Введение
Нахи или Наши (; Накси: Naqxi) — народ, населяющий горы Хэндуань, примыкающие к Восточным Гималаям в северо-западной части провинции Юньнань, а также юго-западной части провинции Сычуань в Китае. Считается, что нахи изначально пришли из северо-западного Китая, мигрируя на юг к регионам, населённым тибетцами, и обычно занимая самые плодородные земли в долинах рек, вытесняя другие конкурирующие племена на менее плодородные склоны холмов. Нахи, наряду с бай и тибетцами, торговали по опасным сухопутным торговым путям с Лхасой и Индией, по так называемым маршрутам чайного и конного каравана. Нахи входят в число 56 этнических групп, официально признанных Китайской Народной Республикой. В официальной классификации китайского правительства мосуо рассматриваются как часть народа нахи. Хотя обе группы являются потомками народа цян и, несмотря на очень заметное сходство между их языками, в настоящее время считается, что они культурно различны. Нахи в большей степени подвержены влиянию патриархальной культуры ханьцев. Культура нахи в значительной степени основана на исконных религиозных, литературных и сельскохозяйственных традициях Донгба, испытавших влияние конфуцианских основ истории Китая хань. Особенно в случае музыкальных записей, они служат основой литературы нахи. Нахи имеют собственную письменность, отличный язык и самобытную национальную одежду.
The Nakhi or Nashi (; Naxi: Naqxi) are a people inhabiting the Hengduan Mountains abutting the Eastern Himalayas in the northwestern part of Yunnan Province, as well as the southwestern part of Sichuan Province in China. The Nakhi are thought to have come originally from northwestern China, migrating south toward Tibetan populated regions, and usually inhabiting the most fertile riverside land, driving the other competing tribes farther up the hillsides onto less fertile land. The Nakhi, along with the Bai and the Tibetans, traded over the dangerous overland trading links with Lhasa and India, on the so called Tea and Horse Caravan routes. The Nakhi form one of the 56 ethnic groups officially recognized by the People's Republic of China. The official Chinese government classification includes the Mosuo as part of the Nakhi people. Although both groups are descendants of the Qiang people and notwithstanding very striking resemblances between their respective languages, the two groups are now understood to be culturally distinct. The Nakhi are more influenced by the very patriarchal Han Chinese culture. Nakhi culture is largely its own native Dongba religious, literary and farming practices, influenced by the Confucian roots of Han Chinese history. Especially in the case of their musical scores, it acts as the foundation of the Nakhi literature. The Nashi have their own writing, their own distinct language and their own native dress.
Искусство и архитектура
Существует множество видов искусства, традиционных для народа нахи, таких как редкая нахи́йская ручная вышивка, живопись донгба, резьба по дереву донгба и другие. Большая часть резьбы по дереву, характерной для домов нахи, сегодня выполняется мастерами из народа бай. Впитывая архитектурные стили хань, дома нахи построены в стандартном ханьском стиле с одним двором, окружённым одним, двумя, тремя или четырьмя зданиями, иногда с соединёнными смежными дворами. Постройки из глиняного кирпича и дерева на первый взгляд кажутся грубыми и простыми, но при ближайшем рассмотрении обнаруживаются сложные и изящные узоры на оконных и дверных косяках, элегантные столбы и подпорки, а также очень комфортная и светлая жилая среда. Храмы нахи украшены внутри резьбой по столбам, аркам и настенными росписями, которые часто демонстрируют уникальное сочетание влияния донгба и буддизма. В оформлении представлены эпизоды из эпосов, танцоры, воины, животные и птицы, а также цветы. Настенные росписи изображают богов донгба, а стилистически восходят к китайским интерпретациям тибетских буддийских тем. Хорошим примером является храм Дельвада. "Существуют веские аргументы в пользу того, что в прошлом основным ритуалом, совершаемым в определённое время, было поклонение духам природы шу в первые дни (обычно в день дракона или змеи) второго лунного месяца, и что это был традиционный Новый год народа нахи. В Байди, где сохранились старые традиции, это самый важный праздник, когда все, одетые в лучшие одежды, собираются на террасе Байшуйтай в праздничной атмосфере и воздают дань уважения богам природы шу". "Примерно в то же время, когда духам природы шу поклоняются в Байди, люди собираются, чтобы почтить Сандуо в Байша и Лицзяне". "Церемония поклонения Небу, отмечаемая за несколько дней до поклонения шу, – это ритуальное празднование в память о том, что предки нахи пришли с Неба и, следовательно, происходят из небесного рода". Новый год в наши дни является главным праздником для нахи Лицзяна. Новый год считается временем обновления для людей, их домов и полей, временем духовного и физического возрождения, когда каждый человек должен родиться заново, чистым и незапятнанным тяготами прошедшего года (Ceinos 2012). Нахи отмечают ежегодный Фестиваль Факелов 24 и 25 числа шестого месяца лунного календаря, что примерно соответствует 8–9 июля, и Фестиваль Сандуо 8 февраля. Согласно легенде, Сандуо – бог войны, защищающий местных жителей. В древние времена охотник обнаружил странный камень на горе Нефритового Дракона и принёс его домой. По дороге домой ему пришлось положить камень, чтобы отдохнуть, так как он был чрезвычайно тяжёлым. Когда он решил продолжить путь, он больше не смог поднять камень, и многие посчитали, что это воплощение бога. Позже нахи построили храм в честь этого бога, которого впоследствии назвали Сандуо, и изображали как бессмертного в белом халате и белом шлеме, с белым копьём и верхом на белом коне. Они верили, что Сандуо защитит местных жителей и их землю. Поскольку считается, что Сандуо родился в год Козы, его приносят в жертву на его празднике.
