Введение

Раннехристианское дуалистическое богословие

Маркионизм – раннехристианская дуалистическая система верований, возникшая в Риме около 144 года н.э. на основе учения Маркиона Синопского. Маркион был ранним христианским богословом и проповедником, сыном епископа Синопы в Понте. Около середины II века (140–155 гг.) он отправился в Рим, где примкнул к сирийскому гностику Сердо. Маркион проповедовал, что благой Бог Евангелия, пославший Иисуса Христа в мир как спасителя, был истинным Высшим Существом, отличным и противоположным злому Демиургу, или богу-создателю, отождествляемому с еврейским Богом Ветхого Завета. Он считал себя последователем апостола Павла, которого полагал единственным истинным апостолом Иисуса Христа. Маркион отвергал весь Ветхий Завет, а также все прочие послания и Евангелия, которые впоследствии вошли в состав 27-книжного канона Нового Завета, который при его жизни еще не был сформирован. В каноне маркионитов послания Павла занимали центральное место, поскольку Маркион считал его единственным истинным апостолом Христа.

История

Согласно Тертуллиану и другим писателям раннего протоортодоксального христианства, движение, известное как маркионизм, возникло благодаря учению и отлучению Маркиона примерно в 144 году. Сообщается, что Маркион был состоятельным судовладельцем, сыном епископа Синопа в Понте (Малая Азия). Он прибыл в Рим около 140 года, вскоре после восстания Бар-Кохбы. Эта организация продолжала существовать на Востоке на протяжении нескольких столетий, особенно за пределами Византийской империи, в регионах, которые впоследствии оказались под влиянием манихейства.

Раскол в маркионизме

К правлению императора Коммода (180–192) маркионизм разделился на различные течения с разными лидерами, среди которых был Апелл, которого Родо описывает так: "гордящийся своим образом жизни и возрастом, признающий один принцип, но утверждающий, что пророчества исходят от противоположного принципа, придя к этому мнению под влиянием ответов девы по имени Филумена, одержимой демоном. Однако другие, в числе которых Потитус и Василик, придерживались двух принципов, как и сам Маркион. Некоторые же считали, что существует не только две, но и три природы. Во главе этих последних стоял Синерос."

В начале III века отколовшаяся группа маркионитов была образована Препоном Ассирийцем, который утверждал о существовании промежуточной духовной сущности между богами добра и зла.

Учения

Предпосылка маркионизма заключается в том, что многие учения Христа несовместимы с действиями Бога Ветхого Завета. Сосредоточившись на павлинских традициях Евангелия, Маркион считал, что все остальные представления о Евангелии, и особенно любое соотнесение с религией Ветхого Завета, противоречат истине и являются отступлением от нее. Он также рассматривал аргументы Павла относительно закона и Евангелия, гнева и благодати, дел и веры, плоти и духа, греха и праведности, смерти и жизни как суть религиозной истины. Он приписывал эти аспекты и характеристики двум принципам: праведному и гневному Богу Ветхого Завета, который одновременно отождествляется с творцом мира, и второму Богу Евангелия, который есть лишь любовь и милосердие. Маркиониты полагали, что Бог Еврейской Библии был непоследователен, ревнив, гневен и практиковал геноцид, и что созданный им материальный мир был ущербным, местом страданий; Бог, создавший такой мир, – неумелый или злонамеренный демиург. В маркионистской вере Христос был не еврейским Мессией, а духовной сущностью, посланной Монадой, чтобы открыть истину о существовании, тем самым позволяя человечеству избежать земной ловушки демиурга. Маркион называл Бога «чужим Богом» или «незнакомым Богом» в некоторых переводах, поскольку это божество не имело никаких предшествующих взаимодействий с миром и было совершенно неизвестно. См. также Неизвестный Бог эллинизма и проповедь на Ареопаге. Различные популярные источники относят Маркиона к гностикам, но, как отмечает Оксфордский словарь христианской церкви (3-е изд.), «очевидно, что он не испытывал бы симпатии к их мифологическим спекуляциям» (стр. 1034). В 1911 году Генри Уэйс заявил:

