Введение

Императрица-консорт Кореи (1851–1895) в телесериале

Императрица Мёнсон (hangul=명성황후; 17 ноября 1851 – 8 октября 1895) была официальной женой Годжона, 26-го короля Чосона и первого императора Корейской империи. При жизни она была известна под именем королева Мин (hangul=민비). После основания Корейской империи ей посмертно присвоено звание Мёнсон, Великая императрица (hangul=명성태황후). Позднее императрица происходила из аристократической семьи и в 1866 году была избрана де-факто регентом Хынсоном Тэвонгуном в качестве супруги для его сына, будущего короля Годжона. Спустя семь лет его невестка и клан Мин вынудили его покинуть должность. Тэвонгун был консервативным конфуцианцем, впоследствии вовлеченным в неудачное восстание против фракции своей невестки. Он верил в изоляцию Чосона от любых иностранных контактов как средство сохранения независимости. Она же, напротив, выступала за постепенную модернизацию с использованием помощи Запада и Китая. С 1873 года до своего убийства в 1895 году она руководила модернизацией экономики, армии и государственного управления. В 1880-х и 1890-х годах отношения между Чосоном и соседней Японией ухудшились. Правительство Мэйдзи считало королеву-консорт препятствием для своей заморской экспансии. Она заняла более жесткую позицию против японского влияния после неудачных восстаний Тэвонгуна, направленных на её устранение с политической арены. Миура Горо, японский министр в Корее, поддержал фракцию во главе с Тэвонгуном и непосредственно приказал совершить убийство. 8 октября 1895 года полк Халлёндэ, верный Тэвонгуну, напал на дворец Кёнбоккун и подавил королевскую гвардию. Затем захватчики позволили группе ронинов, специально завербованных для этой цели, убить королеву-консорт. Её убийство вызвало международное возмущение. Японский кабинет зимой 1895–1896 годов приказал корейским мужчинам отрезать традиционную прическу – пучок волос. Это вызвало негодование, поскольку эта прическа считалась символом корейской идентичности. Этот указ и убийство спровоцировали общенациональные протесты. Годжон и наследный принц (впоследствии император Сунджон Кореи) нашли убежище в российском посольстве в 1896 году. Антияпонская реакция привела к отмене реформы Кабо, которая ввела другие меры, усиливающие японское влияние. В основном, в дальнейшем повествовании она упоминается как королева-консорт, поскольку это был её титул в начале политической деятельности и её фактическая должность. Для удобства описание королевы-регента не используется отдельно.

Напряженность кланов после смерти короля

В 1864 году Чхольчжон из Чосона внезапно скончался в возрасте всего 32 лет. Точная причина смерти остается неизвестной. У Чхольчжона не было детей, и он не назначил наследника. Тогда она избрала своего праправнука, Ли Мён Бока. Клан Андонг Ким оказался бессилен что-либо предпринять, поскольку все необходимые формальности были соблюдены.

Присоединение нового Короля

Осенью 1864 года И Мён Бок был переименован в И Хуэй (이희, 李㷩) и коронован как король Годжон государства Чосон, а его отец стал регентом с титулом Великого внутреннего принца Хёнсон. В данной статье он именуется Хёнсон Дэвонгун или Дэвонгун. Приверженец конфуцианства Дэвонгун проявил себя как решительный лидер в первые годы правления Годжона. Он упразднил устаревшие государственные институты, погрязшие в коррупции под властью различных кланов, пересмотрел своды законов, а также домашние уставы королевского двора и правила придворного этикета, и кардинально реформировал военное дело королевской армии. В течение нескольких лет ему удалось установить полный контроль над двором и добиться подчинения Пуньян-Джоса, успешно расправившись с последними представителями клана Андонг Ким, чью коррупцию он считал причиной упадка страны в XIX веке.

Предшественники клана Ёхун Мин

Будущая королева-консорт родилась в аристократическом клане Ёхын Мин 17 ноября 1851 года в поместье Камгодан в деревне Сэомрак, волость Кындон, Ёхын (ныне Ёоджу), провинция Кёнгидо, где и зародился клан. Клан Ёхын Мин был знатным родом, в его славном прошлом числились многие высокопоставленные чиновники, принцессы-консорты и две королевы-консорты. Это были, во-первых, королева Вонгён (супруга Тхэчжона и мать Седжона Великого), а во-вторых, королева Инхён (вторая супруга Сукчжона). В возрасте семи лет она лишилась отца, скончавшегося от болезни 17 сентября 1858 года, находясь в городе Садо. Леди Мин воспитывалась матерью и родственниками по линии Мин в течение восьми лет, пока не переехала во дворец и не стала королевой. Леди Мин помогала матери в течение трех лет, проживая в Камгоданге. В 1861 году было решено, что Мин Сынхо станет наследником её отца.

Выбор королевы-консорта и брак

Когда Годжон достиг 15-летнего возраста, его отец начал искать невесту для сына. В идеале выбор должен был пасть на девушку без политически амбициозных родственников и из знатного рода. После отклонения множества кандидатур, жена Даэвонгуна, Великая внутренняя принцесса-консорт Сунмок (в то время известная как Великая внутренняя принцесса-консорт Ёхун; Ёхун Будаэбуин; хангуль=여흥부대부인) и его мать, принцесса-консорт Мин, предложили невесту из своего клана – Ёхун Мин. Даэвонгун, вероятно, опасался, что кланы Андонг Ким и Пхёнъян Чо, будущие политические соперники, могли бы благосклонно отнестись к леди Мин из-за отсутствия у неё отца или брата. Он не подозревал леди Мин в политических амбициях и остался доволен результатом встречи. Лишь позже он заметил, что она "обладала большой решительностью и достоинством", но всё же позволил ей выйти замуж за своего сына. Таким образом, он возвёл на престол женщину, которая к 1895 году доказала, что является "его главным противником и непримиримым врагом". Шестнадцатилетняя леди Мин вышла замуж за пятнадцатилетнего короля и была удостоена в ходе церемонии (хангуль=책비, чаекби) титула королевы-консорта Чосона. Два места претендуют на звание места проведения бракосочетания и восшествия на престол: это зал Инчжончжон (хангуль=인정전) во дворце Чхандок.

