Принцип непривлечения третьих лиц к контракту.

Введение

Правовой принцип

Доктрина о тайне договора – это принцип общего права, согласно которому договор не может предоставлять права или возлагать обязанности на кого-либо, кто не является стороной этого договора. Она связана с, но отличается от, доктрины встречного удовлетворения, согласно которой обещание имеет юридическую силу только в том случае, если за него было предоставлено действительное встречное удовлетворение, и истец имеет право требовать исполнения такого обещания только если он является лицом, которому это обещание было дано и от которого встречное удовлетворение исходило. Основным следствием доктрины о тайне договора является то, что в рамках общего права третье лицо, как правило, не имеет права требовать исполнения договора, стороной которого оно не является, даже если этот договор был заключен договаривающимися сторонами специально в его пользу и с общим намерением всех сторон, чтобы оно могло его исполнять. В Англии и Уэльсе, а также в Северной Ирландии, эта доктрина была существенно ослаблена Законом о договорах (правах третьих лиц) 1999 года, который создал законодательное исключение из правила о тайне договора, предоставляя в определенных обстоятельствах третьим лицам право требовать исполнения условий договоров, стороной которых они не являются.

История

До 1861 года в английском праве существовали решения, позволяющие принудительно исполнять положения договора лицами, не являющимися его сторонами, как правило, родственниками обещавшего, и решения, отрицающие права третьих лиц. Доктрина о встречном удовлетворении (privity) возникла одновременно с доктриной о встречном предоставлении (consideration), правила которой устанавливают, что встречное предоставление должно исходить от обещания, то есть, если за обещание чего-либо взамен ничего не дается, такое обещание не имеет юридической силы, если только оно не дано в форме сделки (deed). В 1833 году было рассмотрено дело Прайса против Истона, в котором договор был заключен на выполнение работ в обмен на оплату третьему лицу. Когда третье лицо попыталось подать иск о выплате, ему было отказано, поскольку он не являлся стороной договора. Это было тесно связано с доктриной о встречном предоставлении и было установлено как таковое в более известном деле Тведдла против Аткинсона. В этом деле истец не смог подать в суд на душеприказчика своего тестя, который обещал отцу истца выплатить деньги истцу, поскольку сам истец не предоставил никакого встречного предоставления по договору. Доктрина была далее развита в деле Dunlop Pneumatic Tyre v. Selfridge and Co. Ltd. благодаря решению лорда Холдейна. Принцип встречного удовлетворения сыграл ключевую роль в развитии деликтного права (negligence). В первом деле Винтерботтом против Райта (1842), где Винтерботтом, кучер почтовой службы, получил травмы из-за неисправного колеса, попытался подать в суд на производителя Райта за причиненный вред. Однако суды постановили, что между производителем и потребителем не существует договорных отношений, основанных на принципе встречного удовлетворения. Этот вопрос неоднократно возникал, пока не было рассмотрено дело Макферсона против Buick Motor Co. (1916), аналогичное делу Винтерботтом против Райта, касающееся дефектного колеса автомобиля. Судья Кардозо, выступая от имени Апелляционного суда штата Нью-Йорк, постановил, что принцип встречного удовлетворения не требуется, когда производитель знает, что продукт, вероятно, опасен в случае дефекта, третьим лицам (например, потребителям) будет причинен вред из-за этого дефекта, и после первоначальной продажи не проводилось никаких дополнительных испытаний. Предсказуемый вред возник в результате предсказуемого использования. Новаторским решением Кардозо стало определение основания иска как деликта, а не нарушения договора. Таким образом, он обошел проблемы, вызванные доктриной о встречном удовлетворении в современном промышленном обществе. Хотя его решение имело силу закона только в штате Нью-Йорк, предложенное им решение было широко принято в других местах и легло в основу доктрины ответственности производителя за качество продукции.

Prior to 1861 there existed decisions in English Law allowing provisions of a contract to be enforced by persons not party to it, usually relatives of a promisee, and decisions disallowing third party rights. The doctrine of privity emerged alongside the doctrine of consideration, the rules of which state that consideration must move from the promise, that is to say that if nothing is given for the promise of something to be given in return, that promise is not legally binding unless promised as a deed. 1833 saw the case of Price v. Easton, where a contract was made for work to be done in exchange for payment to a third party. When the third party attempted to sue for the payment, he was held to be not privy to the contract, and so his claim failed. This was fully linked to the doctrine of consideration, and established as such, with the more famous case of Tweddle v. Atkinson. In this case the plaintiff was unable to sue the executor of his father in law, who had promised to the plaintiff's father to make payment to the plaintiff, because he had not provided any consideration to the contract. The doctrine was developed further in Dunlop Pneumatic Tyre v. Selfridge and Co. Ltd. through the judgment of Lord Haldane. Privity of Contract played a key role in the development of negligence as well. In the first case of Winterbottom v. Wright (1842), in which Winterbottom, a postal service wagon driver, was injured due to a faulty wheel, attempted to sue the manufacturer Wright for his injuries. The courts however decided that there was no privity of contract between manufacturer and consumer. This issue appeared repeatedly until MacPherson v. Buick Motor Co. (1916), a case analogous to Winterbottom v Wright involving a car's defective wheel. Judge Cardozo, writing for the New York Court of Appeals, decided that no privity is required when the manufacturer knows the product is probably dangerous if defective, third parties (e. g. consumers) will be harmed because of said defect, and there was no further testing after initial sale. Foreseeable injuries occurred from foreseeable uses. Cardozo's innovation was to decide that the basis for the claim was that it was a tort not a breach of contract. In this way he finessed the problems caused by the doctrine of privity in a modern industrial society. Although his opinion was only law in New York State, the solution he advanced was widely accepted elsewhere and formed the basis of the doctrine of product liability.

