Клеомен I: Царь Спарты и сопротивление Персии

Введение

Агиадский царь Спарты с ок. 524 г. до н.э. по ок. 490 г. до н.э.

Клеомен I (др.-греч. Κλεομένης; умер ок. 490 г. до н.э.) был агиадским царем Спарты с ок. 524 по ок. 490 г. до н.э. Один из наиболее выдающихся спартанских царей, Клеомен сыграл ключевую роль в организации греческого сопротивления Персидской империи Дария и в формировании геополитического баланса в классической Греции.

Рассказ Геродота

Большая часть жизни Клеомена известна из «Историй» Геродота, афинского историка второй половины V века до нашей эры. Он – один из ключевых персонажей книг 5 и 6, охватывающих десятилетия, предшествовавшие Персидским войнам. Однако повествование Геродота содержит множество неточностей, особенно в хронологии ряда важных событий, и весьма предвзято по отношению к Клеомену. Похоже, что Геродот почерпнул информацию о Клеомене от его оппонентов: потомков его сводных братьев Леонида и Клеомброта, а также Демарата, другого спартанского царя, свергнутого Клеоменом в 491 году до нашей эры. Например, Геродот утверждает, что правление Клеомена было недолгим, хотя на самом деле он правил около 30 лет.

Семейное происхождение и вступление

Клеомен был сыном Анаксандрида II, принадлежавшего к династии Агиадов, одной из двух царских семей Спарты (другой – Еврипонтиды). Поскольку у его отца не было сына от первой жены (которая к тому же была его племянницей), эфоры заставили его жениться на другой женщине, не разводясь с первой – беспрецедентный случай бигамии в Спарте. Его новая супруга, вероятно, происходила из семьи ефора Хилона, важного реформатора, занимавшего должность в середине VI века до н.э. Клеомен родился от этого второго брака, но затем его отец вернулся к первой жене и имел с ней еще троих сыновей: Дория, будущего царя Леонида и Клеомброта – последние двое, возможно, были близнецами. Имя Дорий («дориец») явно указывает на дорийское происхождение Спарты и могло быть выражением несогласия с политикой ефора Хилона, направленной на установление дружественных отношений с этнически отличными ахейцами на севере Пелопоннеса. Семья второй жены Анаксандрида немедленно оспорила законность Дория еще до его рождения, поскольку эфоры присутствовали при родах, чтобы удостовериться в подлинности беременности. Это свидетельствует о сильном соперничестве между спартанскими царскими родами; кроме того, в то же время двоюродный брат второй жены Анаксандрида был невестой будущего царя Еврипонтидов Леотихида. Когда же его отец умер, на престол претендовал и Дорий, ссылаясь на свою выдающуюся «мужественную доблесть». Возможно, это заявление связано с его успехами во время агоги – строгой военной подготовки в Спарте, которую Дорию пришлось пройти, в то время как Клеомен, как наследник престола, был от нее освобожден (единственное возможное исключение). Дорий мог также оспорить законность Клеомена, утверждая, что тот является сыном первой жены царя, которая, к тому же, имела царское происхождение. Однако, поскольку Клеомен был старшим сыном, его притязания были признаны более вескими, и он стал царем. Это побудило Дория отправиться в колониальные экспедиции в Ливию и Сицилию, где он погиб около 510 года до н.э. Дата восшествия Клеомена на престол долгое время была предметом споров среди современных ученых, пока историк Дэвид Харви не обнаружил, что греческий историк Диодор Сицилийский перепутал продолжительность правления Клеомена II (370–309 гг. до н.э.) с правлением его более раннего тезки. Отбросив ошибку Диодора, Харви утверждает, что, поскольку Клеомен взошел на престол «за несколько лет до Платейской битвы», начало его правления следует датировать 524–523 гг. до н.э.

