Сеть социальных связей и родство в антропологии.

Родство в антропологии: изучение социальных связей, брака, семьи и воспитания детей. Влияние родственных отношений на экономику, политику и религию.

25 мин чтения

100%

Источник: Kinship — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Сеть человеческих социальных отношений

В антропологии родство – это сеть социальных отношений, составляющих важную часть жизни всех людей во всех обществах, хотя его точные значения даже в рамках этой дисциплины часто являются предметом дискуссий. Антрополог Робин Фокс утверждает, что изучение родства – это изучение того, что люди делают с этими базовыми фактами жизни: спариванием, вынашиванием, родительством, социализацией, братством и т. д. Он считает, что человеческое общество уникально тем, что мы «работаем с тем же исходным материалом, что и в животном мире, но можем концептуализировать и классифицировать его для достижения социальных целей». Эти социальные цели включают социализацию детей и формирование основных экономических, политических и религиозных групп. Родство может относиться как к самим моделям социальных отношений, так и к изучению этих моделей в одной или нескольких человеческих культурах (то есть к исследованиям родства). За свою историю антропология разработала ряд связанных концепций и терминов в изучении родства, таких как происхождение, группа по происхождению, родословная, свойство/свойственник, кровное родство/когнаты и фиктивное родство. Более того, даже в этих двух широких значениях термина существуют различные теоретические подходы. В широком смысле, модели родства могут включать людей, связанных как происхождением – то есть социальными отношениями в процессе развития, – так и браком. Отношения родства, возникающие через брак, обычно называются «свойством» в отличие от отношений, возникающих в группе по происхождению, которую можно назвать группой происхождения. В некоторых культурах отношения родства могут распространяться на людей, с которыми индивид имеет экономические или политические отношения, или другие формы социальных связей. В рамках культуры некоторые группы по происхождению могут считаться ведущими к богам или животным предкам (тотемам). Это может пониматься более или менее буквально. Родство также может относиться к принципу, по которому индивиды или группы индивидов организуются в социальные группы, роли, категории и генеалогию посредством терминологии родства. Семейные отношения могут быть представлены конкретно (мать, брат, дедушка) или абстрактно – степенями родства (расстоянием родства). Отношение может быть относительным (например, отец по отношению к ребенку) или отражать абсолютное (например, разница между матерью и бездетной женщиной). Степени родства не идентичны наследству или правопреемству. Многие этические кодексы рассматривают связь родства как создающую обязательства между родственниками, более сильные, чем между незнакомцами, как, например, в конфуцианском сыновнем почтении. В более общем смысле, родство может относиться к сходству или свойству между сущностями на основе некоторых или всех их характеристик, находящихся в центре внимания. Это может быть связано с общим онтологическим происхождением, общим историческим или культурным связями или другими воспринимаемыми общими чертами, которые связывают две сущности. Например, человек, изучающий онтологические корни человеческих языков (этимологию), может спросить, есть ли родство между английским словом seven и немецким словом sieben. Его можно использовать в более широком смысле, например, в заголовке новости «Мадонна чувствует родство с оклеветанной Уоллис Симпсон», чтобы подразумевать ощущаемое сходство или сочувствие между двумя или более сущностями. В биологии «родство» обычно относится к степени генетического родства или коэффициенту родства между отдельными членами вида (например, как в теории родственного отбора). Оно также может использоваться в этом конкретном смысле применительно к человеческим отношениям, в этом случае его значение ближе к кровному родству или генеалогии.

In anthropology, kinship is the web of social relationships that form an important part of the lives of all humans in all societies, although its exact meanings even within this discipline are often debated. Anthropologist Robin Fox says that the study of kinship is the study of what humans do with these basic facts of lifemating, gestation, parenthood, socialization, siblingship etc. Human society is unique, he argues, in that we are "working with the same raw material as exists in the animal world, but [we] can conceptualize and categorize it to serve social ends." These social ends include the socialization of children and the formation of basic economic, political and religious groups. Kinship can refer both to the patterns of social relationships themselves, or it can refer to the study of the patterns of social relationships in one or more human cultures (i. e. kinship studies). Over its history, anthropology has developed a number of related concepts and terms in the study of kinship, such as descent, descent group, lineage, affinity/affine, consanguinity/cognate and fictive kinship. Further, even within these two broad usages of the term, there are different theoretical approaches. Broadly, kinship patterns may be considered to include people related by both descent – i. e. social relations during development – and by marriage. Human kinship relations through marriage are commonly called "affinity" in contrast to the relationships that arise in one's group of origin, which may be called one's descent group. In some cultures, kinship relationships may be considered to extend out to people an individual has economic or political relationships with, or other forms of social connections. Within a culture, some descent groups may be considered to lead back to gods or animal ancestors (totems). This may be conceived of on a more or less literal basis. Kinship can also refer to a principle by which individuals or groups of individuals are organized into social groups, roles, categories and genealogy by means of kinship terminologies. Family relations can be represented concretely (mother, brother, grandfather) or abstractly by degrees of relationship (kinship distance). A relationship may be relative (e. g. a father in relation to a child) or reflect an absolute (e. g. the difference between a mother and a childless woman). Degrees of relationship are not identical to heirship or legal succession. Many codes of ethics consider the bond of kinship as creating obligations between the related persons stronger than those between strangers, as in Confucian filial piety. In a more general sense, kinship may refer to a similarity or affinity between entities on the basis of some or all of their characteristics that are under focus. This may be due to a shared ontological origin, a shared historical or cultural connection, or some other perceived shared features that connect the two entities. For example, a person studying the ontological roots of human languages (etymology) might ask whether there is kinship between the English word seven and the German word sieben. It can be used in a more diffuse sense as in, for example, the news headline "Madonna feels kinship with vilified Wallis Simpson", to imply a felt similarity or empathy between two or more entities. In biology, "kinship" typically refers to the degree of genetic relatedness or the coefficient of relationship between individual members of a species (e. g. as in kin selection theory). It may also be used in this specific sense when applied to human relationships, in which case its meaning is closer to consanguinity or genealogy.

