Бартон Финк: Чёрная комедия братьев Коэн

Введение

Бартон Финк — американский фильм в жанре чёрной комедии, психологического триллера, вышедший в 1991 году. Он написан, спродюсирован, смонтирован и снят братьями Коэнами. Действие разворачивается в 1941 году и рассказывает о молодом нью-йоркском драматурге Бартоне Финке (в исполнении Джона Туртурро), которого нанимают писать сценарии для голливудской киностудии, и его соседе по обветшалому отелю Эрл, страховом агенте Чарли Медоусе (в исполнении Джона Гудмана). Братья Коэны написали сценарий к фильму «Бартон Финк» за три недели, переживая творческий кризис во время работы над фильмом «Перекрёсток Миллера». Съёмки начались сразу после завершения «Перекрёстка Миллера». На фильм оказали влияние работы ряда режиссёров, в частности, «Отвращение» (1965) и «Жилец» (1976) Романа Полански. Премьера «Бартона Финка» состоялась на Каннском кинофестивале в мае 1991 года, где он получил «Золотую пальмовую ветвь», а также награды за лучшую режиссуру и лучшую мужскую роль (Туртурро). Несмотря на коммерческий провал — кассовые сборы составили всего 6 миллионов долларов при бюджете в 9 миллионов — фильм получил положительные отзывы и был номинирован на три премии «Оскар». Среди основных тем фильма — процесс написания, рабство и условия труда в творческих индустриях, поверхностные различия между высокой и массовой культурой, а также взаимоотношения интеллектуалов и «простого человека». Разнообразие элементов фильма затрудняет его жанровую классификацию: его относят к фильмам нуар, фильмам ужасов, романам воспитания, постмодернистским фильмам и бадди-муви. В фильме присутствуют многочисленные литературные аллюзии и религиозные мотивы, а также отсылки к реальным личностям и событиям, в частности, к писателям Клиффорду Одетсу и Уильяму Фолкнеру, чьи персонажи Бартон Финк и У. П. Мэйхью часто рассматриваются как их вымышленные прототипы. Некоторые элементы повествования, особенно повторяющийся образ женщины на пляже, вызвали множество интерпретаций. Братья Коэны признали наличие в фильме намеренных символических элементов, но отрицают, что стремились донести какое-либо конкретное послание.

1991 film by the Coen brothers

Barton Fink is a 1991 American period black comedy psychological thriller film written, produced, edited and directed by the Coen brothers. Set in 1941, it stars John Turturro in the title role as a young New York City playwright who is hired to write scripts for a film studio in Hollywood, and John Goodman as Charlie Meadows, the insurance salesman who lives next door at the run down Hotel Earle. The Coens wrote the screenplay for Barton Fink in three weeks while experiencing writer's block during the writing of Miller's Crossing. They began filming soon after Miller's Crossing was finished. The film is influenced by works of several earlier directors, particularly Roman Polanski's Repulsion (1965) and The Tenant (1976). Barton Fink had its premiere at the Cannes Film Festival in May 1991. In a rare sweep, it won the Palme d'Or as well as awards for Best Director and Best Actor (Turturro). Although the film was a box office bomb, only grossing $6 million against its $9 million budget, it received positive reviews and was nominated for three Academy Awards. Prominent themes of Barton Fink include the writing process; slavery and conditions of labor in creative industries; superficial distinctions between high culture and low culture; and the relationship of intellectuals with "the common man". The diverse elements of the film have led it to defy efforts at genre classification, with the work being variously referred to as a film noir, a horror film, a Künstlerroman, a postmodernist film and a buddy film. It contains various literary allusions and religious overtones, as well as references to many real life people and events – most notably the writers Clifford Odets and William Faulkner, of whom the characters of Barton Fink and W. P. Mayhew, respectively, are often seen as fictional representations. Several features of the film's narrative, particularly an image of a woman at the beach which recurs throughout, have sparked much commentary, with the Coens acknowledging some intentional symbolic elements while denying an attempt to communicate any single message in the film. ary:بارطن فينك

