Введение
Матриархия — это социальная система, в которой доминирующие и властные позиции преимущественно занимают женщины. В более широком смысле она может распространяться также на моральный авторитет, социальные привилегии и контроль над имуществом. Хотя эти определения применимы в общем английском языке, определения, используемые в антропологии и феминизме, в некоторых аспектах различаются. Большинство антропологов полагают, что не существует обществ, которые были бы однозначно матриархальными. В то время как некоторые могут считать любой непатриархальный строй матриархальным, большинство исследователей исключают такие системы из числа матриархий в строгом смысле этого слова.
Matriarchy is a social system in which positions of dominance and authority are primarily held by women. In a broader sense it can also extend to moral authority, social privilege, and control of property. While those definitions apply in general English, definitions specific to anthropology and feminism differ in some respects. Most anthropologists hold that there are no known societies that are unambiguously matriarchal. While some may consider any non patriarchal system to be matriarchal, most academics exclude those systems from matriarchies as strictly defined.
Определения, коннотации и этимология
Согласно Оксфордскому словарю английского языка (OED), матриархат – это «форма общественной организации, в которой мать или старшая женщина является главой семьи, а происхождение и родство отсчитываются по женской линии; правление или власть женщины или женщин». Популярное определение, согласно Джеймсу Пейплсу и Гаррику Бейли, – «женское доминирование». В рамках академической дисциплины культурной антропологии, согласно OED, матриархат – это «культура или сообщество, в котором преобладает такая система». Матриархат – это общество, в котором женщины, особенно матери, играют центральную роль в политическом лидерстве, моральном авторитете и контроле над собственностью, но не включает общество, которое время от времени возглавляется женщиной по причинам, не связанным с матриархатом, или профессию, в которой женщины обычно преобладают без привязки к матриархату, например, проституцию или женские вспомогательные организации, управляемые мужчинами. Согласно Лоуренсу А. Кузнеру в 1997 году, А. Р. Рэдклифф-Браун в 1924 году утверждал, что определения матриархата и патриархата имеют «логические и эмпирические недостатки и слишком расплывчаты, чтобы быть научно полезными». Большинство ученых исключают эгалитарные непатриархальные системы из более строго определенных матриархатов. По словам Хайде Гетнер Абендрот, нежелание признавать существование матриархатов может быть основано на специфическом, культурно обусловленном представлении о том, как определять матриархат: поскольку в патриархате мужчины правят женщинами, матриархат часто концептуализируется как правление женщин над мужчинами, в то время как она считала, что матриархаты являются эгалитарными. Слово «матриархат», обозначающее общество, политически возглавляемое женщинами, особенно матерями, которые также контролируют собственность, часто интерпретируется как гендерный антипод патриархата, но это не антипод. По мнению Пейплса и Бейли, антрополог Пегги Ривз Сандей считает, что матриархаты – это не зеркальное отражение или инверсия патриархатов, а скорее матриархат «подчеркивает материнские смыслы, где «материнские символы связаны с социальными практиками, влияющими на жизнь обоих полов, и где женщины играют центральную роль в этих практиках». Журналистка Марго Адлер написала: «Буквально, ["матриархат"] означает правление матерей, или, шире, правление и власть в руках женщин». Барбара Лав и Элизабет Шенклин написали: «под "матриархатом" мы подразумеваем не отчужденное общество: общество, в котором женщины, производящие следующее поколение, определяют материнство, определяют условия материнства и определяют среду, в которой воспитывается следующее поколение». По словам Синтии Эллер, «о "матриархате" можно думать как о кратком описании любого общества, в котором власть женщин равна или превосходит власть мужчин, и в котором культура сосредоточена вокруг ценностей и жизненных событий, описываемых как "женские"". Эллер писала, что идея матриархата в основном опирается на два столпа: романтизм и современную социальную критику. Понятие матриархата было призвано описать нечто вроде утопии, помещенной в прошлое, чтобы легитимизировать современную социальную критику. Что касается доисторического матриархального Золотого Века, то, по словам Барбары Эпштейн, «матриархат означает социальную систему, организованную вокруг матрилинейности и поклонения богиням, в которой женщины занимают властные позиции». По словам Адлер, в марксистской традиции это обычно относится к предклассовому обществу, «где женщины и мужчины в равной степени разделяют производство и власть». По словам Адлер, «некоторые феминистки отмечают, что в определениях слова [матриархат], несмотря на его буквальное значение, мало кто включает в себя какую-либо концепцию власти, и они предполагают, что столетия угнетения сделали невозможным для женщин представить себе такую власть». Школа матриархальных исследований, возглавляемая Геттнер Абендрот, призывает к еще более всеобъемлющему переопределению термина: Геттнер Абендрот определяет современные матриархальные исследования как «исследование и представление непатриархальных обществ», фактически определяя матриархат как непатриархат. Она также определила матриархат как характеризующийся равным распределением власти между двумя полами. По словам Дайан Лебоу, «матриархальные общества часто описываются как эгалитарные», хотя антрополог Руби Рорлих писала о «центральной роли женщин в эгалитарном обществе». Матриархат – это также публичная форма организации, в которой женщина занимает руководящую позицию в семье, поскольку четверть из них возглавлялись одинокими женщинами; таким образом, семьи, составляющие значительное меньшинство значительного меньшинства, могут быть достаточными для того, чтобы они составляли матриархат в рамках более крупного непотриархального общества с непотриархальной политической динамикой. Этимологически оно происходит от латинского māter (родительный падеж mātris), «мать», и греческого ἄρχειν (arkhein), «править». Понятие матриархата было определено Жозефом Франсуа Лафито (1681–1746), который первым назвал его ginécocratie. Согласно OED, самое раннее известное упоминание слова «матриархат» датируется 1885 годом. Термины с аналогичной этимологией также используются в различных социальных науках и гуманитарных науках для описания матриархальных или матриологических аспектов социальных, культурных и политических процессов. Прилагательное «матриологический» происходит от существительного «матриология», которое происходит от латинского слова māter (мать) и греческого слова λογος (logos, учение о). Термин «матриология» использовался в теологии и истории религий как обозначение изучения особых материнских аспектов различных женских божеств. Впоследствии этот термин был заимствован другими социальными науками и гуманитарными науками, и его значение было расширено, чтобы описать и определить особые доминирующие и ориентированные на женщин аспекты культурной и социальной жизни. Мужским аналогом матриологии является патриология, а патриархат – мужским аналогом матриархата.