Традиционная одежда
Кремация была традицией с древних времен, хотя захоронение было принято в большинстве районов Нахи в конце династии Цин и остаётся предпочтительным способом погребения и сегодня. Во время похоронной церемонии читают религиозные тексты, чтобы искупить грехи усопшего. Среди нахи, проживающих в уезде Юннин провинции Юньнань и уезде Яньюань провинции Сычуань, до сих пор сохранились пережитки матрилинейной семейной структуры мосуо, которую активно, но безуспешно пытались искоренить в коммунистическую эпоху. Женщина, как глава семьи, передаёт своё наследство потомкам либо по материнской линии, либо через своих сестёр и их детей. В обществе нахи женщины выполняют основную часть работы по дому и в сельском хозяйстве, и хотя они обычно остаются на кухне в присутствии гостей, они незаменимы в хозяйстве и, следовательно, оказывают влияние на принятие семейных решений. В 2005 году известный китайский сценарист Куан Цзяньжэнь снял фильм "Снежный браслет", основанный на жизни этнического меньшинства нахи в Юньнане. Несколько мужчин из числа нахи продолжают древнекитайскую традицию охоты с соколами – практика, редко встречающаяся в других регионах Китая в настоящее время.
Матрилинейное общество Нахи
Нахи из северного региона, Йоннин, известны своей матрилинейностью и матрилокальностью, то есть происхождение ведется по материнской линии, и все дети – мужчины и женщины – живут в доме матери от рождения до смерти. Их семейная система отличается от общепринятой в западных странах, поскольку институт брака, то есть официального признания союза двух людей, отсутствует. Сексуальные отношения свободны между взрослыми, не состоящими в кровном родстве: ночью мужчина приходит к женщине, с которой желает быть, и женщина имеет право принять или отклонить его предложение. И мужчины, и женщины могут иметь несколько партнеров. В результате дети не всегда знают своего биологического отца. Воспитанием детей занимаются все члены домохозяйства, при этом роль "отца" в западном понимании выполняют дяди по материнской линии. Эта концепция частично обусловлена их верой, согласно которой мужчина подобен дождю на траве: он способствует развитию уже существующего. Таким образом, репродуктивная роль мужчины заключается в "оплодотворении" уже существующего в женщине плода. Нахи верят, что наследственные признаки содержатся в костях и передаются по материнской линии. Однако, с развитием туризма и эмиграцией части населения, обычаи меняются, и некоторые нахи переходят к моногамным отношениям.
Музыка нахи
У народа нахи существует несколько исконных форм музыки, включая байша-сюэ и донцзин, вдохновленный китайской музыкой, о котором упоминалось выше.
Одежда
Женщины-нахи носят просторные платья с широкими рукавами, в сочетании с куртками и длинными брюками, перехваченными у талии богато украшенными поясами. На плечо накидывают овчину. Особенно в уезде Нинлан, женщины носят короткие куртки и длинные юбки, достигающие земли множеством складок. Голову покрывают большими черными хлопковыми тюрбанами, которые дополняют крупные серебряные серьги. Мужской костюм во многом схож с костюмом ханьцев. В наше время традиционную одежду молодое поколение надевает редко. Теперь ее обычно носят только на культурных мероприятиях и по особым случаям.
Язык и письменность
Язык записывается с помощью письменности гэба и письменности донгба.
