Британский мюзик-холл: история и традиции театрального искусства

Введение

Тип британского театрального развлечения, популярный между 1850 и 1960 годами. Британская форма театра и площадки, связанные с ним.

Музыкальный зал – это тип британского театрального развлечения, пользовавшийся наибольшей популярностью с начала викторианской эпохи, примерно с 1850 года и до Первой мировой войны. Он постепенно угас после 1918 года, когда залы переориентировали свои программы, представив их как варьете. В Великобритании существовали различные представления о границе между смелыми и скандальными развлечениями в музыкальных залах и более респектабельным варьете. Музыкальный зал включал в себя смесь популярных песен, комедии, специальных номеров и варьете. Этот термин происходит от названия театра или площадки, где проходили подобные представления. В Северной Америке водевиль в некотором смысле был аналогом британского мюзик-холла, предлагая зажигательные песни и комические номера. Зародившись в 1830-х годах в барах пабов, развлечения в музыкальных залах становились все более популярными среди публики. Настолько, что в 1850-х годах некоторые пабы были снесены, а на их месте построены специализированные театры-музыкальные залы. Эти театры были спроектированы главным образом для того, чтобы зрители могли есть, пить алкоголь и курить табак прямо в зрительном зале во время представления, при этом самые дешевые места располагались на галерее. Это отличалось от традиционных театров, где зрители сидели в партере, а бар находился отдельно. Основные музыкальные залы располагались в Лондоне. Ранние примеры включают: Кентерберийский музыкальный зал в Ламбете, Музыкальный зал Уилтона в Тауэр-Хамлетсе и «Миддлсекс» в Дрюри-Лейн, также известный как «Олд Мо». К середине XIX века залы нуждались во множестве новых и запоминающихся песен. В результате профессиональные композиторы были приглашены для написания музыки для целого ряда звездных исполнителей, таких как Мари Ллойд, Дэн Лено, Литтл Тич и Джордж Лейборн. Представлялись всевозможные развлечения: мужские и женские имитаторы, комики-львы, мимы и импрессионисты, акробаты на батуте и комические пианисты (такие как Джон Орландо Парри и Джордж Гроссмит) – это лишь некоторые из множества развлечений, которые зрители могли ожидать в течение следующих сорока лет. Забастовка в музыкальном зале 1907 года стала важным промышленным конфликтом, спором между артистами и рабочими сцены с одной стороны и театральными менеджерами с другой. К началу Первой мировой войны залы восстановились и использовались для проведения благотворительных мероприятий в поддержку военных усилий. Развлечения в мюзик-холлах продолжались и после войны, но стали менее популярными из-за появления джаза, свинга и биг-бэндов. Также изменились правила лицензирования, и употребление алкоголя в зрительном зале было запрещено. Появился новый тип развлечений в музыкальных залах – варьете, и многим исполнителям мюзик-холла не удалось адаптироваться к новым условиям. Их считали старомодными, и с закрытием многих залов развлечения в музыкальных залах прекратились, уступив место современному варьете.

Music hall is a type of British theatrical entertainment that was most popular from the early Victorian era, beginning around 1850, through the Great War. It faded away after 1918 as the halls rebranded their entertainment as variety. Perceptions of a distinction in Britain between bold and scandalous music hall entertainment and subsequent, more respectable variety entertainment differ. Music hall involved a mixture of popular songs, comedy, speciality acts, and variety entertainment. The term is derived from a type of theatre or venue in which such entertainment took place. In North America vaudeville was in some ways analogous to British music hall, featuring rousing songs and comic acts. Originating in saloon bars within pubs during the 1830s, music hall entertainment became increasingly popular with audiences. So much so, that during the 1850s some public houses were demolished, and specialised music hall theatres developed in their place. These theatres were designed chiefly so that people could consume food and alcohol and smoke tobacco in the auditorium while the entertainment took place, with the cheapest seats located in the gallery. This differed from the conventional type of theatre, which seats the audience in stalls with a separate bar room. Major music halls were based around London. Early examples included: the Canterbury Music Hall in Lambeth, Wilton's Music Hall in Tower Hamlets, and The Middlesex in Drury Lane, otherwise known as the Old Mo. By the mid 19th century, the halls cried out for many new and catchy songs. As a result professional songwriters were enlisted to provide the music for a plethora of star performers, such as Marie Lloyd, Dan Leno, Little Tich, and George Leybourne. All manner of other entertainment was performed: male and female impersonators, lions comiques, mime artists and impressionists, trampoline acts, and comic pianists (such as John Orlando Parry and George Grossmith) were just a few of the many types of entertainments the audiences could expect to find over the next forty years. The Music Hall Strike of 1907 was an important industrial conflict. It was a dispute between artists and stage hands on one hand, and theatre managers on the other. The halls had recovered by the start of the First World War and were used to stage charity events in aid of the war effort. Music hall entertainment continued after the war, but became less popular due to upcoming jazz, swing, and big band dance music acts. Licensing restrictions had also changed, and drinking was banned from the auditorium. A new type of music hall entertainment had arrived, in the form of variety, and many music hall performers failed to make the transition. They were deemed old fashioned, and with the closure of many halls, music hall entertainment ceased and modern day variety began.

Истоки и развитие

Музыкальные залы возникли в Лондоне в XVIII веке. Они развивались вместе с развлечениями, предлагаемыми в новых барах-салонах пабов в 1830-х годах. Эти заведения заменили более ранние полусельские развлечения, предоставляемые ярмарками и пригородными садами удовольствий, такие как Vauxhall Gardens и Cremorne Gardens. Последние стали подвергаться городской застройке и постепенно теряли популярность. Со второй половины XIX века музыкальные залы распространились в провинциальные города, такие как Бристоль. Салон – это помещение, где за плату за вход или более высокую цену в баре можно было увидеть выступления певцов, танцоров, драматические постановки или комедийные номера. Самым известным лондонским салоном в первые годы существования был Греческий салон, основанный в 1825 году в The Eagle (бывший чайный сад) по адресу 2 Shepherdess Walk, недалеко от Сити-роуд в восточном Лондоне. По словам Джона Холлингсхэда, владельца театра «Гейти» в Лондоне (первоначально Музыкальный зал «Странд»), это заведение было «отцом и матерью, сухой и мокрой няней Музыкального зала». Позже известный как Греческий театр, именно здесь Мари Ллойд дебютировала в возрасте 14 лет в 1884 году. Он до сих пор известен благодаря английской детской считалке со слегка загадочным текстом:
Вверх и вниз по Сити-роуд,
Внутрь и наружу «Орла»,
Вот как уходят деньги,
Хлоп – и лопнул пузырь.
Еще одним известным «залом для песен и ужинов» того времени был Музыкальный и обеденный зал Эванса, расположенный по адресу 43 King Street, Covent Garden, основанный в 1840-х годах У. Х. Эвансом. Это заведение также было известно как «Evans Late Joys» – Джой было именем предыдущего владельца. Среди других залов для песен и ужинов были Coal Hole на The Strand, Cyder Cellars на Maiden Lane, Covent Garden и Mogul Saloon на Drury Lane.

