Марта Нуссбаум: Философ и теоретик справедливости

Введение

Американский философ и академик (род. 1947)

Марта Крейвен Нуссбаум (англ. Martha Craven Nussbaum; род. 6 мая 1947) — американская философ и нынешний профессор права и этики имени Эрнста Фрейнда в Чикагском университете, где она совмещает должности в юридической школе и на философском факультете. Она особенно интересуется древнегреческой и римской философией, политической философией, экзистенциализмом, феминизмом и этикой, включая права животных. Она также имеет должности в области классической филологии, богословия и политологии, является членом Комитета по изучению Южной Азии и членом правления Программы по правам человека. Ранее преподавала в Гарварде и Брауне. Нуссбаум является автором более двух десятков книг, в том числе «Хрупкость блага» (1986), «Воспитание человечности: классическая защита реформы гуманитарного образования» (1997), «Секс и социальная справедливость» (1998), «Прячась от человечества: отвращение, стыд и закон» (2004), «Рубежи справедливости: инвалидность, национальность, видовая принадлежность» (2006), «От отвращения к человечности: сексуальная ориентация и конституционное право» (2010), «Формирование возможностей» (2011) и «Справедливость к животным: наша общая ответственность» (2023). Она удостоена Киотской премии 2016 года в области искусств и философии, премии Берггрюена 2018 года и премии Холберга 2021 года.

Ранние годы и образование

Нассбаум родилась Мартой Крейвен 6 мая 1947 года в Нью-Йорке, дочерью Джорджа Крейвена, адвоката из Филадельфии, и Бетти Уоррен, дизайнера интерьеров и домохозяйки. В подростковые годы Нассбаум училась в школе Болдуин в Брин-Мауре. Она описывала свое детство как "элиту Восточного побережья WASP – очень стерильную и сильно озабоченную деньгами и статусом". Позже она объясняла свою нетерпимость к "мандаринским философам" и преданность общественной деятельности как "отрицание собственного аристократического воспитания. Мне не нравится всё, что претендует на избранность или элитарность, будь то группа Блумсбери или Деррида". После двух лет обучения в Уэлсли-колледже она бросила его, чтобы заняться театром в Нью-Йорке. Она изучала театр и классическую литературу в Нью-Йоркском университете, получив степень бакалавра искусств в 1969 году, и постепенно перешла к философии, обучаясь в Гарвардском университете, где в 1972 году получила степень магистра искусств, а в 1975 году – степень доктора философии под руководством Г. Э. Л. Оуэна.

Карьера

В 1970-х и начале 1980-х годов она преподавала философию и классику в Гарварде, где в 1982 году ей было отказано в предоставлении пожизненной должности в отделении классической филологии. В Брауне среди её учеников были философ Линда Мартин Алкофф и актёр и драматург Тим Блейк Нельсон. В 1987 году она привлекла широкое внимание благодаря критике работы её коллеги-философа Аллана Блума «Закрытие американского сознания». Более поздняя работа («Границы справедливости») утвердила за Нуссбаум статус теоретика глобальной справедливости. Исследования Нуссбаум в области возможностей часто были сосредоточены на неравных свободах и возможностях женщин, и она разработала особый тип феминизма, вдохновляясь либеральной традицией, но подчеркивая, что либерализм, в лучшем случае, предполагает радикальное переосмысление гендерных отношений и отношений внутри семьи. Другая важная область философских исследований Нуссбаум – это эмоции. Она отстаивала неостоическое понимание эмоций, согласно которому они являются оценками, приписывающими вещам и людям, находящимся вне контроля субъекта, большое значение для его благополучия. На этой основе она предложила анализ горя, сострадания и любви, а в более поздней книге – отвращения и стыда. Нуссбаум участвовала во многих оживлённых дискуссиях с другими интеллектуалами, как в своих научных трудах, так и на страницах полупопулярных журналов и книжных рецензий, а однажды – в качестве эксперта-свидетеля в суде. Она давала показания в судебном процессе в Колорадо по делу «Ромер против Эванса», возражая против утверждения, что история философии предоставляет государству «веские основания» для принятия закона, направленного на отмену местных законов о борьбе с дискриминацией. Часть её показаний, касающаяся возможных значений термина *tolmêma* в трудах Платона, вызвала споры и была названа критиками вводящей в заблуждение и даже лжесвидетельством. Она ответила на эти обвинения в развёрнутой статье под названием «Платоновская любовь и закон Колорадо». Нуссбаум использовала многочисленные ссылки на «Пир» Платона и его беседы с Сократом в качестве доказательств своей позиции. Дискуссия продолжилась ответом одного из её самых строгих критиков, Роберта П. Джорджа. Нуссбаум критиковала Ноама Чомского как одного из левых интеллектуалов, придерживающихся убеждения, что «не следует критиковать своих друзей, что солидарность важнее этической правильности». Она предполагает, что можно «проследить эту линию до старого марксистского презрения к буржуазной этике, но она отвратительна, независимо от её происхождения». Среди её коллег, чьи книги она критически оценила, – Аллан Блум, Харви Мэнсфилд и Джудит Батлер. Другие академические дебаты велись с такими фигурами, как Джон Роулз, Ричард Познер и Сьюзан Моллер Окин. В январе 2019 года Нуссбаум объявила, что направит часть призовых средств, полученных от премии Берггрюена, на финансирование серии круглых столов по спорным вопросам в юридической школе Чикагского университета. Эти дискуссии будут называться «Студенческие круглые столы Марты К. Нуссбаум».

