Мигель Примо де Ривера: Испанский диктатор и премьер-министр (1923–1930)

Введение

Мигель Примо де Ривера и Орбанеха, 2-й маркиз де Эстелья, GE (8 января 1870 – 16 марта 1930) — испанский диктатор и военный офицер, занимавший пост премьер-министра Испании с 1923 по 1930 год в последние годы Бурбонской реставрации. Он родился в семье землевладельцев из андалузской аристократии. Боевое крещение он получил в октябре 1893 года в Кабрерисас-Алтас во время так называемой войны Маргальо. Он продвигался по военной службе, получив звания бригадного генерала (1911), генерала дивизии (1914) и генерал-лейтенанта (1919). Он служил администратором военных округов Валенсии, Мадрида и Барселоны, выделяясь как сторонник вывода войск из Африки. Во время кризиса режима Реставрации, особенно после политической нестабильности, вызванной неудачами в войне в Рифе и последовавшим распространением расследований по делу Пикассо, Примо де Ривера организовал военный переворот 13 сентября 1923 года при поддержке группы африканистских генералов, близких к королю Альфонсо XIII. Переворот получил одобрение монарха, и Примо де Ривера был поручено сформировать правительство. Он приостановил действие конституции 1876 года и ввел военное положение. Его диктаторское правление характеризовалось авторитарным национализмом и популизмом. Первоначально Примо де Ривера заявил, что будет править всего 90 дней, однако он решил остаться у власти, возглавив военную директорию. В декабре 1925 года, после высадки в Альхусемасе, положившей конец антиколониальному сопротивлению рифийцев, он учредил гражданскую директорию. С 1927 года проводилась политика государственных расходов на инфраструктуру и создавались государственные монополии, такие как нефтяная компания Campsa. Когда экономическая конъюнктура ухудшилась, он потерял поддержку большинства своих генералов и был вынужден уйти в отставку в январе 1930 года на фоне растущей инфляции и гражданских беспорядков, скончавшись за границей два месяца спустя. Некоторые из его детей, такие как Хосе Антонио и Пилар, впоследствии стали фашистскими лидерами.

Prime Minister of Spain from 1923 to 1930

Miguel Primo de Rivera y Orbaneja, 2nd Marquis of Estella, GE (8 January 1870 – 16 March 1930), was a Spanish dictator and military officer who ruled as prime minister of Spain from 1923 to 1930 during the last years of the Bourbon Restoration. He was born into a landowning family of Andalusian aristocrats. He met his baptism by fire in October 1893 in Cabrerizas Altas during the so called Margallo War. He moved up the military ladder, promoted to brigadier general (1911), division general (1914), and lieutenant general (1919). He went on to serve as administrator of the Valencia, Madrid, and Barcelona military regions, distinguishing himself as a voice in favour of military withdrawal from Africa. During the crisis of the Restoration regime, specifically upon political turmoil in the wake of setbacks in the Rif War and the ensuing spillover of the enquiries of the Picasso file, Primo de Rivera staged a military coup d'état on 13 September 1923 with help from a clique of Africanist generals close to King Alfonso XIII. The coup enjoyed the acquiescence of the monarch, and Primo de Rivera was ensuingly tasked to form a government. He thereby proceeded to suspend the 1876 constitution and establish martial law. His dictatorial rule was marked by authoritarian nationalism and populism. Primo de Rivera initially said he would rule for only 90 days; however, he chose to remain in power, heading a military directorate. In December 1925, after the Alhucemas landing ended Rifian anti colonial resistance, he installed a civil directory. From 1927 a policy of public spending on infrastructures was pursued and state monopolies such as oil company Campsa were created. Once economic tailwinds diminished, he lost the support of most of his generals, and he was forced to resign in January 1930 amid increasing inflation and civic unrest, dying abroad two months later. Some of his children, such as José Antonio and Pilar, went on to become fascist leaders.