The Matriarchal Studies school led by Göttner Abendroth calls for an even more inclusive redefinition of the term: Göttner Abendroth defines Modern Matriarchal Studies as the "investigation and presentation of non patriarchal societies", effectively defining matriarchy as non patriarchy. She has also defined matriarchy as characterized by the sharing of power equally between the two genders. According to Diane LeBow, "matriarchal societies are often described as egalitarian ", although anthropologist Ruby Rohrlich has written of "the centrality of women in an egalitarian society." Matriarchy is also the public formation in which the woman occupies the ruling position in a family. because a quarter of them were headed by single women; thus, families composing a substantial minority of a substantial minority could be enough for the latter to constitute a matriarchy within a larger non matriarchal society with non matriarchal political dynamics. Etymologically, it is from Latin māter (genitive mātris), "mother" and Greek ἄρχειν arkhein, "to rule". The notion of matriarchy was defined by Joseph François Lafitau (1681–1746), who first named it ginécocratie. According to the OED, the earliest known attestation of the word matriarchy is in 1885. Terms with similar etymology are also used in various social sciences and humanities to describe matriarchal or matriological aspects of social, cultural, and political processes. Adjective matriological is derived from the noun matriology that comes from Latin word māter (mother) and Greek word λογος (logos, teaching about). The term matriology was used in theology and history of religion as a designation for the study of particular motherly aspects of various female deities. The term was subsequently borrowed by other social sciences and humanities and its meaning was widened in order to describe and define particular female dominated and female centered aspects of cultural and social life. The male alternative for matriology is patriology, with patriarchy being the male alternative to matriarchy.
Связанные понятия
В своих работах Иоганн Якоб Бахофен и Льюис Морган использовали такие термины и выражения, как материнское право, женское правление, гинеократия и женская власть. Все эти термины имели одно и то же значение: власть женщин (матери или жены). Хотя Бахофен и Льюис Морган ограничивали понимание "материнского права" рамками домашнего очага, оно являлось основой женского влияния на всё общество. Авторы этих классических работ не считали, что гинеократия подразумевает "женское правление" в политическом смысле. Они понимали, что половая структура власти не связана с домашним укладом и ролями обоих полов.
Межпоколенческие отношения
Некоторые люди, искавшие доказательства существования матриархата, часто смешивали его с антропологическими терминами и концепциями, описывающими конкретные формы организации семейных отношений и семейной жизни, такие как матрилинейность и матрилокальность. Эти термины описывают отношения между поколениями (как и матриархат), но не подразумевают различия между мужчинами и женщинами, поскольку относятся к конкретным условиям для сыновей и дочерей с точки зрения их родственников по материнской линии. Следовательно, эти концепции не отражают матриархат как «власть женщин над мужчинами», а описывают лишь семейную динамику.
