Эмиль Чоран: Философ отчаяния и нигилизма

Введение

Румынский философ, афорист и эссеист (1911–1995)

Эмиль Михай Чиран (emil sjɔʁɑ̃; 8 апреля 1911 – 20 июня 1995) – румынский философ, афорист и эссеист, публиковавший работы на румынском и французском языках. Его творчество отличается всепроникающим философским пессимизмом, выразительным стилем и афористичностью. В своих произведениях он часто обращался к вопросам страдания, упадка и нигилизма. В 1937 году Чиран переехал в Латинский квартал Парижа, где прожил в уединении со своей спутницей жизни, Симоной Буэ, до самой смерти в 1995 году.

Ранние годы

Родился в Резинаре, жудец Сэбен, Королевство Венгрии (ныне Рэшинари, жудец Сибиу, Румыния). Его отец, Эмилиан Чиран, был православным священником, а мать, Эльвира, — главой Лиги христианских женщин. В 10 лет Чиран переехал в Сибиу для учебы в школе, а в 17 лет поступил на факультет литературы и философии Бухарестского университета, где познакомился с Эженом Ионеско и Мирчей Элиаде, ставшими его друзьями. Он стал агностиком, приняв в качестве аксиомы утверждение о "неудобстве существования". В университете на него повлияли Георг Зиммель, Людвиг Клагес и Мартин Хайдеггер, а также русский философ Лев Шестов, чьим вкладом в основную систему мышления Чирана стала вера в произвольность жизни. Дипломная работа Чирана была посвящена Анри Бергсону, которого он впоследствии отверг, утверждая, что Бергсон не постиг трагедию жизни. С 20 лет Чиран начал страдать от бессонницы, которая преследовала его всю жизнь и пронизывала его произведения. Решение Чирана написать о своем опыте в первой книге «На вершинах отчаяния» было вызвано приступом бессонницы.

Берлин и Румыния

В 1933 году он получил стипендию в Берлинский университет, где изучал Иоганна Готлиба Фихте, Гегеля, Эдмунда Гуссерля, Иммануила Канта, Георга Зиммеля, Шопенгауэра и Ницше, выражая при этом одобрение Ночи длинных ножей – «что потеряло человечество, если были убиты несколько имбецилов?», а в письме Петру Комарнеску назвал себя «гитлеристом». Он разделял схожие взгляды на итальянский фашизм, приветствуя победы во Второй итало-эфиопской войне, утверждая, что «фашизм – это шок, без которого Италия – компромисс, сопоставимый с сегодняшней Румынией». Первая книга Чиорана, Pe culmile disperării (буквально: «На вершинах отчаяния»), была опубликована в Румынии в 1934 году. Ей была присуждена премия Комиссии и премия молодых писателей за одну из лучших книг, написанных неопубликованным молодым автором. Однако впоследствии Чиоран негативно отзывался о ней, говоря: «это очень плохо написанная книга, лишенная какого-либо стиля». Вслед за ней в Румынии были опубликованы «Книга иллюзий» (1935), «Преображение Румынии» (1936) и «Слёзы и святые» (1937). «Слёзы и святые» были «невероятно холодно приняты», и после публикации мать Чиорана написала ему с просьбой отозвать книгу, поскольку она вызывала у неё публичное смущение. Хотя Чиоран никогда не был членом этой организации, именно в этот период в Румынии он начал проявлять интерес к идеям, выдвигаемым Железной гвардией – крайне правой организацией, националистическую идеологию которой он поддерживал до начала Второй мировой войны, несмотря на якобы неодобрение их насильственных методов. Позже Чиоран осудил фашизм, назвав его в 1970 году «самой большой глупостью моей молодости. Если я излечился от какой-либо болезни, то, безусловно, от этой». Чиоран значительно переработал «Преображение Румынии» во втором издании, выпущенном в 1990-х годах, исключив многочисленные отрывки, которые он считал экстремистскими или «претенциозными и глупыми». В первоначальном варианте книга выражала симпатию к тоталитаризму, точка зрения, которая также присутствовала в различных статьях, написанных Чиораном в то время, и которая была направлена на утверждение «урбанизации и индустриализации» как «двух навязчивых идей восходящей нации». Однако его ранний призыв к модернизации трудно было согласовать с традиционализмом Железной гвардии. В 1934 году он писал: «Я считаю, что в Румынии единственным плодотворным, творческим и ободряющим национализмом может быть лишь тот, который не просто отвергает традицию, но и отрицает и побеждает её». Неприятие того, что он считал специфически румынскими чертами, проявлялось в его работах («В любой максиме, в любой пословице, в любом размышлении наш народ выражает ту же застенчивость перед жизнью, то же колебание и смирение [ ] Повседневные румынские [общепринятые истины] поражают. »), что вызвало критику со стороны ультраправых «Гандиря» (его редактор Ничифор Крэйник назвал «Преображение Румынии» «кровавой, безжалостной резней современной Румынии, даже не опасаясь материнского убийства и святотатства»), а также различных газет Железной гвардии.