In the 1970s and early 1980s she taught philosophy and classics at Harvard, where she was denied tenure by the Classics Department in 1982. At Brown, Nussbaum's students included philosopher Linda Martín Alcoff and actor and playwright Tim Blake Nelson. In 1987, she gained public attention due to her critique of fellow philosopher Allan Bloom's The Closing of the American Mind. More recent work (Frontiers of Justice) establishes Nussbaum as a theorist of global justice. Nussbaum's work on capabilities has often focused on the unequal freedoms and opportunities of women, and she has developed a distinctive type of feminism, drawing inspiration from the liberal tradition, but emphasizing that liberalism, at its best, entails radical rethinking of gender relations and relations within the family. Nussbaum's other major area of philosophical work is the emotions. She has defended a neo Stoic account of emotions that holds that they are appraisals that ascribe to things and persons, outside the agent's own control, great significance for the person's own flourishing. On this basis, she has proposed analyses of grief, compassion, and love, and, in a later book, of disgust and shame. Nussbaum has engaged in many spirited debates with other intellectuals, in her academic writings as well as in the pages of semi popular magazines and book reviews and, in one instance, when testifying as an expert witness in court. She testified in the Colorado bench trial for Romer v. Evans, arguing against the claim that the history of philosophy provides the state with a "compelling interest" in favor of a law that sought to overturn local anti discrimination laws. A portion of this testimony, dealing with the potential meanings of the term tolmêma in Plato's work, was the subject of controversy, and was called misleading and even perjurious by critics. She responded to these charges in a lengthy article called "Platonic Love and Colorado Law". Nussbaum used multiple references from Plato's Symposium and his interactions with Socrates as evidence for her argument. The debate continued with a reply by one of her sternest critics, Robert P. George. Nussbaum has criticized Noam Chomsky as being among the leftist intellectuals who hold the belief that "one should not criticize one's friends, that solidarity is more important than ethical correctness". She suggests that one can "trace this line to an old Marxist contempt for bourgeois ethics, but it is loathsome whatever its provenance". Among her academic colleagues whose books she has reviewed critically are Allan Bloom, Harvey Mansfield, and Judith Butler. Other academic debates have been with figures such as John Rawls, Richard Posner, and Susan Moller Okin. In January 2019, Nussbaum announced that she would be using a portion of her Berggruen Prize winnings to fund a series of roundtable discussions on controversial issues at the University of Chicago Law School. These discussions will be known as the Martha C. Nussbaum Student Roundtables.

Подход к возможностям

Нуссбаум хорошо известна своим вкладом в разработку подхода, основанного на возможностях, для понимания благополучия, наряду с Амартьей Сеном. Ключевой вопрос, который задает этот подход: «Что каждый человек способен делать и каким быть?» Таким образом, подход рассматривает сочетание способностей: развиваемые навыки человека (внутренние способности), свободу и возможности.