Слова, начинающиеся на матри-
Антропологи начали использовать термин матрифокальность. Существует некоторая дискуссия относительно терминологического разграничения между матрифокальностью и матриархатом. Матрифокальные общества – это общества, в которых женщины, особенно матери, занимают центральное положение. Антрополог Р. Т. Смит определяет матрифокальность как структуру родства социальной системы, в которой матери обретают структурное значение. Этот термин не обязательно подразумевает господство женщин или матерей. Термин "матрицентрический" означает "имеющий мать во главе семьи или домохозяйства". Матристика: феминистские ученые и археологи, такие как Мария Гимбутас, Герда Лернер и Риан Эйслер, используют термин "матристический", а не "матриархальный" для обозначения своего представления об обществе, ориентированном на женщин, с поклонением Богине-Матери в доисторические времена (в палеолите и неолите Европы) и в древних цивилизациях. Мария Гимбутас утверждает, что использует термин "матристический" просто чтобы избежать термина "матриархат", понимая, что он включает в себя матрилинейность. Матрилинейность, в которой происхождение отслеживается по материнской линии, иногда смешивается с понятием исторического матриархата. Сандей выступает за переопределение и повторное введение слова "матриархат", особенно применительно к современным матрилинейным обществам, таким как минангкабау. Вера XIX века в существование матриархальных обществ была обусловлена передачей "экономической и социальной власти по родственным линиям", так что "в матриархальном обществе вся власть была бы направлена через женщин. Женщины, возможно, и не сохранили бы всю власть и авторитет в таких обществах, но они были бы в состоянии контролировать и распределять власть, не сильно отличаясь от властной жены или доминирующей матери".
История и распространение
Большинство антропологов придерживаются мнения, что не существует известных обществ, которые были бы однозначно матриархальными. По словам Дж. М. Адовазио, Ольги Соффер и Джейка Пейджа, нет достоверных свидетельств существования истинного матриархата. Список человеческих культурных универсалий, составленный антропологом Дональдом Брауном (то есть черт, общих для почти всех современных человеческих обществ), включает в себя доминирование мужчин в публичной политической сфере, что, по его мнению, отражает современную точку зрения основной части антропологического сообщества. Матриархи, согласно Пёплз и Бейли, действительно существуют, как "индивидуальные матриархи семей и родственных групп". Утверждается, что "преобладание верховной богини, вероятно, является отражением практики матриархата, в большей или меньшей степени характеризовавшей цивилизацию эламитов на протяжении всей её истории, до того как эта практика была свергнута патриархатом".
Европа
В своей книге "Германия" Тацит утверждал, что "у ситонов женщины занимают главенствующее положение". Кукутень-Трипольская культура часто рассматривалась как матриархальное общество до установления патриархата, что подтверждается, в частности, искусством, посвященным богиням, связывающим луну, менструальные циклы, сельскохозяйственные сезоны, а также жизнь и смерть. Анне Хелен Гелстад описывает женщин на эстонских островах Кихну и Мания как "последнее матриархальное общество в Европе", поскольку "пожилые женщины здесь заботятся практически обо всем на суше, пока их мужья находятся в море".
Бирма
Возможными матриархатами в Бирме, по мнению Йоргена Биша, являются падаун и, по мнению Эндрю Маршалла, кая.
Китай
Культура мосуо, расположенная в Китае недалеко от Тибета, часто описывается как матриархальная. Иногда используется термин «матрилинейность», и хотя он более точен, он всё равно не отражает всей сложности их социальной организации. Фактически, культуру мосуо непросто классифицировать, используя традиционные западные определения. В ней присутствуют элементы матриархальной культуры: женщины часто являются главами семей, наследование происходит по материнской линии, и женщины принимают решения в сфере бизнеса. Однако, в отличие от настоящего матриархата, политическая власть обычно сосредоточена в руках мужчин, а современная культура мосуо во многом сформирована их статусом национального меньшинства.
Индия
В Индии среди общин, признанных в национальной конституции как "зачисленные племена", "некоторые являются матриархальными и матрилинейными" и поэтому известны большей степенью эгалитаризма. По словам интервьюера Ануджа Кумара, в индийском штате Манипур "существует матриархальное общество", однако это утверждение может не иметь достаточного научного обоснования. В Керале матрилинейную систему соблюдают Наиры, Тхийя, брахманы деревни Пайяннур и мусульмане Северного Малабара, а в Карнатаке – Банты и Биллавы.
Индонезия
Антрополог Пегги Ривз Сандей заявила, что общество минангкабау, возможно, является матриархатом.
Древний Вьетнам (до 43 года н. э.)
По словам Уильяма С. Турли, "роль женщин в традиционной вьетнамской культуре определялась [частично] местными обычаями, несущими следы матриархата", что влияло на "различные социальные классы". При этом, даже после принятия патриархальной китайской системы, вьетнамские женщины, особенно крестьянки, занимали более высокое положение, чем женщины в большинстве патриархальных обществ. По словам Чирикосты, легенда об Ау Кы считается доказательством "существования изначального "матриархата" в Северном Вьетнаме, что привело к системе двойного родства, развившейся там и объединившей матрилинейные и патрилинейные модели семейной структуры, придав равное значение обеим линиям". Чирикоста отметил, что другие ученые опирались на "этот "матриархальный" аспект мифа, чтобы отличать вьетнамское общество от широкого распространения китайского конфуцианского патриархата", и что "сопротивление китайской колонизации Вьетнама, в сочетании с представлением о том, что Вьетнам изначально был матриархатом, приводило к рассмотрению борьбы женщин за освобождение от (китайского) патриархата как метафоры борьбы всей нации за вьетнамскую независимость", а следовательно, как "метафоры борьбы матриархата против свержения патриархатом". По словам Кита Уэллера Тейлора, "матриархальный колорит того времени подтверждается тем фактом, что уцелела могила матери Трунг Трак и храм ее духа, в то время как от ее отца ничего не осталось", а "общество сестер Трунг" было "сильно матрилинейным". По словам Дональда М. Секинса, свидетельством "силы матриархальных ценностей" было то, что женщина, Трунг Трак, вместе со своей младшей сестрой Трунг Нхи, подняла армию численностью "более 80 000 солдат, в которой многие офицеры были женщинами".
