Введение
Киренаики (Κυρηναϊκοί) — древнегреческое философское направление, основанное в IV веке до н. э. предположительно Аристиппом Киренским, хотя считается, что многие принципы школы были сформулированы его внуком с тем же именем, Аристиппом Младшим. Название школа получила по имени Кирены, родины Аристиппа. Это была одна из первых сократических школ. Киренаики утверждали, что единственным безусловным благом является наслаждение, понимаемое не просто как отсутствие боли (как у Эпикура), а как позитивные, приятные ощущения. При этом, мгновенные удовольствия, особенно физические, они считали более сильными, чем удовольствия от предвкушения или воспоминаний. Более того, они признавали важность социальных обязательств и возможность получения удовольствия от альтруистического поведения. Школа прекратила своё существование в течение столетия и уступила место философии эпикурейцев.
The Cyrenaics or Kyrenaics (Κυρηναϊκοί), were a sensual hedonist Greek school of philosophy founded in the 4th century BCE, supposedly by Aristippus of Cyrene, although many of the principles of the school are believed to have been formalized by his grandson of the same name, Aristippus the Younger. The school was so called after Cyrene, the birthplace of Aristippus. It was one of the earliest Socratic schools. The Cyrenaics taught that the only intrinsic good is pleasure, which meant not just the absence of pain (as it did for Epicurus), but positively enjoyable sensations. Of these, momentary pleasures, especially physical ones, are stronger than those of anticipation or memory. Further, they recognized the value of social obligation and that pleasure could be gained from altruistic behaviour. The school died out within a century and was replaced by the philosophy of Epicureanism.
История школы
История киренаической школы начинается с Аристиппа Киренского, родившегося около 435 года до н.э. В юности он прибыл в Афины и стал учеником Сократа. Мы располагаем лишь ограниченными сведениями о его деятельности после казни Сократа в 399 году до н.э., хотя сообщается, что некоторое время он жил при дворе Дионисия Сиракузского. Неясно, какие именно доктрины, приписываемые киренаической школе, были сформулированы Аристиппом. Диоген Лаэртский, ссылаясь на авторитет Соция и Панатия, представил обширный список книг, которые, как утверждается, были написаны Аристиппом. Однако Диоген также писал, что Сосикрат утверждал, будто Аристипп ничего не писал. Среди учеников Аристиппа была его дочь Арета Киренская, а среди её учеников – её сын Аристипп Младший. Именно он, согласно Аристоклю, создал целостную систему. По крайней мере, можно утверждать, что основы киренаиской философии были заложены идеями старшего Аристиппа, усовершенствованными Аретой и затем дополнительно разработанными Аристиппом Младшим. После времени Аристиппа Младшего школа распалась на различные направления, представленные Анницерисом, Гегесием и Теодором, которые развивали конкурирующие интерпретации киренаиских доктрин, многие из которых были ответом на новую систему гедонистической философии, предложенную Эпикуром. К середине III века до н.э. киренаическая школа утратила актуальность; эпикурейцы успешно обошли своих киренаических соперников, предложив более развитую систему.
Философия
Киренаики были гедонистами и полагали, что наслаждение – высшее благо в жизни, особенно физическое, которое они считали более сильным и более желанным, чем душевные наслаждения. Наслаждение – единственное благо в жизни, а страдание – единственное зло. Сократ считал, что добродетель – единственное благо для человека, но он также признавал ограниченную роль ее полезности, позволяя наслаждению быть вторичной целью нравственного поступка. Аристипп и его последователи ухватились за эту идею и сделали наслаждение единственной конечной целью жизни, отрицая, что добродетель обладает какой-либо внутренней ценностью.
Эпистемология
Киренаики были известны своей скептической теорией познания. Они свели логику к базовому учению о критерии истины. Они полагали, что мы можем с уверенностью знать наши непосредственные чувственные переживания (например, что я сейчас испытываю сладкое ощущение), но ничего не можем знать о природе объектов, вызывающих эти ощущения (например, что мёд сладкий). Все познание – это познание собственного непосредственного ощущения. Эти ощущения – это движения, которые являются чисто субъективными и болезненными, безразличными или приятными, в зависимости от того, являются ли они сильными, спокойными или мягкими. Более того, они полностью индивидуальны и ни в коем случае не могут быть описаны как объективно принадлежащие миру. Таким образом, чувство – единственный возможный критерий познания и поведения. Однако некоторые действия, доставляющие немедленное удовольствие, могут породить боль, превышающую полученное наслаждение. Мудрый человек должен управлять удовольствиями, а не быть их рабом, иначе это приведет к боли, что требует рассудительности для оценки различных удовольствий жизни. Следует учитывать закон и обычаи, поскольку, хотя сами по себе они не имеют внутренней ценности, их нарушение повлечет за собой неприятные наказания со стороны других. Но Анницерис придавала большое значение любви к семье, родине, дружбе и благодарности, которые приносят удовольствие даже тогда, когда требуют жертв. Гегесий считал, что достижение эвдаймонии невозможно. Для Гегесия киренаический гедонизм был просто наименее иррациональной стратегией для преодоления жизненных страданий, и он придавал большее значение необходимости умеренности и справедливости. Он также был известен как атеист. Фактически, существуют поразительные сходства с принципами буддизма, поэтому иногда предполагается, что Гегесий мог находиться под непосредственным влиянием буддийских учений через контакты с предполагаемыми миссионерами, посланными к его правителям в III веке до нашей эры.
Другие влияния
Киринейский идеал был чужд христианству, и в целом последующие мыслители считали его идеалом беспросветного пессимизма. Однако в гораздо более поздние времена он нашел выражение во многих этических и литературных произведениях, и встречается также в другой древней негреческой литературе. Согласно «Энциклопедии Британника» одиннадцатого издания, четверостишия в «Рубайях» Омара Хайяма и пессимистические стихи в книге Екклесиаста могли бы принадлежать Аристиппу. Так же и у Байрона и Гейне прослеживается стремление найти избавление от интеллектуального тупика в откровенном эстетическом наслаждении. Таким образом, киренаизм не исчез бесследно, будучи поглощенным эпикурейством.