Третья битва за Газу 1917 года

Введение

Битва между британскими и османскими войсками в 1917 году

Третья битва за Газу произошла в ночь с 1 на 2 ноября 1917 года между британскими и османскими войсками во время Синайской и Палестинской кампании Первой мировой войны и последовала за победой британских египетских экспедиционных сил (EEF) в битве при Беэр-Шеве, которая положила конец тупиковой ситуации в Южной Палестине. Бои развернулись в начале Южно-Палестинского наступления, и вместе с атаками на Харейру и Шарию 6–7 ноября и продолжавшейся битвой при Тель-эль-Хувейльфе, начатой генералом Эдмундом Алленби 1 ноября, они окончательно прорвали линию Газа — Беэр-Шева, обороняемую группой армий «Йылдырым». Несмотря на то, что османская армия удерживала эту линию с марта 1917 года, она была вынуждена эвакуировать Газу и Тель-эль-Хувейльфе в ночь с 6 на 7 ноября. Только Шария продержалась большую часть 7 ноября, прежде чем и она была захвачена. После поражений британцев в Первом и Втором сражениях за Газу в марте и апреле 1917 года генерал-лейтенант Филипп Четвуд, командующий Восточным фронтом EEF, и силы Османской империи под командованием Кресса фон Крессенштейна заняли оборонительную позицию, и в Южной Палестине установился тупик. Укрепленные оборонительные рубежи, примерно соответствующие линиям, удерживаемым в конце Второй битвы, были усилены, и обе стороны регулярно проводили разведывательные рейды конницы на открытом восточном фланге. В конце июня Алленби сменил генерала Арчибальда Мюррея на посту командующего EEF и быстро провел реорганизацию. Примерно в то же время была реструктурирована и Четвертая османская армия. Пока тупик сохранялся в тяжелейших условиях в течение всего лета, начали прибывать подкрепления для замены значительных потерь, понесенных EEF в предыдущих боях за Газу, а также несколько дополнительных дивизий. Османские защитники также были усилены в этот период, и обе стороны проводили учения, удерживая передовые позиции и контролируя открытый восточный фланг. К середине октября, когда битва при Пашендейле продолжалась на Западном фронте, прибыли последние британские подкрепления, и подготовка Алленби к началу маневренной кампании была завершена. К Второй битве за Газу город был превращен в мощный современный форт с укреплениями, колючей проволокой и эскарпом на южной и юго-восточной окраинах. Серия полевых укреплений, поддерживаемых артиллерией, пулеметами и винтовками, простиралась от Газы на восток до 6 км от Беэр-Шевы. Начиная с 27 октября, EEF начала интенсивную и почти непрерывную бомбардировку Газы. В течение этого времени XXI корпус EEF, удерживавший участок Газы, оставался в основном пассивным до ночи с 1 на 2 ноября, когда была предпринята серия решительных ночных атак на оборону Газы. Однако эти атаки были лишь частично успешными из-за силы гарнизона. Бомбардировка Газы усилилась 6 ноября, и в ночь с 6 на 7 ноября были предприняты успешные атаки на несколько участков траншей. Утром 7 ноября было обнаружено, что Газа была эвакуирована в течение ночи. Линия Газа — Беэр-Шева рухнула, и Седьмая и Восьмая османские армии были вынуждены отступить. После нескольких сражений в ходе преследования EEF захватила Иерусалим 9 декабря 1917 года.

The Third Battle of Gaza was fought on the night of 1–2 November 1917 between British and Ottoman forces during the Sinai and Palestine Campaign of World War I and came after the British Egyptian Expeditionary Force (EEF) victory at the Battle of Beersheba had ended the Stalemate in Southern Palestine. The fighting occurred at the beginning of the Southern Palestine Offensive, and, together with attacks on Hareira and Sheria on 6–7 November and the continuing Battle of Tel el Khuweilfe, which had been launched by General Edmund Allenby on 1 November, it eventually broke the Gaza to Beersheba line defended by the Yildirim Army Group. Despite having held this line since March 1917, the Ottoman Army was forced to evacuate Gaza and Tel el Khuweilfe during the night of 6–7 November. Only Sheria held out for most of 7 November before it too was captured. Following British defeats at the First and Second battles of Gaza in March and April 1917, Lieutenant General Philip Chetwode commanding the EEF's Eastern Force and Kress von Kressenstein's Ottoman Empire force had each adopted a defensive posture and a stalemate had developed in Southern Palestine. Entrenched defences approximately on the lines held at the end of the second battle were strengthened, and both sides undertook regular mounted reconnaissances into the open eastern flank. In late June, Allenby replaced General Archibald Murray as commander of the EEF, which he quickly reorganised. At about the same time, the Ottoman Fourth Army was also restructured. As the stalemate continued in terrible conditions through the summer, reinforcements began to arrive to replace the large number of casualties suffered by the EEF during the previous fighting for Gaza, while several additional divisions also arrived. The Ottoman defenders were also reinforced at this time, and both sides carried out training while manning the front lines and monitoring the open eastern flank. By mid October, as the Battle of Passchendaele continued on the Western Front, the last of the British reinforcements arrived as Allenby's preparations to commence a campaign of manoeuvre neared completion. Prior to the Second Battle of Gaza, the town had been developed into a strong modern fortress, with entrenchments, wire entanglements and a glacis on its south and south–eastern edges. A series of field works, mutually supported by artillery, machine guns and rifles, extended from Gaza eastwards to within 4 mile (6 km) of Beersheba. Beginning on 27 October, the EEF began a heavy and almost continuous bombardment of Gaza. During this time, the EEF's XXI Corps, holding the Gaza section of the line, had been mostly passive until the night of 1/2 November, when a series of determined night time assaults were mounted against the Gaza defences. Yet these attacks were only partially successful due to the strength of the garrison. The bombardment of Gaza intensified on 6 November and during the night of 6/7 November successful attacks were launched on several trench systems. On the morning of 7 November, Gaza was found to have been evacuated during the night. The Gaza to Beersheba line subsequently collapsed and the Ottoman Seventh and Eighth Armies were forced into retreat. Following several battles during the pursuit, the EEF captured Jerusalem on 9 December 1917.