In 1933, he received a scholarship to the University of Berlin, where he studied Johann Gottlieb Fichte, Hegel, Edmund Husserl, Immanuel Kant, Georg Simmel, Schopenhauer, and Nietzsche. while expressing his approval for the Night of the Long Knives—"what has humanity lost if the lives of a few imbeciles were taken"), and, in a letter written to Petru Comarnescu, described himself as "a Hitlerist". He held similar views about Italian fascism, welcoming victories in the Second Italo Abyssinian War, arguing that: "Fascism is a shock, without which Italy is a compromise comparable to today's Romania". Cioran's first book, Pe culmile disperării (literally translated: "On the Heights of Despair"), was published in Romania in 1934. It was awarded the Commission's Prize and the Young Writers Prize for one of the best books written by an unpublished young writer. Regardless, Cioran later spoke negatively of it, saying "it is a very poorly written book, without any style." Successively, The Book of Delusions (1935), The Transfiguration of Romania (1936) and Tears and Saints (1937) were also published in Romania. Tears and Saints was "incredibly poorly received", and after it was published, Cioran's mother wrote him asking him to retract the book because it was causing her public embarrassment. Although Cioran was never a member of the group, it was during this time in Romania that he began taking an interest in the ideas put forth by the Iron Guard—a far right organization whose nationalist ideology he supported until the early years of World War II, despite allegedly disapproving of their violent methods. Cioran would later denounce fascism, describing it in 1970 as "the worst folly of my youth. If I am cured of one sickness, it is surely that one." Cioran revised The Transfiguration of Romania heavily in its second edition released in the 1990s, eliminating numerous passages he considered extremist or "pretentious and stupid". In its original form, the book expressed sympathy for totalitarianism, a view which was also present in various articles Cioran wrote at the time, and which aimed to establish "urbanization and industrialization" as "the two obsessions of a rising people". His early call for modernization was, however, hard to reconcile with the traditionalism of the Iron Guard. In 1934, he wrote, "I find that in Romania the sole fertile, creative, and invigorating nationalism can only be one which does not just dismiss tradition, but also denies and defeats it". Disapproval of what he viewed as specifically Romanian traits had been present in his works ("In any maxim, in any proverb, in any reflection, our people expresses the same shyness in front of life, the same hesitation and resignation [ ] Everyday Romanian [truisms] are dumbfounding. "), which led to criticism from the far right Gândirea (its editor, Nichifor Crainic, had called The Transfiguration of Romania "a bloody, merciless, massacre of today's Romania, without even [the fear] of matricide and sacrilege"), as well as from various Iron Guard papers.

