Афганская гражданская война 1929 года и смена власти

Введение

Военный конфликт. Падение правительства Амануллы-хана в январе 1929 года, повлекшее за собой установление правительства саккавистов. Крах саккавистов в октябре 1929 года привел к тому, что Мухаммед Надир-хан стал королём Афганистана. | Сторона 1 = Саккависты Эмират Афганистана. Поддерживается: Басмачи (1929), племена шинваров. | Сторона 2 = Королевство Афганистана, добровольцы из числа хазарейцев, различные антисаккавистские паштские племена, Вардак, Майдан, Джалриз, Санглах. (См. Интервенция Красной армии в Афганистан (1929)). | Командующие 1 = Хабибулла Калакани, Ибрагим Бек, Файз Аллах. | Командующие 2 = Аманулла-хан, Инаятулла-хан, Али Ахмад-хан, Малик Кайс, Мухаммед Надир-хан, Сардар Шах Вали-хан, Карим-хан, Абд аль-Карим, Хазрат Мухаммед-хан. | Численность 1 = 2000, 28, 20000. | Численность 2 = 80, 2000, 12000, 1000. | Потери 1 = 7500 убитых.

Military conflict
Fall of Amanullah Khan's government in January 1929, leading to the establishment of a Saqqawist government. Saqqawist collapse in October 1929, leading to Mohammed Nādir Khān becoming King of Afghanistan. | combatant1 =
Saqqawists
Emirate of Afghanistan

Supported by: Basmachi(1929)

Shinwari tribesmen
| combatant2 = Kingdom of Afghanistan
Hazara volunteers
Various anti Saqqawist Pashtun tribes
Wardak
Maydan
Jalriz
Sanglakh

(See Red Army intervention in Afghanistan (1929))
| commander1 = Habibullāh Kalakāni Ibrahim Bek Fayz Allah
| commander2 = Amānullāh Khān
Inayatullah Khan
Ali Ahmad Khan Malik Qays
Mohammed Nādir Khān Sardar Shah Wali Khan
Karim KhanAbd al KarimHazrat Muhammad Khan
| strength1 = 2,000 28 20,000
| strength2 = 80

2,000 12,000 1,000
| casualties1 = 7,500 killed

Amānullāh's reforms touched on many areas of Afghan life. In 1921 he established an air force, albeit with only a few Soviet planes and pilots; Afghan personnel later received training in France, Italy and Turkey. Although he came to power with army support, Amanullah alienated many army personnel by reducing both their pay and size of the forces and by altering recruiting patterns to prevent tribal leaders from controlling who joined the service. Amanullah's Turkish advisers suggested the king retire the older officers, men who were set in their ways and might resist the formation of a more professional army. Amanullah's minister of war, General Muhammad Nadir Khan, a member of the Musahiban branch of the royal family, opposed these changes, preferring instead to recognize tribal sensitivities. The king rejected Nadir Khan's advice and an anti Turkish faction took root in the army; in 1924 Nadir Khan left the government to become ambassador to France. If fully enacted, Amānullāh's reforms would have totally transformed Afghanistan. Most of his proposals, however, died with his abdication. His transforming social and educational reforms included: adopting the solar calendar, requiring Western dress in parts of Kabul and elsewhere, discouraging the veiling and seclusion of women, abolishing slavery and forced labor, introducing secular education (for girls as well as boys); adult education classes and educating nomads. His economic reforms included restructuring, reorganizing and rationalizing the entire tax structure, anti smuggling and anti corruption campaigns, a livestock census for taxation purposes, the first budget (in 1922), implementing the metric system (which did not take hold), establishing the Bank i Melli (National Bank) in 1928, and introducing the Afghani as the new unit of currency in 1923. The political and judicial reforms Amānullāh proposed were equally radical for the time and included the creation of Afghanistan's first constitution (in 1923), the guarantee of civil rights (first by decree and later constitutionally), national registration and identity cards for the citizenry, the establishment of a legislative assembly, a court system to enforce new secular penal, civil and commercial codes, prohibition of blood money, and abolition of subsidies and privileges for tribal chiefs and the royal family. Although sharia (Islamic law) was to be the residual source of law, it regained prominence after the Khost rebellion of 1924–25. Religious leaders, who had gained influence under Habibullah Khan, were unhappy with Amānullāh's extensive religious reforms. Conventional wisdom holds that the tribal revolt that overthrew Amanullah grew out of opposition to his reform program, although those people most affected by his reforms were urban dwellers not universally opposed to his policies, rather than the tribes. Nevertheless, the king had managed to alienate religious leaders and army members.

Реформы Амануллы-хана затронули многие сферы афганской жизни. В 1921 году он создал военно-воздушные силы, хотя и с небольшим количеством советских самолётов и пилотов; афганский персонал впоследствии проходил обучение во Франции, Италии и Турции. Придя к власти при поддержке армии, Аманулла отчуждил многих военнослужащих, сократив как их жалование, так и численность войск, а также изменив порядок набора, чтобы не допустить контроля племенных вождей над комплектованием. Турецкие советники предложили королю уволить старых офицеров, которые были консервативны и могли сопротивляться формированию более профессиональной армии. Министр войны Амануллы, генерал Мухаммед Надир-хан, представитель мусахибанской ветви королевской семьи, выступал против этих изменений, предпочитая учитывать племенные особенности. Король отверг совет Надир-хана, и в армии возникло антитурецкое течение; в 1924 году Надир-хан покинул правительство и стал послом во Франции. Если бы реформы Амануллы были полностью реализованы, они бы полностью преобразили Афганистан. Однако большинство его предложений не пережили его отречение. Его преобразующие социальные и образовательные реформы включали: переход на солнечный календарь, введение западной одежды в некоторых частях Кабула и других мест, отказ от паранджи и уединения женщин, отмену рабства и принудительного труда, введение светского образования (для девочек и мальчиков), курсы образования для взрослых и обучение кочевников. Его экономические реформы включали реструктуризацию, реорганизацию и рационализацию всей налоговой системы, кампании против контрабанды и коррупции, перепись скота для целей налогообложения, первый бюджет (в 1922 году), внедрение метрической системы (которая не прижилась), создание Банк-и Милли (Национального банка) в 1928 году и введение афгани в качестве новой валюты в 1923 году. Политические и судебные реформы, предложенные Амануллой, были столь же радикальными для того времени и включали создание первой конституции Афганистана (в 1923 году), гарантию гражданских прав (сначала указом, а затем конституционно), национальную регистрацию и удостоверения личности для граждан, создание законодательного собрания, судебную систему для обеспечения соблюдения новых светских уголовных, гражданских и коммерческих кодексов, запрет на кровную месть и отмену субсидий и привилегий для племенных вождей и королевской семьи. Хотя шариат (исламское право) должен был оставаться основным источником права, он вновь приобрел влияние после восстания в Хосте в 1924–1925 годах. Религиозные лидеры, укрепившие свои позиции при Хабибулле-хане, были недовольны масштабными религиозными реформами Амануллы. Общепринятое мнение состоит в том, что племенное восстание, свергнувшее Амануллу, выросло из оппозиции его программе реформ, хотя больше всего от его реформ пострадали горожане, которые не были повсеместно против его политики, а не племена. Тем не менее, королю удалось оттолкнуть от себя религиозных деятелей и военных.

Британская империя

По словам более позднего британского посла в Афганистане, Уильяма Керра Фрейзера Тайтлера, британская империя, хотя и сохраняла официальный нейтралитет, была глубоко обеспокоена ситуацией в Афганистане и "разработала набор правил, регулирующих сложившееся положение. Отказ афганцу во въезде в Афганистан был нарушением нейтралитета, но как только он оказывался в стране, он становился участником конфликта, и позволять ему возвращаться обратно, ища временного убежища перед новым витком борьбы, также было бы не нейтрально. Таким образом, сочетая правила крикета и футбола, было установлено, что игрок может выйти на поле лишь однажды и сражаться за корону. Но если его вытесняли за пределы поля, и он пересекал линию, добровольно или нет, он считался "выбывшим" из игры, и судья не допускал его возвращения". Многочисленные наблюдатели в Афганистане и других странах полагали, что британская разведка сыграла роль в падении Амануллаха, что было широко распространено в советской историографии. Согласно Encyclopædia Iranica, "хотя эту версию нельзя полностью отвергать, в обширных британских индийских архивах за этот период не найдено никаких доказательств, подтверждающих ее. Однако несомненно, что за официальной позицией нейтралитета, которую британцы придерживались на протяжении кризиса 1929 года, скрывалось нежелание помогать Амануллаху вернуть трон и благосклонное отношение к действиям Надер-шаха. В то время как советские власти, хотя и неохотно, поддерживали Амануллаха и оказали помощь в организации набега во главе с Голамом Наби Чархи в районе Балха, британские власти позволили Надер-шаху вернуться в Афганистан через Индию и значительно укрепить свои силы, завербовав тысячи вооруженных воинов из пограничных племен вазиров и масудов. Также способствовало их решение снять запрет на проживание по постоянному месту жительства в Индии с Фазла Омара Моджаддеди, которому предстояло сыграть, по всей видимости, решающую роль в убеждении накшбандийских мулл Афганистана изменить свою позицию, а впоследствии стать первым министром юстиции Надер-шаха. Иными словами, хотя все свидетельства указывают на то, что приход к власти Бачча-е-Сакка (Калакани) был обусловлен исключительно внутренней дезинтеграцией режима короля Амануллаха, нет никаких сомнений в том, что британская политика, хотя и неявная, способствовала падению Бачча-е-Сакка".

