Турк: Механический обман и шахматный автомат XVIII-XIX веков

Введение

Шахматный автомат (1770–1854)

[[File:Racknitz The Turk 3. jpg|right|thumb|Разрез автомата «Турок» по Ракницу, показывающий, как, по его мнению, оператор сидел внутри во время игры с противником. Ракниц ошибся как в положении оператора, так и в размерах автомата. Созданный и представленный в 1770 году Вольфгангом фон Кемпеленом (1734–1804) с целью произвести впечатление на императрицу Марию Терезию Австрийскую, механизм казался способным играть сильную партию в шахматы против человека, а также выполнять обход конем, головоломку, требующую от игрока переместить коня так, чтобы он побывал на каждой клетке шахматной доски ровно один раз. «Турок» был на самом деле механической иллюзией, позволявшей скрывающемуся внутри человеческому шахматисту управлять машиной. С опытным оператором «Турок» выигрывал большинство игр, сыгранных во время его демонстраций по всей Европе и Америке на протяжении почти 84 лет, играя и побеждая множество соперников, включая государственных деятелей, таких как Наполеон Бонапарт и Бенджамин Франклин. Позже, в 1804 году, устройство было приобретено и выставлено Иоганном Непомуком Мельцелем. Среди шахматистов, тайно управлявших им, были Иоганн Аллгейер, Бонкур, Аарон Александре, Уильям Льюис, Жак Муре и Уильям Шламбергер, но имена операторов, находившихся внутри механизма во время первоначального тура Кемпелена, остаются неизвестными.

Выставка

"Турк" дебютировал в 1770 году в Шёнбруннском дворце, примерно через шесть месяцев после выступления Пеллетье. Кемпелен обратился к двору, представив созданное им устройство и начал демонстрацию машины и ее частей. При каждом показе "Турка" Кемпелен начинал с открытия дверей и ящиков шкафа, позволяя зрителям осмотреть механизм. После этого Кемпелен объявлял, что машина готова к сопернику. Он сообщал игроку, что "Турк" будет играть белыми фигурами и сделает первый ход (стоит отметить, что правило, согласно которому белые ходят первыми, еще не было устоявшимся, поэтому эти заявления не были излишними). Между ходами "Турк" держал левую руку на подушке. Машина кивала головой дважды, если угрожала королеве противника, и трижды, объявляя шах королю. Если противник делал неверный ход, "Турк" качал головой, возвращал фигуру на прежнее место и делал свой ход, тем самым вынуждая соперника отказаться от своего хода. Луи Дютенс, путешественник, наблюдавший за представлением "Турка", попытался обмануть машину, "позволив королеве сделать ход конем, но мой механический противник не позволил этого; он взял мою королеву и вернул ее на исходную клетку". Кемпелен намеренно перемещался по комнате во время матча и приглашал зрителей принести магниты, железо и магнитный камень к шкафу, чтобы проверить, приводится ли машина в действие магнетизмом или грузами. Первым, кто сыграл против "Турка", был граф Людвиг фон Кобенцль, австрийский придворный. Вместе с другими соперниками в тот день он был быстро повержен, и наблюдатели отметили, что машина играла агрессивно и обычно побеждала своих противников в течение тридцати минут. |thumb|Рыцарский тур, решенный "Турком". Образовавшаяся замкнутая петля позволяет завершить тур с любой начальной точки на доске. Другой частью демонстрации машины было решение рыцарского тура – известной шахматной головоломки. Головоломка требует от игрока перемещать коня по шахматной доске, касаясь каждой клетки ровно один раз. В то время как большинство опытных шахматистов того времени все еще испытывали трудности с решением этой головоломки, "Турк" мог без труда завершить тур с любой начальной позиции, используя штыревую доску, управляемую оператором, с картой головоломки. Машина могла делать это на английском, французском и немецком языках. Карл Фридрих Гинденбург, университетский математик, вел записи бесед во время пребывания "Турка" в Лейпциге и опубликовал их в 1789 году в книге Über den Schachspieler des Herrn von Kempelen und dessen Nachbildung (или О шахматисте господина фон Кемпелена и его реплике). Темы вопросов, заданных "Турку", и его ответов включали возраст, семейное положение и секрет его работы.

