Движение за независимость Тайваня

Движение за независимость Тайваня: цели, текущий статус и отношения с Китаем. Различия в позициях КНР и администрации Цай Инвэнь. Политические аспекты.

29 мин чтения

100%

Источник: Taiwan independence movement — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Движение за независимость Тайваня — это политическое движение, выступающее за формальное провозглашение независимого и суверенного тайваньского государства, в отличие от объединения с Китаем или сохранения статус-кво в отношениях через Тайваньский пролив. В XXI веке политический статус Тайваня остаётся неопределённым. Китай утверждает, что Тайвань является провинцией Китайской Народной Республики (КНР), в то время как администрация Цай Инвэнь Тайваня заявляет, что Тайвань уже является независимым государством как Китайская Республика (КР) и, следовательно, не нуждается в провозглашении формальной независимости. Таким образом, КР, включающая Тайвань и другие находящиеся под её контролем острова, уже осуществляет официальные дипломатические отношения и признана 12 государствами-членами Организации Объединенных Наций и Святым Престолом. Использование термина «независимость» применительно к Тайваню может быть неоднозначным. Когда сторонники заявляют о поддержке независимости Тайваня, они могут иметь в виду либо формальное создание независимого тайваньского государства, либо признание того, что Тайвань фактически отождествляется с нынешней Китайской Республикой и уже независим (что отражено в концепции «Одна страна на каждой стороне»). Некоторые сторонники выступают за исключение из независимого Тайваня островов Кинмэнь и Мацу, контролируемых Тайванем, но расположенных у побережья материкового Китая. Независимость Тайваня поддерживается «Зелёной коалицией» на Тайване и отвергается «Голубой коалицией», стремящейся сохранить неоднозначный статус-кво Китайской Республики (Тайвань) в рамках так называемого «Консенсуса 1992 года» или постепенно «воссоединиться» с материковым Китаем в будущем. Правительства КНР и КР выступают против независимости Тайваня, поскольку считают, что Тайвань и материковый Китай составляют две части единой территории. Для КР такой шаг будет расценен как нарушение её конституции. Процедура внесения поправок в конституцию или изменения национальной территории должна быть инициирована одной четвертью (25%) членов Законодательного Юаня (однопалатного парламента Тайваня), затем одобрена в Законодательном Юане при присутствии не менее трёх четвертей (75%) его членов и поддержке не менее трёх четвертей (75%) голосов, а затем утверждена на референдуме большинством голосов избирателей. Исторически оба правительства придерживались политики «Одного Китая», согласно которой иностранные государства могут поддерживать официальные дипломатические отношения либо с КНР, либо с КР, но при условии разрыва официальных дипломатических отношений и отказа от признания другой стороны. Политика «Одного Китая» КР была смягчена после демократизации в 1990-х годах.

Independence movement in East Asia

The Taiwan independence movement is a political movement which advocates the formal declaration of an independent and sovereign Taiwanese state, as opposed to Chinese unification or the status quo in Cross Strait relations. Into the 21st century, Taiwan's political status is ambiguous. China claims it is a province of the People's Republic of China (PRC), whereas the Tsai Ing wen administration of Taiwan maintains that Taiwan is already an independent country as the Republic of China (ROC) and thus does not have to push for any sort of formal independence. As such, the ROC consisting of Taiwan and other islands under its control already conducts official diplomatic relations with and is recognized by 12 member states of the United Nations and the Holy See. The use of "independence" for Taiwan can be ambiguous. If some supporters articulate that they agree to the independence of Taiwan, they may either be referring to the notion of formally creating an independent Taiwanese state or to the notion that Taiwan has become synonymous with the current Republic of China and is already independent (as reflected in the concept of One Country on Each Side). Some supporters advocate the exclusion of Kinmen and Matsu, which are controlled by Taiwan but are located off the coast of mainland China. Taiwan independence is supported by the Pan Green Coalition in Taiwan but opposed by the Pan Blue Coalition, which seeks to retain the somewhat ambiguous status quo of the Republic of China (Taiwan) under the so called "1992 Consensus" or gradually "reunify" with mainland China at some point. The governments of the People's Republic of China (PRC) and the Republic of China (ROC) oppose Taiwanese independence since they believe that Taiwan and mainland China comprise two portions of a single country's territory. For the ROC, such a move would be considered a violation of its constitution. The process for a constitutional amendment or national territory alternation must be initiated by one fourth (25%) of the members of the Legislative Yuan (the unicameral parliament of Taiwan), then voted in the Legislative Yuan with at least three fourths (75%) members attended and by a three fourths (75%) supermajority, then approved by majority popular vote in a referendum. Historically, both governments have formulated a "One China" policy, whereby foreign countries may only conduct official diplomatic relations with either the PRC or the ROC, on the condition that they sever official diplomatic relations with and formal recognition of the other. The ROC's One China policy was softened following democratization in the 1990s.

История независимости Тайваня

Многие сторонники независимости Тайваня рассматривают историю Тайваня, начиная с XVII века, как непрерывную борьбу за независимость и используют её в качестве вдохновения для современного политического движения. Согласно этой точке зрения, коренные жители Тайваня и те, кто поселился там, неоднократно подвергались оккупации со стороны различных сил, включая голландцев, испанцев, династии Мин, Косингу и сторонников династии Мин, династии Цин, японцев и, наконец, китайских националистов во главе с Гоминьданом. С точки зрения сторонников независимости, движение за независимость Тайваня началось во времена правления династии Цин в 1680-х годах, что породило известную поговорку того времени: "Восстание каждые три года, мятеж каждые пять лет". Сторонники независимости Тайваня сравнивали Тайвань под властью Гоминьдана с Южной Африкой в период апартеида. Движение за независимость Тайваня во времена японского правления поддерживалось Мао Цзэдуном в 1930-х годах как средство освобождения Тайваня от японского господства. С окончанием Второй мировой войны в 1945 году, посредством выпуска "Общего приказа №1" Верховному командующему союзными державами, союзники согласились с тем, что армия Китайской Республики под руководством Гоминьдана будет "временно оккупировать Тайвань от имени союзных сил". Мао Цзэдун был одним из первых сторонников независимости Тайваня, заявив Эдгару Сноу в 1930-х годах, что Коммунистическая партия Китая окажет "нашу энергичную помощь в их борьбе за независимость". Он изменил свою позицию лишь после того, как националисты начали претендовать на Тайвань, опираясь на Каирскую декларацию.