Сюжет

В 1941 году начинающий бродвейский драматург Бартон Финк принимает контракт от Capitol Pictures в Голливуде на написание киносценариев за тысячу долларов в неделю. Переехав в Лос-Анджелес, Финк поселяется в дешевом отеле «Эрл». Единственным украшением его комнаты является небольшая картина с изображением женщины на пляже, заслоняющей солнце рукой. Его новый босс, Джек Липник, поручает Финку написать сценарий к фильму о рестлинге, но он испытывает трудности, работая с незнакомой темой. Его отвлекают звуки из соседней комнаты, и он звонит на ресепшн, чтобы сообщить о беспокоящем шуме. Сосед, Чарли Медоуз, источник шума, навещает Финка, чтобы извиниться. Во время их разговора Финк заявляет о своей симпатии к «простому человеку», а Медоуз рассказывает о своей жизни страхового агента. Братья Коэн написали роль Чарли Медоуса для актера Джона Гудмана, отчасти из-за «теплого и дружелюбного образа, который он создает у зрителя». Они переехали из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк и приступили к работе над другим проектом. Братья Коэн говорили о фильме «Бартон Финк»: «Мы вообще не проводили никаких исследований». За три недели Коэны написали сценарий с главной ролью, специально созданной для актера Джона Туртурро, с которым они работали над фильмом «Перекресток Миллера». Новый фильм, «Бартон Финк», был развернут в большом, казалось бы, заброшенном отеле. Сценарий выполнил свою отвлекающую функцию, и Коэны отложили его: «Бартон Финк как бы очистил наш разум, и мы смогли вернуться к завершению работы над «Перекрестком Миллера». После завершения производства первого фильма Коэны начали подбирать команду для съемок «Бартона Финка». Туртурро с нетерпением ждал возможности сыграть главную роль и провел месяц с Коэнами в Лос-Анджелесе, чтобы согласовать взгляды на проект: «Я чувствовал, что могу привнести в образ Бартона больше человечности. Джоэл и Итан позволили мне внести свой вклад. Я старался пойти немного дальше, чем они ожидали». Разрабатывая подробные раскадровки для «Бартона Финка», Коэны начали искать нового оператора-постановщика, поскольку их давний соратник Барри Сонненфельд, снимавший их первые три фильма, был занят своим режиссерским дебютом — «Семейкой Аддамс». Коэны были впечатлены работой английского оператора Роджера Дикинса, особенно интерьерными сценами фильма «Бурящий понедельник» 1988 года. После просмотра других фильмов, над которыми он работал (включая «Сид и Нэнси» и «Остров Паскали»), они отправили Дикинсу сценарий и пригласили его присоединиться к проекту. Его агент не рекомендовал сотрудничать с Коэнами, но Дикинс встретился с ними в кафе в Ноттинг-Хилле, и вскоре они начали совместную работу над «Бартоном Финком».

In 1941, up and coming Broadway playwright Barton Fink accepts a contract from Capitol Pictures in Hollywood to write film scripts for a thousand dollars per week. Upon moving to Los Angeles, Fink settles into the cheap Hotel Earle. His room's only decoration is a small painting of a woman on the beach, arm raised to block the sun. Fink is assigned to a wrestling film by his new boss Jack Lipnick, but he finds difficulty in writing for the unfamiliar subject. He is distracted by sounds coming from the room next door, and he phones the front desk to alert them of the disturbing sounds. His neighbor, Charlie Meadows, the source of the noise, visits Fink to apologize. During their conversation, Fink proclaims his affection for "the common man", and Meadows describes his life as an insurance salesman. [[File:John Goodman 1989. jpg|thumb|upright|The Coen brothers wrote the role of Charlie Meadows for actor John Goodman, in part because of the "warm and friendly image that he projects for the viewer". They went from Los Angeles to New York and began work on a different project. thumb|left|The Coen brothers said of writing Barton Fink: "We didn't do any research, actually, at all." In three weeks, the Coens wrote a script with a title role written specifically for actor John Turturro, with whom they'd been working on Miller's Crossing. The new film, Barton Fink, was set in a large, seemingly abandoned hotel. The script served its diversionary purpose, and the Coens put it aside: "Barton Fink sort of washed out our brain and we were able to go back and finish Miller's Crossing." Once production of the first film was finished, the Coens began to recruit staff to film Barton Fink. Turturro looked forward to playing the lead role, and spent a month with the Coens in Los Angeles to coordinate views on the project: "I felt I could bring something more human to Barton. Joel and Ethan allowed me a certain contribution. I tried to go a little further than they expected." As they designed detailed storyboards for Barton Fink, the Coens began looking for a new cinematographer, since their associate Barry Sonnenfeld – who had filmed their first three films – was occupied with his own directorial debut, The Addams Family. The Coens had been impressed with the work of English cinematographer Roger Deakins, particularly the interior scenes of the 1988 film Stormy Monday. After screening other films he had worked on (including Sid and Nancy and Pascali's Island), they sent a script to Deakins and invited him to join the project. His agent advised against working with the Coens, but Deakins met with them at a café in Notting Hill and they soon began working together on Barton Fink.

