Альваро Обрегон: Президент Мексики и герой революции

Введение

Президент Мексики с 1920 по 1924 год. Альваро Обрегон Салидо (17 февраля 1880 – 17 июля 1928) – мексиканский военный генерал и политик, занимавший пост 46-го президента Мексики с 1920 по 1924 год. Обрегон был переизбран на пост президента в 1928 году, но был убит до вступления в должность. Будучи вдовцом с маленькими детьми и успешным фермером, он присоединился к революции лишь после февральского государственного переворота 1913 года против Франсиско И. Мадеро, в результате которого к власти пришел генерал Викториано Уэрта. Обрегон поддержал решение Соноры последовать за губернатором Коауилы Венустиано Каррансой в качестве лидера северной революционной коалиции, Конституциональной армии, против режима Уэрты. Не получивший специального военного образования, но прирожденный лидер, Обрегон быстро продвигался по службе и стал одним из лучших генералов Конституциональной армии, наряду с Панчо Вильей. Карранса назначил Обрегона командующим революционными силами на северо-западе Мексики. В июле 1914 года Конституционалисты разгромили Уэрту, а в августе федеральная армия распалась. В 1915 году революция вступила в новую фазу гражданской войны между конвенционистами во главе с Эмилиано Сапатой и Вильей и Обрегоном и Каррансой. Обрегон был назначен командующим Конституциональной армией и разгромил Вилью. 1917 год стал поворотным для Конституционалистов, поскольку вступила в силу революционная Конституция Мексики, а силы конвенционистов были быстро разгромлены Обрегоном и Конституциональной армией. В связи с ограничением срока пребывания у власти Карранса ушел с поста президента и назначил гражданского дипломата Игнасио Бонильяса своим преемником. Обрегон и другие генералы Соноры, Плутарко Элиас Кальес и Адольфо де ла Уэрта, отстранили Бонильяса и Каррансу в соответствии с Планом Агуа-Приета. В 1920 году Обрегон был избран президентом с подавляющей поддержкой населения. Президентство Обрегона стало первым стабильным президентством после начала Революции в 1910 году. Он руководил масштабной образовательной реформой, расцветом мексиканского монументального искусства, умеренной земельной реформой и трудовым законодательством, поддерживаемым все более влиятельной Региональной конфедерацией мексиканских рабочих. В августе 1923 года он подписал Букарельский договор, который уточнил права мексиканского правительства и американских нефтяных компаний и обеспечил дипломатическое признание его правительства со стороны США. В 1923–1924 годах министр финансов Обрегона, Адольфо де ла Уэрта, поднял восстание, когда Обрегон назначил Плутарко Элиаса Кальеса своим преемником. Де ла Уэрта получил поддержку многих революционеров, которые выступали против очевидного подражания Обрегона примеру Порфирио Диаса. Обрегон вернулся на поле боя и подавил восстание. В этой победе ему помогли Соединенные Штаты, предоставившие оружие и 17 самолетов, которые бомбили сторонников де ла Уэрты. В 1924 году на пост президента был избран Плутарко Элиас Кальес, соратник Обрегона по Северной революции и его избранный преемник. Хотя Обрегон формально отошел от дел в Сонору, он оставался влиятельным при Кальесе. Кальес добился конституционной реформы, чтобы вновь сделать возможным переизбрание, но не непрерывное. Обрегон выиграл выборы 1928 года. Однако до начала своего второго срока он был убит Хосе де Леоном Торалем во время войны кристерос. Политическое наследие Обрегона – это прагматичный центризм, заключающийся в союзе с различными фракциями революции для достижения своих целей. Один историк описывает его как «организатора, миротворца, объединителя». Его убийство спровоцировало политический кризис в стране, который в конечном итоге привел к основанию Кальесом Национальной революционной партии, позже переименованной в Институционально-революционную партию, которая доминировала в мексиканской политике на протяжении всего 20-го века и сохраняла президентство до 2000 года.

President of Mexico from 1920 to 1924

Álvaro Obregón Salido (ˈalβaɾo oβɾeˈɣon; 17 February 1880 – 17 July 1928) was a Mexican military general and politician who served as the 46th President of Mexico from 1920 to 1924. Obregón was re elected to the presidency in 1928 but was assassinated before he could take office. A widower with small children and a successful farmer, he did not join the Revolution until after the February 1913 coup d'état against Francisco I. Madero that brought General Victoriano Huerta to the presidency. Obregón supported Sonora's decision to follow Governor of Coahuila Venustiano Carranza as leader of the northern revolutionary coalition, the Constitutionalist Army, against the Huerta regime. An untrained soldier but natural leader, Obregón rose quickly in the ranks and became the Constitutionalist Army's best general, along with Pancho Villa. Carranza appointed Obregón commander of the revolutionary forces in northwestern Mexico. When the Constitutionalists defeated Huerta in July 1914, and the Federal Army dissolved in August. In 1915, the revolution entered a new phase of civil war between the Conventionists led by Emiliano Zapata and Villa versus Obregón and Carranza. Obregón was made leader of the Constitutionalist army and defeated Villa. 1917 was a pivotal year for the Constitutionalists as the revolutionary Constitution of Mexico went into effect and the Conventionists forces were quickly being defeated by Obregón and the Constitutionalist Army. Being subject to term limits, Carranza stepped down from the presidency and designated a civilian diplomat Ignacio Bonillas to succeed him. Obregón and other Sonoran generals Plutarco Elías Calles and Adolfo de la Huerta ousted Bonillas and Carranza under the Plan of Agua Prieta. Obregón was elected to the presidency in 1920 with overwhelming popular support. Obregón's presidency was the first stable presidency since the Revolution began in 1910. He oversaw massive educational reform, the flourishing of Mexican muralism, moderate land reform, and labor laws sponsored by the increasingly powerful Regional Confederation of Mexican Workers. In August 1923, he signed the Bucareli Treaty that clarified the rights of the Mexican government and U. S. oil interests and brought U. S. diplomatic recognition to his government. In 1923–24, Obregón's finance minister, Adolfo de la Huerta, launched a rebellion when Obregón designated Plutarco Elías Calles as his successor. De la Huerta garnered support by many revolutionaries who were opposed to Obregón's apparent emulation of Porfirio Díaz's example. Obregón returned to the battlefield and defeated the rebellion. In his victory, he was aided by the United States with arms and 17 U. S. planes that bombed de la Huerta's supporters. In 1924, Obregón's fellow Northern revolutionary general and hand picked successor, Plutarco Elías Calles, was elected president. Although Obregón ostensibly retired to Sonora, he remained influential under Calles. Calles pushed through constitutional reform to again make re election possible, but not continuously. Obregón won the 1928 election. Before beginning his second term however, he was assassinated by José de León Toral during the Cristero War. Obregón's political legacy is that of pragmatic centrism, allying with various factions of the revolution to accomplish his goals, with one historian describing him as "Alvaro Obregón stood out as the organizer, the peacemaker, the unifier." His assassination precipitated a political crisis in the country, ultimately leading to Calles founding the National Revolutionary Party, later renamed the Institutional Revolutionary Party, which would dominate Mexican politics throughout the 20th century and retain the presidency until 2000.