Предыстория

Газа была "крепкой современной крепостью, хорошо укрепленной и оснащенной колючей проволокой, с хорошим обзором и глиссадом на ее южной и юго-восточной сторонах". Эти оборонительные сооружения, оказавшиеся слишком сильными для дневной атаки, были продлены на восток серией "полевых укреплений" на расстояние до 6 км от Беэр-Шевы. Эти укрепления располагались на некотором расстоянии друг от друга, и каждый пункт взаимно поддерживался огнем артиллерии, пулеметов и винтовок. Когда войска Египетского экспедиционного корпуса (EEF) начали сосредотачиваться в преддверии наступления, они оставили свои лагеря нетронутыми, чтобы ввести в заблуждение немецкую и османскую воздушную разведку. EEF полагал, что противник считает, что в районе Газы все еще находятся шесть пехотных дивизий и одна – в восточном секторе в направлении Беэр-Шевы. Однако, по словам Фоллса, "[с]уществуют свидетельства того, что [Группа армий Йылдырым] была достаточно точно проинформирована о расположении британских войск". К 28 октября они знали, что лагеря в Хан-Юнисе и Рафе пусты, и точно определили местоположение трех пехотных дивизий к востоку от Вади Гуззе, а четвертой, 10-й (ирландской) дивизии – приближающейся к вади. Они переоценили количество кавалерии в Аслудже и Халасе. Беэршевский гарнизон отступил либо к османской обороне в районе Тель-эс-Шерия, либо на север, к Тель-эль-Хувейльфе, чтобы защитить дорогу в Хеброн. Там значительные силы, включая все имеющиеся резервные части, были развернуты в районе Кувейльфе, чтобы остановить угрожавшее продвижение по дороге в Хеброн к Иерусалиму, расположенному примерно в 80 км к северу. По словам Паульса, "турецкая линия была отброшена на левом фланге, но не прорвана". Остальная часть османской линии, протянувшаяся на запад к побережью Средиземного моря, продолжала оставаться сильно укрепленной, особенно в Харейре, Шариа и Газе, но потеря Беэр-Шевы позволила конным частям EEF выйти на дорогу из Беэр-Шевы в Хеброн и Иерусалим, и три батальона Восьмой армии были отправлены немецким генералом Фридрихом Фрайхерром Крессом фон Крессенштейном для подкрепления османских войск, сражавшихся в Хувейльфе, с целью защиты дороги. Они создали новую оборонительную линию к северу от Беэр-Шевы, и 19-я дивизия была переброшена из XXII корпуса, оборонявшего Газу, для усиления новой линии в Эбухофе. Однако целью наступления EEF к северу от Беэр-Шевы было разделить османские войска, снабжаемые дорогами и железными дорогами из Рамле на прибрежной равнине, от тех, которые снабжались автомобильной дорогой из Иерусалима к северу от Беэр-Шевы.

