Калакауа: Король Гавайев (1874-1891)

Введение

Король Гавайев с 1874 по 1891 год.

Калакауа (David Laʻamea Kamanakapuʻu Māhinulani Nālaʻiaʻehuokalani Lumialani Kalākaua); однако Калакауа и его братья и сестры прослеживали свой высокий ранг по материнской линии, считая себя членами рода "Кеаве а Хеулу", хотя более поздние историки стали именовать семью Домом Калакауа. Второй из выживших детей в большой семье, его родными братьями и сестрами были старший брат Джеймс Калиокалани и младшие Лидия Камакаʻэха (впоследствии переименованная в Лилиуокалани), Анна Кайулани, Каʻиминаʻауао, Мириам Ликилайке и Уильям Питт Лелеиохоку II. Имя Калакауа, означающее "День битвы", было дано ему в день подписания неравноправного договора, навязанного британским капитаном лордом Эдвардом Расселом с корабля "Актеон" Камехамехе III. Он и его братья и сестры были переданы на воспитание (hānai) другим членам семьи в соответствии с гавайской традицией. Ещё до рождения родители пообещали отдать ребёнка на воспитание Куини Лилихе, знатной вождю и вдове Верховного вождя Боки. Однако после рождения Хаʻахео Каниу забрала младенца в Хонауаха, резиденцию короля. Кухина Нуи (регент) Элизабет Кинаʻу, неприязненно относившаяся к Лилихе, обсудила ситуацию и постановила передать ребёнка Хаʻахео и её мужу Кеавеамахи Кинимаке. После смерти Хаʻахео в 1843 году она завещала ему всё своё имущество. После смерти Хаʻахео опека над ним была передана его отцу по усыновлению (hānai), вождю более низкого ранга, который забрал Калакауа жить в Лахайна на острове Мауи. Кинимака позже женился на Пай, подчиненной таитянской вождю, которая относилась к Калакауа как к собственному сыну до рождения своего ребёнка.

Образование

В возрасте четырех лет Калакауа вернулся на Оаху, чтобы начать свое образование в Школе детей вождей (позже переименованной в Королевскую школу). Он и его одноклассники были официально объявлены Камехамехой III наследниками трона Королевства Гавайи. Среди его одноклассников были его братья Джеймс Калиокалани и Лидия Камакаʻеха, а также их тринадцать королевских кузенов, включая будущих королей Камехамеха IV, Камехамеха V и Луналило. Их обучали американские миссионеры Амос Старр Кук и его жена Джульетта Монтегю Кук. В школе Калакауа свободно заговорил на английском и гавайском языках, и его больше отмечали за веселость и чувство юмора, чем за академические успехи. Сильный мальчик защищал своего менее здорового старшего брата Калиокалани от старших учеников. В октябре 1840 года их дед по отцовской линии Каманава II попросил своих внуков навестить его накануне казни за убийство его жены Камокуики. На следующее утро Куки разрешили опекуну королевских детей Джону Папе ʻĪʻī привести Калиокалани и Калакауа, чтобы они в последний раз увиделись с Каманавой. Неизвестно, была ли с ними их сестра. Более поздние источники, особенно биографии Калакауа, указывают на то, что мальчики стали свидетелями публичного повешения своего деда. Историк Хелена Г. Аллен отметила безразличие Куков к этой просьбе и ту травму, которую это, должно быть, пережили мальчики. После выхода Куков на пенсию и закрытия школы в 1850 году Калакауа непродолжительное время учился в английской школе Джозефа Уатта для детей-коренных жителей в Кавайахао, а затем присоединился к перенесенной дневной школе (также называемой Королевской школой), которой руководил преподобный Эдвард Г. Беквит. Болезнь помешала ему закончить обучение, и его отправили обратно в Лахаину, чтобы жить с матерью. После окончания школы он изучал право у Чарльза Кофина Харриса в 1853 году. В 1877 году Калакауа назначил Харриса главным судьей Верховного суда Гавайев.

At the age of four, Kalākaua returned to Oʻahu to begin his education at the Chiefs' Children's School (later renamed the Royal School). He and his classmates had been formally proclaimed by Kamehameha III as eligible for the throne of the Kingdom of Hawaiʻi. His classmates included his siblings James Kaliokalani and Lydia Kamakaʻeha and their thirteen royal cousins including the future kings Kamehameha IV, Kamehameha V and Lunalilo. They were taught by American missionaries Amos Starr Cooke and his wife, Juliette Montague Cooke. At the school, Kalākaua became fluent in English and the Hawaiian language and was noted for his fun and humor rather than his academic prowess. The strong willed boy defended his less robust elder brother Kaliokalani from the older boys at the school. In October 1840, their paternal grandfather Kamanawa II requested his grandsons to visit him on the night before his execution for the murder of his wife Kamokuiki. The next morning the Cookes allowed the guardian of the royal children John Papa ʻĪʻī to bring Kaliokalani and Kalākaua to see Kamanawa for the last time. It is not known if their sister was also taken to see him. Later sources, especially in biographies of Kalākaua indicated that the boys witnessed the public hanging of their grandfather at the gallows. Historian Helena G. Allen noted the indifference the Cookes' had toward the request and the traumatic experience it must have been for the boys. After the Cookes retired and closed the school in 1850, Kalākaua briefly studied at Joseph Watt's English school for native children at Kawaiahaʻo and later joined the relocated day school (also called Royal School) run by Reverend Edward G. Beckwith. Illness prevented him from finishing his schooling and he was sent back to Lāhainā to live with his mother. Following his formal schooling, he studied law under Charles Coffin Harris in 1853. Kalākaua would appoint Harris as Chief Justice of the Supreme Court of Hawaiʻi in 1877.

