Введение
Афроамериканский драматург и писатель (1930–1965)
Лорейн Вивиан Хансберри (19 мая 1930 – 12 января 1965) – американская драматург и писательница. Она стала первой афроамериканкой, чья пьеса была поставлена на Бродвее. Её наиболее известное произведение, пьеса «Изюм в солнце», освещает жизнь афроамериканцев в Чикаго, живущих в условиях расовой сегрегации. Название пьесы было взято из стихотворения Лэнгстона Хьюза «Гарлем»: «Что происходит с отложенной мечтой? Не засыхает ли она, как изюм на солнце?». В возрасте 29 лет она удостоилась премии New York Drama Critics' Circle Award, став первой афроамериканской драматургиней, пятой женщиной и самым молодым драматургом, получившим эту награду. Семья Хансберри боролась с сегрегацией, оспорив ограничительное соглашение в деле Верховного суда США 1940 года «Хансберри против Ли». После переезда в Нью-Йорк Хансберри работала в панафриканской газете Freedom, где сотрудничала с другими афроамериканскими интеллектуалами, такими как Пол Робсон и У. Э. Б. Дюбуа. Значительная часть её работ в этот период была посвящена борьбе африканских народов за освобождение и её влиянию на мир. Хансберри также писала о своей лесбийской ориентации и угнетении геев. Она умерла от рака поджелудочной железы в возрасте 34 лет во время бродвейского показа своей пьесы «Знак в окне Сидни Брустейна» в 1965 году. Хансберри вдохновила Нину Симон на создание песни «To Be Young, Gifted and Black», название которой было взято из автобиографической пьесы Хансберри.
Ранняя жизнь и семья
Лорейн Хансберри была младшей из четырех детей Карла Августа Хансберри, успешного брокера по недвижимости, и Нэнни Луизы (урожденной Перри), учительницы автошколы и члена районного комитета. В 1938 году ее отец купил дом в районе Вашингтон-Парк на южной стороне Чикаго, что вызвало негодование некоторых их белых соседей. Эти ограничения в конечном итоге были признаны неконституционными в деле «Шелли против Крамера». Карл Хансберри также поддерживал Городскую лигу и NAACP в Чикаго. Оба Хансберри были активными участниками Чикагской Республиканской партии. Карл умер в 1946 году, когда Лорейн было пятнадцать лет; «Американский расизм способствовал его смерти», – позже сказала она. Семью Хансберри регулярно посещали известные афроамериканцы, в том числе профессор социологии У. Э. Б. Дюбуа, поэт Лэнгстон Хьюз, певец, актер и политический активист Пол Робсон, музыкант Дюк Эллингтон и олимпийский чемпион Джесси Оуэнс. Брат Карла Хансберри, Уильям Лео Хансберри, основал секцию африканской цивилизации на историческом факультете Университета Говарда. Лорейн учили: «Прежде всего, есть две вещи, которым нельзя изменять: семья и народ».
Carl Hansberry was also a supporter of the Urban League and NAACP in Chicago. Both Hansberrys were active in the Chicago Republican Party. Carl died in 1946 when Lorraine was fifteen years old; "American racism helped kill him," she later said. The Hansberrys were routinely visited by prominent black people, including sociology professor W. E. B. Du Bois, poet Langston Hughes, singer, actor, and political activist Paul Robeson, musician Duke Ellington, and Olympic gold medalist Jesse Owens. Carl Hansberry's brother, William Leo Hansberry, founded the African Civilization section of the History Department at Howard University. Lorraine was taught: "Above all, there were two things which were never to be betrayed: the family and the race."
Образование и участие в политике
Хансберри окончила начальную школу Бетси Росс в 1944 году и среднюю школу Энглвуд в 1948 году. Она училась в Университете Висконсина–Мэдисон, где немедленно включилась в политическую деятельность, вступив в Коммунистическую партию США, и способствовала интеграции общежития. Однокурсник Хансберри Боб Тиг вспоминал ее как "единственную девушку, которую я знал, способную в мгновение ока изготовить свежий плакат для демонстрации своими руками, для любого дела или повода". Она также участвовала в активистской борьбе, такой как борьба против выселений.