Ранние годы

Мигель Примо де Ривера родился в землевладельческой военной семье в Херес-де-ла-Фронтера. Его отец был отставным полковником. Его дядя, Фернандо, занимал должность генерал-капитана в Мадриде и вскоре стал первым маркизом де Эстелья. Позже Фернандо участвовал в заговоре с целью восстановления конституционной монархии в 1875 году, положив конец неспокойной Первой Республике. Его прадедом был Бертран Примо де Ривера (1741–1813) – генерал и герой испанского Сопротивления против Наполеона Бонапарта. Юный Мигель вырос в среде, которую Джеральд Бренэн описал как "аристократию, предавающуюся выпивке, разврату и любви к лошадям", которая господствовала "над самой голодной и угнетённой расой сельскохозяйственных рабочих в Европе". Изучив историю и инженерию, прежде чем выбрать военную карьеру, он поступил в недавно основанную Генеральную военную академию в Толедо и окончил её в 1884 году.

Военная карьера

Его военная карьера дала ему должность младшего офицера в колониальных войнах в Марокко, на Кубе и Филиппинах. Затем он занимал ряд важных военных постов, включая генерал-капитанство Валенсии, Мадрида и Барселоны. Он проявил храбрость и инициативу в сражениях против берберов в регионе Риф на севере Марокко, и его последовательно повышали в звании и награждали. Примо де Ривера пришел к убеждению, что Испания, вероятно, не сможет удержать свою североафриканскую колонию. На протяжении многих лет правительство безуспешно пыталось подавить берберское восстание, теряя жизни и средства. Он заключил, что Испания должна вывести войска из так называемого Испанского Марокко, если не сможет установить над ним контроль. Он был знаком с Кубой и Филиппинами, на последних служил адъютантом во время Филиппинской революции против Эмилио Агиральдо и стал заложником вместе с филиппинскими эмигрантами в Гонконге после заключения пакта Биак-на-Бато. В 1898 году он стал свидетелем унизительного поражения в испано-американской войне, положившего конец некогда великой империи его страны. Эта потеря разочаровала многих испанцев, включая Примо де Ривера. Они критиковали политиков и парламентскую систему, которые не могли поддерживать порядок или способствовать экономическому развитию внутри страны, а также сохранить остатки имперского величия Испании. Примо де Ривера отправился в Мадрид, чтобы служить в Министерстве Войны вместе со своим дядей. Известный своими любовными похождениями, он вернулся к беззаботной жизни своей юности в Хересе. В 1902 году он женился на молодой испано-кубинке Касильде Саэнс де Эредиа. Их брак был счастливым, и Касильда родила шестерых детей до своей смерти в 1908 году, последовавшей за рождением Фернандо. Позже, в 1909 году, он был направлен в военную миссию во Францию, Швейцарию и Италию. Британский историк Хью Томас писал: "Он работал невероятно усердно в течение нескольких недель, а затем исчезал на несколько дней, чтобы предаться танцам, выпивке и любовным утехам с цыганами. Его часто видели почти в одиночестве на улицах Мадрида, укрытым в оперенном плаще, переходящим из одного кафе в другое, а по возвращении домой он издавал многословные и порой даже пьяные коммюнике, которые часто приходилось отменять утром". В период с 1909 по 1923 год карьера Примо де Ривера стремительно развивалась, но он все больше разочаровывался в судьбе своей страны. В октябре 1911 года он был ранен в бою во время Кертской кампании, командуя пехотным полком Сан-Фернандо в качестве полковника. Вернувшись в Испанское Марокко, в 1911 году он был повышен до бригадного генерала, став первым выпускником Генеральской академии, получившим такое звание. Однако социальная революция вспыхнула в Барселоне во время Трагической недели 1909 года. После того, как армия призвала новобранцев для участия во Второй Рифской войне в Марокко, радикальные республиканцы и анархисты в Каталонии объявили всеобщую забастовку. Насилие вспыхнуло, когда правительство ввело военное положение. Антиклерикальные бунтовщики сожгли церкви и монастыри, а напряженность росла, поскольку социалисты и анархисты требовали радикальных перемен в Испании. Правительство оказалось неспособным реформировать себя или страну, и разочарование нарастало. После 1918 года послевоенные экономические трудности усилили социальную нестабильность в Испании. Кортесы (испанский парламент) при конституционной монархии, казалось, не могли найти решения проблем безработицы, рабочих забастовок и бедности в Испании. В 1921 году испанская армия потерпела сокрушительное поражение в Марокко в битве при Аннуэле, что подорвало авторитет североафриканской политики армии. К 1923 году депутаты Кортесов потребовали расследования ответственности короля Альфонсо XIII и вооруженных сил за эту катастрофу. Распространились слухи о коррупции в армии.