Съемки

Сцены в ресторанах Нью-Йорка в начале фильма «Бартон Финк» были сняты внутри океанского лайнера RMS Queen Mary. Основные съемки начались в июне 1990 года и заняли восемь недель (на треть меньше, чем потребовалось для «Перекрёстка Миллера»), а предварительный окончательный бюджет фильма составил 9 миллионов долларов США. Братья Коэн отлично работали с Дикинсом, и им легко удавалось воплощать свои идеи для каждой сцены в жизнь. «Был только один случай, когда мы его удивили, – вспоминал позже Джоэл Коэн. – В одной из расширенных сцен требовался плавный проезд камеры из спальни в сливное отверстие раковины в смежной ванной комнате, как символ полового акта. «Это было очень весело, и мы отлично провели время, придумывая, как это сделать», – сказал Джоэл. «После этого каждый раз, когда мы просили Роджера сделать что-то сложное, он поднимал бровь и говорил: «Только не заставляйте меня искать сливные отверстия!»». Три недели съемок проходили в отеле «Эрл», декорации для которого создал художник-постановщик Деннис Гасснер. Для кульминационной сцены фильма требовался огромный распространяющийся пожар в коридоре отеля, который Коэны изначально планировали добавить в постпродакшене с помощью компьютерной графики. Однако, когда они решили использовать настоящее пламя, съемочная группа построила большой альтернативный павильон в заброшенном ангаре для самолетов в Лонг-Бич, Калифорния. За коридором была установлена серия газовых форсунок, а обои были перфорированы для облегчения проникновения пламени. Когда Гудман бежал по коридору, человек на надстройке открывал каждую форсунку, создавая впечатление, что огонь преследует Чарли. Каждый дубль требовал перестройки установки, а рядом стоял второй коридор (без огня), готовый для съемок дополнительных кадров между дублями. Финальная сцена была снята недалеко от пляжа Зума, как и кадр с волной, разбивающейся о скалу. Братья Коэн сами смонтировали фильм, как они обычно делают. «Мы предпочитаем непосредственный подход, – объяснил Джоэл в 1996 году, – а не сидеть рядом с кем-то и говорить, что вырезать». Из-за правил членства в гильдиях кинопроизводства им необходимо использовать псевдоним; «Родерик Джеймс» указан в титрах как монтажер «Бартона Финка». Из финальной версии фильма было удалено лишь несколько отснятых сцен, в том числе переходная сцена, показывающая перемещение Бартона из Нью-Йорка в Голливуд. (В фильме это показано загадочно – волной, разбивающейся о скалу.) Также было снято несколько сцен, изображающих работу в голливудских студиях, но они были вырезаны, потому что были «слишком шаблонными».