Палеолит и неолит
Фридрих Энгельс в 1884 году утверждал, что на самых ранних стадиях социального развития человека существовали групповые браки, и поэтому отцовство было спорным, в то время как материнство – нет, так что родословную можно было проследить только по материнской линии. Это была материалистическая интерпретация «Материнского права» Бахофена. Энгельс предположил, что приручение животных увеличило материальное богатство, которое присваивали мужчины. Энгельс утверждал, что мужчины стремились контролировать женщин, чтобы использовать их в качестве рабочей силы и передавать богатство своим детям, что требовало моногамии; по мере возвышения патриархата статус женщин снижался, пока они не стали простыми объектами обмена между мужчинами, что привело к всемирному поражению женского пола и росту индивидуализма и конкуренции. По словам Эллера, на взгляды Энгельса относительно статуса женщин мог повлиять Август Бебель, согласно которому матриархат естественным образом вёл к коммунизму, а патриархат характеризовался эксплуатацией. Австрийская писательница Берта Динер (или Хелен Динер) написала книгу «Матери и амазонки» (1930) – первую работу, посвященную культурной истории женщин, ставшую классикой феминистских матриархальных исследований. По её мнению, все прошлые человеческие общества изначально были матриархальными, в то время как большинство впоследствии перешли к патриархату и деградировали. Споры обострились с выходом книги Роберта Грейвса «Белая богиня» (1948) и его последующим анализом классической греческой мифологии, сосредоточенным на реконструкции более ранних мифов, которые предположительно были переписаны после перехода от матриархальной к патриархальной религии в очень ранние исторические времена. С 1950-х годов Мария Гимбутас развивала теорию о существовании древней европейской культуры в неолите с матриархальными чертами, которая была заменена патриархальной системой протоиндоевропейцев в бронзовом веке. Однако другие антропологи предостерегали, что «поклонение богине или матрилокальность, которые очевидно существовали во многих палеолитических обществах, не обязательно связаны с матриархатом в смысле власти женщин над мужчинами. Многие общества демонстрируют эти качества наряду с женским подчинением». По словам Эллера, Гимбутас внесла значительный вклад в создание мифа об историческом матриархате, изучая восточноевропейские культуры, которые на самом деле не соответствовали предполагаемому универсальному матриархату. Она утверждает, что в «фактически задокументированных примитивных обществах» недавнего (исторического) времени отцовство никогда не игнорируется, и что священный статус богинь не автоматически повышает социальный статус женщин, а утопический матриархат она интерпретирует как искусственную инверсию антифеминизма. С 1970-х годов идеи матриархата были подхвачены популярными авторами второй волны феминизма, такими как Риан Эйслер, Элизабет Гоулд Дэвис и Мерлин Стоун, и расширены спекуляциями Маргарет Мюррей о колдовстве, движением Богини и феминистской Виккой. Шарлин Спретнак активно представляла «Золотой век матриархата» и была поддержана Стоун и Эйслер, но, по крайней мере, в отношении неолита, эта идея была осуждена как феминистское стремление в таких работах, как «Неизбежность патриархата», «Почему правят мужчины», «Богиня разоблачена» и «Миф о матриархальной предыстории». Эта идея не является центральной в феминизме третьей волны. Дж. Ф. дель Джорджо настаивает на существовании матрифокального, матрилокального, матрилинейного общества в палеолите.
