Введение
Буддийский термин, обозначающий Будду как трансцендентного. Татхагата – это слово, существующее в пали и санскрите; Гаутама Будда использует его, говоря о себе или других Буддах в Палийском каноне. Аналогично, в корпусе Махаяны это эпитет Будды Шакьямуни и других небесных будд. Этот термин часто трактуется как означающий либо "тот, кто так пошел" (tathā gata), "тот, кто так пришел" (tathā āgata), или иногда "тот, кто так не пошел" (tathā agata). Это интерпретируется как указание на то, что Татхагата находится за пределами всякого прихода и ухода – за пределами всех преходящих явлений. Однако существуют и другие толкования, и точное первоначальное значение слова остается неясным. В Палийском каноне Будда многократно именует себя Татхагатой вместо использования местоимений "я", "мне" или "себя". Это может подразумевать, что учение произносится тем, кто превзошел человеческое состояние, тем, кто выше бесконечного цикла перерождений и смерти, то есть выше дукхи.
Tathāgata is a Pali and Sanskrit word; Gautama Buddha uses it when referring to himself or other Buddhas in the Pāli Canon. Likewise, in the Mahayana corpus, it is an epithet of Shakyamuni Buddha and the other celestial buddhas. The term is often thought to mean either "one who has thus gone" (tathā gata), "one who has thus come" (tathā āgata), or sometimes "one who has thus not gone" (tathā agata). This is interpreted as signifying that the Tathāgata is beyond all coming and going – beyond all transitory phenomena. There are, however, other interpretations and the precise original meaning of the word is not certain. The Buddha is quoted on numerous occasions in the Pali Canon as referring to himself as the Tathāgata instead of using the pronouns me, I or myself. This may be meant to emphasize by implication that the teaching is uttered by one who has transcended the human condition, one beyond the otherwise endless cycle of rebirth and death, i. e. beyond dukkha.
Природа Татхагаты
В ряде отрывков утверждается, что Татхагата "неизмерима", "неисследима", "трудна для постижения" и "не постигаема". Татхагата отказался от привязанности к скандхам (факторам личности), которые превращают цитту (ум) в ограниченную, измеримую сущность, и вместо этого "освобожден от исчисления" всеми или любыми из них, даже при жизни. Совокупности формы, чувства, восприятия, ментальных формаций и сознания, составляющие личную идентичность, рассматриваются как дуккха (страдание), а просветленный человек – это тот, кто "сбросил бремя". Эти отрывки подразумевают, что состояние араханта, как до, так и после паринирваны, находится за пределами сферы, где применимы описательные возможности обыденного языка; то есть за пределами мира скандх и жадности, ненависти и заблуждений, которые "уничтожаются" с нирваной. В Агги Ваччаготта Сутте аскет по имени Вачча задает Будде вопросы по различным метафизическим темам. Когда Вачча спрашивает о статусе татхагаты после смерти, Будда спрашивает его, в каком направлении уходит огонь, когда он погас. Вачча отвечает, что вопрос "неприменим, поскольку огонь зависел от топлива, и когда это топливо исчерпано и он не может получить другого, лишенный питания, он считается погасшим". Тогда Будда объясняет: "Точно так же, вся форма, посредством которой можно было бы утверждать существование святого, вся эта форма была оставлена, вырвана с корнем, извлечена из земли, как пальмира, и стала несуществующей и не способной вновь возникнуть в будущем. Святой, освобожденный от того, что называется формой, глубок, неизмерим, непостижим, подобно могучему океану". В самой Агги Ваччаготта Сутте ясно, что Будда является субъектом метафоры, и Будда уже "вырвал с корнем" или "уничтожил" пять совокупностей.