According to a later British ambassador in Afghanistan, William Kerr Fraser Tytler, the British empire, though officially neutral, was very concerned about the situation in Afghanistan and they "made up a set of rules to govern the situation. It was unneutral to refuse an Afghan entry into Afghanistan, but once he was in he became a contestant, and it would be unneutral to allow him to recross the border, seeking a brief asylum before plunging again into the fray. And so in a mixture of the rules of cricket and football it was ordained that a player might go on the field once, and play for the crown. But if he was forced into touch, and recrossed the line, whether voluntarily or not, he was 'out' and the referee would not let him back into the game." Numerous commentators, in Afghanistan and elsewhere, claimed that British intelligence played a part in the fall of Amanullah; a theory which was prominent amongst Soviet historiography. According to Encyclopædia Iranica, "While it can not be dismissed out of hand, the fact remains that no evidence to support it can be found in the copious British Indian archives pertaining to this period. There can be no doubt, however, that behind the stance of official neutrality which the British maintained throughout the crisis of 1929 lay an unwillingness to help Amān Allāh to reconquer his throne and a benevolence toward the moves of Nāder Khan. While the Soviet authorities favored Amān Allāh (though reluctantly) and aided a foray on his behalf by Ḡolām Nabī Čarḵī in the Balḵ region, the British authorities allowed Nāder Khan to reenter Afghanistan through India and to obtain a decisive addition of strength through his recruitment of thousands of armed Wazīr and Masʿūd frontier tribesmen. Also helpful was their decision to lift a restriction order, imposing residence at a fixed address in India, on Fażl ʿOmar Mojaddedī, who was to play an apparently decisive role in persuading the Naqšbandī mollās of Afghanistan to change sides and later was to become Nāder Shah's first minister of justice. In short, while all the evidence indicates that Bačča ye Saqqā (Kalakani)’s rise was due solely to the internal disintegration of King Amān Allāh's régime, there can be no doubt that British policy, tacit rather than explicit, helped to bring about Bačča ye Saqqā’s fall".

Иран

Иранский военный атташе, полковник Али Хан, получил от Резы Шаха указание защищать шиитское население Афганистана в максимально возможной степени, не провоцируя при этом нападение саккавистов на Иран.

Германия

Хотя сама Германия в войне не участвовала, Калакани обратился к афганско-немецкой торговой компании с просьбой убить Амануллу Хана 15 апреля 1929 года, обещая им крупное вознаграждение за это.

Осада Джабал-эль-Сираджа

Амонуллах, по-видимому, приветствовал известие о примирении. Однако любое чувство облегчения было бы весьма кратковременным – силы под предводительством таджикского вождя Хабибуллы Калакани двигались к Кабулу с севера. Калакани был родом из Калакана, деревни в тридцати километрах к северу от Кабула. В конце ноября они осадили Джабал-аль-Сирадж, расположенный к северу от Кабула, и 11 или 12 декабря, после 18-дневной осады, Ахмад Али Лоди мирно сдал цитадель, передав все государственные средства, а также 18 пулеметов и неуказанное количество тяжелого вооружения и винтовок.

Первая битва при Кабуле

Укрепившись победой, Калакани напал на Кабул с 2000 человек (из которых лишь 200 были вооружены винтовками, а остальные – палками и топорами) 14 декабря 1928 года. Он и его силы вошли в форт Мурад Бег, расположенный на северных склонах Кух-и Куталь, недалеко от деревни Хайр-Хана. Повстанцы, полагая, что свержение эмира противоречит шариату, провели ритуал и провозгласили Калакани новым эмиром, после чего прошли через деревню Дих-и Купак в 15:00. Около 15:15 они достигли парка Баги-Бала. Они также заняли дворец Баги-Бала, бывшую летнюю резиденцию Абдуррахмана-хана, который теперь служил военным госпиталем для личной охраны эмира и резиденцией турецкого врача Бахджета Бега. Разоружив и распустив охрану и персонал посольства, они разместили своих собственных стражников, заверив сотрудников посольства, что они гости страны и им не будет причинен вред. Повстанцам также удалось проникнуть в дом и крепостную башню Шахр-Ара, обороняемые Шавкатом Бегом, турецким офицером, сыном Мухаммеда Акбара-хана. Его немногочисленные силы, а также группа кавалерийских офицеров, сумели помешать повстанцам войти в старый город. По мере продолжения битвы весь город наполнился звуками артиллерии и ружейных выстрелов. Однако лишь кавалерия личной охраны эмира и немногочисленные верные солдаты оказали сопротивление войскам Калакани. Остальные солдаты были в состоянии мятежа, поскольку офицеры присваивали себе солдатские пайки. Считая виновниками своих командиров, а не повстанцев, солдаты, получив приказ стрелять, просто вели огонь в воздух. Беспорядки и путаница достигли повсеместного масштаба. Эмир пришел в ярость, узнав о мятеже, и приказал раздать все оружие жителям Кабула и племенам, прибывшим в город, но еще не отправившимся в Джелалабад для борьбы с шинварами. Однако почти всеобщая ненависть афганцев к Аманулле привела к тому, что большинство из них отказались поднимать оружие против Калакани. Усугубляя положение Амануллы, некоторые воины племён вазири, мангал и ахмадзай перешли на сторону Калакани, заняли позиции на холме Асмай в центре Кабула и открыли огонь по войскам эмира. Гулам Гавс, чей отец, Малик Джахандад Ахмадзай, был казнен после восстания, направился в свой родной город, взяв с собой более 300 винтовок, вооружил местное население и поднял восстание против правительства. Другие племена поступали аналогично, поскольку контроль над распространением оружия отсутствовал. Битва резко изменилась 25 декабря, когда Калакани был ранен в плечо в результате авиационного удара, что вынудило его отступить на 20 километров на север, в форт Мурад Бег, расположенный в регионе Кухдаман.

Emboldened by the victory, Kalakani attacked Kabul with 2000 men (only 200 of which were armed with rifles, and the rest armed with sticks and axes) on 14 December 1928. He and his forces entered the Murad Beg Fort on the northern slopes of the Kuh i Kutal, nearby the village of Khayr Khanah. The rebels, feeling that deposing an emir would be against the shariah, performed a ritual and declared Kalakani the new emir, and then passed through the village of Dih i Kupak at 3:00 PM. Around 3:15 PM, they reached the Bagh i Bala park. They also occupied Bagh i Bala palace, formerly the summer residence of Abdur Rahman Khan, which had now been turned into a military hospital for the Emir's personal guard and the residence of a Turkish physician, Bahjet Beg. After disarming and dismissing the guards and the embassy, they stationed their own guards, reassuring the employees of the embassy that they were guests of the nation and as such no harm would come to them. The rebels also managed to enter the house and fortress tower of Shahr Ara, which was defended by Shawkat Beg, a Turkish officer who was the son of Muhammad Akbar Khan. His small force, as well as a group of cavalry officers, managed to prevent the Rebels from entering the old city. As the battle continued, the whole city was filled the sounds of artillery and gunfire. However, only the cavalry of the Emir's personal guard and a few other loyal soldiers actually put up a fight against Kalakani's forces. The rest of the army was in a mutinous mood, as their officers had been appropriating the soldier's rations. Holding their commanders rather than the rebels to blame for the trouble, when ordered to shoot, the soldiers simply fired their weapons in the air. Tumult and confusion were now widespread. The emir was furious when he heard of the mutiny, and ordered all the weapons to be distributed to the residents of Kabul and to the tribesmen who had come into the city but had not yet left for Jalalabad to fight the Shinwari. However, the near universal loathing of the Afghans for Amanullah led to the majority of them refusing to take up arms against Kalakani. To make matters worse for Amanullah, Some Waziri, Mangal and Ahmadzai tribesmen defected to Kalakani, took up positions on the Asmai Hill in the center of Kabul, and fired on the Emir's troops. Ghulam Ghaws, Whose father, Malik Jahandad Ahmadzai, had been executed following a rebellion, headed towards his hometown costs, carrying with him more than 300 rifles, armed the people there, and rose up against the government. Other tribes acted similarly because there was no control over the distribution of weapons. The battle took a drastic turn on 25 December, when Kalakani was wounded in the shoulder from an aerial bomb, causing him to retreat 20 kilometers north, to Murad Beg Fort, in the Kuhdaman region.