Политическая и военная карьера

Различные военные, правительственные и придворные должности Калакауа помешали ему полностью завершить юридическое образование. Он получил свою первую военную подготовку под руководством прусского офицера, майора Фрэнсиса Функа, который привил ему восхищение прусской военной системой. В 1852 году принц Лихолихо, впоследствии ставший королем Камехамехой IV, назначил Калакауа одним из своих адъютантов в военном штабе. В следующем году он произвел Калакауа в капитан пехоты. В армии Калакауа служил первым лейтенантом в ополчении своего отца Капаакеа, состоявшем из 240 человек, а затем работал военным секретарем у майора Джона Уильяма Эллиотта Майкая, генерал-адъютанта армии. Он был повышен в звании до майора и назначен в личный штаб Камехамехи IV, когда король взошел на престол в 1855 году. В 1858 году он был произведен в полковники. Они отплыли из Гонолулу на яхте «Эмма Рук» 29 августа и прибыли 18 сентября в Викторию, Британская Колумбия, где их встретили местные сановники города. В 1859 году он служил третьим главным клерком Департамента внутренних дел при принце Лоте, который был министром внутренних дел, прежде чем стать королем в 1863 году. Он занимал эту должность до 1863 года. 30 июня 1863 года Калакауа был назначен генеральным почтмейстером и служил до своей отставки 18 марта 1865 года. В 1865 году он был назначен королевским камергером и служил до 1869 года, когда ушел в отставку, чтобы завершить юридические исследования. В 1870 году он был допущен к гавайской адвокатской практике и принят на работу клерком в Земельный офис, должность, которую он занимал до восшествия на престол. В 1867 году он был награжден орденом Рыцаря-компаньона Королевского ордена Камехамехи I. На гавайский трон претендовало несколько кандидатов, в том числе Бернис Пауахи Бишоп, которой Камехамеха V на смертном одре предложил унаследовать престол, но она отклонила предложение. Однако борьба за престол сосредоточилась между двумя высокопоставленными мужчинами-алии, или вождями: Луналило и Калакауа. Луналило был более популярен, отчасти потому, что он был более высоким вождем, чем Калакауа, и приходился Камехамехе V двоюродным братом. Луналило также был более либеральным из двоих – он обещал внести поправки в конституцию, чтобы дать народу больше влияния на правительство. По словам историка Ральфа С. Куйкендалла, среди сторонников Луналило существовал энтузиазм относительно провозглашения его королем без проведения выборов. В ответ Луналило издал прокламацию, в которой заявил, что, хотя он считает себя законным наследником престола, он подчинится выборам ради блага королевства. 1 января 1873 года состоялись всенародные выборы на должность короля Гавайев. Луналило победил с подавляющим большинством голосов, в то время как Калакауа выступил крайне неудачно, получив 12 голосов из более чем 11 000 отданных голосов. На следующий день законодательное собрание подтвердило результаты всенародного голосования и единогласно избрало Луналило. Калакауа признал свое поражение.

Kalākaua's various military, government and court positions prevented him from fully completing his legal training. He received his earliest military training under the Prussian officer, Major Francis Funk, who instilled an admiration of the Prussian military system. In 1852, Prince Liholiho, who would later reign as Kamehameha IV, appointed Kalakaua as one of his aide de camp on his military staff. The following year, he commissioned Kalākaua as brevet captain in the infantry. In the army, Kalākaua served as first lieutenant in his father Kapaʻakea's militia of 240 men and later worked as military secretary to Major John William Elliott Maikai, the adjutant general of the army. He was promoted to major and assigned to the personal staff of Kamehameha IV when the king ascended to the throne in 1855. He was promoted to the rank of colonel in 1858. They sailed from Honolulu aboard the yacht Emma Rooke, on August 29, arriving on September 18 in Victoria, British Columbia, where they were received by the local dignitaries of the city. He served as 3rd Chief Clerk of the Department of the Interior in 1859 under Prince Lot who was Minister of the Interior before becoming king in 1863. He held this position until 1863. On June 30, 1863, Kalākaua was appointed Postmaster General and served until his resignation on March 18, 1865. In 1865, he was appointed the King's Chamberlain and served until 1869 when he resigned to finish his law studies. In 1870, he was admitted to the Hawaiian bar and was hired as a clerk in the Land Office, a post he held until he came to the throne. He was decorated a Knight Companion of the Royal Order of Kamehameha I in 1867. There were several candidates for the Hawaiian throne including Bernice Pauahi Bishop, who had been asked to succeed to the throne by Kamehameha V on his deathbed but had declined the offer. However, the contest was centered on the two high ranking male aliʻi, or chiefs: Lunalilo and Kalākaua. Lunalilo was more popular, partly because he was a higher ranking chief than Kalākaua and was the immediate cousin of Kamehameha V. Lunalilo was also the more liberal of the two—he promised to amend the constitution to give the people a greater voice in the government. According to historian Ralph S. Kuykendall, there was an enthusiasm among Lunalilo's supporters to have him declared king without holding an election. In response, Lunalilo issued a proclamation stating that, even though he believed himself to be the rightful heir to the throne, he would submit to an election for the good of the kingdom. On January 1, 1873, a popular election was held for the office of King of Hawaiʻi. Lunalilo won with an overwhelming majority while Kalākaua performed extremely poorly receiving 12 votes out of the more than 11,000 votes cast. The next day, the legislature confirmed the popular vote and elected Lunalilo unanimously. Kalākaua conceded.