His army career gave him a role as junior officer in the colonial wars in Morocco, Cuba and the Philippines. He then held several important military posts including the captain generalship of Valencia, Madrid and Barcelona. He showed courage and initiative in battles against the Berbers of the Rif region in northern Morocco, and promotions and decorations came steadily. Primo de Rivera became convinced that Spain probably could not hold on to its North African colony. For many years, the government had tried without success to crush the Berber rebels, wasting lives and money. He concluded Spain must withdraw from what was called Spanish Morocco if it could not dominate the colony. He was familiar with Cuba and the Philippines with the latter as an aide de camp during the Philippine Revolution against Emilio Aguinaldo and became a hostage along with Filipino exiles in Hong Kong after the Pact of Biak na Bato. in 1898 he watched the humiliating defeat in the Spanish–American War, bringing a close to his nation's once great empire. That loss frustrated many Spaniards, Primo de Rivera included. They criticized the politicians and the parliamentary system which could not maintain order or foster economic development at home, nor preserve the vestiges of Spain's imperial glory. Primo de Rivera went to Madrid to serve in the Ministry of War with his uncle. Renowned for his amorous conquests, he reverted to the carefree days of his youth in Jerez. Then in 1902, he married a young Hispano Cuban, Casilda Sáenz de Heredia. Their marriage was happy, and Casilda bore six children before her death in 1908, following the birth of Fernando. He later was sent on a military mission to France, Switzerland, and Italy in 1909. The British historian Hugh Thomas says: "He would work enormously hard for weeks on end and then disappear for a juerga of dancing, drinking and love making with gypsies. He would be observed almost alone in the streets of Madrid, swathed in an opera cloak, making his way from one café to another, and on returning home would issue a garrulous and sometimes even intoxicated communiqué which he would often have to cancel in the morning." Between 1909 and 1923, Primo de Rivera's career blossomed, but he became increasingly discouraged with the fortunes of his country. He was wounded in action in October 1911 in the Kert campaign while leading the infantry regiment San Fernando as Colonel. Having returned to Spanish Morocco, he was promoted to brigadier general in 1911, the first graduate of the General Academy to receive such a promotion. Yet social revolution had flared briefly in Barcelona, during the Tragic Week of 1909. After the army had called up conscripts to fight in the Second Rif War in Morocco, Radical republicans and anarchists in Catalonia had proclaimed a general strike. Violence had erupted when the government declared martial law. Anticlerical rioters had burned churches and convents, and tensions grew as socialists and anarchists pressed for radical changes in Spain. The government proved unable to reform itself or the nation and frustration mounted. After 1918, post World War I economic difficulties heightened social unrest in Spain. The Cortes (Spanish parliament) under the constitutional monarchy seemed to have no solution to Spain's unemployment, labor strikes, and poverty. In 1921, the Spanish army suffered a stunning defeat in Morocco at the Battle of Annual, which discredited the military's North African policies. By 1923, deputies of the Cortes called for an investigation into the responsibility of King Alfonso XIII and the armed forces for the debacle. Rumors of corruption in the army became rampant.