Когда леди Мин стала королевой-консорт, её матери был пожалован королевский титул "Внутренняя принцесса-консорт Ханчхан" (хангуль=한창부부인). Её отцу был присвоен титул "Внутренний принц Ёсон" (хангуль=여성부원군), а после его смерти он был посмертно назначен Ёнъичжонгом. Первой жене её отца также был дарован королевский титул "Внутренняя принцесса-консорт Хэрен" (хангуль=해령부부인). В день их свадебной церемонии Годжон не отправился в покои своей жены для совершения брачной ночи, а посетил покои наложницы, королевской супруги И Гви из клана Кёнчжу И. Это предпочтение впоследствии было одобрено Хынсон Даэвонгуном. Первое впечатление о королеве-консорте во дворце было, что она послушна и кротка. Со временем Даэвонгун изменил своё мнение о ней. Вероятно, именно с этого времени берёт начало сильное недоверие королевы-консорта к своему тестю. Тем временем королева-консорт тайно сформировала влиятельную фракцию против Хынсон Даэвонгуна. При поддержке высокопоставленных чиновников, учёных и членов своего клана она стремилась отстранить Даэвонгуна от власти. Мин Сынхо, приёмный старший брат королевы-консорта, вместе с придворным учёным Чхве Икхёном разработали официальный запрос об импичменте Даэвонгуна. Этот запрос должен был быть представлен Королевскому совету управления, с аргументом о том, что двадцатидвухлетнему Годжону теперь следует править самостоятельно. В 1873 году, с одобрения Гочжона и Королевского совета, Хынсон Даэвонгун был вынужден уйти в отставку и поселиться в Унхёнгуне, своём поместье в Янчжу. Королева-консорт изгнала наложницу вместе с её ребёнком в деревню за пределами столицы. Ребёнка лишили королевских титулов, и он умер 12 января 1880 года. После этих изгнаний королева-консорт взяла под контроль двор, где члены её клана получили высокие должности. Как королева-консорт она правила вместе со своим мужем, но признавалась более политически активной, чем он.

Начало имперского японского влияния

После того, как корейцы отказались принять японских посланников, объявлявших о реставрации Мэйдзи, некоторые японские аристократы высказались за немедленное вторжение в Корею. После возвращения миссии Ивакуры эта идея была быстро отброшена, поскольку новое японское правительство не обладало достаточной политической и финансовой стабильностью для начала войны. Когда Хынсон Тэвонгун был отстранен от власти, Япония возобновила усилия по установлению связей с Кореей, но имперский посланник, прибывший в Донгнэ в 1873 году, был отвергнут. В 1875 году японский канонерский катер "Унё" был направлен к Пусану, а второй военный корабль – в залив Ёнхын, формально для картографирования морских путей. 20 сентября 1875 года, в действии, воспринятом корейцами как провокация, "Унё" вошел в запрещенные воды у острова Канхва. Корейские береговые батареи открыли огонь. Так произошло насильственное столкновение между японцами и корейцами, известное как инцидент на острове Канхва. После этого инцидента на остров Канхва были отправлены шесть военных кораблей и имперский японский посланник, чтобы добиться выполнения требований японского правительства, которое теперь могло настаивать на открытии Кореи для торговли. Подобный подход уже практиковался европейскими державами при заключении так называемых неравноправных договоров. В то время как большинство придворных кругов Кореи выступали за полную изоляцию, Япония продемонстрировала свою готовность и способность применять силу. Свергнутый Тэвонгун воспользовался случаем, чтобы обвинить клан Мин в слабости, противопоставляя ее своей прежней политике изоляции и неприятия иностранцев. После многочисленных переговоров 26 февраля 1876 года был подписан договор Канхва, открывший Корею для Японии и всего мира. Договор был составлен по образцу договоров, навязанных Японии Соединенными Штатами. Ряд портов был вынужден открыть свои двери для японской торговли, и японцы получили право приобретать землю в определенных районах. Договор предусматривал немедленное открытие Пусана (1876), а затем и других крупных портов – Вонсана (1880) и Инчхона (1883) – для японских купцов. В первые годы Япония пользовалась почти полной монополией в торговле. В Корею, не имевшую развитой промышленности и по-прежнему зависящую от ограниченных форм сельскохозяйственного производства, импортировались японские хлопчатобумажные изделия. Рис и зерно стали основным экспортом в Японию, чьи купцы стали селиться в крупных портах. К 1894 году Пусан, по словам миссионера и врача Изабеллы Берд, выглядел как японский город. Она сообщает, что таможенные пошлины взимались китайскими офицерами Императорской морской таможни от имени корейской короны. По крайней мере, один из этих офицеров был англичанином.