Выборы 1874 года

После восшествия Луналило Калакауа был назначен полковником в военном штабе короля. Он завоевал политический авторитет благодаря своей принципиальной оппозиции уступке каких-либо частей Гавайских островов иностранным державам. Во время мятежа в казармах ʻИолани королевской гвардии Гавайев в сентябре 1873 года Калакауа подозревался в подстрекательстве коренных гвардейцев к восстанию против своих офицеров-европейцев. Луналило ответил на восстание полным роспуском воинской части, оставив Гавайи без регулярной армии на остаток своего правления. Вопрос престолонаследия вызывал серьезную обеспокоенность, особенно учитывая, что Луналило был холост и бездетен в то время. Королева-вдова Эмма, вдова Камехамехи IV, считалась наиболее вероятным кандидатом на престол по воле Луналило. С другой стороны, Калакауа и его политические союзники активно агитировали за то, чтобы он был объявлен наследником в случае смерти короля. Хотя сам Луналило не считал себя Камехамехой, его избрание в некоторой степени продолжило линию Камехамехи, сделав его последним монархом этой династии. Пауахи отказалась от участия в выборах. Политическая платформа Калакауа заключалась в том, чтобы править в строгом соответствии с конституцией королевства. Эмма вела предвыборную кампанию, утверждая, что Луналило лично сообщил ей о своем желании видеть ее своей преемницей. Несколько человек, заявлявших о знании воли Луналило из первых рук, публично поддержали ее. Когда Тайный совет Луналило опубликовал официальное опровержение этого заявления, королевство разделилось во мнениях. Британский комиссар Джеймс Хей Вудхаус привел британские и американские военные корабли, находившиеся в Гонолулу, в состояние повышенной готовности в связи с возможными беспорядками. Выборы состоялись 12 февраля, и Калакауа был избран Законодательным собранием с перевесом в тридцать девять голосов против шести. Его избрание спровоцировало беспорядки у здания суда в Гонолулу, где сторонники королевы Эммы нападали на законодателей, поддержавших Калакауа; тринадцать законодателей получили ранения. Королевство оставалось без армии после мятежа годом ранее, и многие полицейские, отправленные для подавления беспорядков, присоединились к толпе или бездействовали. Не в силах контролировать толпу, бывшие министры Калакауа и Луналило обратились за помощью к американским и британским военным силам, находившимся в гавани, для подавления восстания. После смерти Лелеиохоку II в 1877 году Калакауа изменил имя своей сестры Лидии Доминис на Лилиуокалани и назначил ее своей наследницей. С марта по май 1874 года он посетил основные Гавайские острова Кауаи, Мауи, Гавайи, Молокаи и Оаху, а также посетил лепрозорий Калаупапа.

Following Lunalilo's ascension, Kalākaua was appointed as colonel on the military staff of the king. He had gained political capital with his staunch opposition to ceding any part of the Hawaiian islands to foreign interests. During the ʻIolani Barracks mutiny by the Royal Guards of Hawaiʻi in September 1873, Kalākaua was suspected to have incited the native guards to rebel against their white officers. Lunalilo responded to the insurrection by disbanding the military unit altogether, leaving Hawaiʻi without a standing army for the remainder of his reign. The issue of succession was a major concern especially since Lunalilo was unmarried and childless at the time. Queen Dowager Emma, the widow of Kamehameha IV, was considered to be Lunalilo's favorite choice as his presumptive heir. On the other hand, Kalākaua and his political cohorts actively campaigned for him to be named successor in the event of the king's death. While Lunalilo did not think of himself as a Kamehameha, his election continued the Kamehameha line to some degree making him the last of the monarchs of the Kamehameha dynasty. Pauahi chose not to run. Kalākaua's political platform was that he would reign in strict accordance with the kingdom's constitution. Emma campaigned on her assurance that Lunalilo had personally told her he wanted her to succeed him. Several individuals who claimed first hand knowledge of Lunalilo's wishes backed her publicly. With Lunalilo's privy council issuing a public denial of that claim, the kingdom was divided on the issue. British Commissioner James Hay Wodehouse put the British and American forces docked at Honolulu on the alert for possible violence. The election was held on February 12, and Kalākaua was elected by the Legislative Assembly by a margin of thirty nine to six. His election provoked the Honolulu Courthouse riot where supporters of Queen Emma targeted legislators who supported Kalākaua; thirteen legislators were injured. The kingdom was without an army since the mutiny the year before and many police officers sent to quell the riot joined the mob or did nothing. Unable to control the mob, Kalākaua and Lunalilo's former ministers had to request the aid of American and British military forces docked in the harbor to put down the uprising. When Leleiohoku II died in 1877, Kalākaua changed the name of his sister Lydia Dominis to Liliuokalani and designated her as his heir apparent. From March to May 1874, he toured the main Hawaiian Islands of Kauai, Maui, Hawaiʻi Island, Molokai and Oahu and visited the Kalaupapa Leprosy Settlement.

Договор о взаимности 1875 года и его продление

Через год после избрания Калакауа он способствовал заключению Договора о взаимности 1875 года. Это соглашение о свободной торговле между Соединенными Штатами и Гавайями позволило экспортировать сахар и другие продукты в США беспошлинно. Он возглавил комиссию по взаимности, в которую вошли владелец сахарной плантации Генри А. П. Картер из C. Brewer & Co., главный судья Гавайев Элиша Хант Аллен и министр иностранных дел Уильям Лоутиан Грин. Калакауа стал первым правящим монархом, посетившим Америку. Государственный ужин в его честь, устроенный президентом Улиссом С. Грантом, стал первым государственным ужином, когда-либо проводившимся в Белом доме. Многие представители гавайского бизнес-сообщества были готовы уступить Перл-Харбор Соединенным Штатам в обмен на договор, но Калакауа выступал против этой идеи. Семилетний договор был подписан 30 января 1875 года без уступки каких-либо гавайских земель. Владелец сахарного завода в Сан-Франциско Клаус Спрекельс стал крупным инвестором в сахарную промышленность Гавайев. Сначала он выкупил половину продукции первого года; в конечном итоге он стал основным акционером плантаций. Спрекельс стал одним из близких соратников Калакауа. По истечении срока действия договора было заключено соглашение о его продлении, предоставившее Соединенным Штатам исключительное право пользования Перл-Харбором. Ратификация обеими сторонами заняла два года и одиннадцать месяцев и была обменена 9 декабря 1887 года, продлив соглашение еще на семь лет. За время правления Калакауа договор оказал значительное влияние на доходы королевства. В 1874 году Гавайи экспортировали продукцию на сумму 1 839 620,27 долларов США. Стоимость экспортируемой продукции в 1890 году, в последний полный год его правления, составила 13 282 729,48 долларов США, что на 722% больше. Экспорт сахара за этот период вырос с 24 566 611 фунтов до 330 822 879 фунтов.