Установление диктатуры

13 сентября 1923 года возмущенные военные во главе с капитаном-генералом Мигелем Примо де Риверой в Барселоне свергли парламентское правительство, после чего Примо де Ривера установил себя в качестве диктатора. В своем типично витиеватом стиле он опубликовал манифест, объясняющий перевороту народ. Оскорбленный нападками парламентариев, король Альфонсо попытался придать Примо де Ривере легитимность, назначив его премьер-министром. Оправдывая свой государственный переворот, Примо де Ривера заявил: "Наша цель – открыть краткий перерыв в конституционной жизни Испании и восстановить ее, как только страна предложит нам людей, незапятнанных пороками политической организации". Иными словами, он считал, что старый класс политиков разорил Испанию, что они преследовали лишь собственные интересы, а не патриотизм и национализм. Хотя многие левые выступали против диктатуры, часть общественности поддерживала Примо де Риверу. Эти испанцы устали от смуты и экономических проблем и надеялись, что сильный лидер, опирающийся на военную поддержку, сможет вывести страну на правильный путь. Другие были возмущены тем, что парламент был проигнорирован. Во время своих поездок по Испании его эмоциональные выступления не оставляли сомнений в том, что он – испанский патриот. Он предложил сохранить диктатуру до тех пор, пока не будет наведен порядок после деятельности политиков. В то же время он намеревался использовать государство для модернизации экономики и облегчения проблем рабочего класса. Примо де Ривера начал с назначения высшего руководства из восьми военных, сам став его президентом. Затем он ввел военное положение, уволив гражданских политиков в провинциях и заменив их офицерами среднего звена. Когда члены Кортесов пожаловались королю, Альфонсо распустил их, а Примо де Ривера приостановил действие конституции и распустил законодательный орган. Он также приступил к подавлению сепаратистов, стремившихся к независимости баскских провинций и Каталонии. Несмотря на некоторые сомнения, выдающийся испанский философ и интеллектуал Хосе Ортега-и-Гассет писал:

On 13 September 1923, the indignant military, headed by Captain General Miguel Primo de Rivera in Barcelona, overthrew the parliamentary government, upon which Primo de Rivera established himself as dictator. In his typically florid prose, he issued a Manifesto explaining the coup to the people. Resentful of the parliamentarians' attacks against him, King Alfonso tried to give Primo de Rivera legitimacy by naming him prime minister. In justifying his coup d'état, Primo de Rivera announced: "Our aim is to open a brief parenthesis in the constitutional life of Spain and to re establish it as soon as the country offers us men uncontaminated with the vices of political organization." In other words, he believed that the old class of politicians had ruined Spain, that they sought only their own interests rather than patriotism and nationalism. Although many leftists opposed the dictatorship, some of the public supported Primo de Rivera. Those Spaniards were tired of the turmoil and economic problems and hoped a strong leader, backed by the military, could put their country on the right track. Others were enraged that the parliament had been brushed aside. As he travelled through Spain, his emotional speeches left no doubt that he was a Spanish patriot. He proposed to keep the dictatorship in place long enough to sweep away the mess created by the politicians. In the meantime, he would use the state to modernize the economy and alleviate the problems of the working class. Primo de Rivera began by appointing a supreme directorate of eight military men, with himself as president. He then decreed martial law and fired civilian politicians in the provinces, replacing them with middle ranking officers. When members of the Cortes complained to the king, Alfonso dismissed them, and Primo de Rivera suspended the constitution and dissolved the legislative body. He also moved to repress separatists, who wanted to make the Basque provinces and Catalonia independent from Spain. Despite some reservations, the great Spanish philosopher and intellectual, José Ortega y Gasset, wrote:

Тем не менее, другие интеллектуалы, такие как Мигель де Унамуно и Висенте Бласко Ибаньес, критиковали режим и были отправлены в изгнание. Диктатор добился нескольких успехов в первые годы своего правления. Главным из них была ситуация в Марокко, которая назревала с начала XX века. Примо де Ривера говорил о полном отказе от колонии, если не будет достаточно ресурсов для подавления восстания, и начал вывод испанских войск. Но когда марокканцы атаковали французский сектор, они вынудили французов и испанцев объединиться, чтобы подавить мятеж в 1925 году. Он отправился в Африку, чтобы лично возглавить войска, и 1927 год принес победу франко-испанским силам.

