Лишение священного сана в Католической Церкви

Введение

Лишение священного сана

В каноническом праве Католической церкви утрата священного статуса (обычно называемая «лаицизацией», «устранением от служения», «лишением сана» и «деградацией») – это отстранение епископа, священника или диакона от статуса члена духовенства. Термин «defrocking» (лишение одежд) возник из ритуального снятия облачений в качестве наказания с духовенства, которое впоследствии было кодифицировано в Римском Понтификале. Современное латинское каноническое право не содержит подобного ритуала, что заставляет некоторых считать его неточным описанием лаицизации. Однако другие рассматривают «defrocking» как синоним «лаицизации», особенно распространенный в английском языке. Хотя ритуальное снятие облачений больше не практикуется, каноническое право по-прежнему запрещает ношение священнической одежды лаицизированным священникам. В Католической церкви епископ, священник или диакон могут быть лишены священного сана в качестве наказания за определенные тяжкие проступки или по папскому указу, изданному по серьезным причинам. Это может быть связано с серьезным уголовным приговором, ересью или подобным обстоятельством. Лишение священного сана может налагаться как наказание (ad poenam), либо предоставляться как милость (pro gratia) по просьбе самого священнослужителя. Католический священнослужитель может добровольно просить о лишении его священного сана по серьезной личной причине. В марте 2019 года каноническое право было изменено, чтобы разрешить увольнение из общины, но не лишение священного сана, для религиозных, которые являются членами религиозной общины и покидают ее. Эта политика вступила в силу 10 апреля 2019 года.

Последствия

Лаицизация влечет за собой прекращение всех прав, связанных с клирическим состоянием. Она также прекращает все обязанности клирика, за исключением обязанности безбрачия. Освобождение от обязанности безбрачия может быть даровано только Папой, за исключением случаев рукоположений, признанных недействительными, когда освобождение не требуется. Поскольку таинственный характер рукоположения делает его неизгладимым, клирик сохраняет власть, полученную через рукоположение. Однако ему запрещено осуществлять эту власть, за исключением исповеди умирающим. Он также автоматически лишается своих должностей, обязанностей и делегированных полномочий. Как правило, один и тот же рескрипт оформляет как лаицизацию, так и освобождение от обязанности безбрачия. Лицу, которому он выдан, не разрешается разделять эти два аспекта, принимая освобождение, но отказываясь от лаицизации, или принимая лаицизацию, но отказываясь от освобождения. Хотя вдовым диаконам иногда разрешается повторно вступать в брак, а женатым служителям некатолических конфессий, перешедшим в католичество, иногда разрешается быть рукоположенными и служить в Католической Церкви, предоставление освобождения от обязанности безбрачия без одновременной лаицизации встречается крайне редко. Лаицизированный клирик теряет права на такие вещи, как клирическая одежда и титулы (например, "отец"). Он освобождается от таких обязанностей, как совершение Литургии Часов, но, как и любой мирянин, поощряется, хотя и не обязан, продолжать ее совершать. Рескрипт о лаицизации диакона обычно не содержит особых ограничений, но рескрипт для священника запрещает ему произносить проповедь (то есть проповедь во время мессы после чтения Евангелия, а не проповедь вообще), служить в качестве внештатного раздатчика Святого Причастия, занимать руководящую должность в пастырской деятельности или выполнять какие-либо функции в семинарии или подобном учреждении. Он также налагает ограничения на занятие преподавательских или административных должностей в школах и университетах. Некоторые из этих ограничений могут быть смягчены по усмотрению местного епископа, включая преподавание теологии в школах или университетах (католических и некатолических), поддержание связи с приходом, где служил священник, и совершение Евхаристии. Клирик, отстраненный от клирического состояния, не может быть восстановлен в священном служении без согласия Папы. В 2011 и 2012 годах около 400 католических священников были отстранены от клирического состояния, пик пришелся на 2011 год (260 человек), и почти половина из них была отстранена в качестве наказания.

