Введение
Система ценностей американских женщин XIX века
Культура домашнего очага (часто сокращаемая до Культа домашнего очага) или Культ истинной женственности – термин, используемый историками для описания преобладающей, по их мнению, системы ценностей среди представителей высшего и среднего классов в XIX веке в Соединенных Штатах. Эта система ценностей акцентировала новые представления о женственности, роли женщины в доме и динамике работы и семьи. Согласно этой идее, "истинные женщины" должны были обладать четырьмя главными добродетелями: набожностью, чистотой, домовитостью и кротостью. Идея заключалась в том, что женщина являлась центром семьи и считалась "светом домашнего очага". Женщины и мужчины, наиболее активно продвигавшие эти стандарты, как правило, были белыми протестантами, при этом наиболее влиятельные из них проживали в Новой Англии и на Северо-Востоке Соединенных Штатов. Несмотря на то, что всем женщинам предписывалось подражать этому идеалу женственности, чернокожие, представительницы рабочего класса и иммигрантки часто исключались из определения "истинных женщин" из-за социальных предубеждений. С момента первой публикации этой идеи Барбарой Уэлтер в 1966 году многие историки утверждают, что данная тема гораздо сложнее и многограннее, чем подразумевают такие термины, как "Культ домашнего очага" или "Истинная женственность", и что роли, которые женщины играли и от которых ожидали в контексте среднего класса XIX века, были весьма разнообразными и зачастую противоречивыми. Например, было высказано предположение, что многое из того, что ранее считалось антифеминистским, на самом деле способствовало развитию феминизма.
Добродетели
В рамках идеологии отдельных сфер "культ домашнего очага" определял дом как "надлежащую сферу" женщины. Женщины должны были обитать в частной сфере, управляя домашним хозяйством и производством пищи (включая слуг), воспитывать детей и заботиться о муже. Согласно Барбаре Уэлтер (1966), "Истинные женщины" должны были придерживаться и практиковать четыре главных добродетели:
Piety – Religion was valued because—unlike intellectual pursuits—it did not take a woman away from her "proper sphere," the home, and because it controlled women's longings. Purity – Virginity, a woman's greatest treasure, must not be lost until her marriage night, and a married woman had to remain committed only to her husband. Submission – True women were required to be as submissive and obedient "as little children" because men were regarded as women's superiors "by God's appointment". Domesticity – A woman's proper place was in the home and her role as a wife was to create a refuge for her husband and children. Cooking, needlework, making beds, and tending flowers were considered naturally feminine activities, whereas reading anything other than religious biographies was discouraged. According to Welter, an ideal True Woman was "frail", too mentally and physically weak to leave her home. The care of her home made her feminine, and she depended on men to protect her within the shelter of it. Wilma Mankiller agrees, claiming that a "True Woman" was expected to be delicate, soft, and weak. She was not to engage in strenuous physical activity that would damage her “much more delicate nervous system." Frances B. Cogan, however, described an overlapping but competing ideology that she called the ideal of "Real Womanhood," in which women were encouraged to be physically fit and active, involved in their communities, well educated, and artistically accomplished, although usually within the broader idea that women were best suited to the domestic sphere. The conflation of "Domesticity" and "True Womanhood" can be misleading in that dedication to the domestic sphere did not necessarily imply purity, submission, or weakness. The characteristics of "True Womanhood" were described in sermons, books, and religious texts as well as women's magazines. Prescriptive literature advised women on how to transform their homes into domestic sanctuaries for their husbands and children. Fashion was also stressed because a woman had to stay up to date in order to please her husband. Instructions for seamstresses were often included in magazines. Magazines which promoted the values of the "Cult of Domesticity" fared better financially than those competing magazines which offered a more progressive view in terms of