Содействие развитию инфраструктуры

Примо де Ривера также работал над созданием инфраструктуры для своей экономически отсталой страны. В Испании было немного автомобилей, когда он пришел к власти; к 1930 году, и Ривера стремился расширить их количество. Барселонское метро, строительство которого началось много лет назад, открылось в 1924 году. Его экономические планировщики строили плотины для использования гидроэлектроэнергии рек, особенно Дуэро и Эбро, и для обеспечения водой для орошения. Впервые электричество пришло в некоторые сельские районы Испании. Режим модернизировал железные дороги Испании, что способствовало процветанию испанской металлургической промышленности. В период с 1923 по 1927 год внешняя торговля увеличилась на 300%. В целом, правительство вмешалось для защиты национальных производителей от иностранной конкуренции. Такой экономический национализм был во многом детищем министра финансов Примо де Ривера, Хосе Кальво Сотело. Испания выиграла от европейского бума после Первой мировой войны, но выгоды были сосредоточены в руках богатых. Спокойствие было, отчасти, обусловлено умением диктатуры учитывать интересы испанских рабочих. Подражая примеру Бенито Муссолини в Италии, Примо де Ривера заставил руководство и рабочих сотрудничать, организовав 27 корпораций (комитетов), представляющих различные отрасли и профессии. В каждой корпорации правительственные арбитры разрешали споры о заработной плате, рабочем времени и условиях труда. Это дало испанским рабочим больше влияния, чем когда-либо прежде, и, возможно, именно поэтому Испанская социалистическая рабочая партия (PSOE) и Всеобщий рабочий союз (UGT) быстро пошли на сотрудничество с правительством, а их лидеры вошли в состав упомянутых комитетов. Отдельные работники также выиграли от того, что режим приступил к масштабным общественным работам. Правительство финансировало эти проекты за счет крупных государственных займов, которые, по мнению Кальво Сотело, будут погашены за счет увеличения налогов, полученных в результате экономического роста. Безработица практически исчезла. Но Примо де Ривера установил порядок в Испании ценой: его режим был диктатурой. Он подвергал прессу цензуре. Когда интеллектуалы критиковали правительство, он закрыл Эль Атинео, самый известный политический и литературный клуб страны. Крупнейшая анархистская организация, Национальная конфедерация труда (CNT), была объявлена вне закона, и без поддержки PSOE всеобщие забастовки, организованные этой организацией, были жестоко подавлены армией. Чтобы подавить сепаратистские настроения в Барселоне, режим попытался искоренить каталонскую культуру. Использование каталонского языка в церковных службах и исполнение сарданы были запрещены. Кроме того, многие экономические реформы диктатора на самом деле не помогли бедным, поскольку огромные государственные расходы привели к инфляции, с которой богатые могли справиться легче. Это привело к огромному разрыву в доходах между богатыми и рабочим классом в Испании в то время. Несмотря на свой патерналистский консерватизм, Примо де Ривера был достаточно реформатором, и его политика была достаточно радикальной, чтобы угрожать интересам традиционной власти. По словам британского историка Джеральда Брэнана, "Испании были нужны радикальные реформы, и он мог править только с разрешения двух самых реакционных сил в стране — армии и церкви". Примо де Ривера не решался браться за самую острую проблему Испании, аграрную реформу, поскольку это спровоцировало бы могущественную земельную элиту. Историк Ричард Херр пишет: "Примо не был из тех, кто будит спящих собак, особенно если они большие". Примо де Ривера потерпел неудачу главным образом потому, что не создал жизнеспособную и легитимную политическую систему для сохранения и продолжения своих реформ. Похоже, он искренне хотел, чтобы диктатура была как можно более краткосрочной, и первоначально надеялся, что Испания сможет жить по Конституции 1876 года и с новой группой политиков. Проблема заключалась в том, чтобы найти новое гражданское руководство, которое заменило бы военных. В 1923 году он начал создавать новую "аполитическую" партию, Патриотический союз (UP), которая была официально организована в следующем году. Примо де Ривера любил утверждать, что члены UP стоят над мелочной политикой и коррупцией, что они ставят интересы нации выше своих собственных. Он считал, что это принесет Испании идеальную демократию, представляя истинное общественное мнение. Но UP, очевидно, была политической партией, несмотря на наивные заверения диктатора. Более того, ей не удалось привлечь энтузиастическую поддержку или даже много членов. 3 декабря 1925 года он предпринял попытку восстановить законное правительство, уволив военную директорию и заменив ее гражданскими лицами. Тем не менее, Конституция оставалась приостановленной, и критика режима росла. К лету 1926 года бывшие политики во главе с консерватором Хосе Санчесом Герра-и-Мартинесом призвали короля отстранить Примо де Ривера и восстановить конституционное правительство. Чтобы продемонстрировать свою народную поддержку, Примо де Ривера приказал UP провести плебисцит в сентябре. Избиратели могли одобрить режим или воздержаться. Около трети имеющих право голоса отказались пойти на выборы; несмотря на это, The New York Times назвала результат "рекордным голосованием", отметив, что явка была в четыре раза выше, чем на любых предыдущих испанских выборах. Другие СМИ были более критичны: The Advocate назвала голосование "фарсом".