Газета "Свобода" и активизм
В 1951 году Хансберри присоединилась к штату чернокожей газеты Freedom, редактируемой Луисом Бернхэмом и издаваемой Полом Робсоном. В Freedom она работала с В. Э. Б. Дюбуа, чей офис находился в том же здании, и с другими чернокожими панафриканистами. Помимо написания новостных статей и редакционных материалов, она работала над исследованием "Истории негритянской прессы в Америке и ее боевой роли в борьбе за свободу народа с 1827 года до основания Freedom". В этом представлении участвовали Пол Робсон, его давний аккомпаниатор Лоуренс Браун, мультидисциплинарный художник Асадата Дафора и многие другие. В следующем году она сотрудничала с уже известным драматургом Элис Чайлдресс, которая также писала для Freedom, над представлением для Фестиваля истории афроамериканцев, в котором приняли участие Гарри Белафонте, Сидни Пуатье, Дуглас Тернер Уорд и Джон О. Килленс. Это ее самая ранняя сохранившаяся театральная работа. Как и Робсон и многие активисты за гражданские права чернокожих, Хансберри понимала, что борьба против превосходства белых тесно связана с программой Коммунистической партии. Одним из ее первых репортажей был отчет о собрании "Стремление к правде и справедливости", созванном в Вашингтоне округ Колумбия Мэри Черч Террелл. Хансберри отправилась в Джорджию, чтобы освещать дело Вилли МакГи, и была вдохновлена написать стихотворение "Песня линчевания" о его деле. Хансберри работала не только над движением за гражданские права в США, но и над глобальной борьбой против колониализма и империализма, часто объясняя эти глобальные проблемы с точки зрения участия женщин. В 1952 году Хансберри посетила мирную конференцию в Монтевидео, Уругвай, вместо Робсона, которому Государственный департамент отказал в разрешении на выезд. Хансберри и Немирофф переехали в Гринвич-Виллидж, место действия ее второй бродвейской пьесы "Знак в окне Сидни Брустейна". Накануне свадьбы в 1953 году Немирофф и Хансберри протестовали против казни Джулиуса и Этель Розенберг в Нью-Йорке. Успех популярной песни "Cindy, Oh Cindy", соавтором которой был Немирофф, позволил Хансберри начать писать полный рабочий день. Многие годы Хансберри жила, скрывая свою лесбийскую ориентацию. В 1957 году, примерно во время расставания с Немироффом, Хансберри связалась с Daughters of Bilitis, организацией по защите прав лесбиянок из Сан-Франциско, и внесла два письма в их журнал The Ladder, оба из которых были опубликованы под ее инициалами, сначала "L. H. N.", а затем "L. N.". Некоторые геи и лесбиянки писатели, ссылаясь на эти письма, считали, что Хансберри участвовала в гомофильном движении или была активисткой за права геев. Однако, по словам Кевина Дж. Мамфорда, помимо чтения гомофильных журналов и переписки с их авторами, "не появилось никаких доказательств", подтверждающих утверждения о непосредственном участии Хансберри в движении за гражданское равенство геев и лесбиянок. Мамфорд отметил, что лесбийская ориентация Хансберри вызывала у нее чувство изоляции, в то время как "Раизин в солнце" вознесла ее к славе; тем не менее, хотя "ее стремление скрыть доказательства своих лесбийских желаний проистекало из других тревог, связанных с респектабельностью и условностями брака, Хансберри была на пути к тому, чтобы открыться". Ближе к концу жизни она заявила о своей "приверженности этой гомосексуальности" и пообещала "создать свою жизнь, а не просто принимать ее", и подписалась на несколько гомофильных журналов. В 1964 году Хансберри и Немирофф развелись, но продолжали работать вместе. После смерти своей бывшей жены Роберт Немирофф передал все личные и профессиональные вещи Хансберри в Нью-Йоркскую публичную библиотеку, заблокировав доступ ко всем материалам, связанным с ее лесбийской ориентацией, что означало, что ученые и биографы не имели доступа к ним более 50 лет. Она также была номинирована на премию "Тони" за лучшую пьесу, среди четырех номинаций пьесы на премию "Тони" в 1960 году. В течение следующих двух лет "Раизин в солнце" была переведена на 35 языков и ставилась по всему миру. В апреле 1959 года, как признак ее внезапной славы всего через месяц после премьеры "Раизин в солнце" на Бродвее, фотограф Дэвид Атти сделал обширную фотосессию Хансберри для журнала Vogue в квартире по адресу 337 Bleecker Street, где она написала "Раизин", в результате чего появилось множество ее самых известных фотографий. В своей удостоенной наград биографии Хансберри "Looking for Lorraine: The Radiant and Radical Life of Lorraine Hansberry", Имани Перри пишет, что в своих "великолепных" изображениях "Атти запечатлел ее интеллектуальную уверенность, броню и замечательную красоту". В 1960 году, во время 26-го национального съезда Delta Sigma Theta в Чикаго, Хансберри была удостоена звания почетного члена. Сценарий "Раизин в солнце", написанный Хансберри, был снят компанией Columbia Pictures и выпущен в 1961 году. В фильме снялись Сидни Пуатье и Руби Ди, а режиссером выступил Даниэль Петри. В 1961 году Хансберри должна была заменить Виннетт Кэрролл в качестве режиссера мюзикла "Kicks and Co" после его пробных показов в McCormick Place в Чикаго. Мюзикл, написанный Оскаром Брауном-младшим, отличался мультирасовым актерским составом, в который вошли Лонни Саттин, Нишель Николс, Ви Веласко, Ал Фриман-младший, Забет Уайлд и Берджесс Мередит в заглавной роли мистера Кикса. Эта сатира, затрагивающая тему межрасовых отношений, была профинансирована ее мужем Робертом Немироффом и обошлась в 400 000 долларов. Несмотря на теплый прием в Чикаго, шоу так и не добралось до Бродвея. В 1963 году Хансберри приняла участие во встрече с генеральным прокурором Робертом Ф. Кеннеди, организованной Джеймсом Болдуином. Хотя многие ее другие произведения были опубликованы при ее жизни — эссе, статьи и текст для книги SNCC "Движение: Документальная история борьбы за равенство", — единственной другой пьесой, получившей современную постановку, была "Знак в окне Сидни Брустейна", которая была закрыта в день ее смерти.