Gaza was "a strong modern fortress, well entrenched and wired, with good observation and a glacis on its southern and south–eastern face." These defences which were too strong for a daytime attack were extended eastwards by a series of "field works" to 4 mile (6 km) from Beersheba. These fortifications were between apart, each mutually supported by fire from artillery, machine guns and rifles. As the troops of the Egyptian Expeditionary Force (EEF) began to concentrate in preparation for their attacks, they left their camps standing to deceive German and Ottoman aerial reconnaissances. The EEF assumed their opponents thought there were still six infantry divisions in the Gaza area and one in the eastern sector towards Beersheba. However, according to Falls, "[t]here is evidence that the [Yildirim Army Group] were fairly accurately informed of the British dispositions." On 28 October, they knew the camps at Khan Yunis and Rafa were empty and accurately placed three infantry divisions east of the Wadi Ghuzzee with a fourth, the 10th (Irish) Division approaching the wadi. They estimated more cavalry at Asluj and Khalasa than was actually there. The Beersheba garrison withdrew either to the Ottoman defences around Tel es Sheria or northwards to Tel el Khuweilfe to defend the Hebron road. Here a considerable force, including all available reserve units, was deployed in the Kuweilfeh area to stop a threatened advance up the Hebron road to Jerusalem about 50 mile (80 km) to the north. According to Powles, " the Turkish line had been thrown back on its left, but not broken." The remainder of the Ottoman line stretching westward to the Mediterranean coast continued to be strongly defended, particularly at Hareira, Sharia and Gaza, but the loss of Beersheba had placed EEF mounted units across the Beersheba to Hebron and Jerusalem road, and three Eighth Army infantry battalions were sent by the German General Friedrich Freiherr Kress von Kressenstein to reinforce the Ottoman troops fighting at Khuweilfe to protect the road. They established a new defensive line north of Beersheba, and the 19th Division was sent from the XXII Corps defending Gaza to reinforce the new line at Ebuhof. However, the objective of the EEF advance north of Beersheba was to separate the Ottoman forces supplied by the roads and railways from Ramleh on the maritime plain from those supplied by the motor road from Jerusalem north of Beersheba.

Прелюдия

EEF контролировала прибрежные морские пути, а Служба разведки распространяла слухи о возможной морской высадке в тылу Газы. Были замечены корабли, выполнявшие промеры у побережья, и флот небольших лодок был обнаружен в районе Дейр-эль-Белах. В конце дня 1 ноября была организована имитация посадки членов Египетского трудового корпуса на моторные лодки, траулеры и буксиры в Дейр-эль-Белах, создавая видимость продолжения операции в ночное время. На следующее утро два траулера появились у устья Вади-эль-Хеси к северу от Газы. Тем временем, подготовка к основным атакам на линию Газы в районах Харейра и Шариа началась 1 ноября, когда 53-я (Уэльская) дивизия, с Имперской верблюжьей бригадой справа, продвинулась на север, чтобы занять позицию в 5 километрах (3 милях) к западу без сопротивления. Это позволило пехоте обеспечить прикрытие правого фланга планируемого наступления XX корпуса на Харейру и Шариа.

Шерифские силы

В июле Алленби надеялся, что Т. Э. Лоуренс и арабские силы под руководством шерифа смогут поддержать сентябрьскую атаку ЭЭФ, учитывая, что сбор урожая завершится к этому времени, а после конца сентября они обычно перемещаются на пастбища для верблюдов в сирийской пустыне. Он писал: "Они, разумеется, не смогут и не будут делать много, пока я не начну наступление; и не будет особого смысла в том, чтобы они уничтожали турецкие коммуникации, если я не смогу немедленно воспользоваться этим разрушением. Если я вовлеку их в бой и не добьюсь продвижения сам, это также подвергнет их ответным мерам, которые для некоторых племен, таких как друзы к югу от Дамаска, могут означать полное уничтожение". ЭЭФ поощрял бедуинов к переходу на сторону союзников: арабское восстание успешно развивается, и турецкому командованию будет сложно защитить свои коммуникации от их набегов. Приложенная фотография шерифа Мекки и его прокламация – один из способов убедить арабов покинуть турецкую армию. Мы сбрасываем эти документы и пачки сигарет над турецкими позициями с самолетов. Прокламация представляет собой обращение шерифа к арабам с призывом покинуть турок и присоединиться к войне против них за свободу и независимость Аравии. В результате нашей пропаганды многие переходят на нашу сторону. Письмо Алленби жене, 3 октября 1917 года.

Битва

Четыре пехотные бригады ЕЕФ, насчитывающие по 10 000 винтовок каждая, атаковали четыре османских полка по 4 500 винтовок, которые были усилены двумя дивизиями до численности свыше 8 000 человек. Обе стороны понесли тяжелые потери. Эти атаки были направлены на то, чтобы удержать гарнизон Газы, состоящий из 8 000 стрелков и 116 орудий, после захвата Беэр-Шевы и в ходе подготовки к основным атакам ЕЕФ на Харейру и Шарию.

Предварительные набеги на холм форпоста

26 октября подразделения 75-й дивизии совершили набег на форпост Хилл. Затем, всего через несколько часов после захвата Беэр-Шевы, 1 ноября, был проведен второй налет силами пяти офицеров и 220 стрелков 3-го батальона 3-й стрелковой дивизии Гуркха (233-я бригада 75-й дивизии) против форпоста Хилл. В 03:00, под прикрытием интенсивной артиллерийской подготовки, они вошли в османские укрепления на холме, где погибли два гуркхи и двадцать три получили ранения. В ходе боя они уничтожили двадцать восемь османских солдат и захватили шестнадцать пленных, после чего вернулись в свои ряды. Дивизии было приказано предпринять еще одну атаку следующей ночью (1/2 ноября) в направлении редута Атавине, расположенного на дороге между Газой и Беэр-Шевой.