История
Нахи, как и мосуо, считаются потомками кочевого прото-цянов. Часто подвергаясь нападкам соседних племен, прото-нахи переместились на юг к берегам рек Нуцзян и Цзиньша, а затем к реке Алонг в современной провинции Сычуань на западе Китая. После того как другие завоевательные племена оттеснили их на юг, наши поселились в весьма плодородных районах Байша и Лицзян к 3 году н.э. В нахских исторических источниках описывается разделение на три группы, когда их предки еще находились в Байше. Те, кто остался, известны как наши, те, кто проживал в Дали, – как бай, а те, кто жил вокруг озера Лугу, – как мосуо. В настоящее время это описание происхождения бай и мосуо подвергается серьезным сомнениям. Историки установили, что между X и XIII веками в Лицзяне сельскохозяйственное производство вытеснило животноводство как основной вид деятельности населения. Производство сельскохозяйственной, ремесленной, минеральной и животноводческой продукции привело к значительному процветанию, и в этот период ряд рабовладельческих групп в уездах Нинлан, Лицзян и Вэйси превратились в феодальную касту землевладельцев. Тибетский буддизм закрепился в регионе Лицзян после визитов кармап с XIV века. В 1278 году династия Юань учредила префектуру Лицзян, которая представляла императорский двор в Юньнане. Вождь Мудэ был назначен наследственным вождем префектуры Лицзян, осуществлявшим контроль над народом нахи и другими этническими группами (в особенности восточными тибетцами, населявшими регион Кам) в период династии Мин. Наследственные вожди из семьи Му собирали налоги и дань, которые затем поступали ко двору Мин в виде серебра и зерна. Династия Мин опиралась на семью Му как на основную силу для контроля над населением различных этнических групп в северо-западной провинции Юньнань. В 1723 году, во время династии Цин, наследственные местные вожди в районе Лицзяна были заменены придворными чиновниками, а вожди Му были включены в их состав, сохранив должность местных администраторов. Древний нахский город Лицзян в настоящее время является крупным туристическим центром. В старом городе нахи сдают здания в аренду ханьским купцам, которые открывают магазины для туристов.
Религия
Нахи традиционно руководствуются своими родными донгба в религиозных вопросах. Под влиянием как ханьской китайской, так и других культур, тибетский буддизм завоевал широкое распространение и уважение (особенно среди мосуо). Даосизм, и в частности его практики "фэншуй", широко распространены с X века.
Донгба
Религия донгба уходит корнями в верования тибетской религии бон; слово "донгба" буквально означает "мудрец" на языке нахи. Легенда нахи прослеживает происхождение донгба к шаману бон из восточного Тибета по имени Донгба Шило (丁巴什罗), который жил в пещере возле Байшуйтай в XII веке. Антропологи утверждают, что многие ритуалы донгба несут на себе сильное влияние религии бон и не имеют местного происхождения. Считается, что ламы бон поселились среди нахи в качестве фермеров и начали практиковать экзорцизм как способ немного заработать; таким образом, они конкурировали с местными специалистами по ритуалам, известными как Llü bu или Ssan nyi. Это оспаривается, главным образом потому, что религия бон настолько смешалась с тибетским буддизмом, что трудно найти чистых и подлинных практиков для сравнения. Религиозные писания указывают на то, что ллю-бу были женщинами-шаманами, практиковавшими гадание, изгнание злых духов и другие обряды в состоянии транса. К началу XIX века священники донгба создали обширный религиозный словарь, сопровождаемый разнообразными ритуалами, и в значительной степени вытеснили ллю-бу. Это, безусловно, относится к шаманам и, но связь с практикой донгба остается неясной. У последователей донгба не было мест для поклонения, поэтому коммунисты после прихода к власти в регионе официально не признали их религией. Шаман донгба – это лишь практикующий священник, владеющий религиозными текстами донгба, которые были нечитаемы для большинства нахи, которых обычно не учат читать на родном языке. Религия донгба основана на взаимоотношениях между природой и человеком. В мифологии донгба "Природа" и "Человек" – сводные братья, рожденные от разных матерей. По словам жителей деревни Шумин, природой управляют духи, называемые "Шв". Эти боги изображаются в виде человеко-змеиных химер. Священники донгба практикуют ритуалы, такие как "Шв Гу", чтобы умилостивить этих духов и предотвратить превращение их гнева в стихийные бедствия, такие как землетрясения и засухи. До установления коммунистического правления в Китае во многих деревнях все еще существовали святилища или места поклонения богам природы, таким как Шу. Нахи, жители Таченга, входящего в состав автономного уезда Лицзян Нахи, до сих пор исповедуют веру во взаимосвязь "природы и человека". Их отношение к природе ярко иллюстрируется историей о Хэ Шуне, священнике донгба, который запретил своим трем сыновьям рубить больше деревьев, чем им необходимо, опасаясь гнева богов и несчастий для семьи. Один из наиболее распространенных ритуалов донгба, Zzerq Ciul Zhuaq (буквально, "погасить долг дерева"), был описан в деревне Шумин. Ритуал проводился, если