The Turk made its debut in 1770 at Schönbrunn Palace, about six months after Pelletier's act. Kempelen addressed the court, presenting what he had built, and began the demonstration of the machine and its parts. With every showing of the Turk, Kempelen began by opening the doors and drawers of the cabinet, allowing members of the audience to inspect the machine. Following this display, Kempelen would announce that the machine was ready for a challenger. Kempelen would inform the player that the Turk would use the white pieces and have the first move (note that the convention that White moves first was not yet established, so these were not redundant statements). Between moves the Turk kept its left arm on the cushion. The Turk could nod twice if it threatened its opponent's queen, and three times upon placing the king in check. If an opponent made an illegal move, the Turk would shake its head, move the piece back and make its own move, thus forcing a forfeit of its opponent's move. Louis Dutens, a traveller who observed a showing of the Turk, attempted to trick the machine "by giving the Queen the move of a Knight, but my mechanic opponent was not to be so imposed upon; he took up my Queen and replaced her in the square from which I had moved her". Kempelen made it a point to traverse the room during the match, and invited observers to bring magnets, irons, and lodestones to the cabinet to test whether the machine was run by a form of magnetism or weights. The first person to play against the Turk was Count Ludwig von Cobenzl, an Austrian courtier at the palace. Along with other challengers that day, he was quickly defeated, with observers of the match stating that the machine played aggressively, and typically beat its opponents within thirty minutes. left|thumb|The knight's tour, as solved by the Turk. The closed loop that is formed allows the tour to be completed from any starting point on the board. Another part of the machine's exhibition was the completion of the knight's tour, a famed chess puzzle. The puzzle requires the player to move a knight around a chessboard, touching each square once along the way. While most experienced chess players of the time still struggled with the puzzle, the Turk was capable of completing the tour without any difficulty from any starting point via a pegboard used by the operator with a mapping of the puzzle laid out. was able to do this in English, French, and German. Carl Friedrich Hindenburg, a university mathematician, kept a record of the conversations during the Turk's time in Leipzig and published it in 1789 as Über den Schachspieler des Herrn von Kempelen und dessen Nachbildung (or On the Chessplayer of Mr. von Kempelen And Its Replica). Topics of questions put to and answered by the Turk included its age, marital status, and its secret workings.