Cleomenes was the son of Anaxandridas II, who belonged to the Agiad dynasty, one of the two royal families of Sparta (the other being the Eurypontids). As his father did not have a son from his first wife (who was also his niece), the ephors forced him to marry another woman, without divorcing his first wife—an unprecedented occurrence of bigamy in Sparta. His new spouse likely came from the family of the ephor Chilon, an important reformer, who held office in during the mid 6th century. Cleomenes was born from this second marriage, but then his father returned to his first wife and had three further sons with her: Dorieus, the future king Leonidas, and Cleombrotus—the latter two were possibly twins. The name Dorieus ("the Dorian") explicitly refers to the Dorian ethnicity of Sparta, and might be a rejection of the ephor Chilon's policy of establishing an amicable relationship with the ethnically different Achaia in the northern Peloponnese. The family of Anaxandridas' second wife immediately contested the legitimacy of Dorieus even before his birth, as the ephors attended his birth in order to certify the authenticity of the pregnancy. This shows that there were strong familial rivalries among Spartan royal circles; besides, at the same time, a cousin of Anaxandridas' second wife was also the bride of the future Eurypontid king Leotychidas. In turn, when his father died, Cleomenes' succession was contested by Dorieus, because of his superior "manly virtue". Perhaps this statement is related to a great performance during the agoge—the rigorous military training at Sparta—which Dorieus had to endure, while Cleomenes avoided it as heir apparent (the only possible exemption). Dorieus could have also contested Cleomenes' legitimacy on the ground that he was a son of the king's first wife, who was additionally of royal descent. As Cleomenes was the eldest son, his claim was nevertheless deemed stronger and he became king. It prompted the departure of Dorieus to colonial ventures in Libya and Sicily, where he died in c.510. The date of Cleomenes' accession had been debated among modern scholars for a long time, until historian David Harvey found that the Greek historian Diodoros of Sicily had confused the length of Cleomenes II's reign (370–309) with that of his earlier namesake. Putting aside Diodoros' error, Harvey states that as Cleomenes came to the throne "a few years earlier than the Plataia incident", he dates the start of his reign to 524–523.

Правление

В первые годы своего правления Клеомен проводил осмотрительную политику, отказываясь от иностранных экспедиций, когда его к ним склоняли, вероятно, опасаясь восстания гелотов, которое могло бы произойти в случае поражения в заграничной войне.

Встреча в Платаи (519 г. до н. э.)

Первым известным деянием Клеомена как царя является его взаимодействие с городом Платея, расположенным между Фивами и Афинами. В 519 году Геродот сообщает, что Клеомен оказался вблизи Платеи, когда жители Платеи попросили о союзе со Спартой, в котором он отказал. Вместо этого он посоветовал им заключить союз с Афинами, поскольку стремился спровоцировать пограничный конфликт между Фивами и Афинами – двумя наиболее влиятельными полисами Центральной Греции. Жители Платеи, вероятно, желали избежать насильственного включения в Беотийский союз, который в то время создавался Фивами. Г. Э. М. де Стэ. Круа и Пол Картледж называют этот ход «блестящим дипломатическим решением», однако другие современные исследователи не считают, что Клеомен намеревался посеять рознь между Фивами и Афинами. Геродот не объясняет, почему Клеомен находился вблизи Платеи в тот период. Было выдвинуто несколько теорий для объяснения этого. Возможно, он направлялся к Фивам, чтобы поддержать вторжение своего союзника, Латамьяса из Фессалии, но поскольку фиванцы разгромили фессалийцев в битве при Церессе до его прибытия, он воспользовался возможностью попытаться ослабить их, не вступая в бой. Другая версия заключается в том, что он пытался убедить либо Мегару, либо Фивы присоединиться к Пелопоннесскому союзу, либо выступал в качестве арбитра между Мегарой и Афинами из-за острова Саламин. Некоторые современные ученые оспаривают датировку этого события, часто предлагая 509 год вместо 519 года, поскольку это лучше согласуется с более поздним участием Клеомена в афинской политике, однако преобладающее мнение остается в пользу 519 года.

Иностранные посольства (c.517c.513 до н.э.)