Образование гавайской молодежи за рубежом

Образование гавайской молодежи за рубежом – государственная образовательная программа, финансируемая правительством во время правления Калакауа, призванная помочь студентам продолжить обучение за пределами учебных заведений, доступных на Гавайях в то время. В период с 1880 по 1887 год Калакауа отобрал 18 студентов для обучения в университете или прохождения профессионального обучения за пределами Королевства Гавайи. Эти студенты продолжили образование в Италии, Англии, Шотландии, Китае, Японии и Калифорнии. За время действия программы законодательное собрание выделило 100 000 долларов на ее поддержку. После вступления в силу Конституции, принятой под давлением, студенты были отозваны на Гавайи.

Путешествие вокруг света

Король Калакауа и его друзья детства Уильям Невинс Армстронг и Чарльз Гастингс Джадд, вместе с личным поваром Робертом фон Оелхоффеном, совершили кругосветное путешествие в 1881 году. Целью 281-дневной поездки было стимулирование импорта контрактной рабочей силы для плантаций. Калакауа установил мировой рекорд как первый монарх, совершивший кругосветное путешествие. Он назначил свою сестру и наследницу Лилиуокалани регентом на время своего отсутствия. 20 января они отплыли в Калифорнию, а затем направились в Азию. Там они провели четыре месяца, начав переговоры о привлечении контрактных рабочих в Японии и Китае, а также посещая достопримечательности и распространяя дружелюбие в странах, потенциально являвшихся источниками рабочей силы. Они продолжили путь через Юго-Восточную Азию, а затем в июне отправились в Европу, где оставались до середины сентября. Наиболее продуктивные переговоры по иммиграции состоялись в Португалии, где Армстронг остался для согласования расширения существующего договора между Гавайями и правительством этой страны. Президент Джеймс Гарфилд в Вашингтоне был убит в их отсутствие. По возвращении в Соединенные Штаты Калакауа нанес учтивый визит преемнику Гарфилда, президенту Честеру А. Артуру. Перед тем, как отправиться в поездку на поезде через Соединенные Штаты, Калакауа посетил Томаса Эдисона, чтобы увидеть демонстрацию электрического освещения и обсудить возможность его использования в Гонолулу. Они отплыли на Гавайи из Сан-Франциско 22 октября и прибыли в Гонолулу 31 октября. Празднование его возвращения продолжалось несколько дней. Он привлек внимание мировых лидеров к маленькой островной нации, но поездка породила слухи о том, что королевство выставлено на продажу. На Гавайях были критики, которые считали, что переговоры о рабочей силе были лишь предлогом для путешествия по миру. В конечном итоге его усилия увенчались успехом, и на Гавайи прибыло больше контрактных рабочих. В Гавайском альманахе и ежегоднике Томаса Трума за 1883 год указано, что правительство выделило на поездку Калакауа 22 500 долларов, хотя его личная переписка свидетельствует о том, что он превысил эту сумму уже в начале путешествия.

King Kalākaua and his boyhood friends William Nevins Armstrong and Charles Hastings Judd, along with personal cook Robert von Oelhoffen, circumnavigated the globe in 1881. The purpose of the 281 day trip was to encourage the importation of contract labor for plantations. Kalākaua set a world record as the first monarch to travel around the world. He appointed his sister and heir apparent Liliuokalani to act as Regent during his absence. Setting sail on January 20, they visited California before sailing to Asia. There they spent four months opening contract labor dialogue in Japan and China, while sightseeing and spreading goodwill through nations that were potential sources for workers. They continued through Southeast Asia, and then headed for Europe in June, where they stayed until mid September. Their most productive immigration talks were in Portugal, where Armstrong stayed behind to negotiate an expansion of Hawaiʻi's existing treaty with the government. President James A. Garfield in Washington, D. C., had been assassinated in their absence. On their return trip to the United States, Kalākaua paid a courtesy call on Garfield's successor President Chester A. Arthur. Before embarking on a train ride across the United States, Kalākaua visited Thomas Edison for a demonstration of electric lighting, discussing its potential use in Honolulu. They departed for Hawaiʻi from San Francisco on October 22, arriving in Honolulu on October 31. His homecoming celebration went on for days. He had brought the small island nation to the attention of world leaders, but the trip had sparked rumors that the kingdom was for sale. In Hawaiʻi there were critics who believed the labor negotiations were just his excuse to see the world. Eventually, his efforts bore fruit in increased contract labor for Hawaiʻi. Thomas Thrum's Hawaiian Almanac and Annual for 1883 reported Kalākaua's tour expense appropriated by the government as $22,500, although his personal correspondence indicates he exceeded that early on.