Франция

После возвращения из Берлина в 1936 году Чиран преподавал философию в лицее имени Андрея Шагуны в Брашове в течение года. Его занятия отличались бессвязностью, и он бросил преподавание через год. В 1937 году он впервые подал заявку на стипендию в посольстве Испании в Бухаресте, но вскоре началась Гражданская война в Испании. Затем он уехал в Париж по стипендии филиала Французского института в Бухаресте, которая была продлена до 1944 года. Формально он работал над докторской диссертацией в Сорбонне, но не собирался всерьез заниматься ею, так как статус студента давал ему доступ к дешевым обедам в университетской столовой. Он продолжал пользоваться этим до 1951 года, когда был принят закон, запрещавший зачисление студентов старше 27 лет. После непродолжительного пребывания на родине (ноябрь 1940 – февраль 1941) Чиран больше никогда не возвращался в Румынию. В этот последний период в Румынии он проявил большую близость к Железной гвардии, которая к тому времени пришла к власти (см. Национальное легионное государство). 28 ноября для государственного Румынского радио Чиран записал речь, посвященную портрету Корнелиу Зелеа Кодряну, бывшего лидера движения, восхваляя его и Гвардию за то, что они, в частности, "дали румынам цель". Позже он отказался не только от поддержки Железной гвардии, но и от их националистических идей, часто выражая сожаление и раскаяние за свою эмоциональную вовлеченность в нее. Например, в интервью 1972 года он осудил ее как "комплекс движений, а точнее, безумную секту и партию", заявив: "Тогда я понял, что значит быть подхваченным волной, не имея ни малейшего убеждения. Теперь я к этому иммунен". Чиран начал писать "Страстную книгу" в 1940 году и закончил ее к 1945 году. Это была последняя книга, написанная им на румынском языке, хотя и не последняя, посвященная пессимизму и мизантропии через лирические афоризмы. После этого Чиран публиковал книги только на французском языке. В этот период проявилось явное презрение Чирана к румынскому народу. Он сказал другу, что "хотел написать Философию провала с подзаголовком "Для исключительного пользования румынского народа". Кроме того, он описал свой переезд в Париж как "безусловно, самое разумное решение", которое он когда-либо принимал, а в книге "Страдания бытия" пишет: "В постоянном бунте против своих предков я всю жизнь хотел быть кем-то другим: испанцем, русским, каннибалом – кем угодно, только не тем, кем был". В 1942 году Чиран встретил Симону Буэ, такую же страдающую от бессонницы, с которой он прожил всю оставшуюся жизнь. Чиран тщательно оберегал их отношения и никогда не упоминал о них в своих произведениях или интервью. В 1949 году его первая книга на французском языке, "Краткая история упадка", была опубликована издательством Gallimard и удостоена премии Ривароля в 1950 году как лучшая книга, написанная автором, не являющимся французом. На протяжении всей своей карьеры Чиран отказывался от большинства литературных премий, которые ему предлагали.

After returning from Berlin in 1936, Cioran taught philosophy at the Andrei Șaguna High School in Brașov for a year. His classes were marked by confusion and he quit in a year. In 1937, he first applied for a fellowship at the Spanish Embassy in Bucharest but then the Spanish Civil War started. Then he left for Paris with a scholarship from the French Institute branch in Bucharest, which was then prolonged until 1944. He was supposedly working towards a doctoral thesis in the Sorbonne University, but he had no intention to actually work towards it, as the identity of being a student gave him access to cheap meals at the university cafeteria. This he continued until 1951 when a law passed that forbade enrollment of students older than 27. After a short stay in his home country (November 1940 – February 1941), Cioran never returned again. This last period in Romania was the one in which he exhibited a closer relationship with the Iron Guard, which by then had taken power (see National Legionary State). On 28 November, for the state owned Romanian Radio, Cioran recorded a speech centered on the portrait of Corneliu Zelea Codreanu, former leader of the movement, praising him and the Guard for, among other things, "having given Romanians a purpose". He later renounced not only his support for the Iron Guard, but also their nationalist ideas, and frequently expressed regret and repentance for his emotional implication in it. For example, in a 1972 interview, he condemned it as "a complex of movements; more than this, a demented sect and a party", saying, "I found out then [ ] what it means to be carried by the wave without the faintest trace of conviction. [ ] I am now immune to it". Cioran started writing The Passionate Handbook in 1940 and finished it by 1945. It was the last book he wrote in Romanian, though not the last to deal with pessimism and misanthropy through lyrical aphorisms. Cioran published books only in French thereafter. It was at this point that Cioran's apparent contempt for the Romanian people emerged. He told a friend that he "wanted to write a Philosophy of Failure, with the subtitle For the exclusive use of the Romanian People". Furthermore, he described his move to Paris as "by far the most intelligent thing" he had ever done, and in The Trouble with Being Born he says, "In continual rebellion against my ancestry, I have spent my whole life wanting to be something else: Spanish, Russian, cannibal—anything, except what I was." In 1942, Cioran met Simone Boué, another insomniac, whom he lived with for the rest of his life. Cioran kept their relationship entirely private, and never spoke of his relationship with Boué in his writings or interviews. In 1949, his first French book, A Short History of Decay, was published by Gallimard and was awarded the Prix Rivarol in 1950 for the best book written by a non French author. Throughout his career, Cioran refused most literary prizes awarded to him.