Личная жизнь

Она была замужем за Аланом Нуссбаумом с 1969 года до их развода в 1987 году, период, который также привел к ее обращению в иудаизм и рождению дочери Рейчел. Интерес Нуссбаум к иудаизму продолжал расти и углубляться: 16 августа 2008 года она стала бат-мицвой во время службы в Храме К. А. М. Исайя Израиля в Гайд-парке, Чикаго, читая отрывки из Торы Ва-этханан и Хафтары Нахаму и произнеся Д’вар Тору о связи между истинным, бескорыстным утешением и стремлением к глобальной справедливости. Дочь Нуссбаум, Рейчел, умерла в 2019 году от инфекции, устойчивой к лекарствам, после успешной операции по трансплантации. На момент смерти она работала адвокатом по государственным вопросам в отделе охраны дикой природы организации Friends of Animals, некоммерческой организации, занимающейся защитой прав животных. Она и ее мать совместно написали четыре статьи о диких животных. Нуссбаум встречалась и жила с Кассом Санштейном более десяти лет. Они были помолвлены. Ранее она состояла в романтических отношениях с Амартьей Сеном. Ее работа затрагивает этическую дилемму, заключающуюся в том, что люди, глубоко приверженные идеям справедливости, тем не менее уязвимы к внешним факторам, которые могут серьезно подорвать или даже уничтожить их благополучие. Анализируя литературные и философские тексты, Нуссбаум пытается определить, в какой степени разум способен обеспечить самодостаточность. В конечном итоге она отвергает платоническое представление о том, что человеческая добродетель может полностью защитить от опасностей, придерживаясь точки зрения трагических драматургов и Аристотеля, которые считают признание уязвимости ключом к достижению человеческого блага. Особое внимание привлекла ее интерпретация Платонова «Пира». В свете понимания уязвимости, возвращение Алькивиада в конце диалога подрывает описание Диотимой лестницы любви, ведущей в нефизический мир идей. Присутствие Алькивиада переключает внимание на физическую красоту, сексуальные страсти и телесные ограничения, тем самым подчеркивая человеческую хрупкость. Книга «Хрупкость» привлекла внимание к Нуссбаум в гуманитарных науках. Она получила широкое признание в академических кругах и даже вызвала интерес в популярных СМИ. Камиль Паглиа отметила, что «Хрупкость» соответствует «высшим академическим стандартам» двадцатого века, а The Times Higher Education назвала ее «образцовым научным трудом». Репутация Нуссбаум распространила ее влияние за пределы печатных изданий и на телевизионные программы, такие как программа Билла Мойерса на PBS.

She was married to Alan Nussbaum from 1969 until they divorced in 1987, a period which also led to her conversion to Judaism and the birth of her daughter Rachel. Nussbaum's interest in Judaism has continued and deepened: on August 16, 2008, she became a bat mitzvah in a service at Temple K. A. M. Isaiah Israel in Chicago's Hyde Park, chanting from the Parashah Va etchanan and the Haftarah Nahamu, and delivering a D'var Torah about the connection between genuine, non narcissistic consolation and the pursuit of global justice. Nussbaum's daughter Rachel died in 2019 due to a drug resistant infection following successful transplant surgery. At the time of her death she was a government affairs attorney in the Wildlife Division of Friends of Animals, a nonprofit organization working for animal welfare. She and her mother co authored four articles about wild animals. Nussbaum dated and lived with Cass Sunstein for more than a decade. They had been engaged to be married. She had previously had a romantic relationship with Amartya Sen. confronts the ethical dilemma that individuals strongly committed to justice are nevertheless vulnerable to external factors that may deeply compromise or even negate their human flourishing. Discussing literary as well as philosophical texts, Nussbaum seeks to determine the extent to which reason may enable self sufficiency. She eventually rejects the Platonic notion that human goodness can fully protect against peril, siding with the tragic playwrights and Aristotle in treating the acknowledgment of vulnerability as a key to realizing the human good. Her interpretation of Plato's Symposium in particular drew considerable attention. Under Nussbaum's consciousness of vulnerability, the re entrance of Alcibiades at the end of the dialogue undermines Diotima's account of the ladder of love in its ascent to the non physical realm of the forms. Alcibiades's presence deflects attention back to physical beauty, sexual passions, and bodily limitations, hence highlighting human fragility. Fragility brought attention to Nussbaum throughout the humanities. It garnered wide praise in academic reviews, and even drew acclaim in the popular media. Camille Paglia credited Fragility with matching "the highest academic standards" of the twentieth century, and The Times Higher Education called it "a supremely scholarly work". Nussbaum's reputation extended her influence beyond print and into television programs like PBS's Bill Moyers.

