Хосе Мария Гидо: Президент Аргентины в период нестабильности

Введение

28-й президент Аргентины

Хосе Мария Гидо Сибейра (29 августа 1910 – 13 июня 1975) был президентом Аргентины с 29 марта 1962 по 12 октября 1963 года, возглавив временное гражданское правительство после свержения президентом Артуро Фрондизи в результате военного переворота. Девятнадцать месяцев пребывания Гидо у власти характеризовались глубокой экономической рецессией, открытой борьбой между соперничающими группировками в вооруженных силах и антидемократическими мерами, включая сохраняющийся запрет на участие перонистов в аргентинской политике. Однако Гидо, при критической поддержке "легалистского" крыла военных, добился успеха в своей задаче – вернуть Аргентину к конституционному правлению, проведя всеобщие выборы 7 июля 1963 года.

Ранние годы

Хосе Мария Гидо родился в Буэнос-Айресе 29 августа 1910 года. Его отец, Хосе Мария Эмилио Гидо Репетто, родился в Ла-Плате, имея итальянские корни, а его мать, Кармен Сибейра Москера, родилась в Пиньор, Галисия, на севере Испании. Он вырос в районе Сан-Телмо столицы и окончил юридический факультет Университета Ла-Плата в 1940 году.

Начало карьеры

До прихода в политику Гвидо работал юристом и был членом центристской Радикальной гражданской партии (Unión Cívica Radical или UCR), традиционной партии аргентинского среднего класса. В 1946 году он переехал в Виедму, столицу провинции Рио-Негро в регионе Патагония, чтобы присоединиться к юридической фирме Эдгардо Костелло. Карьера Гвидо на государственной службе началась с его участия в разработке Закона 200 в 1951 году, который учредил es (IDEVI) – провинциальное агентство, ответственное за развитие гидроэлектроэнергетических ресурсов провинции. Будучи назначенным советником IDEVI, Гвидо отправился в США для встреч с представителями Tennessee Valley Authority, государственного коммунального предприятия. Общественный порядок был восстановлен, однако отношения Гвидо с профсоюзным движением ухудшились.

Председательство

Гидо занял пост президента после того, как военные свергли конституционно избранного Фрондизи в ранние утренние часы 29 марта 1962 года. Более 12 часов после переворота пост президента Аргентины оставался вакантным, поскольку гражданские лидеры и их военные союзники пытались предотвратить установление диктатуры под командованием главнокомандующего армией. Поскольку пост вице-президента оставался вакантным после отставки Гомеса, Гидо был следующим по очереди в соответствии со статьей 75 Конституции Аргентины и Законом о престолонаследии 1868 года (ley de acefalía, буквально «Закон о безглавии»). Будучи лояльным сторонником Фрондизи, Гидо не решался принять на себя президентство и согласился сделать это главным образом по настоянию лидеров партии UCRI, особенно министра обороны Фрондизи Родольфо Мартинеса, который передал желание экс-президента, чтобы Гидо вступил в должность. UCRP также пообещала свою поддержку. Вечером 29 марта 1962 года Гидо был приведен к присяге Верховным судом Аргентины и, как сообщается, дал присягу на копии Конституции, чтобы символизировать сохранение конституционной процедуры и попросил не считать его «предателем своей партии или народа». Ему было предписано «соуправлять» с вооруженными силами, которые обладали «правом вето» над гражданскими властями. Дополнительным осложнением стал раскол в армии между «Азулес» («Синими»), также известными как легалисты из-за их поддержки «легалистской» передачи власти в соответствии с Конституцией, и «Колорадос» («Красными»), которые стремились установить военную диктатуру. Интенсивное соперничество между двумя фракциями вылилось в насильственные столкновения в конце 1962 года и начале 1963 года, которые поставили Аргентину на грань гражданской войны. «Азулес» одержали победу в последовавших сражениях, что позволило Гидо остаться у власти и проложило путь к возвращению к конституционному правительству через выборы в июле 1963 года, в результате которых к власти пришел Артуро Умберто Илья из UCRP.