thumb|right|Restaurant scenes set in New York at the start of Barton Fink were filmed inside the RMS Queen Mary ocean liner. Principal photography began in June 1990 and took eight weeks (a third less time than required by Miller's Crossing), and the estimated final budget for the film was US$9 million. The Coens worked well with Deakins, and they easily translated their ideas for each scene onto film. "There was only one moment we surprised him," Joel Coen recalled later. An extended scene called for a tracking shot out of the bedroom and into a sink drain "plug hole" in the adjacent bathroom as a symbol of sexual intercourse. "The shot was a lot of fun and we had a great time working out how to do it," Joel said. "After that, every time we asked Roger to do something difficult, he would raise an eyebrow and say, 'Don't be having me track down any plug holes now.'" Three weeks of filming were spent in the Hotel Earle, a set created by art director Dennis Gassner. The film's climax required a huge spreading fire in the hotel's hallway, which the Coens originally planned to add digitally in post production. When they decided to use real flames, however, the crew built a large alternative set in an abandoned aircraft hangar at Long Beach, California. A series of gas jets was installed behind the hallway, and the wallpaper was perforated for easy penetration. As Goodman ran through the hallway, a man on an overhead catwalk opened each jet, giving the impression of a fire racing ahead of Charlie. Each take required a rebuild of the apparatus, and a second hallway (sans fire) stood ready nearby for filming pick up shots between takes. The final scene was shot near Zuma Beach, as was the image of a wave crashing against a rock. The Coens edited the film themselves, as is their custom. "We prefer a hands on approach," Joel explained in 1996, "rather than sitting next to someone and telling them what to cut." Because of rules for membership in film production guilds, they are required to use a pseudonym; "Roderick Jaynes" is credited with editing Barton Fink. Only a few filmed scenes were removed from the final cut, including a transition scene to show Barton's movement from New York to Hollywood. (In the film, this is shown enigmatically with a wave crashing against a rock.) Several scenes representing work in Hollywood studios were also filmed, but edited out because they were "too conventional".

Обстановка

[[Файл:EarleWallpaper. jpg|thumb|right|Облупившиеся обои в комнате Бартона были разработаны так, чтобы имитировать гной, стекающий из инфицированного уха Чарли. Комната Бартона обставлена скудно, с двумя большими окнами, выходящими на другое здание. Позже братья Коэны описали отель как "корабль-призрак, дрейфующий в открытом море, где вы замечаете признаки присутствия других пассажиров, но никогда не видите никого из них". В фильме обувь постояльцев служит признаком этого невидимого присутствия; еще одним редким признаком других обитателей является звук из соседних комнат. Джоэл сказал: "Можно представить, что там живут неудавшиеся коммивояжеры с жалкой личной жизнью, которые плачут в одиночестве в своих комнатах".

Картина

Фотографии женщин. Этан Коэн в интервью 1991 года сказал, что женщина на пляже в комнате Бартона (выше) должна была вызвать "чувство утешения". Позже в фильме Бартон помещает в кадр небольшую фотографию Чарли, одетого в элегантный костюм и держащего портфель. Сопоставление его соседа в облике страхового агента и эскапистского образа женщины на пляже приводит к смешению реальности и фантазии для Бартона. Критик Майкл Данн отмечает: "Зрители могут лишь гадать, насколько "реален" Чарли. В финальной сцене фильма зрители должны задуматься, насколько "реальна" эта женщина. Этот вопрос порождает другие: насколько реален Финк? Липник? Одри? Мэйхью? Насколько реальны вообще фильмы?" Значение фотографии стало предметом широких спекуляций. Рецензент Washington Post Дессон Хоу отметил, что, несмотря на эмоциональное воздействие, финальная сцена "скорее похожа на самоцельную шутку, на искусственно добавленную концовку". В своей книге, посвященной анализу фильмов братьев Коэн, Роуэлл предполагает, что одержимость Бартона фотографией иронична, учитывая ее принадлежность к массовой культуре и его собственные претензии на высокую культуру (несмотря на заявления об обратном). Она также отмечает, что камера фокусируется на самом Бартоне в той же степени, что и на фотографии, когда он на нее смотрит. В какой-то момент камера перемещается мимо Бартона, заполняя кадр изображением женщины на пляже. Это напряжение между объективной и субъективной точками зрения вновь появляется в конце фильма, когда Бартон оказывается – в определенном смысле – внутри фотографии. Критик М. Кит Букер называет финальную сцену "загадочным комментарием о репрезентации и взаимосвязи искусства и реальности". Он предполагает, что идентичные изображения указывают на абсурдность искусства, которое напрямую отражает жизнь. Фильм переносит женщину непосредственно из мира искусства в реальность, вызывая у зрителя замешательство; Букер утверждает, что такое буквальное изображение неизбежно ведет к неопределенности. Многие критики отметили, что в эпизоде "Закон непротиворечия" телесериала "Фарго", спродюсированного братьями Коэн на основе их одноименного фильма 1996 года, есть отсылка к этой фотографии, поскольку главная героиня эпизода Глория сидит на пляже в аналогичной композиции и позе. Темы эпизода также сопоставлялись с фильмом "Бартон Финк".