Бомбардировки

27 октября артиллерия XXI корпуса начала обстрел Газы, который постепенно усиливался при поддержке орудий британского и французского флотов с 29 октября. В их число входили орудия на HMS Raglan, мониторы M15, M29, M31 и M32, крейсер Grafton и эсминцы Staunch и Comet. Французские корабли включали Requin, Arbalète, Voltigeur, Coutelas, Fauconneau и Hache. Также были два речных канонерских катера Ladybird и Aphis и три гидросамолета-бомбардировщика. Эта флотилия находилась в боевых действиях, хотя и не в полном составе, чтобы обеспечить возможность возвращения в Порт-Саид для дозаправки, до начала атаки на Газу. Флотилию атаковали вражеские самолеты, а снаряд с османской береговой батареи попал на камбуз Requin, вызвав 38 раненых. Сухопутная артиллерия XXI корпуса Булфина состояла из 68 средних и тяжелых орудий и гаубиц, которые были направлены на османские батареи во время сражения. Кроме того, два 6-дюймовых орудия неожиданно атаковали османский железнодорожный узел в Бейт-Хануне с расстояния 9 миль (14 км), поддерживая наблюдение с аэростатов. В период с 27 октября по атаку на Газу тяжелая артиллерия произвела 15 000 выстрелов; по триста снарядов было выделено на уничтожение каждой обнаруженной османской батареи. Противобатарейные обстрелы между 29 и 31 октября также использовали газовые снаряды, которые, по всей видимости, оказали незначительное или вообще никакого эффекта. Вместе с тремя дивизионными артиллериями корпуса, орудия обеспечили самую мощную артиллерийскую подготовку Первой мировой войны за пределами европейских театров военных действий. Шестой день обстрела с береговых и морских орудий создал "еще более плотную концентрацию огня на небольшой площади, чем в первый день битвы на Сомме".

Ночные нападения 1 ноября

Атаки XXI корпуса были сосредоточены на участке песчаных дюн, простирающихся от холма «Омбрелла», расположенного примерно к юго-западу от Газы, до Средиземного моря. Они были запланированы на ночь, поскольку мощь османских пулеметов в оборонительных позициях делала дневные атаки невозможными. 1 и 2 ноября османские 7-я и 53-я дивизии продолжали удерживать большую часть своей линии фронта, осуществляя локально успешные контратаки. Численность защищающего гарнизона «предположительно составляла около 350 человек». Однако в 10:50 османские солдаты в Фишеровском саду заметили продвижение в нейтральную полосу, подняли тревогу и открыли огонь из пулеметов и винтовок из османских траншей на холме «Омбрелла». В 23:00 началась интенсивная бомбардировка силами EEF, позволившая проложить ленту, вдоль которой атакующие войска построились для начала атаки десять минут спустя. Эта атака была направлена на прорыв линии оборонительных укреплений, состоящей из трех групп траншейных комплексов и редутов: Эль-Ариш, Рафа и Крикет. Они были соединены «серией траншейных линий в несколько рядов, поддерживаемых другими траншеями и опорными пунктами», протянувшихся на 3 км вдоль береговой обороны к западу от холма «Омбрелла». Атаку на редут Эль-Ариш должны были поддержать два из шести доступных танков из восьми танков Палестинского танкового отряда. Нападение 1/4-го батальона Королевских шотландцев (156-я бригада) на редут Эль-Ариш осуществлялось волнами через османские траншеи, в ходе которого сдетонировало шесть османских мин, вызвав потери у сил EEF. Османская артиллерия, активизировавшаяся в результате первой атаки, прекратила огонь незадолго до начала второй атаки в 06:00, сопровождавшейся интенсивной десятиминутной бомбардировкой. В 06:30 сильная османская контратака оттеснила передовую роту Королевских шотландцев, нанеся ей ряд потерь. Взвод из другой роты помог сплотить остатки передовой роты, которая была усилена 1/4-м батальоном Королевских шотландцев и 1/8-м батальоном Шотландских стрелков, после чего позиция была удержана. Два танка прошли через редут Эль-Ариш, но вскоре после этого один был заброшен, а другой подбит. Третий танк двигался вдоль линии фронта, разматывая проволочные заграждения от Морского поста на побережье до Пляжного поста. На правом фланге наступления 163-й бригады 1/5-й батальон Суффолкского полка продвигался к османским траншеям, следуя за ползучей артиллерийской завесой, чтобы атаковать и захватить западные траншеи Эль-Ариша в рукопашном бою, в ходе которого 1/5-й батальон Суффолкского полка понес незначительные потери. Хотя они захватили третью линию, часть захваченной территории пришлось оставить, поскольку она подвергалась вражескому огню, поэтому они укрепили свои позиции вдоль второй линии. Половина 1/8-го батальона Гэмпширского полка атаковала траншею Бурдж, а другая половина – траншею Треугольник, хотя это не было их задачей. Это вызвало некоторую путаницу, и 1/4-й и 1/5-й батальоны Норфолкского полка потеряли ориентировку в пыли и дыму облачной, туманной ночи. В результате лишь небольшое количество бойцов достигли Гибралтара и Крестообразного утеса, откуда они были вынуждены быстро отступить. Редут Крикет был захвачен при поддержке танка с Пляжного поста, хотя в ходе операции танк был временно выведен из строя. После ремонта танк перевозил инженерные материалы к Шейху Хасану, когда был снова подбит и выведен из строя. Два резервных танка были направлены вперед с инженерными материалами, включая мешки с песком, которые были подожжены вражеским огнем. Утром 2-го Бульфин предпринял атаку силами 54-й и части 52-й дивизии к юго-западу от Газы. Ему удалось достичь всех поставленных целей, за исключением нескольких метров траншей здесь и там. Флот оказал нам большую помощь, успешно обстреливая оборонительные сооружения Газы, железнодорожный мост и узел в Дейр-Синейде. Это стало результатом тщательной предварительной подготовки и тесного взаимодействия между наземными и морскими силами. Письмо Аленби к Робертсону, 3 ноября 1917 года.

