Сабино Арана: Отец баскского национализма

Введение

Баскский националист, писатель и политик (1865–1903)

Сабино Поликарпо Арана Гоири (исп. Sabino Policarpo Arana Goiri, баск. Sabin Polikarpo Arana Goiri, самоназвание – Arana ta Goiri'taŕ Sabin) (26 января 1865 – 25 ноября 1903) – испанский писатель и основатель Баскской националистической партии (PNV). Арана считается отцом баскского национализма. Он умер в Сукарриете в возрасте 38 лет, заболев болезнью Аддисона во время пребывания в тюрьме. Его обвинили в государственной измене за попытку отправить телеграмму президенту Теодору Рузвельту, в которой он восхвалял Соединенные Штаты за помощь Кубе в обретении независимости от Испании.

Предыстория

Одним из последствий Первой карлистской войны стала замена баскского самоуправления эпохи Старого режима (фуэрос) ограниченной, но всё ещё значимой автономией. Большинство населения Наварры и других баскских территорий поддерживало претендента на испанскую корону Карлоса V за его поддержку их институтов и законов, которые отличались большей либеральностью по сравнению с другими регионами Испании. Однако в 1839 году они потерпели поражение, и Наварра, Бискайя, Алава и Гипускоа были интегрированы в испанскую таможенную систему. Баскские промышленники извлекли выгоду из приватизации предприятий и защищённого испанского рынка сбыта железной руды и конвертера Бессемера, благодаря чему Бискайя стала «железной Калифорнией». Рабочие со всей Испании стекались в этот район в поисках работы на развивающейся промышленности. Арана родился в семье *jauntxo* («мелкого дворянина») из Абандо, района, который недавно был включён в состав города Бильбао в качестве нового расширения для нужд индустриальной эпохи. Абандо был баскскоязычным городом, но, следуя настроениям элит в районе Бильбао того времени, баскский язык не передавался братьям и сестрам Араны в семье. Абандо и его порт стали центром восстания Замаколада против попыток испанского премьер-министра Мануэля Годоя набрать басков в испанскую армию (1804) – это было нарушением (*contrafuero*) базового баскского законодательства. После Третьей карлистской войны (1876) Арана вместе со своим братом Луисом (1876–1881) учился в иезуитской школе в Ордунье. Ордунья стала центром притяжения и местом встреч сторонников фуэрос, изначальных баскских националистов, обеспокоенных утратой баскских институтов. Арана утверждал, что пережил некое религиозное откровение на Пасху 1882 года, которым он поделился со своим братом Луисом Араной. С тех пор он посвятил себя националистическому делу Бискайи, которое впоследствии распространилось на всю Страну Басков.

Сторонник баскского языка

Он был одним из первых сторонников использования баскского языка во всех сферах жизни, чтобы предотвратить его растущую маргинализацию под натиском испанского языка, который был введен как обязательный в школьном образовании, администрации и даже в культурных мероприятиях, таких как театр. Арана выучил язык в юности и участвовал в конкурсе на должность профессора баскского языка в Институте Бильбао, соперничая с Мигелем де Унамуно и Ресурексьон Марией де Аскуэ, ставшей победителем и также исследователем этого языка. Арана пытался разработать кодифицированную орфографию и грамматику баскского языка и предложил ряд неологизмов для замены заимствований из испанского языка. Некоторые из этих нововведений, например, символы ĺ и ŕ, в конечном итоге были отклонены в ходе усилий по стандартизации баскского языка, начатых в 1968 году, что привело к созданию стандартного баскского языка – Эускара Батуа.