Экономическая история и политика

В последние годы правления Фрондизи аргентинская экономика восстановилась после экономического кризиса 1959 года, но продолжала сталкиваться с высокой инфляцией (по историческим стандартам) из-за чрезмерного темпа кредитной экспансии и дефицита платежного баланса, поскольку сильная засуха резко сократила экспорт сельскохозяйственной продукции. К марту 1962 года валютные резервы упали до 125 миллионов долларов США, что на 70% меньше, чем двенадцать месяцев назад. Под давлением военных и аграрных интересов Гидо назначил Альваро Альсогарея министром экономики. Альсогарай был архитектором ортодоксальной программы стабилизации при Фрондизи и внедрил аналогичную ограничительную политику. Валютный контроль был либерализован, а песо девальвировалось на 59%. Денежно-кредитные условия были ужесточены, а рост денежной массы M2 сократился с 35% в год в 1960–1961 годах до 23% в 1962 году и всего 10% в 1963 году. Была проведена фискальная жесткость, и финансирование дефицита бюджета Центральным банком было практически прекращено. Однако программа стабилизации достигла своей основной цели – предотвращения кризиса платежного баланса, и валютные резервы увеличились до 320 миллионов долларов США к концу 1963 года. Рост и умеренная диверсификация экспорта были одним из немногих положительных моментов в экономике во время пребывания Гидо у власти. Экспорт достиг 1,385 миллиарда долларов США в 1963 году, увеличившись более чем на 40% по сравнению с 1961 годом и достигнув самого высокого уровня с 1948 года, поскольку сельскохозяйственное производство восстановилось после засухи. Аргентина также наблюдала обнадеживающее расширение нетрадиционного экспорта, включая сахар, фруктовые соки и даже промышленные товары, такие как автозапчасти, сельскохозяйственная техника, инструменты и текстиль. Во время правления Гидо Аргентина оставалась открытой для прямых иностранных инвестиций, которые были краеугольным камнем экономической политики Фрондизи. В середине 1963 года Торговая палата США оценила, что американские компании инвестировали в Аргентину более 1 миллиарда долларов США и трудоустроили более 135 000 местных рабочих в автомобильной, нефтяной, электротехнической, фармацевтической, пищевой и индустрии потребительских товаров. Американские и европейские компании способствовали развитию Аргентины, проводя программы обучения, хотя многие из недавно обученных сотрудников впоследствии стремились эмигрировать, поскольку их навыки были востребованы за рубежом.

In the final years of the Frondizi administration, the Argentine economy had recovered from the economic crisis of 1959 but continued to face high inflation (by historical standards) due to an excessive rate of credit expansion and balance of payments deficits as a severe drought sharply reduced agricultural exports. By March 1962, foreign exchange reserves had fallen to USD $125 million, a 70% decrease from twelve months earlier. Pressured by military and agrarian interests, Guido appointed Álvaro Alsogaray as Minister of the Economy. Alsogaray was the architect of orthodox stabilization program under Frondizi and enacted similarly restrictive policies. Foreign exchange controls were liberalized and the peso was devalued by 59%. Monetary and credit conditions were tightened and M2 money supply growth was reduced from an average of 35% per year in 1960 1961 to 23% in 1962 and only 10% in 1963. Fiscal austerity was implemented and Central Bank financing of the budget deficit was virtually eliminated. However, the stabilization program succeeded in its primary goal of averting a balance of payments crisis with foreign exchange reserves increased to USD $320 million by the end of 1963. Growth and a modest diversification of exports were one of the few bright spots in the economy during Guido's term. Exports reached USD $1,385 million in 1963, an increase of over 40% from 1961 and the highest level since 1948, as agricultural production recovered from drought. Argentina also experienced an encouraging expansion of non traditional exports, including sugar, fruit juices, and even manufactured goods such as motor vehicle parts, agricultural machinery, tools, and textiles. During Guido's term, Argentina remained open to foreign direct investment which had been a cornerstone of Frondizi's economic policy. In mid 1963, the U. S. Chamber of Commerce estimated that American companies had invested over USD $1 billion in Argentina and employed over 135,000 local workers in the motor vehicle, petroleum, electric appliances, pharmaceuticals, food and beverage, and consumer products industries. U. S. and European companies contributed to Argentina's development by operating training programs, although many of the newly trained employees subsequently sought to emigrate since their skills were in demand abroad.