Время военного положения

Современное политическое движение за независимость Тайваня берет начало в японском колониальном периоде, но стало жизнеспособной политической силой на Тайване лишь в 1990-х годах. Тайваньская независимость периодически поднималась в период японского колониального правления, но подавлялась японским правительством. Эти усилия были целью Тайваньской коммунистической партии конца 1920-х годов. В отличие от современных формулировок и в соответствии с идеологией Коминтерна, такое государство было бы пролетарским. С окончанием Второй мировой войны в 1945 году японское правление завершилось, но последовавшее автократическое правление Гоминьдана (КМТ) впоследствии возродило призывы к местному самоуправлению. Однако это было движение, поддерживаемое китайскими студентами, родившимися на острове и не связанными с КМТ. Его корни уходят в США и Японию. В 1950-х годах в Японии было создано Временное правительство Республики Тайвань. Томас Ляо номинально был президентом. В свое время оно поддерживало квазиофициальные отношения с недавно независимой Индонезией, что стало возможным главным образом благодаря связям между Сукарно и представителем Временного правительства в Юго-Восточной Азии Чэнь Чжисюном, который оказывал помощь местным движениям сопротивления Индонезии против японского правления. После того, как Гоминьдан начал править островом, движение стало выражением недовольства коренных тайваньцев правлением "материковых" (то есть людей, родившихся на материковом Китае, которые бежали на Тайвань с КМТ в конце 1940-х годов). Инцидент 28 февраля 1947 года и последовавшее за ним военное положение, которое продолжалось до 1987 года, способствовали периоду Белого террора на острове. В 1979 году произошел Каосиунский инцидент, когда движение за демократию и независимость усилилось. В период с 1949 по 1991 год официальная позиция правительства Китайской Республики (КР) относительно Тайваня заключалась в том, что оно является законным правительством всего Китая, и эта позиция использовалась в качестве оправдания авторитарных мер, таких как отказ освободить места, занимаемые делегатами, избранными на материке в 1947 году в Законодательный Юань. В ответ на это движение за независимость Тайваня активизировалось и представило альтернативное видение суверенного и независимого тайваньского государства. Это видение было выражено через ряд символов, таких как использование тайваньского языка в противовес школьному мандаринскому китайскому. Несколько ученых разработали различные версии конституции как в качестве политического заявления или видения, так и в качестве интеллектуального упражнения. Большинство этих проектов склоняются к двухпалатным парламентским, а не президентским системам. По крайней мере в одном из таких проектов места в верхней палате должны были быть разделены поровну между этническими группами Тайваня. В 1980-х годах китайское националистическое правительство считало публикацию этих идей преступлением. В наиболее драматичном случае оно решило арестовать сторонника независимости Чэн Наньцзюна за публикацию одной из версий в его журнале Tang wai, Liberty Era Weekly (自由時代週刊). Вместо того чтобы сдаться, Чэн совершил самосожжение в знак протеста. Другие кампании и тактики в отношении такого государства включали сбор проектов нового национального флага и гимна у общественности (например, "Тайвань – Формоза"). В последнее время активную роль играет кампания по исправлению названия Тайваня (台灣正名運動). Однако более традиционные сторонники независимости критикуют исправление названия как поверхностную тактику, лишенную более широкого видения, присущего программе независимости. Различные зарубежные движения за независимость Тайваня, такие как Ассоциация Формозы, Всемирный союз формозанцев за независимость, Объединенные молодые формозаны за независимость, Союз за независимость Формозы в Европе, Объединенные формозаны в Америке за независимость и Комитет по правам человека в Формозе, опубликовали "Независимую Формозу" в нескольких томах при издательстве "Ассоциация Формозы". В "Независимой Формозе, томах 2–3" они попытались оправдать сотрудничество тайваньцев с Японией во время Второй мировой войны, утверждая, что "атмосфера охватывала все японские территории, включая Корею и Формозу, а также японские острова", когда тайваньские издания поддерживали "священную войну" Японии, и что люди, которые это сделали, не виноваты. Антикоммунистический лидер Гоминьдана Чан Кайши, президент Китайской Республики на Тайване, считал, что американцы замышляют государственный переворот против него вместе со сторонниками независимости Тайваня. В 1950 году Чан Цзинго стал директором тайной полиции, оставаясь на этом посту до 1965 года. Чан также считал некоторых людей, друживших с американцами, своими врагами. Врага семьи Чан, У Куочена, Чан Цзинго отстранил от должности губернатора Тайваня, и в 1953 году он бежал в Америку. Чан Цзинго, получивший образование в Советском Союзе, внедрил советскую модель военной организации в Вооруженные силы Китайской Республики, реорганизовав и советизируя политический корпус, осуществляя наблюдение и распространяя деятельность партии Гоминьдан по всей армии. Противостоял этому Сунь Лицзэнь, получивший образование в Американском военном институте Вирджинии. Чан организовал спортивный военный трибунал и арест генерала Сунь Лицзэня в августе 1955 года за подготовку государственного переворота с помощью американского ЦРУ против своего отца Чан Кайши и Гоминьдана. Предположительно, ЦРУ хотело помочь Суню взять под контроль Тайвань и объявить его независимость. В период военного положения, продолжавшегося до 1987 года, обсуждение независимости Тайваня было запрещено на Тайване, в то время как восстановление материка и национальное объединение были заявленными целями КР. В течение этого времени многие сторонники независимости и другие диссиденты бежали за границу и осуществляли свою деятельность там, особенно в Японии и Соединенных Штатах. Частью их работы было создание аналитических центров, политических организаций и лоббистских сетей для влияния на политику стран пребывания, особенно Соединенных Штатов, главного союзника КР в то время, хотя они не добились особого успеха до более позднего времени. Внутри Тайваня движение за независимость было одним из многих диссидентских направлений в рамках усиливающегося демократического движения 1970-х годов, кульминацией которого стал Каосиунский инцидент 1979 года. В конечном итоге была сформирована Демократическая прогрессивная партия (ДПП) для представления диссидентских сил.

The modern day political movement for Taiwan independence dates back to the Japanese colonial period, but it only became a viable political force within Taiwan in the 1990s. Taiwanese independence was advocated periodically during the Japanese colonial period, but was suppressed by the Japanese government. These efforts were the goal of the Taiwanese Communist Party of the late 1920s. Unlike current formulations, and in line with the thinking of the Comintern, such a state would have been a proletarian one. With the end of World War II in 1945, Japanese rule ended, but the subsequent autocratic rule of the ROC's Kuomintang (KMT) later revived calls for local rule. However, it was a movement supported by the Chinese students who were born on the Island and not associated with KMT. It found its roots in the US and Japan. In the 1950s a Republic of Taiwan Provisional Government was set up in Japan. Thomas Liao was nominally the President. At one time it held quasi official relations with the newly independent Indonesia. This was possible mainly through the connections between Sukarno and the Provisional Government's Southeast Asian liaison, Chen Chih hsiung, who had assisted in Indonesia's local resistance movements against Japanese rule. After the Kuomintang began to rule the island, the focus of the movement was as a vehicle for discontent from the native Taiwanese against the rule of "mainlanders" (i. e. mainland Chinese born people who fled to Taiwan with KMT in the late 1940s). The February 28 Incident in 1947 and the ensuing martial law that lasted until 1987 contributed to the period of White Terror on the island. In 1979, the Kaohsiung Incident, occurred as the movement for democracy and independence intensified. Between 1949 and 1991, the official position of the ROC government on Taiwan was that it was the legitimate government of all of China and it used this position as justification for authoritarian measures such as the refusal to vacate the seats held by delegates elected on the mainland in 1947 for the Legislative Yuan. The Taiwan independence movement intensified in response to this and presented an alternative vision of a sovereign and independent Taiwanese state. This vision was represented through a number of symbols such as the use of Taiwanese in opposition to the school taught Mandarin Chinese. Several scholars drafted various versions of a constitution, as both political statement or vision and as intellectual exercise. Most of these drafts favor a bicameral parliamentary rather than presidential system. In at least one such draft, seats in the upper house would be divided equally among Taiwan's established ethnicities. In the 1980s the Chinese Nationalist government considered publication of these ideas criminal. In the most dramatic case, it decided to arrest the pro independence publisher Cheng Nan jung for publishing a version in his Tang wai magazine, Liberty Era Weekly (自由時代週刊). Rather than giving himself up, Cheng self immolated in protest. Other campaigns and tactics toward such a State have included soliciting designs from the public for a new national flag and anthem (for example, Taiwan the Formosa). More recently the Taiwan Name Rectification Campaign (台灣正名運動) has played an active role. More traditional independence supporters, however, have criticized name rectification as merely a superficial tactic devoid of the larger vision inherent in the independence agenda. Various overseas Taiwan Independence movements, such as the Formosan Association, World United Formosans for Independence, United Young Formosans for Independence, Union for Formosa's Independence in Europe, United Formosans in America for Independence, and Committee for Human Rights in Formosa, published "The Independent Formosa" in several volumes with the publisher "Formosan Association." In "The Independent Formosa, Volumes 2–3", they tried to justify Taiwanese collaboration with Japan during World War II by saying that the "atmosphere covered the whole Japanese territories, including Korea and Formosa, and the Japanese mainlands as well", when Taiwanese publications supported Japan's "holy war", and that the people who did it were not at fault. The Anti communist Kuomintang leader Chiang Kai shek, President of the Republic of China on Taiwan, believed the Americans were going to plot a coup against him along with Taiwan Independence. In 1950, Chiang Ching kuo became director of the secret police, which he remained until 1965. Chiang also considered some people who were friends to Americans to be his enemies. An enemy of the Chiang family, Wu Kuo chen, was kicked out of his position of governor of Taiwan by Chiang Ching kuo and fled to America in 1953. Chiang Ching kuo, educated in the Soviet Union, initiated Soviet style military organization in the Republic of China Military, reorganizing and Sovietizing the political officer corps, surveillance, and Kuomintang party activities were propagated throughout the military. Opposed to this was Sun Li jen, who was educated at the American Virginia Military Institute. Chiang orchestrated the controversial court martial and arrest of General Sun Li jen in August 1955, for plotting a coup d'état with the American CIA against his father Chiang Kai shek and the Kuomintang. The CIA allegedly wanted to help Sun take control of Taiwan and declare its independence. During the martial law era lasting until 1987, discussion of Taiwan independence was forbidden in Taiwan, at a time when recovery of the mainland and national unification were the stated goals of the ROC. During that time, many advocates of independence and other dissidents fled overseas, and carried out their advocacy work there, notably in Japan and the United States. Part of their work involved setting up think tanks, political organizations, and lobbying networks in order to influence the politics of their host countries, notably the United States, the ROC's main ally at the time, though they would not be very successful until much later. Within Taiwan, the independence movement was one of many dissident causes among the intensifying democracy movement of the 1970s, which culminated in the 1979 Kaohsiung Incident. The Democratic Progressive Party (DPP) was eventually formed to represent dissident causes.