Осада форта Мурад Бег

Отступление Калакани дало Амануллаху возможность перегруппироваться. В конце декабря он начал обстрел форта Мурад-Бег, который продолжался до 13 января. Однако обстрел не дал никаких результатов, что разочаровало короля. Рано утром 14 января Амануллах отрекся от престола в пользу своего старшего брата Инаятуллы Хана, который правил всего три дня, прежде чем бежать в изгнание в Британскую Индию. Попытки Амануллаха вернуть власть, возглавив небольшое и плохо вооруженное войско к Кабулу, не увенчались успехом. Свергнутый король пересек границу с Британской Индией и отправился в изгнание в Италию, где оставался в Европе до своей смерти в 1960 году в Цюрихе, Швейцария. В момент отречения войска Амануллаха сражались в ущелье Хайр-Хана (Хирскана), в 11 км к северу от Кабула.

Вторая битва за Кабул

После вступления на афганский престол Инаятулла Хан послал мирного посла к Калакани. Посланник сообщил Калакани, что восшествие Инаятуллы на престол было незаконным согласно шариату, поскольку Калакани взошел на трон в исламском месяце Раджаб, а восшествие Инаятуллы на престол произошло в исламском месяце Ша’бан. Возрадовавшись, Калакани и 28 вооруженных людей, сопровождаемые группой безоружных кухдамани, прошли через деревню Дих-и Афганан и атаковали столицу, выкрикивая лозунги «я чахар яр» и стреляя в воздух. В самый первый день своего правления Инаятулла был вынужден забаррикадироваться в Арге с несколькими своими министрами. 16 января, пока 80 хазарейцев из Бихсуда защищали крепость Калах-и Буланд, а также арсенал в Кулула-паше, некоторые чиновники объявили о своей верности Калакани. Среди них были Шаир Ахмад, глава национального совета, Файз Мухаммад Хан, бывший министр торговли, Абд аль-Хади Хан, министр финансов, и сыновья Абдур Рахмана Хана: Мир Хашим, Сардар Амин Аллах Хан, Мухаммад Умар Хан, а также ряд заместителей министров и руководителей государственных учреждений. 17 января Инаятулла, встревоженный отсутствием поддержки со стороны жителей Кабула, сдался Калакани и отрекся от престола. Калакани позволил ему мирно покинуть Кабул с семьей и 3000 рупий. Мой брат, Хабиб Аллах! Всем известно, что я не желаю быть падишахом. После смерти моего отца я никогда не лелеял никаких стремлений к трону. Я был вынужден принять его лишь по настоянию лидеров, которые связывали мое восшествие на трон с процветанием народа и укреплением ислама. Но теперь, когда я вижу проливающуюся кровь мусульман, я решил отказаться от своих притязаний на афганский эмират и принести тебе присягу на верность, как и другим истинно верующим мусульманам.

Калакани против Али Ахмада Хана

После своего захвата власти Калакани, опасаясь контратаки сторонников Аманулла, быстро перевёз казначейство в Кудхаман. Первое организованное сопротивление Калакани возглавил Али Ахмад Хан, который всё ещё находился в Джалалабаде после подавления восстания шинваров. Там местные жители провозгласили Али новым эмиром, узнав о восшествии Калакани на престол. Затем Али двинул свои войска на Самучу и Муллу Омара, Танги-Хурд Кабул и Чанри, заняв там позиции. Во главе армии в 2000 человек и племенного ополчения он направился в Джагдалак, где ждал подкрепления от мохмандов, обещавших к нему присоединиться. С 23 по 29 января Али разослал провозглашения о создании нового эмирата в Кабул, Логар, Хазаражат, Южную провинцию и другие регионы, призывая людей присоединиться к нему. Малик Кайс из племени хугьяни, первоначально союзивший с Али, перешёл на сторону Калакани, захватил Али и доставил его Калакани в обмен на 17 000 рупий и звание генерал-лейтенанта, положив конец правлению Али 9 февраля.

Калакани против племён противников Саккавистов

Незадолго до 13 марта произошла битва при Шейхабаде, в 74 км от Кабула и на полпути по дороге Кабул – Газни. Именно здесь Карим Хан Вардак, отказавшийся присягнуть на верность Калакани, предпринял оборонительные приготовления. Примерно в это же время Абд аль-Вакил Хан, ранее назначенный Калакани фельдмаршалом, был отправлен в Газни и Кандагар с войском в 3000 человек. Когда Абд аль-Вакил достиг деревни Бини Бадам и Калах-и-Дуррани, в 48 км от Кабула, он остановился там, чтобы разобраться с силами Карима Хана Вардака, после чего продолжил путь. Но Карим Хан, вместе с вазирами и лидерами хазарейцев, собравшимися в поддержку Амана Аллаха, отправили совместное послание фельдмаршалу, в котором говорилось: «Мы, жители региона Вардак, считаем себя подданными Амира Хабиба Аллаха. Однако, поскольку мы еще не принесли ему клятвы верности, мы опасаемся, что в случае подхода его армии она может напасть на нас и разграбить наше имущество. Но если он проявит милосердие и согласится на эти четыре условия, мы не будем препятствовать вашему победоносному войску. Наши условия следующие: первое – крепость Абд аль-Ахад Хана, отправившегося в Кандагар с Амиром Аман Аллахом, должна быть защищена от грабежей, а его народ – от наказания. Второе – винтовки, выданные нам Амиром Аман Аллахом, должны остаться у нас. Третье – мы, жители Вардака, проживающие на территории до Газни, не должны подвергаться грабежам и насилию, даже если мы еще не принесли присягу на верность. Четвертое – когда ваша армия пройдет через нашу территорию во время двухдневного марша, все фураж и провизия должны приобретаться за наличные деньги по рыночным ценам и не отбираться без оплаты или в виде реквизиции. После прохождения вашей армии мы обещаем отправиться в Кабул и принести присягу на верность Амиру с искренним сердцем». Абд аль-Вакил принял это послание на веру и отправил Модельный батальон, насчитывавший в то время 1800 человек и дислоцировавшийся в Калах-и-Дуррани, к Шейхабаду вместе с 400 королевской конницей и 800 пехотинцами из Кухистана и Кухдамана, остановившимися у деревни Бини Бадам. После изнурительного марша по заснеженным холмам войска Абд аль-Вакила попали в засаду у Зарани, на краю бесплодной земли Дахт-и-Туп, устроенную племенами Вардака, которые, услышав выстрел солдата в птицу, спустились с холмов, узнав о приближении войск Калакани. Многие из войск Абд аль-Вакила были убиты в засаде; из 400 кавалеристов выжило всего 20. Жители Майдана, Джалриза и Санглаха отказались присягнуть Калакани и заключили союз с Вардаками, окружив армии Калакани в Майдане и разгромив их в Калах-и-Дуррани, после чего двинулись в Аргандах, расположенный в 23 км к западу от Кабула, где часть войск Калакани решила отступить к Калах-и-Кази, Чардихи и Кухдаману. 22 марта в 5:30 Калакани лично отправился из Кабула в Аргандах, чтобы подбодрить боевой дух своих солдат, и сумел убедить их двинуться на Кутал-и-Шейх, небольшую деревню недалеко от перекрестка с дорогой на запад к переходу Унай. Они согласились, и битва при Кутал-и-Шейхе продолжалась до вечера, завершившись победой Калакани. Утром 23 марта Калакани приказал вернуть в Кабул 500 ополченцев из Наджраба, поскольку они сражались против Тагаби, и Калакани опасался, что Наджраб может перейти на сторону противника. 24 марта Калакани приказал некоторым кухдаманцам, кухистанцам и жителям деревень Дихи-Нур, Майдан и Арганда прикрыть тыл армии, находившейся в Калах-и-Дуррани и Пуль-и-Майдане, чтобы лишить ожидающих поражения возможности двинуться на Чардихи и Кухдаман. Позже в тот же день фельдмаршал Калакани, Пурдил Хан (который к тому времени был назначен министром обороны), обстрелял Майдан, что укрепило решимость жителей Майдана, Аргандаха и Санглаха бороться с Калакани. 25-го Пурдил Хан сумел захватить Майдан, но большие потери не позволили ему продвинуться к Вардаку и Газни, и он на следующий день отступил в Аргандах и Кала.

