Введение

Выселение фермеров в Шотландской низменности

Выселение фермеров в Шотландской низменности стало одним из результатов Шотландской сельскохозяйственной революции, которая изменила традиционную систему сельского хозяйства, существовавшую в Шотландской низменности в XVII веке. Тысячи крестьян-арендаторов и мелких фермеров из южных графств (Низменностей) Шотландии мигрировали с ферм и небольших земельных участков, которые они занимали, в новые промышленные центры Глазго, Эдинбурга и северной Англии, либо за границу, либо оставались на земле, приспосабливаясь к изменениям, вызванным Шотландской сельскохозяйственной революцией.

История

По мере коммерциализации сельскохозяйственных угодий в Шотландии в XVIII веке земля часто сдавалась в аренду посредством аукционов. Это привело к росту арендной платы, что сделало аренду недоступной для многих крестьян. Более того, изменения в агротехнике привели к замене работников по найму или субарендаторов (известных как коттары, коттаджеры или зависимые крестьяне) на наемных сельскохозяйственных рабочих, которые жили либо на основной ферме, либо в арендованном жилье в растущих или вновь основанных деревнях. Это заставило многих современников и современных историков связать сельскохозяйственную революцию с исчезновением коттаров и их образа жизни во многих частях южной Шотландии. Многие небольшие поселения были разрушены, а их жители были вынуждены либо переехать в новые деревни, построенные землевладельцами, такими как Джон Кокберн из Ормистона, для размещения выселенных коттаров на окраинах новых ферм, либо в новые промышленные центры Глазго, Эдинбурга или северной Англии. В других районах, например, на юго-западе, землевладельцы предлагали низкую арендную плату и работу поблизости тем арендаторам, которых считали благонадежными. В период с 1760 по 1830 год десятки тысяч шотландцев из Лоуленда эмигрировали, в основном в пределах Лоуленда, при этом некоторые воспользовались новыми возможностями, предлагаемыми в Канаде, чтобы владеть и обрабатывать свою землю. Большинство предпочли остаться по собственному желанию, некоторые из-за невозможности обеспечить трансатлантический проезд, а другие – из-за обязательств в Шотландии.