Бронзовый век
По словам Рорлиха, "многие ученые убеждены, что Крит был матриархатом, управляемым царицей-жрицей", а "кретская цивилизация" была "матриархальной" до "1500 года до н.э.", когда она была завоевана и колонизирована патриархатом. Также по словам Рорлиха, "в ранних шумерских городах-государствах матриархат, по-видимому, оставил нечто большее, чем просто след". Распространенное заблуждение среди историков бронзового века, таких как Стоун и Эйслер, заключается в том, что семиты были матриархальными, в то время как индоевропейцы практиковали патриархальную систему. Пример этого взгляда можно найти в книге Стоун "Когда Бог был женщиной", где она утверждает, что поклонение Яхве было индоевропейским изобретением, наложенным на древнюю матриархальную семитскую нацию. Однако свидетельства, полученные от амореев и доисламских арабов, указывают на то, что первобытная семитская семья на самом деле была патриархальной и патрилинейной. Тем не менее, не все ученые с этим согласны. Антрополог и библеист Рафаэль Патай пишет в книге "Еврейская богиня", что иудейская религия, далекая от чистого монотеизма, с самых древних времен содержала сильные политеистические элементы, главным из которых был культ Ашеры, богини-матери. История в библейской Книге Судей помещает поклонение Ашере в 12-й век до н.э. Изначально она была ханаанской богиней, и ей поклонялись евреи, вступавшие в браки с ханаанеями. Ей поклонялись публично и представляли в виде резных деревянных столбов. Многочисленные маленькие глиняные статуэтки обнаженных женщин были найдены по всей древней Палестине, а в еврейском тексте VII века призывается ее помощь рожающей женщине. Шекина – имя женского святого духа, воплощающего в себе божественное сияние и сострадание. Она воплощает различные качества, присущие матерям, утешает больных и удрученных, сопровождает евреев в изгнании и ходатайствует перед Богом о милосердии, а не о возмездии грешникам. Хотя Шекина не упоминается в еврейской Библии, она появляется в немного более позднем арамейском переводе Библии, датируемом I или II веком н.э., согласно Патаю. Первоначально изображаемая как присутствие Бога, она позже становится отличной от Бога, приобретая более физические атрибуты. Между тем, известно, что индоевропейцы практиковали различные системы наследования, и существует гораздо больше доказательств матрилинейных обычаев среди индоевропейских кельтов и германцев, чем среди каких-либо древних семитских народов. Женщины правили Спартой, когда мужчины часто были в походах, или когда оба короля были недееспособны или слишком юны для правления. Женщина из Аттики спросила спартанскую царицу Горго: "Вы, спартанские женщины, единственные, кто повелевает своими мужчинами", на что Горго ответила: "Да, потому что мы единственные женщины, которые рожают мужчин!"
Железный век - Средневековье
Возникшие в период от железного века до средневековья, несколько северо-западноевропейских мифологий – ирландская (например, Маха и Скатах), бриттская (например, Рианнон) и германская (например, мать Гренделя и Нерт) – содержат неоднозначные эпизоды, повествующие о первозданной женской силе, которые интерпретируются как народные свидетельства матриархальных настроений в дохристианских обществах Европы железного века. Зачастую зафиксированные с ретроспективной, патриархальной, римской и католической точек зрения, они указывают на возможность существования более ранней эпохи, когда доминировала женская власть. Историческая фигура Будики I века нашей эры свидетельствует о том, что бриттское общество допускало открытое женское правление или форму гендерного равенства, резко контрастировавшую с патриархальной средиземноморской цивилизацией, которая впоследствии его покорила.
XX-XXI века
Народ мосуо — этническая группа на юго-западе Китая. Они считаются одним из наиболее известных матриархальных обществ, хотя многие ученые утверждают, что они скорее матрилинейны. По состоянию на 2016 год единственными наследниками в семье по-прежнему остаются дочери. С 1990 года, когда иностранному туризму был разрешен доступ, туристы начали посещать народ мосуо. Это поселение было основано на пустом участке земли женщинами, бежавшими из своих домов после изнасилования британскими солдатами. Они создали безопасное убежище в сельской местности округа Самбуру на севере Кении. Мужчины из того же племени основали деревню поблизости, чтобы наблюдать за женской деревней, и подавали иски с требованием закрыть женскую деревню. Хотя в основном считается матрилинейным, некоторые исследователи в области женских исследований, такие как Руплена Банерджи, считают народ хаси матриархальным. Традиционно младшая дочь, называемая хадух, получает и заботится о наследственном имуществе.
Амазонки
Легендарным матриархатом, о котором писали многие авторы, было общество амазонок. По словам Филис Чеслер, "в обществах амазонок женщины были матерями и единственными политическими и религиозными лидерами своего общества", а также единственными воинами и охотницами; "королев избирали" и, очевидно, "каждая женщина могла стремиться к полному раскрытию человеческого потенциала и достигать его". Геродот сообщал, что сарматы произошли от амазонок и скифов, и что их женщины соблюдали древние материнские обычаи, "часто охотясь верхом на лошадях вместе с мужьями; участвуя в войнах; и нося ту же одежду, что и мужчины". Более того, по словам Геродота, "девушка не могла выйти замуж, пока не убьет человека в бою". Амазонки стали играть роль в римской историографии. Юлий Цезарь упоминал о завоевании больших частей Азии Семирамидой и амазонками. Хотя Страбон сомневался в их историчности, амазонки считались историческими на протяжении поздней античности. Многие отцы церкви говорили об амазонках как о реальном народе. Средневековые авторы продолжили традицию локализации амазонок на севере, Адам Бременский помещал их у Балтийского моря, а Пауль Диакон – в самом сердце Германии.
Греция
Роберт Грейвз предположил, что миф вытеснил более ранние мифы, которые должны были измениться, когда существенные культурные перемены привели к установлению патриархата вместо матриархата. Согласно этой мифологии, в греческой мифологии Зевс, как говорят, проглотил свою беременную возлюбленную, титаниду Метиду, которая носила под сердцем их дочь, Афину. Мать и дитя вызвали смятение внутри Зевса. Либо Гермес, либо Гефест раскололи голову Зевса, и Афина, облаченная в полные боевые доспехи, вырвалась из его лба. Таким образом, Афина описывалась как "родившаяся" от Зевса. Этот исход порадовал Зевса, поскольку он не исполнил пророчество Фемиды, которая (по словам Эсхила) предсказала, что Зевс однажды родит сына, который свергнет его.