Реорганизация правительства Чосеона

В 1880 году миссия во главе с Ким Ги Су (Ким Хун Джип) была отправлена Гочжоном и кланом Мин для изучения японской вестернизации и ее намерений в отношении Кореи. Непосредственной дипломатической целью было убедить японцев в отсутствии необходимости открытия посольства в Сеуле и в том, что порт Инчхон не следует открывать. Миссия прибыла 11 августа 1880 года. Находясь в Японии, Ким посетил китайское посольство не менее шести раз. Он встретился с первым китайским посланником в Японии Хэ Жу Чжаном и его советником Хуан Цунсянем. В сентябре 1880 года для корейцев была подготовлена и представлена работа, призванная изменить их подход к модернизации посредством внешних контактов. Автор этой работы, текст которой сохранился в пяти различных вариантах, – Хуан. Она называлась «Корейская стратегия» и рассматривала стратегическое положение Кореи в контексте ее потребности в укреплении международного авторитета. Основной тезис заключался в том, что Россия испытывает потребность в земле и представляет собой главную угрозу для Кореи. Китай, утверждалось, следует рассматривать как естественных союзников, полная независимость от которых нежелательна. Хуан рекомендовал Корее проводить прокитайскую политику, сохраняя при этом тесные связи с Японией. Он также советовал заключить союз с Соединенными Штатами, поскольку они не оккупировали страны, с которыми торговали, и это могло бы стать защитой от России. Он считал целесообразным установить торговые отношения с западными странами и перенять западные технологии, утверждая, что их интерес к Корее – торговля, а не оккупация. Модернизация Японии посредством западных контактов была представлена как перспективный пример для изучения. Ким вернулся из Японии в конце 1880 года. К началу 1881 года работа произвела значительное впечатление на короля и королеву. Было распоряжено распространить копии среди всех министров. Королева надеялась заручиться поддержкой янбанов (аристократии) для приглашения западных держав в Корею и открытия торговли с целью сдерживания Японии. Она планировала сначала позволить Японии помочь в процессе модернизации, а после завершения определенных проектов – изгнать ее с помощью западных держав. Однако янбанская аристократия выступала против открытия страны для Запада. Чхве Ик Хён, помогавший в импичменте Хынсон Тэвонгуна, примкнул к сторонникам изоляции. Он утверждал, что японцы ничем не отличаются от «западных варваров» и будут распространять подрывные идеи, как это произошло с римским католицизмом после предыдущих контактов с Западом. Это был серьезный вопрос во время регентства Тэвонгуна, и католицизм был подавлен жестокими преследованиями. Для социально консервативных янбанов план королевы означал конец существующего порядка. Соответственно, ответом на распространение «Корейской стратегии» стал совместный меморандум к трону от ученых всех провинций королевства. Они заявили, что идеи, изложенные в книге, непрактичны, и что перенятие западных технологий – не единственный способ обогатить страну. Они потребовали строгого ограничения количества обменивающихся послами, торговых судов и товаров, а также уничтожения всех иностранных книг в Корее. Две тысячи (отстраненных от должности) ученых собрались в Чорио, планируя маршем двинуться на Сеул и подавить действующих министров. В Чорио их встретили королевские посланники, которые пообещали прекратить миссию в Японию, что вызвало протест со стороны собравшихся. Однако было уже слишком поздно, и корейская миссия к тому времени прибыла в Нагасаки, Япония. Таким образом, в 1881 году в Японию была отправлена масштабная миссия по сбору информации под руководством Ким Хун Джипа. Она пробыла там семьдесят дней, изучая японские правительственные учреждения, фабрики, военные и полицейские организации, а также деловые практики. Посетители получили информацию об инновациях в японском правительстве, заимствованных с Запада, особенно о предлагаемой конституции. На основе этих отчетов королева начала реорганизацию правительства. Было создано двенадцать новых бюро для работы с внешними связями с Западом, Китаем и Японией. Другие бюро были созданы для контроля за торговлей. Было создано военное бюро, которому было поручено модернизировать оружие и тактику. Гражданские ведомства были созданы для импорта западных технологий. Тем временем, в сентябре 1881 года был раскрыт заговор с целью свержения фракции королевы, смещения короля и возведения на трон незаконнорожденного (третьего) сына Хынсон Тэвонгуна – Ли Джэ Сона (посмертно известного как принц Унён). Заговор был сорван благодаря информации, полученной от осведомителей и шпионов королевы. Хынсон Тэвонгун (чье участие не было доказано) не пострадал. Однако попытка переворота привела к смерти Ли Джэ Сона в конце октября 1881 года. В октябре 1881 года королева организовала отправку шестидесяти лучших корейских военных студентов в Тяньцзинь, Китай, где они должны были изучать производство и применение оружия. Японцы предложили обеспечить военных студентов винтовками и обучить отряд корейской армии их использованию. Она согласилась, но напомнила японцам, что студенты все равно будут отправлены в Китай для дальнейшего изучения западных военных технологий. Модернизация армии встретила сопротивление.