Ранние годы, 18801911

Родился в Сикисиве, муниципалитет Навохоа, Сонора, восемнадцатым ребенком Франсиско Обрегона и Сенобии Салидо. Франсиско Обрегон некогда владел значительным поместьем, но его деловой партнер поддержал императора Максимилиана во время французской интервенции в Мексику (1862–1867), и поместье семьи было конфисковано либеральным правительством в 1867 году. Франсиско Обрегон умер в 1880 году, в год рождения Альваро Обрегона. Мальчик воспитывался матерью и старшими сестрами – Сенобией, Марией и Розой – в стесненных обстоятельствах. Семья его матери была влиятельной на местном уровне, владела гасиендами, а некоторые занимали государственные должности во время режима Порфирио Диаса. Обрегон извлекал пользу из связей с более именитыми родственниками, хотя, будучи сиротой, он оставался самым бедным членом семьи. Он стремился к успеху в жизни. Один из его кузенов по материнской линии, Бенджамин Г. Хилл, стал важным союзником в Мексиканской революции. Родной штат Обрегона, Сонора, был изолированным регионом, граничащим с США, и поддерживал активный обмен с американской стороной, а также американские инвестиции в Сонору. Удаленность Соноры от столицы и отсутствие прямого железнодорожного сообщения с ней повлияли на ее развитие в конце XIX века и на ее роль в Мексиканской революции. Сонора имела прямое железнодорожное сообщение с США, и ее экономика была тесно связана с американской, экспортируя шкуры крупного рогатого скота и, особенно, нут в США. Семейные обстоятельства Обрегона и экономическая ситуация штата сделали занятие выращиванием нута способом обеспечить себе достойный заработок в молодости. В детстве Обрегон работал на семейной ферме и познакомился с коренными жителями майо, которые там же работали, и выучил их язык. Его владение двумя языками пригодилось ему в дальнейшей военной и политической карьере, привлекая к себе представителей народов майо и яки. Он посещал школу, которую вел его брат Хосе в Уатабампо, и получил начальное образование. Однако его ум был "активным, изобретательным и, прежде всего, практичным". Он провел юность, работая на различных должностях, прежде чем в 1898 году устроиться токарем на сахарный завод, принадлежавший его дядям по материнской линии в Наволато, Синалоа. В 1903 году он женился на Рефухио Урреа, а в 1904 году оставил сахарный завод, чтобы продавать обувь с рук, а затем стать арендатором земли. К 1906 году он смог купить небольшую ферму в кредит у родственников матери, где выращивал нут. Следующий год был трагичным для Обрегона: умерла его жена и двое детей, оставив его вдовцом с двумя маленькими детьми, которых впоследствии воспитывали его три старшие сестры. В 1909 году Обрегон изобрел жатку для нута и вскоре основал компанию по производству этих жаток, организовав современную сборочную линию. Он успешно продавал эти жатки фермерам по всей долине Майо. Обрегон начал политическую деятельность в 1911 году, когда был избран муниципальным президентом города Уатабампо.

Obregón was born in Siquisiva, Municipality of Navojoa, Sonora, the eighteenth child of Francisco Obregón and Cenobia Salido. Francisco Obregón had once owned a substantial estate, but his business partner supported Emperor Maximilian during the French intervention in Mexico (1862–1867), and the family's estate was confiscated by the Liberal government in 1867. Francisco Obregón died in 1880, the year of Álvaro Obregón's birth. The boy was raised in very straitened circumstances by his mother and his older sisters Cenobia, María, and Rosa. His mother's family was locally prominent, owning haciendas and some held government positions during the Porfirio Díaz regime. Obregón benefited from his relationship with his more distinguished kin, though as an orphan, he was very much the poor relation. He had ambition to make his way in the world. One of his cousin's on his mother's side, Benjamin G. Hill became an important ally in the Mexican Revolution. Obregón's home state of Sonora was an isolated area with a border with the U. S. and there was frequent interchange with the U. S. and U. S. investment in Sonora. Sonora's distance from the capital and lack of a direct railway line to the capital affected its late nineteenth century development and its role in the Mexican Revolution. Sonora had direct railway connections to the U. S. and its economy was more closely tied to the U. S. than central Mexico, exporting cattle hides and most especially garbanzos to the U. S. Obregón's family circumstances and the economic situation of the state made his entry into garbanzo farming a way to make a good living as a young man. During his childhood, Obregón worked on the family farm and became acquainted with the indigenous Mayo people who also worked there and learned the language. His bilingualism served him well in his later military and political career, drawing both Mayos and Yaqui into his orbit. He attended a school run by his brother José in Huatabampo and received an elementary level formal education. However, his mind was "active, inventive, and above all, practical." He spent his adolescence working a variety of jobs, before finding permanent employment in 1898 as a lathe operator at the sugar mill owned by his maternal uncles in Navolato, Sinaloa. In 1903, he married Refugio Urrea and in 1904, he left the sugar mill to sell shoes door to door, and then to become a tenant farmer. By 1906, he was in a position to buy his own small farm with a loan from his mother's family, where he grew garbanzos. The next year was tragic for Obregón as his wife and two of his children died, leaving him a widower with two small children, who were henceforth raised by his three older sisters. In 1909, Obregón invented a garbanzo harvester and soon founded a company to manufacture these harvesters, complete with a modern assembly line. He successfully marketed these harvesters to garbanzo farmers throughout the Mayo Valley. Obregón entered politics in 1911 with his election as municipal president of the town of Huatabampo.

