Столкновение цивилизаций: Теория Сэмюэля Хантингтона

Введение

Опубликованная теория Сэмюэля П. Хантингтона о культурной географии.

«Столкновение цивилизаций» – это тезис о том, что культурная и религиозная идентичность людей станет основным источником конфликтов в постхолодной войне. Американский политолог Сэмюэл Хантингтон утверждал, что будущие войны будут вестись не между странами, а между культурами. Эта идея была впервые представлена в 1992 году в лекции, прочитанной в Американском институте предпринимательства, а затем развита в статье 1993 года для журнала Foreign Affairs под названием «Столкновение цивилизаций?», как ответ на книгу его бывшего студента Фрэнсиса Фукуямы «Конец истории и последний человек», опубликованную в 1992 году. Позже Хантингтон расширил свой тезис в книге 1996 года «Столкновение цивилизаций и переосмысление мирового порядка». Сама фраза ранее использовалась Альбертом Камю в 1946 году, Гирилалом Джейном в его анализе спора вокруг Айодхьи в 1988 году, Бернардом Льюисом в статье, опубликованной в сентябрьском выпуске журнала The Atlantic Monthly в 1990 году под названием «Корни мусульманского гнева», и Махди Эль Манджра в его книге «La première guerre civilisationnelle», опубликованной в 1992 году. Еще раньше эта фраза встречается в книге 1926 года о Ближнем Востоке, написанной Базилом Мэтьюсом: «Молодой ислам в пути: исследование столкновения цивилизаций» (стр. 196). Это выражение происходит от «столкновения культур», которое уже использовалось в колониальный период и в эпоху Прекрасной эпохи. Хантингтон начал свои размышления с изучения различных теорий о природе глобальной политики в постхолодной войне. Некоторые теоретики и писатели утверждали, что права человека, либеральная демократия и капиталистическая экономика свободного рынка стали единственной оставшейся идеологической альтернативой для стран в постхолодном мире. В частности, Фрэнсис Фукуяма утверждал, что мир достиг «конца истории» в гегелевском смысле. Хантингтон считал, что, хотя эпоха идеологий закончилась, мир вернулся к нормальному состоянию, характеризующемуся культурными конфликтами. В своем тезисе он утверждал, что основная ось конфликтов в будущем будет проходить по культурным линиям. В качестве развития этой идеи он предположил, что концепция различных цивилизаций, как высшей категории культурной идентичности, станет все более полезной при анализе потенциала для конфликтов. В конце своей статьи 1993 года для журнала Foreign Affairs «Столкновение цивилизаций?» Хантингтон пишет: «Цель не в том, чтобы пропагандировать желательность конфликтов между цивилизациями, а в том, чтобы сформулировать описательную гипотезу о том, каким может быть будущее».

The "Clash of Civilizations" is a thesis that people's cultural and religious identities will be the primary source of conflict in the post–Cold War world. The American political scientist Samuel P. Huntington argued that future wars would be fought not between countries, but between cultures. It was proposed in a 1992 lecture at the American Enterprise Institute, which was then developed in a 1993 Foreign Affairs article titled "The Clash of Civilizations? ", in response to his former student Francis Fukuyama's 1992 book The End of History and the Last Man. Huntington later expanded his thesis in a 1996 book The Clash of Civilizations and the Remaking of World Order. The phrase itself was earlier used by Albert Camus in 1946, by Girilal Jain in his analysis of the Ayodhya dispute in 1988, by Bernard Lewis in an article in the September 1990 issue of The Atlantic Monthly titled "The Roots of Muslim Rage" and by Mahdi El Mandjra in his book "La première guerre civilisationnelle" published in 1992. Even earlier, the phrase appears in a 1926 book regarding the Middle East by Basil Mathews: Young Islam on Trek: A Study in the Clash of Civilizations (p. 196). This expression derives from "clash of cultures", already used during the colonial period and the Belle Époque. Huntington began his thinking by surveying the diverse theories about the nature of global politics in the post–Cold War period. Some theorists and writers argued that human rights, liberal democracy, and the capitalist free market economy had become the only remaining ideological alternative for nations in the post–Cold War world. Specifically, Francis Fukuyama argued that the world had reached the 'end of history' in a Hegelian sense. Huntington believed that while the age of ideology had ended, the world had only reverted to a normal state of affairs characterized by cultural conflict. In his thesis, he argued that the primary axis of conflict in the future will be along cultural lines. As an extension, he posits that the concept of different civilizations, as the highest category of cultural identity, will become increasingly useful in analyzing the potential for conflict. At the end of his 1993 Foreign Affairs article, "The Clash of Civilizations? ", Huntington writes, "This is not to advocate the desirability of conflicts between civilizations. It is to set forth descriptive hypothesis as to what the future may be like."