Sometime before 13 March, the Battle of Shaykhabad took place, 46 mile (74 km) from Kabul and halfway across the Kabul Ghazni road. It was here where Karim Khan Wardak, who refused to pledge allegiance to Kalakani, had made defensive preparations. Around this time, Abd al Wakil Khan, who had earlier been appointed field marshal by Kalakani, was dispatched to Ghazni and Qandahar with a force of 3,000 men. When Abd al Wakil reached the village of Bini Badam and Qalah i Durrani, 30 mile (48 km) from Kabul, he halted there to deal with Karim Khan Wardak's forces, only then to proceed. But Karim Khan, along with Wazir and Hazara leaders who had gathered in support of Aman Allah, sent a joint message to the field marshal that said:

text=We, the peoples of the region of Wardak, consider ourselves subjects of Amir Habib Allah. However, since we have yet to send him our oaths of allegiance, we fear that if his army should come it might be to attack us and plunder our property. But if he shows forgiveness and agrees to these four conditions, we will not stand in the way of your victorious army. Our conditions are the following:
First: the fortress of Abd al Ahad Khan who left for Qandahar with Amir Aman Allah must be protected against looting and his people from punishment. Second: The rifles distributed to us by Amir Aman Allah must be left in our possession. Third: All of us, the people of Wardak, living on the territory up to Ghazni, must not be subject to looting nor violence even though we have not yet sent oaths of allegiance. Fourth: When your army passes through our territory during its two day march, all forage and provisions must be procured for cash and market prices and not taken without payment or in the form of a requisition. Once your army has passed through, we promise to go to Kabul and offer our oath of allegiance to the Amir with sincere hearts.|sign=Karim Khan Wardak|source=message to Abd al Wakil

Abd al Wakil accepted this message at face value, and he sent the Model Battalion, which at the time numbered 1,800 men and was stationed at Qal ah yi Durrani, to march on Shaykhabad along with 400 royal cavalry and 800 Kuhistani and Kuhdamani infantry militia which had halted near the village of Bini Badam. After an exhausting march through snow covered hills, Abd al Wakil's forces were ambushed near Zarani, at the edge of the Daht i Tup waste land by Wardak tribesmen, who came thundering down the hills after a soldier's shot at a bird alerted them that Kalakani's troops were nearby. Many of Abd al Wakil's troops were killed in the ambush; only 20 of 400 cavalrymen survived. The people of Maydan, Jalriz and Sanglakh refused to offer allegiance to Kalakani, and formed an alliance with the Wardak and surrounded Kalakani's armies in Maydan, and defeated them in Qalah i Durrani, before advancing to Arghandah, 14 mile (23 km) west of Kabul, where some Kalakani's forced decided to retreat toward Qalah i Qazi, Chardihi and Kuhdaman. On 5:30 on 22 March, Kalakani personally headed from Kabul to Arghandah to bolster the spirits of his soldiers and managed to convince the soldiers to advance on Kutal i Shaykh, a small village near the intersection with the road west to the Unay Pass. They accepted, and the battle of Kutal i Shaykh lasted until the evening with a victory for Kalakani. In the morning of 23 March, Kalakani ordered 500 militiamen to be brought back to Kabul from Najrab, because they had been fighting against the Tagabis and Kalakani was worried that Najrab might defect. On 24 March, Kalakani ordered some Kuhdamanis, Kuhistanis, and people from the villages of Dih i Nur, Maydan and Arghandah to cover the army rear which was then at Qalah i Durrani and Pul i Maydan and so deny those awaiting its defeat the chance to march on Chardihi and Kuhdaman. Later that same day, Kalakani's Field Marshall, Purdil Khan (who had since been named as Minister of Defense) shelled Maydan, which strengthened the resolve among the Maydan, Arghandah and Sanglakjh to fight Kalakani. On the 25th, Purdil Khan managed to capture Maydan, but the great casualties inflicted prevented him from advancing towards Wardak and Ghazni, and he withdrew to Arghandah and Qalah the following day.

Калакани против вернувшегося Амануллы

В это время Аманулла, предположительно, вернулся в Афганистан и выступил из Кандагара с армией, состоящей из воинов дуррани, хаттаков, гилзайцев и хазарейцев. Через четыре дня после въезда в Афганистан Аманулла узнал о восстании саккавистов в Герате. 27 марта Хабибулла Калакани приказал своему брату Хамидуллаху Калакани возглавить войско панджшири, поддержанное 14 осадными орудиями, к Майдану. В Куталь-и-Шейхе это войско одержало крупную победу, позволившую ему продолжить наступление на Майдан, где было взято 25 пленных и уничтожено несколько фортов. В ночь на 28-е антисаккавистские племена устроили засаду войску Хамидуллаха, и хотя им удалось нанести огромные потери и захватить много полевых орудий и винтовок, они не смогли вытеснить Хамида с его позиций. 30-го числа племена, выступавшие против саккавистов, возобновили сражение и на этот раз сумели почти полностью вытеснить войска Хамидуллаха из Майдана, за исключением нескольких отрядов, окруженных в крепости, известной как Кала-и Абд аль-Гани Хан Бег Саманди, примерно в 23 км к западу от Шейхабада. Большая часть разбитой армии Хамида отступила в Арганду и Кала-и Кази. 31-го числа Калакани начал новое наступление на Майдан и добился некоторого прогресса. 2 апреля силы из Бихсуфа заняли перевал Унай и достигли соглашения с ополченцами Сурх-и Парсы, туркмен, бамиянцев, балхабцев и шейх Али Хазары о том, чтобы они атаковали Кухистан и Кухдаман по дороге долины Гурбанд, одновременно атакуя Кабул по дороге через Майдан. 3 апреля силы Калакани столкнулись в Шаш-Гаве, в 21 км к северу от Газни. 7 апреля они были разбиты, продвигаясь по дороге недалеко от Газни, близ Шиниза в Вардаке. 7 апреля они столкнулись в Шинизе, а 9 апреля – в Шейхабаде и Джахату, к северо-западу от Газни. Файз Мухаммед сообщает, что Калакани потерпел крупное поражение под Газни 9 апреля и что его войска бежали в Кала-и Дуррани, но историк Роберт Д. Макхесни считает это ложным. К 12-му числа в Кабуле ходили слухи, что Газни окружен антисаккавистскими силами. В середине марта Мухаммед Надир-шах, покинувший Францию в январе, прибыл в Джелалабад, чтобы централизовать оппозицию Калакани. 16 апреля было сообщено, что Газни пал под натиском антисаккавистских сил, а войска Калакани были разбиты в Шейх-Амире, недалеко от перевала Маджид. К 20-му числа появились сообщения о том, что антисаккавистские силы находятся у ворот Пагмана, к западу от Кабула, и что силы хазарейцев из Бихсуфа пересекли перевал Унай и направлялись в Гурбанд, в то время как другая сила заняла позиции, чтобы помешать Калакани использовать его для перехода в Хазараджат. Силы, направленные в Газни, отступили к Шиниз-и Вардак. 21-го числа солдаты, лояльные Калакани, покинули Кабул, чтобы укрепить Газни. В это время Калакани решил укрепить форт Кала-и Дуррани, чтобы не дать восставшим племенам продвинуться дальше. 24-го числа войска Калакани столкнулись в Шаш-Гаве, в 21 км к северо-западу от Газни. 26-го числа, осаждая Газни, Аманулла необъяснимо отдал приказ об отступлении в Кандагар. 28-го числа было сообщено, что армия Калакани захватила Газни. 30 апреля антисаккавистские силы вновь вошли в Газни, возобновив сражение. В тот же день крупное наступление против саккавистов позволило вытеснить войска Калакани с позиций в Шейхабаде, Такии и Шаш-Гаве, вынудив некоторых из них отступить в сторону Дахти-Туп. 1 мая силы противников саккавистов продолжили наступление, столкнувшись в Дашти-Тупе и Шейхабаде, а 2 мая бои шли в Шейхабаде, Дашти-Тупе и Кала-и Дуррани. 7 мая подразделения были отправлены из Кабула в Махтаб и Арганду для подготовки обороны. 8 мая, в то время как в Дашти-Тупе и Бини-Бадаме шли бои, войска саккавистов под командованием Пурдил-хана отбыли в Чарикар. Один из генералов Калакани, Мухаммед Унар-хан, умер 14 мая. На следующий день Калакани отправил подразделения в Кух-и Асмай и Шайр-Дарваза. 19-го числа по слухам Аманулла был осажден в Калате, в 129 км к северу от Кандагара. 23 апреля Аманулла-хан бежал из Афганистана в Британский Радж, оставив своего брата Инаятуллаха-хана во главе сопротивления против саккавистов. К тому времени Калакани контролировал весь регион Газни, а дорога к югу от Газни была открыта. К 1 июня антисаккавистские силы, находившиеся в Карабахе, решили отступить в Кандагар, в то время как армии Калакани смогли взять Калат и окружили город Кандагар, который пал 3 июня или 31 мая.