Около 516 года до н.э. Клеомен получил посольство от Маандрия Самосского с просьбой о помощи в изгнании тирана Силосона, марионетки Персидской империи, которая в то время подчиняла себе города-государства восточного Эгейского моря. Однако, при поддержке эфоров, Клеомен отказался и изгнал Маандрия с Пелопоннеса. Возможно, Клеомен не хотел втягивать Пелопоннесский союз в длительные и дальние войны, особенно против Персидской империи. Намерения Маандрия также могли сыграть роль, поскольку он, вероятно, сам претендовал на тиранию Самоса. Приблизительно в 513 году до н.э. Дарий Великий вторгся в Скифию, что побудило последних отправить посольство в Спарту с просьбой о союзе против персов. Геродот сообщает, что скифы предложили действовать от реки Фазис до Мидии, в то время как спартанцы должны были выступить на восток от Эфеса. Однако эта история вызывает сомнения, поскольку скифские послы позже вновь появились, чтобы объяснить смерть Клеомена, а предложенный союз выглядит как общегреческая фантазия Геродота. Была предложена альтернативная датировка – после 494 года до н.э., поскольку упоминание Эфеса Геродотом подразумевает, что город ещё не находился под персидским контролем, что произошло только после Ионического восстания 499–494 годов до н.э.

Война Спарты против Гиппи (около 511-510 до н. э.)

В 500-х годах Клеомен четырежды вмешивался в афинскую политику, что в конечном итоге привело к установлению демократии в Афинах. Могущественный, но изгнанный род Алкмеонидов из Афин подкупил оракула Аполлона в Дельфах, чтобы тот сообщил спартанцам, что доступ к оракулу будет закрыт для них, пока они не устранят тиранию династии Пейсистратидов, правившей Афинами с 561 года. Первая спартанская экспедиция под предводительством Анхимола состоялась около 511 года до н.э., но была разгромлена тираном Гиппием, сыном Писистрата, благодаря помощи, оказанной ему фессалийскими союзниками, приславшими отряд в 1000 всадников. В 510 году Спарта направила более крупный контингент под командованием Клеомена, который вторгся в Аттику по суше. Спартанцы разбили тессальских наемников Гиппия, а затем осадили его в Акрополе, где он укрылся со своими сторонниками. Тиран сдался после случайного захвата спартанцами его сыновей и затем отправился в изгнание в Персидскую империю. Война против Гиппия соответствовала политике Спарты по свержению тиранов, проводившейся в конце VI века до н.э. Более того, афинские тираны были известны своими проперсидскими настроениями (медизмом), против которых Клеомен начал решительную борьбу по всей Греции в этот период. Гиппий также поддерживал дружеские отношения с Аргосом, еще одним врагом Спарты. Смущенные тем, что падение тирании было обусловлено вмешательством спартанского царя, афиняне впоследствии стали продвигать историю о Гармодии и Аристогеитоне, убивших брата Гиппия, Гиппарха, в 514 году до н.э. Другой причиной спартанских интервенций в Афины мог быть выход Мегары из Пелопоннесского союза, возможно, по наущению Гиппия. Это также могло объяснить, почему Анхимолу пришлось использовать корабли для достижения Аттики, поскольку Коринфский перешеек был заблокирован. Затем Клеомен вынудил Мегару вернуться в союз в 511/510 годах до н.э. Кроме того, Плутарх упоминает, что во времена Солона Спарта выступала в качестве арбитра в споре между Афинами и Мегарой о владении Саламином, островом в Сароническом заливе. Однако, поскольку Клеомен упоминается как один из арбитров, ряд современных ученых датируют решение вопроса примерно 510 годом до н.э., сразу после войны, поскольку Клеомен окончательно вынес решение в пользу Афин, вероятно, чтобы наказать Мегару за ее отступничество и привлечь Афины в Пелопоннесский союз. Эта теория остается предметом споров, поскольку другие мнения относят арбитраж Мегары к 519 году до н.э., одновременно с событиями в Платеях.