Запад против остальных

Хантингтон предполагает, что в будущем центральной осью мировой политики станет конфликт между западными и не западными цивилизациями, как выразился Стюарт Холл, конфликт между "Западом и остальным миром". Он выделяет три основные формы действий, которые не западные цивилизации могут предпринять в ответ на западные страны. Не западные страны могут попытаться достичь изоляции, чтобы сохранить свои ценности и защититься от западного влияния. Однако, по мнению Хантингтона, цена такой стратегии высока, и лишь немногим государствам она по силам. Согласно концепции "присоединения к сильнейшему", не западные страны могут принять западные ценности и интегрироваться с Западом. Не западные страны могут стремиться к балансу сил посредством модернизации, развивая экономическую и военную мощь и сотрудничая с другими не западными странами против Запада, при этом сохраняя свои собственные ценности и институты. Хантингтон полагает, что усиление влияния не западных цивилизаций в международной системе заставит Запад глубже понять культурные основы других цивилизаций. В результате западная цивилизация перестанет восприниматься как "универсальная", а различные цивилизации научатся сосуществовать и совместно формировать будущее мироустройство.

Конфликты состояния ядра и линии разлома

По мнению Хантингтона, межцивилизационный конфликт проявляется в двух формах: конфликты по линии разлома и конфликты между ключевыми государствами. Конфликты по линии разлома происходят на локальном уровне и возникают между соседними государствами, принадлежащими к разным цивилизациям, или внутри государств, населенных представителями разных цивилизаций. Конфликты между ключевыми государствами происходят на глобальном уровне между ведущими государствами различных цивилизаций. Конфликты между ключевыми государствами могут возникать из конфликтов по линии разлома, когда в них вовлекаются ключевые государства. Эти конфликты могут быть вызваны рядом причин, таких как: соотношение сил и влияния (военного или экономического), дискриминация по отношению к представителям другой цивилизации, вмешательство в защиту соотечественников в другой цивилизации, или различия в ценностях и культуре, особенно когда одна цивилизация пытается навязать свои ценности представителям другой цивилизации. Если бы это произошло, то, согласно Хантингтону, именно эта цивилизация первой пересмотрела бы свою цивилизационную идентичность.

Критика

Книга подверглась критике со стороны различных ученых, которые эмпирически, исторически, логически или идеологически оспаривали ее положения. Политолог Пол Маскрейв пишет, что "Столкновение цивилизаций" "пользуется большим авторитетом среди политиков, любящих упоминать Сунь Цзы, но мало специалистов в области международных отношений полагаются на нее или даже цитируют ее с одобрением. Прямо говоря, "Столкновение" не доказало свою полезность или точность как руководство к пониманию мира". В статье, явно ссылающейся на Хантингтона, ученый Амартия Сен (1999) утверждает, что "разнообразие – характерная черта большинства культур мира. Западная цивилизация не исключение. Практика демократии, утвердившаяся на современном Западе, во многом является результатом консенсуса, сложившегося после эпохи Просвещения и промышленной революции, и особенно в последнее столетие или около того. Было бы серьезной ошибкой видеть в этом историческую приверженность Запада демократии на протяжении тысячелетий, а затем противопоставлять ее не западным традициям, рассматривая каждую из них как монолитную". В своей книге "Террор и либерализм" (2003) Пол Берман утверждает, что отчетливых культурных границ в наши дни не существует. Он утверждает, что нет ни "исламской цивилизации", ни "западной цивилизации", и что доказательства столкновения цивилизаций неубедительны, особенно если учитывать такие отношения, как между Соединенными Штатами и Саудовской Аравией. Кроме того, он указывает на то, что многие исламские экстремисты провели значительное время, живя или учась в западном мире. По мнению Бермана, конфликт возникает из-за философских убеждений, которые разделяют (или не разделяют) различные группы, независимо от их культурной или религиозной идентичности. Тимоти Гартон Эш возражает против "крайнего культурного детерминизма, доведенного до абсурда" идеи Хантингтона о том, что католическая и протестантская Европа движется к демократии, а православная и исламская – должны принять диктатуру. Эдвард Саид опубликовал ответ на тезис Хантингтона в своей статье 2001 года "Столкновение невежества". Саид утверждает, что классификация Хантингтоном мировых "цивилизаций" игнорирует динамическую взаимозависимость и взаимодействие культур. Будучи давним критиком парадигмы Хантингтона и активным защитником арабских проблем, Саид (2004) также утверждает, что тезис о столкновении цивилизаций является примером "самого изощренного расизма, пародией на гитлеровскую науку, направленную сегодня против арабов и мусульман" (с. 293). Ноам Чомски критиковал концепцию столкновения цивилизаций как просто новое оправдание для Соединенных Штатов "для любых злодеяний, которые они хотели совершить", что потребовалось после окончания холодной войны, поскольку Советский Союз перестал представлять собой реальную угрозу. В книге "21 урок для XXI века" Юваль Ноа Харари назвал столкновение цивилизаций ошибочным тезисом. Он писал, что исламский фундаментализм представляет большую угрозу для глобальной цивилизации, чем конфронтация с Западом. Он также утверждал, что использование аналогий из эволюционной биологии при обсуждении цивилизаций некорректно.