Многопартийный период

После отмены военного положения в 1987 году и принятия многопартийной системы, Демократическая прогрессивная партия (ДПП) все больше стала ассоциироваться с идеей независимости Тайваня, которая была включена в ее партийную платформу в 1991 году. Одновременно многие сторонники независимости и организации, базировавшиеся за рубежом, вернулись на Тайвань и впервые открыто начали продвигать свои идеи, постепенно наращивая политическую поддержку. Многие из них ранее бежали в США или Европу и были внесены в черный список Гоминьдана (КМТ), что препятствовало их возвращению на Тайвань. Находясь в эмиграции, они создали множество организаций, таких как Европейская федерация тайваньских ассоциаций или Формозская ассоциация общественных дел. К концу 1990-х годов ДПП и движение за независимость Тайваня завоевали прочную электоральную базу на острове, опираясь на все более активных и убежденных сторонников. По мере роста электоральных успехов ДПП, а затем и возглавляемой ею Пана-зеленой коалиции в последние годы, движение за независимость Тайваня переключило свое внимание на политику идентичности, предлагая различные планы, включающие символические действия и социальную инженерию. Интерпретация исторических событий, таких как инцидент 28 февраля, использование языка вещания и преподавание родного языка в школах, официальное название и флаг Китайской Республики (КР), лозунги в армии, картографическая ориентация – все это стало предметом озабоченности для современного движения за независимость Тайваня. Движение, достигшее своего пика в 1970-х – 1990-х годах в форме тайваньского литературного движения и других культурных изменений, в последние годы смягчило свою активность по мере ассимиляции этих перемен. Напряженность между общинами "материкового" происхождения и "коренных" жителей Тайваня уменьшилась благодаря общим интересам: углублению экономических связей с материковым Китаем, продолжающимся угрозам вторжения со стороны КНР и сомнениям в том, окажет ли Соединенные Штаты поддержку одностороннему провозглашению независимости. С конца 1990-х годов многие сторонники независимости Тайваня утверждают, что Тайвань, как КР, уже независим от материка, что делает формальное объявление ненужным. В мае 1999 года Демократическая прогрессивная партия официально закрепила эту позицию в своей "Резолюции о будущем Тайваня".

After the lifting of martial law in 1987, and the acceptance of multi party politics, the Democratic Progressive Party became increasingly identified with Taiwan independence, which entered its party platform in 1991. At the same time, many overseas independence advocates and organizations returned to Taiwan and for the first time openly promoted their cause in Taiwan, gradually building up political support. Many had previously fled to the US or Europe and had been on a blacklist held by KMT, which had held them back from going back to Taiwan. Where they had fled, they built many organisations like European Federation of Taiwanese Associations or Formosan Association for Public Affairs. By the late 1990s, DPP and Taiwan independence have gained a solid electoral constituency in Taiwan, supported by an increasingly vocal and hardcore base. As the electoral success of the DPP, and later, the DPP led Pan Green Coalition grew in recent years, the Taiwan independence movement shifted focus to identity politics by proposing many plans involving symbolism and social engineering. The interpretation of historical events such as the February 28 Incident, the use of broadcast language and mother tongue education in schools, the official name and flag of the ROC, slogans in the army, orientation of maps all have been issues of concern to the present day Taiwan independence movement. The movement, at its peak in the 70s through the 90s in the form of the Taiwan literature movement and other cultural upheavals, has moderated in recent years with the assimilation of these changes. Friction between "mainlander" and "native" communities on Taiwan has decreased due to shared interests: increasing economic ties with mainland China, continuing threats by the PRC to invade, and doubts as to whether or not the United States would support a unilateral declaration of independence. Since the late 1990s many supporters of Taiwan independence have argued that Taiwan, as the ROC, is already independent from the mainland, making a formal declaration unnecessary. In May 1999, the Democratic Progressive Party formalized this position in its "Resolution on Taiwan's Future".

Администрация Ли Тэн Хуя (1988-2000)

В 1995 году тайваньскому президенту Ли Тэн-хуэю было разрешено выступить с речью в Корнеллском университете о его стремлении к независимости Тайваня – это был первый случай, когда тайваньскому лидеру было позволено посетить Соединенные Штаты. В ответ Китай предпринял военные действия, включая закупку российских подводных лодок и проведение ракетных испытаний вблизи Тайваня.