Ранняя военная карьера, 19111913

Обрегон не проявил особого интереса к движению против переизбрания, начатому Франсиско И. Мадеро в 1908–1909 годах в оппозиции к президенту Порфирио Диасу. Когда Мадеро призвал к восстанию против Диаса после фальсифицированных выборов 1910 года, в ноябре 1910 года, выпустив свой план Сан-Луис-Потоси, Обрегон не присоединился к борьбе против режима Диаса. Будучи вдовцом с двумя маленькими детьми и владея процветающей фермой, призыв Мадеро к оружию не был для него насущным. В своих мемуарах он сожалел о задержке. Обрегон стал сторонником Мадеро вскоре после его победы на президентских выборах 1911 года. В марте 1912 года Паскуаль Ороско, генерал, воевавший за дело Мадеро с целью свержения Диаса, поднял восстание против Мадеро после того, как Мадеро приказал распустить отряды, свергнувшие Диаса, оставив Федеральную армию, которую они победили. Это восстание началось в Чиуауа при финансовой поддержке Луиса Террасаса, бывшего губернатора Чиуауа и крупнейшего землевладельца Мексики. Подразделение Обрегона было самым крупным в штате и добровольно вызвалось идти туда, где потребуется. Этот батальон поддерживал федеральные войска под командованием Викториано Уэрты, отправленного Мадеро для подавления восстания Ороско. В течение нескольких недель после присоединения к батальону Обрегон проявил признаки военного гения. Обрегон не подчинялся приказам своего начальства, но выиграл несколько сражений, заманивая врагов в ловушки, совершая внезапные нападения и обходные маневры. Обрегон намеревался вернуться к мирной жизни в декабре 1912 года, но в феврале 1913 года режим Мадеро был свергнут в результате государственного переворота (известного в мексиканской истории как «Десять трагических дней»), организованного Викториано Уэртой, Феликсом Диасом, Бернардо Рейесом и Генри Лейном Уилсоном, послом США в Мексике. Мадеро и его вице-президент были вынуждены уйти в отставку, а затем были убиты. Уэрта занял пост президента. Несмотря на понижение в должности, Анхелес разработал общую стратегию восстания, предусматривающую трехстороннее наступление на Мехико: (1) Обрегон должен был продвигаться на юг вдоль западной железной дороги, (2) Панчо Вилья – на юг вдоль центральной железной дороги, а (3) Пабло Гонсалес Гарса – на юг вдоль восточной железной дороги. В апреле 1914 года Обрегон начал свой марш на юг. В то время как Панчо Вилья предпочитал яростные кавалерийские атаки, Обрегон вновь проявил большую осторожность. Вилья вскоре вступил в конфликт с Каррансой, и в мае 1914 года Карранса поручил Обрегону ускорить южную кампанию, чтобы гарантировать, что он опередит войска Вильи в Мехико. Обрегон перебросил свои войска из Тополобампо, Синалоа, чтобы блокировать Масатлан, а затем в Тепик, где он перерезал железную дорогу из Гвадалахары, Халиско, в Колиму, тем самым изолировав оба этих порта. В начале июля Обрегон двинулся на юг в Орендаин, Халиско, где его войска разгромили федеральные войска, убив 8000 человек и продемонстрировав, что режим Уэрты повержен. Обрегон был повышен до генерал-майора. Он продолжил свой марш на юг. По прибытии Обрегона в Теолоюкан, штат Мексика, стало ясно, что Уэрта потерпел поражение, и 11 августа на грязезащитном щите автомобиля Обрегон подписал договоры, положившие конец режиму Уэрты. 16 августа 1914 года Обрегон и 18 000 его солдат триумфально вошли в Мехико. Вскоре к нему присоединился Карранса, который триумфально вошел в Мехико 20 августа. Он также считал, что богатые поддерживали Уэрту, и поэтому ввел специальные налоги на капитал, недвижимость, ипотеку, воду, мостовую, канализацию, экипажи, автомобили, велосипеды и т. д. Были приняты и специальные меры против иностранцев. Некоторые из них были намеренно унизительными: например, он заставил иностранных бизнесменов подметать улицы Мехико.

Obregón expressed little interest in the Anti Reelectionist movement launched by Francisco I. Madero in 1908–1909 in opposition to President Porfirio Díaz. When Madero called for an uprising against Díaz following the fraudulent 1910 elections, in November 1910 by issuing his Plan of San Luis Potosí, Obregón did not join the struggle against the Díaz regime. As a widowed parent of two small children and running a prosperous farm, Madero's call to arms was not urgent for him. In his memoir, he regretted the delay. Obregón became a supporter of Madero shortly after he won the presidential election of 1911. In March 1912, Pascual Orozco, a general who had fought for Madero's cause to oust Díaz, launched a revolt against Madero after Madero ordered the fighters that toppled Díaz to disband, retaining the Federal Army that they had defeated. This revolt started in Chihuahua with the financial backing of Luis Terrazas, a former Governor of Chihuahua and the largest landowner in Mexico. Obregón's unit was the largest in the state, and volunteered to go wherever needed. This Battalion supported federal troops under the command of Victoriano Huerta sent by Madero to crush Orozco's rebellion. Within weeks of joining the Battalion, Obregón displayed signs of military genius. Obregón disobeyed his superior's orders but won several battles by luring his enemies into traps, surprise assaults, and encircling maneuvers. Obregón had intended to return to civilian life in December 1912, but then in February 1913, the Madero regime was overthrown in a coup d'état (known to Mexican history as La decena trágica) orchestrated by Victoriano Huerta, Félix Díaz, Bernardo Reyes, and Henry Lane Wilson, the United States Ambassador to Mexico. Madero and his vice president were forced to resign, and were then assassinated. Huerta assumed the presidency. In spite of his demotion, Ángeles formulated the rebel grand strategy of a three prong attack south to Mexico City: (1) Obregón would advance south along the western railroad, (2) Pancho Villa would advance south along the central railroad, and (3) Pablo González Garza would advance south along the eastern railroad. Obregón began his march south in April 1914. Whereas Pancho Villa preferred wild cavalry charges, Obregón was again more cautious. Villa was soon at odds with Carranza, and in May 1914, Carranza instructed Obregón to increase the pace of his southern campaign to ensure that he beat Villa's troops to Mexico City. Obregón moved his troops from Topolobampo, Sinaloa, to blockade Mazatlán, and then to Tepic, where Obregón cut off the railroad from Guadalajara, Jalisco, to Colima, thus leaving both of these ports isolated. In early July, Obregón moved south to Orendaín, Jalisco, where his troops defeated federal troops, leaving 8000 dead, and making it clear that the Huerta regime was defeated. Obregón was promoted to major general. He continued his march south. Upon Obregón's arrival in Teoloyucan, Mexico State, it was clear that Huerta was defeated, and, on 11 August, on the mudguard of a car, Obregón signed the treaties that ended the Huerta regime. On 16 August 1914, Obregón and 18,000 of his troops marched triumphantly into Mexico City. He was joined shortly by Carranza, who marched triumphantly into Mexico City on 20 August. He also believed that the rich had been pro Huerta, and he therefore imposed special taxes on capital, real estate, mortgages, water, pavement, sewers, carriages, automobiles, bicycles, etc. Special measures were also taken against foreigners. Some of these were deliberately humiliating: for example, he forced foreign businessmen to sweep the streets of Mexico City.