Дворец Иолани

Дворец Иолани — единственный королевский дворец на территории США. Первый дворец представлял собой коралловую и деревянную конструкцию, которая служила преимущественно офисным пространством для монархов королевства, начиная с Камехамехи III в 1845 году. К тому времени, когда Калакауа стал королем, здание обветшало, и он приказал его снести для постройки нового. Во время сессии законодательного собрания 1878 года председатель финансового комитета Уолтер Мюррей Гибсон, политический сторонник Калакауа, добился выделения 50 000 долларов на новый дворец. Строительство началось в 1879 году, а позднее было выделено еще 80 000 долларов на его обустройство и завершение строительства. Над проектом работали три архитектора: Томас Джей Бейкер, Чарльз Джей Уолл и Айзек Мур. 31 декабря 1879 года, в 45-й день рождения королевы Капиолани, Калакауа выбрал дату для торжественной закладки краеугольного камня. Министр иностранных дел Джон Макини Капина произнес официальную речь на церемонии на гавайском языке. Будучи Мастером масонской ложи Le Progres de L'Oceanie, Калакауа поручил масонам организовать церемонию. В параде, предшествовавшем закладке краеугольного камня, участвовали все гражданские и военные организации Гавайев. В газете "Pacific Commercial Advertiser" отмечалось, что это было "одно из самых масштабных шествий, которые видели в Гонолулу за последние годы". Внутри краеугольного камня была запечатана медная капсула времени, содержащая фотографии, документы, валюту и перепись населения Гавайев. После выступлений масоны преподнесли королю "рабочие инструменты каменщика": отвес, уровень, угольник и мастерок. Во время визита в студию Эдисона Калакауа убедился в эффективности электрического освещения для королевства. 21 июля 1886 года дворец Иолани стал первым зданием на Гавайях, освещенным электричеством, демонстрируя новую технологию. Монарх пригласил публику на церемонию освещения на территории дворца, собрав 5000 зрителей. Королевский гавайский оркестр играл, подавали угощения, а король проводил парад войск по территории. Общая стоимость строительства и обустройства нового дворца составила 343 595 долларов. Считалось, что Гибсон был главным инициатором этого события. 10 октября 1882 года газета Saturday Press сообщила, что не все население поддерживало коронацию. К этому моменту роль Гибсона в финансах королевства и его влияние на Калакауа стали подвергаться критике: "Наш разносторонний премьер-министр дергает за очередную ниточку в этом марионеточном представлении". В то же время газета осудила многие недавние действия и политику не только Гибсона, но и кабинета министров короля в целом. Церемония коронации и связанные с ней праздничные мероприятия растянулись на две недели. К церемонии 12 февраля 1883 года был построен специальный восьмиугольный павильон и трибуна. Были подготовлены места для ожидаемой толпы, превышающей 5000 человек, и установлены стулья для размещения дополнительных зрителей. Перед началом церемонии шествие из 630 взрослых и детей прошло от центра города к дворцу. Калакауа и Капиолани, в сопровождении королевской свиты, вышли из дворца на территорию проведения мероприятия. Коронации предшествовало пение хора и официальное провозглашение королевских титулов. В новостях отмечалось: "Король выглядел неловко". Председатель Верховного суда Гавайев Альберт Фрэнсис Джадд провел церемонию и вручил королю присягу. Затем корону передали Калакауа, и он возложил ее на голову. Церемония завершилась пением хора и молитвой. Планированный прием после коронации, который должен был дать Калакауа и Капиолани, был отменен без предварительного уведомления. Сегодня павильон коронации Калакауа служит трибуной для Королевского гавайского оркестра. Вечером королевская пара устроила государственный ужин, а позднее — луау. Хула исполнялась каждую ночь на территории дворца. Регаты, скачки и другие мероприятия заполнили праздничные дни. Хотя точные цифры неизвестны, историк Куйкендалл утверждал, что общая стоимость коронации превысила 50 000 долларов. В 1880 году законодательное собрание приняло закон о валюте, разрешающий приобретение слитков для монетного двора США для чеканки собственных монет Гавайев. На аверсе монеты должно было быть изображено лицо короля, а на реверсе — герб Гавайев и девиз "Ua Mau ke Ea o ka ʻĀina i ka Pono". В рамках соглашения с Клаусом Шпрекельсом он спонсировал чеканку, купив необходимое серебро. Взамен ему была гарантирована равная сумма шестипроцентных золотых облигаций, что обеспечивало ему гарантированную прибыль. Когда гавайские серебряные монеты начали поступать в обращение в декабре 1883 года, бизнес-сообщество неохотно принимало их, опасаясь, что они вытеснят с рынка американские золотые монеты. Шпрекельс открыл свой собственный банк для их распространения. Предприниматели опасались экономической инфляции и потеряли веру в правительство, как и иностранные государства. Политические последствия чеканки монет привели к сдвигу в сторону партии Куокоа (независимой) на выборах 1884 года. Партия приняла Закон о валюте, ограничивающий прием серебряных монет в качестве оплаты долгов менее 10 долларов. Обмен серебра на золото в казначействе был ограничен 150 000 долларов в месяц. В 1903 году гавайские серебряные монеты были выкуплены за американское серебро и переплавлены на монетном дворе Сан-Франциско.

'Iolani Palace is the only royal palace on US soil. The first palace was a coral and wood structure which served primarily as office space for the kingdom's monarchs beginning with Kamehameha III in 1845. By the time Kalākaua became king, the structure had decayed, and he ordered it destroyed to be replaced with a new building. During the 1878 session of the legislature Finance Chairman Walter Murray Gibson, a political supporter of Kalākaua's, pushed through appropriations of $50,000 for the new palace. Construction began in 1879, with an additional $80,000 appropriated later to furnish it and complete the construction. Three architects worked on the design, Thomas J. Baker, Charles J. Wall and Isaac Moore. December 31, 1879, the 45th birthday of Queen Kapiʻolani, was the date Kalākaua chose for the ceremonial laying of the cornerstone. Minister of Foreign Affairs John Mākini Kapena delivered the ceremony's formal address in Hawaiian. As Master of the Freemason Lodge Le Progres de L'Oceanie, Kalākaua charged the freemasons with orchestrating the ceremonies. The parade preceding the laying of the cornerstone involved every civilian and military organization in Hawaiʻi. The Pacific Commercial Advertiser noted it was "one of the largest seen in Honolulu for some years". A copper time capsule containing photographs, documents, currency, and the Hawaiian census was sealed inside the cornerstone. After speeches had been made, the freemasons presented the king with "the working tools of a mason", a plumb bob, level, square tool, and a trowel. Kalākaua had also seen during his visit to Edison's studio how effective electric lighting could be for the kingdom. On July 21, 1886, ʻIolani Palace led the way with the first electric lights in the kingdom, showcasing the technology. The monarch invited the public to attend a lighting ceremony on the palace grounds, attracting 5,000 spectators. The Royal Hawaiian Band entertained, refreshments were served, and the king paraded his troops around the grounds. The total cost of building and furnishing the new palace was $343,595. Gibson was believed to be the main proponent behind the event. On October 10, 1882, the Saturday Press indicated that not all the public was in favor of the coronation. By this point, Gibson's role in the kingdom's finances and his influence on Kalākaua were beginning to come under scrutiny: "Our versatile Premier is pulling another string in this puppet farce." At the same time, the newspaper rebuked many of the recent actions and policies not only of Gibson but of the King's cabinet in general. The coronation ceremony and related celebratory events were spread out over a two week period. A special octagon shaped pavilion and grandstand were built for the February 12, 1883, ceremony. Preparations were made for an anticipated crowd exceeding 5,000, with lawn chairs to accommodate any overflow. Before the actual event, a procession of 630 adults and children paraded from downtown to the palace. Kalākaua and Kapiʻolani, accompanied by their royal retinue, came out of the palace onto the event grounds. The coronation was preceded by a choir singing and the formal recitation of the King's official titles. The news coverage noted, "The King looked ill at ease." Chief Justice of Hawaiʻi's Supreme Court Albert Francis Judd officiated and delivered the oath of office to the king. The crown was then handed to Kalākaua, and he placed it upon his head. The ceremony ended with the choir singing, and a prayer. A planned post coronation reception by Kalākaua and Kapiʻolani was cancelled without advance notice. Today, Kalākaua's coronation pavilion serves as the bandstand for the Royal Hawaiian Band. That evening, the royal couple hosted a state dinner, and there was a luau at a later day. The hula was performed nightly on the palace grounds. Regattas, horse races and a number of events filled the celebration period. Although exact figures are unknown, historian Kuykendall stated that the final cost of the coronation exceeded $50,000. In 1880, the legislature passed a currency law that allowed it to purchase bullion for the United States mint to produce Hawaiʻi's own coins. The design would have the King's image on the obverse side, with Hawaiʻi's coat of arms and motto "Ua Mau ke Ea o ka ʻĀina i ka Pono" on the reverse. In a deal with Claus Spreckels, he sponsored the minting by purchasing the required silver. In return, he was guaranteed an equal amount of six percent gold bonds, thereby giving him a guaranteed profit. When Hawaiʻi's silver coins began circulating in December 1883, the business community was reluctant to accept them, fearing they would drive US gold coins out of the market. Spreckels opened his own bank to circulate them. Business owners feared economic inflation and lost faith in the government, as did foreign governments. Political fallout from the coinage led to the 1884 election year shift towards the Kuokoa (independent) Party in the legislature. It passed the Currency Act to restrict acceptance of silver coins as payment for debts under $10. Exchange of silver for gold at the treasury was then limited to $150,000 a month. In 1903, the Hawaiʻi silver coins were redeemed for US silver and melted down at the San Francisco Mint.