The XXI Corps attacks were focused on a stretch of sandhills stretching from Umbrella Hill about south west of Gaza to the Mediterranean Sea. They were timed for the night because the strength of the Ottoman machine guns in defensive positions made day time attacks impossible. On 1 and 2 November, the Ottoman 7th and 53rd Divisions continued to defend most of their front line, carrying out locally successful counterattacks. The defending garrison was "assumed to be about 350 strong". However, at 10:50 a preliminary move into No Man's Land was observed by Ottoman soldiers in Fisher's Orchard, who gave the alarm and began firing machine guns and rifles from the Ottoman trenches on Umbrella Hill. At 23:00, an intense EEF bombardment began enabling a tape to be laid, along which the attacking troops formed up to launch their attack ten minutes later. This attack was aimed at breaking the line of defensive fortifications consisting of three groups of trench complexes and redoubts. These were the El Arish, Rafa, and Cricket redoubts, which were connected by a "series of trench lines several layers thick, and backed by other trenches and strong points" stretching 2 mile (3 km) along the seaward defences to the west of Umbrella Hill. The attack on El Arish redoubt was to be supported by two of the six available tanks of the Palestine Tank Detachment's eight tanks. The 1/4th Battalion, Royal Scots (156th Brigade) assault on El Arish Redoubt was carried out in waves through the Ottoman trenches, during which six Ottoman mines exploded, causing EEF casualties. The Ottoman artillery, which had become active as a result of the first attack, had stopped shortly before the second attack began at 06:00 with an intense, ten minute bombardment. At 06:30, a heavy Ottoman counterattack drove back the leading company of Royal Scots, causing a number of casualties. A platoon from another company helped rally the remnants of the leading company, which was reinforced by the 1/4th Battalion Royal Scots and 1/8th Battalion Scottish Rifles when the position was consolidated. Two tanks passed through El Arish Redoubt, but shortly afterwards one was abandoned and the other hit, while a third tank moved along the front line rolling out wire from Sea Post on the coast to Beach Post. On the right of the 163rd Brigade's advance, the 1/5th Battalion, The Suffolk Regiment moved towards the Ottoman trenches following a creeping barrage to attack and over–run the western El Arish trenches during hand–to–hand fighting when the 1/5th Battalion, The Suffolk Regiment suffered light casualties. Although they had captured the third line, part of this captured territory had to be abandoned because it was exposed to hostile fire, so they consolidated their position along the second line. Half of the 1/8th Battalion, Hampshire Regiment attacked Burj Trench while the other half attacked Triangle Trench, although it was not their objective. This caused some confusion, and the 1/4th and 1/5th Battalions, The Norfolk Regiment lost direction in the dust and smoke of the cloudy, hazy night. As a result, only small numbers reached Gibraltar and Crested Rock, from where they were quickly forced to withdraw. Cricket Redoubt was captured with the help of the tank from Beach Post; although the tank was temporarily disabled in the process. After being repaired, the tank was transporting some engineers' stores to Sheikh Hasan when it was hit and disabled again. Two reserve tanks were ordered forward carrying engineers' storesincluding sandbags which were set on fire by hostile fire. On the morning of the 2nd, Bulfin put in an attack, by the 54th and part of the 52nd Division, on the S. W. of Gaza. He got all his objectives, with the exception of a few yards of trench here and there The navy have given us great help. They are making splendid practice on the Gaza defences, and the railway bridge and junction at Deir Sineid. This is the result of careful preliminary work and close collaboration between land and sea.|Allenby letter to Robertson 3 November 1917

