Введение
Аурвандилл (древнескандинавский) — персонаж германской мифологии. В скандинавской мифологии бог Тор бросает в небо палец Аурвандилла, который отмёрз, пока бог грома нёс его в корзине через реки Эливагар, чтобы образовать звезду, названную Aurvandils tá («палец Аурвандилла»). В более широком контексте средневековых германоязычных культур он был известен как Ēarendel в древнеанглийском, Aurendil в древневерхненемецком, Auriwandalo в ломбардском и, возможно, как auzandil в готском языках. Древнедатская латинизированная версия, Horwendillus (Ørvendil), также является именем отца Амлета в «Gesta Danorum» Саксона Грамматика. Сравнительные исследования различных мифов, связанных с этим персонажем, позволили учёным реконструировать общегерманскую мифическую фигуру по имени Auza wandilaz, которая, по-видимому, олицетворяла «восходящий свет» утра, возможно, Утреннюю звезду (Венеру). Однако немецкие и, в меньшей степени, древнедатские свидетельства трудно интерпретировать в рамках этой модели.
Aurvandill (Old Norse) is a figure in Germanic mythology. In Norse mythology, the god Thor tosses Aurvandill's toe – which had frozen while the thunder god was carrying him in a basket across the Élivágar rivers – into the sky to form a star called Aurvandils tá ('Aurvandill's toe'). In wider medieval Germanic speaking cultures, he was known as Ēarendel in Old English, Aurendil in Old High German, Auriwandalo in Lombardic, and possibly as auzandil in Gothic. An Old Danish Latinized version, Horwendillus (Ørvendil), is also the name given to the father of Amlethus (Amleth) in Saxo Grammaticus' Gesta Danorum. Comparative studies of the various myths where the figure is involved have led scholars to reconstruct a Common Germanic mythical figure named Auza wandilaz, which seems to have personified the 'rising light' of the morning, possibly the Morning Star (Venus). However, the German and – to a lesser extent – the Old Danish evidence remain difficult to interpret in this model.
Этимология
Старонорвежское имя Аурвандилл происходит от протогерманской формы, реконструированной как Auza wandilaz, Auzi wandalaz или Auzo wandiloz. Оно восходит к древнеанглийскому Ēarendel, древневерхненемецкому Aurendil (≈ Orentil) и ломбардскому Auriwandalo. Изначальное значение общегерманского имени остаётся неясным. Наиболее правдоподобным объяснением является интерпретация Auza wandilaz как составного имени, означающего «луч света» или «световой луч», путем выведения приставки auza из протогерманского auzom («блестящий [особенно жидкости]»; ср. ст.-сканд. aurr «золото», ст.-англ. ēar «волна, море»), а wandilaz – от wanđuz («палка, трость»; ср. гот. wandus, ст.-сканд. vǫndr). Среднеанглийское wond (современное wand – «палка, жезл») было заимствовано из старонорвежского. Последнее, вероятно, происходит от корня wanđ («вращаться, изгибаться»), таким образом, этимологическая коннотация связана с гибкостью или податливостью. Эту теорию подтверждает связь староанглийского представления о «восходящем свете» с Эаренделем, чьё имя переводится как «сияние, утренняя звезда».
Происхождение
Комментаторы, начиная как минимум со времени публикации «Deutsche Mythologie» Якоба Гримма в 1835 году, подчеркивали древность традиции, отраженной в мифологическом материале, связанном с этим именем, но не смогли полностью реконструировать мотивы общегерманского мифа. Задача осложняется тем, что мифические истории об Оренделе и Хорвендилле, по-видимому, не связаны с историями об Эаренделе и Аурвандилле. Однако некоторые ученые, включая Жоржа Дюмезиля, пытались доказать, что Хорвендилл у Саксона Грамматика и Аурвандилл у Снорри Стурлусона основаны на одном и том же архетипическом мифе. Более того, кажущиеся противоречия могут быть объяснены тем, что производные от *Auza wandilaz также использовались как личные имена в ломбардской и германской традициях, о чем свидетельствуют исторические личности, носившие имена Auriwandalo и Aurendil к VIII веку нашей эры.