Типы семей

Семья – это группа людей, связанных кровным родством (признанным происхождением), свойством (браком) или совместным проживанием/совместным потреблением (см. родство по уходу). В большинстве обществ семья является основным институтом социализации детей. Как базовая ячейка воспитания детей, антропологи обычно классифицируют организацию семьи как матрифокальную (мать и её дети); конъюгальную (муж, жена и дети; также называемую нуклеарной семьёй); авенкулярную (брат, сестра и дети её брата); или расширенную семью, в которой родители и дети проживают совместно с другими членами семьи одного из родителей. Однако, воспроизводство детей – не единственная функция семьи; в обществах с половым разделением труда, брак и вытекающие из него отношения между двумя людьми необходимы для формирования экономически продуктивного хозяйства.

Три-реляционные родственные термины

В то время как обычные термины родства, обсуждаемые выше, обозначают отношения между двумя субъектами (например, слово "сестра" обозначает отношения между говорящим или другим субъектом и другим субъектом женского пола, имеющим общих родителей), триреляционные термины родства – также известные как треугольные, триадические, тройные и общие термины – обозначают отношения между тремя различными субъектами. Они часто встречаются в языках австралийских аборигенов в контексте системы родства австралийских аборигенов. В языке бининдж кунвок, например, биреляционный термин родства *nakurrng* отличается от своего триреляционного соответствия положением притяжательного местоимения *ke*. Когда *nakurrng* связано с адресатом, а *ke* стоит на втором месте, это просто означает "брат" (что включает в себя более широкий круг отношений, чем в английском языке). Однако, когда *ke* ставится в начало, термин *nakurrng* теперь включает говорящего мужчину как *propositus* (т.е. точку отсчета для определения родства) и охватывает всю связь следующим образом:
Человек (Референт), который является вашим (Адресата) дядей по материнской линии и который является моим (Говорящего) племянником, поскольку вы – мой внук.

Групповые термины и местоимения на основе родства

Многие австралийские языки также имеют сложные системы обозначений для групп людей, основанные на их взаимоотношениях (а не только на их отношениях с говорящим или с внешним субъектом, например, "дедушками и бабушками"). Например, в языке куук таайорре дедушку по материнской линии и его сестру называют paanth ngan ngethe и обращаются к ним с вокативным нгетином. В языке барди отец и его сестра – irrmoorrgooloo; жена мужчины и его дети – aalamalarr. В языке мурринх-пата не-единственные местоимения различаются не только по гендерному составу группы, но и по взаимосвязи между членами группы. Если члены группы находятся в отношениях, подобных родственным, то выбирается третье местоимение (SIB), отличное от мужского (MASC) и женского/среднего (FEM).

Правила спуска

Во многих обществах, где важны родственные связи, существуют правила, хотя они могут быть явно сформулированы или приниматься как должное. Антропологи используют четыре основных категории для классификации правил происхождения: билатеральное, унилинейное, амбилинейное и двойное происхождение. Билатеральное происхождение, или происхождение по двум линиям, связывает индивида в равной степени с родственниками как по отцовской, так и по материнской линии. Хорошим примером является народ якурр из штата Крос-Ривер в Нигерии. Унилинейное происхождение связывает индивида с предками только по одной линии – либо по мужской, либо по женской. Оно подразделяется на две формы: патрилинейное (по мужской линии) и матрилинейное (по женской линии). Большинство обществ придерживаются патрилинейного принципа. Примерами матрилинейной системы происхождения являются народ ньякуса из Танзании и народ наир из Индии. Во многих обществах, практикующих матрилинейную систему, часто встречается матрилокальный тип проживания, однако мужчины все равно сохраняют значительную власть. Амбилинейное (или когнатическое) происхождение связывает индивида с родственниками по линии либо отца, либо матери. В обществах, практикующих эту систему, одни люди ассоциируют себя с группой родственников по отцовской линии, а другие – по материнской. Индивид может сам выбирать, с какой стороной он хочет быть связан. Прекрасным примером амбилинейного общества являются самоанцы из Южной части Тихого океана. Основные члены группы самоанского происхождения могут жить вместе в одном хозяйственном комплексе. Двойное происхождение (или двойное унилинейное происхождение) относится к обществам, в которых признаются как патрилинейная, так и матрилинейная линии происхождения. В таких обществах индивид для одних целей ассоциируется с группой родственников по отцовской линии, а для других – с группой родственников по материнской линии. Индивиды в этих обществах признаются членами нескольких групп происхождения, обычно как минимум двух. Наиболее известным примером двойного происхождения является народ афикпо из штата Имо в Нигерии. Хотя патрилиней считается важным методом организации, народ афикпо считает матрилинейные связи более важными.