Как развивать человечность

"Культивирование человечности: классическая защита реформы гуманитарного образования" апеллирует к классическим греческим текстам в качестве основы для защиты и реформирования гуманитарного образования. Отмечая стремление греческого киника Диогена выйти за рамки "местного происхождения и групповой принадлежности" ради того, чтобы стать "гражданином мира", Нуссбаум прослеживает развитие этой идеи через стоиков, Цицерона и, в конечном итоге, классический либерализм Адама Смита и Иммануила Канта. Нуссбаум отстаивает мультикультурализм в контексте этического универсализма, защищает научные исследования в области расы, гендера и человеческой сексуальности, а также развивает роль литературы как нарративного воображения в решении этических вопросов. В то же время Нуссбаум критиковала определенные научные направления. Она резко раскритиковала деконструктивиста Жака Деррида, заявив, что "в отношении истины он просто не заслуживает изучения человеком, который изучал Куйна, Путнэма и Дэвидсона". Она ссылается на Чжана Лонгси, который называет анализ китайской культуры Дерридой "вредным" и лишенным "признаков серьезного изучения". За книгу "Культивирование человечности" Нуссбаум получила премию Университета Луисвилля имени Граумейера в области образования в 2002 году.

Секс и социальная справедливость

Секс и социальная справедливость утверждает, что пол и сексуальность – это морально несущественные различия, которые искусственно навязывались как источники социальной иерархии; таким образом, феминизм и социальная справедливость имеют общие цели. Отвергая антиуниверсалистские возражения, Нуссбаум предлагает функциональные свободы, или ключевые человеческие возможности, в качестве критерия социальной справедливости. Нуссбаум подробно рассматривает феминистскую критику самого либерализма, включая обвинение, выдвинутое Элисон Джаггар, в том, что либерализм предполагает этический эгоизм. Нуссбаум отмечает, что либерализм подчеркивает уважение к другим как к личностям, и далее утверждает, что Джаггар упустила различие между индивидуализмом и самодостаточностью. Нуссбаум принимает критику абстрактного либерализма Кэтрин Маккиннон, учитывая важность исторического и контекстуального понимания групповой иерархии и подчинения, но приходит к выводу, что эта позиция коренится в либерализме, а не является его критикой. Нуссбаум осуждает практику женского обрезания, указывая на лишение нормального функционирования человека, связанное с риском для здоровья, влиянием на сексуальную функцию, нарушением достоинства и состоянием неавтономности. Подчеркивая, что женское обрезание совершается силой, необратимо, без согласия и связано с обычаями мужского доминирования, Нуссбаум призывает феминисток рассматривать женское обрезание как вопрос несправедливости. Нуссбаум также уточняет концепцию «объективации», впервые предложенную Кэтрин Маккиннон и Андреа Дворкин. Нуссбаум определяет идею обращения с человеком как с объектом через семь характеристик: инструментальность, отрицание автономии, инертность, взаимозаменяемость, уязвимость, присвоение и отрицание субъективности. Ее определение порнографии как инструмента объективации ставит Нуссбаум в оппозицию к позитивному феминизму. В то же время Нуссбаум выступает за легализацию проституции, позицию, которую она подтвердила в эссе 2008 года после скандала со Спитцером, написав: «Мысль о том, что мы должны наказывать женщин с небольшим выбором, лишая их одного из тех, что у них есть, – возмутительна». Книга «Секс и социальная справедливость» получила высокую оценку критиков. Salon отметила: «Она блестяще показывает, как пол используется для лишения некоторых людей – то есть женщин и геев – социальной справедливости». The New York Times похвалила книгу как «изысканно написанную и тщательно аргументированную». Кэтрин Тревенен похвалила усилия Нуссбаум по переориентации феминистских проблем на взаимосвязанные транснациональные усилия и за разработку набора универсальных принципов для формирования повестки дня социальной справедливости. Патрик Хопкинс особо отметил «блестящую» главу Нуссбаум о сексуальной объективации. Радикальная феминистка Андреа Дворкин упрекнула Нуссбаум в «постоянном интеллектуализировании эмоций, что неизбежно приводит к путанице между страданием и жестокостью».