Готика Бонониенсия
Самое раннее свидетельство этого имени может содержаться в Gothica Bononiensia, проповеди из Остготской Италии, написанной на готском языке не позднее первой половины VI века и обнаруженной в 2009 году. На листе 2 recto, в контексте цитаты из Исаии 14:12, лингвист П. А. Керкхоф предположил, что в трудночитаемой части палимпсеста можно прочитать слово 𐌰𐌿𐌶𐌰𐌽𐌳𐌹𐌻 (auzandil). Это прочтение, принятое различными специалистами, такими как Карла Фаллуомини и Роланд Шуман, является переводом коине греческого слова ἑωσφόρος (heōsphóros, «приносящий рассвет») из Септуагинты, которое в латинском переводе передается как lucifer («несущий свет, утренняя звезда»):
ƕaiwa usdraus us himina auzandil sa in maurgin urrinnanda – как Люцифер упал с небес, тот, кто выходит утром.
Древнеанглийский
Термин ēarendel (≈ eorendel, earendil) встречается лишь семь раз в древнеанглийском корпусе, где он используется в определенных контекстах для интерпретации латинских слов oriens («восходящее солнце»), lucifer («светоносец»), aurora («заря») или iubar («сияние»). По мнению исследователя Дж. Э. Кросса, текстовые свидетельства указывают на то, что изначально он означал «приходящий или восходящий свет, начало света, приносящий свет», а последующие изменения привели к расширенному значению «сияние, свет». Филолог Тиффани Бичи пишет, что «свидетельства из ранних глоссарных традиций показывают, что earendel является редкой альтернативой общеупотребительным словам для зари/восходящего солнца». По её словам, «англосаксы, по-видимому, знали Ээрендела как полумифологическую фигуру, которая олицетворяла природное явление (восход солнца) и астрологический/астрономический объект (утреннюю звезду)».
Немецкий
Формы Аурендил (≈ Horindil, Urendil), датируемые VIII веком, и Орендил (≈ Orentil), датируемые IX–X веками, использовались в древневерхненемецком языке как личные имена. Баварский граф по имени Орендил упоминается в 843 году. Средневерхненемецкая эпическая поэма «Орендель», написанная в конце XII века, представляет собой вымышленный рассказ о том, как Святая Мантия Христа попала в город Трир, что, вероятно, было вдохновлено фактической передачей мантии на главный алтарь Трирского собора в 1196 году. Стиль поэмы, характеризующийся «паратактической организацией эпизодов и повторением поэтических формул», может указывать на более древнюю устную традицию. Главный герой сказания, Орендель, сын короля Оугеля, отправляется в море с могущественным флотом, чтобы достичь Святой Земли и просить руки невесты, королевы Иерусалима. Потерпев кораблекрушение, Орендель спасается рыбаком и в конечном итоге находит потерянную мантию в брюхе кита. Мантия дарует ему защиту, и он добивается руки невесты. После некоторого времени правления Иерусалимом вместе с невестой, они переживают множество приключений. В конце истории Орендель, наконец, избавляется от Святой Мантии, доставив её в Трир. В приложении к «Страсбургскому Гельденбуху» (XV в.) король Орендель (≈ Эрентель) из Трира назван первым из героев, когда-либо рожденных. Имя также дало начало различным топонимам в современной Германии, включая Орендильшус (в Грабфельде), Орендельсалл (ныне часть Цвайфлингена) и Орендельштайн (в Охрингене).
Ломбардский
Ломбардская форма Auriwandalo засвидетельствована как личное имя в 8 веке. В фильме 2022 года "Северный человек" (The Northman), написанном и снятом Робертом Эггерсом, роль Аурвандилла исполнил Итан Хоук. В фильме Аурвандилл упоминается как Король Воронов, являющийся отцом Амлета, главного героя, которого играет шведский актёр Александр Скарсгард. Фильм основан преимущественно на средневековой скандинавской легенде об Амлете, которая послужила прямым источником вдохновения для образа Гамлета в одноименной трагедии Уильяма Шекспира 16 века.