Тур по Европе

После того, как стало известно о его дебюте, интерес к машине возрос по всей Европе. Однако Кемпелен был больше заинтересован в других своих проектах и избегал демонстрации турка, часто лгал о состоянии ремонта машины потенциальным соперникам. Фон Виндиш писал, что Кемпелен «отклонил просьбы своих друзей и толпы любопытных из всех стран, желающих увидеть эту знаменитую машину». В течение десятилетия после дебюта в Шёнбруннском дворце турк сыграл лишь с одним противником, сэром Робертом Мюрреем Китом, шотландским дворянином, и Кемпелен зашел настолько далеко, что полностью разобрал турка после матча. Кемпелен называл свое изобретение «жалкой безделицей», поскольку не был доволен его популярностью и предпочитал продолжать работу над паровыми двигателями и машинами, имитирующими человеческую речь. В 1781 году император Иосиф II приказал Кемпелену восстановить турка и доставить его в Вену для государственного визита великого князя Павла Петровича Российского и его супруги. Выступление было настолько успешным, что великий князь Павел предложил турку совершить тур по Европе, на что Кемпелен неохотно согласился. Франсуа Андре Даникан Филидор выиграл матч против турка в Париже в 1783 году. Европейский тур турка начался в 1783 году с выступления во Франции в апреле. После остановки в Версале 17 апреля последовала демонстрация в Париже, где турк проиграл матч герцогу де Буйону, Шарлю Годфруа де Ла Тур д’Оверню. По прибытии в Париж в мае 1783 года машина была выставлена публике и сыграла с различными противниками, включая адвоката по имени месье Бернар, который был шахматистом второго разряда. После сеансов в Версале возросло количество просьб об организации матча с Франсуа Андре Даниканом Филидором, считавшимся лучшим шахматистом своего времени. Перебравшись в кафе де ла Режанс, машина играла со многими опытными игроками, часто проигрывая (например, Бернару и Вердони), пока не добилась матча с Филидором в Академии наук. Хотя Филидор выиграл матч у турка, сын Филидора отметил, что его отец назвал эту партию «самой изнурительной шахматной партией в его жизни!». Последняя игра турка в Париже состоялась против Бенджамина Франклина, который в то время был послом США во Франции. Франклин, по сообщениям, получил удовольствие от игры с турком и интересовался машиной на протяжении всей своей жизни, храня в личной библиотеке экземпляр книги Филиппа Тикнесса «Говорящая фигура и автомат-шахматист: разоблачение». После парижского тура Кемпелен перевез турка в Лондон, где он ежедневно демонстрировался за пять шиллингов. Тикнесс, известный как скептик, разыскал турка, чтобы попытаться раскрыть его внутреннее устройство. Проведя год в Лондоне, Кемпелен и турк отправились в Лейпциг, останавливаясь в различных европейских городах по пути. Из Лейпцига они направились в Дрезден, где Йозеф Фридрих фон Ракниц осмотрел турка и опубликовал свои выводы в книге «Über den Schachspieler des Herrn von Kempelen und dessen Nachbildung», сопроводив их иллюстрациями, отражающими его представления о принципе работы машины. Затем они переехали в Амстердам, после чего, как утверждается, Кемпелен принял приглашение во дворец Сан-Суси в Потсдаме к Фридриху Великому, королю Пруссии. Согласно преданию, Фридрих был так восхищен турком, что выплатил Кемпелену крупную сумму денег в обмен на секреты машины. Фридрих так и не раскрыл