Администрация Чэнь Шуйбяна (2000-2008)

В феврале 2007 года президент Чэнь Шуйбянь инициировал изменения в названиях государственных предприятий, а также посольств и зарубежных представительств. В результате, Chunghwa Post Co. (中華郵政) была переименована в Taiwan Post Co. (臺灣郵政), а Китайская нефтяная корпорация (中國石油) теперь называется CPC Corporation, Taiwan (臺灣中油), и на вывесках тайваньских посольств теперь после "Республики Китай" в скобках указывается слово "Тайвань". В 2007 году Taiwan Post Co. выпустила почтовые марки с названием "Тайвань" в память о событиях 28 февраля. Однако после инаугурации президента Гоминьдана Ма Инчжоу в 2008 году название почтового отделения было возвращено к "Chunghwa Post Co.". Лагерь "Пан-Синий" выразил несогласие с этими изменениями, а бывший председатель КМТ Ма Инчжоу заявил, что это может привести к дипломатическим осложнениям и обострить ситуацию в Тайваньском проливе. Также утверждалось, что без внесения изменений в соответствующее законодательство, касающееся государственных предприятий, изменения их названий не будут иметь юридической силы. Поскольку лагерь "Пан-Синий" имел лишь незначительное большинство в парламенте на протяжении всего срока правления президента Чэна, предложение правительства об изменении закона было заблокировано оппозицией. Позже представитель Государственного департамента США Шон Маккормак заявил, что США не поддерживают административные шаги, которые могут быть восприняты как попытка изменить статус-кво со стороны Тайбэя или Пекина и представлять угрозу региональной безопасности. Бывший президент Ли Тэнхуэй заявил, что он никогда не стремился к независимости Тайваня. Ли считает, что Тайвань уже является независимым государством, и что призывы к "независимости Тайваня" могут ввести международное сообщество в заблуждение, подразумевая, что Тайвань когда-то рассматривал себя как часть Китая. С этой точки зрения, Тайвань независим, даже если он не может вступить в ООН. Ли заявил, что наиболее важными задачами являются повышение уровня жизни населения, укрепление национальной идентичности, официальное изменение названия и разработка новой конституции, отражающей текущую реальность, чтобы Тайвань мог официально заявить о себе как о суверенной стране.

In February 2007, President Chen Shui bian initiated changes to names of state owned enterprises, and the nation's embassies and overseas representative offices. As a result, Chunghwa Post Co. (中華郵政) was renamed Taiwan Post Co. (臺灣郵政) and Chinese Petroleum Corporation (中國石油) is now called CPC Corporation, Taiwan (臺灣中油) and the signs in Taiwan's embassies now display the word "Taiwan" in brackets after "Republic of China". In 2007, the Taiwan Post Co. issued stamps bearing the name "Taiwan" in remembrance of the February 28 Incident. However, the name of the post office was reverted to "Chunghwa Post Co." following the inauguration of Kuomintang president Ma Ying jeou in 2008. The Pan Blue camp voiced its opposition to the changes and the former KMT Chairman Ma Ying jeou said that it would generate diplomatic troubles and cause cross strait tensions. It also argued that without a change in the relevant legislation pertaining to state owned enterprises, the name changes of these enterprises could not be valid. As the Pan Blue camp held only a slim parliamentary majority throughout the administration of President Chen, the Government's motion to change the law to this effect were blocked by the opposition. Later, U. S. Department of State spokesman Sean McCormack said that the U. S. does not support administrative steps that would appear to change the status quo by either Taipei or Beijing as threats to regional security. Former president Lee Teng hui has stated that he never pursued Taiwanese independence. Lee views Taiwan as already an independent state, and that the call for "Taiwanese independence" could even confuse the international community by implying that Taiwan once viewed itself as part of China. From this perspective, Taiwan is independent even if it remains unable to enter the UN. Lee said the most important goals are to improve the people's livelihoods, build national consciousness, make a formal name change and draft a new constitution that reflects the present reality so that Taiwan can officially identify itself as a country.

Администрация Цай Ин Вэнь (2016 - настоящее время)

Демократическая прогрессивная партия во главе с Цай Инвэнь одержала убедительную победу над Гоминьданом 20 мая 2016 года. Её администрация заявила о стремлении сохранить существующий политический статус Тайваня. Правительство КНР продолжает критиковать правительство Китайской Республики, поскольку администрация Демократической прогрессивной партии отказалась официально признать Консенсус 1992 года и политику «Одного Китая».

Правовое основание независимости Тайваня

Независимость Тайваня поддерживается Коалицией «Пан-зеленые» на Тайване, возглавляемой Демократической прогрессивной партией (ДПП), но отвергается Коалицией «Пан-синие» на Тайване, возглавляемой Гоминьданом (КМТ). Первая коалиция стремится в конечном итоге добиться полной суверенной независимости Тайваня. В то время как вторая коалиция стремится улучшить отношения с правительством Пекина (КНР), которое она называет «материковым Китаем», и в конечном итоге «воссоединиться» в будущем. Обе партии долгое время вынуждены осторожно маневрировать вокруг так называемого «статус-кво» политического статуса Тайваня. ДПП не может немедленно провозгласить независимость из-за давления со стороны КНР и КМТ, в то время как КМТ и КНР не могут немедленно добиться объединения Китая из-за давления со стороны ДПП и ее неофициальных союзников (включая политические силы в Соединенных Штатах (США), Японии и Европейском Союзе (ЕС)). Договор о Шимоносеки 1895 года и Сан-Францисский договор 1951 года часто приводятся в качестве основных правовых оснований для независимости Тайваня в международном праве, если отбросить такие понятия, как «самоопределение» и Конвенция Монтевидео (о правах и обязанностях государств). Эти два договора не признаются правительством Пекина и коалицией «Пан-синие» Тайваня. В то время как КНР обычно отвергает самоопределение и Конвенцию Монтевидео как заговор против китайского суверенитета, оба вышеупомянутых договора имеют прочную юридическую основу в международном праве и были признаны многими странами мира. Примечательно, что Сан-Францисский договор является основой независимости современной Японии (от союзников во Второй мировой войне) и во многом определяет современную геополитику Японии. Логика ссылки на эти два договора заключается в следующем: а) Япония приобрела суверенитет над Тайванем в 1895 году, б) Япония утратила суверенитет над Тайванем в 1951–1952 годах и в) Япония не указала «правопреемника» на Тайване после этого. Следовательно, по мнению некоторых активистов, это означает, что Тайвань контролируется только Китайской Республикой от имени союзников во Второй мировой войне и не является частью суверенной территории КНР. Правительство Пекина игнорирует эти два договора, утверждая, что: а) Договор о Шимоносеки был аннулирован, а б) Сан-Францисский договор был недействительным. Кроме того, Потсдамская декларация и Каирское коммюнике часто приводятся в качестве неоспоримых оснований китайского суверенитета над Тайванем. КНР также подчеркивает, что Организация Объединенных Наций (ООН) именует Тайвань как «Тайвань, провинция Китая». Однако этот пункт вызывает сомнения, учитывая огромное влияние КНР на ООН как на одного из пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН. Тем не менее, большинство стран не признают Тайвань, и только 13 из них поддерживают с ним дипломатические отношения. Власти КНР также обвиняют США, Японию и ЕС во вмешательстве во «внутренние дела Китая», утверждая, что Соединенные Штаты несут ответственность за отделение Тайваня от Китая и за создание «искусственных» пронезависимостных настроений на Тайване. Большинство правительств, включая правительство США, заявляют о приверженности так называемой «Политике одного Китая», основанной на китайском «Принципе одного Китая». В рамках коалиции «Пан-зеленые» на Тайване существуют две основные фракции. Правящая фракция стремится к официальному международному признанию реальности «Двух Китаев», при которой КНР и Китайская Республика могут сосуществовать; впоследствии Китайская Республика может постепенно «трансформироваться» в тайваньское государство, избегая при этом крупного конфликта с КНР. В то время как другая фракция стремится к непосредственному достижению независимости Тайваня путем более резкого и полного свержения институтов Китайской Республики на Тайване, которые эта фракция считает незаконными. Использование термина «независимость» в отношении Тайваня может быть неоднозначным. Когда некоторые сторонники заявляют о своей поддержке независимости Тайваня, они могут иметь в виду либо официальное создание независимого тайваньского государства, либо то, что Тайвань стал синонимом нынешней Китайской Республики в соответствии с Резолюцией о будущем Тайваня, и что Китайская Республика Тайвань уже независима (что отражено в эволюционирующей концепции от «Четырех нет и одного без» до «Одна страна на каждой стороне»); обе эти идеи противоречат позиции Китая (КНР).