In the 500s, Cleomenes meddled four times in Athenian politics, which ultimately led to the creation of democracy in Athens. The powerful, but exiled, Alcmaeonid family of Athens bribed the Oracle of Apollo at Delphi to tell the Spartans that they would not have access to the Oracle unless they removed the tyranny of the Peisistratid dynasty, who had held power in Athens since 561. The first Spartan expedition, headed by Anchimolus, took place in c.511, but was defeated by the tyrant Hippias, son of Pisistratus, thanks to the help he received from his Thessalian allies, who had sent a force of 1000 cavalrymen. In 510, Sparta sent a bigger force commanded by Cleomenes, who went to Attica by land. The Spartans defeated the Thessalian mercenaries of Hippias, then besieged Hippias in the Acropolis, where he had sought shelter with his supporters. The tyrant surrendered after the Spartans captured his sons by chance; he then went into exile in the Persian Empire. The war against Hippias was consistent with the policy of removing tyrants followed by Sparta during the late 6th century. Moreover, the tyrants of Athens were known for their Persian sympathies (called Medism), which Cleomenes started to vigorously fight throughout Greece at this time. Hippias was also a friend of Argos, another one of Sparta's enemies. Embarrassed by owing the fall of the tyranny to the intervention of a Spartan king, the Athenians later promoted instead the story of Harmodius and Aristogeiton, who had murdered Hippias' brother Hipparchus in 514. Another reason for the Spartan interventions in Athens may be the defection of Megara from the Peloponnesian League, perhaps at the instigation of Hippias. This would also be the reason why Anchimolus had to use ships to reach Attica, since the Isthmus of Corinth was cut off. Cleomenes then forced Megara back into the League in 511/510. Moreover, Plutarch mentions that at the time of Solon, Sparta acted as arbitrator between Athens and Megara for the ownership of Salamis, an island in the Saronic Gulf. But as Cleomenes is cited as one of the arbiters, several modern scholars place the settlement in c.510, just after the war, because Cleomenes finally decided in favour of Athens, probably to punish Megara for its defection, and also to bring Athens into the Peloponnesian League. This theory remains controversial as several other opinions place the Megara arbitration in c.519, at the same time as the Plataea incident.

Афины Революция (507 до н. э.)

В Афинах развернулась борьба между аристократическими группировками во главе с Клистеном и Исагором за контроль над городом. Проспартанский олигарх Исагор стал архонтом в 508/507 году, но Клистен обещал демократические реформы, чтобы заручиться большей поддержкой среди граждан и расширить свою базу влияния. Оказавшись в положении проигравшего, Исагор призвал на помощь своего друга Клеомена, о котором ходили слухи, что он также был влюблен в жену Исагора. Клеомен добился изгнания Клистена дипломатическим путем, но Исагор все равно чувствовал себя незащищенным и попросил о вмешательстве своего спартанского друга. Клеомен лично прибыл в Афины с небольшой охраной, возможно, полагая, что его авторитета будет достаточно, чтобы изменить политический курс города. Однако, буле отвергла указ о роспуске; этот акт сопротивления спровоцировал крупный мятеж среди афинян. Застигнутые врасплох, Клеомен и Исагор укрылись на Акрополе, где были осаждены. Находясь на Акрополе, Клеомен попытался войти в Старый храм Афины Полиа, но жрица преградила ему путь, заявив, что храм закрыт для дорийцев – этнической группы, к которой принадлежали спартанцы (афиняне же были ионийцами). Клеомен, вероятно, хотел продемонстрировать свою силу, совершив жертвоприношение в запрещенном месте, что было типичным поведением для завоевателей и, в особенности, спартанских военачальников. Несмотря на то, что жрица Афины была самым важным духовным лицом в Афинах, Геродот намеренно не назвал ее имени, чтобы она говорила устами богини, сопротивлявшейся спартанскому вторжению. Клеомен в ответ знаменито сказал: «Женщина, я не дориец, а ахейец». В данном контексте ахейцы – это греки, описанные в поэмах Гомера. Это название отсылает к политике эфора Хилона по присвоению их наследия в середине VI века до н.э. Будучи потомком Хилона, Клеомен, таким образом, попытался предстать перед афинянами менее чужим, заявив о своем ахейском происхождении. Его ответ жрице также несет в себе второй смысл, поскольку его можно истолковать как «Я не Дорий», имя его соперника, сводного брата. На третий день осады Клеомен осознал безысходность своего положения и начал переговоры о капитуляции: спартанцам было позволено уйти вместе с Исагором, но сторонники последнего были перебиты.