секрет, но, по слухам, был разочарован, узнав, как на самом деле работает машина. Эта история, скорее всего, апокрифична; нет никаких доказательств встречи турка с Фридрихом, первое упоминание о которой появилось в начале XIX века, когда также ошибочно утверждалось, что турк играл против Георга III. Вероятнее всего, машина простояла более двух десятилетий в Шёнбруннском дворце, хотя Кемпелен безуспешно пытался продать ее в последние годы жизни. Кемпелен умер в возрасте 70 лет 26 марта 1804 года.

Following word of its debut, interest in the machine grew across Europe. Kempelen, however, was more interested in his other projects and avoided exhibiting the Turk, often lying about the machine's repair status to prospective challengers. Von Windisch wrote at one point that Kempelen "refused the entreaties of his friends, and a crowd of curious persons from all countries, the satisfaction of seeing this far famed machine". In the decade following its debut at Schönbrunn Palace the Turk only played one opponent, Sir Robert Murray Keith, a Scottish noble, and Kempelen went as far as dismantling the Turk entirely following the match. Kempelen was quoted as referring to the invention as a "mere bagatelle", as he was not pleased with its popularity and would rather continue work on steam engines and machines that replicated human speech. In 1781, Kempelen was ordered by Emperor Joseph II to reconstruct the Turk and deliver it to Vienna for a state visit from Grand Duke Paul of Russia and his wife. The appearance was so successful that Grand Duke Paul suggested a tour of Europe for the Turk, a request to which Kempelen reluctantly agreed. right|frame|François André Danican Philidor won a match against the Turk in Paris in 1783. The Turk began its European tour in 1783, beginning with an appearance in France in April. A stop at Versailles beginning on April 17, preceded an exhibition in Paris, where the Turk lost a match to Charles Godefroy de La Tour d'Auvergne, the Duc de Bouillon. Upon arrival in Paris in May 1783, it was displayed to the public and played a variety of opponents, including a lawyer named Mr. Bernard who was a second rank in chess ability. Following the sessions at Versailles, demands increased for a match with François André Danican Philidor, who was considered the best chess player of his time. Moving to the Café de la Régence, the machine played many of the most skilled players, often losing (e. g. against Bernard and Verdoni), until securing a match with Philidor at the Académie des Sciences. While Philidor won his match with the Turk, Philidor's son noted that his father called it "his most fatiguing game of chess ever!" The Turk's final game in Paris was against Benjamin Franklin, who was serving as ambassador to France from the United States. Franklin reportedly enjoyed the game with the Turk and was interested in the machine for the rest of his life, keeping a copy of Philip Thicknesse's book The Speaking Figure and the Automaton Chess Player, Exposed and Detected in his personal library. Following his tour of Paris, Kempelen moved the Turk to London, where it was exhibited daily for five shillings. Thicknesse, known in his time as a skeptic, sought out the Turk in an attempt to expose the inner workings of the machine. While he respected Kempelen as "a very ingenious man",