In 1952, Hansberry attended a peace conference in Montevideo, Uruguay, in place of Robeson, who had been denied travel rights by the State Department. Hansberry and Nemiroff moved to Greenwich Village, the setting of her second Broadway play, The Sign in Sidney Brustein's Window. On the night before their wedding in 1953, Nemiroff and Hansberry protested against the execution of Julius and Ethel Rosenberg in New York City. The success of the hit pop song "Cindy, Oh Cindy", co authored by Nemiroff, enabled Hansberry to start writing full time. Hansberry lived for many years as a closeted lesbian. In 1957, around the time she separated from Nemiroff, Hansberry contacted the Daughters of Bilitis, the San Francisco based lesbian rights organization, contributing two letters to their magazine, The Ladder, both of which were published under her initials, first "L. H. N." and then "L. N." Pointing to these letters as evidence, some gay and lesbian writers credited Hansberry as having been involved in the homophile movement or as having been an activist for gay rights. According to Kevin J. Mumford, however, beyond reading homophile magazines and corresponding with their creators, "no evidence has surfaced" to support claims that Hansberry was directly involved in the movement for gay and lesbian civil equality. Mumford stated that Hansberry's lesbianism left her feeling isolated while A Raisin in the Sun catapulted her to fame; still, while "her impulse to cover evidence of her lesbian desires sprang from other anxieties of respectability and conventions of marriage, Hansberry was well on her way to coming out." Near the end of her life, she declared herself "committed [to] this homosexuality thing" and vowed to "create my life—not just accept it". and subscribed to several homophile magazines. In 1964, Hansberry and Nemiroff divorced but continued to work together. Upon his ex wife's death, Robert Nemiroff donated all of Hansberry's personal and professional effects to the New York Public Library. In doing so, he blocked access to all materials related to Hansberry's lesbianism, meaning that no scholars or biographers had access for more than 50 years. She was also nominated for the Tony Award for Best Play, among the four Tony Awards that the play was nominated for in 1960. Over the next two years, Raisin was translated into 35 languages and was being performed all over the world. In April 1959, as a sign of her sudden fame just one month after A Raisin in the Sun premiered on Broadway, photographer David Attie did an extensive photo shoot of Hansberry for Vogue magazine, in the apartment at 337 Bleecker Street where she had written Raisin, which produced many of the best known images of her today. In her award winning Hansberry biography Looking for Lorraine: The Radiant and Radical Life of Lorraine Hansberry, Imani Perry writes that in his "gorgeous" images, "Attie captured her intellectual confidence, armour, and remarkable beauty." In 1960, during Delta Sigma Theta's 26th national convention in Chicago, Hansberry was made an honorary member. Hansberry's screenplay of A Raisin in the Sun was produced by Columbia Pictures and released in 1961. The film starred Sidney Poitier and Ruby Dee, and was directed by Daniel Petrie. In 1961, Hansberry was set to replace Vinnette Carroll as the director of the musical Kicks and Co, after its try out at Chicago's McCormick Place. Written by Oscar Brown, Jr., the show featured an interracial cast including Lonnie Sattin, Nichelle Nichols, Vi Velasco, Al Freeman, Jr., Zabeth Wilde, and Burgess Meredith in the title role of Mr. Kicks. A satire involving miscegenation, the $400,000 production was co produced by her husband Robert Nemiroff. Despite a warm reception in Chicago, the show never made it to Broadway. In 1963, Hansberry participated in a meeting with Attorney General Robert F. Kennedy, set up by James Baldwin. While many of her other writings were published in her lifetime — essays, articles, and the text for the SNCC book The Movement: Documentary of a Struggle for Equality — the only other play given a contemporary production was The Sign in Sidney Brustein's Window. and closed the night she died.