Внешняя торговля и платежный баланс

Программа стабилизации Альсогарея привела к значительному улучшению сальдо текущего счета Аргентины, изменив его с дефицита в 572 миллиона долларов США в 1961 году до профицита в 385 миллионов долларов США в 1963 году. Однако Аргентина продолжала испытывать существенное давление на платежный баланс. Политическая нестабильность и "серьезный экономический дисбаланс" вызвали отток капитала, который нивелировал выгоды от сокращения дефицита торгового баланса. Нехватка долларов и ограничения на импорт также негативно сказались на усилиях по восстановлению экономики. В 1963 году добыча нефти снизилась, поскольку государственной нефтяной компании Yacimientos Petroliferos Fiscales не хватало долларов для импорта оборудования и оплаты услуг иностранных нефтяных компаний по контрактам, заключенным Фрондиси. В 1963 году Аргентина получила 56 миллионов долларов США от Международного банка реконструкции и развития и стала одним из крупнейших заемщиков банка в этом году. 29 марта 1963 года Гидо обеспечил кредитный пакет в размере 322 миллионов долларов США, включавший новые кредиты, валютные соглашения и рефинансирование существующей задолженности. За месяц до всеобщих выборов 1963 года правительство США согласилось предоставить Аргентине кредит в размере 35,5 миллиона долларов США под процентную ставку менее 1 процента для финансирования жилищной программы и решения проблем платежного баланса. К сожалению, значительная часть внешнего долга, включая официальную помощь, имела краткосрочный характер погашения. К середине 1963 года оценивалось, что половина внешнего долга Аргентины в размере 2,8 миллиарда долларов США подлежала выплате к концу 1966 года. Частные аргентинские компании владели иностранным долгом в размере 532 миллионов долларов США, почти половина которого подлежала выплате к концу 1963 года, что создавало постоянное давление на платежный баланс.

Социальная политика

Аргентина получила помощь на строительство жилья для людей с низкими доходами. Однако к середине 1963 года американские официальные лица решили свернуть программу помощи, поскольку уровень жизни в Аргентине в то время был достаточно высоким. Президентство Гидо характеризовалось борьбой за власть между группировками «Азулес» и «Колорадо» в армии, что привело к вспышкам насилия и, в конечном итоге, к победе «Азулес» и их лидера, будущего военного диктатора Хуана Карлоса Онгании. «Азулес» предприняли первые шаги 20-21 апреля 1962 года, осуществив ненасильственные перемещения войск под руководством генерал-лейтенанта Энрике Рауха на улицах Буэнос-Айреса, что успешно вынудило Погги и военного секретаря Марино Каррераса, связанных с «Колорадо», подать в отставку. 20 сентября 1962 года произошли открытые столкновения, и, по сообщениям, на этот раз первыми открыли огонь «Колорадо»; однако в течение 72 часов «Колорадо» были разгромлены. Гидо открыто присоединился к «Азулес» и 22 сентября назначил Онганию главнокомандующим армией. В надежде на примирение, Гидо 12 сентября 1963 года издал всеобщую амнистию для мятежников из «Колорадо».