Театр барере

Новая эра театра варьете началась с реконструкции Лондонского павильона в 1885 году. Современные отчеты отмечали:

Одним из самых известных из этих новых дворцов развлечений в Вест-Энде была «Империя» на Лестер-сквер, построенная как театр в 1884 году, но получившая лицензию на мюзик-холл в 1887 году. Подобно расположенной поблизости «Альгамбре», этот театр привлекал любителей досуга соблазнительными балетными танцовщицами и славился печально известной прогулочной галереей, посещаемой куртизанками. Еще одним впечатляющим примером нового театра варьете был «Тиволи» в Странде, построенный в 1888–1890 годах в эклектичном неороманском стиле с элементами барокко и мавританского индийского декора. «Тиволи» стало нарицательным именем для мюзик-холлов по всей Британской империи. В 1892 году Королевский английский оперный театр, потерпевший финансовый крах на Шафтсбери-авеню, подал заявку на лицензию на мюзик-холл и был переоборудован Уолтером Эмденом в грандиозный мюзик-холл и переименован в «Дворцовый театр варьете» под управлением Чарльза Мортона. Получив отказ в разрешении на строительство прогулочной галереи, столь популярной в «Империи» и «Альгамбре», «Дворец» компенсировал это, предлагая развлечения для взрослых в виде, казалось бы, обнаженных женщин в живых картинах. Однако обеспокоенный LCC поспешил заверить публику, что девушки, участвовавшие в этих представлениях, на самом деле носили телесно-цветные чулки и вовсе не были обнажены. Одним из самых грандиозных из этих новых залов был театр «Колизей», построенный Освальдом Столлом в 1904 году в нижней части улицы Сент-Мартин. За ним последовал Лондонский «Паладиум» (1910) на Аргилл-стрит. Оба были спроектированы плодовитым Фрэнком Матчамом. По мере роста популярности и респектабельности мюзик-холла, а также усиления контроля со стороны лицензирующих органов, первоначальная планировка большого зала со столиками для напитков изменилась на аудиторию, свободную от алкоголя. Признание мюзик-холла как легитимной формы культуры было закреплено первым Королевским представлением варьете перед королем Георгом V в 1912 году в «Дворцовом театре». Однако, в соответствии с этой новой респектабельностью, самая известная в то время артистка мюзик-холла Мари Ллойд не была приглашена, поскольку считалась слишком «пикантной» для представления монархии.

One of the most famous of these new palaces of pleasure in the West End was the Empire, Leicester Square, built as a theatre in 1884 but acquiring a music hall licence in 1887. Like the nearby Alhambra this theatre appealed to the men of leisure by featuring alluring ballet dancers, and had a notorious promenade which was the resort of courtesans. Another spectacular example of the new variety theatre was the Tivoli in the Strand built 1888–90 in an eclectic neo Romanesque style with Baroque and Moorish Indian embellishments. "The Tivoli" became a brand name for music halls all over the British Empire. During 1892, the Royal English Opera House, which had been a financial failure in Shaftesbury Avenue, applied for a music hall licence and was converted by Walter Emden into a grand music hall and renamed the Palace Theatre of Varieties, managed by Charles Morton. Denied by the newly created LCC permission to construct the promenade, which was such a popular feature of the Empire and Alhambra, the Palace compensated in the way of adult entertainment by featuring apparently nude women in tableaux vivants, though the concerned LCC hastened to reassure patrons that the girls who featured in these displays were actually wearing flesh toned body stockings and were not naked at all. One of the grandest of these new halls was the Coliseum Theatre built by Oswald Stoll in 1904 at the bottom of St Martin's Lane. This was followed by the London Palladium (1910) in Argyll Street. Both were designed by the prolific Frank Matcham. As music hall grew in popularity and respectability, and as the licensing authorities exercised ever firmer regulation, the original arrangement of a large hall with tables at which drink was served, changed to that of a drink free auditorium. The acceptance of music hall as a legitimate cultural form was established by the first Royal Variety Performance before King George V during 1912 at the Palace Theatre. However, consistent with this new respectability the best known music hall entertainer of the time, Marie Lloyd, was not invited, being deemed too "saucy" for presentation to the monarchy.

"Война за музыкальные залы" 1907 года

Развитие синдикатов, контролирующих ряд театров, таких как театральная сеть Столла, усилило напряженность между работниками и работодателями. 22 января 1907 года обострился конфликт между артистами, рабочими сцены и администрацией театра «Холборн Эмпайр». За этим последовали забастовки в других лондонских и пригородных театрах, организованные Федерацией артистов варьете. Забастовка продолжалась почти две недели и получила название «Война музыкальных залов». Она приобрела широкую известность и была активно поддержана ведущими представителями профсоюзного и рабочего движения, такими как Бен Тиллетт и Кир Харди. Артисты организовали пикеты у театров, а в провинции руководство театров пыталось заставить артистов подписать документ с обещанием никогда не вступать в профсоюз. Забастовка завершилась арбитражем, который удовлетворил большинство основных требований, включая установление минимальной заработной платы и максимальной рабочей недели для музыкантов. Ряд артистов музыкальных залов, в том числе Мари Дейтон, Мари Ллойд, Артур Робертс, Джо Элвин и Гас Элен, были решительными сторонниками забастовки, хотя сами они зарабатывали достаточно, чтобы не испытывать личной материальной заинтересованности. Ллойд объяснила свою поддержку следующим образом:

Наем

Первая мировая война, возможно, стала пиком популярности мюзик-холла. Артисты и композиторы активно включились в поддержку и поднятие боевого духа населения. Патриотические композиции, такие как "Keep the Home Fires Burning" (1914), "Pack up Your Troubles" (1915), "It's a Long Way to Tipperary" (1914) и "We Don't Want to Lose You (But We Think You Ought To Go)" (1914), исполнялись публикой мюзик-холла, а иногда и солдатами в окопах. Многие песни агитировали за набор в армию ("Все парни в хаки получают симпатичных девушек", 1915); другие сатирически изображали различные аспекты военного опыта. "Что ты делал на Великой войне, папа?" (1919) критиковала спекулянтов и бездельников; "У меня небольшая ранка" Весты Тилли (1916) показывала солдата, довольного тем, что получил ранение, достаточно серьезное для отправки домой. Рифмы передают ощущение мрачного юмора ("Когда мне вытирают лицо губками / и кормят бланманже / я рад, что у меня небольшая ранка"). Тилли стала популярнее, чем когда-либо, в этот период, когда она и ее муж, Уолтер де Фрес, руководили кампанией по набору в армию. В образах персонажей, таких как "Томми в окопе" и "Джек Тар, вернувшийся с моря", Тилли исполняла песни "Армия сегодня в полном порядке" и "Удачи девушке, любящей солдата". Так она получила прозвище "Лучший британский вербовщик" – во время ее выступлений молодых людей иногда просили прямо на сцене записаться в армию. Она также выступала в госпиталях и продавала военные облигации. Ее муж был посвящен в рыцари в 1919 году за заслуги перед страной, а Тилли стала леди де Фрес. Когда суровая реальность войны стала очевидной, песни, призывающие к набору, практически исчезли – в сборнике "Величайших хитов" за 1915 год, изданном ведущим музыкальным издательством Francis and Day, нет ни одной песни для вербовки. После введения всеобщей воинской повинности в 1916 году песни о войне в основном выражали стремление вернуться домой. Многие также выражали обеспокоенность по поводу новых ролей, которые женщины стали играть в обществе. Пожалуй, самой известной песней мюзик-холла времен Первой мировой войны была "О! Какая прекрасная война" (1917), популяризированная исполнителем мужских ролей Эллой Шилдс.

World War I may have been the high water mark of music hall popularity. The artists and composers threw themselves into rallying public support and enthusiasm for the war effort. Patriotic music hall compositions such as "Keep the Home Fires Burning" (1914), "Pack up Your Troubles" (1915), "It's a Long Way to Tipperary" (1914) and "We Don't Want to Lose You (But We Think You Ought To Go)" (1914), were sung by music hall audiences, and sometimes by soldiers in the trenches. Many songs promoted recruitment ("All the boys in khaki get the nice girls", 1915); others satirised particular elements of the war experience. "What did you do in the Great war, Daddy" (1919) criticised profiteers and slackers; Vesta Tilley's "I've got a bit of a blighty one" (1916) showed a soldier delighted to have a wound just serious enough to be sent home. The rhymes give a sense of grim humour ("When they wipe my face with sponges / and they feed me on blancmanges / I'm glad I've got a bit of a blighty one"). Tilley became more popular than ever during this time, when she and her husband, Walter de Frece, managed a military recruitment drive. In the guise of characters like 'Tommy in the Trench' and 'Jack Tar Home from Sea', Tilley performed songs such as "The army of today's all right" and "Jolly Good Luck to the Girl who Loves a Soldier". This is how she got the nickname Britain's best recruiting sergeant – young men were sometimes asked to join the army on stage during her show. She also performed in hospitals and sold war bonds. Her husband was knighted in 1919 for his own services to the war effort, and Tilley became Lady de Frece. Once the reality of war began to sink home, the recruiting songs all but disappeared – the Greatest Hits collection for 1915 published by top music publisher Francis and Day contains no recruitment songs. After conscription was brought in 1916, songs dealing with the war spoke mostly of the desire to return home. Many also expressed anxiety about the new roles women were taking in society. Possibly the most notorious of music hall songs from the First World War was "Oh! It's a lovely war" (1917), popularised by male impersonator Ella Shields.

Упадок

Музыкальный зал продолжал существовать в межвоенный период, но уже не был единственной доминирующей формой популярного развлечения в Британии. Развитие кинематографа, появление радио и удешевление граммофонов значительно подорвали его популярность. Теперь ему приходилось конкурировать с джазом, свингом и танцевальной музыкой больших оркестров. Лицензионные ограничения также изменили его характер. В 1914 году Лондонский окружной совет (LCC) издал постановление о запрете распития спиртных напитков в зрительном зале, перенеся это в отдельный бар, а в 1923 году этот отдельный бар был упразднен парламентским указом. Освобождение театров от действия последнего указа побудило некоторых критиков осудить это законодательство как попытку лишить рабочий класс его удовольствий, как форму социального контроля, одновременно пощадив предположительно более ответственные высшие классы, посещавшие театры (хотя это могло быть связано с лицензионными ограничениями, введенными в связи с Законом о защите королевства 1914 года, который также распространялся на пабы). Тем не менее, в этот период музыкальный зал дал старт карьере таким звездам, как Джордж Формби, Грейси Филдс, Макс Миллер, Уилл Хей и Фланаган и Аллен. В середине 1950-х рок-н-ролл, исполнители которого поначалу возглавляли афиши музыкальных залов, привлек молодую аудиторию, мало интересовавшуюся репертуаром музыкальных залов, и оттолкнул старшее поколение зрителей. Окончательный крах наступил из-за конкуренции с телевидением, которое стало популярным после трансляции коронации королевы. Некоторые музыкальные залы пытались удержать публику, устраивая представления стриптиза. В 1957 году драматург Джон Осборн произнес следующую элегию:

Moss Empires, крупнейшая британская сеть музыкальных залов, закрыла большинство своих театров в 1960 году, а смерть Макса Миллера, ветерана музыкальных залов, в 1963 году побудила одного современника написать: «Музыкальные залы умерли сегодня днем, когда похоронили Макса Миллера». Сам Миллер иногда говорил, что жанр умрет вместе с ним. Многие исполнители, оставшись без работы, впали в нищету; некоторые даже лишились крова, прожив всю свою трудовую жизнь в съемных комнатах между выступлениями. Однако мюзиклы и кинофильмы продолжали испытывать влияние музыкального зала, в том числе «Оливер!», «Доктор Дулиттл» и «Моя прекрасная леди». Сериал BBC «Добрые старые времена», который выходил в эфир в течение тридцати лет, воссоздавал атмосферу музыкального зала для современной аудитории, а «Шоу магии Пола Дэниелса» предоставило возможность выступить на телевидении ряду исполнителей оригинального жанра с 1979 по 1994 год. Телесериал «Шоу Маппетов» конца 1970-х годов, ориентированный на более молодую аудиторию, но все еще во многом обязанный наследию музыкального зала.