Восстание 1882 года

В июне 1882 года члены старой армии возмутились особым отношением к новым подразделениям. Они разрушили дом Мин Гёмом Хо и убили его. Он был дядей по материнской линии Гочжона, будучи младшим братом его матери, и являлся административным главой учебных подразделений и отвечал за казначейство. И Чхве Ын и Ким Бо Хён, магистрат, также были убиты. Они были связаны с коррупцией, из-за которой солдаты получали гнилой рис в качестве оплаты. Затем эти солдаты бежали под защиту Тэвонгуна, который публично упрекал их, но тайно поощрял. Тэвонгун взял под контроль старые подразделения. Он приказал атаковать административный район Сеула, где располагались Кёнбоккун, дипломатический квартал, военные центры и научные учреждения. Эти солдаты напали на полицейские участки, чтобы освободить арестованных товарищей, и разграбили частные поместья и особняки, принадлежащие родственникам королевы-консорта. Эти подразделения крали винтовки и убивали японских офицеров-инструкторов. Они чуть не убили японского посла в Сеуле, который бежал в Инчхон, а оттуда в Японию, где его допросили при дворе для получения отчета о событиях. Военное восстание затем направилось к дворцу, но королева-консорт и король бежали под видом простолюдинов. Они скрылись в вилле родственника королевы-консорта в Чхонджу, где оставались в укрытии. Ходили разные слухи об их побеге. Истина, возможно, кроется в подробном описании, записанном Гомером Халбертом. Один из слухов гласил, что Великая внутренняя принцесса Сунмок вошла во дворец и спрятала свою невестку, королеву-консорт, в деревящих носилках, на которых ехала пожилая принцесса. Якобы, придворный чиновник увидел это и сообщил солдатам, вторгшимся во дворец. Принцесса Сунмок пыталась убедить своего мужа, Хынсон Тэвонгуна, прекратить поиски королевы-консорта. Это показалось ему настолько подозрительным, что впоследствии он держал ее в стороне от своих дел. Когда Тэвонгун не смог найти королеву-консорт, он, вероятно, предположил, что она мертва (согласно Халберту). Он объявил: «Королева мертва». Многочисленные сторонники королевы-консорта были казнены после того, как Тэвонгун взял под контроль дворец Кёнбоккун. Он немедленно отменил недавние реформы и освободил новые подразделения от службы. Внешняя политика вернулась к изоляционизму. Китайские и японские представители были вынуждены покинуть столицу. Ли Хунчжан, с согласия корейских послов в Пекине, отправил 4500 китайских солдат для восстановления порядка и защиты китайских интересов в Корее. Его войска арестовали Тэвонгуна, которого затем доставили в Паотин (Китай), где он оставался под домашним арестом. Королевская чета вернулась и отменила все действия Тэвонгуна. Японско-корейский договор 1882 года, подписанный 10 августа 1882 года, обязывал корейцев выплатить 550 000 йен в качестве компенсации за гибель японских граждан и утрату имущества во время восстания. Договор также разрешал японским войскам охранять японское посольство в Сеуле. Королева-консорт предложила Китаю новое торговое соглашение, предоставляющее китайцам особые привилегии и права на порты, недоступные для японцев. Общественный порядок обеспечивал У Чан Чжин и его отряд из 3000 китайских солдат. Она также успешно добилась того, чтобы китайский командующий, генерал Юань Шикай, взял под контроль новые военные подразделения, а немецкий советник, Пауль Георг фон Мёллендорф, возглавил Морскую таможенную службу. Китайцы стремились к заключению новых торговых соглашений, чтобы предотвратить японскую монополию. Позже были подписаны договоры с Соединенными Штатами (1882) и Францией (1886). В конце сентября Мин Ён Ик прибыл в Сеул и доложил королеве-консорт. Она немедленно основала школы английского языка с американскими преподавателями. В докладе Мин Ён Ика говорилось: «Я родился во тьме. Я вышел на свет, и, Ваше Величество, с сожалением сообщаю Вам, что вернулся во тьму. Я вижу Сеул с возвышающимися зданиями, заполненными западными учреждениями, которые вновь возвысятся над японскими варварами. Это королевство ждет великое будущее, великое будущее. Мы должны действовать, Ваше Величество, без колебаний, чтобы модернизировать это все еще древнее королевство». Кульминацией событий стал октябрь 1883 года, когда королевская семья обратилась к американцам с просьбой отправить советника в Корею в министерство иностранных дел и инструкторов для армии. Заказ на оружие был размещен в американской фирме, базирующейся в Йокогаме. В апреле 1888 года прибыла группа из трех военных инструкторов.