In Athens, a struggle took place between aristocratic factions headed by Cleisthenes and Isagoras for the control of the city. The pro Spartan oligarch Isagoras became archon in 508/507, but Cleisthenes promised democratic reforms in order to gain greater support among the citizenry and expand his power base. Now on the losing side, Isagoras called for help from his friend Cleomenes, whom it was rumoured was also in love with Isagoras' wife. Cleomenes obtained the exile of Cleisthenes through diplomacy, but Isagoras still felt unsafe, and requested intervention by his Spartan friend. Cleomenes personally came to Athens with a small bodyguard, possibly thinking that his prestige would be enough to change the political course of the city. However, the boule rejected the dissolution order; this act of resistance triggered a large revolt among the Athenians. Taken by surprise, Cleomenes and Isagoras sought shelter on the Acropolis, where they were besieged. While stuck on the Acropolis, Cleomenes tried to enter the Old Temple of Athena Polias, but the priestess barred him access, saying that the temple was forbidden to Dorians—the ethnic group of the Spartans (Athenians were Ionians). Cleomenes likely wanted to show his strength by making a sacrifice in a forbidden place, which was a typical behaviour for conquerors and notably Spartan commanders. Even though the priestess of Athena was the most important cleric in Athens, Herodotus chose not to give her name in order to make her speak as the goddess resisting the Spartan invasion. Cleomenes famously replied: "Woman, I am not Dorian but Achaean". In this context, the Achaeans were the Greeks of Homer's poems. The name recalls the ephor Chilon's policy of appropriating their heritage in the middle of the 6th century. A descendant of Chilon, Cleomenes therefore attempted to present himself as less alien to the Athenians by claiming an Achaean identity. His reply to the priestess also conveys a second meaning, as it can be translated by "I am not Dorieus", the name of his rival half brother. In the third day of the siege, Cleomenes realised that his position was hopeless, and negotiated a surrender: the Spartans were allowed to leave with Isagoras, but the supporters of the latter were massacred.

Боеотийская война (506 г. до н. э.)

В отместку за унижение, которое он понес, Клеомен сформировал крупную коалицию против Афин, объединив Пелопоннесский союз, Беотию и Халкиду (на острове Эвбея), что побудило Афины искать союза с Персией – еще одна причина вмешательства Клеомена. Целью вновь было установить Исагора в качестве тирана. Однако, когда пелопоннесская армия прибыла в Элевсин в Западной Аттике, коринфяне отказались от дальнейшего продвижения и вернулись домой. Демарат, царь рода Эврипонтидов, также не согласился с Клеоменом и увёл с собой остальных союзников обратно в Пелопоннес, тем самым фактически отменив вторжение. В результате афиняне легко разгромили боеотов, а затем халкидцев. Некоторые современные историки считают эту перемену настроений неубедительной и выдвинули альтернативные теории. Лоуренс Триттл предположил, что после отступления Клеомена от Акрополя он захватил Элевсин и оставил там Исагора до своего возвращения с основной армией. На следующий год спартанцы и их союзники обнаружили в Элевсине, что Афины отвоевали этот город; без надёжной базы в Аттике вся экспедиция казалась безнадёжной и была отменена. Симон Хорнбловер полагает, что пелопоннесцы узнали об альянсе между Афинами и Персией лишь по прибытии в Элевсин и не желали вступать с последними в войну. Находясь вблизи Элевсина, Клеомен, возможно, уничтожил часть деревьев в священной роще города, вероятно, в военных целях. Это неудачное вторжение имело несколько последствий. Во-первых, в Спарте был принят закон, запрещающий обоим царям отправляться в поход одновременно, чтобы избежать повторения опасного разногласия в полевых условиях. Во-вторых, организация Пелопоннесского союза была значительно изменена. Спарта была вынуждена предоставить своим союзникам создание конгресса Лиги, на котором союзники могли голосовать за объявление войны и заключение мира. Спустя несколько лет, предположительно в 504 году, в Спарте состоялся первый зафиксированный конгресс Пелопоннесского союза, на котором обсуждалось восстановление Гиппия в Афинах. Спартанцы хотели вернуть его к власти, поскольку утверждали, что были обмануты ложными пророчествами рода Алкмеонидов, которые привели к изгнанию Гиппия в 510 году. Гиппий присутствовал и отстаивал свои интересы в Спарте, но союзники во главе с Коринфом отклонили это предложение. После этого Гиппий навсегда покинул Грецию, возможно, перебравшись на остров Хиос. Хотя некоторые ученые полагают, что за этой сменой внешней политики Спарты стоял Клеомен, похоже, что он не принимал в ней участия, поскольку Геродот вообще не упоминает его в этой связи. С. де Круа, напротив, пишет, что поддержка Гиппия со стороны Спарты исходила от противников Клеомена в городе, которые считали новый афинский режим более враждебным Спарте, чем Гиппий.

