Введение
Принцип международного права, запрещающий государствам применять силу для аннексии территории. Территориальная целостность – это принцип международного права, согласно которому суверенные государства имеют право защищать свои границы и всю находящуюся в их пределах территорию от посягательств другого государства. Он закреплен в статье 2(4) Устава ООН и признан как обычное международное право. В соответствии с этим принципом, насильственное изменение границы является актом агрессии. В послевоенный период возникло напряжение между этим принципом и концепцией гуманитарного вмешательства, предусмотренной статьей 73(b) Устава Организации Объединенных Наций, касающейся "развития самоуправления, надлежащего учета политических устремлений народов и оказания им помощи в прогрессивном развитии их свободных политических институтов с учетом особых обстоятельств каждой территории и ее народов, а также их различного уровня развития". Одними из наиболее надежных гарантий территориальной целостности являются верховенство права, такое как Устав Организации Объединенных Наций, и ядерное сдерживание.
Territorial integrity is the principle under international law where sovereign states have a right to defend their borders and all territory in them from another state. It is enshrined in Article 2(4) of the UN Charter and has been recognized as customary international law. Under this principle, forcible imposition of a border change is an act of aggression. In the post World War years, there has been tension between this principle and the concept of humanitarian intervention under Article 73. b of the United Nations Charter "to develop self government, to take due account of the political aspirations of the peoples, and to assist them in the progressive development of their free political institutions, according to the particular circumstances of each territory and its peoples and their varying stages of advancement." Some of the strongest safeguards of territorial integrity are rule of law such as Charter of the United Nations and nuclear deterrence.
История
До современной эпохи не существовало чётко определённой системы международных границ. Власть над территориальными пространствами была скорее нелинейной, часто пересекающейся и изменчивой. По словам Марка Захера, "чётко очерченные национальные границы стали различимы лишь в XVIII веке". Гунтрам Герб датирует возникновение чётко определённых политических территорий XV веком. Вестфальский мир 1648 года обычно считается установившим территориальную целостность как краеугольный камень суверенитета, воплощённый в концепции вестфальского суверенитета, однако даже это не гарантировало абсолютного права на конкретную территорию. Даже после Вестфалии территориальные обмены между государствами оставались распространённым явлением. В свою очередь, эти государства были культурно разнообразны и политически дезорганизованы, а люди не идентифицировали себя коллективно по государственным границам. Появление национализма и принципа самоопределения в XVIII и XIX веках начало изменять восприятие государств, в которых люди проживали. Национализм продвигал убеждение, что территория принадлежит нации, и что территориальная целостность нации должна уважаться. Гунтрам Герб утверждает, что национальная идентичность "зависит от территории, поскольку только территория предоставляет ощутимые доказательства существования нации и её исторических корней, а нации необходима чётко очерченная национальная территория, чтобы требовать собственного государства". Джон Этерингтон согласен с этим, заявляя: "В основе всех националистических притязаний на территорию лежит предположение, что нация и территория в конечном итоге принадлежат друг другу, настолько, что характеристики каждой из них нельзя понять без упоминания другой". Он отмечает, что поскольку все националистические движения неизбежно выдвигают территориальные претензии в мире, отмеченном конкурирующими притязаниями на территорию, это становится важной частью их самооправдания. После Первой мировой войны создание Лиги Наций ознаменовало новую эру международного сотрудничества. Устав Лиги закрепил территориальную целостность как ключевой принцип международного права. Однако политические условия для поддержания территориального статус-кво после войны не всегда соблюдались, и различные послевоенные урегулирования включали территориальные обмены, не учитывающие местное население. С образованием Организации Объединённых Наций (ООН) и, позднее, таких организаций, как Конференция по безопасности и сотрудничеству в Европе (ныне Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе), территориальная целостность стала общепризнанной частью международных резолюций. Устав ООН 1945 года подтвердил обязательство государств не применять силу для изменения государственных границ. Трудности с обеспечением соблюдения в XXI веке привели к спорам о возможном возрождении права завоевания в качестве нормы международного права.
В меняющемся мире
Последнее (после Второй мировой войны) строгое применение принципа территориальной целостности породило ряд проблем и, сталкиваясь с реальностью "на местах", может восприниматься как излишне искусственная конструкция. На Всемирном саммите 2005 года государства мира пришли к согласию относительно принципа "Обязанности защищать", предоставляющего право на гуманитарное вмешательство. Утверждается, что это может создать более гибкий подход к применению концепций суверенитета и территориальной целостности, ослабляя строгое следование им и учитывая фактический статус территории и другие факторы в каждом конкретном случае. Резолюция 1674 Совета Безопасности ООН, принятая 28 апреля 2006 года, "подтверждает положения пунктов 138 и 139 итогового документа Всемирного саммита 2005 года относительно ответственности по защите населения от геноцида, военных преступлений, этнических чисток и преступлений против человечности". Однако эта ответственность за защиту относится лишь к возможности внешних сил отступать от принципа суверенитета и не подразумевает явного изменения границ. В консультативном заключении Международного суда по вопросу о провозглашении независимости Косово утверждается, что само по себе провозглашение независимости не нарушает территориальную целостность с точки зрения международного права. В своих работах о трансграничных институтах, созданных в Северной Ирландии после Белфастского соглашения (Соглашения Страстной пятницы), Кэтэл Макколл отмечает, что эти структуры представляют собой "функциональную транстерриториальную модель управления Северной Ирландии, основанную на принципах взаимозависимости, инклюзивности и согласия", в отличие от прежних "исключительных территориальных политических основ современного ирландского национализма и ульстеризма". Иными словами, исключительные представления о территориальной целостности, воплощенные в ирландском национализме и ульстеризме, были размыты благодаря реализации трансграничного принятия решений в рамках Соглашения.