Прогрессисты против консерваторов

Прогрессисты были основаны в конце 1870-х годов группой янбанов, поддержавших вестернизацию Чосона. Они стремились к немедленной вестернизации, включая полное прекращение связей с цинским Китаем. Королева-консорт, возможно, не знала об их антикитайских настроениях, поэтому им предоставлялись частые королевские аудиенции и встречи для обсуждения прогрессизма и национализма. Они выступали за образовательные и социальные реформы, в том числе за равенство полов путем предоставления женщинам полных прав. Королева-консорт поначалу была убеждена, но не поддержала их антикитайскую позицию. В результате она стала сторонницей фракции Садэ, которая была прокитайской и выступала за постепенную вестернизацию. В 1884 году конфликт между прогрессистами и садэ усилился. Разочарованные садэ и растущим влиянием китайцев, прогрессисты успешно сговорились, чтобы заручиться поддержкой персонала и войск японской легации. Американские представители, в частности военно-морской атташе Джордж С. Фолк, узнали о возможности беспорядков, вызванных прогрессистами. Этот слух дошел до британцев, которые начали зондировать почву среди своих контактов. Все это дошло до главных заговорщиков-прогрессистов, которые, опасаясь, что их опасная игра вот-вот будет раскрыта, решили действовать немедленно. 4 декабря 1884 года они устроили кровавый дворцовый переворот (Гапсинский переворот) во время дипломатического ужина, посвященного открытию новой корейской почтовой службы. Прогрессисты убили множество высокопоставленных садэ и заняли ключевые правительственные должности, освободившиеся после бегства или убийства садэ. Новая администрация начала издавать указы от имени короля и королевы-консорта. Король и королева-консорт были похищены и содержались в плену под охраной вооруженных японских солдат. Несмотря на программу модернизации и запланированные политические, экономические, социальные и культурные реформы, новый кабинет не получил народной поддержки. Королева-консорт была ужаснута насилием прогрессистов. Они совершили семь убийств высокопоставленных корейцев. Лидеров кланов, вызванных во дворец письмами, якобы от имени короля, обезглавили, когда они выходили из своих носилок. После подавления переворота королева-консорт перестала доверять японцам. Она отказалась поддерживать действия прогрессистов, объявив недействительными любые документы, подписанные от ее имени. После всего двух дней контроля над администрацией прогрессисты были разгромлены китайскими войсками под командованием Юань Шикая, прибывшими по секретному запросу королевы-консорта к китайскому резиденту. Несколько лидеров прогрессистов были убиты, другие бежали в Японию. Японских войск было всего 130, и их легко подавили. После этого последовали гибель японцев и повреждение имущества. Договор о Хансоне (8 января 1885 года), заключенный графом Иноуэ от имени японцев, требовал от Чосона выплатить "умеренную" компенсацию за причиненный ущерб: 40 японцев были убиты во время переворота, а японская легация была сожжена дотла. Кроме того, корейцы согласились восстановить японскую легацию и построить казармы для японских войск. Наконец, виновные в убийстве японского офицера должны были быть наказаны. В 1883 году Корейское монетное бюро выпустило новую монету, тангоджон или дангоджон, обеспечив тем самым стабильную корейскую валюту, но в последующие пять лет новую валюту, справедливо или нет, обвиняли в инфляции основных товаров. Западные инвестиции также начали расти в 1886 году. Треть всех импортируемых товаров доставлялась вглубь страны людьми или вьючными животными, которые часто останавливались и облагались транзитным налогом на дорожных заставах. Правительство Сеула в обмен на плату санкционировало эти сборы на заставах. Немец А. Х. Метернс при поддержке Министерства сельского хозяйства США создал новый проект под названием "Американская ферма" на большом участке земли, пожертвованном королевой-консорт для продвижения современного сельского хозяйства. Из США были импортированы сельскохозяйственные орудия, семена и молочные коровы. В июне 1883 года было создано Бюро машин, и были импортированы паровые двигатели. Наконец, между 1883 и 1885 годами были проложены телеграфные линии, обеспечивающие связь между Чосоном, Китаем и Японией. Несмотря на то, что королевская чета привела корейскую экономику к определенной степени вестернизации, современные производственные мощности так и не появились.

Образование

По предварительным прогнозам, сделанным в 1880 году, в мае 1885 года королева-консорт одобрила создание дворцовой школы для обучения детей элиты. Королевская английская школа (hangul=육영공원) была основана американским миссионером Гомером Хулбертом и тремя другими миссионерами. Школа имела два отделения: гуманитарное и военное образование. Занятия велись исключительно на английском языке с использованием английских учебников. Однако из-за низкой посещаемости школа была закрыта вскоре после того, как последний преподаватель английского языка, Бункер, подал в отставку в конце 1893 года. В 1886 году королева-консорт стала покровителем первого учебного заведения исключительно для девочек – Академии Эвха (впоследствии Университета Эвха). Школа была основана в Сеуле Мэри Ф. Скрантон. Она сотрудничала с методистским миссионером и учителем Генри Герхардтом Аппенцеллером, который работал в Корее с 1885 года до своей смерти в июне 1902 года. Как отмечала Луиза Ротвейлер, одна из основательниц Академии Эвха, на начальном этапе школа была скорее местом, где бедных девочек кормили и одевали, чем местом для получения образования. Миссионеры внесли значительный вклад в развитие западного образования в Чосоне.

Медицина, музыка и религия

Прибытие Горация Ньютона Аллена по приглашению королевы-консорта в сентябре 1884 года ознаменовало официальное введение христианства, которое быстро распространилось в Чосоне. С разрешения королевы-консорта и при официальной поддержке он смог добиться назначения других миссионеров на государственные должности. Он также внедрил современную медицину в Корее, основав первую западную королевскую медицинскую клинику Гвангхьёвон в феврале 1885 года. В апреле 1885 года в Чосон начали прибывать многочисленные протестантские миссионеры. Известные протестантские миссионеры Гораций Грант Андервуд, Лилиас Хортон Андервуд и Уильям Б. Скрантон (вместе с матерью Мэри Скрантон) переехали в Корею в мае 1885 года. Они основали церкви в Сеуле и начали создавать центры в сельской местности. Вскоре после этого прибыли католические миссионеры. Христианские миссионеры обращали людей в христианство, но также вносили вклад в модернизацию страны. Впервые в Чосон были введены понятия равенства, прав человека и свободы, а также участие мужчин и женщин в религиозной деятельности. Королева-консорт стремилась повысить уровень грамотности, и благодаря христианским образовательным программам это удалось сделать в течение нескольких лет. В музыке произошли заметные изменения. Западная музыкальная теория частично вытеснила традиционные восточные представления. Протестантские миссии представили христианские гимны и другие западные песни, что послужило мощным стимулом для изменения корейских представлений о музыке. Орган и другие западные музыкальные инструменты были введены в 1890 году, а христианский гимналий был опубликован на корейском языке в 1893 году по заказу королевы-консорта. Королева-консорт приглашала различных миссионеров прибыть в Чосон. Она ценила их знания западной истории, науки и математики. Можно предположить, что эти преимущества перевешивали потенциальную потерю поклонения предкам, которому католические новообращенные, как известно, оказывали сопротивление в прошлом, сталкиваясь с постоянными преследованиями. Изоляционисты продолжали рассматривать христианство как подрывающее мораль из-за отказа от обрядов предков и предполагаемой нелояльности государству. Некоторые ученые пытались классифицировать христианство не как религию, а как учебное заведение. Определенная степень религиозной терпимости стала практическим результатом политики королевы-консорта, независимо от того, была ли это ее прямой целью. Сама королева-консорт никогда не стала христианкой, но оставалась набожной буддисткой, испытывая влияние шаманизма и конфуцианства.