Отношения с Виллой, июнь-сентябрь 1914 года

Хотя напряженность между консервативным Каррансой и более радикальным Панчо Вильей росла в течение 1914 года, Обрегон пытался выступить посредником между ними, чтобы сохранить революционную коалицию. Вилья создал ряд дипломатических инцидентов, и Карранса опасался, что это спровоцирует дальнейшее вмешательство США, чьи войска уже оккупировали Веракрус. 8 июля 1914 года виллисты и каррансисты подписали Торреонский пакт, в котором договорились, что после поражения войск Уэрты 150 генералов Революции соберутся, чтобы определить будущее устройство страны. Карранса был возмущен неподчинением Вильи, особенно тем, что тот проигнорировал приказ не брать Закатекас. По этой причине Карранса отказался разрешить Вилье войти в Мехико в августе. Вилья связался с Обрегоном после захвата Закатекаса в июне 1914 года, предложив двум успешным революционным генералам объединить усилия против гражданского Каррансы. Обрегон не был готов к этому на данный момент, предпочитая как можно дольше сохранить революционную коалицию. Обрегон понимал, какую опасность Вилья представлял для конституционалистов в случае раскола коалиции; он совершил две поездки в Чиуауа в августе и сентябре 1914 года, чтобы лично встретиться с Вильей и попытаться урегулировать ситуацию между Вильей и Каррансой. В этот период Обрегон хорошо узнал и Каррансу, и Вилью, что повлияло на его дальнейшие отношения с ними. Обе поездки к Вилье были чрезвычайно рискованными для Обрегона, он подвергал себя опасности быть убитым Вильей. В сентябре Вилья и Карранса окончательно порвали отношения.

Съезд победителей, 1914 год

Несмотря на разрыв между Виллой и Каррансой, революционные лидеры по-прежнему пытались разрешить свои разногласия и встретиться, чтобы наметить дальнейший путь. Конвенция, о которой Каррансисты и Виллисты договорились в Торреонском договоре, состоялась в Агуаскалиентесе 5 октября 1914 года. Карранса не участвовал в Конвенции в Агуаскалиентесе, поскольку он не был генералом, но Обрегон участвовал как генерал. Вскоре Конвенция разделилась на две основные фракции: (1) Каррансисты, которые настаивали на том, что Конвенция должна следовать принципам Плана Гваделупе и восстановить Конституцию Мексики 1857 года; и (2) Виллисты, которые стремились к более масштабным социальным реформам, чем те, что были изложены в Плане Гваделупе. Виллистов поддержал Эмилиано Запата, лидер Освободительной армии Юга, который опубликовал свой собственный План Айалы, призывавший к широким социальным реформам. Полтора месяца Обрегон сохранял нейтралитет между двумя сторонами и пытался найти компромисс, который позволил бы избежать гражданской войны. В конечном итоге стало ясно, что на Конвенции одержали верх Виллисты и Запатисты; однако Карранса отказался принять подготовку Конвенции к "предконституционному" режиму, который, по его мнению, был совершенно неадекватным, и в конце ноября отверг авторитет режима, навязанного Конвенцией. Вынужденный сделать выбор, Обрегон встал на сторону Каррансы и покинул Конвенцию, чтобы сражаться за Праймер-Хефе. Он завел много друзей среди Виллистов и Запатистов на Конвенции и смог убедить некоторых из них уйти с ним. 12 декабря 1914 года Карранса опубликовал Дополнения к Плану Гваделупе, в которых была изложена амбициозная программа реформ, включая Законы о реформах, сознательно подражая Законам о реформах Бенито Хуареса. Армии Обрегона и Виллы сошлись в четырех сражениях, известных как Битва при Селайе – крупнейшее военное столкновение в истории Латинской Америки до Фолклендской войны 1982 года. Первое сражение состоялось 6 и 7 апреля 1915 года и закончилось отступлением Виллистов. Второе, в Селайе, штат Гуанахуато, произошло между 13 и 15 апреля, когда Вилла атаковал город Селайя, но был отбит. Третьим стала продолжительная позиционная битва за Тринидад и Санта-Ана-дель-Конде между 29 апреля и 5 июня, которая стала решающей битвой. Вилла снова потерпел поражение от Обрегона, который потерял правую руку в бою. 10 июля Вилла предпринял последнюю попытку остановить армию Обрегона в Агуаскалиентесе, но безуспешно. Обрегон проявил себя во время Битвы при Селайе, став одним из первых мексиканцев, кто понял, что внедрение современной полевой артиллерии, и особенно пулеметов, изменило характер боевых действий в пользу обороняющейся стороны. Фактически, пока Обрегон изучал этот сдвиг и использовал его в обороне Селайи, генералы в окопах Первой мировой войны в Европе все еще выступали за кровопролитные и в основном безуспешные массовые атаки.