women's roles. With a circulation of 150,000 by 1860, Godey's reflected and supported some of the ideals of the "Cult of True Womanhood." The magazine presented motherhood as a woman's natural and most satisfying role and encouraged women to find their fulfillment and their contributions to society mainly within the home. At the same time, the long time editor of Godey's, Sarah Josepha Hale, encouraged women to improve themselves intellectually, to write, and to take action that would improve the moral character of their communities and their nation. Hale promoted Vassar College, advocated for female physicians, and published many of the most important female writers of the 19th century. Frances B. Cogan argued that Godey's supported "Real Womanhood" more than "True Womanhood." Reflecting the ideals of both "True Womanhood" and "Real Womanhood," Godey's considered mothers as crucial in preserving the memory of the American Revolution and in securing its legacy by raising the next generation of citizens. "True Women" were supposed to devote themselves to unpaid domestic labor and refrain from paid, market oriented work. Consequently, in 1890, 4.5% of all married women were "gainfully employed," compared with 40.5% of single women. Women's complete financial dependence upon their husbands proved disastrous, however, when wives lost their husbands through death or desertion and were forced to fend for themselves and their children. This division between the domestic and public spheres had effects on women's power and status. In the society as a whole, particularly in political and economic arenas, women's power declined. Within the home, however, they gained symbolic power. The legal implications of this ideology included the passage of protective labor laws, which also limited women's employment opportunities outside the home. These laws, as well as subsequent Supreme Court rulings such as Muller v. Oregon, were based on the assumption that women's primary role was that of mother and wife, and that women's non domestic work should not interfere with their primary function. As a result, women's working hours were limited and night work for women was prohibited, essentially costing many female workers their jobs and excluding them from many occupations. One of the first public jobs for women was teaching. One estimate says that, with the growth of public education in the northern tier of states, one quarter of all native born Massachusetts women in the years between 1825 and 1860 were schoolteachers at some point in their lives.
Благочестие – Религию ценили, поскольку – в отличие от интеллектуальных занятий – она не отвлекала женщину от ее "надлежащей сферы", дома, и поскольку она контролировала женские стремления. Чистота – Девичья невинность, величайшее сокровище женщины, не должна быть утрачена до брачной ночи, а замужняя женщина должна была оставаться верной только своему мужу. Покорность – От "Истинных женщин" требовалось быть столь же покорными и послушными, "как дети", поскольку мужчины считались выше женщин "по Божьему установлению". Домашнее хозяйство – Надлежащее место женщины – в доме, и ее роль как жены заключалась в создании убежища для мужа и детей. Кулинария, рукоделие, застилание постелей и уход за цветами считались естественными женскими занятиями, в то время как чтение чего-либо, кроме религиозных биографий, не поощрялось. По словам Уэлтер, идеальная "Истинная женщина" была "слаба", слишком физически и морально слаба, чтобы покидать свой дом. Забота о доме делала ее женственной, и она зависела от мужчин, чтобы те защитили ее в его стенах. Вильма Манкиллер согласна, утверждая, что от "Истинной женщины" ожидалось, что она будет нежной, мягкой и слабой. Ей не следовало заниматься изнурительной физической активностью, которая могла бы повредить ее "гораздо более тонкую нервную систему". Однако Фрэнсис Б. Коган описала перекрывающуюся, но конкурирующую идеологию, которую она назвала идеалом "Реальной женственности", в котором женщин поощряли быть физически здоровыми и активными, участвовать в жизни общества, быть хорошо образованными и художественно одаренными, хотя обычно в рамках более широкой идеи о том, что женщины лучше всего подходят для домашней сферы. Смешение "Культа домашнего очага" и "Истинной женственности" может быть обманчивым, поскольку преданность домашней сфере не обязательно