Музыкальные залы Парижа

Музыкальный зал был впервые импортирован во Францию в британском виде в 1862 году, но согласно французскому закону о защите государственных театров, исполнители не могли носить костюмы или произносить диалоги, что было разрешено только в театрах. Когда закон изменился в 1867 году, парижский музыкальный зал расцвел, и открылось полдюжины новых залов, предлагавших выступления акробатов, певцов, танцоров, фокусников и дрессированных животных. Первым парижским музыкальным залом, построенным специально для этой цели, был Фоли-Бержер (1869); за ним последовали Мулен Руж (1889), Альгамбра (1866), первый, названный музыкальным залом, и Олимпия (1893). Принтанѝя (1903) представляла собой музыкальный сад, открытый только летом, с театром, рестораном, цирком и скачками. Старые театры также превращались в музыкальные залы, включая Бобино (1873), Батаклан (1864) и Алказар (1858). Изначально музыкальные залы предлагали танцевальные ревю, театральные постановки и песни, но постепенно песни и певцы стали главной достопримечательностью. В межвоенный период все парижские музыкальные залы столкнулись с жесткой конкуренцией со стороны самой популярной новой формы развлечений – кино. Они ответили, предлагая более сложные и роскошные шоу. В 1911 году Олимпия представила гигантскую лестницу в качестве декорации для своих постановок, идею, которую переняли другие музыкальные залы. Габи Десли приобрела популярность и создала вместе со своим партнером Гарри Пилсером свой самый известный танец – «Габи Глайд». Певица Мистингетт дебютировала в Казино де Пари в 1895 году и продолжала регулярно выступать в 1920-х и 1930-х годах в Фоли-Бержере, Мулен Руж и Эльдорадо. Ее рискованные номера покорили Париж, и она стала одной из самых высокооплачиваемых и популярных французских артисток своего времени. Одной из самых популярных артисток в Париже в этот период была американская певица Жозефина Бейкер. Бейкер прибыла в Париж, Франция. Она впервые появилась в Париже в 1925 году, чтобы выступить в шоу под названием La Revue Nègre в театре Шанз-Элизе. Она сразу же добилась успеха благодаря своим эротическим танцам и практически обнаженному виду на сцене. После успешного тура по Европе она вернулась во Францию, чтобы стать звездой Фоли-Бержере. Бейкер исполнила «Danse sauvage», надев костюм, состоящий из юбки, сделанной из веревки из искусственных бананов. В 1930-х годах музыкальные залы столкнулись с растущими трудностями. Олимпия была переоборудована в кинотеатр, а другие закрылись. Однако некоторые продолжали процветать. В 1937 и 1930 годах Казино де Пари представляло шоу с Морисом Шевалье, который уже добился успеха в качестве актера и певца в Голливуде. В 1935 году двадцатилетнюю певицу по имени Эдит Пиаф обнаружил в Пигале владелец ночного клуба Луи Лепле, чей клуб, Le Gerny, недалеко от Елисейских полей, посещали представители как высшего, так и низшего общества. Он убедил ее петь, несмотря на ее крайнюю нервозность. Лепле обучил ее основам сценического мастерства и посоветовал носить черное платье, которое стало ее фирменным стилем. Лепле провел интенсивную рекламную кампанию перед ее дебютом, привлекая множество знаменитостей, в том числе Мориса Шевалье. Ее выступление в ночном клубе привело к выпуску ее первых двух пластинок в том же году и началу ее карьеры. Конкуренция со стороны кино и телевидения во многом положила конец эпохе парижских музыкальных залов. Однако некоторые из них до сих пор процветают, привлекая в основном туристов. К основным музыкальным залам относятся Фоли-Бержер, Crazy Horse Saloon, Казино де Пари, Олимпия и Мулен Руж.

The music hall was first imported into France in its British form in 1862, but under the French law protecting the state theatres, performers could not wear costumes or recite dialogue, something only allowed in theaters. When the law changed in 1867, the Paris music hall flourished, and a half dozen new halls opened, offering acrobats, singers, dancers, magicians, and trained animals. The first Paris music hall built specially for that purpose was the Folies Bergere (1869); it was followed by the Moulin Rouge (1889), the Alhambra (1866), the first to be called a music hall, and the Olympia (1893). The Printania (1903) was a music garden, open only in summer, with a theater, restaurant, circus, and horse racing. Older theaters also transformed themselves into music halls, including the Bobino (1873), the Bataclan (1864), and the Alcazar (1858). At the beginning, music halls offered dance reviews, theater and songs, but gradually songs and singers became the main attraction. Paris music halls all faced stiff competition in the interwar period from the most popular new form of entertainment, the cinema. They responded by offering more complex and lavish shows. In 1911, the Olympia had introduced the giant stairway as a set for its productions, an idea copied by other music halls. Gaby Deslys rose in popularity and created, with her dance partner Harry Pilcer, her most famous dance The Gaby Glide. The singer Mistinguett made her debut the Casino de Paris in 1895, and continued to appear regularly in the 1920s and 1930s at the Folies Bergère, Moulin Rouge and Eldorado. Her risqué routines captivated Paris, and she became one of the most highly paid and popular French entertainers of her time. One of the most popular entertainers in Paris during the period was the American singer Josephine Baker. Baker sailed to Paris, France. She first arrived in Paris in 1925 to perform in a show called La Revue Nègre at the Théâtre des Champs Élysées. She became an immediate success for her erotic dancing, and for appearing practically nude on stage. After a successful tour of Europe, she returned to France to star at the Folies Bergère. Baker performed the 'Danse sauvage,' wearing a costume consisting of a skirt made of a string of artificial bananas. The music halls suffered growing hardships in the 1930s. The Olympia was converted into a movie theater, and others closed. Others however continued to thrive. In 1937 and 1930, the Casino de Paris presented shows with Maurice Chevalier, who had already achieved success as an actor and singer in Hollywood. In 1935, a twenty year old singer named Édith Piaf was discovered in the Pigalle by nightclub owner Louis Leplée, whose club, Le Gerny, off the Champs Élysées, was frequented by the upper and lower classes alike. He persuaded her to sing despite her extreme nervousness. Leplée taught her the basics of stage presence and told her to wear a black dress, which became her trademark apparel. Leplée ran an intense publicity campaign leading up to her opening night, attracting the presence of many celebrities, including Maurice Chevalier. Her nightclub appearance led to her first two records produced that same year, and the beginning of her career. Competition from movies and television largely brought an end to the Paris music hall. However, a few still flourish, with tourists as their primary audience. Major music halls include the Folies Bergere, Crazy Horse Saloon, Casino de Paris, Olympia, and Moulin Rouge.