Внешняя политика

При Гидо Аргентина установила более тесные связи с США и "проявила себя как важный участник холодной войны в Латинской Америке" благодаря своей жесткой позиции против Кубы. В августе 1962 года Аргентина заблокировала заявку Кубы на вступление в Латиноамериканскую ассоциацию свободной торговли, что стало явным разрывом с решением Фрондизи в январе 1962 года выступать против исключения Кубы из Организации американских государств (ОАГ). Когда в октябре 1962 года разразился Кубинский ракетный кризис, Гидо первым среди лидеров Латинской Америки пообещал военную поддержку США и направил два эсминца – "Эспора" и "Росалес" – для помощи американцам в установлении блокады Кубы. Военные чиновники предприняли собственные, независимые попытки связаться с американскими представителями: бригадный генерал Кайо Алсина предложил поддержку ВВС своему американскому коллеге, а Онгáнья – поддержку армии в случае наземной операции. Внутренняя оппозиция участию Аргентины была подавлена; 27 октября 1962 года полиция в Буэнос-Айресе применила слезоточивый газ против "толпы из примерно 400 человек, бросавших камни". Аргентина поддержала американское предложение о предоставлении ОАГ права расследовать подрывную деятельность, спонсируемую Кубой, в любом государстве-члене, даже без согласия правительства этого государства. Власти США ответили взаимностью. Посол Роберт Макклинток написал помощнику госсекретаря по делам стран Западного полушария Эдвину Мартину: "По моему мнению, аргентинские вооруженные силы следует рассматривать Соединенными Штатами как ценный актив (при правильном использовании), а не как обузу, как, по-видимому, считают некоторые в Вашингтоне". В своем Плане действий в отношении Аргентины на 1962 год Госдепартамент США определил в качестве ключевой цели "[с]отрудничать и оказывать поддержку правительству Гидо всеми возможными способами для укрепления его позиций по отношению к военным". Куба, в свою очередь, угрожала спонсировать восстания, а Кастро назвал Аргентину одной из стран Латинской Америки, готовых к революциям кубинского типа. Аргентина сыграла ключевую роль в программе помощи Латинской Америке "Союз за прогресс", инициированной президентом Джоном Ф. Кеннеди. Американский еврейский комитет обвинил Аргентину в антисемитизме после ареста Эйхмана, заявив, что фашистские и антисемитские группировки "имели тайную поддержку со стороны некоторых военных лидеров". Несмотря на идеологическую близость между двумя правыми "сестринскими республиками", сохранялась напряженность в отношениях с Испанией из-за продолжающегося вмешательства Перона в аргентинскую политику во время его жизни в изгнании в Мадриде. Испанские власти заявили, что могут ограничить публичную деятельность Перона, но не в состоянии контролировать частные контакты, которые, по сообщениям, включали визиты аргентинских профсоюзных и политических деятелей.

Under Guido, Argentina pursued closer ties with the U. S. and "proved to be an important Cold Warrior in Latin America" through its hardline stance against Cuba. In August 1962, Argentina blocked Cuba's application to join the Latin American Free Trade Association, a clear reversal from Frondizi's decision in January 1962 to oppose Cuba's expulsion from the Organization of American States (OAS). When the Cuban Missile Crisis broke out in October 1962, Guido was the first Latin American leader to pledge military support to the U. S. and sent two naval destroyers, Espora and Rosales, to help the Americans enforce a blockade of Cuba. Military officials made their own independent overtures to U. S. contacts, with Brigadier General Cayo Alsina offering Air Force support to his U. S. counterpart and Onganía offering Army support in case of a land deployment. Domestic opposition to Argentina's involvement was suppressed; on 27 October 1962, police in Buenos Aires fired tear gas into a "rock throwing mob of about 400 people." Argentina supported an American proposal allowing the OAS to investigate Cuban sponsored subversive activity in any member state even without the member government's permission. U. S. authorities reciprocated. Ambassador Robert McClintock wrote to Assistant Secretary of State for Inter American Affairs Edwin Martin: "The Argentine military, in my judgment, should be regarded as an asset by the United States (if rightly used) and not as a liability as some people in Washington seem to believe." In its 1962 Plan of Action for Argentina, the U. S. State Department established as a key objective to "[c]ooperate with and support the Guido Government in all feasible ways in order to strengthen it vis à vis the military." Cuba in turn threatened to sponsor uprisings and Castro identified Argentina as among the countries in Latin America that were ready for Cuban style revolutions. Argentina played a key role in President John F. Kennedy's Alliance for Progress aid program for Latin America. Argentina was cited by the American Jewish Committee for anti Semitism in the wake of Eichmann's arrest and alleged that Fascist and anti Semitic groups "had the secret backing of certain military leaders." Tensions existed with Spain in spite of ideological affinity between the two right wing "sister republics" due to Perón continued interference in Argentine politics while living in exile in Madrid. Spanish authorities responded that they could restrain Perón's public activities but were not able to restrict private contacts, which reportedly included visits from Argentine union and political leaders.