Убеждения
По словам историка Фэнона Че Уилкинса, "Хенсберри считала, что достижение гражданских прав в Соединенных Штатах и обретение независимости в колониальной Африке – это две стороны одной медали, представляющие схожие вызовы для африканцев по обе стороны Атлантики". В ответ на независимость Ганы, возглавляемой Куаме Нкрумой, Хансберри написала: "Обещание будущего Ганы – это обещание для всех людей цветной кожи во всем мире; это обещание свободы". Что касается тактики, Хансберри заявила, что чернокожие "должны использовать все доступные средства борьбы: законные, незаконные, пассивные, активные, насильственные и ненасильственные. Они должны оказывать давление, дискутировать, подавать петиции, финансировать судебные разбирательства, устраивать сидячие забастовки, лежать на путях, бастовать, бойкотировать, петь гимны, молиться на ступенях – и стрелять из окон, когда расисты проезжают через их районы". В ходе дебатов в Ратуше 15 июня 1964 года Хансберри раскритиковала белых либералов, неспособных принять гражданское неповиновение, выразив необходимость "призвать белых либералов перестать быть либералами и стать американскими радикалами". В то же время она сказала: "Некоторые из первых, кто погиб в этой борьбе, были белыми мужчинами". Хансберри была критиком экзистенциализма, который она считала слишком оторванным от экономической и геополитической реальности мира. В связи с этим она написала критический обзор романа Ричарда Райта "Аутсайдер" и затем создала свою последнюю пьесу "Les Blancs" как антитезу абсурдистской пьесе Жана Жене "Les Nègres". Однако Хансберри восхищалась книгой Симоны де Бовуар "Второй пол". В 1959 году Хансберри заметила, что женщины, подвергающиеся "двойному угнетению", могут стать "двойственно воинственными". Она выразила некоторую надежду на союзников-мужчин, написав в неопубликованном эссе: "Если бы по какому-то чуду женщины никогда не высказывали ни одной протеста против своего положения, то все равно среди мужчин нашлись бы те, кто не смог бы спокойно существовать, пока не будет достигнуто их освобождение". Хансберри была потрясена ядерными бомбардировками Хиросимы и Нагасаки, произошедшими, когда она училась в старшей школе. Она выразила желание жить в будущем, где "никто не будет воевать. Мы избавимся от всех маленьких и больших бомб", хотя она также верила в право людей защищать себя силой от своих угнетателей. ФБР начало слежку за Хансберри, когда она готовилась к мирной конференции в Монтевидео. Вашингтонское отделение проверило ее паспортные данные "в попытке получить всю доступную информацию о субъекте, любую компрометирующую информацию, содержащуюся в них, а также фотографию и полное описание", в то время как сотрудники в Милуоки и Чикаго изучали ее биографию. Позже сотрудник ФБР, анализировавший пьесу "Изюм в солнце", отметил ее панафриканские темы как "опасные".
Смерть
Хансберри умерла от рака поджелудочной железы 12 января 1965 года в возрасте 34 лет. Похороны Хансберри состоялись в Гарлеме 15 января 1965 года. Пол Робсон и организатор SNCC Джеймс Форман произнесли надгробные речи. Ведущий священник Юджин Каллендер зачитал послание от Болдуина, а также послание от преподобного Мартина Лютера Кинга-младшего, в котором говорилось: "Ее творческий талант и глубокое понимание острых социальных проблем, стоящих перед миром сегодня, останутся источником вдохновения для будущих поколений". 15 января также было днем рождения доктора Кинга. Она похоронена на кладбище при церкви Асбери Юнайтед Метод Исторической церкви в Кротоне-на-Гудзоне, штат Нью-Йорк.
Посмертные работы
Бывший муж Хансберри, Роберт Немирофф, стал распорядителем нескольких незавершенных рукописей. В следующем году они были опубликованы в виде книги под названием «Быть молодым, одаренным и черным: Лоррейн Хансберри своими словами». Она оставила после себя неоконченный роман и несколько других пьес, включая «Пьета тыквы» и «Какая польза от цветов?», затрагивающих широкий спектр тем – от рабства до постапокалиптического будущего.