Музыкальная комедия

Типичный комик в мюзик-холле был мужчиной или женщиной, обычно одетым в костюм, соответствующий теме песни, или иногда в абсурдный и эксцентричный наряд. Вплоть до начала двадцатого века выступления в основном состояли из вокала, с песнями, рассказывающими историю, сопровождаемыми минимальным количеством речитатива. Они включали в себя различные жанры, в том числе:
Lion comiques (львиные комики): по сути, мужчины, одетые как денди, которые пели песни о шампанском, скачках, балах, женщинах и азартных играх, и о жизни аристократа. Исполнители, изображавшие мужчин и женщин, причем последние были ближе к образу пантомимной дамы, чем к современной драг-квин. Тем не менее, среди них были и более изысканные артисты, такие как Веста Тилли и Элла Шилдс, чьи мужские образы содержали настоящую социальную критику.

Культурные влияния мюзик-холла: литература, драма, кино и позднее музыка

Музыкальный зал упоминается во многих фильмах, пьесах, телесериалах и книгах. В рассказе Джеймса Джойса «Пансион» (1914) пансион миссис Муни на Хардвик-стрит «иногда принимает артистов из музыкальных залов». Воскресные «посиделки» с Джеком Муни в гостиной создают особую атмосферу. Примерно половина фильма «Это были дни» (1934) происходит в музыкальном зале. Он основан на фарсе Пинеро и включает выступления Лили Моррис, Гарри Бедфорда, гимнастов Гастона и Андре, Г. Х. Эллиотта, Сэма Кертиса, Фрэнка Бостона и Бетти. Музыкальный зал с номером «человек памяти» является ключевым сюжетным элементом в классическом триллере Альфреда Хичкока 1935 года «39 ступеней». В комедийном фильме Артура Аски «Я благодарю вас» (1941) звезда музыкального зала Лили Моррис играет бывшую артистку, теперь возведенную в дворянство как «Леди Рэндалл». Однако в последней сцене фильма она возвращается к своему амплуа и исполняет песню «Waiting at the Church» на импровизированном концерте на станции метро Aldwych, организованном Аски и его помощником Ричардом «Стинкером» Мердоком. Викторианская эпоха музыкального зала была воспета в фильме 1944 года «Шампанское Чарли». Комедия Бенни Хилла, впервые показанная на британском телевидении в 1951 году, находилась под сильным влиянием традиций и условностей музыкальной комедии, и он активно поддерживал эти традиции (комедия, песни, остроты, пантомима и женские переодевания) в своих более чем 100 телевизионных специальных программах, транслировавшихся с 1955 по 1991 год. Фильм Чарли Чаплина 1952 года «Лаймлайт», действие которого происходит в Лондоне 1914 года, воссоздает мир музыкальных залов юности Чаплина, где он выступал в качестве комика, прежде чем добиться всемирной славы как кинозвезда в Америке. Фильм показывает последнее выступление угасшего музыкального клоуна по имени Кальверо в театре «Империя» на Лестер-сквер. Премьера фильма состоялась в кинотеатре «Империя», построенном на том же месте, что и театр «Империя». Популярная телевизионная программа BBC «Добрые старые дни» (The Good Old Days) (1953–1983) записывалась в прямом эфире в Leeds City Varieties и была призвана воссоздать подлинную атмосферу викторианского и эдуардианского музыкального зала с песнями и сценками эпохи, исполняемыми современными артистами в стиле оригинальных исполнителей. Зрители одевались в костюмы эпохи и подпевали, особенно песне Down at the Old Bull and Bush, которой заканчивалось шоу. Ведущим шоу был Леонард Сакс, который представлял артистов. За время своего существования в нем участвовало около 2000 исполнителей. Шоу впервые было транслировано 20 июля 1953 года. «Добрые старые дни» были вдохновлены успехом «Late Joys» Риджвея в театральном клубе «Players» в Лондоне: частном клубе, который проводил двухнедельные программы разнообразных выступлений в лондонском Вест-Энде. В пьесе Джона Осборна «Забавник» (1957) изображена жизнь и работа неуспешного, третьесортного исполнителя музыкального зала, который пытается сохранить свою карьеру, даже когда его личная жизнь рушится. Действие пьесы происходит во время Суэцкого кризиса 1956 года, на фоне угасающей традиции музыкальных залов, и рассматривается как символ общего послевоенного упадка Великобритании, ее потери империи, ее власти, ее культурной уверенности и идентичности. В 1960 году был снят фильм с Лоуренсом Оливье в главной роли Арчи Райса. В фильме «В тисках удушителя» (1958), действие которого происходит в викторианском Лондоне, развратные танцовщицы