The book has been criticized by various academic writers, who have empirically, historically, logically, or ideologically challenged its claims. Political scientist Paul Musgrave writes that Clash of Civilization "enjoys great cachet among the sort of policymaker who enjoys name dropping Sun Tzu, but few specialists in international relations rely on it or even cite it approvingly. Bluntly, Clash has not proven to be a useful or accurate guide to understanding the world." In an article explicitly referring to Huntington, scholar Amartya Sen (1999) argues that "diversity is a feature of most cultures in the world. Western civilization is no exception. The practice of democracy that has won out in the modern West is largely a result of a consensus that has emerged since the Enlightenment and the Industrial Revolution, and particularly in the last century or so. To read in this a historical commitment of the West—over the millennia—to democracy, and then to contrast it with non Western traditions (treating each as monolithic) would be a great mistake." In his 2003 book Terror and Liberalism, Paul Berman argues that distinct cultural boundaries do not exist in the present day. He argues there is no "Islamic civilization" nor a "Western civilization", and that the evidence for a civilization clash is not convincing, especially when considering relationships such as that between the United States and Saudi Arabia. In addition, he cites the fact that many Islamic extremists spent a significant amount of time living or studying in the Western world. According to Berman, conflict arises because of philosophical beliefs various groups share (or do not share), regardless of cultural or religious identity. Timothy Garton Ash objects to the 'extreme cultural determinism crude to the point of parody' of Huntington's idea that Catholic and Protestant Europe is headed for democracy, but that Orthodox Christian and Islamic Europe must accept dictatorship. Edward Said issued a response to Huntington's thesis in his 2001 article, "The Clash of Ignorance". Said argues that Huntington's categorization of the world's fixed "civilizations" omits the dynamic interdependency and interaction of culture. A longtime critic of the Huntingtonian paradigm, and an outspoken proponent of Arab issues, Said (2004) also argues that the clash of civilizations thesis is an example of "the purest invidious racism, a sort of parody of Hitlerian science directed today against Arabs and Muslims" (p. 293). Noam Chomsky has criticized the concept of the clash of civilizations as just being a new justification for the United States "for any atrocities that they wanted to carry out", which was required after the Cold War as the Soviet Union was no longer a viable threat. In 21 Lessons for the 21st Century, Yuval Noah Harari called the clash of civilizations a misleading thesis. He wrote that Islamic fundamentalism is more of a threat to a global civilization, rather than a confrontation with the West. He also argued that talking about civilizations using analogies from evolutionary biology is wrong.

Промежуточный регион

Геополитическая модель Хантингтона, особенно структуры для Северной Африки и Евразии, во многом основана на геополитической модели «Промежуточного региона», впервые сформулированной Димитрием Кицикисом и опубликованной в 1978 году. Промежуточный регион, простирающийся от Адриатического моря до реки Инд, не относится ни к Западу, ни к Востоку (по крайней мере, в сравнении с Дальним Востоком), но рассматривается как самостоятельная сущность. В отношении этого региона Хантингтон расходится с Кицикисом, утверждая, что между двумя доминирующими, но различными религиями – восточным православием и суннитским исламом – существует цивилизационный разлом, что обуславливает динамику внешнего конфликта. Однако Кицикис представляет собой интегрированную цивилизацию, объединяющую эти два народа вместе с приверженцами менее влиятельных религий – шиитского ислама, алевизма и иудаизма. Их объединяют общие культурные, социальные, экономические и политические взгляды и нормы, которые радикально отличаются от западных и дальневосточных. Таким образом, в Промежуточном регионе нельзя говорить о столкновении цивилизаций или внешнем конфликте, а скорее о внутреннем конфликте, не за культурное доминирование, а за политическую преемственность. Это подтверждается историческими примерами: возникновением христианства из эллинизированной Римской империи, появлением исламских халифатов из христианизированной Римской империи и установлением османского правления на базе исламских халифатов и христианизированной Римской империи.

Противоположные понятия

В последние годы теория диалога цивилизаций, возникшая как ответ на теорию столкновения цивилизаций Хантингтона, стала объектом международного внимания. Эта концепция была впервые сформулирована австрийским философом Гансом Кёхлером в эссе о культурной идентичности (1972). Ранее, в письме в ЮНЕСКО, Кёхлер предложил, чтобы культурная организация ООН занялась вопросом о "диалоге между различными цивилизациями" (dialogue entre les différentes civilisations). В 2001 году президент Ирана Мохаммад Хатами представил эту концепцию на глобальном уровне. По его инициативе Организация Объединенных Наций провозгласила 2001 год "Годом диалога цивилизаций". Инициатива "Альянс цивилизаций" (AOC) была предложена на 59-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 2005 году премьер-министром Испании Хосе Луисом Родригесом Сапатеро при соавторстве с премьер-министром Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. Цель инициативы – стимулировать совместные действия в различных обществах для борьбы с экстремизмом, преодоления культурных и социальных барьеров, особенно между западным и преимущественно мусульманским мирами, а также снижения напряженности и поляризации между обществами, различающимися по религиозным и культурным ценностям.