Despite the break that came between Villa and Carranza, revolutionary leaders still attempted to resolve their differences and meet to chart the way forward. The Convention that the Carrancistas and Villistas had agreed to in the Treaty of Torreón went ahead at Aguascalientes on 5 October 1914. Carranza did not participate in the Convention of Aguascalientes because he was not a general, but, as a general, Obregón participated. The Convention soon split into two major factions: (1) the Carrancistas, who insisted that the convention should follow the promise of the Plan of Guadalupe and restore the 1857 Constitution of Mexico; and (2) the Villistas, who sought more wide ranging social reforms than set out in the Plan of Guadalupe. The Villistas were supported by Emiliano Zapata, leader of the Liberation Army of the South, who had issued his own Plan of Ayala, which called for wide ranging social reforms. For a month and a half, Obregón maintained neutrality between the two sides and tried to reach a middle ground that would avoid a civil war. Eventually, it became clear that the Villistas/Zapatistas had prevailed at the convention; Carranza, however, refused to accept the convention's preparations for a "pre constitutional" regime, which Carranza believed was totally inadequate, and in late November, Carranza rejected the authority of the regime imposed by the convention. Forced to choose sides, Obregón sided with Carranza and left the convention to fight for the Primer Jefe. He had made many friends amongst the Villistas and Zapatistas at the convention and was able to convince some of them to depart with him. On 12 December 1914, Carranza issued his Additions to the Plan of Guadalupe, which laid out an ambitious reform program, including Laws of Reform, in conscious imitation of Benito Juárez's Laws of Reform. The armies of Obregón and Villa clashed in four battles, collectively known as the Battle of Celaya, the largest military confrontation in Latin American history before the Falklands War of 1982. The first battle took place on 6 April and 7 April 1915 and ended with the withdrawal of the Villistas. The second, in Celaya, Guanajuato, took place between 13 April and 15 April, when Villa attacked the city of Celaya but was repulsed. The third was the prolonged position battle of Trinidad and Santa Ana del Conde between 29 April and 5 June, which was the definitive battle. Villa was again defeated by Obregón, who lost his right arm in the fight. Villa made a last attempt to stop Obregón's army in Aguascalientes on 10 July but without success. Obregón distinguished himself during the Battle of Celaya by being one of the first Mexicans to comprehend that the introduction of modern field artillery, and especially machine guns, had shifted the battlefield in favor of a defending force. In fact, while Obregón studied this shift and used it in his defense of Celaya, generals in the World War I trenches of Europe were still advocating bloody and mostly failing mass charges.

Рука Обрегона

Во время боев с Виллой Обрегон лишился правой руки. Взрыв едва не убил его, и он попытался покончить с собой, выстрелив из пистолета. Однако адъютант, который чистил его оружие, забыл зарядить его патронами. В ироничной истории, которую он рассказывал о себе, он присоединился к поискам своей пропавшей руки. "Я сам им помогал, потому что нелегко расстаться с такой необходимой вещью, как рука". Поиски не увенчались успехом. Один из товарищей достал из кармана золотую монету. Обрегон закончил рассказ словами: "И тогда все увидели чудо: рука появилась из неведомого места и подпрыгивала к поднятой золотой ацтекской монете, протягивая к ней пальцы с любовью. Только так я смог вернуть свою потерянную руку". Руку впоследствии забальзамировали и поместили в памятник Обрегону в парке Ла-Бомбилья, на месте его убийства в 1928 году. Обрегон всегда носил одежду, скроенную так, чтобы было видно, что он потерял руку в бою – наглядный символ его жертвы ради Мексики.

Министр войны Каррансы, 1915-1916

В мае 1915 года Карранса провозгласил себя главой того, что он назвал «Преконституционным режимом», который должен был управлять Мексикой до проведения конституционного съезда. Еще в 1914 году Обрегон просил Каррансу принять на себя должность временного президента, но тот отказался, поскольку это помешало бы ему баллотироваться на пост президента. Обрегон предпочел сохранять верность Каррансе, а не присоединиться к Вилле и Сапате, и Карранса назначил Обрегона военным министром в своем новом кабинете. На посту военного министра Обрегон поставил перед собой задачу всесторонней модернизации и профессионализации мексиканской армии. В рамках этой работы он основал военную академию и школу военной медицины. Он также основал Департамент авиации и школу подготовки пилотов. Заводы по производству боеприпасов были поставлены под непосредственный контроль военных. Революционная Конституция 1917 года была быстро разработана и ратифицирована. Виллисты и сапатисты были исключены из процесса ее разработки, но обе фракции оставались военной угрозой для конституционалистского режима и его новой конституции. Вскоре после принесения присяги на верность новой Конституции Обрегон подал в отставку с поста военного министра и уехал в Уатабампо, чтобы вернуться к жизни фермера, выращивающего нут. Он организовал лигу производителей нута в регионе и некоторое время подумывал о том, чтобы отправиться во Францию и сражаться на стороне союзников в Первой мировой войне. За эти годы он заработал значительную сумму денег и принимал множество гостей. Как победивший генерал Мексиканской революции, Обрегон пользовался огромной популярностью по всей стране. К началу 1919 года Обрегон решил использовать свою огромную популярность для участия в президентских выборах 1920 года. Карранса объявил, что не будет баллотироваться на пост президента в 1920 году, но отказался поддержать Обрегона, вместо этого поддержав малоизвестного дипломата Игнасио Бонильяса, гражданского лица, которое Карранса, вероятно, мог бы контролировать. Обрегон объявил о своей кандидатуре в июне 1919 года. Он баллотировался как кандидат от Партидо Либераль Конституционалиста (ПЛК), партии, объединявшей большинство революционных генералов. Двоюродный брат и соратник Обрегона по оружию, генерал Бенджамин Илл, был одним из основателей партии. Он координировал поддержку Обрегона в Мехико и обратился к генералу-сапатисту Женовево де ла О. В 1919 году Карранса организовал убийство Эмилиано Сапаты, ослабив, но не устранив сапатистскую угрозу столице. В августе Обрегон заключил соглашение с Луисом Наполеоном Моронесом и Региональной конфедерацией мексиканских рабочих, пообещав, что в случае избрания он создаст Департамент труда, назначит дружественного к трудящимся министра промышленности и торговли и примет новый трудовой закон. В ноябре 1919 года Обрегон активно включился в предвыборную кампанию. Карранса был гораздо более консервативным, чем Обрегон, и после избрания президентом не стал реализовывать революционные положения Конституции 1917 года. Карранса пытался сосредоточить власть в своих руках. Обрегон ожидал, что Карранса поощрит его баллотироваться на пост президента в 1920 году, но ответа не последовало. Обрегон телеграфировал Каррансе, сообщив о своем намерении баллотироваться на пост президента. Официальное заявление Обрегона было широко распространено, и Карранса увидел осуждение Обрегоном «зла режима Каррансы». Разгневанный отказом Обрегона, Карранса стал искать кандидата в президенты от штата Сонора, выбрав мексиканского посла в США Игнасио Бонильяса. Когда Обрегон узнал, что его земляк из Соноры был избранным кандидатом Каррансы, он сказал: «Превосходный человек, мой паисано Бонильяс. Человек серьезный, честный и трудолюбивый. Мир потерял великолепного бухгалтера». По просьбе Каррансы Сенат лишил Обрегона воинского звания, что лишь увеличило его популярность. Затем Карранса организовал заговор, в котором младший офицер заявил, что Обрегон планирует вооруженное восстание против режима Каррансы. Обрегон был вынужден переодеться железнодорожником и бежать в Герреро, где губернатором был один из его бывших подчиненных, Фортунато Майкотт. 20 апреля 1920 года Обрегон выступил с заявлением в городе Чильпансинго, обвинив Каррансу в использовании государственных средств для поддержки президентской кампании Бонильяса. Он заявил о своей верности губернатору Соноры Адольфо де ла Уэрта в революции против режима Каррансы. 23 апреля соноранцы опубликовали План Агуа Приета, который спровоцировал военное восстание против президента. Силы Обрегона из Соноры были усилены войсками под командованием генерала Илла и сапатистами во главе с Хильдардо Маганья и Женовево де ла О. Восстание увенчалось успехом, и Карранса был свергнут после того, как войска Обрегона захватили Мехико 10 мая 1920 года. 20 мая 1920 года Карранса был убит в штате Пуэбла в засаде, организованной генералом Родольфо Эрреро, когда он бежал из Мехико в Веракрус верхом на лошади. В течение шести месяцев, с 1 июня 1920 года по 1 декабря 1920 года, Адольфо де ла Уэрта занимал пост временного президента Мексики до проведения выборов. Когда Обрегон был объявлен победителем, де ла Уэрта ушел в отставку и занял должность секретаря казначейства в новом правительстве.