Sex and Social Justice argues that sex and sexuality are morally irrelevant distinctions that have been artificially enforced as sources of social hierarchy; thus, feminism and social justice have common concerns. Rejecting anti universalist objections, Nussbaum proposes functional freedoms, or central human capabilities, as a rubric of social justice. Nussbaum discusses at length the feminist critiques of liberalism itself, including the charge advanced by Alison Jaggar that liberalism demands ethical egoism. Nussbaum notes that liberalism emphasizes respect for others as individuals, and further argues that Jaggar has elided the distinction between individualism and self sufficiency. Nussbaum accepts Catharine MacKinnon's critique of abstract liberalism, assimilating the salience of history and context of group hierarchy and subordination, but concludes that this appeal is rooted in liberalism rather than a critique of it. Nussbaum condemns the practice of female genital mutilation, citing deprivation of normative human functioning in its risks to health, impact on sexual functioning, violations of dignity, and conditions of non autonomy. Emphasizing that female genital mutilation is carried out by brute force, its irreversibility, its non consensual nature, and its links to customs of male domination, Nussbaum urges feminists to confront female genital mutilation as an issue of injustice. Nussbaum also refines the concept of "objectification", as originally advanced by Catharine MacKinnon and Andrea Dworkin. Nussbaum defines the idea of treating as an object with seven qualities: instrumentality, denial of autonomy, inertness, fungibility, violability, ownership, and denial of subjectivity. Her characterization of pornography as a tool of objectification puts Nussbaum at odds with sex positive feminism. At the same time, Nussbaum argues in support of the legalization of prostitution, a position she reiterated in a 2008 essay following the Spitzer scandal, writing: "The idea that we ought to penalize women with few choices by removing one of the ones they do have is grotesque." Sex and Social Justice was highly praised by critics in the press. Salon declared: "She shows brilliantly how sex is used to deny some people—i. e., women and gay men—social justice." The New York Times praised the work as "elegantly written and carefully argued". Kathryn Trevenen praised Nussbaum's effort to shift feminist concerns toward interconnected transnational efforts, and for explicating a set of universal guidelines to structure an agenda of social justice. Patrick Hopkins singled out for praise Nussbaum's "masterful" chapter on sexual objectification. Radical feminist Andrea Dworkin faulted Nussbaum for "consistent over intellectualization of emotion, which has the inevitable consequence of mistaking suffering for cruelty".

От отвращения к человечности

В своей книге 2010 года «От отвращения к человечности: сексуальная ориентация и конституционное право» Нуссбаум анализирует роль, которую отвращение играет в праве и общественных дебатах в Соединенных Штатах. Книга в первую очередь анализирует конституционные правовые проблемы, с которыми сталкиваются американские геи и лесбиянки, но также рассматривает такие вопросы, как законы, запрещающие межрасовые браки, сегрегацию, антисемитизм и кастовую систему в Индии, в рамках более широкого тезиса о «политике отвращения». Нуссбаум утверждает, что фундаментальная мотивация тех, кто выступает за юридические ограничения в отношении американских геев и лесбиянок, – это «политика отвращения». Эти юридические ограничения включают блокирование защиты сексуальной ориентации в законах о борьбе с дискриминацией (см. *Romer v. Evans*), законы о содомии в отношении согласных взрослых (см. *Lawrence v. Texas*), конституционные запреты на однополые браки (см. Калифорнийское предложение 8 (2008)). Нуссбаум также утверждает, что юридические запреты на поведение, такое как танцы обнаженными в частных клубах, обнаженность на частных пляжах, хранение и употребление алкоголя в уединении, азартные игры в уединении или в частном клубе, которые до сих пор существуют, являются проявлением «политики отвращения» и должны быть отменены. Она соотносит «политику отвращения» с лордом Девлином и его известной оппозицией докладу Вольфендена, который рекомендовал декриминализовать частные консенсуальные гомосексуальные акты, поскольку эти действия «вызывают отвращение у среднего человека». По мнению Девлина, сам факт того, что определенные люди или действия могут вызывать у населения эмоциональную реакцию отвращения, является достаточным основанием для законодательства. Она также определяет «мудрость отвращения», продвигаемую Леоном Кассом, как еще одну школу мысли в рамках «политики отвращения», поскольку она утверждает, что «в критических случаях отвращение является эмоциональным выражением глубокой мудрости, которую разум не в состоянии полностью сформулировать». Нуссбаум прямо выступает против концепции морали, основанной на отвращении, как надлежащего руководства для законодательства. Нуссбаум отмечает, что на протяжении всей истории народное отвращение использовалось как оправдание для преследований. Опираясь на свои предыдущие работы о взаимосвязи между отвращением и стыдом, Нуссбаум отмечает, что в разное время расизм, антисемитизм и сексизм были вызваны общественным отвращением. Вместо этой «политики отвращения» Нуссбаум предлагает принцип причинения вреда Джона Стюарта Милля в качестве надлежащей основы для ограничения индивидуальных свобод. Нуссбаум утверждает, что принцип причинения вреда, поддерживающий правовые идеи согласия, совершеннолетия и неприкосновенности частной жизни, защищает граждан, в то время как «политика отвращения» – это всего лишь ненадежная эмоциональная реакция, лишенная внутренней мудрости. Кроме того, Нуссбаум утверждает, что эта «политика отвращения» лишает и продолжает лишать граждан человечности и равенства перед законом без каких-либо рациональных оснований и причиняет ощутимый социальный вред пострадавшим группам. Книга «От отвращения к человечности» получила высокую оценку либеральных американских изданий и послужила поводом для интервью в The New York Times и других журналах. В одном консервативном журнале, The American Spectator, была представлена иная точка зрения: «Ее анализ 'политики отвращения' лишен последовательности, а 'политика человечности' выдает себя, не проявляя больше сочувствия к противникам движения за права геев». В статье также утверждается, что в книге содержатся фактические ошибки и противоречия.