Primo de Rivera also worked to build infrastructure for his economically backward country. Spain had few cars when he came to power; by 1930, and Rivera aimed to expand this. The Barcelona Metro, started many years earlier, opened in 1924. His economic planners built dams to harness the hydroelectric power of rivers, especially the Duero and the Ebro, and to provide water for irrigation. For the first time, electricity reached some of Spain's rural regions. The regime upgraded Spain's railroads, and this helped the Spanish iron and steel industry prosper. Between 1923 and 1927, foreign trade increased 300%. Overall, his government intervened to protect national producers from foreign competition. Such economic nationalism was largely the brainchild of Primo de Rivera's finance minister, José Calvo Sotelo. Spain benefited from the European post World War I boom, but the gains were concentrated with the wealthy. The tranquility was, in part, due to the dictatorship's ways of accommodating the interests of Spanish workers. Imitating the example of Benito Mussolini in Italy, Primo de Rivera forced management and labor to cooperate by organizing 27 corporations (committees) representing different industries and professions. Within each corporation, government arbitrators mediated disputes over wages, hours, and working conditions. This gave Spanish labor more influence than ever before and this might be the reason why the Spanish Socialist Workers' Party (PSOE) and Workers' General Union (UGT) were quick to cooperate with the government and its leaders affiliated themselves with the committees mentioned before. Individual workers also benefited because the regime undertook massive public works. The government financed such projects with huge public loans, which Calvo Sotelo argued would be repaid by the increased taxes resulting from economic expansion. Unemployment largely disappeared. But Primo de Rivera brought order to Spain with a price: his regime was a dictatorship. He censored the press. When intellectuals criticized the government, he closed El Ateneo, the country's most famous political and literary club. The largely anarchist National Confederation of Labour (CNT) was decreed illegal and, without the support of the PSOE, the general strikes organised by the organisation were dismantled violently by the army. To suppress the separatist fever in Barcelona, the regime tried to expunge Catalan culture. It was illegal to use Catalan in church services or to dance the sardana. Furthermore, many of the dictator's economic reforms did not actually help the poor as huge public spending led to inflation, which the rich could cope with more easily. This led to a huge income disparity between the wealthy and working classes in Spain at the time. Despite his paternalistic conservatism, Primo de Rivera was enough of a reformer and his policies were radical enough to threaten the interests of the traditional power elite. According to British historian Gerald Brenan, "Spain needed radical reforms and he could only govern by the permission of the two most reactionary forces in the country—the Army and the Church." Primo de Rivera dared not tackle what was seen as Spain's most pressing problem, agrarian reform, because it would have provoked the great landholding elite. Writes historian Richard Herr, "Primo was not one to waken sleeping dogs, especially if they were big." Primo de Rivera chiefly failed because he did not create a viable, legitimate political system to preserve and continue his reforms. He seems to have sincerely wanted the dictatorship to be as brief as possible and initially hoped that Spain could live with the Constitution of 1876 and a new group of politicians. The problem was to find new civilian leadership to take the place of the military. In 1923, he began to create a new "apolitical" party, the Patriotic Union (UP), which was formally organized the following year. Primo de Rivera liked to claim that members of the UP were above the squabbling and corruption of petty politics, that they placed the nation's interests above their own. He thought it would bring ideal democracy to Spain by representing true public opinion. But the UP quite obviously was a political party, despite the dictator's naive protestations. Furthermore, it failed to attract enthusiastic support or even many members. On 3 December 1925 he moved to restore legitimate government by dismissing the military Directory and replacing it with civilians. Still, the Constitution remained suspended, and criticisms of the regime grew. By summer 1926, former politicians, led by conservative José Sánchez Guerra y Martínez, pressed the king to remove Primo de Rivera and restore constitutional government. To demonstrate his public support, Primo de Rivera ordered the UP to conduct a plebiscite in September. Voters could endorse the regime or abstain. About a third of those able to vote declined to go to the polls; despite this, The New York Times called the result "a record vote", noting that the turnout was four times higher than any Spanish election until then. Other media were more critical: The Advocate called the vote "a farce".

