Ребел, изгнанник и трагедия Реinaldo Аренаса

Введение

Кубинский писатель

Жизнь

Аренас родился в сельской местности Ньюпорт-Бич, Агуас-Кларас, провинция Ольгин, Куба, а позже переехал в город Ольгин в подростковом возрасте. Он пошел в школу в возрасте шести лет, посещая Сельскую школу № 91 в округе Перроналес. Именно там проявился его интерес к мальчикам. Он пишет о своих сексуальных исследованиях – с самим собой и с окружающими, подробно описывая, что большинство его сексуальных контактов были с животными. Он откровенно рассказывает о том, что его первый опыт гетеросексуальных отношений, хотя и неполный, был с кузиной Дулсе Марией. Он также делится, что его первый гомосексуальный опыт произошел с кузеном Орландо, когда ему было восемь лет, а кузену – двенадцать. Он говорит: «В деревне сексуальная энергия обычно преодолевает любые предрассудки, подавление и наказание. Физическое желание сильнее тех чувств мачизма, которые наши отцы пытаются в нас воспитать». Переехав в Ольгин в подростковом возрасте, Аренас устроился на работу на фабрику по производству гуавовой пасты. Когда ситуация в городе начала ухудшаться, примерно в 1958 году, он решил присоединиться к партизанам (движению Кастро), к тому времени ему было четырнадцать лет. Он отправился в Веласко, где встретил Куко Санчеса, который привел его в штаб-квартиру просоветских кубинских партизан в Сьерра-Гибара. Командующий партизанами Эдди Суньол допросил Аренаса и сказал: «Партизан у нас достаточно, нам нужно оружие». После десяти дней, проведенных с ними, он вернулся в Ольгин с намерением убить охранника и завладеть его оружием. Вернувшись в город, он пошел домой к дедушке и бабушке, которые не были рады его видеть. Из-за того, что он оставил записку о своем намерении присоединиться к партизанам, женщины, жившие с его дедушкой и бабушкой, быстро распространили эту новость. Секретная полиция Фульгенсио Батисты, Бюро по подавлению коммунистической деятельности, объявила его в розыск. Эта короткая поездка домой убедила его, что оставаться нельзя, поэтому он вернулся в Веласко, в лагерь повстанцев. Они были вынуждены его принять. Он бежал из тюрьмы и попытался покинуть Кубу, спрыгнув с берега на автомобильной камере. Попытка провалилась, и его снова арестовали недалеко от парка Ленина, заключив в печально известную крепость Эль-Морро вместе с убийцами и насильниками. В 1980 году, во время «Мариэльского лифта», он бежал в Соединенные Штаты. Он прибыл на лодке «Сан-Ласаро», капитаном которой был кубинский эмигрант Роберто Агуэро.

Arenas was born in the countryside of Newport Beach, Aguas Claras, Holguín Province, Cuba, and later moved to the city of Holguín as a teenager. He was six years old when he started school, attending Rural School 91 in Perronales County. At that school, his interest in boys flourished. He writes about his sexual exploration with himself and the people around him, even detailing that most of his sexual activity was with animals. He talks openly of how the first times he had straight sex, while incomplete, was with his cousin, Dulce Maria. He also shares that his first act of gay sex was with his cousin Orlando when he was aged eight and his cousin was 12. He says, "In the country, sexual energy generally overcomes all prejudice, repression, and punishment Physical desire overpowers whatever feelings of machismo our fathers take upon themselves to instill in us." After moving to Holguín when he was a teen, Arenas got a job at a guava paste factory. When conditions in the city started to get worse, around 1958, he decided that he wanted to join the guerillas (Castro and his movement), by then he was 14. He walked to Velasco where he met Cuco Sánchez who took him to the Pro Soviet Cuban guerrilla headquarters in the Sierra Gibara. A guerilla Commandante, Eddy Suñol, interviewed Arenas and then said, "We have plenty of guerrillas; what we need is weapons." After ten days with them, he went back to Holguín with the intention of killing a guard and taking his weapon. When he made it back to the city, he went home to see his grandparents who were not so happy to see him. Because he made the mistake of leaving a note saying he was going to join the guerillas, the women that lived with his grandparents spread the news like wildfire. Fulgencio Batista's secret police, the Bureau for the Repression of Communist Activities, were on the lookout for him. His brief trip home made him realize he could not stay, so he trekked back to Velasco to the rebel encampment. They had to accept him at that point. He escaped from prison and tried to leave Cuba by launching himself from the shore on a tire inner tube. The attempt failed and he was rearrested near Lenin Park and imprisoned at the notorious El Morro Castle alongside murderers and rapists. In 1980, as part of the Mariel Boatlift, he fled to the United States. He came on the boat San Lázaro captained by Cuban émigré Roberto Agüero.

Смерть

В 1987 году у Аренаса был диагностирован СПИД; в предсмертном письме, написанном для публикации, Аренас написал: "Из-за моего слабого состояния здоровья и ужасной депрессии, лишающей меня возможности продолжать писать и бороться за свободу Кубы, я заканчиваю свою жизнь. Я хочу призвать кубинский народ за рубежом и на острове продолжать борьбу за свободу. Куба будет свободна. Я уже свободен." В 2012 году Аренас был включен в "Прогулку наследия" – открытую публичную экспозицию, посвященную истории и деятелям ЛГБТ.

Сочинения

Несмотря на короткую жизнь и тяготы, выпавшие на его долю в заключении, Аренас создал значительное количество произведений. Помимо существенных поэтических работ ("El Central", "Leprosorio"), его "Пентагония" – это цикл из пяти романов, представляющий собой "тайную историю" постреволюционной Кубы. В него входит роман "Пение из колодца" (на испанском языке также известен как "Celestino before Dawn"). Аренас последовательно связывает свою личную историю с историческим опытом целого поколения кубинцев. Постоянной темой его романов и других произведений является осуждение правительства Кастро, хотя Аренас также критикует католическую церковь, культуру и политику США. Он также подвергает критике ряд литературных деятелей в Гаване и за рубежом, особенно тех, кого считал предателями и цензорами своих работ (яркими примерами являются Северо Сардуй и Анхель Рама). Его "Тридцать злых скороговорок", которые, по его утверждению, распространялись в Гаване и были перепечатаны в "Цвете лета", высмеивают всех – от личных друзей, которых он подозревал в шпионаже, до таких фигур, как Николас Гильен, Алехо Карпентье, Мигель Барнет, Сардуй и, конечно, сам Кастро. Его автобиография "Прежде чем наступит ночь" вошла в список десяти лучших книг года по версии New York Times в 1993 году.