Политические права и свободы при Гуидо

Под давлением колорадос, Гвидо принял ряд антидемократических мер весной 1962 года. 13 апреля 1962 года Гвидо созвал специальную сессию Конгресса для внесения поправок в Закон о престолонаследии, чтобы получить 180 дней на назначение новых выборов вместо 30 дней, предусмотренных законом. Хотя Сенат одобрил поправку, Гвидо не смог добиться одобрения Палаты депутатов и распустил специальную сессию 23 апреля. В июне 1963 года Гвидо запретил кандидатам от "Унион Популяр" участвовать в недавно сформированной многопартийной коалиции "Национальный и народный фронт". 5 июля 1963 года Перон усугубил ситуацию, приказав своим сторонникам бросать в урны пустые бюллетени. Однако выборы прошли мирно и в целом честно 7 июля 1963 года с участием 85% избирателей, что продемонстрировало приверженность аргентинцев демократии, несмотря на избирательные ограничения, социальные и политические беспорядки и экономическую стагнацию того времени.

1963 всеобщие выборы

Напряженность нарастала по мере приближения выборов, ходили слухи о готовящемся перевороте со стороны действующих или отставных военных, чтобы не допустить их проведения. Руководство армии приказало удерживать войска в казармах, чтобы предотвратить попытки переворота, а Онганья отправился по гарнизонам, чтобы убедить офицеров поддержать выборы. Нарастающая предвыборная напряженность происходила на фоне продолжающейся социальной и политической нестабильности. За две недели до выборов 270 000 учителей по всей стране объявили забастовку с требованием повышения заработной платы, а кинотеатры закрылись в знак протеста против ограничений на показ иностранных фильмов. Судья распорядился освободить Селию де ла Серна де Гевара, мать Че Гевары, задержанную по обвинению в контрабанде прокубинской пропаганды из Уругвая. Первоначально «Азулес» согласились допустить ограниченное участие перонистов. Однако министр внутренних дел генерал Осирис Вильегас в последний момент издал указы, распустившие семипартийный Фронт и пригрозил судебной дисквалификацией его кандидату в президенты Висенте Солано Лиме, а также предупредил, что «военные обязаны уважать волю народа». Однако аргентинские избирательные суды отказались блокировать кандидатуру Лимы, постановив, что он не был обвинен в совершении преступления. Вильегас также дисквалифицировал кандидата от Христианско-демократической партии Рауля Матеру из-за его прошлых связей с Пероном, издав указ 3 июля 1963 года. Ходили слухи, что Вильегас примет участие в перевороте, чтобы сорвать выборы. Аргентинская коммунистическая партия была запрещена и ликвидирована 25 мая 1963 года. Гидо публично призвал сограждан уважать выборы и вернуться к конституционному правлению, и 19 апреля 1963 года неохотно санкционировал арест 50 коллег из UCRI по приказу министра внутренних дел генерала Энрике Рауха. Всеобщие выборы состоялись, как и планировалось, 7 июля 1963 года, с развертыванием 70 000 военнослужащих для поддержания порядка. В качестве меры предосторожности полиция задержала почти 400 гражданских лиц и лидеров профсоюзов по всей стране перед выборами. Примерно 150 заключенных были освобождены к концу июля 1963 года, а остальные – до инаугурации Ильи в октябре. Сенаторы были избраны провинциальными законодательными собраниями и избирательной коллегией федеральной столицы 29 июля 1963 года. UCRI вновь раскололась, когда Фрондизи, все еще находясь под стражей, создал новую партию. Лидер UCRI Оскар Альенде выступал за продолжение экономической политики Гидо и привлечение иностранных инвестиций, хотя и с расширением возможностей для рабочего класса. Альенде исключил возможность коалиции с UCRP, но согласился поддержать Илью при голосовании избирательной коллегии, состоявшемся 31 июля 1963 года. Христианско-демократическая партия Аргентины также согласилась поддержать Илью, чтобы предотвратить выдвижение компромиссного кандидата от военных. Нестабильность не прекратилась с выборами. Через несколько недель после выборов Делия Пароди, генеральный секретарь перонистов, предупредила, что сторонники Перона прибегнут к подрывной деятельности из-за продолжающегося запрета на участие в политической жизни Аргентины. 11 июля 1963 года Гидо издал указ, запрещающий 29 группам, считавшимся прикрытием для коммунистической деятельности, – от Федерации профсоюзов до культурных организаций, таких как Институт аргентинско-русских культурных связей и Федерация еврейских культурных организаций.

