Введение
Староанглийская поэма «Соломон и Сатурн» — общее название для четырех древнеанглийских произведений, представляющих собой диалог в форме загадок между Соломоном, царем Израиля, и Сатурном, который в двух из поэм отождествляется как князь халдеев. Вследствие прежних редакторских подходов, два поэтических произведения — «Соломон и Сатурн I» и «Соломон и Сатурн II» — часто рассматривались как единое, цельное стихотворение. Они признаны одними из самых загадочных и трудных для понимания поэм в корпусе древнеанглийской литературы.
Solomon and Saturn is the generic name given to four Old English works, which present a dialogue of riddles between Solomon, the king of Israel, and Saturn, identified in two of the poems as a prince of the Chaldeans. On account of earlier editorial tendencies, the two poetical works, Solomon and Saturn I and Solomon and Saturn II, have often been read as a single, continuous poem. They are considered to be among the most enigmatic and difficult poems in the Old English corpus.
Соломон в прозе и Сатурн
Проза Соломона и Сатурна в Ноуэллском кодексе (рукопись Беовульфа) – это текст в форме вопросов и ответов, посвященный главным образом вопросам библейской или христианской традиции. Он имеет много общего с более поздним староанглийским прозаическим диалогом «Адриан и Ритеус» и, еще позже, со среднеанглийским «Катехизисом Мастера Оксфорда». В «Прозе Соломона и Сатурна» содержится загадка: «Кто изобрел письменность? Меркурий, великан». Англосаксы обычно отождествляли Меркурия с Воденом (известным в древнескандинавском как Один), именем которого названа среда.
Поэтические версии
Соломон и Сатурн I, Соломон и Сатурн II и «Отче наш» Соломона и Сатурна в манускрипте Кембриджского университета, колледжа Корпус Кристи (CCCC) 422 часто сопоставляются с «Вафтруднисмаль», «Альвиссмаль» и другими подобными поэмами в древнеисландской Поэтической Эдде.
Дата
Как и большинство произведений древнеанглийской поэзии, датировка стихотворений «Соломон и Сатурн» оказалась очень сложной задачей. Патрик О’Нилл предположил связь с двором Альфреда Великого (правил в 886–26 октября 899 гг.), однако Дэниел Анлезарк считает, что поэма лучше всего вписывается в культурную среду Гластонбери времен Дунстана в середине X века. Тексты «Соломон и Сатурн» часто рассматриваются как самые ранние образцы более широкой европейской литературной традиции диалогов с Соломоном. К ним относятся более поздние диалоги Соломона и Маркольфа, известные на ряде европейских языков.
Соломон и Сатурн I
"Соломон и Сатурн I" – одна из немногих сохранившихся древнеанглийских поэм, дошедших до нас в более чем одной рукописи. Она содержится в MS CCCC 41 и MS CCCC 422.
Соломон и Сатурн II
Соломон и Сатурн II, который часто считается обладающим большей эстетической ценностью, содержит ряд загадок, включая две из самых загадочных частей в древнеанглийской литературе – загадки «Велланд Вулф» и «Васа Мортис».
Уэлленде Вулф
Первая загадка Сатурна описывает драконоборца по имени Вульф и пустошь, возникшую после его смерти. Более ранний редактор поэмы, Роберт Меннер, утверждал, что отрывок о Вульфе восходит к древнееврейским легендам о Нимроде и строителях Вавилонской башни. Он интерпретирует Вульфа как вавилонского бога Бела, который соотносится с Сатурном в «Этимологиях» Исидора. Энди Орчард обнаружил сходство между Вульфом и Беовульфом. Даниэль Анлезарк предположил, что данный отрывок принадлежит к "авернской традиции", описывающей непроходимые пустоши древности. Тристан Майор высказал предположение, что отрывок представляет собой сочетание библейских и классических мотивов, и что Вульфа следует отождествить с мифологическим Персеем.
Ваза Мортис
В загадке описывается таинственная птица, которую Соломон сковал до Судного дня и которой страшатся вожди филистимлян. Последняя строка отрывка называет эту птицу Vasa Mortis. Роберт Меннер полагал, что в основе загадки лежат древнееврейские легенды о борьбе Соломона с демонами, и он отождествляет Vasa Mortis с демоном Асмодеем. Чилуффо усматривает параллели между Vasa Mortis и описанием Славы в «Энеиде» Вергилия, а также с ночным чудовищем в англосаксонском «Liber Monstrorum» и грифоном в «Чудесах Востока».
Темы
Кэтрин Пауэлл описала эти поэтические версии как примеры "ориенталистской фантазии", которая служит для подавления тревог относительно английской культурной идентичности. Она утверждает, что они стремятся уменьшить беспокойство по поводу шаткости знания, а также будущего англосаксонских королевств и христианской веры, посредством "перенесения любого недостатка знания, политической стабильности или веры на восточную и языческую фигуру Сатурна и халдейский народ, который он воплощает". Пауэлл полагает, что первоначальных читателей диалогов побуждали соотносить себя с фигурой Соломона, представленного как образец христианских идеалов и поведения.