In May 1915, Carranza had proclaimed himself the head of what he termed a "Preconstitutional Regime" that would govern Mexico until a constitutional convention could be held. Obregón had petitioned Carranza as early as 1914 to assume the title of interim president, which he refused to do since it would have precluded his running for the presidency. Obregón had chosen loyalty to Carranza rather than throwing his lot in with Villa and Zapata, and Carranza appointed Obregón as Minister of War in his new cabinet. As Minister of War, Obregón determined to modernize and professionalize the Mexican military thoroughly. In the process, he founded a staff college and a school of military medicine. He also founded the Department of Aviation and a school to train pilots. Munitions factories were placed under the direct control of the military. The revolutionary Constitution of 1917 was drafted and ratified quickly. Villistas and Zapatistas were excluded from its drafting, but both factions remained militarily a threat to the Constitutionalist regime and its new constitution. Shortly after swearing his allegiance to the new Constitution, Obregón resigned as Minister of War and retired to Huatabampo to resume his life as a garbanzo farmer. He organized the region's garbanzo farmers in a producer's league and briefly entertained the idea of going to France to fight on the side of the Allies in World War I. He made a considerable amount of money in these years, and also entertained many visitors. As the victorious general of the Mexican Revolution, Obregón remained enormously popular throughout the country. By early 1919, Obregón had determined to use his immense popularity to run in the presidential election that would be held in 1920. Carranza announced that he would not run for president in 1920, but refused to endorse Obregón, instead endorsing an obscure diplomat, Ignacio Bonillas, a civilian that Carranza could likely control. Obregón announced his candidacy in June 1919. He ran as the candidate for the Partido Liberal Constitutionalista (PLC), a party uniting most of the revolutionary generals. Obregón's cousin and comrade in arms, General Benjamin Hill, was a founding member of the party. He coordinated Obregón's support in Mexico City and reached out to the Zapatista general Genovevo de la O. Carranza had Emiliano Zapata assassinated in 1919, weakening but not eliminating the Zapatista threat to the capital. In August, Obregón concluded an agreement with Luis Napoleón Morones and the Regional Confederation of Mexican Workers, promising that if elected, he would create a Department of Labor, install a labor friendly Minister of Industry and Commerce, and issue a new labor law. Obregón began to campaign in earnest in November 1919. Carranza was far more conservative than Obregón and once duly elected as president, he did not implement the revolutionary elements of the 1917 constitution. Carranza attempted to concentrate power in his own hands. Obregón had anticipated that Carranza would encourage him to run for the presidency in 1920, but no word came from him. Obregón informed Carranza by telegram that he would be running for the presidency. Obregón's formal announcement was distributed widely, and Carranza saw Obregón's condemnation of "evils of the Carranza regime." Stung by Obregón's repudiation, Carranza sought a presidential candidate from the state of Sonora, choosing the Mexican Ambassador to the U. S. Ignacio Bonillas. When Obregón heard that his fellow Sonorense was Carranza's chosen candidate, he said "An excellent person, my paisano Bonillas. A man who is serious, honest, and hardworking. The world has lost a magnificent bookkeeper." At Carranza's behest, the Senate stripped Obregón of his military rank, a move which only increased Obregón's popularity. Then, Carranza orchestrated a plot in which a minor officer claimed that Obregón was planning an armed uprising against the Carranza regime. Obregón was forced to disguise himself as a railwayman and flee to Guerrero, where one of his former subordinates, Fortunato Maycotte, was governor. On 20 April 1920, Obregón issued a declaration in the town of Chilpancingo accusing Carranza of having used public money in support of Bonillas's presidential candidacy. He declared his allegiance to the Governor of Sonora, Adolfo de la Huerta, in revolution against the Carranza regime. On 23 April, the Sonorans issued the Plan of Agua Prieta, which triggered a military revolt against the president. Obregón's Sonoran forces were augmented by troops under General Hill and the Zapatistas led by Gildardo Magaña and Genovevo de la O. The revolt was successful and Carranza was deposed, after Obregon's forces captured Mexico City on 10 May 1920 On 20 May 1920, Carranza was killed in the state of Puebla in an ambush led by General Rodolfo Herrero as he fled from Mexico City to Veracruz on horseback. For six months, from 1 June 1920 to 1 December 1920, Adolfo de la Huerta served as provisional president of Mexico until elections could be held. When Obregón was declared the victor, de la Huerta stepped down and assumed the position of Secretary of the Treasury in the new government.

Президент Мексики, 1920-1924

Избрание Обрегона президентом по существу ознаменовало конец насилия Мексиканской революции. Смерть Лусио Бланко в 1922 году и убийство Панчо Вилья в 1923 году устранили последние заметные угрозы его режиму. В период своего президентства он проводил политику, которая казалась противоречивой.