At this time, Amanullah had supposedly returned to Afghanistan and was marching from Qandahar with an army made of Durrani, Khattak, Ghilzai, and Hazara fighters. Four days after entering Afghanistan, Amanullah learnt of a Saqqawist uprising in Herat. On 27 March, Habibullah Kalakani ordered his brother, Hamid Allah Kalakani, to lead a force of Panjshiris backed by 14 siege guns, to Maydan. At Kutal i Shaykh, this force won a major victory which allowed it to continue advancing towards Maydan, where it took 25 prisoners and destroyed several forts. On the night of the 28th, anti Saqqawist tribesmen ambushed Hamid Allah's force, and while they were able to deal vast casualties and capture many field guns and rifles, they were unable to dislodge Hamid from his position. On the 30th, the anti Saqqawist tribes renewed the battle, and this time they managed to almost completely expel Hamid Allah's forces from Maydan, except for a few detachments which were surrounded in the fortress known as Qalah i Abd al Ghani Khan Beg Samandi, about 14 mile (23 km) west of Shaykhabad. A large part of Hamid's defeated army retreated to Arghandah and Qalah i Qazi. On the 31st, Kalakani started another offensive on Maydan and made some progress. On 2 April, a force from Bihsuf occupied the Unay Pass and reached an agreement with the militias of the Surkh i Parsa, Turkman, Bamyan, Balkhab and Shaykh Ali Hazarah for them to attack Kuhistan and Kuhdaman via the Ghurband Valley road while it simultaneously attacks Kabul via the road through Maydan. On 3 April, Kalakani's forces clashed in Shash Gaw, 13 mile (21 km) north of Ghazni. On 7 April they were defeated while advancing along the road not so far from Ghazni near Shiniz in Wardak. On 7 April, they clashed at Shiniz, and on the 9th they clashed in Shaykhabad and Jaghatu, northwest of Ghazni. Fayz Muhammed reports that Kalakani suffered a major defeat near Ghazni on 9 April and that his forces fled to Qalah i Durrani, but historian Robert D. McChesney believes this to be false. By the 12th, there were rumours in Kabul that Ghazni was surrounded by anti Saqqawist forces. In mid March, Mohammed Nadir Shah, who had departed from France in January, arrived in Jalalabad to centralize the opposition to Kalakani. It was reported on 16 April that Ghazni had fallen to anti Saqqawist forces, and that Kalakani's forces had been defeated at Shaykh Amir, near the Majid Pass. By the 20th, there were reports that anti Saqqawist forces were on the doorstep of Paghman, just west of Kabul, and that Hazarah forces from Bihsud crossed the Unay pass and were heading on their way to Ghurband, while another force occupied positions there to prevent Kalakani from using it to cross to Hazarahjat. The force sent to Ghazni retreated to Shiniz i Wardak. On the 21st, soldiers loyal to Kalakani left Kabul to reinforce Ghazni. At this time, Kalakani decided to reinforce the Qalah i Durrani fort to prevent rebel tribes from advancing past it. On the 24th, Kalakani's forces were clashing in Shash Gaw, 13 mile (21 km) northwest of Ghazni. On the 26th, while laying siege to Ghazni, Amanullah had inexplicably given the order to retreat to Qandahar. On the 28th, it was reported that Kalakani's army had captured Ghazni. On 30 April, anti Saqqawist forces re entered Ghazni, renewing the battle. The same day, a large anti Saqqawist offensive managed to dislodge Kalakani's forces from positions in Shaykhabad, Takiya and Shash Gaw, forcing some of them to retreat towards Daht i Tup. On 1 May, anti Saqqawist forces continued their offensive, clashing in Dasht i Tup and Shaykhabad, and on 2 May fighting was taking place in Shaykhabad, Dasht i Tup and Qalah yi Durrani. On 7 May, units were sent from Kabul to Mahtab and Arghandah to prepare defenses there. On 8 May, while there was fighting in Dasht i Tup and Bini Badam, Saqqawist forces under Purdil Khan departed for Charikar. One of Kalakani's generals, Muhammad Unar Khan, died on 14 May. The next day, Kalakani sent units to Kuh i Asmai and Shayr Darwazah. On the 19th, Amanullah was rumoured to be besieged at Kalat, 80 mile (129 km) north of Qandahar. On the 23rd, Amanullah Khan fled Afghanistan into the British Raj, leaving his brother Inayatullah Khan in charge of anti Saqqawist resistance. By that time, Kalakani held control of the entire Ghazni region, and the road south of Ghazni as open. By 1 June, anti Saqqawist forces who at this time were at Qarabagh decided to retreat Qandahar, while Kalakani's armies were able to take Kalat and had surrounded the city of Qandahar, which duly fell on 3 June or 31 May.

Калакани против Надира

8 марта Надир-хан перешел в Афганистан к востоку от Матуна в долине Куррам. 16 марта Калакани направил войска в двух направлениях: по маршруту в Майдан через Калах-и-Махтаб Баг, Калах-и-Дуррани, Калах-и-Кази и Арганду, а также через Чарасию и Мусай в Логар. 129 солдат также были отправлены Калакани в долину Логар, где они были разбиты в Уаджанском ущелье (между Куши в Кулангаре и Шикар-Кала), что вынудило их отступить в Ришхур, к югу от Кабула. 23 марта в Наджрабе, к северу от Кабула, шли ожесточенные бои. На следующий день 500 солдат Калакани, двигавшихся от Чарасии к Кулангару, попали в засаду, где многие были убиты или ранены. К 31 марта Калакани потерпел ряд неудач на Майданском фронте. 23 марта 6000 воинов племени мангал присоединились к Надир-хану в Хосте. Через четыре дня он отправился в Ургун, куда прибыл 5 апреля. Спустя несколько дней он захватил Баладу, а 15-го – Гардез. 23-го Надир находился в Сафид-Кала, у южного входа в перевал Алтамур (или Тира). 24-го он продолжил путь через перевал в Чарх, где столкнулся с отрядом, посланным Калакани. После первоначального успеха в захвате деревни Дабар в Чархе, он был вынужден отступить в Сижинак, к востоку от Гардиза, 27-го. 22-го Калакани отправил войска в Логар для его защиты от Надира, чьи силы захватили Дубанди и деревню Куши в тот же день. 23-го в Кабуле распространились слухи о поражении армий Калакани и их вынужденном отступлении к Калах-и-Дуррани на дороге Майдан – Газни. 23-го Надир достиг Ущелья Вагжан. 24-го в Кабуле появились слухи о том, что войска Надира вошли в деревню Агуджан, расположенную в 35 км к югу от Кабула. 25-го Надир достиг Хисарака в долине Логар, и в тот же день распространились слухи о его поражении в битве при перевале Тирах. 1 мая, когда в Южной провинции продолжалось трехдневное сражение, войска Калакани совершили набег на Хуши в Логаре и ограбили его жителей. К 3 мая Надир основал форт в Сурхабе и беспокоил войска Калакани, чтобы не допустить их продвижения в Южную провинцию. 6-го Калакани отправил новые войска в Чарикар. 11-го появились слухи о прибытии Надира в Чарх в Логаре. Роберт Д. Макхесни считает это ложным утверждением, полагая, что это было лишь желанием. 8 мая Хашим (брат Надир-хана) убедил племена Восточной провинции объединиться против Калакани, который согласился набрать 40 000 солдат, которые должны были продвинуться в трех колоннах через Тагаб, Танги-Гару, Гакари и Латабанд для атаки на Кухдаман, Кухистан и Кабул. В тот же день войска Надира достигли района Пули Хашим Хайл в Гандамаке и в Тагабе начали планировать дальнейшее продвижение по дороге. 11 мая племена, поддерживающие Надира, двинулись к Кабулу, но были остановлены саккавистом Шинвари в Сурхруде. 12 мая появились слухи о том, что Надир нанес поражение Калакани в Бидаке. 15 мая Надир пересек перевал Тирах и начал вторжение в долину Логар, которое продолжилось 16-го, когда Надир преследовал местные саккавистские силы до Кулангара, Кутти Хайла и Мухаммада Ага, сражаясь за контроль над долиной Гурбанда. Также 16-го Надир достиг Хака Джаббара по дороге через Хисарак. 23-го, в период продолжавшихся мирных переговоров, Калакани отправил в Логар отряд из 300 человек. 26 июня войска Калакани отбили Гардез. 14 июля войска Надир-хана вошли в долину Логар, одержали победу в Падхвабе и Ругани и оттуда продвинулись к Сурхабу, где окружили и осадили один из отрядов Калакани в Каризе и Дарвише, который сдался на следующий день. 18 июля войска Калакани вступили в сражение с хугьянами вблизи Кабула-Хурда. Чтобы получить преимущество в битве, Калакани конфисковал все автомобили и конные экипажи в Кабуле, чтобы ускорить прибытие подкреплений. Этот план сработал, и 19 июля ситуация стабилизировалась. 18 августа Надир перенес свой штаб в Али Хайл к племени Джаджи, которое заверило его в своей безоговорочной лояльности.