кан-кана и легкомысленно одетые женщины грязного музыкального зала «Джудас Хоул» терроризируются Удушителем из Хеймаркета, которого играет Борис Карлофф. Телесериалы Кен Додда, записанные в период с 1959 по 1988 год, находились под сильным влиянием этих традиций; Додд продолжал гастролировать с варьете-шоу, включающим быструю комедию, песни, вентрилокию и иногда другие специальные номера, вплоть до своей смерти в 2018 году. Театр абсурда (около конца 1950-х годов) испытал влияние музыкального зала в использовании комедии, а авангардные культурные формы (такие как сюрреализм) оказали более очевидное влияние. Роман Джей. Б. Пристли «Потерянные империи» (1965) также воссоздает мир эдуардианского музыкального зала незадолго до начала Первой мировой войны; название является отсылкой к театрам «Империя» (а также предвещает упадок самой Британской империи). Роман был адаптирован в виде телевизионного мини-сериала, показанного как в Великобритании, так и в США в качестве презентации PBS. Роман Пристли 1929 года «Хорошие товарищи», действие которого происходит в тот же период, рассказывает о жизни членов «концертной группы» или гастролирующей труппы Пьеро. Herman's Hermits, во главе с Питером Нуном, включили музыкальный зал в свой репертуар, записав хит-кавер на музыкальный стандарт Гарри Чемпиона «I'm Henery the Eighth, I Am» в 1965 году (версия Нуна включает только припев; не многочисленные куплеты оригинала). Музыкальный зал оказал заметное влияние на The Beatles через Пола Маккартни, чей отец был исполнителем в традиции музыкального зала (Джим Маккартни, который руководил джаз-бэндом Jim Mac's Jazz Band). Примерами песен Маккартни, демонстрирующими влияние музыкального зала, являются: «When I'm Sixty Four» (1967), «Your Mother Should Know» (1967), «Honey Pie» (1968) и «Maxwell's Silver Hammer» (1969); в период сольной карьеры: «You Gave Me the Answer» (1975) и «Baby's Request» (1979). Пародийный фильм «О, какая прекрасная война!» (1969), основанный на сценической музыкальной комедии «Oh, What a Lovely War!» (1963) театральной мастерской Джоан Литтлвуд, включал номера и песни музыкального зала, которые поддерживали британские военные усилия во время Первой мировой войны. Популярный британский телесериал «Верх и низ» (Upstairs, Downstairs) (1971–1975) и его спин-офф «Томас и Сара» (1979) часто обращались к миру эдуардианского музыкального зала, иногда через упоминания реальных исполнителей эдуардианской эпохи, таких как Веста Тиллей, или через персонажей шоу, посещающих представления, а иногда через опыт популярного персонажа Сары Моффат, которая несколько раз уходила из домашней службы и часто выходила на сцену, чтобы заработать на жизнь. Британские рокеры Queen включили стили музыкального зала в несколько своих песен, таких как «Killer Queen» (1974) и «Good Old Fashioned Lover Boy» (1976). Панк-патетическая группа Гарри Бушелла The Gonads (основанная в 1977 году) делала рок-версии песен музыкального зала. Многие панк-патетические группы были обязаны традициям музыкального зала. В период с 1978 по 1984 год BBC Television транслировала два сериала программ под названием «The Old Boy Network». В них участвовала звезда (обычно исполнитель музыкального зала/варьете, но также и некоторые молодые таланты, такие как Эрик Сайкс), исполняющая некоторые из своих самых известных номеров, одновременно демонстрируя слайд-шоу своей жизни. Среди представленных артистов были Артур Аски, Томми Триндер, Сэнди Пауэлл и Чесни Аллен. В мюзикле Вивиана Станшолла и Ки Лонгфеллоу Станшолла «Stinkfoot, a Comic Opera» (1985) главную роль играет стареющий артист музыкального зала по имени Соликуисто. Книга Сары Уотерс «Tipping the Velvet» (1998) вращается вокруг мира музыкальных залов в конце викторианской эпохи и, в частности, вокруг двух вымышленных «машеров» (переодетых мужчин) по имени Китти Батлер и Нэн Кинг. Современный театральный клуб Players предоставляет краткое впечатление о современном музыкальном зале в фильме «Четвертый ангел» (2001), где персонаж Джереми Айронса создает алиби, посетив шоу. Имя певицы музыкального зала Иды Барр (1882–1967) было присвоено примерно через 40 лет после ее смерти Кристофером Грином для отдельного, нетрибутного драг-шоу. Альбом Алана Прайса (ранее клавишника The Animals) «Between Today and Yesterday» находился под влиянием дорок-н-ролльных музыкальных стилей, особенно музыкального зала.