кто-то заболевал или сталкивался с неудачей, после чего консультировались со священником донгба. Зачастую выяснялось, что человек занимался вырубкой леса или стирал грязное белье в лесу, и тогда семья или сам человек должны были просить священника донгба провести ритуал на месте нарушения и принести извинения богу природы Шу. Будучи консервативным народом, жители деревни запрещали вырубку леса, а также вырубку ветвей и сбор сухих сосновых иголок с хвойных деревьев. Сбор сосновых иголок разрешался только в июле, когда леса были пышными и зелеными. Однако эту работу разрешалось выполнять только одному человеку из каждой семьи, чтобы обеспечить справедливость между домохозяйствами с разным количеством рабочих. (Сухие сосновые иголки смешивают со свиным навозом для удобрения, а зеленые используют в качестве покрытия земли во дворах во время праздников.) Старейшины, известные как Лао Мин, следили за всеми этими действиями. Старейшины также добровольно занимались общественными делами деревни. Традиционно они играли важную роль, которая до сих пор оказывает влияние на многие деревни. Особенно в Лонгцюане у жителей есть традиционные правила вырубки леса и сбора дров. Местные жители называют это Jjuq ssaiq или Jjuq Hal Keel, что означает регулярную вырубку деревьев и сбор дров каждые два-три года в лесном массиве возле деревни. Группа людей, включающая Лао Мин, старосту деревни и лесных стражников, заранее организует эту процедуру. Даже в последние годы в деревнях нахи сохраняется организация, охраняющая леса. Эту организацию курируют члены деревенского комитета, в который обязательно входят главы сельскохозяйственных производственных кооперативов, члены женского союза и лесной стражник деревни. До прихода к власти коммунистов в Китае в 1949 году жители придерживались этих традиционных принципов и старались бережно использовать природные ресурсы, заботясь о их сохранении для будущих поколений. Однако после 1949 года нахи пережили серьезные культурные и социальные изменения, и правительство поощряло вырубку леса армией ханьцев на территории нахи, что привело к утрате влияния традиционных обычаев.
The elders, locally known as Lao Min , would watch all these activities. The elders also voluntarily carried out the public affairs of the village. Traditionally, they played an important role, which still influences many villages. Especially in Longquan, the villagers have traditional regulations for logging and firewood collection. Known as Jjuq ssaiq or Jjuq Hal Keel by the local people, this refers to the regular logging of trees and firewood every two to three years in the forested area near the particular village. A group of people comprising the Lao Min, the village headman, and the mountain guards will organize the procedure in advance. Even in recent years, Nakhi villages still retain an organization that protects the forests. This organization is administered by the members of the village committee, which necessarily includes the heads of the agricultural Productive Cooperatives, the members of the female union, and the village mountain guard. Until the communists came to power in China in 1949, villagers followed these traditional principles and tried to use the natural resources conservatively, with thought for the preservation of the natural resources for future generations. However, after 1949 serious cultural and social change came to the Nakhi, and the government encouraged logging by the Han army in Nakhi areas, which in turn led to a loss of influence of the traditional customs.
Тибетский буддизм
Многие из народа нахи исповедуют линию Кагью тибетского буддизма, что связано с пребыванием восьмого и десятого Кармап в районе Лицзяна в четырнадцатом веке. На протяжении многих лет нахи в Лицзяне строили буддийские гомпы, которые служили местом отправления культа для буддийской общины нахи. Первый монастырь, Огмин Намлинг в Лашибе, был основан десятым Кармапой, Чёйинг Дордже. Религиозные камни Мани также можно встретить в некоторых домах нахи. Король нахи пригласил восьмого Кармапу, Микё Дордже, в Лицзян в 1516 году. Обеспокоенный безопасностью Кармапы в его долгом путешествии в Лицзян, король отправил армию из четырех генералов и десяти тысяч солдат для сопровождения. На третий день четвертого месяца Кармапа достиг границы между Тибетом и королевством нахи. В сопровождении брата и дяди, ехавших на слонах и сопровождаемых множеством всадников, король нахи, восседавший на паланкине, встретил их с таким пышным приемом. Король совершил поклон перед Кармапой, слоны порвали свои привязи и трижды склонились перед ним, подняв хоботы к небу и издав трубные звуки, подобно раскатам грома.
Введение на Запад
Они стали известны западному миру благодаря двум людям: американскому ботанику Джозефу Року и русскому путешественнику и писателю Питеру Гуларту, оба из которых жили в Лицзяне и путешествовали по этому району в начале XX века. Книга Питера Гуларта «Забытое королевство» описывает жизнь и верования народа нахи и соседних народов, а наследие Джозефа Рока включает дневники, карты и фотографии региона, многие из которых были опубликованы в журнале National Geographic.