Четвертая фаза: 2 ноября

Справа от них 1/10-й батальон Лондонского полка (161-я бригада) завершил захват и укрепление редута Рафа, который 1/6-й батальон Эссекского полка смог захватить лишь частично. Без поддержки танков, выведенных из строя, этот батальон потерял связь с артиллерийским огнем и понес большие потери. Тем не менее, они захватили Гун-Хилл и к 06:00 2 ноября готовились к атаке на шейха Хасана, который был взят через пятнадцать минут вместе с 182 пленными. Планировавшийся повторный штурм Львиной траншеи был отложен, когда 1/4-й батальон Нортгемптонширского полка вместо этого атаковал траншею Юнис. Хотя они и захватили траншею, их отбросила контратака. На протяжении остальной части дня османские тяжелые батареи обстреливали шейха Хасана, после чего ночью батареи были передислоцированы к северо-востоку от Газы. В ночь с 2 на 3 ноября османские войска укрепили свою оборону на холме Черепахи, обороняясь против шейха Хасана. Хотя не все цели были достигнуты, операции вынудили два полка резерва османской 7-й дивизии отойти от Харейры и Шерии, чтобы укрепить османскую оборону между Газой и морем. По словам британского официального историка, «атака на западные оборонительные рубежи Газы выполнила задачу, поставленную главнокомандующим». ЭЭФ также нанесла серьезные потери османским защитникам, похоронив более тысячи из них в захваченных траншеях. ЭЭФ захватило двадцать восемь офицеров, 418 солдат, двадцать девять пулеметов и семь минометов. В ходе боев пехота корпуса продвинулась примерно на 3 километра по фронту и удержала свои позиции, отражая неоднократные османские контратаки, хотя попытка создать брешь для прохода Имперской кавалерийской бригады не увенчалась успехом. Была захвачена передовая линия обороны на юго-западной стороне Газы, и пехота заняла позицию, с которой могла угрожать «Али Мунтару и остальным оборонительным сооружениям перед городом». XXI корпус потерял 350 убитыми, 350 пропавшими без вести и две тысячи ранеными в этих боях. Многие потери были связаны с дезориентацией и скоплением в захваченных траншеях, которые были слишком мелкими.

On their right, the 1/10th Battalion, London Regiment (161st Brigade) finished capturing and consolidating the Rafa redoubt, which had only been partly captured by the 1/6th Battalion, The Essex Regiment. Without the assistance of tanks which had been put out of action, this battalion lost contact with the barrage and suffered heavy losses. Nevertheless, they captured Gun Hill and by 06:00 on 2 November they were preparing to attack Sheikh Hasan, which they captured fifteen minutes later along with 182 prisoners. A planned repeat of the Lion Trench attack was postponed when the 1/4th Battalion, Northamptonshire Regiment attacked Yunis Trench instead. Although they captured the trench they were driven back by a counterattack. Throughout the remainder of the day, Ottoman heavy batteries shelled Sheikh Hasan, before the batteries were withdrawn during the night to the north east of Gaza. During the night of 2/3 November, Ottoman troops strengthened their defences on Turtle Hill, facing Sheikh Hasan. Although all objectives had not been won, the operations had forced two regiments of the Ottoman 7th Division reserve to move away from Hareira and Sheria, forward to strengthen the Ottoman defences between Gaza and the sea. According to the British official historian, "The attack on the western defences of Gaza had fulfilled the Commander in Chief's object." The EEF had also inflicted severe losses on the Ottoman defenders; more than one thousand of whom the EEF buried in the captured trenches. The EEF captured twenty eight officers, 418 soldiers, twenty nine machine guns and seven trench mortars. During the fighting, the corps infantry had advanced about 2 mile (3 km) on a front, and held their gains against repeated Ottoman counterattacks, although the attempt to create a gap for the Imperial Service Cavalry Brigade to ride through was not successful. The front line defensive system on the south–west side of Gaza had been captured and the infantry occupied a position from which they could threaten "Ali Muntar and the rest of the defences in front of the town." The XXI Corps suffered 350 killed, 350 missing and two thousand wounded during this fighting. Many casualties were blamed on loss of direction and crowding in the captured trenches, which were too shallow.

Воздушные налеты

В ночь на 1/2 ноября египетские военно-воздушные силы провели воздушные налеты, в ходе которых на Газу было сброшено двенадцать бомб, а 3 и 4 ноября – воздушные налеты над холмами к северу от Беэр-Шевы.