Revengeful after the humiliation he suffered, Cleomenes set up a large coalition against Athens, gathering the Peloponnesian League, Boeotia, and Chalkis (on the island of Euboea), which pushed Athens to seek an alliance with Persia—another reason for Cleomenes' intervention. The goal was again to install Isagoras as tyrant. However, once the Peloponnesian army arrived at Eleusis in Western Attica, the Corinthians refused to continue and returned home. Demaratus, the Eurypontid king, similarly disagreed with Cleomenes and took the rest of the allies with him back to the Peloponnese, thus effectively calling off the invasion. As a result, the Athenians easily defeated the Boeotians, then Chalkis. Several modern historians find this change of mood unconvincing and have offered alternative theories. Lawrence Tritle has suggested instead that after Cleomenes retreated from the Acropolis, he captured Eleusis and left Isagoras in charge there until his return with the full army. The following year, the Spartans and their allies discovered at Eleusis that Athens had retaken this city; without a secure base in Attica, the whole expedition appeared hopeless and was cancelled. Simon Hornblower thinks that the Peloponnesians only learned about the alliance between Athens and Persia once they reached Eleusis, and they did not want to go to war with the latter. While near Eleusis, Cleomenes may have destroyed some trees in the sacred area of the city, probably for military reasons. This failed invasion had several consequences. Firstly, a law was passed in Sparta forbidding the two kings to go on campaign at the same time, in order to avoid another dangerous disagreement on the field. Secondly, the organisation of the Peloponnesian League was considerably amended. Sparta had to concede its allies the creation of a League congress, in which the allies could vote on declaring war and making peace. A few years later, possibly in 504, the first recorded congress of the Peloponnesian League took place in Sparta, during which the restoration of Hippias to Athens was debated. The Spartans wished to restore him because they said they had been tricked by the false oracles of the Alcmeonids, which prompted the removal of Hippias in 510. Hippias was present and pleaded his cause in Sparta, but the allies led by Corinth rejected the proposal. Hippias then left Greece for good, perhaps to the island of Chios. Although some scholars have assumed this reversal of Sparta's foreign policy was Cleomenes' doing, it seems that he played no part in this, because Herodotus does not mention him at all. Ste. Croix instead writes that Sparta's support of Hippias came from Cleomenes' opponents in the city, who considered the new regime in Athens to be more hostile to Sparta than Hippias.

Ионическое восстание и его последствия

В 499 году Аристагор, тиран Милета, прибыл в Спарту, чтобы попросить царя Клеомена о помощи в Ионийском восстании против Персии. Аристагор почти убедил Клеомена оказать поддержку, обещая легкое завоевание Персии и её богатств, но Клеомен отпустил его, узнав о большом расстоянии до центра Персидской державы. Аристагор попытался подкупить его, предложив серебро. Клеомен отказался, и тогда Аристагор стал предлагать всё больше и больше. По словам Геродота, когда Аристагор предложил Клеомену 50 талантов серебра, юная дочь Клеомена, Горго, предостерегла его не доверять человеку, который угрожает его совратить.

Война против Аргоса (494 г. до н. э.)