On 8 March, Nadir Khan crossed into Afghanistan just east of Matun in the Kurram Valley. On 16 March, Kalakani dispatched troops in two directions: along the route to Maydan through Qalah i Mahtab Bagh, Qalah i Durrani, Qalah i Qazi, and Arghandah, and via Charasya and Musai to Logar. 129 troops were also dispatched by Kalakani to the Logar Valley, which were defeated at Waghjan Gorge (Between Kushi in Kulangar and Shikar Qalah), forcing them to retreat to Rishkhur, south of Kabul. On 23 March, heavy fighting was occurring in Najrab, north of Kabul. The next day, 500 of Kalakani's troops who were marching from Charasya to Kulangar were ambushed, with many killed or wounded. By 31 March, there were some reversals for Kalakani on the Maydan front. On 23 March, 6000 Mangal tribesmen joined Nadir Khan at Khost. Four days later, he left for Urgun, which he reached on 5 April. A few days later, he took Baladah, and on the 15th he captured Gardez. On the 23rd, Nadir was residing in Safid Qalah, at the southern entrance of the Altamur (or Tirah) pass. On the 24th, he continued through the pass to Charkh, where he was confronted by a force sent by Kalakani. After initial success in capturing the village of Dabar in Charkh, he was ultimately forced to retreat to Sijinak, east of Gardiz on the 27th. On the 22nd, Kalakani sent troops to Logar to defend it against Nadir, whose forces captured Dubandi and the village of Kushi that same day. On the 23rd there were rumours in Kabul that Kalakani's armies had been defeated and forced to retreat to Qalah i Durrani on the Maydan Ghazni road. On the 23rd, Nadir reached the Waghjan Gorge. On the 24th, there were rumours in Kabul that Nadir's forces had entered the village of Aghujan, 22 mile (35 km) south of Kabul. On the 25th, Nadir reached Hisarak in the Logar valley, and on that same day it was rumoured that he had suffered a defeat in a battle at Tirah Pass. On 1 May, while a battle in the Southern province had been going on for three days, Kalakani's forces carried out a raid on Khushi in Logar and plundered its inhabitants. By 3 May, Nadir had established a fort at Surkhab and was harassing Kalakani's troops to prevent Kalakani from advancing into the Southern province. On the sixth, Kalakani sent new troops to Charikar. On the 11th there were rumours that Nadir arrived in Charkh in Logar. Robert D. McChesney believes this to be false, and says this was just wishful thinking. On 8 May, Hashim (Nadir Khan's brother) persuaded tribes of the Eastern province to unite against Kalakani, who agreed to raise 40,000 troops who would advance in three formations through Tagab, Tangi Gharu, Ghakari and Lataband to attack Kuhdaman, Kuhistan and Kabul. That same day, Nadir's forces reached the region of Pul i Hashim Khayl in Gandamak and at Tagab made plans to continue further down the road. On 11 May pro Nadir tribes moved on Kabul but were stopped by Saqqawist Shinwari at Surkhrud. On 12 May there were rumours that Nadir had inflicted a defeat upon Kalakani at Bidak. On 15 May Nadir crossed the Tirah Pass and began an incursion into the Logar valley, which continued the 16th, when Nadir pursued the local Saqqawist forces as far as Kulangar, Kutti Khayl and Muhammad Aghah, and was fighting over control of the Ghurband Valley. Also on the 16th, Nadir reached Khak i Jabbar via the road through Hisarak. On the 23rd, when peace negotiations were ongoing, Kalakani sent a force of 300 men to Logar. On 26 June, Kalakani's forces recaptured Gardiz. On 14 July, Nadir Khan's forces entered the Logar valley, won a victory at Padkhwab i Rughani and from there, advanced on Surkhab where they surrounded and besieged one of Kalakani's forces at Kariz i Darwish, which surrendered the next day. On 18 July, Kalakani's forces fought a battle with the Khugyani near Khurd Kabul. In order to get the upper hand in the battle, Kalakani confiscated all automobiles and horse carriages in Kabul, so that reinforcements could arrive more quickly. This plan worked, and on 19 July the situation was stabilized. On 18 August, Nadir moved his headquarters to Ali Khayl with the Jaji tribe, which had assured him of their unswerving loyalty.

Фронт Тагаба

Незадолго до 17 марта антисаквистские племена из Тагаба начали внезапное нападение на Саруби и Гугамандан, открыв то, что Роберт Д. Макхесни называет «Фронтом Тагаба». Это нападение застало местные гарнизоны врасплох и позволило тагабитам захватить две пушки, вооружение и другие военные припасы. После этого успеха тагабиты планировали наступление на север, на Джамал Афгха в Кухистане, которое было успешно предпринято 18-го числа. 23 марта жители Дурнамы, Суднана и Булагина атаковали тагабитов, разгромили их и заняли их позиции, что стабилизировало «Фронт Тагаба». 1 апреля прибыли пленные из Тагаба. 2 августа «Фронт Тагаба» был вновь открыт после местного восстания. 12 августа, после нескольких дней столкновений, войска Калакани начали крупное контрнаступление и вынудили тагабитов сдаться на следующий день. Это положило конец «Фронту Тагаба».

Фронт Гурбанда

2 апреля в Кабуле ходили слухи, что хазары, выступающие против саккавистов, заняли позиции в Балхе, в то время как другие смогли выйти к Акча, Андхую, Маймане и Мазари-Шарифу. 7-го антисаккавистские силы прибыли в Сияхгирд в Гурбанде. 17-го Сайид Хуссейн отправился в Чарикар. Антисаккавистские силы перекрыли дорогу в долине Гурбанда, ведущую к Кухистану и Кухдаману, и 18-го они, как сообщается, достигли Гурбанда. 19-го Калакани отменил контрнаступление Гулама Расула Хана против хазаров, предпочтя сосредоточиться на Чарикаре, который, по сообщениям, подвергался нападению местных антисаккавистских партизан. 20-го Сайид Хуссейн отправился в Чарикар, где устроил засаду и убил Ата Мухаммада, чью невесту Сайид взял в жены несколько лет назад, за что Ата Мухаммад поклялся отомстить. 26-го в Кабуле распространилась весть о том, что хазарские отряды достигли горы Катан к западу от Шакар-Дары и оттуда захватили села Худамани Шакар-Дарры, Фарзу, Газу, Сарай-Хваджа и Чарикар. 27-го антисаккавистские хазары, как сообщается, атаковали Фарзу, Шакар-Дарру и Исталиф (города в Кухдамане). В тот же день, в ответ на наступление хазаров, Калакани отправил Хамида Аллаха в контрнаступление, которое вынудило хазаров отступить. Однако ситуация оставалась сложной для Калакани, и 3 мая он перебросил войска и боеприпасы с других фронтов для усиления Гурбандского направления. 4 мая, в тот же день, когда Аманулла покинул Вардак, в Кабуле появились слухи, что Сайид Хуссейн, один из генералов Калакани, совершил прорыв в Гурбанде, а на следующий день, как сообщается, двинулся к Мазари-Шарифу по дороге через Кундуз. До этого марша на Мазари-Шариф город ранее был ареной мятежа кухистанских и кухдаманских сил, начавшегося в январе после захвата Кабула Калакани и подавленного 30 апреля антисаккавистскими силами. После этого источники расходятся во мнениях: Файз Мохаммад сообщает, что мятежники из Мазари-Шарифа отступили в Герат и захватили его до 15 мая, в то время как Адемек утверждает, что Герат был захвачен в июне после того, как саккавистские силы захватили Мазари-Шариф, после отъезда Амануллы из Афганистана в Британскую Индию, и затем постепенно расширили свой контроль на Майману, а затем на Герат. 10 мая в Кабуле распространилась новость о том, что Гулам Джалани Хан занял Андараб и Ханабад в Катагане, а губернатор провинции Бадахшан-Катаган Мир Баба Сахиб Чарикари был убит. 9 или 10 мая Сайид Хуссейн потерпел серьезное поражение в битве при Шибарском перевале, где его 12-тысячная армия была разбита местным хазарским ополчением, жаждущим мести за уничтожение скота, что положило конец надеждам Сайида на взятие Мазари-Шарифа. 12 мая Сайид оказался в осаде в Кухистане и, как сообщается, был ранен. В тот же день один из генералов Калакани, Абд аль-Вакил Хан, захватил Файзабад в Бадахшане, в то время как некоторые его подразделения достигли Фарджагана (у подножия долины Алишанг возле Тагаба и Наджраба). Также 12 мая антисаккавистские силы одержали победу в битве у Пули-Матака после марша на Тагаб. 13 мая 900 человек из армии Калакани были захвачены в плен в Гурбанде после короткого сражения. 14-го 2000 саккавистских солдат были разгромлены, а их оружие, снаряжение и боеприпасы конфискованы. 15-го Сайид Хуссейн начал новое наступление против антисаккавистских сил, но после захвата долины Панджшер 15-го был остановлен на перевале Хавак 16-го. 19-го в Кабуле появились слухи о смерти Сайида Хуссейна и о наступлении антисаккавистских сил на Чарикар, что, по мнению Роберта Макхесни, сильно преувеличено или совершенно ложно. 26-го Сайид Хуссейн вернулся в Кабул живым и невредимым, развеяв слухи о своей смерти, и к началу июня маршруты через долину Гурбанд и переходы Саланг и Хавак оказались под контролем Калакани. 29 мая 2300 человек были отправлены на север для усиления Гурбандского направления. 31 мая армия Калакани, продвинувшаяся до Бамяна по пути в Мазари-Шариф, была разбита и вынуждена отступить в Джабал-эль-Сирадж. 11 апреля Надир прибыл в Хуши в долине Логар. 20 апреля сын Абдуллаха Хана Тухи, чей брат Ата Мухаммад поднял восстание в Мазари-Шарифе против Калакани, был повешен в Кабуле. 7 мая 12 000 антисаккавистских сил заняли перевал Унай и перевал Сафидхак, в то время как другие были размещены на нижних склонах Пагмана и Шакар-Дарры. В это время различные антисаккавистские племена планировали скоординированную атаку на Кабул. Однако этнические разногласия и плохая связь помешали этой атаке состояться. 2 июня Калакани отправил войска в Сари-Чашму, где им было приказано не открывать огонь по тем, кто присягает на верность, пока они безоружны. 23 мая Аманулла покинул Афганистан в последний раз, навсегда. В тот же день Калакани отправил 6500 человек для завоевания Хазараджата. До 19 июня силы Калакани одержали победу в Бамяне, где они сначала оказались в окружении, прежде чем командиру осаждающих хазарских сил был подкуплен для отступления. По состоянию на 23 июня антисаккавистские силы продолжали удерживать перевал Унай. По состоянию на 27 июня антисаккавистские силы продвинулись на 3 километра от перевала Унай в сторону Сари-Чашмы. 28 июня силы Калакани вели ожесточенное сражение против хазарских ополченцев в Кала-и-Кариме. После захвата деревни и сожжения ее дотла они попали в засаду хазаров, которые затем были отброшены артиллерийским огнем и вынуждены отступить в горы. После этой победы силы Калакани взяли под контроль перевал Унай. 29 июня силы Калакани двинулись к Кала-и-Юрту. 30 июня силы Калакани продвинулись к Кала-и-Юрту, достигнув Джавкуля. 1 июля силы Калакани разграбили дома в Такане, Джалризе и Кухна-Хумаре. 2 июля силы Калакани потерпели поражение в Джавкуле и были вынуждены отступить в Сари-Чашму, а затем в Чандавул через Базар-и-Сари-Чавк, Багбан-Кучан и Чандавул. 3 июля Хамид Аллах возобновил наступление, но был отброшен после окружения хазарскими ополченцами и преследовался при отступлении до Сари-Чашмы. По состоянию на 8 июля хазары продолжали сражаться с силами Калакани и атаковали 5000-й полк, вынудив их отступить в Джалриз. Однако хазары не воспользовались этой победой для атаки на Кабул – Роберт Макхесни отмечает, что политика в Афганистане, как правило, носит крайне локальный характер, и как только хазары обеспечили контроль над своими регионами, они потеряли интерес к борьбе за новые территории. 10 июля Умар Хан пообещал Калакани, что возьмет на себя задачу либо подчинить хазаров, либо разгромить их. Файз Мохаммад цитирует его слова: «Пурдил Хан захватил Газни и захватил Кандагар; генерал-майор Мухаммад Сиддик и Абд аль-Каюм Ибрагим Хайл Пагмани продвинулись к Южной провинции; и Мухаммад Умар, генерал Сури Сатрандж, победил оппозицию во многих сражениях. Я не хочу отставать от своих коллег здесь. Я должен быстро расправиться с хазарами и добиться их подчинения». Он отправился в Джалриз и соединился с солдатами, которые недавно сражались с хазарами, одержал победу в Сари-Чашме и провел операции до Таканы. Однако успех вскоре прекратился, и после ранения в ногу Умар был вынужден отступить, оставив хазарам возможность вновь занять все потерянные территории. 17 июля хазарские ополченцы атаковали саккавистские силы в перевале Унай и Кала-и-Сафид, разгромили их и преследовали до Таканы и Джалриза. С 25 по 29 июля бои шли в Джалризе, однако 30 июля хазары отступили из Джалриза обратно в Хазараджат после того, как узнали о поражении Надира…