[[File:Barton Fink pictures of women. jpg|thumb|right|Ethan Coen said in a 1991 interview that the woman on the beach in Barton's room (above) was meant to give "the feeling of consolation." Later in the film, Barton places into the frame a small picture of Charlie, dressed in a fine suit and holding a briefcase. The juxtaposition of his neighbor in the uniform of an insurance salesman and the escapist image of the woman on the beach leads to a confusion of reality and fantasy for Barton. Critic Michael Dunne notes: "[V]iewers can only wonder how 'real' Charlie is. In the film's final shot viewers must wonder how 'real' [the woman] is. The question leads to others: How real is Fink? Lipnick? Audrey? Mayhew? How real are films anyway?" The picture's significance has been the subject of broad speculation. The Washington Post reviewer Desson Howe said that despite its emotional impact, the final scene "feels more like a punchline for punchline's sake, a trumped up coda." In her book length analysis of the Coen brothers' films, Rowell suggests that Barton's fixation on the picture is ironic, considering its low culture status and his own pretensions toward high culture (speeches to the contrary notwithstanding). She further notes that the camera focuses on Barton himself as much as the picture while he gazes at it. At one point, the camera moves past Barton to fill the frame with the woman on the beach. This tension between objective and subjective points of view appears again at the end of the film, when Barton finds himself – in a sense – inside the picture. Critic M. Keith Booker calls the final scene an "enigmatic comment on representation and the relationship between art and reality." He suggests that the identical images point to the absurdity of art which reflects life directly. The film transposes the woman directly from art to reality, prompting confusion in the viewer; Booker asserts that such a literal depiction therefore leads inevitably to uncertainty. Many critics noted that "The Law of Non Contradiction", an episode of the Coen produced TV series Fargo based on their eponymous 1996 film, features a reference to the picture, as the episode's main character Gloria sits at the beach in shot and position similar to the picture's. The episode's themes were also compared to Barton Fink.

Жанр

Коэны известны тем, что снимают фильмы, которые не поддаются простой классификации. Хотя они называют свой первый фильм, Blood Simple (1984), относительно прямолинейным примером детективной прозы, Коэны написали свой следующий сценарий, Raising Arizona (1987), не стремясь соответствовать какому-либо конкретному жанру. Они решили написать комедию, но намеренно добавили мрачные элементы, чтобы создать, по словам Итана, "довольно жестокий фильм". Их третий фильм, Miller's Crossing (1990), изменил эту схему, вплетая комедийные элементы в криминальную историю. Однако он также разрушает представление об однозначной жанровой принадлежности, используя приемы мелодрамы, любовных историй и политической сатиры. Эта тенденция к смешению жанров продолжилась и усилилась в фильме Barton Fink (1991); Коэны утверждают, что фильм "не принадлежит ни к одному жанру". Тем не менее, Коэны отрицают, что намеревались создать систематическое единство из символов в фильме. "Мы никогда не приступаем к съемкам с подобными идеями", – сказал Джоэл в интервью 1998 года. "Никогда не бывает чего-то похожего на столь конкретный интеллектуальный анализ. Всегда есть ряд инстинктивных вещей, которые кажутся правильными, по какой бы причине ни было". Коэны отметили, что их устраивает неразрешенная двусмысленность. Итан сказал в 1991 году: "Barton Fink в конечном итоге рассказывает вам, что происходит, настолько, насколько это важно знать. То, что не является кристально ясным, не должно становиться кристально ясным, и это нормально оставить все как есть". Говоря о фантазиях и сценах сновидений, он сказал: "Верно, что мы хотели, чтобы зритель разделил внутренний мир Бартона Финка, а также его точку зрения. Но не нужно было заходить слишком далеко. Например, было бы неуместно, если бы Бартон Финк проснулся в конце фильма, и мы тем самым намекнули, что он на самом деле жил в реальности, превосходящей ту, что изображена в фильме. В любом случае, говорить о "реальности" применительно к вымышленному персонажу всегда искусственно. Саундтрек был выпущен в 1996 году на компакт-диске вместе с музыкой к фильму "Фарго" Коэнов. Несколько песен, использованных в фильме, наполнены смыслом. В какой-то момент Мэйхью, пьяный, отходит от Бартона и Одри. Бродя, он выкрикивает народную песню "Old Black Joe" (1853). Написанная Стивеном Фостером, она рассказывает историю пожилого раба, готовящегося присоединиться к своим друзьям в "лучшей земле". Исполнение песни Мэйхью совпадает с его положением угнетенного сотрудника Capitol Pictures и предвещает собственную ситуацию Бартона в конце фильма. Когда Бартон заканчивает писать сценарий, он празднует, танцуя на шоу Объединенных служб (USO). В этой сцене звучит кавер-версия свинговой мелодии "Down South Camp Meeting". В тексте песни (не слышном в фильме) говорится: "Готовься (Пой) / Вот они идут! Хор готов". Эти строки перекликаются с названием пьесы Бартона "Оборванные хоры". Когда празднование перерастает в потасовку, интенсивность музыки возрастает, и камера приближается к зияющей полости трубы. Эта последовательность отражает приближение камеры к сливу раковины непосредственно перед убийством Одри ранее в фильме.