In her 2010 book From Disgust to Humanity: Sexual Orientation and Constitutional Law, Nussbaum analyzes the role that disgust plays in law and public debate in the United States. The book primarily analyzes constitutional legal issues facing gay and lesbian Americans but also analyzes issues such as anti miscegenation statutes, segregation, antisemitism and the caste system in India as part of its broader thesis regarding the "politics of disgust". Nussbaum posits that the fundamental motivation of those advocating legal restrictions against gay and lesbian Americans is a "politics of disgust". These legal restrictions include blocking sexual orientation being protected under anti discrimination laws (see Romer v. Evans), sodomy laws against consenting adults (See: Lawrence v. Texas), constitutional bans against same sex marriage (See: California Proposition 8 (2008) ). Nussbaum also argues that legal bans on conducts, such as nude dancing in private clubs, nudity on private beaches, the possession and consumption of alcohol in seclusion, gambling in seclusion or in a private club, which remain on the books, partake of the politics of disgust and should be overturned. She identifies the "politics of disgust" closely with Lord Devlin and his famous opposition to the Wolfenden report, which recommended decriminalizing private consensual homosexual acts, on the basis that those things would "disgust the average man". To Devlin, the mere fact some people or act may produce popular emotional reactions of disgust provides an appropriate guide for legislating. She also identifies the 'wisdom of repugnance' as advocated by Leon Kass as another "politics of disgust" school of thought as it claims that disgust "in crucial cases repugnance is the emotional expression of deep wisdom, beyond reason's power fully to articulate it". Nussbaum goes on to explicitly oppose the concept of a disgust based morality as an appropriate guide for legislating. Nussbaum notes that popular disgust has been used throughout history as a justification for persecution. Drawing upon her earlier work on the relationship between disgust and shame, Nussbaum notes that at various times, racism, antisemitism, and sexism, have all been driven by popular revulsion. In place of this "politics of disgust", Nussbaum argues for the harm principle from John Stuart Mill as the proper basis for limiting individual liberties. Nussbaum argues the harm principle, which supports the legal ideas of consent, the age of majority, and privacy, protects citizens while the "politics of disgust" is merely an unreliable emotional reaction with no inherent wisdom. Furthermore, Nussbaum argues this "politics of disgust" has denied and continues to deny citizens humanity and equality before the law on no rational grounds and causes palpable social harms to the groups affected. From Disgust to Humanity earned acclaim from liberal American publications, and prompted interviews in The New York Times and other magazines. One conservative magazine, The American Spectator, offered a dissenting view, writing: "[H]er account of the 'politics of disgust' lacks coherence, and 'the politics of humanity' betrays itself by not treating more sympathetically those opposed to the gay rights movement." The article also argues that the book is marred by factual errors and inconsistencies.