After a year in London, Kempelen and the Turk travelled to Leipzig, stopping in various European cities along the way. From Leipzig, it went to Dresden, where Joseph Friedrich Freiherr von Racknitz viewed the Turk and published his findings in Über den Schachspieler des Herrn von Kempelen und dessen Nachbildung, along with illustrations showing his beliefs about how the machine operated. It then moved to Amsterdam, after which Kempelen is said to have accepted an invitation to the Sanssouci palace in Potsdam of Frederick the Great, King of Prussia. The story goes that Frederick enjoyed the Turk so much that he paid a large sum of money to Kempelen in exchange for the Turk's secrets. Frederick never gave the secret away, but was reportedly disappointed to learn how the machine worked. This story is almost certainly apocryphal; there is no evidence of the Turk's encounter with Frederick, the first mention of which comes in the early 19th century, by which time the Turk was also incorrectly said to have played against George III of Great Britain. It seems most likely that the machine stayed dormant at Schönbrunn Palace for over two decades, although Kempelen attempted unsuccessfully to sell it in his final years. Kempelen died at the age of 70 on 26 March 1804.

Мелзель и машина

После смерти Кемпелена, турк оставался невыставленным до 1805 года, когда сын Кемпелена решил продать его Иоганну Непомуку Мелцелю, баварскому музыканту, интересующемуся различными машинами и устройствами. Мелзель, чьи успехи включали патентование формы метронома, пытался приобрести турка и ранее, еще при жизни Кемпелена. Первая попытка не удалась из-за запрошенной Кемпеленом цены в 20 000 франков; сын Кемпелена продал машину Мелцелю за половину этой суммы. Приобретя турка, Мелцелю пришлось изучить его секреты и провести некоторые ремонтные работы, чтобы привести его в рабочее состояние. Его заявленной целью было сделать объяснение принципа работы турка более сложной задачей. Хотя достижение этой цели заняло десять лет, турк продолжал выступать, в частности, перед Наполеоном Бонапартом. В 1809 году Наполеон I прибыл в Шёнбруннский дворец, чтобы сыграть с турком. Согласно свидетельству очевидца, Мелцель отвечал за подготовку машины к игре, а турк (Йоханн Баптист Аллгейер) салютовал Наполеону перед началом матча. Подробности матча были опубликованы в многочисленных отчетах, многие из которых противоречивы. По словам Брэдли Эварта, считается, что турк сидел за своим шкафом, а Наполеон – за отдельным шахматным столом. Стол Наполеона был огорожен веревкой, и ему не разрешалось переходить в зону турка; Мелцель же перемещался между столами, делая ходы за каждого игрока и обеспечивая зрителям хороший обзор. К удивлению, Наполеон сделал первый ход, вместо того чтобы позволить турку начать игру, как это обычно было; однако Мелцель разрешил продолжить партию. Вскоре после этого Наполеон попытался сделать неверный ход. Заметив это, турк вернул фигуру на исходную позицию и продолжил игру. Наполеон повторил неверный ход, и турк ответил, убрав фигуру с доски и сделав свой ход. Наполеон предпринял третью попытку, на что турк ответил взмахом руки, сбросив все фигуры с доски. Наполеон, как сообщается, был забавлен и затем сыграл настоящую партию с машиной, сделав девятнадцать ходов, прежде чем опрокинул своего короля в знак капитуляции. Существуют и другие версии этой истории, в которых говорится, что Наполеон был недоволен поражением от машины, сыграл с ней позже, провел один матч с магнитом на доске и сыграл партию с шалью, наброшенной на голову и тело турка, чтобы ограничить его обзор. В 1811 году Мелцель привез турка в Милан для выступления перед Эженом де Богарне, принцем Венеции и вице-королем Италии. Богарне был настолько впечатлен машиной, что предложил купить ее у Мелзеля. После долгих переговоров Богарне приобрел турка за 30 000 франков – в три раза больше, чем заплатил Мелзель – и держал его в течение четырех лет. В 1815 году Мелцель вернулся к Богарне в Мюнхен и попросил выкупить турка обратно. Существуют две версии того, какую сумму ему пришлось заплатить, в конечном итоге достигнув соглашения. Одна из версий была опубликована во французском периодическом издании Le Palamède. Полная история выглядит несколько странно, поскольку Мелцель снова посетил Париж и мог также импортировать свою "Пламя Москвы". После выкупа Мелцель вернул турка в Париж, где познакомился со многими ведущими шахматистами в кафе "Режанс". Мелцель оставался во Франции с машиной до 1818 года, когда переехал в Лондон и провел ряд выступлений с турком и другими своими машинами. В Лондоне Мелцель и его представление получили широкое освещение в прессе, и он продолжал совершенствовать машину, в конечном итоге установив голосовой механизм, чтобы машина могла говорить "Шах!" при объявлении шаха. В 1819 году Мелцель отправился с турком в турне по Соединенному Королевству. В программу были внесены некоторые изменения, такие как предоставление противнику права первого хода и исключение пешки королевского слона из набора фигур турка. Этот гандикап вызвал еще больший интерес к турку и послужил основой для книги У. Дж. Хуннемана, в которой были описаны матчи, сыгранные с этим гандикапом. Несмотря на гандикап, турк (управляемый в то время Муре) одержал сорок пять побед, потерпел три поражения и сыграл две ничьи.