Поздние годы и смерть

Латинский квартал Парижа стал постоянным местом жительства Чирана. Большую часть жизни он провел в уединении, избегая публичности, но поддерживал контакты с многочисленными друзьями, включая Мирчу Элиаде, Эжена Ионеско, Пола Селана, Самуэля Беккета, Анри Мишо и Фернандо Саватера. В 1995 году Чиран умер от болезни Альцгеймера и был похоронен на кладбище Монпарнас. Афоризмы составляют значительную часть библиографии Чирана, а некоторые его книги, такие как «Беспокойство бытия», целиком состоят из афоризмов. Говоря об этом решении, Чиран сказал:

Философский пессимизм характеризует все его произведения, которые многие критики связывают с событиями его детства (в 1935 году его мать, по преданию, сказала ему, что если бы она знала, насколько он будет несчастен, она бы прервала беременность). Однако пессимизм Чирана (фактически, его скептицизм, даже нигилизм) остается одновременно неисчерпаемым и, в своей своеобразной манере, радостным; это не тот пессимизм, который можно свести к простым причинам, сами же эти причины вызывают сомнения. Когда мать Чирана заговорила с ним об аборте, он признался, что это его не встревожило, но произвело необычное впечатление, приведшее к пониманию природы существования («Я всего лишь случайность. Почему относиться ко всему так серьезно?» – говорил он позже, вспоминая этот эпизод). Его работы часто изображают атмосферу мучений, состояние, которое сам Чиран испытывал, и в которых доминирует лиризм и часто выражение сильных, даже яростных чувств. Книги, написанные им на румынском языке, особенно ярко демонстрируют эту черту. Озабоченный проблемами смерти и страдания, он был привлечен идеей самоубийства, считая ее идеей, которая может помочь человеку продолжать жить, идею, которую он всесторонне исследовал в «На вершинах отчаяния». Он возвращается к теме самоубийства в книге «Новые боги», содержащей раздел афоризмов, посвященный ей. Тема человеческого отчуждения, наиболее выраженная экзистенциалистская тема, представленная Жан-Полем Сартром и Альбером Камю, была сформулирована в 1932 году молодым Чираном: «Возможно ли, что существование – это наше изгнание, а ничто – наш дом?» в «На вершинах отчаяния». В произведениях Чирана затрагиваются и другие темы: первородный грех, трагический смысл истории, конец цивилизации, отказ от утешения через веру, одержимость абсолютом, жизнь как выражение метафизического изгнания человека и т.д. Он был мыслителем, увлеченным историей, широко читавшим авторов, связанных с «Движением декаданса». Одним из таких авторов был Освальд Шпенглер, который повлиял на политическую философию Чирана своими гностическими размышлениями о судьбе человека и цивилизации. По мнению Чирана, пока человек сохраняет связь со своими корнями и не отрывается от себя, он сопротивляется декадансу. Сегодня он движется к саморазрушению через самообъективацию, безупречное производство и воспроизводство, избыток самоанализа и прозрачности, искусственный триумф. Говоря о Боге, Чиран заметил, что «без Баха Бог был бы совершенно второстепенной фигурой» и что «музыка Баха – единственный аргумент, доказывающий, что создание Вселенной нельзя считать полным провалом». Чиран продолжил: «Бах, Шекспир, Бетховен, Достоевский и Ницше – единственные аргументы против монотеизма». Уильям Гасс назвал книгу Чирана «Искушение существовать» «философским романом на современные темы отчуждения, абсурда, скуки, тщетности, разложения, тирании истории, вульгарности перемен, сознания как муки, разума как болезни». По словам Сьюзан Сонтаг, тема Чирана – «о том, чтобы быть умом, сознанием, настроенным на высочайшую степень утонченности» и «в писаниях Чирана ум – это вуайерист. Но не на "мир". На себя. Чиран, в некоторой степени напоминает Беккета, обеспокоен абсолютной целостностью мысли. То есть, сведением или ограничением мысли до мышления о мышлении». Наибольшую известность Чиран приобрел, когда писал не на румынском, а на французском языке, с которым он боролся с юности. При жизни Чирана святой Иоанн Перс назвал его «величайшим французским писателем, который прославил наш язык после смерти Поля Валери». Тон и стиль Чирана на его языке-приемнике редко были столь резкими, как в румынском (хотя его румынский язык считается более оригинальным).

