Введение

Французская принцесса (1777–1847), дочь Людовика Филиппа II, герцога Орлеанского.

Луиза Мария Аделаида Евгения Орлеанская (23 августа 1777 – 31 декабря 1847) была французской принцессой, одной из дочерей Филиппа Орлеанского, известного как Филипп Эгалите во время Французской революции, и Луизы Марии Аделаиды Бурбонской. При рождении она носила титул Мадемуазель де Шартр, после смерти старшей сестры-близнеца в 1782 году – Мадемуазель д’Орлеан, Мадемуазель (1783–1812) и Мадам Аделаида (1830). Как представительница правящего дома Бурбонов, она являлась принцессой крови.

Биография

Аделаида и её старшая сестра-близнец Франсуаза родились в Королевском дворце 23 августа 1777 года в семье Людовика Филиппа II, герцога Орлеанского, и Луизы Марии Аделаиды де Бурбон. Франсуаза умерла в 1782 году в возрасте четырех лет. Аделаиду воспитывали в соответствии с либеральными принципами своей гувернантки, мадам де Женлис, которые впоследствии стали и её собственными политическими убеждениями. Она получила прекрасное, но при этом очень трудное и изнурительное образование; чтобы закалить себя, она научилась спать на жесткой кровати и вставать в шесть утра каждый день. Она была глубоко привязана к своей гувернантке, и требование её матери заменить де Женлис, хотя и безуспешное, стало для неё источником большой тревоги. Её кандидатуру рассматривали для брака с герцогом Ангулемским, но королева Мария Антуанетта этому помешала. Позже её также рассматривали в качестве невесты для герцога Беррийского, но и этот брак не состоялся. Во время Французской революции де Женлис хотя бы однажды брала её с собой в радикальный клуб Кордельеров. В 1791 году её отец попросил де Женлис отвезти её в Англию ради её безопасности. На следующий год он вызвал их обратно, чтобы не допустить внесения имени Аделаиды в список эмигрантов. Однако, по прибытии де Женлис обнаружила, что Аделаида уже была в этом списке, и что её отец, чье политическое положение ухудшилось, попросил её снова вывезти Аделаиду из страны. Аделаида брала уроки живописи у Пьера Жозефа Редуте и в результате создала ряд высоко оцененных ботанических зарисовок.

Жизнь в изгнании

В 1792 году она покинула Францию с де Женлисом, направившись в Австрийские Нидерланды, а затем в Швейцарию, где её поместили в монастырь в Бремгартене. Во время террора её отец был казнён на гильотине, а мать сослана в Испанию. Весной 1794 года Аделаида переехала в дом своей тёти, принцессы де Конти. В 1798 году они переехали в Баварию, а затем в Братиславу, и в 1801 году она присоединилась к матери в Барселоне, в Испании. Её отношения с матерью были натянутыми, поскольку она не одобряла связь матери с канцлером де Фолмонтом. 25 ноября 1809 года она и мать присутствовали на свадьбе её брата, Людовика Филиппа, с Марией Амалией Неаполитанской и Сицилийской в Палермо, на Сицилии. После свадьбы она не последовала за матерью в Испанию, а предпочла остаться жить со своим братом и его женой в Палаццо Орлеанс в Палермо. Её описывали как всецело преданную брату и его семье: с женой брата они были объединены общей любовью и заботой о нём, и она была словно вторая мать его детям.