Following the death of Kempelen, the Turk remained unexhibited until 1805 when Kempelen's son decided to sell it to Johann Nepomuk Mälzel, a Bavarian musician with an interest in various machines and devices. Mälzel, whose successes included patenting a form of metronome, had tried to purchase the Turk once previously, before Kempelen's death. The original attempt had failed, owing to Kempelen's asking price of 20,000 francs; Kempelen's son sold the machine to Mälzel for half this sum. Upon acquiring the Turk, Mälzel had to learn its secrets and make some repairs to get it back in working order. His stated goal was to make explaining the Turk a greater challenge. While the completion of this goal took ten years, the Turk still made appearances, most notably with Napoleon Bonaparte. In 1809, Napoleon I of France arrived at Schönbrunn Palace to play the Turk. According to an eyewitness report, Mälzel took responsibility for the construction of the machine while preparing the game, and the Turk (Johann Baptist Allgaier) saluted Napoleon before the start of the match. The details of the match have been published over the years in numerous accounts, many of them contradictory. According to Bradley Ewart, it is believed that the Turk sat at its cabinet, and Napoleon sat at a separate chess table. Napoleon's table was in a roped off area and he was not allowed to cross into the Turk's area, with Mälzel crossing back and forth to make each player's move and allowing a clear view for the spectators. In a surprise move, Napoleon took the first turn instead of allowing the Turk to make the first move, as was usual; but Mälzel allowed the game to continue. Shortly thereafter, Napoleon attempted an illegal move. Upon noticing the move, the Turk returned the piece to its original spot and continued the game. Napoleon attempted the illegal move a second time, and the Turk responded by removing the piece from the board entirely and taking its turn. Napoleon then attempted the move a third time, the Turk responding with a sweep of its arm, knocking all the pieces off the board. Napoleon was reportedly amused, and then played a real game with the machine, completing nineteen moves before tipping over his king in surrender. Alternate versions of the story include Napoleon being unhappy about losing to the machine, playing the machine at a later time, playing one match with a magnet on the board, and playing a match with a shawl around the head and body of the Turk in an attempt to obscure its vision. In 1811, Mälzel brought the Turk to Milan for a performance with Eugène de Beauharnais, the Prince of Venice and Viceroy of Italy. Beauharnais enjoyed the machine so much that he offered to purchase it from Mälzel. After some serious bargaining, Beauharnais acquired the Turk for 30,000 francs—three times what Mälzel had paid—and kept it for four years. In 1815, Mälzel returned to Beauharnais in Munich and asked to buy the Turk back. There exist two versions of how much he had to pay, eventually working out an agreement. One version appeared in the French periodical Le Palamède. The complete story does not make a lot of sense since Mälzel visited Paris again, and he also could import his "Conflagration of Moscow". right|thumb|An advertisement for Mälzel's appearance with the Turk in LondonFollowing the repurchase, Mälzel brought the Turk back to Paris, where he made acquaintances of many of the leading chess players at Café de la Régence. Mälzel stayed in France with the machine until 1818, when he moved to London and held a number of performances with the Turk and many of his other machines. In London, Mälzel and his act received a large amount of press, and he continued improving the machine, ultimately installing a voice box so the machine could say "Échec!" when placing a player in check. In 1819, Mälzel took the Turk on a tour of the United Kingdom. There were several new developments in the act, such as allowing the opponent the first move and eliminating the king's bishop's pawn from the Turk's pieces. This pawn handicap created further interest in the Turk, and spawned a book by W. J. Hunneman chronicling the matches played with this handicap. Despite the handicap, the Turk (operated by Mouret at the time) ended up with forty five victories, three losses, and two stalemates.

Мелцель в Северной Америке

Появление «Турка» оказалось выгодным для Мелцеля, и он продолжил, взяв его и другие свои машины в Соединенные Штаты. В 1826 году он открыл выставку в Нью-Йорке, которая постепенно набирала популярность, породив множество газетных статей и анонимных угроз разоблачения секрета. Проблемой Мелцеля было найти подходящего оператора для машины, так как он обучил неизвестную женщину во Франции до отъезда в Соединенные Штаты. В итоге он вернул бывшего оператора, Уильяма Шламбергера, из Эльзаса в Европе, чтобы тот приехал в Америку и снова работал на него, как только Мелцель смог оплатить его проезд. По прибытии Шламбергера «Турок» дебютировал в Бостоне, где Мелцель рассказывал, что нью-йоркские шахматисты не способны играть полные партии, а бостонские игроки – гораздо более достойные соперники. Это имело успех на протяжении многих недель, после чего тур переехал в Филадельфию на три месяца. Затем «Турок» отправился в Балтимор, где играл несколько месяцев, включая проигрыш партии Чарльзу Кэрролу, одному из подписантов Декларации независимости. Выставка в Балтиморе принесла известие о том, что два брата построили свою собственную машину – шахматиста Уокера. Мелцель осмотрел конкурирующую машину и попытался её купить, но предложение было отклонено. Дубликат машины гастролировал несколько лет, так и не получив славы, сопутствовавшей машине Мелцеля, и в конечном итоге был забыт. Мелцель продолжал устраивать выставки по Соединенным Штатам до 1828 года, после чего взял отпуск и посетил Европу, вернувшись в 1829 году. На протяжении 1830-х годов он продолжал гастролировать по Соединенным Штатам, демонстрируя машину вплоть до реки Миссисипи и посещая Канаду. В Ричмонде, штат Вирджиния, «Турка» увидел Эдгар Аллан По, работавший в то время в «Южном литературном вестнике». Эссе По «Шахматист Мелцеля» было опубликовано в апреле 1836 года и является наиболее известным произведением о «Турке», хотя многие гипотезы По оказались неверными (например, он полагал, что шахматная машина всегда должна побеждать). В конечном итоге Мелцель отправил «Турка» во второе турне на Кубу, в Гавану. На Кубе Шламбергер умер от желтой лихорадки в феврале 1838 года, оставив Мелцеля без оператора. Впав в отчаяние, Мелцель умер в море в июле 1838 года в возрасте 65 лет во время обратного путешествия, оставив свою машину капитану корабля.