The music hall has been evoked in many films, plays, TV series, and books. In James Joyce's short story "The Boarding House" (1914), Mrs Mooney's boarding house in Hardwicke Street accommodates "occasionally ( ) artistes from the music halls". The Sunday night "reunions" with Jack Mooney in the drawing room create a certain atmosphere. About half of the film Those Were the Days (1934) is set in a music hall. It was based on a farce by Pinero and features the music hall acts of Lily Morris, Harry Bedford, the gymnasts Gaston & Andre, G. H. Elliott, Sam Curtis, and Frank Boston & Betty. A music hall with a 'memory man' act provides a pivotal plot device in the classic 1935 Alfred Hitchcock thriller The 39 Steps. The Arthur Askey comedy film I Thank You (1941) features old time music hall star Lily Morris as an ex music hall artiste now ennobled as "Lady Randall". In the last scene of the film, however, she reverts to type and gives a rendition of "Waiting at the Church" at an impromptu concert at Aldwych tube station organised by Askey and his side kick Richard "Stinker" Murdoch. The Victorian era of music hall was celebrated by the 1944 film, Champagne Charlie. The comedy of Benny Hill, first seen on British television in 1951, was heavily influenced by the traditions and conventions of Music hall comedy and he actively kept those traditions (comedy, songs, patter, pantomime, and female impersonations) alive on his more than 100 television specials broadcast from 1955 through 1991. Charlie Chaplin's 1952 film Limelight, set in 1914 London, evokes the music hall world of Chaplin's youth where he performed as comedian before he achieved worldwide celebrity as a film star in America. The film depicts the last performance of a washed up music hall clown called Calvero at The Empire theatre, Leicester Square. The film premiered at the Empire Cinema, which was built on the same site as the Empire theatre. The Good Old Days (1953 to 1983) was a popular BBC television light entertainment programme recorded live at the Leeds City Varieties, which aimed to recreate an authentic atmosphere of the Victorian–Edwardian music hall with songs and sketches of the era performed by present day performers in the style of the original artistes. The audience dressed in period costume and joined in the singing, especially the singing of Down at the Old Bull and Bush which closed the show. The show was compered by Leonard Sachs, who introduced the acts. In the course of its run, it featured about 2,000 artists. The show was first broadcast on 20 July 1953. The Good Old Days was inspired by the success of the Ridgeway's Late Joys at the Players' Theatre Club in London: a private members' club that ran fortnightly programmes of variety acts in London's West End. John Osborne's play The Entertainer (1957) portrays the life and work of a failing, third rate music hall stage performer who tries to keep his career going even as his personal life falls apart. The story is set at the time of the Suez Crisis in 1956, against the backdrop of the dying music hall tradition, and has been seen as symbolic of Britain's general post war decline, its loss of its Empire, its power, and its cultural confidence and identity. It was made into a film in 1960 starring Laurence Olivier in the title role of Archie Rice. In Grip of the Strangler (1958), set in Victorian London, the raunchy can can dancers and loose women of the sleazy "Judas Hole" music hall are terrorised by the Haymarket Strangler, played by Boris Karloff. The variously titled Ken Dodd TV series recorded between 1959 and 1988 were heavily influenced by those traditions; up to his death in 2018, Dodd continued to tour a variety show including quick fire stand up comedy, songs, ventriloquism and sometimes other speciality acts. The Theatre of the Absurd (c. late 1950s) was influenced by music hall in its use of comedy, with avant garde cultural forms (such as surrealism) being a more obvious influence. J. B. Priestley's 1965 novel Lost Empires also evokes the world of Edwardian music hall just before the start of World War I; the title is a reference to the Empire theatres (as well as foreshadowing the decline of the British Empire itself). It was adapted as a television miniseries, shown in both the UK and in the U. S. as a PBS presentation. Priestley's 1929 novel The Good Companions, set in the same period, follows the lives of the members of a "concert party" or touring Pierrot troupe. Herman's Hermits, led by Peter Noone, incorporated music hall into their repertoire, scoring a major hit with their cover of the Harry Champion music hall standard, "I'm Henery the Eighth, I Am", in 1965 (Noone's version includes only the chorus; not the many verses of the original). Music hall had a discernible influence on the Beatles through Paul McCartney, himself the son of a performer in the music hall tradition (Jim McCartney, who led Jim Mac's Jazz Band). Examples of McCartney's songs to display a music hall influence include: "When I'm Sixty Four" (1967), "Your Mother Should Know" (1967), "Honey Pie" (1968), and "Maxwell's Silver Hammer" (1969); in the solo period: "You Gave Me the Answer" (1975), and "Baby's Request" (1979). The parodic film Oh! What a Lovely War (1969), based on the stage musical Oh, What a Lovely War! (1963) by Joan Littlewood's Theatre Workshop, featured the music hall turns and songs that had provided support for the British war effort in World War I. The popular British television series Upstairs, Downstairs (1971–1975) and its spin off Thomas & Sarah (1979) each dealt frequently with the world of the Edwardian music hall, sometimes through references to actual Edwardian era performers such as Vesta Tilley, or to characters on the show attending performances, and other times through the experiences of the popular character Sarah Moffat, who left domestic service several times and often ended up going on stage to support herself when she did. British rockers Queen incorporated music hall styles into several of their songs, such "Killer Queen" (1974) and "Good Old Fashioned Lover Boy" (1976). Garry Bushell's punk pathetique band, The Gonads (formed 1977), did rock versions of music hall songs. Many punk pathetique acts were indebted to the music hall tradition. Between 1978 and 1984, BBC television broadcast two series of programmes called The Old Boy Network. These featured a star (usually a music hall/variety performer, but also some younger turns like Eric Sykes) performing some of their best known routines while giving a slide show of their life story. Artistes featured included Arthur Askey, Tommy Trinder, Sandy Powell, and Chesney Allen. In Vivian Stanshall and Ki Longfellow Stanshall's musical, Stinkfoot, a Comic Opera (1985), the lead performer is an ageing music hall artiste named Soliquisto. Sarah Waters's book Tipping the Velvet (1998) revolves around the world of music halls in the late Victorian era, and in particular around two fictional "mashers" (drag kings) named Kitty Butler and Nan King. The modern Players' Theatre Club provides a brief impression of contemporary music hall in the film The Fourth Angel (2001), where Jeremy Irons' character creates an alibi by visiting a show. The name of music hall singer Ida Barr (1882–1967) was appropriated some 40 years after her death by Christopher Green for an unrelated, non tribute drag act. The album Between Today and Yesterday by Alan Price (previously keyboard player for The Animals) was influenced by pre rock 'n' roll music styles, especially music hall.