Наследие
В 1973 году на Бродвее был поставлен мюзикл «Райзин», основанный на пьесе «Райзина на солнце», с музыкой Джадда Волдина, текстами Роберта Бриттана и либретто Немироффа и Шарлотты Зальцберг. Спектакль шел более двух лет и удостоился двух премий «Тони», включая награду за лучший мюзикл. В 2004 году «Райзина на солнце» была возобновлена на Бродвее в постановке с Шоном «P. Diddy» Комбсом, Филисией Рашад и Одрой Макдональд в главных ролях, режиссером выступил Кенни Леон. Постановка получила премии «Тони» за лучшую женскую роль в пьесе (Рашад) и лучшую женскую роль второго плана в пьесе (Макдональд), а также была номинирована на премию за лучшее возрождение пьесы. В 2008 году постановка была адаптирована для телевидения с тем же актерским составом и удостоена двух премий NAACP Image Awards. В 2014 году пьеса была вновь поставлена на Бродвее с Дензелом Вашингтоном в главной роли, режиссером снова был Кенни Леон; она завоевала три премии «Тони» за лучшее возрождение пьесы, лучшую женскую роль второго плана в пьесе (Софи Оконедо) и лучшую режиссуру пьесы. В 1969 году Нина Симон впервые представила песню о Хансберри под названием «To Be Young, Gifted and Black». Название песни отсылает к названию автобиографии Хансберри, которое она впервые использовала, выступая перед победителями литературной конференции 1 мая 1964 года: «Хотя быть просто молодым и одаренным в наше время – это уже захватывающе и чудесно, но быть молодым, одаренным и чернокожим – вдвойне, вдвойне динамично». Сингл вошел в десятку лучших в чартах R&B. Во вступлении к концертной версии Симон рассказывает о том, как тяжело терять близкого друга и талантливого художника. Патриция и Фредерик Маккисак написали детскую биографию Хансберри «Young, Black, and Determined» в 1998 году. В 1999 году Хансберри была посмертно включена в Зал славы ЛГБТ Чикаго. В 2002 году ученый Молефи Кете Асанте включил Хансберри в биографический словарь «100 величайших афроамериканцев». Театр Лоррейн Хансберри в Сан-Франциско, специализирующийся на оригинальных постановках и возобновлениях афроамериканской драматургии, назван в ее честь. Первый женский общежитие Университета Линкольна носит имя Лорейн Хансберри Холл. В Бронксе есть школа под названием Lorraine Hansberry Academy, а также начальная школа в Сент-Олбансе, Квинс, Нью-Йорк, названная в честь Хансберри. К восьмидесятилетию со дня рождения Хансберри Аджоа Андо представила программу BBC Radio 4 под названием «Young, Gifted and Black», посвященную ее жизни. Проект Хансберри в Сиэтле, штат Вашингтон, основанный в 2004 году и официально запущенный в 2006 году, был создан как афроамериканская театральная лаборатория под руководством афроамериканских художников и призван обеспечить сообществу постоянный доступ к афроамериканскому художественному голосу. A Contemporary Theatre (ACT) стал их первым инкубатором, а в 2012 году они стали независимой организацией. Проект Хансберри основан на убеждении, что чернокожие художники должны быть в центре художественного процесса, что сообщество заслуживает совершенства в искусстве и что основная функция театра – объединять людей. Их цель – создать пространство, где все сообщество может обогатиться голосами профессиональных чернокожих художников, отражающих самостоятельные заботы, исследования, мечты и художественное выражение. В 2010 году Хансберри была включена в Чикагский Зал славы литературы. В 2013 году Хансберри была удостоена чести в Legacy Walk – открытой публичной экспозиции, посвященной истории и людям ЛГБТ. Это сделало ее первым уроженцем Чикаго, удостоенным этой чести вдоль коридора Северного Халстеда. Также в 2013 году Хансберри была включена в Зал славы американского театра. Начальная школа Лорейн Хансберри располагалась в Девятом районе Нового Орлеана. Сильно пострадавшая от урагана «Катрина» в 2005 году, она с тех пор была закрыта. В 2017 году Хансберри была включена в Национальный Зал славы женщин. В январе 2018 года сериал PBS «American Masters» выпустил новый документальный фильм «Lorraine Hansberry: Sighted Eyes/Feeling Heart» режиссера Трейси Хизер Стрейн. 18 сентября 2018 года издательство Beacon Press опубликовало биографию «Looking for Lorraine: The Radiant and Radical Life of Lorraine Hansberry», написанную ученым Имани Перри. 9 июня 2022 года Фонд премии Lilly Awards представил статую Хансберри на Таймс-сквер. Статуя будет отправлена в тур по крупным городам США.