On 2 April, there were rumours in Kabul that anti Saqqawist Hazaras had occupied positions in Balkh, while others were able to march on Aqchah, Andkhuy, Maymanah and Mazar i Sharif. On the 7th, anti Saqqawist forces arrived in Siyahgird in Ghurband. On the 17th, Sayyid Hussayn had left for Charikar. anti Saqqawist forces closed the road in the Ghurband valley leading to Kuhistan and Kuhdaman, and on the 18th they had reportedly reached Ghurband. On the 19th, a counteroffensive by Ghulam Rasul Khan against the Hazaras was called off by Kalakani, who wanted instead to focus on Charikar, which was reportedly under attack by local anti Saqqawist partisans. On the 20th, Sayyid Husayn left for Charikar, where he ambushed and killed Ata Muhammed, whose fiancée Sayyid had taken as a wife in the years prior, for which Ata Muhammed had sworn to kill him. On the 26th, word spread in Kabul that Hazara units had reached Katan mountain, west of Shakar Dara, and from there captured the Khudamani villages of Shakar Darra, Farza, Ghaza, Saray Khwajah, and Charikar. On the 27th, anti Saqqawist Hazaras reportedly attacked Farza, Shakar Darra and Istalif (towns in Kuhdaman). That same day, in response to Hazara advances, Kalakani sent Hamid Allah on a counteroffensive which succeeded forcing the Hazaras to pull back. However, the situation remained dire for Kalakani and on 3 May he withdrew troops and munitions from other fronts to reinforce the Ghurband front. On 4 May, on the same day which Amanullah withdrew from Wardak, there were rumours in Kabul that Sayyid Husayn, one of Kalakani's generals, had made a breakthrough in Ghurband, and on the next day he reportedly was marching on Mazar i Sharif via the road through Qunduz. Before this march on Mazar i Sharif, the city had earlier been the site of a mutiny by Kuhistani and Kuhdamani forces, which began in January after Kalakani captured Kabul, and was ended on 30 April by anti Saqqawist forces. It's after this point that sources disagree – Faiz Mohammad records the mutineers of Mazar i Sharif retreating to Herat and capturing it sometime before 15 May, while Ademec says that Herat was captured sometime after Saqqawist forces captured Mazar i Sharif in June, after Amanullah left Afghanistan for the British Raj, and then gradually extended their control to Maymanah and then Herat. On 10 May, word had spread in Kabul that Ghulam Jalani Khan had occupied Andarab and Khanabad in Qataghan and the governor of Qataghan Badakhshan Province, Mir Baba Sahib Charikari had been killed. On 9 or 10 May, Sayyid Husayn suffered a severe setback in the Battle of Shibar Pass, where his 12,000 man strong army was routed by a local Hazara militia which sought revenge for destruction of cattle, which ended Sayyid's hopes of taking Mazar i Sharif. On May 12, Sayyid found himself besieged in Kuhistan and was reportedly wounded. On that same day, one of Kalakani's generals, Abd Al Wakil Khan captured Fayzabad in Badakhshan while some of his units reached Farjaghan (at the head of the Alishang Valley near Tagab and Najrab). Also on 12 May anti Saqqawist forces won a victory in a battle near Pul i Matak after marching on Tagab. On 13 May 900 men from Kalakani's army were captured in Ghurband after a brief battle. On the 14th, another 2000 Saqqawist soldiers were defeated and their weapons, materiel and ammunition was seized. On the 15th, Sayyid Husayn began another offensive against anti Saqqawist forces, but after taking the Pansjir Valley on the 15th he was stopped at the Khawak Pass on the 16th. On the 19th, there were rumours in Kabul that Sayyid Husayn had died and that anti Saqqawist forces had marched on Charikar, which Robert D. McChesney believes to be either highly exaggerated or completely false. On the 26th, Sayyid Husayn returned to Kabul alive and well, dispelling rumours about his death, and by the beginning of June, the routes via the Ghurband Valley and the Salang and Khawak Passes were firmly in the hands of Kalakani. On 29 May, 2300 men were sent north to reinforce the Ghurband front. On 31 May, Kalakani's army, which had advanced as far as Bamyan en route to Mazar i Sharif had been routed and forced to retreat to Jabal al Siraj. On 11 April, Nadir arrived in Khushi in the Logar valley. On 20 April, the son of Abd Allah Khan Tukhi, whose brother, Ata Muhammad, had raised a rebellion in Mazar i Sharif against Kalakani, was hanged in Kabul. On 7 May 12,000 anti Saqqawist forces occupied the Unay Pass and the Safidkhak Pass, while others were positioned on the lower slopes of the Paghman and Shakar Darrah. At this time, various anti Saqqawist tribes planned a coordinated assault on Kabul. However, ethnic differences and poor communications led the attack to never materialize. On 2 June, Kalakani sent troops to Sar i Chashmah, where they were ordered not to fire on anyone who swears allegiance as long as they were unarmed. On 23 May, Amanullah left Afghanistan for a last time, never to return. That same day, Kalakani sent 6500 men to conquer the Hazarahjat. Sometime before 19 June, Kalakani's forces won a victory at Bamyan, where they at first found themselves encircled, before the commander of the besieging Hazara forces was bribed to retreat. As of 23 June, anti Saqqawist forces continued to occupy the Unay pass. As of 27 June, anti Saqqawist forces had advanced 2 mile (3 km) from the Unay Pass towards Sar i Chashmah. On 28 June, Kalakani's forces fought an offensive battle against Hazara militias at Qalah i Karim. After capturing the village and burning it to the ground, they were ambushed by Hazaras who were subsequently driven off with artillery fire and forced to retreat into the mountains. After this victory, Kalakani's forces took control of the Unay Pass. On 29 June, Kalakani's forces advanced on Qalah i Yurt. On 30 June, Kalakani's forces advanced toward Qalah i Yurt after getting as far as Jawqul. On 1 July, Kalakani's forces looted homes in Takana, Jalriz and Kuhnah Khumar. On 2 July, Kalakani's forces suffered a defeat at Jawqul and were forced to retreat to Sar i Chashmah, and then to Chandawul through Bazar i Sar i Chawk, Baghban Kuchan and Chandawul. On 3 July, Hamid Allah renewed the offensive, but was beaten back after being surrounded by Hazara militias, and was then pursued on his retreat as far as Sar i Chashmah. As of 8 July, the Hazaras continued to fight Kalakani's forces and attacked a 5,000 man regiment, forcing them to retreat to Jalriz. However, the Hazarahs did not follow up this victory with an attack on Kabul – Robert D. McChesney points out that politics in Afghanistan tend to be extremely local, and once the Hazarahs secured control of their own regions, they had little interest in fighting for more territory. On 10 July, Umar Khan promised to Kalakani that he would take upon himself the task of either forcing the Hazara's submission or crushing them. Faiz Mohammad quotes him as saying "Purdil Khan has taken Ghazni and captured Qandahar; Major General Muhammad Siddiq and Abd al Qayyum Ibrahim Khayl Paghmani have advanced toward the Southern Province; and Muhammad Umar General Sur i Satranj has defeated the opposition in numerous battles. I don't want to lose ground to my peers here. I should be able to make short work of the Hazarahs and extract their submission." He set off for Jalriz and linked up with soldiers who had been recently been skirmishing with Hazaras, won a victory at Sar i Chasmah and conducted operations as far as Takana. However, success soon stalled, and after being wounded in the leg, Umar was forced to retreat, leaving the Hazaras to re occupy all lost territory. On 17 July, Hazara militias attacked Saqqawist forces in the Unay Pass and Qalah i Safid, routing them and pursuing them to Takana and Jalriz. From 25 to 29 July, fighting took place in Jalriz, however on 30 July the Hazaras withdrew from Jalriz back to the Hazarahjat after they heard that Nadir suffered setbacks in the eastern province, which, for the time being, ended the Hazara's hopes of joining Nadir in a multi pronged offensive toward Kabul. On 1 August the Hazaras began another offensive, attacking Qalah i Majid (near Siyah Baghal) and Qalah i Safid, a fort in the Unay Pass, chasing Kalakani's forces as far as Jalriz once again. On 3 August, Kalakani's forces were reportedly defeated at Jalriz once again. On 15 August, Hazara militias launched an offensive against Turkmen tribes who had pledged allegiance to Kalakani on 31 July, occupying positions in Darrah i Suf, Kuh i Shadyan and Marmal, and besieged fort Dih Dadi (a garrison village midway between the site of ancient balkh and Mazar i Sharif).