Возвращение во Францию

После падения Наполеона в 1814 году она вернулась с братом и его семьей в Париж и поселилась с ними в Королевском дворце. Во время Реставрации Бурбонов Королевский дворец описывали как центр светской жизни столичной аристократии, и, как сообщается, вопреки обычаю, предписывавшему незамужней женщине держаться в тени, именно она, а не её более сдержанная невестка, взяла на себя роль хозяйки. Её описывали как решительную, интеллектуальную и прямолинейную, и она являлась одной из ключевых фигур на семейных советах Орлеанского дома. Её преданность брату объяснялась тем, что, рано оторванная от семьи, она во время изгнания ощущала сдержанность из-за политических действий отца во время революции, и брат стал первым человеком, которому она могла всецело довериться и проявить свои чувства. Луи-Филипп, в свою очередь, ценил её ум и верность, сделал её своей доверенницей и прислушивался к её советам, что позволило ей приобрести значительное политическое влияние на него. Воспитанная в либеральных взглядах, она поддерживала идею конституционной монархии и представительного правления. Она не поддерживала хороших отношений с правящей династией Бурбонов из-за их реакционных взглядов, а также из-за враждебного отношения к Орлеанской ветви, и особенно к ней лично, со стороны Марии Терезы Французской. Аделаида, а не её брат, описывается как фактический лидер фракции Орлеанов, и она испытывала сильное желание и стремление возвести его на престол. В своей квартире в Королевском дворце она устраивала салон, ставший центром либеральной оппозиции режиму, и, используя своё значительное состояние, поддерживала либеральную прессу, а также различных политических деятелей, художников, интеллектуалов и влиятельных лиц, чтобы заручиться поддержкой для своего брата, среди которых был Талейран.

Июльская монархия

Когда Людовик Филипп стал королём Франции в период правления, известном как Июльская монархия (1830–1848), она была известна как мадам Аделаида. Всю свою жизнь она была его верным советником или, как выражались в XIX веке, его «Егерией». Именно она, как сообщается, побудила его принять корону во время Июльской революции, и её влияние оставалось неизменным на протяжении всего его правления. Когда после публикации Ордонансов в 1830 году в Париже вспыхнула Июльская революция, семья Орлеанов находилась в загородном поместье Нёйилли. Аделаида убедила Людовика Филиппа, что настал подходящий момент, чтобы он возглавил оппозицию против абсолютной монархии Карла X и представил себя кандидатом в конституционные монархи, как компромисс между непопулярной абсолютной монархией и республиканством. В этом она победила точку зрения своей невестки Марии Амалии, которая сохраняла верность правящей старшей ветви. Когда дошли слухи о том, что роялисты собираются арестовать Людовика Филиппа, он эвакуировался в Ренси, а детей отправили в Вилье-Котере, но Аделаида и Мария Амалия остались в Нёйилли. Когда делегация прибыла в Нёйилли и предложила Людовику Филиппу корону, Мария Амалия отказалась от предложения от имени себя и своего супруга, считая это оскорблением и упрекая Шеффера и Тьера в том, что они позволили себе такое оскорбление. Однако Аделаида приняла предложение, утверждая, что её брат сделает всё, чтобы предотвратить анархию в любимой им стране. Тьер принял ответ Аделаиды, а не Марии Амалии, со словами: «Мадам, вы передали корону своей семье». После этого последовали другие визиты от людей, просивших Людовика Филиппа принять корону: всем Мария Амалия отвечала, что Людовик Филипп – честный человек и поэтому не может этого сделать, в то время как Аделаида возражала, заявляя, что предложение должно быть сделано Людовику Филиппу Палатой депутатов, и если он будет колебаться, она сама поедет в Париж и примет корону за него. Вскоре после этого Палата депутатов вызвала Людовика Филиппа в Париж, чтобы официально представить ему своё предложение. Считается, что он принял корону во многом благодаря Аделаиде. 6 августа 1830 года она и её невестка присутствовали на трибуне во время церемонии в палатах в Париже, когда Людовик Филипп был провозглашён королём Франции. Она и её невестка посещали раненых во время революции и оказывали им финансовую поддержку. В октябре 1830 года толпа ворвалась в Пале-Рояль, и неоднократно предпринимались попытки казнить министров прежнего режима, которые Людовик Филипп отклонил. Когда маршал Жерар заметил, что спасти их будет трудно, она ответила: «Что ж, месье, тогда мы все погибнем в попытке». На протяжении всего своего правления Людовик Филипп ежедневно навещал её, обсуждал с ней государственные и семейные дела и следовал её советам. Поэтому её смерть была воспринята как большая потеря не только в эмоциональном, но и в политическом плане. Аделаида д’Орлеанская умерла 31 декабря 1847 года, за два месяца до отречения Людовика Филиппа 24 февраля 1848 года. Она похоронена в семейном склепе Орлеанов в Королевской капелле Дрё.