Основное различие между маркионитами и гностиками заключалось в том, что гностики основывали свою теологию на тайной мудрости (как, например, Валентин, утверждавший, что получил тайную мудрость от Феудаса, который получил ее непосредственно от Павла), которой, по их утверждению, они обладали, тогда как Маркион основывал свою теологию на содержании посланий Павла и зафиксированных изречениях Иисуса, то есть на аргументе из Писания, при этом Маркион определял, что является, а что не является Писанием. Кроме того, считается, что христология маркионитов была преимущественно докетической, отрицающей человеческую природу Христа. Это могло быть связано с нежеланием маркионитов верить, что Иисус был сыном как Бога Отца, так и демиурга. Ученые, занимающиеся ранним христианством, расходятся во мнениях относительно того, следует ли классифицировать Маркиона как гностика: Адольф фон Харнак не классифицирует Маркиона как гностика, в то время как Г. Р. С. Мид – да. Харнак утверждал, что Маркион не был гностиком в строгом смысле, поскольку он отвергал сложные мифы о творении и не заявлял о наличии особого откровения или тайного знания. Мид утверждал, что маркионизм имеет определенные точки соприкосновения с гностицизмом во взгляде на то, что создатель материального мира не является истинным божеством, в отвержении материализма и утверждении трансцендентной, чисто доброй духовной сферы в оппозиции злой физической сфере, в вере в то, что Иисус был послан «Истинным» Богом, чтобы спасти человечество, в центральной роли Иисуса в раскрытии требований спасения, в вере в особое место Павла в передаче этой «мудрости» и в его докетизме. Согласно статье 1911 года в «Британской энциклопедии» о Маркионе:

Это была не просто школа для ученых, не раскрывала никаких тайн для избранных, а стремилась заложить основу христианской общины на чистом Евангелии, подлинных установлениях Христа. Однако Маркион обнаружил, что чистое Евангелие повсюду более или менее искажается и калечится в христианских кругах его времени. Таким образом, его задача свелась к реформации христианства. Эта реформация должна была освободить христианство от иудействующих.

Маркионизм демонстрирует влияние эллинистической философии на христианство и представляет собой моральную критику Ветхого Завета с точки зрения платонизма. По словам Харнака, эта секта, возможно, побудила других христиан ввести формальное изложение вероучения в свою литургию (см. Символ веры) и сформулировать свой собственный канон авторитетных Писаний, тем самым в конечном итоге создав современный канон Нового Завета. Считается, что Маркион налагал на своих последователей строгую мораль, и некоторые из них пострадали во время преследований. В частности, он отказывался принимать обратно тех, кто отрекся от своей веры под римскими преследованиями; см. также лапсы (христиане).