Taiwan independence is supported by the Pan Green Coalition in Taiwan, led by the Democratic Progressive Party (DPP), but opposed by the Pan Blue Coalition, led by the Kuomintang (KMT). The former coalition aims to eventually achieve full sovereign independence for Taiwan. Whereas, the latter coalition aims to improve relations with the Beijing government (PRC) — which it refers to as "mainland China" — and eventually "reunify" at some point. Both parties have long been forced to precariously dance around the so called "status quo" of Taiwan's political status. The DPP is unable to immediately declare independence due to pressure from the PRC and the KMT, whereas the KMT and PRC are unable to immediately achieve Chinese unification due to pressure from the DPP and its unofficial allies (including political factions within the United States (US), Japan, and the European Union (EU)). The 1895 Treaty of Shimonoseki and 1951 Treaty of San Francisco are often cited as the main bases for Taiwan independence in international law, if such things as "self determination" and the Montevideo Convention (on the Rights and Duties of States) are to be disregarded. These two treaties are not recognized by the Beijing government and the Pan Blue Coalition of Taiwan. Whereas the PRC usually dismisses self determination and the Montevideo Convention as conspiracies against Chinese sovereignty, the two aforementioned treaties have strong legal bases in international law and have been recognized by numerous countries across the globe. Notably, the Treaty of San Francisco forms the primary basis of modern Japan's independence (from the WWII Allies), and largely dictates Japan's modern geopolitics. The premise of citing these two treaties is that: a) Japan gained sovereignty over Taiwan in 1895, b) Japan lost sovereignty over Taiwan in 1951–1952, and c) Japan never indicated the "successor state" on Taiwan thereafter. Therefore, according to certain activists, this means that Taiwan is only controlled by the Republic of China on behalf of the WWII Allies, and does not constitute a part of the ROC's sovereign territory. The Beijing government disregards these two treaties, claiming that: a) the Treaty of Shimonoseki has been nullified and b) the Treaty of San Francisco was illegal. Furthermore, the Potsdam Declaration and Cairo Communique are often cited as indisputable bases for Chinese sovereignty over Taiwan. The PRC also emphasizes that the United Nations (UN) refers to Taiwan as "Taiwan, Province of China". However, this point is dubious given that it has a huge amount of influence over the UN as one of five permanent members of the UN Security Council. However, most countries do not recognize Taiwan, and only 13 have diplomatic relations with it. People's Republic of China authorities also accuse the US, Japan, and the EU of interfering in "Chinese internal affairs", claiming that the United States is responsible for separating Taiwan from China, and is responsible for manufacturing "artificial" pro independence sentiments within Taiwan. Most governments, including the U. S. government, claim to adhere to a so called "One China Policy", which is based on the Chinese "One China Principle". Within the Pan Green Coalition of Taiwan, there are two main factions. The faction that is currently in power aims to attain official international recognition for the reality of "Two Chinas", where the PRC and the ROC can coexist; later, the ROC can gradually "transform" itself into a Taiwanese state whilst avoiding a major conflict with the PRC. Whereas, the other faction aims to directly achieve Taiwan independence through a more abrupt and complete overthrowal of ROC institutions within Taiwan, which the faction views to be illegitimate. The use of "independence" for Taiwan can be ambiguous. If some supporters articulate that they agree to the independence of Taiwan, they may either be referring to the notion of formally creating an independent Taiwanese state, or to the notion that Taiwan has become synonymous with the current Republic of China from Resolution on Taiwan's Future and that ROC Taiwan is already independent (as reflected in the evolving concept from Four Noes and One Without to One Country on Each Side); both of these ideas run counter to the claims of China (PRC).

Предыстория

Когда правительство Китайской Республики (под руководством Гоминьдана) было вынуждено отступить на Формозу и Пескадоры (Тайвань и Пенху) в 1949 году, несколько китайских (т. е. не японских) островов всё ещё оставались под контролем Гоминьдана. Поскольку Китайская коммунистическая партия так и не установила контроль над островами Киньмэнь, Уцзянь и Мацу, они сейчас управляются Республикой Китай на Тайване как уезд Киньмэнь (Киньмэнь и Уцзянь) и уезд Ляньцзян (Мацу) в составе упрощённой провинции Фуцзянь. Острова часто упоминаются вместе как Квемой и Мацу или как «Золотой конь». Исторически уезд Киньмэнь («Кемой») и уезд Ляньцзян («Матсу») служили важными оборонительными рубежами для Гоминьдана в 1950–1970-х годах, символизируя передовую линию сопротивления Гоминьдана коммунистическому восстанию. Они представляли собой последнее присутствие Гоминьдана в «материковом Китае». Острова получили широкое освещение в западных (особенно американских) СМИ во время Первого Тайваньского кризиса 1954–1955 годов и Второго Тайваньского кризиса 1958 года. Они имели большое значение в контексте холодной войны – периода с 1946 по 1991 год геополитической напряжённости между Советским Союзом (и его союзниками) и Соединёнными Штатами (и их союзниками). С момента перехода к многопартийной политике (т. е. «демократизации») в 1990-х годах уезды Киньмэнь и Ляньцзян фактически превратились в два избирательных округа, где могут проводиться демократические выборы. В настоящее время эти два округа являются «оплотами» Гоминьдана, главным образом благодаря общественному мнению избирателей, а не силовому контролю (как это было в прошлом). Эти два округа недавно установили тесные связи с материком, который находится всего в 2–9 км к западу от островов, в то время как Тайвань расположен примерно в 166–189 км к востоку от островов.

Значение Квемой и Мацу

Квемой и Мацу уникальны и важны по нескольким причинам. Острова расположены вдоль юго-восточного побережья материкового Китая, всего в нескольких километрах от провинции Фуцзянь в материковом Китае. Географически острова определены как часть материкового Китая, а не Тайваня (также известного как "Формоза и Пескадорские острова"). Острова рассматриваются как усечённая, упрощённая провинция Фуцзянь (официально "провинция Фуцзянь") Китайской Республики на Тайване.

Квемой и Мацу в отношениях между проливами

По сообщениям, местное правительство округа Киньмень поддерживает более прочные деловые и культурные связи с материковым Китаем, подобно Гоминьдану, и рассматривает себя как важного посредника или ключевой центр для улучшения отношений через пролив (то есть в интересах объединения Китая). В январе 2001 года прямое сообщение между округом Киньмень (и округом Ляньцзян) и материковым Китаем было возобновлено в рамках программы "мини-Трёх Связей". С 2015 года Киньмень планирует стать "особой экономической зоной", где будет разрешена свободная торговля и свободные инвестиции между ним и соседней материковой ОЭЗ Сямынь. Это может быть частично реализовано посредством строительства крупного моста, соединяющего Киньмень с Сямынью через остров Малый Киньмень (Лейю); мост между Большим Киньменем и Малым Киньменем впоследствии был построен. Кроме того, Киньмень планирует стать "островом университетов". В 2010 году "Национальный технологический институт Киньменя" был преобразован в "Национальный университет Кэмой". Округ Киньмень планирует открыть несколько филиалов университетов материкового Китая на Киньмене и договорился с центральным правительством Тайваня (РК) о том, чтобы университеты на Киньмене не ограничивались теми же квотами, что и другие тайваньские университеты, при приеме студентов с материкового Китая. В 2018 году местное правительство округа Киньмень представило новый подводный трубопровод, соединяющий Киньмень с материковым Китаем, по которому осуществляется импорт питьевой воды. Эта сделка вызвала споры на Тайване и привела к конфронтации между округом Киньмень и Советом по делам материка Тайваня (РК).