3-6 ноября

Во время хамсина 3 ноября, когда бомбардировка Газы возобновилась, 1/4-й батальон полка Эссекс (161-я бригада, 54-я дивизия, XXI корпус) атаковал и захватил траншею Юниса в 04:30. Однако они подверглись мощной контратаке и были вынуждены отступить. Следующей ночью несколько сильных османских контратак были предприняты на позиции 75-й дивизии у Шейха Аббаса на восточной стороне Газы, которые были отражены пулеметным и винтовочным огнем. Тем временем, недавно захваченная позиция у Шейха Хасана на правом фланге османов была укреплена. К 5 ноября 1917 года командующий османским XXII корпусом, отвечавший за оборону Газы, полковник Рефет Беле, продолжал поддерживать "целостность Газского укрепрайона", несмотря на то, что в артиллерийских батареях гарнизона Газы оставалось всего около 300 снарядов. Эти батареи также подвергались эффективному контрбатарейному огню тяжелой артиллерии EEF. Накануне Рефета предупредили, что эвакуация может потребоваться из-за потери Беэр-Шевы, поэтому были подготовлены планы по полному отступлению из города в ночь на 6/7 ноября к новой оборонительной линии на Вади-Хеси. До 6 ноября немецкие самолеты редко появлялись над линией Газы, но тем днем два R.E.8 и два B.E.12. из No. 1 эскадрильи AFC, проводившие патрулирование и фотосъемку, были атакованы и серьезно повреждены четырьмя самолетами Albatros. Между тем, интенсивность тяжелой бомбардировки османских позиций в районе XXI корпуса у Газы, возобновленной 3 ноября, возросла с присоединением военно-морской артиллерии 5 и 6 ноября и достигла максимума 6 ноября. В ночь с 6 на 7 ноября XXI корпус должен был начать атаку на форпост-холм и траншейные системы Юниса и Белах.

После успешной атаки на Харейру 6 ноября, поздно вечером были атакованы и траншеи Шариа. Эти атаки были поддержаны возобновленными атаками в районе Тель-эль-Хувейльфе на восточном конце османской линии фронта. В ходе этих атак были захвачены все траншеи Кавуквы и часть системы Рушди, защищавшей редут Харейры, и османские защитники были вынуждены отступить в редут Харейры. Позднее в тот же день была захвачена значительная часть оборонительных сооружений Шариа после обхода Харейры. Только Тель-эш-Шариа преградил путь британскому наступлению, и Алленби приказал продолжить атаки на Тель-эш-Шариа на следующий день и возобновить атаки на Газу. Пока эти атаки происходили 6 ноября, самолеты EEF бомбили Газу, основные османские позиции за обороной Кавуквы вблизи Ум-Амейдат и позиции к западу от Шариа. В течение дня также состоялись три воздушных боя с тремя вражескими самолетами. Мейддель также подвергся бомбардировке самолетами EEF.

Оккупация Газы

Оккупация Газы британскими экспедиционными силами, население которой до войны составляло около 40 000 человек, не встретила серьезного сопротивления, и общее наступление утром 7 ноября показало, что город покинут. Когда 7 ноября стало очевидным отступление османской армии, Королевский лётный корпус, который в основном занимался стратегической разведкой для 40-го (армейского) авиакрыла, артиллерийской разведкой и тактической фотосъемкой для 5-го (корпусного) авиакрыла, начал бомбардировки и обстрелы из пулеметов с воздуха. В течение семи дней они также нанесли множество авиаударов по османской инфраструктуре, включая аэродромы, транспорт, артиллерию и отступающие колонны.

Монтированный прорыв

75-й дивизии (XXI корпус) с прикрепленной Имперской службой кавалерийской бригады было приказано атаковать форпост Хилл на восточном склоне Газы и использовать любой возможный прорыв. Имперская служба кавалерийской бригады, выполнявшая патрульные задачи, базируясь в Тель-эль-Джемми, была готова использовать прорыв в районе Газы, а Австралийские и Анзакские моторизованные дивизии также были готовы к преследованию через брешь в линии обороны у Шерии. В 09:00 Имперская служба кавалерийской бригады прошла через руины Газы и к 13:00 достигла Бейт-Хануна, где столкнулась с частью гарнизона Газы, оборонявшего сильную позицию арьергарда на гребне в 2,4 км (1,5 мили) к юго-востоку от Бейт-Хануна. Гидрабадские и Майсурские лансеры продвинулись через Джебалию, чтобы соединиться с эскадрильями Глазго, Ланкашира и Гертфордшира XXI корпуса кавалерийского полка, удерживающими высоту в Бейт-Лалле в 8 км (5 милях) к северу от Газы, где они угрожали османскому флангу. Пока Корпус кавалерийского полка захватывал Бейт-Лахию, Гидрабадские лансеры в 15:00 продвинулись к Шейх-Мунаму, к западу от Бейт-Хануна, чтобы захватить гребень, но деревня была сильно защищена многочисленными османскими пулеметными расчетами. 12-й легкий конный полк (4-я легкая конная бригада) встретился с Имперской службой кавалерийской бригады в 2 км к востоку от Бейт-Хануна в 14:45. Там они передали приказ Имперской службе кавалерийской бригады атаковать османский арьергард на Вади-эль-Хеси близ Тумры, к северу от Бейт-Хануна. (См. схему, показывающую продвижение Имперской службы кавалерийской бригады и 52-й (Лоулендской) дивизии 7 ноября 1917 года). К 16:55 было доложено, что арьергард все еще удерживает Бейт-Ханун, а османские силы концентрируются в Аль-Маджале (также известном как эль-Меджель и Ашкелон) и Бейт-Дурасе. Лансеры продвинулись с востока к гребню с видом на Бейт-Ханун и, несмотря на значительное сопротивление, захватили позицию. В ходе операции они взяли 23 пленных, несколько артиллерийских орудий и большое количество боеприпасов. Они также захватили городское водокачательное оборудование в целости, но были вынуждены вернуться в Джебалию за водой, так как оборудование работало на газе, производимом из древесного угля, который необходимо было преобразовать перед использованием.