В 494 году истек пятидесятилетний мир, заключенный между Спартой и Аргосом, что привело к новой войне. Этот мир, возможно, был заключен после спартанской победы за контроль над Тиреатидой, пограничной областью между двумя городами, завоеванной Анаксандридом II. Мотивы Клеомена могли заключаться либо в ослаблении соперника на Пелопоннесе, либо в наказании Аргоса за его промедийскую позицию. В кампании участвовала только Спарта, а не Пелопоннесский союз, и, возможно, лишь спартанские граждане, без периоков, которые обычно сражались вместе с ними. Численность спартанских воинов составляла не менее 2000 человек, при равном количестве гелотов. Корабли высадились на противоположном берегу Аргольского залива, в Тиринфе и Науплии, двух зависимых от Аргоса городах. Крупное сражение произошло в Сепее, недалеко от Тиринта, где было уничтожено все аргивское войско, возможно, до 6000 человек. Стей. Круа считает эту битву «самой крупной бойней гоплитов [ ] в любой войне между двумя греческими государствами». Выжившие бежали на священную территорию поблизости, но Клеомен поджег рощу и убил аргивян. Затем он распустил большую часть армии, оставив тысячу солдат, и двинулся в Микены, расположенные к северо-востоку от Аргоса. По пути он остановился в Герайоне Аргоса, великом храме Геры, где совершил еще одно святотатство, избив священника, пытавшегося помешать ему принести жертву в храме. В обоих случаях Клеомен приказал сопровождавшим его гелотам совершить святотатство, вероятно, чтобы оградить спартиатов от религиозных последствий. После битвы Клеомен остался в окрестностях Аргоса, чтобы создать два независимых города-государства из Тиринта и Микен, тем самым отрезав Аргосу доступ к его лучшей гавани в Науплии. Несмотря на сокрушительную победу над Аргосом, Клеомен не попытался захватить город, возможно, из-за его сильной обороны или из-за неудачи в установлении дружественного правительства. По возвращении в Спарту Клеомен был обвинен в получении взятки перед эфорами за то, что пощадил Аргос после битвы. Суд проходил перед герусией или экклесией. Клеомен объяснил, что после захвата священной рощи Аргоса пророчество оракула относительно захвата Аргоса исполнилось – поскольку они имели одно и то же название, и поэтому был оправдан.

In 494, a fifty years' peace that had been signed between Sparta and Argos expired, leading to a new war. This peace had been possibly concluded after a Spartan victory for the control the Thyreatis, the border area between the two cities, won by Anaxandridas II. Cleomenes' motivations may have been either to weaken a rival in the Peloponnese, or to punish Argos for its Medism. The campaign only involved Sparta, not the Peloponnesian League, and perhaps only Spartian citizens, without the perioeci who usually fought alongside them in battle. They were at least 2,000 Spartan soldiers, with an equal number of helots. The ships landed on the other side of the Argolic Gulf, at Tiryns and Nauplia, two subject cities of Argos. A large pitched battle took place at Sepeia, near Tiryns, where the entire Argive army was wiped out, perhaps up to 6,000 men. Ste. Croix thinks the battle was "the greatest slaughter of hoplites [ ] in any war between two Greek states". The survivors fled to a sacred ground nearby, but Cleomenes put the grove on fire and killed the Argives. He then dismissed most of his army but a thousand soldiers and moved to Mycenae, in the northeast of Argos. On his way, he stopped at the Heraion of Argos, the great temple of Hera, where he committed another sacrilege by flogging the priest who tried to prevent him from performing a sacrifice in the temple. In both cases, Cleomenes had ordered his accompanying helots to commit the sacrileges, probably to shield the Spartiates from the religious consequences. Cleomenes remained in the vicinity of Argos in the aftermath of the battle in order to create two independent city states out of Tiryns and Mycenae, thus cutting Argos' access to its best harbour at Nauplia. Despite his crushing victory against Argos, Cleomenes did not try to capture the city, possibly because its defences were too strong, or he failed to install a friendly government. On his return to Sparta, Cleomenes was accused of bribery before the ephors for having spared Argos after the battle. A trial took place before the Gerousia or the ecclesia. Cleomenes explained that after having taken the sacred grove of Argos, the oracle's forecast regarding the capture of Argos had been fulfilled—since they shared the same name, and was therefore acquitted.

Положение Демарата (491 г. до н. э.)

Когда персы вторглись в Грецию после подавления ионского восстания в 493 году, многие города-государства быстро подчинились им, опасаясь потерять торговлю. Среди этих государств была Эгина. В 491 году Клеомен попытался арестовать главных сторонников персов там. Жители Эгины отказались ему сотрудничать, и спартанский царь из рода Еврипонтидов, Демарат, попытался помешать его действиям. Клеомен сверг Демарата, предварительно подкупив дельфийского оракула, чтобы тот объявил, что это воля богов, и заменил его Леотихидом.