Крах саккавистов, конец гражданской войны (август октябрь 1929)

18 августа в Бамиане, Гуре и Баглане вспыхнуло восстание против саккавистов, которое заблокировало путь войскам Калакани к Туркестану и вынудило их отступить в Гурбанд. 21 августа сайид Шейха Али начал наступление на Калакани, продвинувшись до Ханабада, Андараба и Гурбанда. 26 августа в Кабуле появились слухи об успешном нападении поселенцев-хазарейцев на Мазар-и-Шариф. В начале сентября саккависты одержали свою последнюю победу, захватив Джалалабад. 23 сентября в Кандагаре произошло восстание в поддержку Надира, в результате которого войска Калакани были вытеснены из города. 29 сентября силы, поддерживающие Надира, под командованием Шаха Вали пересекли линию Дюранда и заняли Хуши. 30-го числа он отправил вперед отряд численностью 1000 человек к Танги Вагджан – ущелью на дороге в долину Логар. 3 октября после ожесточенного сражения антисаккавистские силы захватили город Мухаммад-Ага, оказавшись в пределах досягаемости Кабула. Сам Калакани принял участие в этой битве, пытаясь воодушевить своих солдат, но безуспешно. Антисаккавистские силы продолжали медленно продвигаться к Кабулу, захватив 5 октября Чарасию, Чихиль-Тан и Чихиль-Сутюн. К 7 октября войска Калакани отступили почти со всей территории за пределами Кабула и готовились к последнему сражению. 9 октября, после нескольких десятков часов уличных боев в Кабуле, Арг был взят в осаду. 13 октября, после нескольких дней обстрелов, войска Надира вошли в Арг и после короткой, но яростной битвы захватили его, положив конец гражданской войне. Получив эту новость, небольшой отряд армии Калакани, находившийся в осаде в Джабаль-эль-Сирадже, решил сдаться в тот же день.

Последствия

15 октября Мухаммед Надир Шах прибыл в Кабул, узнав о поражении Калакани. Он рассматривал возможность помиловать Калакани, но давление со стороны верных племен вынудило его приговорить Калакани к казни 1 ноября 1929 года. Калакани, его брат и еще 9 человек были поставлены у западной стены Арга и расстреляны. Во время правления Надира саккависты предприняли еще одну попытку восстания – восстание в Кухистане (июль 1930 года), которое было подавлено в течение недели. Саккавистская деятельность продолжалась до 1931 года, когда Надир возглавил кампанию по захвату их последнего оплота, Герата. После победы в гражданской войне Надир не передал контроль над афганским троном Аманулле, что привело к ряду восстаний. Первым из них стало восстание шинваров и восстание в Кухистане (февраль-апрель 1930 года), произошедшее в 1930 году. В 1938 году вспыхнуло восстание гхальзаев. В 1940-х годах Мухаммед Захир Шах столкнулся с несколькими племенными восстаниями, а лидер восстания задранов, Мазрак Задран, стремился к восстановлению Амануллы. Во время Второй мировой войны западная пресса сообщала, что Аманулла Хан работал агентом нацистской Германии в Берлине. Предполагается, что он был вовлечен в планы по возвращению трона при помощи стран Оси. Согласно исследованию "Прибегание к войне: справочник данных о межгосударственных, негосударственных, внутригосударственных и внегосударственных войнах, 1816–2007", обе стороны понесли 7500 боевых потерь во время гражданской войны.

Сакависты

Во время гражданской войны в Афганистане среди войск саккавистов имели место случаи изнасилований и грабежей. Один из таких инцидентов произошел 28 июня 1929 года, когда саккависты атаковали хазарское поселение Калах-и-Карим, грабя все, что можно было унести, и угоняя скот. Другой инцидент, произошедший 23 июля 1929 года, был описан современным афганским историком Файзом Мухаммадом следующим образом: «Сегодня шиитский сейид Абу'л Касим, владевший домом и участком земли в Такане, приготовил лепешки из полутора кабульских сиров муки, бурдюк свежего пахты, немного масла и жареного барана, забитого в полдень. Он отправился с едой, чтобы предложить ее Хабибу Аллаху и его бандитам, которые были голодны и испытывали жажду. Когда сейид приблизился к предводителю воров, его спросили, кто он и откуда. Таджик-суннит из Джалриза, ослепленный яростной фанатичной ненавистью ко всем шиитам, заявил, что он тоже шиитский сейид и партизан, который накануне вечером предоставил убежище в своей крепости хазарейцу, сыну Шаха Нура. Услышав это, Хабиб Аллах пришел в ярость. Не раздумывая, он выстрелил из пистолета в сейида семь раз, хотя ему следовало поблагодарить его за принесенный хлеб, мясо, масло и пахту, в которых он так нуждался. Хабиб Аллах затем приказал сжечь его дом дотла и конфисковать имущество. Он передал его двух жен и невесту кухдаманцам. Хамид Аллах, младший брат тирана, прибежал с поля боя, чтобы принять участие в поджоге крепости, разграблении имущества сейида и захвате его жен и детей. Вырвав из рук матери восьмимесячного сына, он схватил младенца за ноги и со всей силы швырнул на землю, убив его. Таджики из Джалриза и Таканаха вынесли из дома сейида все, что смогли унести. Поскольку он был довольно состоятельным, каждый таджик унес с собой значительную сумму.»

Антисаквисты

После захвата Кабула антисаккивистами в октябре 1929 года, Кабул был разграблен войсками Надира. Некоторые источники утверждают, что этот разгром был санкционирован Надиром, но историк Вартан Грегориан оспаривает это. text=Все имеющиеся свидетельства не подтверждают это утверждение (и эти свидетельства включают показания Андре Виоллис, единственного иностранного корреспондента в Кабуле в то время). Скорее всего, разграбление произошло в течение пяти дней, предшествовавших вступлению Надира в город, и не было официально одобрено. Фактически, Надир издал манифест, в котором под угрозой смерти приказывал племенам уважать жизнь и собственность иностранцев. Его приказам просто не подчинились.