Идеология

Его первой опубликованной работой была Bizkaya por su independencia («Бискай за свою независимость»), где он призывает к независимости Бискайского региона от Кастилии («как это было до 1200 года»), перекликаясь с предложениями, выдвинутыми представителями правительства Гипускоа чиновникам Национального конвента Пине и Кавиньяку в Гетарии во время войны в Пиренеях (1793–1795). Документ представляет собой сборник исторических событий, мифических историй и иногда неточных свидетельств о ранних битвах древних жителей Биская. Подобно другим националистическим идеологиям того периода, например, испанскому национализму, исторические рассказы Араны искажали и преувеличивали события из истории басков. Отдаляясь от сторонников фуэро, Арана отказался требовать восстановления фуэро, отмененных в мае 1876 года, вместо этого сделав акцент на полном восстановлении самоуправления, упраздненного в 1839 году. Он считал испанский закон 1839 года, «подтверждающий» самоуправление, актом, положившим конец собственным источникам власти и «светской независимости» басков, а также нарушением международного права. В 1894 году он основал первый центр новой националистической партии (Partido Nacionalista Vasco – Eusko Alderdi Jeltzalea), второй по старшинству политической партии в Испании, чтобы создать место для собраний и пропаганды. Сабино Арана, как и многие европейцы того времени, полагал, что сущность страны определяется ее кровью или этническим составом. В Испании превосходство испанской расы и ее «цивилизаторские» устремления над народами, считавшимися неполноценными, защищались основными политическими деятелями и партиями, в то время как ряд испанских и даже баскских интеллектуалов, включая социалистов, выступали за исчезновение баскского языка, который все больше маргинализировался в семейном и неофициальном общении. Многие баски считают его «назойливой мухой», которая дала толчок движению за культурное возрождение басков и за свободу своего народа. В этом отношении Арана защищал конституционные основы упраздненной баскской институциональной и правовой системы (фуэро). PNV, партия, находившаяся у власти в Баскской автономной области с конца франкизма (за исключением периода 2009–2012 годов), развивалась в более тонком и прагматичном направлении в отношении религии и взглядов на расу, отходя от своих самых противоречивых идей, но не от своей политической идентичности. Сабино Арана создал идеологию, основанную на чистоте баскской расы и ее предполагаемом моральном превосходстве над другими (производное от системы *limpieza de sangre* современной Испании), антилиберальном католическом интегрализме и глубокой оппозиции миграции испанцев в Страну Басков. В отличие от многих современных консервативных политиков в Испании, он выступал против рабства в испанских колониях, таких как Куба. Его беспокоила миграция в Бискайскую область многих рабочих из западной и центральной Испании во время промышленной революции, на небольшую территорию, чьи местные политические институты недавно были подавлены (1876), поскольку он полагал, что их влияние приведет к исчезновению «чистой» баскской расы. Он представлял басков в противоположность *макето* (людям из остальной части Испании): он был плодовитым писателем, автором более 600 журналистских статей, большинство из которых носили пропагандистский характер. Он любил шокировать и провоцировать, чтобы привлечь внимание общества, которое, по его мнению, не осознавало своей судьбы. Существует два ключевых аспекта политической личности Сабино Араны: он не был обычным консерватором; он решительно выступал против рабства (законного на Кубе, находившейся под испанским владычеством, до десяти лет до ее независимости) и защищал право южноафриканских зулусов на свою землю. Он был неутомимым работником, действовал во многих областях; он выучил баскский язык во взрослом возрасте, предпринял ряд мероприятий по продвижению баскского языка и культуры, создал политическое движение и изобрел символы (флаг, гимн, название страны), которые используются по сей день не только баскскими националистами, но и другими политическими партиями и представителями, особенно в Баскской автономной области. Еще одной важной частью его идеологии был набожный католицизм. Он считал это существенной частью баскской идентичности, которая контрастировала с секуляризмом, импортированным из других частей Испании и из-за рубежа, а также с новыми средствами производства и труда, часто беспрецедентной внутренней миграцией. Однако его баскский национализм держал его в стороне от карлизма, который был доминирующим ультракатолическим и консервативным движением в регионе и идеологией его отца. Арана и его баскское националистическое движение подвергались преследованиям за свои идеи, направленные против испанского империализма, за что он был осужден, когда отправил телеграмму Теодору Рузвельту, чтобы поздравить его с помощью в «освобождении» Кубы в 1902 году, и заключен в тюрьму на суровый срок, что подорвало его здоровье и привело к скорой смерти. Незадолго до своей кончины был опубликован озадачительный манифест, приписываемый ему, в котором он, к всеобщему удивлению, отказался от основ своих идей. Характер этого документа, устанавливающего *Liga de Vascos Españolistas* («Лигу басков-эспанистов»), до сих пор является предметом споров: изменил ли он искренне свои взгляды или же просто пытался улучшить условия своего заключения. Смерть Араны оставила этот вопрос без ответа, и ни его брат Луис, ни партия не продолжили его предложение.

