда демократия стала модной, он будет демократом". Несмотря на собственное обращение с ним со стороны Варгаса и судьбу его жены, Престес поддержал Варгаса во имя национального единства. Он вновь погрузился в политическую арену. Имея около 6 месяцев на работу перед президентскими выборами, Престес приступил к реорганизации Коммунистической партии, насчитывавшей всего 4000 членов. На последующих выборах коммунисты продемонстрировали беспрецедентную силу, получив около 700 000 голосов, или 15 процентов от общего числа. На выборах 2 декабря 1945 года Престес набрал наибольшее количество голосов в своей гонке за сенатора Федерального округа. Однако избрание Престеса совпало с началом холодной войны. Будучи сенатором, Престес участвовал в разработке новой конституции в 1946 году. Позже в том же месяце Варгас был свергнут ультраправыми военными, отчасти из-за его либеральных шагов, и коммунистическое движение вновь подверглось преследованиям. В мае 1947 года правительство Бразилии запретило Коммунистическую партию, а Конгресс последовал этому примеру, исключив ее коммунистических членов. Престес немедленно ушел в подполье и действовал там в течение 10 лет. Он отказался поддерживать любого из кандидатов на выборах 1950 года и оставался открытым критиком президентства Варгаса вплоть до самоубийства последнего в 1954 году. Престес поддержал кандидатуру Жоселину Кубичека в 1955 году и начал играть более публичную роль, даже когда ПКБ оставалась незаконной. С приходом к власти Жоао Гуларта в августе 1961 года, после внезапной отставки Жанию Квадроса, Престес, как и другие левые (и не только в ПКБ), увидел шанс на реальную реформу для рабочих и крестьян Бразилии и постоянно публично оказывал давление на Гуларта, чтобы ускорить реформы в Бразилии. Разумеется, в условиях поляризации холодной войны средний класс, консерваторы и военные увидели призрак коммунизма в возможном сдвиге Гуларта влево и, решив предотвратить коммунистическую "диктатуру", свергли Гуларта и вместо этого установили консервативную диктатуру. Вновь оказавшись под властью правого режима, Престес снова ушел в подполье, а затем в изгнание, поскольку военные преследовали других ветеранов ПКБ, таких как Грегорио Безерра. Даже когда бывший тененте Эдуардо Гомес служил министром ВВС во время военной диктатуры, бывший тененте Луис Карлос Престес постоянно пытался избежать военных репрессий. Но это была не единственная проблема Престеса. Давно признанный лидером бразильского коммунизма, гетерогенность марксизма как в глобальном масштабе, так и в Бразилии изменила его роль в 1960-х годах. Под президентством Жоао Гуларта (1961–1964), протеже Гетулио Варгаса и еще одного гаучо из Рио-Гранде-ду-Сул, близость правительства к исторически обездоленному рабочему классу и крестьянству и даже к Коммунистической партии во главе с Луисом Карлосом Престесом была особенно заметна. Гуларт, по-видимому, переманивал коммунистическое движение, подобно тому, как Варгас переманивал интегралистов незадолго до своего свержения реакционными силами. Престес снова был заключен в тюрьму, а коммунистическое движение подверглось преследованиям. Опыт неудачного восстания тененте и подавления Варгасом коммунистического движения заставило Престеса и некоторых его товарищей скептически относиться к вооруженному конфликту до конца своей жизни. Его хорошо развитый скептицизм позже способствовал окончательному расколу между жесткими маоистами и ортодоксальными сторонниками Москвы в Бразильской коммунистической партии в начале 1960-х годов. Престес возглавил просоветскую фракцию партии, известную как Бразильская коммунистическая партия (или ПКБ), в то время как маоисты сформировали Коммунистическую партию Бразилии (или PCdoB). В то время как маоисты ушли в подполье и участвовали в городской борьбе против военной диктатуры после 1964 года, фракция Престеса этого не сделала.