Национальное собрание

Тем не менее, воодушевленный своей победой, Примо де Ривера решил учредить орган, ответственный за разработку проекта конституции. 10 октября 1927 года, в присутствии короля, он открыл Национальное собрание. Хотя заседания проходили в здании Кортесов, члены назначенного режимом собрания могли лишь давать консультации Примо де Ривере и не обладали законодательной властью. В 1929 году, по указанию диктатора, собрание наконец представило проект новой конституции. Одной из ее статей было предоставление женщинам избирательного права, поскольку Примо де Ривера полагал, что их политические взгляды менее подвержены политическому радикализму. Он планировал вынести новую конституцию на всенародное голосование (плебисцит) в 1930 году.

Падение от власти и смерть

Когда экономический бум закончился, испанцы постепенно разочаровались в диктатуре. Курс песеты упал по отношению к иностранным валютам, 1929 год принес неурожай, а импорт Испании значительно превысил стоимость экспорта. Консервативные критики обвиняли растущую инфляцию в государственных расходах на общественные работы. Хотя в то время никто этого не осознавал, последние месяцы года ознаменовались началом международного экономического спада, переросшего в Великую депрессию 1930-х годов. Когда Примо де Ривера потерял поддержку короля и армии, его диктатура была обречена. Испанская армия никогда не единогласно поддерживала его приход к власти, хотя и мирилась с его правлением. Однако, когда Примо де Ривера начал учитывать политические взгляды при продвижении по службе в артиллерийском корпусе, это вызвало враждебность и сопротивление. Обеспокоенный неспособностью режима легитимизировать себя или решить проблемы страны, король также начал отстраняться. Альфонсо, который финансировал строительство Университетского городка в Мадриде, с тревогой наблюдал, как студенты страны вышли на улицы протестовать против диктатуры и королевской поддержки ей. В тайной брошюре Альфонсо был изображен танцующим с Примо де Риверой. Но у короля не хватило решимости отстранить Примо де Ривера. 26 января 1930 года диктатор спросил высших военных чинов, сохраняет ли он их поддержку. Их сдержанные ответы и осознание того, что король больше не поддерживает его, убедили его подать в отставку через два дня. Примо де Ривера вышел в отставку и переехал в Париж, где скончался полтора месяца спустя, 16 марта 1930 года, в возрасте 60 лет от сочетания лихорадки и диабета.

Последствия

В начале 1930-х годов, как и большинство стран Запада во время и после Великой депрессии, Испания погрузилась в экономический и политический хаос. Альфонсо XIII назначил генерала Дамасо Беренгуэра, одного из противников Примо де Ривера, управлять страной. Это правительство быстро потерпело неудачу в попытке вернуться к нормальному конституционному порядку. Различные кандидаты в президенты пытались восстановить легитимность монарха, который подорвал свой авторитет, поддержав диктатуру. В конечном итоге, муниципальные выборы были назначены на 12 апреля 1931 года. Хотя монархические партии победили по итогам всеобщего голосования, республиканские кандидаты получили большинство в городских центрах, выиграв выборы в 41 провинциальной столице, включая Мадрид и Барселону. В апреле 1931 года генерал Хосе Санхурхо сообщил королю, что не может рассчитывать на верность вооруженных сил. Альфонсо XIII отправился в изгнание 14 апреля 1931 года, формально не отрекшись от престола до 1941 года в пользу своего сына Хуана де Борбона. Это событие положило начало Второй республике. Два года спустя старший сын Примо де Ривера, Хосе Антонио, основал Фалангу – испанскую фашистскую партию. Хосе Антонио и его брат Фернандо были арестованы республиканскими властями в марте 1936 года и казнены в тюрьме Аликанте республиканскими силами после начала Гражданской войны в Испании в июле 1936 года. Националисты во главе с Франсиско Франко победили в Гражданской войне и установили гораздо более авторитарный режим. К тому времени многие испанцы с большей симпатией вспоминали относительно умеренный режим Примо де Ривера и его экономический оптимизм.