Выжившие музыкальные залы

Лондон был центром мюзик-холла с сотнями площадок, часто располагавшихся в развлекательных залах пабов и гостиниц. С упадком популярности мюзик-холлов многие были заброшены или переоборудованы под другие нужды, такие как кинотеатры, и утратили свой первоначальный интерьер. Сохранилось несколько специально построенных зданий, в том числе Хакни Эмпайр – выдающийся пример позднего периода мюзик-холла (Фрэнк Матчем, 1901). Он был восстановлен в былом мавританском великолепии и теперь предлагает разнообразную программу мероприятий, от оперы до "Черных ночей варьете". В миле к югу находится Хокстон-холл, пример стиля салонного театра 1863 года. Он не был восстановлен, но сохранен в первоначальной планировке и в настоящее время используется как общественный центр и театр. В соседнем районе все еще стоит Коллинз Музик-холл (построенный около 1860 года) на северной стороне Ислингтон Грин. Зал закрылся в 1960-х годах и сейчас является частью книжного магазина. В Клэпхеме был восстановлен The Grand, изначально Гранд-палас варьете (1900), но его интерьер отражает современное использование в качестве музыкальной площадки и ночного клуба. Театр Гринвича изначально был музыкальным залом Rose and Crown (1855), а затем стал Краудерс Музик-холл и Храмом варьете. Здание было значительно модернизировано, и мало что осталось от первоначальной планировки. В невзрачном переулке Грейс-Алли, недалеко от Кэйбл-стрит в Степни, стоит Музик-холл Уилтона. Этот образец "гигантского паб-зала" 1858 года пережил использование в качестве церкви, пожары, наводнения и войну, но после использования в качестве склада для тряпья в 1960-х годах оказался практически заброшенным. Траст Музик-холла Уилтона начал кампанию по сбору средств для восстановления здания. В июне 2007 года Всемирный фонд памятников включил здание в свой список "100 наиболее находящихся под угрозой исчезновения объектов" в мире. Здание долгое время находилось в реестре находящегося под угрозой наследия Historic England, но после успешной реставрации было исключено из списка в 2016 году и, проведя 20 лет в реестре, было названо одним из успешных проектов по спасению. Музыкальный клип на песню Frankie Goes to Hollywood "Relax" был снят здесь. Многие из этих зданий можно увидеть в рамках ежегодного мероприятия London Open House. За пределами Лондона также сохранились мюзик-холлы, ярким примером является Leeds City Varieties (1865) с сохранившимся интерьером. На протяжении многих лет он использовался в качестве декораций для телевизионного шоу BBC "The Good Old Days", основанного на жанре мюзик-холла. Театр Альгамбра в Брэдфорде был построен в 1914 году для театрального импресарио Фрэнсиса Лейдлера, а позже принадлежал Stoll Moss Empire. Он был восстановлен в 1986 году и является прекрасным примером позднего эдвардианского стиля. В настоящее время это принимающий театр для гастролирующих постановок и оперы. В Ноттингеме музыкальный зал Malt Cross сохранил свой восстановленный чугунный интерьер. Он управляется как кафе-бар христианским благотворительным фондом, пропагандирующим ответственное употребление алкоголя, а также как место безопасного пребывания поздней ночью и для работы службы уличных пасторов. Он верен своему первоначальному назначению – предоставлять площадку для начинающих музыкальных коллективов. В Северной Ирландии Большой оперный театр в Белфасте, спроектированный Фрэнком Матчемом в 1895 году, был сохранен и восстановлен в 1980-х годах. Театр Гайети на острове Мэн – еще один проект Матчема 1900 года, который продолжает использоваться после масштабной программы реставрации в 1970-х годах. В Глазго Британский музыкальный зал (1857), спроектированный архитекторами Томасом Гилдардом и Х.М. Макфарлейном, все еще стоит, большая часть театра сохранилась, но находится в плохом состоянии, поскольку он был закрыт в 1938 году. Существует фонд сохранения, пытающийся спасти театр. Один из немногих полностью функционирующих мюзик-холлов – это Brick Lane Music Hall в бывшей церкви в Северном Вулвиче. The Players' Theatre Club – еще одна группа, исполняющая шоу в викторианском стиле мюзик-холла на различных площадках, а The Music Hall Guild of Great Britain and America организуют развлекательные мероприятия в стиле мюзик-холла.

London was the centre of music hall with hundreds of venues, often in the entertainment rooms of public houses. With the decline in popularity of music hall, many were abandoned, or converted to other uses such as cinemas, and their interiors lost. There are a number of purpose built survivors, including the Hackney Empire, an outstanding example of the late music hall period (Frank Matcham 1901). This has been restored to its Moorish splendour and now provides an eclectic programme of events from opera to "Black Variety Nights". A mile to the south is Hoxton Hall, an 1863 example of the saloon style. It is unrestored but maintained in its original layout, and currently used as a community centre and theatre. In the neighbouring borough, Collins Music Hall (built about 1860) still stands on the north side of Islington Green. The hall closed in the 1960s and currently forms part of a bookshop. In Clapham, The Grand, originally the Grand Palace of Varieties (1900), has been restored, but its interior reflects its modern use as a music venue and nightclub. The Greenwich Theatre was originally the Rose and Crown Music Hall (1855), and later became Crowder's Music Hall and Temple of Varieties. The building has been extensively modernised and little of the original layout remains. In the nondescript Grace's Alley, off Cable Street, Stepney, stands Wilton's Music Hall. This 1858 example of the "giant pub hall" survived use as a church, fire, flood and war intact, but was virtually derelict, after its use as a rag warehouse, in the 1960s. The Wilton's Music Hall Trust has embarked on a fund raising campaign to restore the building. In June 2007, the World Monuments Fund added the building to its list of the world's "100 most endangered sites". The building was for many years on Historic England's Heritage at Risk Register, but following its successful restoration was removed from list in 2016 and after 20 years on the register it was named as one of the successful rescues. The music video of the Frankie Goes to Hollywood single "Relax" was shot here. Many of these buildings can be seen as part of the annual London Open House event. There are also surviving music halls outside London, a notable example being the Leeds City Varieties (1865) with a preserved interior. This was used for many years as the setting for the BBC television variety show The Good Old Days, based on the music hall genre. The Alhambra Theatre, Bradford was built in 1914 for theatre impresario Francis Laidler, and later owned by the Stoll Moss Empire. It was restored in 1986, and is a fine example of the late Edwardian style. It is now a receiving theatre for touring productions and opera. In Nottingham, the Malt Cross music hall retains its restored cast iron interior. It is run as a cafe bar by a Christian charitable trust promoting responsible drinking, also as the location of a safe space late at night and for operating a street pastor service. It is true to its original purpose of providing a venue for up and coming musical acts. In Northern Ireland, the Grand Opera House, Belfast, Frank Matcham 1895, was preserved and restored in the 1980s. The Gaiety Theatre, Isle of Man is another Matcham design from 1900 that remains in use after an extensive restoration programme in the 1970s. In Glasgow, the Britannia Music Hall (1857), by architects Thomas Gildard and H. M. McFarlane, remains standing, with much of the theatre intact but in a poor state, having closed in 1938. There is a preservation trust attempting to rescue the theatre. One of the few fully functional music hall entertainments is at the Brick Lane Music Hall in a former church in North Woolwich. The Players' Theatre Club is another group performing a Victorian style music hall show at a variety of venues, and The Music Hall Guild of Great Britain and America stage music hall style entertainments.