In many societies where kinship connections are important, there are rules, though they may be expressed or be taken for granted. There are four main headings that anthropologists use to categorize rules of descent. They are bilateral, unilineal, ambilineal and double descent. Bilateral descent or two sided descent affiliates an individual more or less equally with relatives on his father's and mother's sides. A good example is the Yakurr of the Crossriver state of Nigeria. Unilineal rules affiliates an individual through the descent of one sex only, that is, either through males or through females. They are subdivided into two: patrilineal (male) and matrilineal (female). Most societies are patrilineal. Examples of a matrilineal system of descent are the Nyakyusa of Tanzania and the Nair of India. Many societies that practise a matrilineal system often have a matrilocal residence but men still exercise significant authority. Ambilineal (or Cognatic) rule affiliates an individual with kinsmen through the father's or mother's line. Some people in societies that practise this system affiliate with a group of relatives through their fathers and others through their mothers. The individual can choose which side he wants to affiliate to. The Samoans of the South Pacific are an excellent example of an ambilineal society. The core members of the Samoan descent group can live together in the same compound. Double descent (or double unilineal descent) refers to societies in which both the patrilineal and matrilineal descent group are recognized. In these societies an individual affiliates for some purposes with a group of patrilineal kinsmen and for other purposes with a group of matrilineal kinsmen. Individuals in societies that practice this are recognized as a part of multiple descent groups, usually at least two. The most widely known case of double descent is the Afikpo of Imo state in Nigeria. Although patrilineage is considered an important method of organization, the Afikpo considers matrilineal ties to be more important.

Группы потомства

Группа происхождения – это социальная группа, члены которой говорят об общем предке. Унилинейное общество – это общество, в котором происхождение индивида отсчитывается либо по материнской, либо по отцовской линии. Матрилинейное происхождение основано на родственных связях с женщинами семейной линии. В таких обществах ребенка не считают принадлежащим к семье отца, а рассматривают как члена семьи матери. Проще говоря, индивиды принадлежат к группе происхождения своей матери. Матрилинейное происхождение включает в себя брата матери, который в некоторых обществах может передавать наследство детям сестры или правопреемство сыну сестры. В противоположность этому, при патрилинейном происхождении индивиды принадлежат к группе происхождения своего отца. Детей признают членами семьи отца, а происхождение основывается на родственных связях с мужчинами семейной линии. Некоторые общества отсчитывают происхождение по отцовской линии для одних целей и по материнской для других. Такая система иногда называется двойным происхождением. Например, определенное имущество и титулы могут передаваться по мужской линии, а другие – по женской. Общества также могут считать происхождение амбилинейным (например, в гавайской системе родства), когда потомки сами определяют свою родословную по материнской или отцовской линии.

Родословные, кланы, фратрии, моёты и брачные стороны

Род – это группа по линии одного предка, которая может продемонстрировать своё общее происхождение от известного апикального предка. Роды по линии одного предка могут быть матрилинейными или патрилинейными, в зависимости от того, прослеживаются ли они по материнской или отцовской линии соответственно. То, какое происхождение – матрилинейное или патрилинейное – считается наиболее значимым, различается в разных культурах. Клан – это группа, заявляющая об общем происхождении от апикального предка. Часто детали родословной не являются важными элементами клановой традиции. Нечеловеческие апикальные предки называются тотемами. Примеры кланов встречаются в чеченском, китайском, ирландском, японском, польском, шотландском, тлингитском и сомалийском обществах. Фратрия – это группа происхождения, состоящая из трёх или более кланов, каждый из которых ведёт своё происхождение от общего предка более раннего поколения. Если общество разделено ровно на две группы происхождения, каждая из них называется мойте, от французского слова, означающего «половина». Если обе половины обязаны заключать браки с представителями другой половины, то они называются брачными мойте. Хаусман и Уайт (1998b, библиография) обнаружили множество обществ, где анализ сетей родства показывает, что две половины заключают браки друг с другом, подобно брачным мойте, за исключением того, что эти две половины – которые они называют брачными сторонами – не имеют ни названия, ни статуса групп происхождения, хотя эгоцентрические термины родства могут соответствовать модели разделения на стороны, в то время как само разделение на стороны культурно очевидно, но не всегда чётко выражено. Таким образом, деме – это локальная эндогамная община, не имеющая внутренней сегментации на кланы.

Домские общества

В некоторых обществах родственные и политические отношения организованы вокруг членства в корпоративно организованных жилищах, а не вокруг групп происхождения или родословных, как, например, в "Доме Виндзоров". Концепция "общества дома" была впервые предложена Клодом Леви-Строссом, который назвал их "sociétés à maison". Эта концепция используется для понимания организации обществ, от Мезоамерики и Молуккских островов до Северной Африки и средневековой Европы. Леви-Стросс предложил эту концепцию как альтернативу "корпоративной группе родства" среди когнитивных систем родства в регионе Тихого океана. Социально значимые объединения в этих обществах имеют изменчивый состав, поскольку родство отсчитывается билатерально (по линии как отца, так и матери) и формируется лишь на короткие периоды времени. Основой существования группы не являются собственность, генеалогия или место жительства.