Квемой и Мацу в составе Тайваня

В Тайване один лагерь считает, что округа Кинмэнь (Квемой) и Ляньцзян (Матсу) должны быть исключены из состава потенциального независимого и суверенного тайваньского государства. Эта точка зрения согласуется с вышеупомянутыми договорами и актами, которые не определяют Кинмэнь и Мацу как часть Тайваня. Этот же лагерь также полагает, что КНР лишь "разрешила" Республике Китай (РК) продолжать контролировать Кинмэнь и Мацу, чтобы "удерживать" Тайвань связанным с материковым Китаем. Тот факт, что КНР ведет пропаганду в отношении Кинмэня и Мацу, служит доказательством этого, по крайней мере, в определенной степени. В гипотетическом сценарии, если тайваньское государство откажется от Кинмэня и Мацу, они, вероятно, будут "переданы" Китайской Народной Республике по мирному договору, что официально положит конец китайской гражданской войне. В Тайване существует и другой лагерь, который считает, что Квемой и Мацу принадлежат Тайваню. Этот лагерь полагает, что РК и Тайвань стали фактически одним и тем же. Исходя из этой логики, Тайвань фактически владеет всеми территориями, которые, как считается, принадлежат РК, включая Квемой и Мацу. Если потенциальное тайваньское государство будет создано, этот лагерь считает, что новая страна станет государством-правопреемником РК, а не совершенно новой страной. Следовательно, в случае успешного достижения независимости Тайваня, острова Кэмоя и Мацу гипотетически перестанут управляться как "провинция Фуцзянь" и будут классифицированы просто как "спутниковые острова Тайваня" (по аналогии с Пэнху). Несмотря на различные взгляды этих двух лагерей, в Тайване существует общее понимание того, что Квемой и Мацу не являются частью исторического региона "Тайвань", поскольку никогда не находились под управлением следующих режимов: Голландская Формоза, Испанская Формоза, Королевство Туннин, Республика Формоза и Японская Формоза. Кроме того, Квемой и Мацу пережили уникальную историю в течение нескольких лет в качестве военных плацдармов РК, что еще больше отделило острова от Тайваня в культурном отношении.

Within Taiwan, one camp believes that Kinmen County (Quemoy) and Lienchiang County (Matsu) should be abandoned from a potential independent and sovereign Taiwanese state. This view aligns with the aforementioned treaties and acts that do not define Kinmen and Matsu as being part of Taiwan. This same camp also believes that the PRC has only "allowed" the ROC to continue controlling Kinmen and Matsu in order to "tether" Taiwan to mainland China. The fact that the PRC propagandizes Kinmen and Matsu is evidence that this is true to at least a certain degree. In a hypothetical scenario where Kinmen and Matsu are abandoned by the Taiwanese state, they would likely be "ceded" to the People's Republic of China via a peace treaty, officially ending the Chinese Civil War. Also within Taiwan, a second camp believes that Quemoy and Matsu belong to Taiwan. This camp believes that the ROC and Taiwan have become one and the same. By this logic, Taiwan effectively owns all of the same territories that the ROC is said to own. Among these territories is Quemoy and Matsu. If a potential Taiwanese state were to be created, this camp believes that the new country will actually be the successor state to the ROC, rather than an entirely new country. Therefore, if Taiwan independence were to be successfully achieved, then the islands of Quemoy and Matsu would hypothetically cease to be administered as "Fujian Province", and would instead simply be classified as "satellite islands of Taiwan" (much in the same way as Penghu). Despite the differing views of these two camps, there is a general understanding throughout Taiwan that Quemoy and Matsu are not part of the historical region of "Taiwan", due to having never been governed under the following regimes: Dutch Formosa, Spanish Formosa, Kingdom of Tungning, Republic of Formosa, and Japanese Formosa. Additionally, Quemoy and Matsu experienced a unique history for several years as military outposts of the ROC, further separating the islands from Taiwan in terms of culture.

Позиции

Вопросы независимости и отношений острова с материковым Китаем сложны и вызывают очень сильные эмоции у тайваньцев. Некоторые продолжают придерживаться позиции Гоминьдана, согласно которой Китайская Республика является единственным законным правительством для всего Китая (в состав которого они считают Тайвань входящим), и целью правительства должно быть окончательное объединение материка и Тайваня под управлением Китайской Республики. Другие утверждают, что Тайвань был и должен оставаться полностью независимым от Китая и стать тайваньским государством с собственным названием. Существует также множество различных точек зрения, охватывающих весь спектр между этими двумя крайностями, а также разные мнения о том, как лучше всего управлять той или иной ситуацией, если она когда-либо реализуется. 25 октября 2004 года в Пекине госсекретарь США Колин Пауэлл заявил, что Тайвань "не является суверенным", что вызвало резкую реакцию как со стороны коалиции "Пан-зелёных", так и "Пан-синих", но по совершенно разным причинам. Со стороны Демократической прогрессивной партии президент Чэнь заявил, что "Тайвань – безусловно суверенная, независимая страна, великая страна, которая абсолютно не принадлежит Китайской Народной Республике". Тайваньский союз солидарности (TSU) раскритиковал Пауэлла и спросил, почему США продают оружие Тайваню, если он не является суверенным государством. Председатель Гоминьдана Ма Инцзю заявил, что "Китайская Республика является суверенным государством с момента своего образования [в 1912 году]". Председатель партии "Новая партия", выступающей за объединение, Джеймс Сун назвал это "крупнейшим дипломатическим провалом Тайваня".

Поддержка статус-кво

Второй взгляд заключается в том, что Тайвань уже является независимым государством с официальным названием «Республика Китай», которое фактически (т.е. де-факто отделено от материкового Китая / юридически (де-юре) отделено от КНР) с момента окончания гражданской войны в Китае в 1949 году, когда Республика Китай потеряла контроль над материковым Китаем, сохранив под своей администрацией только Тайвань (включая острова Пэнху), Кинмэнь (Цзиньмэнь), острова Мацу у побережья провинции Фуцзянь и некоторые острова в Южно-Китайском море. Хотя ранее ни одна из основных политических фракций не придерживалась этой позиции, поддерживающей статус-кво, поскольку она представляла собой «компромисс» в условиях угроз со стороны КНР и предупреждений США против одностороннего провозглашения независимости, ДПП объединила её со своими традиционными убеждениями, сформировав тем самым свою последнюю официальную политику. Эта позиция не была принята более радикальными группами, такими как Тайваньский союз солидарности, которые выступают исключительно за третью вышеописанную точку зрения и за Республику или Государство Тайвань. Кроме того, многие члены коалиции «Пан-синий» относятся к этой точке зрения с подозрением, опасаясь, что принятие этого определения независимости Тайваня является лишь неискренней, скрытой тактической попыткой продвинуть десиноизацию и третью точку зрения на независимость Тайваня. В результате сторонники «Пан-синего» обычно проводят четкое различие между независимостью Тайваня и суверенитетом Тайваня, в то время как сторонники «Пан-зелёного» стремятся размыть это различие. Большинство тайваньцев и политических партий Республики Китай поддерживают статус-кво и признают, что это фактическая независимость, основанная на суверенном самоуправлении. Даже среди тех, кто считает, что Тайвань является и должен оставаться независимым, угроза войны со стороны КНР смягчает их подход, и они склонны поддерживать сохранение статус-кво, а не следовать идеологическому пути, который может привести к войне с КНР. Когда президент Ли Тэн-хуэй выдвинул политику двух государств, он получил 80% поддержки. Схожая ситуация возникла, когда президент Чэнь Шуй-бянь заявил, что «по обе стороны» Тайваньского пролива существует «одна страна». И по сей день стороны расходятся во мнениях, порой весьма остро, по таким вопросам, как территория, название (Республика Китай или Тайвань), будущая политика и интерпретация истории. Коалиция «Пан-синий» и КНР полагают, что Ли Тэн-хуэй и Чэнь Шуй-бянь намеренно публично продвигают умеренную форму независимости Тайваня, чтобы тайно продвигать более глубокие формы независимости, и что они намерены использовать народную поддержку Тайваня для политического разделения с целью продвижения идей культурного и экономического разделения.