Юбилейный день рождения, 15-29 ноября 1886 года

50-летие Калакауа 16 ноября 1886 года было отмечено двухнедельным юбилеем. К этому времени Гибсон вошел в состав кабинета короля в качестве премьер-министра Гавайев. Он и министр внутренних дел Лютер Ахоло внесли предложение в законодательное собрание о создании комитета для организации празднования дня рождения 20 сентября. Предложение было одобрено, и по дальнейшей просьбе Гибсона законодательное собрание выделило 15 000 долларов на юбилей. 3 ноября было объявлено о закрытии всех государственных школ на неделю, начиная с 15 ноября. Подарки для короля начали поступать 15 ноября. В полночь юбилей официально начался с фейерверка в кратере Панчбоул. На рассвете полиция королевства прибыла во дворец Иолани, чтобы воздать должное, за ней последовали кабинет короля, судьи Верховного суда, дипломаты королевства и должностные лица правительственных ведомств. Школьные коллективы и общественные организации также воздали должное. Королевский гавайский оркестр играл в течение всего дня. Во второй половине дня двери дворца были открыты для всех должностных лиц и организаций, а также для публики. Вечером дворец был освещен фонарями, свечами и электрическим освещением, создавая "поток сияния, заливавший дворец и территорию". Вечер завершился парадом пожарных и фейерверком. В течение следующих двух недель прошли регата, юбилейный бал, луау, спортивные соревнования, государственный ужин и соревнование по стрельбе, в котором победили "Гоналулу-Рифлс". В 1891 году Harper's Weekly сообщил, что общая стоимость юбилея составила 75 000 долларов.

Военная политика

В начале своего правления Калакауа восстановил Домашнюю гвардию, которая была расформирована с тех пор, как его предшественник Луналило упразднил это подразделение в 1874 году. Первоначально король создал три добровольческие роты: гвардейцы Лелеиохоку, кавалерийское подразделение; роту принца, артиллерийское подразделение; и Гавайские гвардейцы, пехотное подразделение. К концу его правления армия Королевства Гавайи состояла из шести добровольческих рот, включая роту короля, роту королевы, роту принца, гвардейцев Лелеиохоку, гвардейцев Мамалахоа и Гоннолулу-Рифлз, а также регулярные войска Королевской Домашней гвардии. Ряды этих полков состояли в основном из гавайских и полугавайских офицеров, а также нескольких офицеров европейского происхождения, включая его шурина Джона Оуэна Доминиса. Каждое подразделение могло быть призвано на действительную службу при необходимости. У короля и губернатора Оаху также был свой личный штаб военных офицеров в званиях полковника и майора. После 1887 года военные комиссии, создавшие Доминиса и его штабных офицеров, были отозваны по экономическим причинам, а Военный закон 1886 года впоследствии был признан неконституционным. Военный закон 1888 года был принят, сократив численность армии до Королевской гвардии – постоянной силы с лимитом в 65 человек – и пяти добровольческих рот: Гоннолулу-Рифлз, роты короля, роты королевы, роты принца и гвардейцев Лелеиохоку. В 1890 году другой военный закон еще больше ограничил армию, оставив только Королевскую гвардию с максимальным набором в 36 100 человек.