Tensions were high as the election approached with rumors that either active duty or retired military officials would stage a coup to prevent the elections. Army leaders confined troops to their barracks forestall any coup attempts while Onganía traveled to garrisons to encourage officers to support the election. The electoral tensions occurred against a backdrop of continued social and political turbulence. Two weeks prior to the election, 270,000 teachers nationwide went on strike for higher wages while movie houses shut down to protest restrictions on screening foreign films. A judge ordered the release of Celia de la Serna de Guevara, Che Guevara's mother, who was detained for allegedly smuggling in pro Cuban propaganda from Uruguay. At first the Azules agreed to permit limited participation by Peronists. However, Minister of the Interior General Osiris Villegas issued last minute decrees that eliminated the seven party Front and threatened its Presidential candidate Vicente Solano Lima with judicial disqualification. and warned that the "military are obligated to respect the will of the people." However, Argentina's electoral courts declined to block Lima's candidacy, ruling that he had not be accused of an actual offense. Villegas also disqualified Christian Democratic candidate Raul Matera for his past ties to Perón in a decree issued on 3 July 1963. Rumors circulated that Villegas would participate in a coup to prevent the elections from taking place. The Argentine Communist party was banned and liquidated on 25 May 1963. Guido made public appeals for his countrymen to respect the elections and allow a return to constitutional government. and on 19 April 1963 reluctantly authorized the arrest of 50 UCRI colleagues as ordered by Minister of the Interior General Enrique Rauch. The general election was held as planned on 7 July 1963 with 70,000 troops deployed to maintain order. As a precautionary measure, police detained almost 400 civilian and labor union leaders across the country prior to the election. Approximately 150 of the prisoners were released by the end of July 1963 and the remainder prior to Illia's inauguration in October. Senators were selected by provincial legislatures and the federal capital's electoral college on 29 July 1963. The UCRI split again when Frondizi, still in detention, formed a new party. UCRI leader Oscar Alende campaigned on continuing Guido's economic policies and encouraging foreign investment, although with better opportunities for the working class. Alende ruled out a coalition with the UCRP but agreed to support Illia in the electoral college vote that occurred on 31 July 1963. Argentina's Christian Democratic party also agreed to support Illia to prevent the nomination of a compromise candidate from the military. Instability did not end with the election. Several weeks after the election, Delia Parodi, a Peronist secretary general, warned that Perón's followers would turn to subversion due to continued proscription on participating in Argentine political life. On 11 July 1963, Guido issued a decree that banned 29 groups considered fronts from Communist activity ranging from the Federation of Labor Unions to cultural organizations such as the Institute of Argentine Russian Cultural Relations and the Federation of Jewish Cultural Organizations.

Постпредседательство

После окончания срока полномочий Гидо вернулся в Виедму, чтобы возобновить свою юридическую практику. Он вернулся на государственную службу, заняв должность в lt=Hidronor S. A., государственной гидроэнергетической компании, учрежденной тогдашним диктатором Оганьи в 1967 году. В 1973 году он был назначен президентом Hidronor, но ушел в отставку в следующем году. Гидо также принимал активное участие в создании правоцентристской партии (PRP) в 1972 году при действующем губернаторе Роберто Висенте Рекейхо. PRP оставалась значимой силой в провинциальной политике до начала 1990-х годов. Гидо умер 13 июня 1975 года в Буэнос-Айресе и похоронен на кладбище Реколета в этом городе.