Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.
Содержание
Введение
Правительственный чиновник, обязанный постоянно проживать в другой стране.
Government official required to take up permanent residence in another country
Резидент-министр, или просто резидент, – это правительственный чиновник, обязанный постоянно проживать в другой стране. Являясь представителем своего правительства, он официально выполняет дипломатические функции, которые часто рассматриваются как форма непрямого управления. Резидент обычно возглавляет административную область, называемую резиденцией. Термин "резидент" также может относиться к агенту-резиденту, руководителю базы разведывательной деятельности.
A resident minister, or resident for short, is a government official required to take up permanent residence in another country. A representative of his government, he officially has diplomatic functions which are often seen as a form of indirect rule. A resident usually heads an administrative area called a residency. "Resident" may also refer to resident spy, the chief of an espionage operations base.
Министры-резиденты
Этот полный ранг обычно использовался в качестве дипломатического чина для главы миссии, стоящего непосредственно ниже посланника, что обычно отражало относительно низкий статус государств отправления и/или пребывания, либо сложные отношения между ними. В некоторых случаях роль резидента могла стать чрезвычайно важной, как, например, когда в 1806 году король Бурбонов Фердинанд IV бежал из своего Королевства Неаполитанского, и лорд Уильям Бентинк, британский резидент, разработал (в 1812 году) новую и относительно либеральную конституцию. Резидентов также могли направлять в государства, испытывавшие значительное иностранное влияние. Например, британцы направили резидентов к мамелюкским беям, правившим Багдадской провинцией как автономным государством (1704–1831) на севере современной Ирака, пока османские султаны не восстановили над ней (в 1831 году) контроль и власть вали (губернатора). После Венского конгресса, восстановившего Великое герцогство Тосканское в 1815 году, британцы направили резидента во Флоренцию для ведения своих дел. С развитием международных отношений стало принято присваивать высший дипломатический ранг – посла – главе всех постоянных миссий в любой стране, за исключением случаев временного ухудшения отношений или когда представительство было лишь временной мерой.
This full style occurred commonly as a diplomatic rank for the head of a mission ranking just below envoy, usually reflecting the relatively low status of the states of origin and/or residency or else difficult relations. On occasion, the resident minister's role could become extremely important, as when in 1806 the Bourbon king Ferdinand IV fled his Kingdom of Naples, and Lord William Bentinck, the British Resident, authored (1812) a new and relatively liberal constitution. Residents could also be posted to nations that had significant foreign influence. For instance, the British sent residents to the Mameluk Beys who ruled Baghdad province as an autonomous state (17041831) in the north of present day Iraq, until the Ottoman sultans reasserted control over it (1831) and its Wali (governor). After the Congress of Vienna restored the Grand Duchy of Tuscany in 1815, the British posted a resident to Florence to handle their affairs there. As international relations developed, it became customary to give the highest title of diplomatic rank – ambassador – to the head of all permanent missions in any country, except as a temporary expression of down graded relations or where representation was merely an interim arrangement.
Псевдоколониальные резиденты
Некоторые официальные представители европейских колониальных держав, хотя и являлись теоретически дипломатами, на практике осуществляли определенную степень непрямого контроля. Некоторые из этих представителей были бывшими военными офицерами, а не профессиональными дипломатами, и проживали в небольших самоуправляемых протекторатах и зависимых государствах, выполняя функции политических советников при правителе. Доверенный резидент мог даже стать фактическим премьер-министром местного правителя. В других случаях они действовали как посланники правительства страны пребывания, но на более низком уровне, поскольку эти территории являлись протекторатами или зависимыми от западных держав. Вместо представления интересов одного правителя, резидента могли направлять в несколько местных государств или в группу государств, определенных европейской державой в своих интересах. Это могло приводить к созданию искусственных географических единиц, как, например, резиденция X в некоторых частях Британской Индии. Подобные должности могли иметь и другие названия, такие как политический агент и резидент-комиссар. В некоторых случаях влияние европейской державы на традиционные местные институты было настолько велико, что представители местных княжеских домов становились резидентами, либо в других государствах, либо даже в своем собственном, при условии, что их шансы на воцарение были невелики. Фактическая роль резидента существенно различалась в зависимости от характера отношений между сторонами и даже от личностей резидента и правителя. Одни резиденты были не более чем наблюдателями и дипломатами, другие воспринимались как нежелательные чужаки и встречали враждебное отношение, а третьим удавалось завоевать доверие правителя и оказывать значительное влияние. Во французских протекторатах, таких как Марокко и Тунис, резидент или генерал-резидент являлся фактическим правителем территории. В 1887 году, когда его страну захватывали буры и золотоискатели разных национальностей, верховный вождь Свази Умбандин обратился к британцам с просьбой прислать резидента, считая это желательной и эффективной формой защиты. В его просьбе было отказано.
Some official representatives of European colonial powers, while in theory diplomats, in practice exercised a degree of indirect control. Some such residents were former military officers, rather than career diplomats, who resided in smaller self governing protectorates and tributary states and acted as political advisors to the ruler. A trusted resident could even become the de facto prime minister to a native ruler. In other respects, they acted as an ambassador of the government of the country they were posted to, but at a lower level, since they were protectorates or tributaries of Western nations. Instead of being a representative to a single ruler, a resident could be posted to more than one native state, or to a grouping of states which the European power decided for its convenience. This could create an artificial geographical unit, as in Residency X in some parts of the Indian Empire. Similar positions could carry alternative titles, such as political agent and resident commissioner. In some cases, the intertwining of the European power with the traditional native establishment went so far that members of the native princely houses became residents, either in other states or even within their state, provided that they were unlikely ever to succeed as rulers of the state. A resident's real role varied enormously, depending upon the underlying relationship between the two parties and even upon the personalities of the Resident and the ruler. Some residents were little more than observers and diplomats, others were seen as unwanted interlopers and were treated with hostility, while some won enough trust from the ruler that they were able to exercise great influence. In French protectorates, such as those of Morocco and Tunisia, the resident or resident general was the effective ruler of the territory. In 1887, when both Boers and gold prospectors of all nationalities were overrunning his country, the Swazi paramount chief Umbandine asked for a British resident, seeing this as a desirable and effective form of protection. His request was refused.
Центральная Австралия
1 марта 1927 года – 12 июня 1931 года, в период разделения Северной территории, в Центральной Австралии последовательно занимали должность два человека.
1 March 1927 – 12 June 1931, while the Northern Territory was split, there were two consecutive incumbents for Central Australia.