подразумевала чистоту, покорность или слабость. Особенности "Истинной женственности" описывались в проповедях, книгах и религиозных текстах, а также в женских журналах. В поучительной литературе женщинам давали советы о том, как превратить свои дома в домашние святилища для мужей и детей. Мода также подчеркивалась, поскольку женщина должна была быть в курсе последних тенденций, чтобы угодить мужу. В журналах часто публиковались инструкции для швей. Журналы, пропагандировавшие ценности "Культа домашнего очага", имели больший финансовый успех, чем конкурирующие журналы, предлагавшие более прогрессивные взгляды на роль женщин. К 1860 году тираж журнала "Godey's Lady's Book" достиг 150 000 экземпляров и отражал и поддерживал некоторые идеалы "Культа Истинной женственности". В журнале материнство представлялось как естественная и наиболее удовлетворяющая роль женщины, и женщин поощряли находить свое удовлетворение и свой вклад в общество главным образом в домашнем хозяйстве. В то же время, давний редактор "Godey's", Сара Жозефа Хейл, поощряла женщин к интеллектуальному развитию, к писательству и к действиям, направленным на улучшение морального облика их общин и страны. Хейл поддерживала Вассарский колледж, выступала за женщин-врачей и опубликовала многих выдающихся женщин-писателей XIX века. Фрэнсис Б. Коган утверждала, что "Godey's" больше поддерживал "Реальную женственность", чем "Истинную женственность". Отражая идеалы как "Истинной женственности", так и "Реальной женственности", "Godey's" считал матерей решающими в сохранении памяти об Американской революции и в обеспечении ее наследия путем воспитания следующего поколения граждан. "Истинные женщины" должны были посвящать себя неоплачиваемому домашнему труду и воздерживаться от оплачиваемой работы, ориентированной на рынок. Следовательно, в 1890 году 4,5% всех замужних женщин были "заняты прибыльным трудом", по сравнению с 40,5% незамужних женщин. Однако полная финансовая зависимость женщин от мужей оказалась катастрофической, когда жены теряли своих мужей из-за смерти или оставления и были вынуждены заботиться о себе и своих детях. Это разделение между домашней и общественной сферами повлияло на власть и статус женщин. В обществе в целом, особенно в политической и экономической сферах, власть женщин уменьшилась. Однако в доме они приобрели символическую власть. Юридические последствия этой идеологии включали принятие законов о защите труда, которые также ограничивали возможности трудоустройства женщин за пределами дома. Эти законы, а также последующие решения Верховного суда, такие как Muller v. Oregon, основывались на предположении, что основная роль женщины – роль матери и жены, и что не домашняя работа женщины не должна мешать выполнению ее основной функции. В результате рабочее время женщин было ограничено, а ночная работа для женщин была запрещена, что фактически лишило многих работниц рабочих мест и исключило их из многих профессий. Одной из первых общественных профессий для женщин было преподавание. По оценкам, с развитием государственного образования в северных штатах четверть всех уроженцев Массачусетса в период с 1825 по 1860 год в какой-то момент своей жизни были школьными учителями.
Piety – Religion was valued because—unlike intellectual pursuits—it did not take a woman away from her "proper sphere," the home, and because it controlled women's longings. Purity – Virginity, a woman's greatest treasure, must not be lost until her marriage night, and a married woman had to remain committed only to her husband. Submission – True women were required to be as submissive and obedient "as little children" because men were regarded as women's superiors "by God's appointment". Domesticity – A woman's proper place was in the home and her role as a wife was to create a refuge for her husband and children. Cooking, needlework, making beds, and tending flowers were considered naturally feminine activities, whereas reading anything other than religious biographies was discouraged. According to Welter, an ideal True Woman was "frail", too mentally and physically weak to leave her home. The care of her home made her feminine, and she depended on men to protect her within the shelter of it. Wilma Mankiller agrees, claiming that a "True Woman" was expected to be delicate, soft, and weak. She was not to engage in strenuous physical activity that would