Военный

Современное оружие было импортировано из Японии и Соединенных Штатов в 1883 году. Первые военные заводы были созданы, а новая военная форма была разработана в 1884 году. Под совместным покровительством Гочжона и королевы-консорта был направлен запрос в Соединенные Штаты о предоставлении дополнительных американских военных инструкторов для ускорения военной модернизации Кореи. Военная модернизация продвигалась медленнее, чем другие проекты. В октябре 1883 года американский министр Люциус Фут прибыл, чтобы возглавить модернизацию устаревших армейских частей Чосона, которые еще не начали переходить на западные стандарты. В апреле 1888 года из Соединенных Штатов прибыли генерал Уильям Макэнтайр Дай и еще два военных инструктора, а в мае – четвертый инструктор. Они способствовали более быстрому развитию армии. Была создана новая военная школа под названием Ёнму Гонвон, и началась программа подготовки офицеров. Достигался заметный прогресс в боеготовности и возможностях корейской армии. Увеличение численности войск вызвало обеспокоенность у японцев относительно потенциального влияния корейских войск, если японское правительство не предпримет шагов для замедления этого процесса. К 1898 году корейская армия насчитывала 4800 человек в Сеуле, которых тренировали русские инструкторы. В провинциях дислоцировалось 1200 корейских солдат, а флот располагал двумя небольшими судами. Несмотря на то, что уровень подготовки армии постепенно приближался к китайскому и японскому, инвестиции в военно-морской флот были полностью заброшены. Этот пробел стал серьезным недостатком в проекте модернизации. Отсутствие развития морской обороны сделало протяженные морские границы Чосона более уязвимыми для вторжения. Это резко контрастировало с периодом, почти за 300 лет до этого, когда флот Чосона под командованием адмирала И Сунсина был сильнейшим в Восточной Азии. В настоящее время корейский флот состоял из устаревших кораблей, практически беспомощных против современных военных кораблей.

Пресс

Первой газетой, вышедшей в Чосоне, была газета Hanseong Sunbo Hanseong Sunbo – полностью на ханьцзя (китайских иероглифах). Она издавалась три раза в месяц как официальный правительственный вестник издательством Bakmun guk (издательским домом), являвшимся агентством Министерства иностранных дел. Газета содержала актуальные новости, эссе и статьи о вестернизации, а также сообщения о модернизации Чосона. В январе 1886 года Bakmun guk опубликовал новую газету – Hanseong Jubo (Сеульская еженедельная газета). Издание газеты на корейском языке стало важным событием, и сама газета играла значительную роль в качестве средства коммуникации с народом, пока в 1888 году не была закрыта под давлением китайского правительства. Газета, полностью написанная на хангуле и не использовавшая китайские иероглифы (ханча), вновь появилась только в 1894 году. Kanjō Shinpō издавалась как еженедельная газета под покровительством императора Коджона и королевы-консорта. Она была написана наполовину на корейском, наполовину на японском языке.

Торговля с 1875 года

Экономические реформы королевы-консорта открыли корейскую экономику миру, но на практике большая часть торговли корейской сельскохозяйственной продукцией осуществлялась с Китаем и Японией. После провала прогрессивного переворота японская политика была сосредоточена на расширении экономических связей. В период с 1877 по 1881 год импорт в Корею увеличился на 800%, а в период с 1885 по 1891 год экспорт риса и других зерновых культур – на 700%. Большая часть зерна экспортировалась в Японию через Осаку. В Корею ввозилось множество предметов быта и предметов роскоши, что, в свою очередь, побуждало чиновников требовать от крестьян дополнительные или новые налоги. В период с 1891 по 1895 год основными экспортными товарами Кореи были рис, бобы, табак, сыромятная кожа, золотая пыль и шёлк. Экспорт женьшеня теперь разрешался как частная торговля, старая государственная монополия была упразднена и заменена высокими налогами. Объём торговли в 1895 году составил почти 13 миллионов долларов США того времени. Экономическая деятельность в период с 1883 по 1897 год велась в обществе, не подготовленном к последствиям массового импорта товаров иностранного производства, в основном из Японии. В период с 1886 по 1888 год неэффективная валютная реформа вызвала инфляцию; относительная стабильность цен на текстиль была достигнута только в 1897 году. С 1875 по 1894 год Корея подписала 11 договоров с 9 иностранными державами: с Австрией (1892), Китаем (1882), Францией (1886), Германией (1883), Великобританией (1883), Италией (1884), Японией (1876, 1882, 1885), Россией (1884) и Соединенными Штатами Америки (1882). Их описания и хронологическая последовательность с корейскими названиями приведены в других источниках.