Третьи бенефициары

В Австралии было установлено, что третьи лица, в пользу которых заключен договор, могут требовать исполнения обещания, данного им в договоре страхования, стороной которого они не являются (Trident General Insurance Co Ltd v. McNiece Bros Pty Ltd (1988) 165 CLR 107). Важно отметить, что решение по делу Trident не имело четкой правовой основы и не создало общего исключения из доктрины отсутствия правопритязаний в Австралии. В Квинсленде, Северной территории и Западной Австралии были приняты законодательные нормы, позволяющие третьим лицам требовать исполнения договоров и ограничивающие возможность сторон договора изменять его после того, как третье лицо на него положилось. Кроме того, статья 48 Закона о договорах страхования 1984 года (Cth) позволяет третьим лицам требовать исполнения договоров страхования. Хотя возмещение убытков является обычным средством правовой защиты при нарушении договора в пользу третьего лица, если возмещение убытков недостаточно, может быть присуждено конкретное исполнение (Beswick v. Beswick [1968] AC 59). Вопрос о третьих лицах возникал в делах, где стивидор утверждал, что он защищен положениями об исключении ответственности в коносаменте. Для достижения успеха необходимо установить три фактора: коносамент должен четко выражать намерение предоставить выгоду третьему лицу. Очевидно, что когда перевозчик заключает договор с грузоотправителем, он также заключает договор в качестве агента стивидора. То есть, либо перевозчик должен был иметь полномочия от стивидора действовать от его имени, либо стивидор должен был впоследствии ратифицировать (подтвердить) действия перевозчика. Необходимо также доказать наличие встречного удовлетворения со стороны стивидоров. Этот последний вопрос был рассмотрен в деле New Zealand Shipping Co Ltd v. A M Satterthwaite & Co Ltd [1975] AC 154, где было установлено, что стивидоры предоставили встречное удовлетворение в обмен на выгоду от положения об исключении ответственности, выполнив разгрузку судна. Новая Зеландия приняла Закон о правопритязаниях по договорам 1982 года, который позволяет третьим лицам подавать в суд, если они достаточно четко идентифицированы в договоре как бенефициары и в договоре прямо или косвенно указано, что они должны иметь право требовать эту выгоду. Примером случая, когда лицо не было "достаточно четко идентифицировано", является дело Field v Fitton (1988).

In Australia, it has been held that third party beneficiaries may uphold a promise made for its benefit in a contract of insurance to which it is not a party (Trident General Insurance Co Ltd v. McNiece Bros Pty Ltd (1988) 165 CLR 107). It is important to note that the decision in Trident had no clear ratio, and did not create a general exemption to the doctrine of privity in Australia. Queensland, the Northern Territory and Western Australia have all enacted statutory provisions to enable third party beneficiaries to enforce contracts, and limited the ability of contracting parties to vary the contract after the third party has relied on it. In addition, section 48 of the Insurance Contracts Act 1984 (Cth) allows third party beneficiaries to enforce contracts of insurance. Although damages are the usual remedy for the breach of a contract for the benefit of a third party, if damages are inadequate, specific performance may be granted (Beswick v. Beswick [1968] AC 59). The issue of third party beneficiaries has appeared in cases where a stevedore has claimed it is covered under the exclusion clauses in a bill of lading. In order for this to succeed, three factors must be made out:
The bill of lading must clearly intend to benefit the third party. It is clear that when the carrier contracts with the consignor, it also contracts as an agent of the stevedore. That is, either the carrier must have had authority by the stevedore to act on its behalf, or the stevedore must later ratify (endorse) the actions of the carrier. Any difficulties with consideration moving from the stevedores must be made out. The last issue was explored in New Zealand Shipping Co Ltd v. A M Satterthwaite & Co Ltd [1975] AC 154, where it was held that the stevedores had provided consideration for the benefit of the exclusion clause by the discharge of goods from the ship. New Zealand has enacted the Contracts Privity Act 1982, which enables third parties to sue if they are sufficiently identified as beneficiaries by the contract, and in the contract it is expressed or implied they should be able to enforce this benefit. An example case of not being "sufficiently identified" is that of Field v Fitton (1988).