Полинезийская конфедерация

Идея участия Гавайев во внутренних делах полинезийских стран существовала по крайней мере за два десятилетия до избрания Калакауа, когда австралиец Чарльз Сент-Джулиан предложил свои услуги в качестве политического связного с Гавайями в 1853 году. Он не достиг ничего существенного. Интерес Калакауа к формированию полинезийской коалиции, во главе с ним, был обусловлен влиянием как Уолтера М. Гибсона, так и итальянского авантюриста Чельсо Цезаря Морено. В 1879 году Морено призвал короля создать такое государство, поставив Гавайи во главу империи, "объединив под вашим скипетром весь полинезийский народ и сделав Гонолулу монархическим Вашингтоном, где представители всех островов собирались бы в конгрессе". В ответ на действия Германии и Великобритании в Океании, Pacific Commercial Advertiser Гибсона призвал Гавайи принять участие в защите островных государств от международной агрессии. В 1882 году Гибсон был назначен министром иностранных дел в кабинет Калакауа. В 1883 году он представил одобренный законопроект, чтобы официально уведомить иностранные правительства о полной поддержке Гавайями независимости полинезийских наций. Последующее "гавайское протестное" письмо, составленное им, в основном было проигнорировано странами-получателями. Газета Daily Bulletin в Гонолулу опубликовала свой ответ: "Истинная политика Гавайев заключается в том, чтобы сосредоточиться на собственных делах". Hawaiian Gazette критиковала Гибсона и насмешливо называла предлагаемое предприятие "Империей Калабаша". В 1885 году Гибсон направил министра в США Генри А. П. Картера в Вашингтон и Европу, чтобы донести до сведения гавайских намерений в отношении Полинезии. Картер добился небольшого прогресса в выполнении инструкций Гибсона. Он настаивал на прямом вмешательстве в политические волнения на Самоа, где Германская империя поддерживала повстанцев во главе с Тамасесе в попытке свергнуть короля Малиэтоа Лаупепу. Чтобы сохранить его власть, Гибсон убедил законодательное собрание 1886 года выделить 100 000 долларов на покупку парохода "Зеландия", 50 000 долларов на его эксплуатационные расходы и 35 000 долларов на зарубежные миссии. Специальный комиссар США на Самоа Джордж Х. Бейтс посоветовал Калакауа не вмешиваться в дела Самоа и заниматься своими делами. Вместо этого Гавайи отправили делегацию во главе с Джоном Э. Бушем на Самоа, где король Самоа Малиэтоа Лаупепа подписал договор о самоанской гавайской конфедерации 17 февраля 1887 года. Буш также вручил Малиэтоа Королевский орден Звезды Океании, учрежденный Калакауа в честь монархов и вождей Полинезийской конфедерации. Правительство направило HHMS Kaimiloa для использования Бушем при посещении вождей других полинезийских островов. Соединенные Штаты и Великобритания присоединились к Германии в выражении неодобрения договора. Германия предупредила Соединенные Штаты и Великобританию: "В случае, если Гавайи попытаются вмешаться в пользу Малиэтоа, король Сандвичевых островов тем самым вступит с нами в состояние войны". Когда немецкие военные корабли прибыли в воды Самоа, Малиэтоа сдался и был отправлен в изгнание. "Каймилоа" и делегация Буша были отозваны в Гонолулу после отстранения администрации Гибсона. Позднее Калакауа объяснил вмешательство Гавайев в дела Самоа так: "Наша миссия была, прежде всего, миссией благотворительности, но высокомерие немцев помешало нашим добрым намерениям, и нам пришлось отозвать миссию".

The idea of Hawaiʻi's involvement in the internal affairs of Polynesian nations had been around at least two decades before Kalākaua's election, when Australian Charles St Julian volunteered to be a political liaison to Hawaiʻi in 1853. He accomplished nothing of any significance. Kalākaua's interest in forming a Polynesian coalition, with him at the head, was influenced by both Walter M. Gibson and Italian soldier of fortune Celso Caesar Moreno. In 1879 Moreno urged the king to create such a realm with Hawaiʻi at the top of the empire by " uniting under your sceptre the whole Polynesian race and make Honolulu a monarchical Washington, where the representatives of all the islands would convene in Congress." In response to the activities of Germany and Great Britain in Oceania, Gibson's Pacific Commercial Advertiser urged Hawaiʻi's involvement in protecting the island nations from international aggression. Gibson was appointed to Kalākaua's cabinet as Minister of Foreign Affairs in 1882. In 1883, he introduced the approved legislation to convey in writing to foreign governments that Hawaiʻi fully supported the independence of Polynesian nations. The subsequent "Hawaiian protest" letter he drafted was mostly ignored by nations that received it. The Daily Bulletin in Honolulu issued its own response, "Hawaiʻi's true policy is to confine her attention to herself, ". The Hawaiian Gazette criticized Gibson's character and mockingly referred to the proposed venture as the "Empire of the Calabash". In 1885, Gibson dispatched Minister to the United States Henry A. P. Carter to Washington, D. C., and Europe to convey Hawaiʻi's intentions towards Polynesia. Carter made little headway with Gibson's instructions. He pushed for direct intervention into a political upheaval in Samoa, where the German Empire backed rebels under their leader Tamasese in an attempt to overthrow King Malietoa Laupepa. In an effort to keep him in power, Gibson convinced the 1886 legislature to allocate $100,000 to purchase the steamship Zealandia, $50,000 for its operating expenses, and $35,000 for foreign missions. United States special commissioner to Samoa, George H. Bates advised Kalākaua that Hawaiʻi should mind its own business and stay out of Samoan affairs. Instead, Hawaiʻi sent a delegation headed by John E. Bush to Samoa, where Samoan King Malietoa Laupepa signed a Samoan Hawaiian confederation treaty on February 17, 1887. Bush also presented Malietoa with the Royal Order of the Star of Oceania, which Kalakaua had created to honor the monarchs and chiefs of the Polynesian confederation. The government sent HHMS Kaimiloa for Bush's use in visiting the chiefs of the other islands of Polynesia. The United States and Great Britain joined with Germany in expressing their disapproval of the treaty. Germany warned the United States and Great Britain, "In case Hawaiʻi should try to interfere in favor of Malietoa, the King of the Sandwich Islands would thereby enter into [a] state of war with us." When German warships arrived in Samoan waters, Malietoa surrendered and was sent into exile. The Kaimiloa and Bush's delegation were recalled to Honolulu after the ousting of the Gibson administration. Kalākaua's later explanation of Hawaiʻi's interference in Samoa was, "Our Mission was simply a Mission of phylanthropy [sic] more than any thing, but the arogance [sic] of the Germans prevented our good intentions and . we had to withdraw the Mission."