Брак (родственность)

Брак – это общественно или ритуально признанный союз или юридический договор между супругами, устанавливающий права и обязанности между ними, между ними и их детьми, а также между ними и родственниками супругов. Определение брака варьируется в зависимости от культуры, но в основе своей это институт, в котором признаются межличностные отношения, как правило, близкие и сексуальные. В широком смысле брак считается культурным универсалией. Широкое определение брака включает в себя моногамные, полигамные, однополые и временные браки. Заключение брака обычно влечет за собой нормативные или юридические обязательства между участвующими сторонами и любыми детьми, которые могут у них родиться. Например, брак может рассматриваться как "союз мужчины и женщины, в результате которого дети, рожденные женщиной, признаются законными потомками обоих партнеров". Эдмунд Лич утверждал, что не существует единого определения брака, применимого ко всем культурам, но предложил список из десяти прав, часто связанных с браком, включая сексуальную монополию и права в отношении детей (при этом конкретные права различаются в разных культурах). Существует значительное межкультурное разнообразие в социальных правилах, регулирующих выбор брачного партнера. Во многих обществах выбор партнера ограничен подходящими лицами из определенных социальных групп. В некоторых обществах принято выбирать партнера из собственной социальной группы – эндогамия, что характерно для многих классовых и кастовых обществ. Однако в других обществах партнер должен быть выбран из другой группы – экзогамия, что встречается во многих обществах, практикующих тотемическую религию, где общество разделено на несколько экзогамных тотемных кланов, например, в большинстве обществ австралийских аборигенов. Браки между родителями и детьми или между полнородными братьями и сестрами, за редкими исключениями, считались инцестом и запрещались. Тем не менее, браки между более дальними родственниками были гораздо более распространены: по одной оценке, 80% всех браков в истории заключались между двоюродными братьями или более близкими родственниками.

Marriage is a socially or ritually recognized union or legal contract between spouses that establishes rights and obligations between them, between them and their children, and between them and their in laws. The definition of marriage varies according to different cultures, but it is principally an institution in which interpersonal relationships, usually intimate and sexual, are acknowledged. When defined broadly, marriage is considered a cultural universal. A broad definition of marriage includes those that are monogamous, polygamous, same sex and temporary. The act of marriage usually creates normative or legal obligations between the individuals involved, and any offspring they may produce. Marriage may result, for example, in "a union between a man and a woman such that children born to the woman are the recognized legitimate offspring of both partners." Edmund Leach argued that no one definition of marriage applied to all cultures, but offered a list of ten rights frequently associated with marriage, including sexual monopoly and rights with respect to children (with specific rights differing across cultures). There is wide cross cultural variation in the social rules governing the selection of a partner for marriage. In many societies, the choice of partner is limited to suitable persons from specific social groups. In some societies the rule is that a partner is selected from an individual's own social group – endogamy, this is the case in many class and caste based societies. But in other societies a partner must be chosen from a different group than one's own – exogamy, this is the case in many societies practicing totemic religion where society is divided into several exogamous totemic clans, such as most Aboriginal Australian societies. Marriages between parents and children, or between full siblings, with few exceptions, have been considered incest and forbidden. However, marriages between more distant relatives have been much more common, with one estimate being that 80% of all marriages in history have been between second cousins or closer.

Альянс (системы супружеского обмена)

Систематические формы преференциального брака могут иметь более широкие социальные последствия в плане экономической и политической организации. В широком спектре обществ, основанных на родословной и использующих классификационную систему родства, потенциальные супруги ищутся среди определенной категории родственников, определяемой предписывающим правилом брака. Поскольку браки регулярно заключаются в соответствии с этими предписаниями, родословные линии связываются в устойчивых отношениях; эти связи между родословными могут формировать политические союзы в обществах, где родство играет доминирующую роль. Французский структурный антрополог Клод Леви-Стросс разработал теорию альянса для объяснения "элементарных" структур родства, создаваемых ограниченным числом возможных предписывающих правил брака. В своей работе "Элементарные структуры родства" (1949) Клод Леви-Стросс утверждал, что табу на кровосмешение обуславливает обмен женщинами между группами родства. Таким образом, Леви-Стросс сместил акцент с групп происхождения на устойчивые структуры или отношения между группами, создаваемые правилами преференциального и предписывающего брака.

История

Одной из основополагающих работ в антропологическом изучении родства была книга Л.Г. Моргана «Системы кровного родства и свойства у человеческой семьи» (1871). Как и в случае с другими социальными науками, антропология и исследования родства возникли в эпоху, когда понимание сравнительного места человека в мире существенно отличалось от современного. Доказательства того, что жизнь в устойчивых социальных группах характерна не только для людей, но и для многих других приматов, еще не были получены, и общество рассматривалось как явление, присущее исключительно человеку. В результате, ранние теоретики родства видели очевидную необходимость объяснять не только детали построения человеческих социальных групп, их структуры, значения и обязательства, но и причины самого возникновения этих групп. Таким образом, объяснения причин обычно представляли факт жизни в социальных группах (которая казалась уникальной для человека) как в значительной степени обусловленный человеческими представлениями и ценностями.

Раннее влияние Моргана

Объяснение Моргана, почему люди живут в группах, в значительной степени основывалось на представлении о том, что все люди изначально придают естественную ценность родственным связям (неподтвержденное предположение, которое оставалось в центре исследований родства еще на протяжении столетия, см. ниже), и, следовательно, испытывают врожденное стремление формировать социальные группы вокруг этих связей. Тем не менее, Морган обнаружил, что члены общества, не являющиеся близкими родственниками, тем не менее могут использовать то, что он назвал терминами родства (которые, по его мнению, первоначально основывались на родственных связях). Этот факт уже проявился в его использовании термина «сродство» в рамках его концепции системы родства. Наиболее значительным вкладом Моргана стало его открытие различия между описательными и классификационными терминами родства, которое позволило выделить широкие классы родства на основе приписывания абстрактных социальных моделей отношений, мало или не связанным с генетическим родством, но отражающим представления о родстве, социальные различия, влияющие на языковое использование в терминологии родства, и тесно коррелирующим, хотя бы приблизительно, с моделями брака.