Маркионитский канон

Тертуллиан утверждал, что Маркион первым отделил Новый Завет от Ветхого Завета. Говорят, что Маркион собрал писания из иудейской традиции и противопоставил их изречениям и учениям Иисуса в работе под названием «Антитезис». Помимо «Антитезиса», Завет Маркионитов состоял также из Евангелия Христа, которое представляло собой версию Луки, обработанную Маркионом, и которое маркиониты приписывали Павлу, отличаясь во многих аспектах от версии, признанной впоследствии канонической. По-видимому, в нем отсутствовали все пророчества о пришествии Христа, а также повествование о детстве, крещении, и стихи в целом были более сжатыми. В него также вошли десять посланий Павла в следующем порядке: к Галатам, 1-е к Коринфянам, 2-е к Коринфянам, к Римлянам, 1-е к Фессалоникийцам, 2-е к Фессалоникийцам, к Лаодикийцам, к Колоссянам, к Филимону, к Филиппийцам. В Апостоликон Маркиона не входили Пастырские послания или Послание к Евреям. Согласно Мураторианскому канону, он включал в себя маркионитское псевдо-послание Павла к Александрийцам и послание к Лаодикийцам. Содержание этого маркионитского послания к Лаодикийцам неизвестно. Некоторые ученые отождествляют его с Посланием к Ефесянам, поскольку в последнем изначально отсутствовали слова «в Ефесе», и потому что это единственное непастырское послание Павла, отсутствующее в маркионитском каноне, что позволяет предположить, что Послание к Лаодикийцам было просто Посланием к Ефесянам под другим названием. Послание к Александрийцам не известно из других источников; сам Маркион, по-видимому, никогда о нем не упоминал. Составив эту коллекцию текстов, Маркион сформировал, возможно, первый известный канон Нового Завета, который он назвал Евангелием и Апостоликоном, отражая его веру в писания Иисуса и апостола Павла соответственно. Реконструкция на английском языке содержания Евангелия и Апостоликона, засвидетельствованная в патристических источниках, была опубликована Джейсоном Дэвидом Бедуном в 2013 году. Прологи к Посланиям Павла (которые не являются частью текста, а представляют собой краткие вступительные предложения, подобные тем, что встречаются в современных учебных Библиях), обнаруженные в нескольких старых латинских кодексах, теперь широко признаются написанными Маркионом или одним из его последователей. Харнак делает следующее утверждение:

И наоборот, в нескольких ранних латинских кодексах содержатся антимаркионитские предисловия к Евангелиям.

Исламские счета

Арабское название маркионизма, marqiyūniyya, засвидетельствовано в нескольких исторических источниках исламского Золотого века, которые, по-видимому, указывают на то, что небольшая община маркионитов продолжала существовать на Ближнем Востоке вплоть до X века. Например, христианский писатель Фома из Марги сообщает, что в конце VIII века митрополит Гелана и Дейлама Шувхалишоʿ отправился в отдалённые части своей епархии, проповедуя "среди язычников, маркионитов и манихеев". Аналогичным образом, мусульманский библиограф X века Ибн ан-Надим идёт настолько далеко, что утверждает, что маркионитов "много в Хурасане" и что там "они открыто практикуют свою веру, подобно манихеям". Хотя информации о хорасанских маркионитах нет в других исторических источниках, Ибн ан-Надим тем не менее цитирует "надёжного информатора" (thiḳa), "который, по его словам, видел книги маркионитов и сообщил, что их письмо напоминает письмо манихеев". Средневековые мусульманские авторы, специализировавшиеся на изучении чужих религий, часто точно представляли теологию маркионитов. Например, аль-Масуди (ум. 956) утверждает, что маркиониты учили "двум началам – добру и злу, а справедливость является третьим (началом) между ними", что, по мнению де Блоа, является явной отсылкой к вере маркионитов в "доброго бога, злую материю и справедливого бога". Эрман признаёт, что многие идеи Маркиона очень близки к тому, что сейчас известно как "гностицизм", особенно его отвержение иудейского Бога, его отвержение Ветхого Завета, его отвержение материального мира и возвышение Павла в качестве главного апостола. Ранние христианские группы, такие как эбиониты, не принимали писания Павла в свой канон. Эрман утверждает, что Маркион, вероятно, "ненавидел евреев и всё еврейское". Роберт М. Прайс рассматривает павлинский канон как единую коллекцию посланий, несмотря на проблему, вызванную незнанием того, как они были собраны, когда они были собраны, кто их собрал и отправлял копии в различные церкви. Прайс исследовал несколько исторических сценариев и пришёл к выводу, что Маркион был первым в истории человеком, который, как известно, собрал письма Павла и отправил их копии в различные церкви вместе как канон. Он заключает,

Давид Тробиш утверждает, что доказательства, выявленные при сравнении древнейших рукописей посланий Павла, доказывают, что несколько посланий ранее были собраны в антологию, которая была опубликована отдельно от Нового Завета, и что эта антология в целом была затем включена в Новый Завет. Тробиш также утверждает, что Павел сам собирал свои письма для публикации.