damage her “much more delicate nervous system." Frances B. Cogan, however, described an overlapping but competing ideology that she called the ideal of "Real Womanhood," in which women were encouraged to be physically fit and active, involved in their communities, well educated, and artistically accomplished, although usually within the broader idea that women were best suited to the domestic sphere. The conflation of "Domesticity" and "True Womanhood" can be misleading in that dedication to the domestic sphere did not necessarily imply purity, submission, or weakness. The characteristics of "True Womanhood" were described in sermons, books, and religious texts as well as women's magazines. Prescriptive literature advised women on how to transform their homes into domestic sanctuaries for their husbands and children. Fashion was also stressed because a woman had to stay up to date in order to please her husband. Instructions for seamstresses were often included in magazines. Magazines which promoted the values of the "Cult of Domesticity" fared better financially than those competing magazines which offered a more progressive view in terms of women's roles. With a circulation of 150,000 by 1860, Godey's reflected and supported some of the ideals of the "Cult of True Womanhood." The magazine presented motherhood as a woman's natural and most satisfying role and encouraged women to find their fulfillment and their contributions to society mainly within the home. At the same time, the long time editor of Godey's, Sarah Josepha Hale, encouraged women to improve themselves intellectually, to write, and to take action that would improve the moral character of their communities and their nation. Hale promoted Vassar College, advocated for female physicians, and published many of the most important female writers of the 19th century. Frances B. Cogan argued that Godey's supported "Real Womanhood" more than "True Womanhood." Reflecting the ideals of both "True Womanhood" and "Real Womanhood," Godey's considered mothers as crucial in preserving the memory of the American Revolution and in securing its legacy by raising the next generation of citizens. "True Women" were supposed to devote themselves to unpaid domestic labor and refrain from paid, market oriented work. Consequently, in 1890, 4.5% of all married women were "gainfully employed," compared with 40.5% of single women. Women's complete financial dependence upon their husbands proved disastrous, however, when wives lost their husbands through death or desertion and were forced to fend for themselves and their children. This division between the domestic and public spheres had effects on women's power and status. In the society as a whole, particularly in political and economic arenas, women's power declined. Within the home, however, they gained symbolic power. The legal implications of this ideology included the passage of protective labor laws, which also limited women's employment opportunities outside the home. These laws, as well as subsequent Supreme Court rulings such as Muller v. Oregon, were based on the assumption that women's primary role was that of mother and wife, and that women's non domestic work should not interfere with their primary function. As a result, women's working hours were limited and night work for women was prohibited, essentially costing many female workers their jobs and excluding them from many occupations. One of the first public jobs for women was teaching. One estimate says that, with the growth of public education in the northern tier of states, one quarter of all native born Massachusetts women in the years between 1825 and 1860 were schoolteachers at some point in their lives.
Связь с женским движением