Сети родства и социальный процесс

Более гибкий взгляд на родство был сформулирован в британской социальной антропологии. Среди попыток преодолеть универсализирующие предположения и теории о родстве, Радклифф-Браун (1922, Андаманские острова; 1930, Социальная организация австралийских племен) первым заявил, что родственные отношения лучше всего понимать как конкретные сети взаимоотношений между индивидуумами. Однако он описал эти отношения как типизированные переплетающимися межличностными ролями. Малиновский (1922, Аргонавты Западного Тихого океана) описал схемы событий с участием конкретных индивидуумов, подчеркивая относительную стабильность институтов и сообществ, но не настаивая на абстрактных системах или моделях родства. Глюкман (1955, Судебный процесс среди народа Бароце в Северной Родезии) сбалансировал акцент на стабильности институтов с процессами изменений и конфликтов, выявленными посредством детального анализа случаев социального взаимодействия для выявления правил и предположений. Джон Барнс, Виктор Тернер и другие, связанные с манчестерской школой антропологии Глюкмана, описали схемы реальных сетевых отношений в сообществах и изменчивых ситуациях в городском или миграционном контексте, как, например, в работе Дж. Клайда Митчелла (1965, Социальные сети в городских условиях). Тем не менее, все эти подходы оставались верны концепции стабильного функционализма, рассматривая родство как один из центральных стабильных институтов. В последнее время, под влиянием "новых исследований родства", произошел сдвиг акцента с бытия родства на его создание. Новое поколение антропологов изучает процессы создания родства в новых контекстах, таких как мигрантские сообщества и квир-семьи.

"Система родства" как системная модель

Концепция «системы родства» преобладала в антропологических исследованиях родства в начале XX века. Системы родства, как они определялись в антропологических текстах и этнографиях, рассматривались как совокупность моделей поведения и установок, связанных с различиями в терминологии, перечисленной выше, используемой для обозначения родственных связей и обращения друг к другу. Многие антропологи доходили до того, что видели в этих моделях родства тесную связь между категориями родства и моделями брака, включая формы брака, ограничения на брак и культурные представления о границах инцеста. Построение таких «систем» родства неизбежно требовало большого количества предположений, а попытки создать системные модели и реконструировать эволюционную историю родства на их основе в последующих работах были в значительной степени признаны несостоятельными. Однако антрополог Дуайт Рид позднее утверждал, что способ определения категорий родства отдельными исследователями существенно непоследователен. Это проявляется не только при работе в рамках системной культурной модели, которую можно выявить в полевых исследованиях, но и при допущении значительной индивидуальной вариативности в деталях, например, при их фиксации на основе относительных данных.

Конфликтные теории середины 20-го века

Пытаясь разрешить проблемы сомнительных умозаключений о "системах" родства, Джордж П. Мёрдок (1949, Социальная структура) собрал данные о родстве для проверки теории об универсалиях в человеческом родстве, рассматривая, как терминология формируется под влиянием поведенческого сходства или социальных различий между парами родственников, и исходил из представления, что психологическая организация систем родства распространяется от эго и нуклеарной семьи на различные формы расширенной семьи. Леви-Стросс (1949, Les Structures Elementaires), напротив, также искал глобальные закономерности в родстве, но считал, что "элементарные" формы родства заключаются в способах, которыми семьи связаны браком в различных фундаментальных формах, напоминающих формы обмена: симметричный и прямой, отсроченный взаимный или обобщенный обмен.

Критика Шнайдера генеалогических концепций

До того как в антропологии возникли вопросы, поднятые Дэвидом М. Шнайдером в его исследовании "родства" и связанных с ним символических значений в американской культуре, было установлено, что американцы придают особое значение "родственным связям", а также сопутствующим символам, таким как естественность брака и воспитания детей в этой культуре. В более поздних работах (1972 и 1984) Шнайдер утверждал, что некритически принятые генеалогические представления о родстве укоренились в антропологии со времен ранних работ Моргана, поскольку американские (и западноевропейские) антропологи ошибочно полагали, что эти специфические культурные ценности, такие как "кровь не вода", распространенные в их собственных обществах, являются "естественными" и универсальными для всех человеческих культур (то есть проявили этноцентризм). Он заключил, что из-за этих неисследованных предположений вся область изучения "родства" в антропологии могла быть построена на ложных основаниях. В своей книге 1984 года «Критика изучения родства» он наиболее полно изложил эту критику. Сам Шнайдер подчеркивал различие между пониманием социальных отношений как изначально данных и неотчуждаемых (от рождения) и социальных отношений как создаваемых, формируемых и поддерживаемых посредством процесса взаимодействия, посредством "деятельности" (Schneider 1984, 165). Шнайдер использовал пример отношений *цитамэнген / фак* в обществе Яп, которые в его ранних исследованиях ошибочно интерпретировались как отношения отца и сына, чтобы проиллюстрировать эту проблему.