His first published work was Bizkaya por su independencia ("Biscay for its independence"), where he calls for the independence of the Biscay district from Castile Spain ("as it was before 1200"), echoing like proposals put forward by Gipuzkoa's governmental representatives to the National Convention officials Pinet and Cavaignac in Getaria during the War of the Pyrenees (1793–1795). The document is a collection of historical events, mythical stories and sometimes inaccurate accounts of earlier battles of the ancient people of Biscay. Just as others nationalist ideologies were doing during the period, e. g. Spanish nationalism, Arana's historic accounts distorted and magnified events from Basque history. Distancing himself from the pro fueros advocates, Arana refused to demand a reversal of the fueros suppressed in May 1876, instead putting an emphasis on the full restoration of home rule suppressed in 1839. He considered the 1839 Spanish law 'upholding' home rule as the act putting an end to the Basque own sources of authority and 'secular Basque independence', as well as a violation of international law. In 1894, he founded the first center for the new nationalist party (Partido Nacionalista Vasco Eusko Alderdi Jeltzalea), the second oldest political party in Spain, to provide a place for gathering and proselytizing. Sabino Arana, like many Europeans of his time, believed that the essence of a country was defined by its blood or ethnic composition. In Spain, the supremacy of the Spanish race and its "civilizing" pursuit over peoples held to be inferior was defended by the main political figures and parties, while a number of intellectuals Spanish and even Basque, including the Socialists, advocated for the extinction of the Basque language — ever more marginalized to family and informal environments. He is considered by many Basques to be a gadfly that sparked the movement for the cultural revival of the Basques, and for the freedom of his people. In that respect, Arana defended the Constitutional foundations of the abolished Basque institutional and legal framework (the fueros). The PNV, the party in power in the Basque Autonomous Community from the end of Francoism (except during 2009–2012), developed along more nuanced and pragmatic lines in respect of religion and views on race, moving away from his most controversial ideas but not from his political persona. Sabino Arana created am ideology centered on the purity of the Basque race and its alleged moral supremacy over others (a derivation of the system of limpieza de sangre of Modern Age Spain), anti Liberal Catholic integrism, and deep opposition to the migration of Spaniards to the Basque Country. By contrast, unlike many contemporary conservative politicians in Spain, he was against slavery in Spanish colonies such as Cuba. He was disturbed by the migration into Biscay of many workers from western and central Spain during the industrial revolution, into a small territory whose native political institutions had recently been suppressed (1876), believing that their influence would result in the disappearance of the 'pure' Basque race. He presented the Basque as opposed to the maketo (people from the rest of Spain):

He was a prolific writer, with over 600 journalism articles, most of them with a propaganda purpose. He liked to shock and provoke, in order to get attention from a society that he deemed unaware of its fate. There are two key aspects of Sabino Arana's political persona:

He was not a conventional conservative; he strongly opposed slavery (legal in Spanish held Cuba until ten years before its independence) and defended the right of South African Zulus to their land. He was an indefatigable worker, taking action in many areas; he learned the Basque language as an adult, undertook a number of activities to promote the Basque language and culture, created a political movement, and inventing the symbols (flag, anthem, country name) used to this day not only by Basque nationalists, but other political parties and representatives also, especially in the Basque Autonomous Community. Another essential part of his ideology was devout Catholicism. He considered this to be an essential part of the Basque identity that contrasted with the secularism imported from other parts of Spain and abroad along with new means of production and labour, often unprecedented internal migration. However, his Basque nationalism kept him away from Carlism that was the dominant ultra Catholic and conservative movement in the area and the ideology of his father. Arana and his Basque nationalist movement were persecuted for their ideas against Spanish imperialism, for which he was convicted when he submitted a telegram to Theodore Roosevelt to congratulate him for his assistance in 'liberating' Cuba in 1902, and put to harsh time in prison, which ruined his health and would die soon after. Ahead of his demise, a baffling manifesto attributed to him was released by which he relinquished the core of his ideas to everyone's surprise. The nature of this document establishing the Liga de Vascos Españolistas ('League of the Spanish minded Basques') is still subject to debate as to whether he had sincerely changed his views or whether he was instead merely trying to improve the conditions of his imprisonment. Arana's death left the question unanswered and neither his brother Luis nor the party followed through with his proposal.

Наследие

Считается, что идеи Сабино Араны положили начало баскскому националистическому движению. В 2015 году вышел телевизионный фильм под названием «Сабин». В феврале 2017 года Народная партия Страны Басков призвала переименовать улицу, названную в честь Араны, поскольку он «сделал возможным существование таких явлений, как террористическая группировка ETA». Партия баскских националистов сохранила лишь наиболее умеренную часть его наследия. С другой стороны, некоторые баски до сих пор почитают его как отца баскского националистического движения, которому удалось остановить упадок баскского языка и культуры. Многие баскские города имеют улицы, названные в его честь. Усадьба его дома в Абандо теперь называется Сабино Этсеа («Дом Сабино») и является штаб-квартирой EAJ-PNV. Джон Хуаристи отметил, что, возможно, наиболее влиятельной частью его наследия является неологистический список баскских вариантов имен в его работе «Deun Ixendegi Euzkotarra» («Сборник баскских святых имен», опубликованный в 1910 году). Вместо традиционных адаптаций имен романского происхождения он предложил другие, придуманные им самим, которые, по его мнению, были более точными и соответствовали баскской фонологии. Например, его брат Луис стал Колдобикой, от франкского Хлодвига. Традиционные Перу, Пелло или Пьяррес («Петр») стали Кепа, от арамейского כיפא (Кефа). Он считал, что суффикс [n]e по своей природе женский, и новые имена, такие как Некане («боль» + ne, «Долорес») или Гарбине («чистый» + ne, «Непорочное [Зачатие]»), часто встречаются среди баскских женщин. Даже имя зятя короля Испании – Иньяки Урдангарин, где Иньяки является альтернативой Араны имени Игнатий, а не традиционному баскскому Инацио.