The 75th Division (XXI Corps) with the Imperial Service Cavalry Brigade attached had been ordered to attack Outpost Hill on the eastern side of Gaza, and exploit any potential breakthrough. The Imperial Service Cavalry Brigade, which had been carrying out patrolling duties based at Tel el Jemmi, was ready to exploit a breakthrough at Gaza, and the Anzac and Australian Mounted Divisions were also prepared for a pursuit through a breach in the line at Sheria. At 09:00, the Imperial Service Cavalry Brigade rode through the ruins of Gaza to reach Beit Hanun at 13:00, where they encountered part of the Gaza garrison defending a strong rearguard position on a ridge 1.5 mile (2 km) south east of Beit Hanun. The Hyderabad and Mysore Lancers had advanced through Jebaliya to link with the Glasgow, Lancashire, and Hertfordshire squadrons of the XXI Corps Cavalry Regiment, holding the high ground at Beit Lahl 5 mile (8 km) north of Gaza, where they threatened the Ottoman flank. While the Corps Cavalry Regiment captured Beit Lahia, the Hyderabad Lancers advanced at 15:00 to capture the ridge west of Beit Hanun at Sheikh Munam, but the village was strongly defended by numerous Ottoman machine gun detachments. The 12th Light Horse Regiment (4th Light Horse Brigade) met up with the Imperial Service Cavalry Brigade 1 mile (2 km) east of Beit Hanun at 14:45. Here they delivered orders for the Imperial Service Cavalry Brigade to attack the Ottoman rearguard on the Wadi el Hesi near Tumra to the north of Beit Hanun. (See sketch map showing the advance by the Imperial Service Cavalry Brigade and the 52nd (Lowland) Division on 7 November 1917). By 16:55, the rearguard was reported to still be holding Beit Hanun, with concentrations of Ottoman forces at Al Majdal (also known as el Mejdel and Ashkelon) and Beit Duras. The lancers advanced from the east onto the ridge overlooking Beit Hanun, and despite meeting considerable resistance, captured the position. In the process, they secured twenty three prisoners, some artillery pieces and a large quantity of ammunition. They also captured the town's water pumping machinery intact, but were forced to withdraw back to Jebaliye for water as the equipment ran on gas made from charcoal, which had to be converted before it could be used.

Пехота преследует

В то время как 52-й (низменной) дивизии было приказано XXI корпусом занять позицию от дороги Яффо к северу от Шейха Радвана до моря на северной окраине Газы, 157-я бригада (52-я дивизия) начала пешее преследование, продвигаясь вдоль берега и достигнув Шейха Хасана к 12:15. К 16:00 эти войска были замечены марширующими вдоль побережья в направлении устья Вади Хесите – ближайшей вероятной оборонительной линии к северу от Газы. Хотя перед боем в районе XXI корпуса были созданы склады с продовольствием, боеприпасами и инженерным имуществом в скрытых местах, корпус не мог продвигаться на значительное расстояние. Практически весь их транспорт, за исключением тягачей для боеприпасов, был передан XX корпусу и Кавалерийскому корпусу для их наступления в битве при Беэр-Шеве.

8 ноября

К вечеру 8 ноября все османские позиции на линии от Газы до Беэр-Шевы были захвачены, а Восьмая армия начала полное отступление. В сочетании с захватом в центре линии у Шерии, взятие Газы обеспечило быстрое прямое наступление на север, не позволив противнику создать прочную оборонительную позицию в районе Вади-Хеси. Поздним вечером 8 ноября двадцать восемь британских и австралийских самолетов совершили налет на Худж, где располагался штаб османской армии, атаковав немецкие и османские аэродромы, железнодорожные узлы, склады и скопления войск бомбами и пулеметным огнем. В течение дня дважды был подвергнут налету Арак-эль-Меншие, сброшено двести бомб, сорок восемь из которых поразили десять вражеских самолетов, находившихся на земле. На следующий день Эт-Тин был разбомблен, в результате чего повреждено по меньшей мере девять вражеских самолетов. Практически непрерывные воздушные атаки осуществлялись на железнодорожные станции, марширующие войска и транспорт, а также немецкий самолет был сбит в огне в районе Вади-Хеси.