Шнайдер предпочитал сосредотачиваться на этих часто игнорируемых процессах – "выполнении, формах деятельности, различных кодексах поведения, различных ролях" (с. 72) – как на наиболее важных составляющих родства. Его критика быстро побудила новое поколение антропологов пересмотреть то, как они концептуализировали, наблюдали и описывали социальные отношения ("родство") в изучаемых ими культурах.

Биология, психология и родство

Как и Шнайдер, другие антропологи, изучающие родство, в значительной степени отвергли социобиологические объяснения социальных моделей человека, считая их редукционистскими и эмпирически несовместимыми с этнографическими данными о человеческом родстве. Особенно примечательна резкая критика социобиологического подхода, высказанная Маршаллом Салинсом в его работе 1976 года «Использование и злоупотребление биологией» в обзорах этнографических исследований, где он отметил, что для человека «категории "близких" и "дальних" [родственников] варьируются независимо от степени кровного родства и что эти категории структурируют реальную социальную практику» (с. 112). Параллельно с антропологией, биологи, изучающие социальное поведение и взаимоотношения организмов, интересовались тем, при каких условиях значимое социальное поведение может эволюционировать и стать типичной чертой вида (см. теорию инклюзивной приспособленности). Поскольку сложные социальные взаимоотношения и сплоченные социальные группы распространены не только у людей, но и у большинства приматов, биологи считают, что эти биологические теории социальности в принципе должны быть универсально применимы. Более сложный вопрос заключается в том, как применять эти идеи к человеческому виду, полностью учитывая обширные этнографические данные, полученные в результате антропологических исследований родственных связей. Ранние разработки биологической теории инклюзивной приспособленности и производной от нее области социобиологии побудили некоторых социобиологов и эволюционных психологов подходить к изучению человеческого родства с предположением, что теория инклюзивной приспособленности предсказывает зависимость родственных отношений у людей от генетического родства, что они легко соотнесли с генеалогическим подходом ранних антропологов, таких как Морган (см. вышеупомянутые разделы). Однако именно эту позицию Шнайдер, Салинс и другие антропологи однозначно отвергают.

Нередуктивная биология и воспитание родства

В согласии со Шнайдером, Голланд утверждал, что точное изложение биологической теории и эмпирических данных подтверждает точку зрения, согласно которой социальные связи (и родство) действительно опосредуются общей социальной средой и процессами частого взаимодействия, заботы и воспитания, а не генеалогическими связями как таковыми (даже если генеалогические связи часто коррелируют с этими процессами). В своей книге 2012 года «Социальная связь и воспитательное родство» Голланд утверждает, что социологи и последующие эволюционные психологи искажают биологическую теорию, ошибочно полагая, что теория инклюзивной приспособленности предсказывает, что генетическое родство само по себе является условием, опосредующим социальную связь и социальное сотрудничество у организмов. Голланд указывает на то, что биологическая теория (см. инклюзивная приспособленность) лишь устанавливает, что статистическая связь между социальным поведением и генеалогическим родством является критерием эволюции социального поведения. Основатель теории, У.Д. Гамильтон, полагал, что социальное поведение организмов, скорее всего, опосредуется общими условиями, которые обычно коррелируют с генетическим родством, но вряд ли опосредуются генетическим родством как таковым (см. Инклюзивная приспособленность человека и распознавание родства). Голланд анализирует полевые исследования социальных млекопитающих и приматов, чтобы показать, что социальная связь и сотрудничество у этих видов действительно опосредуются процессами совместного жизненного контекста, знакомства и привязанности, а не генетическим родством как таковым. Таким образом, Голланд утверждает, что как биологическая теория, так и биологические данные являются недетерминированными и нередуктивными, и что биология как теоретическое и эмпирическое предприятие (в отличие от «биологии» как культурного символического узла, описанного в книге Шнайдера 1968 года) фактически поддерживает перспективу воспитательного родства культурных антропологов, работающих после Шнайдера (см. вышеуказанные разделы). Голланд утверждает, что, хотя существует нередуктивная совместимость в отношении человеческого родства между антропологией, биологией и психологией, для полного понимания родства в любой конкретной человеческой культуре этнографические методы, включая отчеты самих людей, анализ исторических обстоятельств, символических систем, экономических и других культурных влияний, остаются центрально важными. Позиция Голланда широко поддерживается как культурными антропологами, так и биологами как подход, который, по словам Робина Фокса, «достигает сути вопроса о спорных отношениях между категориями родства, генетическим родством и прогнозированием поведения».

In agreement with Schneider, Holland argued that an accurate account of biological theory and evidence supports the view that social bonds (and kinship) are indeed mediated by a shared social environment and processes of frequent interaction, care and nurture, rather than by genealogical relationships per se (even if genealogical relationships frequently correlate with such processes). In his 2012 book Social bonding and nurture kinship Holland argues that sociobiologists and later evolutionary psychologists misrepresent biological theory, mistakenly believing that inclusive fitness theory predicts that genetic relatedness per se is the condition that mediates social bonding and social cooperation in organisms. Holland points out that the biological theory (see inclusive fitness) only specifies that a statistical relationship between social behaviors and genealogical relatedness is a criterion for the evolution of social behaviors. The theory's originator, W. D. Hamilton considered that organisms' social behaviours were likely to be mediated by general conditions that typically correlate with genetic relatedness, but are not likely to be mediated by genetic relatedness per se (see Human inclusive fitness and Kin recognition). Holland reviews fieldwork from social mammals and primates to show that social bonding and cooperation in these species is indeed mediated through processes of shared living context, familiarity and attachments, not by genetic relatedness per se. Holland thus argues that both the biological theory and the biological evidence is nondeterministic and nonreductive, and that biology as a theoretical and empirical endeavor (as opposed to 'biology' as a cultural symbolic nexus as outlined in Schneider's 1968 book) actually supports the nurture kinship perspective of cultural anthropologists working post Schneider (see above sections). Holland argues that, whilst there is nonreductive compatibility around human kinship between anthropology, biology and psychology, for a full account of kinship in any particular human culture, ethnographic methods, including accounts of the people themselves, the analysis of historical contingencies, symbolic systems, economic and other cultural influences, remain centrally important. Holland's position is widely supported by both cultural anthropologists and biologists as an approach which, according to Robin Fox, "gets to the heart of the matter concerning the contentious relationship between kinship categories, genetic relatedness and the prediction of behavior".