Laicization involves cessation of all the rights of the clerical state. It also terminates all obligations of the clerical state, except for the obligation of celibacy. Dispensation from the obligation of celibacy can only be granted by the pope, except in ordinations that have been declared invalid, in which case no dispensation is necessary. Because the sacramental character of ordination makes it indelible, the cleric maintains the power of orders. He is, however, forbidden to exercise it, except to give sacramental absolution to someone in danger of death. He also automatically loses his offices, roles and delegated powers. Normally, the same rescript grants both laicization and dispensation from the obligation of celibacy. The person to whom it is granted is not permitted to separate the two, accepting the dispensation while rejecting the laicization, or accepting the laicization while rejecting the dispensation. While married deacons whose wives die are sometimes permitted to marry again, and married ministers of a non Catholic confession who become Catholics are sometimes permitted to be ordained and minister in the Catholic Church, grants of dispensation from the obligation of celibacy without simultaneous laicization are very rare. A laicized cleric loses rights to such things as clerical garb and titles (such as "Father"). He is freed from obligations such as recitation of the Liturgy of the Hours, but like any member of the laity is encouraged, though not obliged, to continue to recite it. The rescript of laicization for a deacon normally contains no special limitations, but that for a priest does prohibit him from delivering a homily (the sermon preached at Mass after proclamation of the Gospel reading, not preaching in general), acting as extraordinary minister of Holy Communion, having a directive office in the pastoral field, or having any function in a seminary or similar institution. It imposes restrictions also regarding the holding of teaching or administration posts in schools and universities. Some of these limitations may be relaxed according to the judgment of the local bishop including the teaching of theology in schools or universities (both Catholic and non Catholic), maintaining contact with the parish where the priest used to serve, and administering the Eucharist. A cleric dismissed from the clerical state cannot be reinstated in the sacred ministry without the consent of the pope. In the two years 2011 and 2012, nearly 400 Catholic priests were removed from the clerical state, with a peak of 260 in 2011, and nearly half of these being imposed as a penalty.

Отличие от суспензии

Удаление из духовного сана отличается от отстранения. Последнее представляет собой вменение в вину, запрещающее священнослужителю совершать определенные действия, будь то действия религиозного характера, проистекающие из его рукоположения ("акты власти орденов"), или осуществление им власти управления, а также прав и функций, связанных с занимаемой должностью. Как вменение в вину, отстранение должно прекращаться, когда отстраняемый проявит покаяние. Удаление же из духовного сана, напротив, является окончательной мерой, посредством которой священнослужитель, по веским причинам, с этого момента юридически приравнивается к мирянину.

Примечательные исторические примеры

По настоянию Наполеона Бонапарта, Шарль Морис де Талейран Перигор просил о разрешении покинуть духовный сан в 1802 году, чтобы жениться на своей давней возлюбленной Кэтрин Гранд (урождённой Ворле). Талейран уже был отлучен от церкви за свою роль в Гражданской конституции духовенства. Папа Пий VII неохотно снял отлучение и дал ему разрешение носить светскую одежду, что французский Conseil d'État истолковал как секуляризацию. Талейран женился на Ворле, затем развелся в 1815 году и прожил остаток жизни как мирянин, но на смертном одре в 1838 году он подписал документ о примирении с Церковью, подготовленный будущим епископом Феликсом Дюпанлупом. Дюпанлуп затем совершил над ним последний обряд, полагающийся епископу. Епископ Сан-Педро Фернандо Луго в 2005 году обратился с просьбой о разрешении покинуть духовный сан в Парагвае, чтобы баллотироваться на пост президента Парагвая. Церковь первоначально отказала, даже отстранив его от должности епископа, когда он все же решил участвовать в выборах, но в конечном итоге предоставила ему статус мирянина в 2008 году после его избрания. В сентябре 2018 года Папа Франциск приказал разрешить чилийскому священнику, осужденному в 2011 году за сексуальное насилие над несовершеннолетними, покинуть духовный сан. Ранее он был приговорен к пожизненной молитве и покаянию.

Дела епископов

Лаицизация епископов – явление необычное. В 2009 году церковь лишила сана Эммануэля Милинго, бывшего экзорциста, целителя и архиепископа Лусаки (Замбия), который уже три года назад был отлучен от церкви. Милинго угрожал создать раскольническую церковь без обязательного безбрачия для священников и сам вступил в брак. Юзеф Весоловски, польский архиепископ, служивший папским нунцием (послом), был уволен из духовного сана в 2014 году по причине сексуального насилия над несовершеннолетними. Ватикан предъявил Весоловски уголовные обвинения, связанные с его злоупотреблениями в отношении несовершеннолетних, и планировал его суд, но Весоловски умер в 2015 году до начала судебного разбирательства. Теодор Эдгар Маккаррик, бывший кардинал и бывший архиепископ Вашингтона, округ Колумбия, был лишен сана в феврале 2019 года. Маккаррик – церковнослужитель самого высокого ранга, лишенный сана на сегодняшний день в связи с продолжающимися скандалами о сексуальном насилии в Церкви. Роджер Вангелуэ, который занимал пост епископа Брюгге до 2010 года, был лишен сана 11 марта 2024 года после того, как стали известны новые обстоятельства длительного насилия над его племянником. Вангелуэ насиловал своего племянника с пятилетнего возраста, по меньшей мере, в течение тринадцати лет. Срок давности в Бельгии не позволял привлечь его к ответственности, когда дело стало известно в 2010 году.