Реформы в сфере образования и развитие культуры

Обрегон назначил Хосе Васкончелоса (ректора Национального автономного университета Мексики, находившегося в изгнании с 1915 по 1920 год из-за оппозиции Каррансе) своим секретарем народного образования. Васкончелос предпринял масштабные усилия по строительству новых школ по всей стране. Было возведено около 1000 сельских школ и 2000 публичных библиотек. Васкончелос также проявлял интерес к развитию искусства, которое создавало бы повествование об истории Мексики и Мексиканской революции. Период президентства Обрегона ознаменовался началом художественного движения мексиканского монументализма, когда художников, таких как Диего Ривера, Давид Альфаро Сикейрос, Хосе Клементе Ороско и Роберто Монтенегро, пригласили создать монументальные росписи, выражающие дух Мексиканской революции, на стенах общественных зданий по всей Мексике. Обрегон также стремился сформировать общественное мнение о Революции и её месте в истории, организовав в 1921 году пышные торжества по случаю столетия независимости Мексики от Испании. Подобные празднования проводились в 1910 году режимом Диаса в память о начале восстания Мигеля Идальго. 1921 год предоставил правительству Обрегона возможность сформировать историческую память о независимости и Революции. После десятилетия насилия во время Революции, столетие стало для мексиканцев возможностью поразмышлять о своей истории и идентичности, а также насладиться мирными развлечениями. Для Обрегона столетие было способом подчеркнуть, что революционные начинания имеют исторические корни и что, подобно независимости, Революция открыла новые возможности для мексиканцев. Обрегон "намеревался использовать эту возможность для укрепления народной поддержки правительства и, как следствие, самой революции". В отличие от празднования столетия в 1910 году, в 1921 году не было торжественного открытия какой-либо монументальной архитектуры.

Трудовые отношения

Обрегон сдержал свое августовское соглашение 1919 года с Луисом Наполеоном Моронесом и Региональной конфедерацией мексиканских рабочих (CROM), создав Департамент труда, назначив на пост министра промышленности и торговли человека, лояльного к рабочим, и приняв новый трудовой кодекс. Моронес и CROM становились все более влиятельными в начале 1920-х годов, и Обрегону было бы крайне сложно противостоять их растущему могуществу. Моронес не стеснялся применять насилие против своих конкурентов, фактически ликвидировав Генеральную конфедерацию рабочих в 1923 году.

Отношения с католической церковью

Многие лидеры и члены Римско-католической церкви в Мексике резко критиковали конституцию 1917 года. Особенно они критиковали статью 3, запрещавшую религиозное образование в школах, и статью 130, которая установила крайнюю форму отделения церкви от государства, включив в себя ряд ограничений для священнослужителей и служителей всех религий в отношении занятия государственных должностей, агитации в поддержку политических партий или кандидатов, а также наследования имущества от лиц, не являющихся близкими родственниками. Наиболее серьезный дипломатический инцидент произошел в 1923 году, когда апостольский нунций Мексики Эрнесто Филиппи провел религиозную службу на открытом воздухе, несмотря на то, что проведение религиозных служб вне церкви было незаконным. Правительство сослалось на статью 33 конституции и выслало Филиппи из Мексики.

Мексика-США отношения

Как президент, одним из главных приоритетов Обрегона было получение дипломатического признания его режима со стороны США, чтобы восстановить нормальные мексикано-американские отношения. Хотя он отверг требование США об отмене 27-й статьи конституции, Обрегон заключил важное соглашение с Соединенными Штатами – Букарельский договор от августа 1923 года, который пошел на некоторые уступки США в обмен на дипломатическое признание. Особенно важным стало решение Верховного суда Мексики по делу, возбужденному компанией Texas Oil, в котором было установлено, что 27-я статья не имеет обратной силы. Еще одной важной сферой, где Обрегон урегулировал вопросы с США и другими иностранными правительствами, была Мексиканско-американская общая комиссия по претензиям. Министр финансов Адольфо де ла Уэрта подписал соглашение, в котором Мексика признала долг международным банкирам в размере 1,451 миллиона долларов. Наконец, на Букарельской конференции Обрегон согласился с американским требованием о том, что Мексика не будет национализировать иностранные нефтяные компании, а взамен США признали его правительство. Многие мексиканцы критиковали Обрегона как «предателя» (entreguista), в том числе Адольфо де ла Уэрта за его действия на Букарельской конференции. Де ла Уэрта затем возглавил и дал свое имя крупному военному восстанию против Обрегона. Более половины армии присоединились к восстанию Де ла Уэрты, и многие бывшие соратники Обрегона перешли на сторону противника. Восставшие силы сосредоточились в Веракрусе и Халиско. Де ла Уэрта был одним из тех, кто ушел в изгнание. После подавления восстания Кальес был избран президентом, а Обрегон сложил с себя полномочия.

Поздние годы, 19241928

После избрания Каллеса президентом, Обрегон вернулся в Сонору заниматься сельским хозяйством. Он возглавил «сельскохозяйственную революцию» в долине Яки, где внедрил современное орошение. Обрегон расширил сферу своих деловых интересов, включив в неё рисовую мельницу в Кахеме, предприятие по переработке морепродуктов, мыловарню, плантации томатов, компанию по прокату автомобилей и фабрику по производству джутовых мешков. Обрегон поддерживал тесную связь с президентом Каллесом, которого он сам назначил своим преемником, и часто бывал у него в замке Чапультепек. Это породило опасения, что Обрегон намерен повторить путь Порфирио Диаса, а Каллес является лишь марионеткой, подобной Мануэлю Гонсалесу. Эти опасения усилились в октябре 1926 года, когда мексиканский Конгресс отменил ограничения по срокам пребывания у власти, тем самым открыв Обрегону дорогу к баллотированию на пост президента в 1928 году.