Эволюционная психология

Другой подход, эволюционная психология, продолжает исходить из того, что генетическое родство (или генеалогия) является ключевым для понимания моделей человеческого родства. В отличие от позиции Сэлина (выше), Дейли и Уилсон утверждают, что "категории "близкие" и "далекие" не "варьируют независимо от степени кровного родства", ни в одном обществе на Земле" (Daly et al. 1997, с. 282). Распространено мнение, что у людей есть врожденная, но подверженная культурному влиянию система распознавания определенных форм генетического родства. Важным фактором для распознавания братьев и сестер, особенно актуальным для старших, является то, что если младенец и его мать заботятся о другом младенце, то этот младенец и сам субъект воспринимаются как родственники. Другой фактор, особенно важный для младших братьев и сестер, которые не могут использовать первый метод, заключается в том, что люди, выросшие вместе, воспринимают друг друга как родственников. Еще одним возможным фактором является генетическое распознавание, основанное на главном комплексе гистосовместимости (см. Главный комплекс гистосовместимости и половой отбор). Эта система распознавания родства, в свою очередь, влияет на другие генетические предрасположенности, такие как табу на инцест и склонность к альтруизму по отношению к родственникам. Один из вопросов в рамках этого подхода заключается в том, почему многие общества организованы по линии происхождения (см. ниже), а не исключительно по родству. Объяснение состоит в том, что родство не формирует четких границ и имеет разную центрированность для каждого индивида. В отличие от этого, группы по линии происхождения обычно формируют четкие границы и предоставляют простой способ создания кооперативных групп различного размера. Согласно гипотезе эволюционной психологии, предполагающей, что системы происхождения оптимизированы для обеспечения высокой вероятности генетического родства между членами рода, мужчины должны предпочитать патрилинейную систему при высокой уверенности в отцовстве; мужчины должны предпочитать матрилинейную систему при низкой уверенности в отцовстве. Некоторые исследования подтверждают эту связь: одно исследование не выявило ни одного патрилинейного общества с низкой уверенностью в отцовстве и ни одного матрилинейного общества с высокой уверенностью в отцовстве. Другая связь заключается в том, что пастушеские общества относительно чаще являются патрилинейными по сравнению с земледельческими. Это может быть связано с тем, что богатство в пастушеских обществах в виде мобильного скота может быть легко использовано для выплаты калыма, что способствует концентрации ресурсов на сыновьях, чтобы они могли жениться. Такое различие полезно, когда лицо, считающееся законным родителем ребенка, не является лицом, считающимся биологическим родителем ребенка. Например, в своей этнографии народа нуэр Эванс-Притчард отмечает, что если вдова после смерти мужа решает жить с любовником, не входящим в родственную группу ее покойного мужа, этот любовник считается только родителем (genitor) любых последующих детей вдовы, а ее покойный муж продолжает считаться отцом (pater). В результате любовник не имеет юридического контроля над детьми, которых родственники отца могут забрать у него по своему усмотрению. Термины "pater" и "genitor" также используются для описания отношений между детьми и их родителями в контексте развода в Великобритании. После развода и повторного брака родителей дети обнаруживают, что используют термины "мать" или "отец" по отношению к более чем одному человеку, и pater или mater, юридически ответственные за уход за ребенком и носящие фамилию ребенка, могут не быть genitor или genetrix ребенка, с которым поддерживаются отдельные родительско-детские отношения посредством договоренностей, таких как права посещения или совместная опека. Важно отметить, что термины "genitor" или "genetrix" не обязательно подразумевают фактические биологические отношения, основанные на кровном родстве, а скорее отражают общепринятое убеждение о физической связи индивида с ребенком, основанное на культурных представлениях о биологии. Например, народ ифугао может считать, что у внебрачного ребенка может быть более одного физического отца и, следовательно, назначать более одного genitor. Поэтому Дж. А. Барнс утверждал о необходимости дальнейшего разграничения между genitor и genetrix (предполагаемыми биологическими отцом и матерью ребенка) и фактическими генетическими отцом и матерью ребенка, разделяющими их гены или генетику.