Ссылка и смерть

Около 490 года до н.э. Клеомен был вынужден бежать из Спарты, когда был раскрыт его заговор против соправителя Демарата. Геродот утверждает, что он сначала отправился в Фессалию, однако такой значительный крюк представляется маловероятным, и в рукописи Геродота часто встречается поправка на "Селасию" – город периоков к северу от Спарты. Селасия всё же была слишком близка к Спарте, поэтому Клеомен переместился в Аркадию. По прибытии около 490 года до н.э. Клеомен попытался объединить аркадцев и потребовал от них принести клятву "следовать за ним, куда бы он ни повёл". Эта клятва была перефразировкой клятвы Пелопоннесского союза, поэтому, по-видимому, Клеомен стремился перетянуть их верность от Спарты к себе, а затем обернуть их против Спарты во главе с союзом, возглавляемым им лично, с аркадцами. Он мог пообещать им, что если они помогут ему вернуть власть в Спарте, он признает Аркадию единым политическим образованием. По словам Геродота, клятва должна была быть принесена в городе Нонакрис у реки Стикс – реки подземного мира, где обычно клялись только боги, – что стало для Клеомена ещё одним проявлением святотатства и свидетельством его "божественной мегаломании". Основываясь на аркадских монетах, датируемых первой половиной V века до н.э., некоторые историки даже полагают, что Клеомен создал первую Аркадскую лигу, хотя эта федеративная структура впервые упоминается в древних источниках лишь после поражения спартанцев при Левктрах в 371 году до н.э. Однако более поздние исследования показали, что эти монеты, вероятно, не имели политического значения, а были связаны с празднеством в честь Зевса Ликая, и что Клеомен так и не осуществил свои планы в Аркадии. Формулировка Геродота подразумевает, что клятва у Стикса так и не была принесена.

Восстание гелотов

Спартанцы прибыли с опозданием на битву при Марафоне против Персии в 490 году. Их официальное объяснение заключалось в необходимости завершить религиозный фестиваль, однако философ Платон упоминал, что причиной послужило восстание гелотов в Мессении, которое несколько историков связали с деятельностью Клеомена, направленной против Спарты в тот период. Клеомен мог пообещать гелотам улучшение их положения в обмен на помощь, как поступил его племянник, регент Паузаний, спустя несколько лет. В подтверждение этой теории, город Мессена на Сицилии был основан около 488 года беженцами из Мессении, а спартанцы принесли посвящение в Олимпии после победы над мессенцами в начале V века. Столкнувшись с угрозой совместного восстания Аркадии и Мессении, спартанские власти, особенно эфоры, отозвали Клеомена в Спарту.

Возвращение в Спарту и смерть

Однако, согласно Геродоту, к тому времени Клеомен считался безумным. Спартанцы, опасаясь его действий, заключили его в тюрьму. По приказу его сводных братьев, Леонида I и Клеомброта, Клеомен был закован в цепи. Он умер в тюрьме при загадочных обстоятельствах, и спартанские власти утверждали, что его смерть была самоубийством, вызванным безумием. В тюрьме Клеомен был найден мертвым, и его смерть была признана самоубийством посредством членовредительства. По-видимому, он убедил охранявшего его гелота дать ему нож, которым перерезал себе голени, бедра и живот, совершив особенно жестокое самоубийство. Ему наследовал старший из его выживших сводных братьев, Леонид I, который затем женился на дочери Клеомена, Горго. Геродот приводит четыре различные версии, циркулировавшие в Греции, объясняющие безумие и самоубийство Клеомена. Наиболее распространенной была версия о божественном возмездии за подкуп Дельфийского оракула. Аргивяне утверждали, что причиной стала резня аргивских воинов, загнанных в священную рощу после битвы при Сепее; афиняне считали, что это было возмездие за осквернение рощ Элевсина; спартанцы предполагали, что безумие вызвано вином, которое он пил неразбавленным водой – привычку, приобретенную им от скифских послов, посетивших его в 514 году. По мнению Геродота, Клеомен поплатился за устранение Демарата. Версии афинян и аргивян были сформулированы, чтобы оправдать их личную неприязнь к Клеомену, в то время как спартанская версия была призвана снять с Спарты обвинения в нечестии. Современные ученые считают самоубийство Клеомена подозрительным и предполагают, что он мог быть убит своим сводным братом Леонидом, который был следующим по очереди на престол. Дочь Клеомена, Горго, по-видимому, передала Геродоту спартанскую "официальную версию" смерти своего отца, в которой она, возможно, принимала участие, поскольку была замужем за Леонидом.

Древние источники

Диодор Сицилийский, Историческая библиотека. Геродот, История.