Защитницы прав женщин конца XVIII и начала XIX веков, такие как Мэри Уолстонкрафт, Фрэнсис Райт и Гарриет Мартино, были широко обвинены в нарушении естественного порядка вещей и заклеймены как неженственные. "Они лишь полуженщины, умственные гермафродиты", – писала Генри Ф. Харрингтон в журнале "Ladies' Companion". Однако после того, как в эпоху Джексона (1812–1850) избирательное право было расширено практически на всех белых мужчин в Соединенных Штатах, многие женщины посчитали, что это их шанс на расширение гражданских свобод. Ранняя феминистская оппозиция многим ценностям, продвигаемым культом домашнего очага (особенно в отношении избирательного права женщин, политической активности и юридической независимости), достигла кульминации на Конвенции в Сенека-Фолс в 1848 году. Сьюзан М. Круа предположила, что, хотя "Культ Истинной Женственности" установил множество социальных ограничений, лишивших женщин трудовых прав и свободы, тем не менее он заложил основу для последующего развития феминизма, приписав женщинам моральный авторитет, который, по сути, наделял их возможностью распространять свое моральное влияние за пределы дома. Ожидалось, что идеальная женщина будет служить символом статуса для мужчин и отражать богатство и успех своего мужа, рожать и воспитывать детей, чтобы наследие успеха мужа продолжалось, но она также рассматривалась как "Ангел в доме", призванная морально направлять свою семью. Из-за осознаваемой важности этой роли эта идеология прививалась девочкам с раннего возраста; их учили ценить свою девственность как "'ценнейший жемчуг', являющийся их величайшим достоянием" и развивать навыки ведения домашнего хозяйства и воспитания детей, но также учили видеть себя как "столп силы и добродетели", который играет ключевую роль не только в создании достойного образа мужа, но и в воспитании мальчиков, которые впоследствии окажут непосредственное влияние на успех нации. В эпоху прогрессизма возник идеал "Новой Женщины" как ответ на Культ Истинной Женственности. "Новая Женщина", часто ассоциировавшаяся с движением за избирательное право, представляла собой идеал женственности, резко противоречащий ценностям Культа Истинной Женственности. Благодаря требованиям, изложенным в Декларации о чувствах, написанной на съезде в Сенека-Фолс в 1848 году, женщины наконец добились ратификации конституционной поправки и получили право голоса в 1920 году. После эмансипации этих "Новых Женщин" можно было узнать по курению сигарет, использованию помады и румян, танцам под джаз и применению средств контроля над рождаемостью – их называли "современными девушками" или "флэпперами". Вторая мировая война привела к реструктуризации рынка труда, поскольку женщины включились в военные усилия на внутреннем фронте. В эпоху после окончания Второй мировой войны многие идеи "Культа Домашнего Очага" вновь стали подчеркиваться, поскольку американское общество стремилось интегрировать ветеранов и подчеркнуть возрождение семейной жизни. Когда войска вернулись домой, мужчин поощряли к семейной жизни и бракам, основанным на товариществе. Ветераны вернулись домой, чтобы стать главами семей, а женщины, занимавшиеся высокооплачиваемой и квалифицированной работой во время войны, были вынуждены вернуться к домашним обязанностям. Переосмысление частной жизни было центральным в эту эпоху. Антикоммунистические настроения структурировали значительную часть американской жизни, подчеркивая систему свободного предпринимательства, которая привела к периоду экономического процветания и потребительской культуры. В 1950-х годах американские телешоу часто представляли сериалы, изображавшие вымышленные семьи, в которых основной задачей матери было воспитание детей и ведение домашнего хозяйства. Сферы интересов мужчин и женщин все больше разделялись, поскольку многие семьи жили в пригородах, откуда мужчины ездили на работу в другие города. Однако этот образ раздельных сфер скрывал реальность, что все группы женщин продолжали работать за плату; многие не прекратили работать после возвращения мужчин с войны, а вместо этого были вынуждены перейти на низкооплачиваемые должности. Заработная плата была низкой, и возможностей для продвижения по службе было мало. Женщины, которые все же проникали в профессиональные сферы, подвергались пристальному вниманию за то, что шли против идеала женской домашней жизни. Несмотря на нео-домашние идеалы, многие матери среднего класса были обременены "двойной нагрузкой" – работой на дому и на работе. В то же время женщины вели независимую жизнь в течение дня и часто активно участвовали в волонтерской и общественной деятельности, особенно в вопросах образования, здравоохранения, детей и благосостояния. "Культ Домашнего Очага" подготовил почву для создания семьи, состоящей из родителей и детей. Книга Бетти Фридан "Женская загадка" суммировала ожидания, предъявляемые к женской природе в то время, с акцентом на "потребительстве, сексуализированном браке и гражданской активности". Оппозиция этим идеям повлияла на вторую волну феминизма.