The appearances of the Turk were profitable for Mälzel, and he continued by taking it and his other machines to the United States. In 1826, he opened an exhibition in New York City that slowly grew in popularity, giving rise to many newspaper stories and anonymous threats of exposure of the secret. Mälzel's problem was finding a proper operator for the machine, having trained an unknown woman in France before coming to the United States. He ended up recalling a former operator, William Schlumberger, from Alsace in Europe to come to America and work for him again once Mälzel was able to provide the money for Schlumberger's transport. Upon Schlumberger's arrival, the Turk debuted in Boston, Mälzel spinning a story that the New York chess players could not handle full games and that the Boston players were much better opponents. This was a success for many weeks, and the tour moved to Philadelphia for three months. Following Philadelphia, the Turk moved to Baltimore, where it played for a number of months, including losing a match against Charles Carroll, a signer of the Declaration of Independence. The exhibition in Baltimore brought news that two brothers had constructed their own machine, the Walker Chess player. Mälzel viewed the competing machine and attempted to buy it, but the offer was declined and the duplicate machine toured for a number of years, never receiving the fame that Mälzel's machine did and eventually falling into obscurity. Mälzel continued with exhibitions around the United States until 1828, when he took some time off and visited Europe, returning in 1829. Throughout the 1830s, he continued to tour the United States, exhibiting the machine as far west as the Mississippi River and visiting Canada. In Richmond, Virginia, the Turk was observed by Edgar Allan Poe, who was writing for the Southern Literary Messenger. Poe's essay "Maelzel's Chess Player" was published in April 1836 and is the most famous essay on the Turk, even though many of Poe's hypotheses were incorrect (such as that a chess playing machine must always win). Mälzel eventually took the Turk on his second tour to Havana, Cuba. In Cuba, Schlumberger died of yellow fever in February 1838, leaving Mälzel without an operator for his machine. Dejected, Mälzel died at sea in July 1838 at the age of 65 during his return trip, leaving his machinery with the ship captain.