The Coens are known for making films that defy simple classification. Although they refer to their first film, Blood Simple (1984), as a relatively straightforward example of detective fiction, the Coens wrote their next script, Raising Arizona (1987), without trying to fit a particular genre. They decided to write a comedy but intentionally added dark elements to produce what Ethan calls "a pretty savage film." Their third film, Miller's Crossing (1990), reversed this order, mixing bits of comedy into a crime film. Yet it also subverts single genre identity by using conventions from melodrama, love stories, and political satire. This trend of mixing genres continued and intensified with Barton Fink (1991); the Coens insist the film "does not belong to any genre." The Coens, however, have denied any intent to create a systematic unity from symbols in the film. "We never, ever go into our films with anything like that in mind," Joel said in a 1998 interview. "There's never anything approaching that kind of specific intellectual breakdown. It's always a bunch of instinctive things that feel right, for whatever reason." The Coens have noted their comfort with unresolved ambiguity. Ethan said in 1991: "Barton Fink does end up telling you what's going on to the extent that it's important to know What isn't crystal clear isn't intended to become crystal clear, and it's fine to leave it at that." Regarding fantasies and dream sequences, he said:blockquote|text=It is correct to say that we wanted the spectator to share in the interior life of Barton Fink as well as his point of view. But there was no need to go too far. For example, it would have been incongruous for Barton Fink to wake up at the end of the film and for us to suggest thereby that he actually inhabited a reality greater than what is depicted in the film. In any case, it is always artificial to talk about "reality" in regard to a fictional character. The score was released in 1996 on a compact disc, along with the score for the Coens' film Fargo. Several songs used in the film are laden with meaning. At one point Mayhew stumbles away from Barton and Audrey, drunk. As he wanders, he hollers the folk song "Old Black Joe". (1853) Composed by Stephen Foster, it tells the tale of an elderly slave preparing to join his friends in "a better land." Mayhew's rendition of the song coincides with his condition as an oppressed employee of Capitol Pictures, and it foreshadows Barton's own situation at the film's end. When he finishes writing his script, Barton celebrates by dancing at a United Service Organizations (USO) show. The song used in this scene is a rendition of "Down South Camp Meeting", a swing tune. Its lyrics (unheard in the film) state: "Git ready (Sing) / Here they come! The choir's all set." These lines echo the title of Barton's play, Bare Ruined Choirs. As the celebration erupts into a melee, the intensity of the music increases, and the camera zooms into the cavernous hollow of a trumpet. This sequence mirrors the camera's zoom into a sink drain just before Audrey is murdered earlier in the film.