Политическая нестабильность 18941895

Под таким внешним экономическим давлением корейские крестьяне решили протестовать, а затем восстать. Дунхакское крестьянское восстание, продолжавшееся с января 1894 года по 25 декабря 1895 года, поставило королеву-консорта в чрезвычайно опасное положение. Его причины сложны и носят религиозный, националистический и экономический характер. Королева-консорт была убита в октябре 1895 года, до того как этот вопрос был разрешен. В течение 1894 года значительная часть Южной Кореи находилась в состоянии открытого крестьянского восстания, которое правительство не могло подавить. Корея обратилась к Китаю с просьбой отправить войска для восстановления порядка, что китайцы и сделали, надеясь утвердить при дворе политику, полностью поддерживающую Китай. Японское правительство в одностороннем порядке направило войска в Корею, похитив Даэвонгуна, который к тому времени поддерживал Китай, и осуществив насильственный переворот во дворце, в результате чего к власти пришло правительство, ориентированное на реформы и Японию. К этому времени крестьяне в основном отступили, и ни японские, ни китайские войска больше не требовались для каких-либо корейских целей. Каждая сторона отказывалась выводить войска из страны, пока это не сделает другая. Таким образом, началась Первая китайско-японская война (январь 1894 – 25 декабря 1895 гг.), в которой японцы одержали решающую победу.

Ранние годы

Молодая королева-собратель и ее супруг были несовместимы в начале их брака. Оба находили предпочтения друг друга непривлекательными. Она предпочитала оставаться в своих покоях, занимаясь учебой, в то время как он проводил дни и ночи в пирах, посещая банкеты и наслаждаясь придворными развлечениями. Королева, искренне стремившаяся понять государственные дела, углубилась в изучение философии, истории и научных трактатов, обычно предназначенных для янбанов. При дворе отметили, что королева-собратель тщательно выбирала себе окружение и доверяла свои секреты лишь избранным. Ее первая беременность наступила через пять лет после свадьбы, в возрасте 21 года, и завершилась отчаянием и унижением, когда ее новорожденный сын скончался вскоре после рождения. Она потеряла всех своих детей, кроме И Чхока, родившегося, когда ей было 24 года. Его старшая сестра родилась, когда королеве было 23 года, но умерла, а затем последовали роды двух сыновей, последовавшие за рождением И Чхока. Они родились соответственно в 25 и 28 лет королевы-собратель, но не выжили. Эти трудности с рождением здоровых детей могли отчасти отражать напряженность в семейных и политических отношениях. Беременностей после 28 лет больше не было, что было раньше, чем у некоторых других королевских жен, чьи роды продолжались до начала тридцатых годов. Корейская политика привела к гибели многих близких родственников королевы. В августе 1866 года, в год королевской свадьбы, произошла вооруженная стычка между французским адмиралом Розе и корейскими войсками на острове Канхва. В 1876 году процесс, приведший к заключению Гангхваского договора, ухудшил отношения Хынсон Тэвонгуна с его сыном. По мере ухудшения этих отношений отец короля угрожал убить супругу короля. Ее мать была убита в 1874 году в результате взрыва бомбы вместе со своим приемным старшим братом Мин Сын Хо. Во время восстания 1882 года и переворота 1884 года были убиты некоторые родственники королевы-собратель. Сама королева-собратель подвергалась личной опасности, что демонстрируют покушения на ее жизнь и безопасность. Выживший сын королевской пары, Сунджон, был болезненным ребенком, часто болел и долгое время выздоравливал. Императрица лично заботилась о наследном принце и обращалась за помощью к шаманам и монахам, которые получали награды за их благословения. В случае смерти наследного принца его права перешли бы к потомкам королевской наложницы. Наследный принц и его мать поддерживали близкие отношения, несмотря на ее сильный характер.

Поздние годы

Годжонг и его жена разделяли привязанность в последние годы их брака. Годжонга избрали королем не за его проницательность (которой ему не хватало из-за отсутствия формального образования) и не за его происхождение (смешанное, с кровью куртизанок и простолюдинов), а потому что клан Пунгян Чо ошибочно полагал, что сможет контролировать его через его отца. В конечном итоге Годжонг был вынужден своими советниками из клана Мин взять под контроль правительство, что он и сделал. В решении государственных дел он часто полагался на свою способную жену в вопросах международной и внутренней политики. Так Годжонг стал ценить остроумие, интеллект и способность жены быстро учиться. С ростом проблем в королевстве Годжонг все больше полагался на свою жену. К периоду модернизации Чосона можно с уверенностью сказать, что Годжонг полюбил свою жену. Они стали проводить много времени вместе, как в частном порядке, так и на официальных мероприятиях. Его привязанность к ней была стойкой. Когда Тэвонгун вернул себе политическую власть после смерти королевы-консорта, он, при поддержке некоторых японских чиновников, представил предложение о посмертном понижении статуса своей невестки с королевы-консорта до простолюдинки. Официальный указ о деградации, изданный против покойной королевы, был признан подделкой и вскоре отозван его издателями, а также был отклонен США и всеми посольствами, кроме одного. 15 октября 1895 года, через несколько дней после убийства, когда испуганный король и наследный принц находились под стражей во дворце, все еще веря, что королеве-консорту удалось сбежать от преследователей, Тэвонгун от имени короля издал указ о разводе за дезертирство и о повторном браке короля. Годжонг резко отказался сотрудничать. Вместо этого он возвысил статус своей покойной жены до пина (хангуль=빈) – первого ранга женщин внутреннего двора. Он воздвиг ей духовный алтарь во внутреннем дворе, соединенный с жилыми покоями украшенной галереей. После смерти отца Годжона в начале 1898 года он не посетил похороны из-за напряженных отношений, возникших в результате убийства королевы-консорта и последовавших действий Тэвонгуна. Говорят, что крики Годжона по поводу смерти отца были слышны за стенами дворца.

Проживание

У королевской четы было в распоряжении три дворца в Сеуле. Они выбрали для проживания Северный дворец, Кёнбоккун, где в итоге и произошло убийство королевы. После этого, и после возвращения из убежища в Российском посольстве, Коджон отказался жить в Кёнбоккуне. При жизни королева-консорт пользовалась серией небольших комнат, соединенных между собой раздвижными дверями. Каждая из этих комнат была примерно 2,4 метра в ширину и длину. Во дворце также располагался величественный Тронный зал, Кынчжончон.