Переизбрание и убийство

Обрегон официально начал свою президентскую кампанию в мае 1927 года. КРОМ и значительная часть общественного мнения выступали против его переизбрания, но он по-прежнему рассчитывал на поддержку большинства армии и Национальной аграрной партии. Два старейших соратника Обрегона, генерал Арнульфо Р. Гомес и генерал Франсиско Серрано, были против его переизбрания. Серрано поднял антиобрегонское восстание и в конечном итоге был убит. Гомес позже призвал к восстанию против Обрегона, но вскоре также был убит. Обрегон выиграл президентские выборы в Мексике в 1928 году, но за несколько месяцев до вступления в должность был убит. Жестокое обращение Кальеса с католиками привело к восстанию, известному как война кристеров, которое началось в 1926 году. Будучи союзником Кальеса, Обрегон был ненавистен католикам и был убит в кафе La Bombilla 17 июля 1928 года, вскоре после возвращения в Мехико, Жозе де Леоном Торалем, католиком, выступавшим против антикатолической политики правительства. Обрегон не был столь же яростным антиклерикалом, как Кальес, и не вводил антиклерикальные положения конституции 1917 года во время своего президентства. Последующий суд над Торалем привел к его осуждению и казни расстрелом. Капуцинская монахиня по имени Мария Консепсьон Асеведо де ла Ллата, "Мать Кончита", была вовлечена в это дело, и считалось, что она была организатором убийства Обрегона. Леон Тораль искал возмездия за казнь Мигеля Про, который годом ранее был ложно обвинен в покушении на убийство Обрегона.

Почести

Альваро Обрегон был награжден японским орденом Хризантемы на специальной церемонии в Мехико. 26 ноября 1924 года барон Шигетсума Фуруя, специальный посланник Японии в Мексике, вручил президенту эту награду.

Наследие и посмертное признание

Хотя Обрегон был талантливым военным стратегом во время революции и решительно разгромил дивизию Панчо Вильи «Дель Норте» в битве при Селае, а затем стал президентом Мексики, его посмертная известность и статус героя революции значительно уступают Вилье и Эмилиано Сапате. В отличие от этих двух потерпевших поражение революционных лидеров, после смерти Обрегона не возникло культа личности. В 1945 году, в годовщину убийства Обрегона, официальная церемония собрала немного участников. Будучи президентом, он добился признания со стороны Соединенных Штатов в 1923 году, временно урегулировал спор с США из-за нефти посредством договора Букарели и предоставил полную свободу действий своему секретарю народного образования Хосе Васкончелосу, который расширил доступ к образованию для мексиканцев, строя школы и поддерживая монументальное искусство мексиканских муралистов. Возможно, подобно Порфирио Диасу, Обрегон считал себя незаменимым для страны и добился внесения поправок в Конституцию 1917 года, чтобы иметь возможность вновь баллотироваться на пост президента Мексики. Это противоречило революционному принципу «недопустимости переизбрания», закрепленному в конституции. Его убийство в 1928 году, до вступления в должность, вызвало серьезный политический кризис в Мексике, который был разрешен благодаря созданию Национальной революционной партии его земляком, генералом и бывшим президентом Плутарко Элиасом Кальесом. В парке де ла Бомбилья в районе Сан-Анхель на юге Мехико возвышается внушительный памятник Альваро Обрегону. Это самый большой памятник в Мексике, посвященный одному революционеру, и он установлен на месте, где был убит Обрегон. Памятник хранил оторванную правую руку Обрегона, потерянную им в 1915 году, которая с годами приходила в все большее запустение. В настоящее время на памятнике установлена мраморная скульптура оторванной руки, после того как сама рука была сожжена в 1989 году. Тело Обрегона похоронено в Уатабампо, Сонора, а не в Монументе Революции в центре Мехико, где покоятся останки других революционеров. В Соноре Обрегона чествуют конной статуей, изображающей его энергичным воином с двумя руками. Второй по величине город Соноры, Сьюдад-Обрегон, назван в честь революционного лидера. Сын Обрегона, Альваро Обрегон Тапия, один срок занимал пост губернатора Соноры как кандидат от Институционально-революционной партии, основанной после убийства Обрегона. Плотина Альваро Обрегона, построенная недалеко от Сьюдад-Обрегон, была введена в эксплуатацию во время губернаторского срока сына Обрегона. В честь Обрегона назван род небольших кактусов, произрастающих в Мексике – Obregonia denegrii.

Although Obregón was a gifted military strategist during the Revolution and decisively defeated Pancho Villa's División del Norte at the Battle of Celaya and went on to become President of Mexico, his posthumous name recognition and standing as a hero of the Revolution is nowhere near that of Villa's or Emiliano Zapata's. There is no posthumous cult of Obregón as there is to those two losing revolutionary leaders. On the 1945 anniversary of Obregón's assassination, the official ceremony attracted few attendees. As president, he successfully gained recognition from the United States in 1923, settled for a period the dispute with the U. S. over oil via the Bucareli Treaty, gain full rein to his Secretary of Public Education, José Vasconcelos, who expanded access to learning for Mexicans by building schools, but also via public art of the Mexican muralists. Perhaps as with Porfirio Díaz, Obregón saw himself as indispensable to the nation and had the Constitution of 1917 amended so that he could run again for the presidency in Mexico. This bent and, in many people's minds, violated the revolutionary rule "no re election" that had been enshrined in the constitution. His assassination in 1928 before he could take the presidential office created a major political crisis in Mexico, which was solved by the creation of the National Revolutionary Party by his fellow Sonoran, General and former President Plutarco Elías Calles. An imposing monument to Álvaro Obregón is located in the Parque de la Bombilla in the San Ángel neighborhood of southern Mexico City. It is Mexico's largest monument to a single revolutionary and stands on the site where Obregón was assassinated. The monument held Obregón's severed, and over the years, increasingly deteriorating right arm that he lost in 1915. The monument now has a marble sculpture of the severed arm, after the arm itself was incinerated in 1989. Obregón's body is buried in Huatabampo, Sonora, rather than the Monument to the Revolution in downtown Mexico City where other revolutionaries are now entombed. In Sonora, Obregón is honored with an equestrian statue, where he is shown as a vigorous soldier with two arms. In Sonora, the second largest city, Ciudad Obregón is named for the revolutionary leader. Obregón's son Álvaro Obregón Tapia served one term as the governor of Sonora as a candidate for the Institutional Revolutionary Party, founded following Obregón's assassination. The Álvaro Obregón Dam, built near Ciudad Obregón, became operational during the gubernatorial term of Obregón's son. Obregón is honored in the name of a genus of small cactus indigenous to Mexico – Obregonia denegrii.

В популярной культуре

В романе "Друзья Панчо Виллы" (1996) Джеймса Карлоса Блейка Обрегон – один из ключевых персонажей. Обрегон также появляется в романе итальянского писателя Валерио Эвангелисти "Il collare spezzato" (2006). Наследие Обрегона и его потерянная конечность стали темой песни "The Arm of Obregón" мексиканско-американского певца и автора песен Эль Вес, вошедшей в его альбом 1996 года G. I. Ay! Ay! Blues.