Представление национальности в СМИ
Домашний быт и медиа всегда были взаимосвязаны. Одним из первых фильмов, когда-либо показанных, был фильм, посвященный семье, под названием «Репас де бебе» (Repas de bébé или «Детский обед»). В этом фильме братьев Люмьер 1895 года изображена французская пара, кормящая своего младенца завтраком. Более ранние произведения, включающие домашние темы, часто служили для изображения белых, традиционных семей и женских архетипов, таких как «женский плач» – распространенный троп, в котором матери жертвовали своей личностью и благополучием ради детей. Это резко контрастирует с архетипом «роковой женщины», который демонстрирует отказ от домашней жизни и семейных связей в пользу романтики, сексуальности, опасности и драмы. В современных медиа представления о домашнем быте более разнообразны, чем ограниченные, гетеронормативные примеры прошлого. Домашний быт долгое время служил платформой для обсуждения спорных тем. Сексуальность, политика, гендер и раса – все это темы, которые можно увидеть и обсудить в контенте, посвященном домашнему быту. Он также представлен во многих жанрах, таких как комедия, драма, ток-шоу, реалити-шоу и ужасы. Семейная жизнь и отношения, наряду с другими домашними темами, также пользуются большой популярностью у зрителей. Это подтверждается такими программами, как «Оставьте это Бобру», которая представляла взгляд на традиционную семью в 20-м веке, и «Современная семья», которая показывала более широкий спектр семейных структур и была одним из самых рейтинговых шоу во время трансляции. С выходом женщин на рынок труда, ростом числа разводов и увеличением числа одиноких родителей, темы традиционного домашнего быта стали менее актуальными. Такие шоу, как «Фостеры», в которых подчеркивались приемные семьи, стали более распространенными. Снижение общественных ожиданий относительно традиционной семьи как цели большинства людей позволило западным медиа изображать «избранные семьи» – неродственные группы, оказывающие поддержку в семейном порядке. Эти группы часто встречаются в программах, ориентированных на ЛГБТК+, но не ограничиваются ими. Примерами являются группа друзей в сериале «Друзья» или научно-фантастический сериал «Мандалорец», где главный герой принимает инопланетное существо как своего ребенка. Жанр научной фантастики не чужд домашним темам; примером может служить «Баффи – истребительница вампиров», где главная героиня Баффи изображена как сильная и смелая героиня, которая также ценит женственность и домашний уют. В отличие от устаревшей модели традиционной семьи, в современных медиа больше представлены представители цветных рас, хотя это часто ограничено и стереотипно, особенно в отношении цветных женщин. Сегодня в центре внимания некоторых из самых популярных современных программ, таких как «Империя», находятся влиятельные и успешные чернокожие семьи. Темы ЛГБТК+ также расширяют современные медийные представления о домашнем быте. Такие программы, как «Queer Eye», демонстрируют это, сочетая типичные элементы домашнего быта, такие как дизайн интерьера и самопрезентация, с межрасовым представительством квир-сообщества. Гетеронормативные ценности, представленные в ранних произведениях о домашнем быте, были оспорены в сериале «Прозрачная», где один из родителей раскрывает свою трансгендерность и решает пройти переход, сохраняя семейную жизнь. Представление трансгендерных личностей становится все более распространенным в медиа. Даже семейный канал TLC транслирует популярное шоу «Я – Джаз» о трансгендерном подростке и ее семье. Хотя появление трансгендерного главного героя – относительно новая идея, обсуждаемые темы не отличаются от тех, которые встречаются в большинстве семейных программ, таких как свидания, влюбленность, школа и отношения с братьями и сестрами. Рабочие места – еще одна распространенная среда, в которой можно увидеть подобные темы. Коллеги часто ведут себя как члены семьи и имеют уникальные межличностные связи. Эта интерпретация домашнего быта прочно вошла в популярную культуру благодаря таким культовым сериалам, как «Офис», «Парки и зоны отдыха», «Анатомия страсти», «Безумцы». Поскольку домохозяйства работают больше часов, чем когда-либо прежде, рабочие места иногда служат источником социальной поддержки, особенно когда домашняя жизнь не идеальна. Классические домашние темы, такие как конфликты в отношениях или любовь, не обязательно должны ограничиваться биологической семьей. В отличие от традиционной ценности чистоты, современные медиа освещают табуированную тему подростковой беременности. Эта тема появилась в таких фильмах, как «Джуно», или в противоречивом сериале MTV «16 и беременна», который, помимо подростковой беременности, также обсуждал безопасный секс и усыновление. Хотя сериал современен, он также связан с традиционными домашними темами, такими как чистота, и подчеркивает важность для молодых женщин заботиться о своем теле и рассматривать материнство как приоритет по сравнению с образованием или общественной деятельностью. В пересечении домашнего быта и медиа традиционные ценности не стираются, а расширяются, чтобы включить современные представления. Домашняя жизнь, сексуальность и независимость теперь отражаются в разнообразии медиа, а не ограничиваются узким представлением.