Philosophical pessimism characterizes all of his works, which many critics trace back to events of his childhood (in 1935 his mother is reputed to have told him that if she had known he was going to be so unhappy she would have aborted him). However, Cioran's pessimism (in fact, his skepticism, even nihilism) remains both inexhaustible and, in its own particular manner, joyful; it is not the sort of pessimism which can be traced back to simple origins, single origins themselves being questionable. When Cioran's mother spoke to him of abortion, he confessed that it did not disturb him, but made an extraordinary impression which led to an insight about the nature of existence ("I'm simply an accident. Why take it all so seriously?" is what he later said in reference to the incident). His works often depict an atmosphere of torment, a state that Cioran himself experienced, and came to be dominated by lyricism and, often, the expression of intense and even violent feeling. The books he wrote in Romanian especially display this latter characteristic. Preoccupied with the problems of death and suffering, he was attracted to the idea of suicide, believing it to be an idea that could help one go on living, an idea which he fully explored in On the Heights of Despair. He revisits suicide in depth in The New Gods, which contains a section of aphorisms devoted to the subject. The theme of human alienation, the most prominent existentialist theme, presented by Jean Paul Sartre and Albert Camus, is thus formulated, in 1932, by young Cioran: "Is it possible that existence is our exile and nothingness our home?" in On the Heights of Despair. Cioran's works encompass many other themes as well: original sin, the tragic sense of history, the end of civilization, the refusal of consolation through faith, the obsession with the absolute, life as an expression of man's metaphysical exile, etc. He was a thinker passionate about history; widely reading the writers that were associated with the "Decadent movement". One of these writers was Oswald Spengler who influenced Cioran's political philosophy in that he offered Gnostic reflections on the destiny of man and civilization. According to Cioran, as long as man has kept in touch with his origins and hasn't cut himself off from himself, he has resisted decadence. Today, he is on his way to his own destruction through self objectification, impeccable production and reproduction, excess of self analysis and transparency, and artificial triumph. Regarding God, Cioran has noted that "without Bach, God would be a complete second rate figure" and that "Bach's music is the only argument proving the creation of the Universe cannot be regarded as a complete failure". Cioran went on to say "Bach, Shakespeare, Beethoven, Dostoevsky and Nietzsche are the only arguments against monotheism." William H. Gass called Cioran's The Temptation to Exist "a philosophical romance on the modern themes of alienation, absurdity, boredom, futility, decay, the tyranny of history, the vulgarities of change, awareness as agony, reason as disease". According to Susan Sontag, Cioran's subject is "on being a mind, a consciousness tuned to the highest pitch of refinement" and "[i]n Cioran's writings the mind is a voyeur. But not upon 'the world.' Upon itself. Cioran is, to a degree reminiscent of Beckett, concerned with the absolute integrity of thought. That is, with the reduction or circumscription of thought to thinking about thinking." Cioran became most famous while writing not in Romanian but French, a language with which he had struggled since his youth. During Cioran's lifetime, Saint John Perse called him "the greatest French writer to honor our language since the death of Paul Valéry." Cioran's tone and usage in his adopted language were seldom as harsh as in Romanian (though his use of Romanian is said to be more original).

Наследие

После смерти долгосрочной спутницы Чирана, Симоне Буэ, коллекция рукописей Чирана (более 30 тетрадей) была найдена в квартире пары управляющим, который попытался продать их на аукционе в 2005 году. Решение, принятое Апелляционным судом Парижа, остановило коммерческую продажу коллекции. Однако в марте 2011 года Апелляционный суд постановил, что продавец является законным владельцем рукописей. Рукописи были приобретены румынским бизнесменом Джорджем Брэйлою за 405 000 евро. Пожилой Чиран – главный герой пьесы румынского драматурга и актера Матея Вишнека «Mansardă la Paris cu vedere spre moarte» («Парижский чердак с видом на смерть»). Пьеса, изображающая воображаемую встречу Вишнека и Чирана, была впервые поставлена в 2007 году под руководством Раду Африма с участием румынских и люксембургских актеров; роль Чирана исполнил Константин Кожокару. Постановки проходили в румынском городе Сибиу.

Сьюзан Сонтаг была большим поклонником Чирана, называя его «одним из самых тонких умов, обладающих настоящей силой письма, современности». Датский музыкант неофолк Ким Ларсен воссоздал фотографию сжимающих друг друга рук Чирана на обложке альбома 2021 года Your Love Can't Hold This Wreath of Sorrow. В мексиканско-американском фильме на английском языке 2023 года «Гниение под солнцем» актер и персонаж (а также режиссер) Себастьян Сильва читает книгу Чирана «Беспокойство бытия» на пляже и цитирует из нее отрывки.