A second view is that Taiwan is already an independent nation with the official name "Republic of China," which has been independent (i. e. de facto separate from mainland China/de jure separate from PRC) since the end of the Chinese Civil War in 1949, when the ROC lost control of mainland China, with only Taiwan (including the Penghu islands), Kinmen (Quemoy), the Matsu Islands off the coast of Fujian Province, and some of the islands in the South China Sea remaining under its administration. Although previously no major political faction adopted this pro status quo viewpoint, because it is a "compromise" in face of PRC threats and American warnings against a unilateral declaration of independence, the DPP combined it with their traditional belief to form their latest official policy. This viewpoint has not been adopted by more radical groups such as the Taiwan Solidarity Union, which favor only the third view described above and are in favor of a Republic or State of Taiwan. In addition, many members of the Pan Blue Coalition are rather suspicious of this view, fearing that adopting this definition of Taiwan independence is merely an insincere stealth tactical effort to advance desinicization and the third view of Taiwan independence. As a result, supporters of Pan Blue tend to make a clear distinction between Taiwan independence and Taiwan sovereignty, while supporters of Pan Green tend to try to blur the distinction between the two. Most Taiwanese and political parties of the ROC support the status quo, and recognize that this is de facto independence through sovereign self rule. Even among those who believe Taiwan is and should remain independent, the threat of war from PRC softens their approach, and they tend to support maintaining the status quo rather than pursuing an ideological path that could result in war with the PRC. When President Lee Teng hui put forth the two states policy, he received 80% support. A similar situation arose when President Chen Shui bian declared that there was "one country on each side" of the Taiwan Strait. To this day, the parties disagree, sometimes bitterly, on such things as territory, name (R. O. C. or Taiwan), future policies, and interpretations of history. The Pan Blue Coalition and the PRC believe that Lee Teng hui and Chen Shui bian are intent on publicly promoting a moderate form of Taiwan independence in order to advance secretly deeper forms of Taiwan independence, and that they intend to use popular support on Taiwan for political separation to advance notions of cultural and economic separation.

Противостояние независимости

Третья точка зрения, выдвинутая правительством КНР и националистами Гоминьдана, определяет независимость Тайваня как "отделение Тайваня от Китая, приводящее к расколу нации и народа". По мнению сторонников независимости Тайваня, формулировки КНР в этом определении несколько неоднозначны, поскольку некоторые заявления КНР, кажется, отождествляют Китай исключительно и бескомпромиссно с КНР. Другие предлагают более широкое и гибкое определение, согласно которому материковый Китай и Тайвань являются частями, составляющими единое культурное и географическое пространство, хотя и разделённые политически как пережиток китайской гражданской войны. КНР считает себя единственным законным правительством всего Китая, а Китайскую Республику – прекратившим существование образованием, заменённым в результате коммунистической революции 1949 года. Следовательно, утверждения о суверенитете Китайской Республики рассматриваются как поддержка независимости Тайваня, равно как и предложения по изменению её названия. Такое изменение названия встречает ещё большее неодобрение, поскольку отрицает принадлежность Тайваня к большему Китаю (как одной из сторон всё ещё неразрешённой китайской гражданской войны). До 1971 года Китайская Республика признавалась ООН единственным законным правительством Китая. В том году была принята резолюция ООН 2758, и КНР получила признание ООН в качестве законного правительства Китая. Китайские националисты называют сторонников и движение за независимость Тайваня ханьцзянями (предателями).

Опросы общественного мнения

В опросе общественного мнения, проведенном на Тайване Советом по делам материка в 2019 году, 27,7% респондентов поддержали независимость Тайваня: 21,7% заявили, что текущий статус-кво следует сохранять, но Тайвань должен обрести независимость в будущем, а 6% высказались за немедленное провозглашение независимости. 31% респондентов поддержали сохранение существующего положения дел, 10,3% – объединение с материковым Китаем, при этом 1,4% полагают, что это должно произойти как можно скорее. Ряд опросов зафиксировал рост поддержки тайваньской независимости в течение трех десятилетий после 1990 года. В опросе Тайваньского фонда общественного мнения, проведенном в июне 2020 года, 54% респондентов поддержали юридическую независимость Тайваня, 23,4% предпочли сохранить статус-кво, 12,5% – объединение с Китаем, а 10% не имели определенного мнения по этому вопросу. Это был самый высокий уровень поддержки независимости Тайваня с момента начала проведения опроса в 1991 году. Последующий опрос TPOF в 2022 году показал схожие результаты. Исследование Центра изучения выборов NCCU «Независимость Тайваня против объединения с материком» демонстрирует устойчивый рост числа респондентов, выбирающих вариант «сохранять статус-кво и двигаться к независимости в будущем» с момента начала исследования в 1994 году. Однако вариант «сохранять статус-кво бессрочно» также продемонстрировал аналогичный рост за тот же период, а самым популярным вариантом ежегодно с 1994 по 2022 год оставался «сохранять статус-кво и принять решение в будущем между независимостью или объединением». Вариант «независимость как можно скорее» никогда не превышал 10% за указанный период. Вариант «объединение как можно скорее» был еще менее популярен и никогда не превышал 4,5%.

In an opinion poll conducted in Taiwan by the Mainland Affairs Council in 2019, 27.7% of respondents supported Taiwan's independence: 21.7% said that the status quo has to be maintained for now but Taiwan should become independent in the future, while 6% said that independence must be declared as soon as possible. 31% of respondents supported the current situation as it is, and 10.3% agreed to unification with the mainland with 1.4% saying that it should happen as soon as possible. Several polls have indicated an increase in support of Taiwanese independence in the three decades after 1990. In a Taiwanese Public Opinion Foundation poll conducted in June 2020, 54% of respondents supported de jure independence for Taiwan, 23.4% preferred maintaining the status quo, 12.5% favored unification with China, and 10% did not hold any particular view on the matter. This represented the highest level of support for Taiwanese independence since the survey was first conducted in 1991. A later TPOF poll in 2022 showed similar results. The Election Study Center, NCCU Taiwan Independence vs. Unification with the Mainland Survey shows a steady increase in respondents choosing "maintain the status quo and move toward independence in the future" since it started in 1994. However, the option "maintain the status quo indefinitely" had a similar increase in the same period and the most popular option was "maintain the status quo and decide in the future between independence or unification" every year between 1994 and 2022. The option "independence as soon as possible" never went above 10% in the same time period. "unification as soon as possible" has been more unpopular – never going above 4.5%. Date(s)conducted Pollingfirm Sample size Margin of error Independence Unification Status quo No opinion Lead 17–21 October 2019 MAC 1,073 ±2.99 pp 27.7% 10.3% 56.8% 5.2% 29.1% 21–24 November 2019 CWMSC 1,073 ±2.99 pp 32% 5.5% 58.1% 4.4% 26.1% 15–16 June 2020 TPOF 1,074 ±2.99 pp 54% 12.5% 23.4% 10% 30.6% 8–9 August 2022 TPOF 1,035 ±3.05 pp 50% 11.8% 25.7% 12.5% 24.3%