Кельтский миф и общество
По словам Адлера, "существует множество свидетельств о древних обществах, в которых женщины обладали большей властью, чем во многих современных обществах. Например, исследования Жана Маркале кельтских обществ показывают, что власть женщин отражалась не только в мифах и легендах, но и в правовых кодексах, регулирующих брак, развод, владение имуществом и право на управление – хотя это и было упразднено патриархатом".
Баскский миф и общество
Гипотеза баскского матриархата или теория баскского матриархата – это теоретическое предложение, выдвинутое Андресом Ортисом Осесом, утверждающее о существовании психосоциальной структуры, центрированной или ориентированной на матриархальный женский архетип (мать / женщина, которая находит свое воплощение в архетипе великой баскской матери Мари как проекции Матери-Земли / природы). Эта структура "пронизывает, сплачивает и объединяет" традиционную баскскую общину, что отличает ее от патриархальных индоевропейских народов. Эта мифическая матриархальная концепция соответствует мировоззрению басков, отчетливо отраженному в их мифологии. Земля является матерью Солнца и Луны, в отличие от индоевропейских патриархальных представлений, где Солнце предстает как Бог, нумен или мужской дух. Молитвы и приветствия возносились этим двум сестрам на рассвете и в сумерках, когда они возвращались в лоно Матери-Земли. Философ Франц Карл Майр утверждал, что архетипическая основа баскской мифологии должна рассматриваться в контексте палеолита, где доминировала Великая Мать, и что цикл Мари (богини) и ее метаморфозы предлагают типичный символизм матриархального, связанного с природой контекста. В соответствии с архетипом Великой Матери, он обычно связан с культами плодородия, как в случае с Мари, которая определяет плодородие, является создательницей дождя или града, и от чьих телурических сил зависят урожаи, жизнь и смерть, удача и неудачи, в пространстве и времени.
Южная Америка
Бамбергер (1974) исследует ряд матриархальных мифов южноамериканских культур и приходит к выводу, что изображение женщин этого матриархального периода как безнравственных часто используется для ограничения современных женщин в этих обществах, оправдывая тем самым свержение матриархата патриархатом.
Исключение
Некоторые теологии и теократии ограничивают или запрещают женщинам занимать должности в гражданском правительстве или общественном управлении, либо лишают их права голоса, тем самым критикуя и запрещая матриархат. Ни в одной из перечисленных религий указанная точка зрения не является повсеместно принятой: В исламе, согласно Анне Софи Роалд, некоторые мусульманские ученые считают, что политическое лидерство женщин должно быть ограничено. Это ограничение связывают с хадисом Мухаммеда, основателя и последнего пророка ислама. В хадисе говорится, что, по словам Роалд, "народ, во главе которого стоит женщина, никогда не преуспеет". Автор 2001 года перефразировал хадис как "народ, у которого женщина является лидером, не достигнет успеха". Роалд отмечает, что достоверность, контекст и значение хадиса подвергались сомнению. По словам Роалд, запрет также объясняется как расширение запрета на женщинам возглавлять молитвы в смешанных группах. Возможно, отмечает Роалд, хадис относится только к должности главы государства, а не к другим высоким постам. В одном из источников Роалд пишет, что женщине разрешено "занимать все должности, кроме должности халифа (лидера всех мусульман)". Роалд сообщает, что одно исключение из запрета на должность главы государства было принято без всеобщего признания женщин в политическом руководстве. По мнению Роалд, политическая активность на низовом уровне может быть более приемлемой для исламских женщин, чем высшие руководящие должности. "Братья-мусульмане" заявили, что женщины не могут быть президентами или главами государств, но могут занимать другие государственные должности, однако "что касается судебной власти, то большинство юристов полностью запретили ее для женщин". В исследовании, проведенном среди 82 исламистов в Европе, 80% заявили, что женщины не могут быть государственными лидерами, но 75% считают, что женщины могут занимать другие высокие должности. В 1994 году "Братья-мусульмане" заявили, что "социальные обстоятельства и традиции" могут оправдать постепенное расширение прав женщин на занятие должностей (ниже должности главы государства). Неясно, поддерживают ли "Братья-мусульмане" эту позицию в настоящее время. Как сообщает Роалд, в 1953 году "исламские организации провели конференцию в офисе "Братьев-мусульман" и заявили, что было доказано, что политические права женщин противоречат религии". В некоторых странах существуют конкретные запреты. По словам Элахе Ростами Повей, в Иране женщинам время от времени запрещали занимать определенные