After Vargas began abandoning fascist style autocracy in 1945, following his rapprochement with the World War II Allies in 1943, political prisoners were released. Prestes was released from prison in May 1945 in an amnesty for political prisoners. With the overthrow of the Vargas regime in October 1945, new elections took place. Prestes gave an astute assessment of Vargas' politics, commenting, "Getúlio is very flexible. When it was fashionable to be a fascist, he was a fascist. Now that it is fashionable to be democratic, he will be a democrat." Despite his own treatment at the hands of Vargas, and the fate of his wife, Prestes threw his support behind Vargas in the name of national unity. Once more he plunged into the political arena. With about 6 months in which to work before the presidential election, Prestes set about reorganising the Communist Party, which numbered only 4000 members. The communists showed unprecedented strength in the ensuing elections, polling some 700,000 or 15 percent of the total. In the elections of December 2, 1945, Prestes won the highest number of votes in his race for the senator of the Federal District. Prestes's election coincided, however, with the beginning of the Cold War. As a senator, Prestes played a part in the writing of a new constitution in 1946. Later that month, Vargas was ousted by the hard right wing of the military partly because of his liberalizing moves; the communist movement became persecuted once again. In May 1947, the Brazilian government outlawed the Communist Party, and Congress followed suit by ousting its communist members. Prestes immediately went into hiding and operated underground for 10 years. He refused to support any of the candidates in the 1950 election, and remained an open critic of Vargas's presidency up through the latter's suicide in 1954. Prestes did support the candidacy of Juscelino Kubitschek in 1955, and began to play a more public role even while the PCB remained illegal. With the ascendance of João Goulart to the presidency in the wake of Jânio Quadros's abrupt resignation in August 1961, Prestes, like others on the left (and not just in the PCB) saw a chance for real reform for Brazil's workers and peasants, and he continually publicly pressured Goulart to accelerate reforms in Brazil. Of course, amidst the polarization of the Cold War, the middle classes, conservatives, and military saw the spectre of communism in Goulart's eventual leftward shift; determined to prevent a communist "dictatorship," the military overthrew Goulart and instead ushered in a conservative dictatorship. Once again living under a right wing regime, Prestes once again went underground, then exile, as the military targeted other veteran PCB members such as Gregório Bezerra. Even while former tentente Eduardo Gomes served as the Minister of the Air Force during the military dictatorship, former tenente Luís Carlos Prestes was constantly attempting to avoid military repression. Yet that was not the least of Prestes' problems. Long acknowledged as a leader in Brazilian communism, the heterogeneity of Marxism both globally and in Brazil transformed his role in the 1960s. Under the presidency of João Goulart (1961–1964), a protégé of Getúlio Vargas, and another gaúcho from Rio Grande do Sul, the closeness of the government to the historically disenfranchised working class and peasantry and even to the Communist Party under none other than Luís Carlos Prestes was equally remarkable. Goulart appeared to have been co opting the communist movement in a manner reminiscent of Vargas' co option of the Integralists shortly, and not coincidentally, before his ouster by reactionary forces. Once again, Prestes was imprisoned and the communist movement was persecuted. The experience of the failed tenente rebellion and Vargas' suppression of the communist movement left Prestes, and some of his comrades, skeptical of armed conflict for the rest of his life. His well cultivated skepticism later helped precipitate the permanent schism between hardline Maoists and orthodox Moscow influenced militants in the Brazilian Communist Party during the early 1960s. Prestes went on to lead the pro Soviet faction of the party known as the Brazilian Communist Party (or PCB) while the Maoists formed the Communist Party of Brazil (or PCdoB). While the Maoists went underground and engaged in urban combat against the military dictatorship after 1964, Prestes' faction did not.

Поздние годы и смерть

В 1970 году Престес отправился в Москву со своей второй женой, Марией Престес, и их детьми, и вернулся в Бразилию только после амнистии для политических заключенных, предоставленной десять лет спустя. К середине 1970-х годов диктатура, фактически ликвидировав другие вооруженные левые движения, сосредоточила свои усилия на ПКБ, преследуя и убивая некоторых из ее ведущих лидеров, но к тому моменту Престес уже несколько лет находился в изгнании. В конечном итоге, Престес вернулся в Бразилию благодаря общей военной амнистии 1979 года, которая помиловала политических заключенных и эмигрантов (одновременно помиловав военных и должностных лиц, причастных к пыткам или казням противников режима). Несмотря на возвращение человека, которого многие считали символом и лидером Бразильской коммунистической партии, остатки партии оставались расколоты в отношении дальнейшего пути по мере возвращения Бразилии к демократии, раздираемые спорами о поддержке институционального перехода или требовании более радикальной революции. Хотя многие признавали историческую значимость Престеса для бразильского левого движения, они считали, что в возрасте свыше 80 лет он больше не является подходящим лидером, и он был отстранен от должности генерального секретаря ПКБ. Он стал сторонником Демократической рабочей партии Бразилии и участвовал в президентской кампании Леонеля Бризолы в 1989 году. В последние дни жизни, почти не имея средств к существованию, Престес в основном содержался архитектором Оскаром Нимейером, давним симпатизантом коммунистических идей и автором проектов многих зданий в Бразилиа. Престес умер от сердечного приступа 7 марта 1990 года в возрасте 92 лет.