+ Polls conducted by ESC, NCCU (1994–2023) Yearconducted Sample size Independence as soon as possible Maintain status quo, move toward independence Maintain status quo, decide at a later date Maintain status quo indefinitely Maintain status quo, move toward unification Unification as soon as possible No opinion19941,2093.1%8.0%38.5%9.8%15.6%4.4%20.5% 1995 21,402 3.5% 8.1% 26.3% 15.6% 19.4% 2.3% 26.3%199610,6664.1%9.5%30.5%15.3%19.5%2.5%18.6%19973,9105.7%11.5%30.5%16.3%17.3%3.2%15.4%199814,0635.7%11.5%30.3%15.9%15.9%2.1%18.7%19999,2734.7%13.6%30.9%18.8%15.2%2.2%15.2% 2000 11,062 3.1% 11.6%29.5% 19.2% 17.3% 2.0% 17.4%200110,6793.7%10.5%35.9%16.4%17.5%2.8%10.5%200210,0034.3%13.8%36.2%15.0%15.7%2.5%12.4%200314,2476.2%14.5%35.0%18.0%11.9%1.8%12.5%200434,8544.4%15.2%36.5%20.9%10.6%1.5%11.0% 2005 7,939 6.1% 14.2% 37.3% 19.9% 12.3% 1.8% 8.5%200613,1935.6%13.8%38.7%19.9%12.1%2.0%7.9%200713,9107.8%13.7%36.8%18.4%10.0%1.9%11.4%200816,2807.1%16.0%35.8%21.5%8.7%1.5%9.4%200920,2445.8%15.0%35.1%26.2%8.5%1.3%8.1% 2010 13,163 6.2% 16.2% 35.9% 25.4% 9.0% 1.2% 6.1%201123,7794.6%15.6%33.8%27.4%8.8%1.5%8.2%201218,0114.8%15.1%33.9%27.7%8.7%1.7%8.1%201313,3595.7%17.2%32.6%26.3%9.2%1.9%7.2%201420,0095.9%18.0%34.3%25.2%7.9%1.3%7.3% 2015 22,509 4.3% 17.9% 34.0% 25.4% 8.1% 1.5% 8.8%201615,0994.6%18.3%33.3%26.1%8.5%1.7%7.4%201713,4555.1%17.2%33.1%25.3%10.1%2.3%6.9%20189,4905.0%15.1%33.4%24.0%12.8%3.1%6.6%201916,2765.1%21.8%29.8%27.8%7.5%1.4%6.5% 2020 11,490 6.6% 25.8% 28.8% 25.5% 5.6% 1.0% 6.8% 2021 12,026 6.0% 25.1% 28.4% 27.3% 6.0% 1.4% 5.8% 2022 12,173 5.2% 24.4% 27.7% 29.4% 5.9% 1.3% 6.0% 2023 14,933 3.8% 21.5% 27.9% 33.2% 6.2% 1.2% 6.2%

Дата(ы) проведения Организация, проводившая опрос Объем выборки Погрешность Независимость Объединение Статус-кво Без ответа Преимущество
17–21 октября 2019 MAC 1 073 ±2,99 п.п. 27,7% 10,3% 56,8% 5,2% 29,1%
21–24 ноября 2019 CWMSC 1 073 ±2,99 п.п. 32% 5,5% 58,1% 4,4% 26,1%
15–16 июня 2020 TPOF 1 074 ±2,99 п.п. 54% 12,5% 23,4% 10% 30,6%
8–9 августа 2022 TPOF 1 035 ±3,05 п.п. 50% 11,8% 25,7% 12,5% 24,3%

+ Опросы, проведенные ESC, NCCU (1994–2023)
Год проведения Объем выборки Независимость немедленно Сохранять статус-кво, двигаться к независимости Сохранять статус-кво, принять решение позже Сохранять статус-кво бессрочно Сохранять статус-кво, двигаться к объединению Объединение немедленно Без ответа
1994 1 209 3,1% 8,0% 38,5% 9,8% 15,6% 4,4% 20,5%
1995 2 1402 3,5% 8,1% 26,3% 15,6% 19,4% 2,3% 26,3%
1996 10 666 4,1% 9,5% 30,5% 15,3% 19,5% 2,5% 18,6%
1997 3 910 5,7% 11,5% 30,5% 16,3% 17,3% 3,2% 15,4%
1998 14 063 5,7% 11,5% 30,3% 15,9% 15,9% 2,1% 18,7%
1999 9 273 4,7% 13,6% 30,9% 18,8% 15,2% 2,2% 15,2%
2000 11 062 3,1% 11,6% 29,5% 19,2% 17,3% 2,0% 17,4%
2001 10 679 3,7% 10,5% 35,9% 16,4% 17,5% 2,8% 10,5%
2002 10 003 4,3% 13,8% 36,2% 15,0% 15,7% 2,5% 12,4%
2003 14 247 6,2% 14,5% 35,0% 18,0% 11,9% 1,8% 12,5%
2004 34 854 4,4% 15,2% 36,5% 20,9% 10,6% 1,5% 11,0%
2005 7 939 6,1% 14,2% 37,3% 19,9% 12,3% 1,8% 8,5%
2006 13 193 5,6% 13,8% 38,7% 19,9% 12,1% 2,0% 7,9%
2007 13 910 7,8% 13,7% 36,8% 18,4% 10,0% 1,9% 11,4%
2008 16 280 7,1% 16,0% 35,8% 21,5% 8,7% 1,5% 9,4%
2009 20 244 5,8% 15,0% 35,1% 26,2% 8,5% 1,3% 8,1%
2010 13 163 6,2% 16,2% 35,9% 25,4% 9,0% 1,2% 6,1%
2011 23 779 4,6% 15,6% 33,8% 27,4% 8,8% 1,5% 8,2%
2012 18 011 4,8% 15,1% 33,9% 27,7% 8,7% 1,7% 8,1%
2013 13 359 5,7% 17,2% 32,6% 26,3% 9,2% 1,9% 7,2%
2014 20 009 5,9% 18,0% 34,3% 25,2% 7,9% 1,3% 7,3%
2015 22 509 4,3% 17,9% 34,0% 25,4% 8,1% 1,5% 8,8%
2016 15 099 4,6% 18,3% 33,3% 26,1% 8,5% 1,7% 7,4%
2017 13 455 5,1% 17,2% 33,1% 25,3% 10,1% 2,3% 6,9%
2018 9 490 5,0% 15,1% 33,4% 24,0% 12,8% 3,1% 6,6%
2019 16 276 5,1% 21,8% 29,8% 27,8% 7,5% 1,4% 6,5%
2020 11 490 6,6% 25,8% 28,8% 25,5% 5,6% 1,0% 6,8%
2021 12 026 6,0% 25,1% 28,4% 27,3% 6,0% 1,4% 5,8%
2022 12 173 5,2% 24,4% 27,7% 29,4% 5,9% 1,3% 6,0%
2023 14 933 3,8% 21,5% 27,9% 33,2% 6,2% 1,2% 6,2%