политические должности из-за законов или решений, принятых на основе исламской религии. Согласно исследованию, проведенному Gallup в 2001–2007 годах в 35 странах, где проживает 90% мусульман мира, "значительное большинство представителей обоих полов во всех крупных мусульманских странах считают, что женщинам следует разрешить голосовать без влияния мужчин и занимать высшие государственные должности". В раввинистическом иудаизме, среди ортодоксальных лидеров, еще до образования современного Израиля, существовала точка зрения, что предоставление женщинам государственных должностей в Израиле угрожает существованию государства, по словам педагога Товы Хартман, которая сообщает, что эта точка зрения имеет "широкий консенсус". Когда Израиль ратифицировал международное соглашение о равенстве женщин, известное как CEDAW, по словам Марши Фриман, он зарезервировал право не применять его в отношении религиозных общин, запрещающих женщинам участвовать в религиозных судах. По словам Фриман, "суды, рассматривающие вопросы брака и развода, по религиозному закону и обычаю полностью состоят из мужчин". "Превосходство мужчин – фундаментальный принцип иудаизма", – утверждает Ирит Уманит. По словам Фриман, правительства, возглавляемые партией Ликуд, "были не слишком гостеприимны к участию женщин на высоком уровне". В буддизме, согласно Карме Лекше Цомо, некоторые считают, что "Будда якобы колебался, прежде чем допустить женщин в Сангху", поскольку их включение ускорило бы гибель монашеской общины и самого учения буддизма. "В некоторых буддийских странах – Бирме, Камбодже, Лаосе, Шри-Ланке и Таиланде – женщинам категорически запрещено вступать в Сангху, наиболее фундаментальное учреждение буддизма", – утверждает Цомо. Цомо пишет, что "на протяжении всей истории поддержка Сангхи активно искалась как средство легитимации теми, кто стремился получить и удержать политическую власть в буддийских странах". Паола Бакетта отмечает, что вопрос о том, могут ли женщины быть лидерами индуистских националистов, обсуждался, но не пришел к однозначному выводу, рассматривая женщин лишь как исключения, а нормой для такого лидерства являются мужчины. По мнению Скалинги, наиболее известным анализом гинекократии является теологическое утверждение о том, что правление женщин противоречит природе, поскольку женщинам свойственно рожать, а не обладать властью, господством или империей над любым королевством, нацией или городом. Согласно Марии Зина Гонсалвеш де Абреу, Нокс утверждал, что правление женщины неестественно и что женщины не подходят и не имеют права на эту должность, а также нападал на тех, кто подчинялся или поддерживал женщин-лидеров, включая мужчин. Что касается личной позиции Нокса, то, по словам Фелча, Джаспер Ридли в 1968 году утверждал, что даже Нокс, возможно, не верил в свою заявленную позицию, а лишь подстраивался под общественное мнение, что, в свою очередь, оспаривалось У. Стэнфордом Рейдом. Патрисия Энн Ли заявила, что "яростная атака Нокса на легитимность правления женщин была такой, в которой он мало сказал, что было бы неприемлемо для большинства его современников", хотя Джудит М. Ричардс не согласилась с тем, что это признание было столь широко распространено. Согласно предисловию Дэвида Лэйнга к трудам Нокса, его взгляды разделяли некоторые люди того времени, в предисловии говорится, что "[взгляды Нокса] были в гармонии со взглядами его коллег – Гудмана, Уиттингема и Гилби". Кристофер Гудман, соглашаясь с Ноксом, по словам Ли, "считал женщину-правительницу монстром в природе и использовал библейские аргументы, чтобы доказать, что женщинам запрещено любое политическое влияние", даже если, по мнению Ричардс, женщина была "добродетельной". Некоторые точки зрения включали обусловленность; Джон Кальвин, по словам Хилли, заявил, что "правление женщиной является отклонением от изначального и надлежащего порядка природы и, следовательно, является одним из наказаний, которые человечество понесло за первородный грех". Тем не менее, Кальвин не всегда ставил под сомнение право женщины наследовать правление королевством или княжеством. Генрих Буллингер, по словам Хилли, "считал правление женщиной противоречащим закону Божьему, но предостерегал от [всегда] использования этой причины для противодействия такому правлению". По словам Ричардс, Буллингер считал, что женщины обычно не должны править. Около 1560 года Кальвин, не соглашаясь с Ноксом, утверждал, что существование немногих женщин-исключений показывает, что существует теологическое обоснование для их исключительности. Взгляд Нокса широко обсуждался в Европе того времени, и этот вопрос считался сложным из-за таких законов, как законы о наследовании. Не утверждается, что взгляд Нокса широко распространен в современном протестантизме среди руководства или мирян.