The other approach, that of Evolutionary psychology, continues to take the view that genetic relatedness (or genealogy) is key to understanding human kinship patterns. In contrast to Sahlin's position (above), Daly and Wilson argue that "the categories of 'near' and 'distant' do not 'vary independently of consanguinal distance', not in any society on earth." (Daly et al. 1997, p282). A current view is that humans have an inborn but culturally affected system for detecting certain forms of genetic relatedness. One important factor for sibling detection, especially relevant for older siblings, is that if an infant and one's mother are seen to care for the infant, then the infant and oneself are assumed to be related. Another factor, especially important for younger siblings who cannot use the first method, is that persons who grew up together see one another as related. Yet another may be genetic detection based on the major histocompatibility complex (See Major Histocompatibility Complex and Sexual Selection). This kinship detection system in turn affects other genetic predispositions such as the incest taboo and a tendency for altruism towards relatives. One issue within this approach is why many societies organize according to descent (see below) and not exclusively according to kinship. An explanation is that kinship does not form clear boundaries and is centered differently for each individual. In contrast, descent groups usually do form clear boundaries and provide an easy way to create cooperative groups of various sizes. According to an evolutionary psychology hypothesis that assumes that descent systems are optimized to assure high genetic probability of relatedness between lineage members, males should prefer a patrilineal system if paternal certainty is high; males should prefer a matrilineal system if paternal certainty is low. Some research supports this association with one study finding no patrilineal society with low paternity confidence and no matrilineal society with high paternal certainty. Another association is that pastoral societies are relatively more often patrilineal compared to horticultural societies. This may be because wealth in pastoral societies in the form of mobile cattle can easily be used to pay bride price which favor concentrating resources on sons so they can marry. Such a distinction is useful when the individual who is considered the legal parent of the child is not the individual who is believed to be the child's biological parent. For example, in his ethnography of the Nuer, Evans Pritchard notes that if a widow, following the death of her husband, chooses to live with a lover outside of her deceased husband's kin group, that lover is only considered genitor of any subsequent children the widow has, and her deceased husband continues to be considered the pater. As a result, the lover has no legal control over the children, who may be taken away from him by the kin of the pater when they choose. The terms "pater" and "genitor" have also been used to help describe the relationship between children and their parents in the context of divorce in Britain. Following the divorce and remarriage of their parents, children find themselves using the term "mother" or "father" in relation to more than one individual, and the pater or mater who is legally responsible for the child's care, and whose family name the child uses, may not be the genitor or genitrix of the child, with whom a separate parent child relationship may be maintained through arrangements such as visitation rights or joint custody. It is important to note that the terms "genitor" or "genetrix" do not necessarily imply actual biological relationships based on consanguinity, but rather refer to the socially held belief that the individual is physically related to the child, derived from culturally held ideas about how biology works. So, for example, the Ifugao may believe that an illegitimate child might have more than one physical father, and so nominate more than one genitor. J. A. Barnes therefore argued that it was necessary to make a further distinction between genitor and genitrix (the supposed biological mother and father of the child), and the actual genetic father and mother of the child making them share their genes or genetics .

Состав отношений

Изучение родства может быть абстрагировано до бинарных отношений между людьми. Например, если x является родителем y, это отношение может быть символизировано как xPy. Обратное отношение, что y является ребенком x, записывается как yPTx. Предположим, что z – еще один ребенок x: zPTx. Тогда y является братом или сестрой z, поскольку они имеют общего родителя x: zPTxPy → zPTPy. Здесь отношение родства между братьями и сестрами выражается как композиция PTP родительского отношения с его обратным. Отношение «дедушка/бабушка» – это композиция родительского отношения с самим собой: G = PP. Дядя или тетя – это брат или сестра родителя, (PTP)P, что также можно интерпретировать как ребенка дедушки или бабушки, PT(PP). Предположим, что x является дедушкой/бабушкой y: xGy. Тогда y и z – двоюродные братья или сестры, если yGTxGz. Символы, используемые здесь для выражения родства, применяются более широко в алгебраической логике для разработки исчисления отношений с множествами, отличными от людей.

Степень

Степень родства Генетическое совпадение Инбредная линия не применимо 99% Идентичные близнецы первая степень 100% Полнородные братья/сестры первая степень 50% (2−1) Родитель первая степень 50% (2−1) Ребенок первая степень 50% (2−1) Полуродные братья/сестры вторая степень 25% (2−2)3/4 братья/сестры или двоюродные братья/сестры вторая степень 37.5% (3⋅2−3) Дедушка/бабушка вторая степень 25% (2−2) Внук/внучка вторая степень 25% (2−2) Тетя/дядя вторая степень 25% (2−2) Племянник/племянница вторая степень 25% (2−2) Полутетя/полудядя третья степень 12.5% (2−3) Полуплемянник/полуплемянница третья степень 12.5% (2−3) Прадедушка/прабабушка третья степень 12.5% (2−3) Правнук/правнучка третья степень 12.5% (2−3) Пратетя/прадядя третья степень 12.5% (2−3) Праплемянник/праплемянница третья степень 12.5% (2−3) Двоюродные братья/сестры первой степени третья степень 12.5% (2−3) Двоюродные братья/сестры первой степени (двойные) вторая степень 25% (2−2) Двоюродные братья/сестры первой степени (полуродные) четвертая степень 6.25% (2−4) Двоюродные братья/сестры первой степени, удаленные на одно поколение четвертая степень 6.25% (2−4) Двоюродные братья/сестры второй степени пятая степень 3.125% (2−5) Двоюродные братья/сестры второй степени (двойные) четвертая степень 6.25% (2−4) Двоюродные братья/сестры второй степени (тройные) четвертая степень 9.375% (3⋅2−5) Двоюродные братья/сестры второй степени (четверные) третья степень 12.5% (2−3) Двоюродные братья/сестры третьей степени седьмая степень 0.781% (2−7) Двоюродные братья/сестры четвертой степени девятая степень 0.20% (2−9)