Раскрытие секретов

Хотя во время жизни Турка было написано множество книг и статей о принципах его работы, большинство из них были неточными, делая ошибочные выводы на основе внешних наблюдений. Первые статьи о механизме были опубликованы во французском журнале Le Magasin pittoresque в 1834 году. Лишь серия статей Сайласа Митчелла для журнала The Chess Monthly полностью раскрыла секрет. Митчелл, сын последнего частного владельца Турка, писал: «Ни один секрет не был так тщательно скрываем, как секрет Турка. Много раз частично угадываемый, ни одно из многочисленных объяснений так и не решило эту занимательную загадку». Поскольку к моменту публикации этих статей Турк был уничтожен пожаром, Сайлас Митчелл считал, что «больше нет причин скрывать от любителей шахмат решение этой древней тайны». Позже, в 1859 году, в журнале Littell’s Living Age появилась статья без указания авторства, в которой утверждалось, что это история Турка, рассказанная французским иллюзионистом Жаном Эженом Робертом-Уденом. В ней было множество ошибок, начиная с дат событий и заканчивая рассказом о польском офицере, которому ампутировали ноги, но которого Кемпелен спас и тайно переправил обратно в Россию внутри машины. Новая статья о Турке появилась лишь в 1899 году, когда The American Chess Magazine опубликовал отчет о матче Турка с Наполеоном Бонапартом. Эта история была по сути обзором предыдущих рассказов, а содержательное описание Турка появилось лишь в 1947 году, когда Chess Review опубликовал статьи Кеннета Харкнесса и Джека Стрели Баттелла, представлявшие собой всеобъемлющую историю и описание Турка, дополненные новыми схемами, обобщавшими информацию из предыдущих публикаций. В другой статье, написанной в 1960 году для American Heritage Эрнестом Виттенбергом, были представлены новые схемы, иллюстрирующие, как оператор располагался внутри шкафа. В публикации Генри А. Дэвидсона 1945 года «Краткая история шахмат» значительный вес был придан эссе По, в котором ошибочно утверждалось, что игрок находился внутри фигуры Турка, а не на подвижном сиденье внутри шкафа. Аналогичная ошибка была допущена в книге Алекса Г. Белла 1978 года «Машина играет в шахматы», в которой ложно утверждалось, что «оператором был обученный мальчик (или очень маленький взрослый), который выполнял указания шахматиста, скрытого в другом месте на сцене или в театре».

While many books and articles were written during the Turk's life about how it worked, most were inaccurate, drawing incorrect inferences from external observation. The first articles on the mechanism were published in a French magazine entitled Le Magasin pittoresque in 1834. It was not until Silas Mitchell's series of articles for The Chess Monthly that the secret was fully revealed. Mitchell, son of the final private owner of the Turk, wrote that "no secret was ever kept as the Turk's has been. Guessed at, in part, many times, no one of the several explanations ever solved this amusing puzzle". As the Turk was lost to fire at the time of this publication, Silas Mitchell felt that there were "no longer any reasons for concealing from the amateurs of chess, the solution to this ancient enigma". Later in 1859, an uncredited article appeared in Littell's Living Age that purported to be the story of the Turk from French magician Jean Eugène Robert Houdin. This was rife with errors ranging from dates of events to a story of a Polish officer whose legs were amputated, but ended up being rescued by Kempelen and smuggled back to Russia inside the machine. A new article about the Turk did not turn up until 1899, when The American Chess Magazine published an account of the Turk's match with Napoleon Bonaparte. The story was basically a review of previous accounts, and a substantive published account would not appear until 1947, when Chess Review published articles by Kenneth Harkness and Jack Straley Battell that amounted to a comprehensive history and description of the Turk, complete with new diagrams that synthesized information from previous publications. Another article written in 1960 for American Heritage by Ernest Wittenberg provided new diagrams describing how the operator sat inside the cabinet. In Henry A. Davidson's 1945 publication A Short History of Chess, significant weight is given to Poe's essay which erroneously suggested that the player sat inside the Turk figure, rather than on a moving seat inside the cabinet. A similar error would occur in Alex G. Bell's 1978 book The Machine Plays Chess, which falsely asserted that "the operator was a trained boy (or very small adult) who followed the directions of the chess player who was hidden elsewhere on stage or in the theater "

К концу XX века было опубликовано еще несколько книг о Турке. Наряду с книгой Белла, книга Чарльза Майкла Кэрролла «Великий шахматный автомат» (1975) была посвящена в основном изучению Турка. В книге Брэдли Эварта «Шахматы: человек против машины» (1980) обсуждался Турк, а также другие предполагаемые шахматные автоматы. Интерес к Турку вновь возрос лишь после создания Deep Blue, попытки IBM создать компьютер, способный бросить вызов лучшим игрокам мира, и были опубликованы две книги: «The Turk, Chess Automaton» Джеральда М. Левитта (2000) и «The Turk: The Life and Times of the Famous Eighteenth Century Chess Playing Machine» Тома Стандейджа, опубликованная в 2002 году. В документальном фильме 2003 года «Game Over: Kasparov and the Machine» Турк был использован в качестве персонификации Deep Blue.