In Islam, some Muslim scholars hold a view that female political leadership should be restricted , according to Anne Sofie Roald [no]. The restriction has been attributed to a hadith of Muhammad, the founder and last prophet of Islam. The hadith says, according to Roald, "a people which has a woman as leader will never prosper." The 2001 author's paraphrase of the hadith, "the people who have a female leader will not succeed", is at The hadith's transmission, context, and meaning have been questioned, wrote Roald. According to Roald, the prohibition has also been attributed as an extension of a ban on women leading prayers "in mixed gatherings”. Possibly, Roald noted, the hadith applies only against being head of state and not other high office. One source, wrote Roald, would allow a woman to "occupy every position except that of khalīfa (the leader of all Muslims)." One exception to the head of state prohibition was accepted without a general acceptance of women in political leadership, Roald reported. Political activism at lower levels may be more acceptable to Islamist women than top leadership positions, said Roald. The Muslim Brotherhood has stated that women may not be president or head of state but may hold other public offices but, "as for judiciary office, [t]he majority of jurispudents have forbidden it completely." In a study of 82 Islamists in Europe, according to Roald, 80% said women could not be state leaders but 75% said women could hold other high positions. In 1994, the Muslim Brotherhood said that "social circumstances and traditions" may justify gradualism in the exercise of women's right to hold office (below head of state). Whether the Muslim Brothers still support that statement is unclear. As reported in 1953, Roald reported later, "Islamic organizations held a conference in the office of the Muslim Brothers [and] claim[ed] that it had been proven that political rights for women were contrary to religion". Some nations have specific bans. In Iran at times, according to Elaheh Rostami Povey, women have been forbidden to fill some political office roles because of law or because of judgments made under the Islamic religion. According to Steven Pinker, in a 2001–2007 Gallup poll of 35 nations having 90% of the world's Muslims, "substantial majorities of both sexes in all the major Muslim countries say that women should be allowed to vote without influence from men and to serve in the highest levels of government." In Rabbinical Judaism, among orthodox leaders, a position, beginning before Israel became a modern state, has been that for women to hold public office in Israel would threaten the state's existence, according to educator Tova Hartman, who reports the view has "wide consensus". When Israel ratified the international women's equality agreement known as CEDAW, according to Marsha Freeman, it reserved nonenforcement for any religious communities that forbid women from sitting on religious courts. According to Freeman, "the tribunals that adjudicate marital issues are by religious law and by custom entirely male." Men's superiority' is a fundamental tenet in Judaism", according to Irit Umanit. According to Freeman, Likud party led "governments have been less than hospitable to women's high level participation." In Buddhism, according to Karma Lekshe Tsomo, some hold that "the Buddha allegedly hesitated to admit women to the Saṅgha " because their inclusion would hasten the demise of the monastic community and the very teachings of Buddhism itself. "In certain Buddhist countries—Burma, Cambodia, Laos, Sri Lanka, and Thailand—women are categorically denied admission to the Saṅgha, Buddhism's most fundamental institution", according to Tsomo. Tsomo wrote, "throughout history, the support of the Saṅgha has been actively sought as a means of legitimation by those wishing to gain and maintain positions of political power in Buddhist countries." has debated whether women can ever be Hindu nationalist political leaders but without coming to a conclusion, according to Paola Bacchetta. but considers women only as exceptions, the norm for such leadership being men. According to Scalingi, the work is "perhaps the best known analysis of gynecocracy" over men was theological and it was against nature for women to bear rule, superiority, dominion, or empire above any realm, nation, or city. efn|"To promote a woman to beare rule, superioritie, dominion or empire aboue any realme, nation, or citie, is repugnant to nature, contumelie to God, a thing most contrarious to his reueled will and approued ordinance, and finallie it is the subuersion of good order, of all equitie and iustice[.]" According to Maria Zina Gonçalves de Abreu, Knox argued that a woman being a national ruler was unnatural and that women were unfit and ineligible for the post. and that Knox "also attacked those who obeyed or supported female leaders", including men. On whether Knox personally endorsed what he wrote, according to Felch, Jasper Ridley, in 1968, argued that even Knox may not have personally believed his stated position but may have merely pandered to popular sentiment, itself a point disputed by W. Stanford Reid. On the popularity of Knox's views, Patricia Ann Lee said Knox's "fierce attack on the legitimacy of female rule [was one in which] he said little that was unacceptable to most of his contemporaries", although Judith M. Richards disagreed on whether the acceptance was quite so widespread. According to David Laing's Preface to Knox's work, Knox's views were agreed with by some people at the time, the Preface saying, "[Knox's] views were in harmony with those of his colleagues [Goodman, Whittingham, and Gilby]". Writing in agreement with Knox was Christopher Goodman, who, according to Lee, "considered the woman ruler to be a monster in nature, and used scriptural argument to prove that females were barred from any political power", even if, according to Richards, the woman was "virtuous". Some views included conditionality; while John Calvin said, according to Healey, "that government by a woman was a deviation from the original and proper order of nature, and therefore among the punishments humanity incurred for original sin". Nonetheless, Calvin would not always question a woman's right to inherit rule of a realm or principality. Heinrich Bullinger, according to Healey, "held that rule by a woman was contrary to God's law but cautioned against [always] using that reason to oppose such rule". According to Richards, Bullinger said women were normally not to rule. Around 1560, Calvin, in disagreeing with Knox, argued that the existence of the few women who were exceptions showed that theological ground existed for their exceptionalism. Knox's view was much debated in Europe at the time, the issue considered complicated by laws such as on inheritance Knox's view is not said to be widely held in modern Protestantism among leadership or laity.