Инцидент с Эулми

В преддверии своей смерти королева-консорт вступила в союз с российскими интересами, чтобы сбалансировать японское влияние. Японцы считали её важной враждебной целью. Её убийство произошло ранним утром 8 октября 1895 года в личных покоях короля, в результате нападения, известного в Корее как Инцидент Ыльмисабён (hangul=을미사변). Несколько придворных фрейлин также погибли вместе с ней, поскольку японцы приняли их за королеву. Нападение было организовано Миура Горо и осуществлено более чем пятьдесятью японскими агентами.

Похоронная процессия и могила

13 октября 1897 года Годжон (при поддержке России) вернул себе трон и потратил огромное состояние (70 000 долларов США по тем временам) на то, чтобы останки его любимой королевы были с подобающей честью упокоены. 22 ноября 1897 года траурная процессия включала в себя 5000 солдат, 650 полицейских, 4000 фонарей, сотни свитков в её память и огромных деревянных лошадей, предназначенных для её использования в загробном мире. Почести, оказанные Годжоном на её похоронах, были признанием её дипломатических и героических усилий в защиту Кореи от японцев, а также выражением его личной любви к ней. Обнаруженные останки покоятся в её гробнице, расположенной в Намьянджу, провинция Кёнгидо, Южная Корея.

Последствия

Гочжон покинул дворец в 1896 году и 11 февраля укрылся на год в расположенном поблизости вооруженном российском посольстве, где он находился в безопасности вместе с наследным принцем до февраля 1897 года. Тем временем третий этап реформ Габо вызвал огромную непопулярность, в том числе из-за приказа корейским мужчинам отрезать свои традиционные прически. К моменту возвращения Гочжона во дворец временное усиление японских интересов – прояпонский кабинет и реформы Габо, инициированные Японией – после китайско-японской войны и убийства королевы-консорта подошло к концу. Это было обусловлено ростом антияпонских настроений и тем фактом, что король фактически находился под контролем России. В долгосрочной перспективе эти противоречия привели к победе Японии в русско-японской войне. В 1910 году Договор об аннексии Кореи Японией закрепил статус Кореи как японской колонии, который сохранялся с 29 августа 1910 года по 15 августа 1945 года.

Провозглашенные титулы

6 января 1897 года Гочжон изменил посмертное имя королевы-консорта на "Королева Мунсон" (문성왕후, 文成王后) и перенес место её захоронения в Хоннеунг. Должностные лица посоветовали, что это имя слишком похоже на храмовое имя короля Чонджо Мунсон, поэтому 2 марта 1897 года Гочжон изменил имя на "Мёнсон". Это имя не следует путать с королевой Мёнсон из клана Чонпунг Ким, супругой короля Хёнчжона. 13 октября 1897 года Гочжон провозгласил новую эпоху и стал императором Гвангму. В том же месяце титул королевы был также изменен на "Императрица Мёнсон" (hangul=명성태황후), и к её посмертному титулу было добавлено "Тэ" (hangul=태), означающее "Великая".

Мемориалы

В месте, где были обнаружены немногочисленные останки королевы-консорта после кремации, к 1898 году был установлен указатель места. Гочжон возвёл для неё ритуальный дом (саман), который впоследствии был снесён, сохранилась лишь фотография 1912 года. Прахи супругов покоятся вместе в комплексе королевских гробниц Чосон в Хонюнынге (홍유릉), Намьянджу.

Спекуляции по поводу фотографии

В документах отмечается, что королева-консорт присутствовала на официальной фотографии королевской семьи, но ее местонахождение неизвестно. Существует и другая фотография королевской семьи, однако она была сделана после смерти императрицы. На ней изображены Коджон, Сунджон и принцесса Мин, первая жена Сунджона. Син Бён Рён, профессор Университета Конкук, выразил мнение, что отсутствие фотографий королевы-консорта объясняется ее постоянным страхом быть узнанной публикой. Другие полагают, что фотография должна существовать, учитывая ее политическое влияние. Они подозревают, что японское правительство могло уничтожить все подобные свидетельства после ее убийства. Также высказывается предположение, что сами японцы могли сохранить ее фотографию. По состоянию на 2022 год остается под вопросом, сохранилось ли хоть какое-либо ее современное изображение в виде фотографии. На фотографии 2003 года (ниже) и на японской гравюре 1895 года женщины изображены в деревянных головных уборах особого типа. Такие головные уборы были обязательным атрибутом знатных или королевских женщин в конце XIX века, хотя точную конструкцию сложно различить на изображениях. Один из таких головных уборов хранится в Национальном дворцовом музее Кореи в Сеуле.

2003: фотография поверхностей

В 2003 году телеканал KBS News сообщил об обнародовании фотографии, предположительно изображающей королеву-консорта. В августе 2017 года в галерее Музея древнего искусства Дабосеон в центральном Сеуле была выставлена картина женщины, которую представляли как императрицу Мёнсон. На ней изображен белый ханбок, белая конопляная шляпа и кожаная обувь. Она сидит на стуле европейского образца. Ким Чон Чун, директор галереи Дабосеон, заявил, что при исследовании портрета над лицом была обнаружена надпись "Клан Мин", а на обратной стороне – "Портрет госпожи". Впоследствии, на основании инфракрасных исследований, проведенных галереей, ученые и профессор искусствоведения выразили сомнения в том, что на портрете изображена королева-консорт.