Конституция Байонета 1887 года

В своих "Воспоминаниях о Гавайской революции" Санфорд Доул посвятил главу Конституции Байонета. Он заявил, что король Калакауа назначал членов кабинета не за их способность выполнять работу, а за их готовность подчиняться его воле. Следовательно, по словам Доула, средства переводились с одного счета на другой "для экстравагантных предприятий и для личного обогащения королевской семьи". Доул возложил основную вину на Гибсона и обвинил Калакауа в получении взятки в размере 71 000 долларов от Тонг Ки за предоставление лицензии на опиум, что было осуществлено через одного из политических союзников короля, Юниуса Каэ. Несмотря на собственное несогласие, Калакауа подписал в 1886 году законопроект, учредивший единую лицензию на продажу и распространение опиума. Каэ предложил рисоводу Тонг Ки, также известному как Аки, что денежный дар королю может помочь ему получить её. Аки принял предложение и передал королю тысячи долларов. Другой торговец, Чун Лунг, предложил правительству 80 000 долларов, что вынудило Аки собрать ещё больше средств. Лицензия в конечном итоге была присуждена Чуну, который удерживал оплату до фактической передачи лицензии ему 31 декабря 1886 года. Калакауа признал, что его кабинет, состоявший из сторонников Чуна, отменил его первоначальное решение. После того, как реформистская партия взяла под контроль правительство, долг по лицензии на опиум остался непогашенным. Калакауа согласился погасить свои долги за счет доходов от земель короны. Однако другие обязательства и непогашенные долги вынудили его передать свои долги доверителям, которые должны были контролировать все частные владения Калакауа и доходы от земель короны. Когда доверители отказались включить в долг сумму за опиум, Аки подал в суд. Хотя суд постановил, что "король не может совершать зло", доверители были признаны ответственными за долг. Гавайская лига была создана для изменения существующего порядка в правительстве "всеми необходимыми средствами" и объединила усилия с ополченческим формированием "Гоналулу-Рифлс". Ожидая государственного переворота, король предпринял меры для самосохранения, уволив Гибсона и весь его кабинет 28 июня. Вновь назначенными членами кабинета были Уильям Лоутиан Грин – премьер-министр и министр финансов, Кларенс У. Эшфорд – генеральный прокурор, Лоррин А. Турстон – министр внутренних дел и Годфри Браун – министр иностранных дел. Новая конституция была немедленно разработана Гавайским комитетом и представлена Калакауа для подписания 6 июля. На следующий день он издал прокламацию об отмене Конституции 1864 года Королевства Гавайи. Новая конституция получила прозвище Конституция Байонета из-за давления, под которым она была подписана. Его сестра Лилиуокалани в книге "История Гавайев" заявила, что её брат был убежден, что в случае отказа от подписания его убьют. Она писала, что он больше не знал, кто его друг, а кто враг. Он чувствовал себя преданным людьми, которым когда-то доверял, и рассказал ей, что повсюду, куда бы он ни пошел, за ним осуществлялось постоянное наблюдение. С тех пор она известна как "Конституция Байонета", и это название вполне оправдано, поскольку жестокое обращение с королем со стороны военных формирований, организованных его врагами под другими предлогами, но на самом деле для принуждения его к подчинению, было главной мерой, использованной для достижения этой цели. Дело было вскоре закрыто за отсутствием доказательств. Гибсон бежал в Калифорнию 12 июля и умер там через 6 месяцев, 21 января 1888 года. После вступления в силу новой конституции студенты, обучавшиеся за государственный счет за границей, были отозваны. Одним из них был Роберт Уильям Уилкокс, направленный в Италию для военной подготовки. Первоначальной реакцией Уилкокса на произошедшие события было предложение назначить Лилиуокалани регентом. Однако 30 июля 1889 года он и Роберт Напуако Бойд, другой студент, спонсируемый государством, возглавили восстание, направленное на восстановление конституции 1864 года и, следовательно, власти короля. Калакауа, возможно опасаясь, что Уилкокс намерен вынудить его отречься от престола в пользу своей сестры, не находился во дворце во время восстания. Военная оборона правительства привела к капитуляции повстанцев Уилкокса.

In Memoirs of the Hawaiian Revolution, Sanford B. Dole devoted a chapter to the Bayonet Constitution. He stated that King Kalākaua appointed cabinet members not for their ability to do the job, but for their ability to bend to his will. Consequently, according to Dole, appropriated funds were shifted from one account to another, "for fantastic enterprises and for the personal aggrandizement of the royal family." Dole placed much of the blame on Gibson, and accused Kalākaua of taking a bribe of $71,000 from Tong Kee to grant an opium license, an action done via one of the king's political allies Junius Kaʻae. Despite his own personal opposition, Kalākaua signed a legislative bill in 1886 creating a single opium vending and distribution license. Kaʻae had suggested to rice planter Tong Kee, also known as Aki, that a monetary gift to the king might help him acquire it. Aki took the suggestion and gave thousands of dollars to the king. Another merchant, Chun Lung, made the government an offer of $80,000.00 which forced Aki to raise even more cash. The license was eventually awarded to Chun who withheld his payment until the license was actually signed over to him on December 31, 1886. Kalākaua admitted that he had been overruled by his cabinet who were friendly with Chun. After the reform party took control of the government, the opium license debt remained unpaid. Kalākaua agreed to make restitution for his debts via revenues from the Crown Lands. However, other liabilities and outstanding debt forced him to sign his debt over to trustees who would control all of Kalākaua's private estates and Crown Land revenues. When trustees refused to add the opium debt, Aki sued. Although the court ruled, "The king could do no wrong", the trustees were found liable for the debt. The Hawaiian League was formed to change the status quo of government "by all means necessary", and had joined forces with the Honolulu Rifles militia group. Anticipating a coup d'état, the king took measures to save himself by dismissing Gibson and his entire cabinet on June 28. The newly appointed cabinet members were William Lowthian Green as prime minister and minister of finance, Clarence W. Ashford as attorney general, Lorrin A. Thurston as minister of the interior, and Godfrey Brown as minister of foreign affairs. A new constitution was drafted immediately by the Hawaiian Committee and presented to Kalākaua for his signature on July 6. The next day he issued a proclamation of the abrogation of the 1864 Constitution of the Kingdom of Hawaiʻi. The new constitution was nicknamed the Bayonet Constitution because of the duress under which it was signed. His sister Liliuokalani stated in Hawaii's Story that her brother was convinced that if he did not sign, he would be assassinated. She wrote that he no longer knew who was friend or foe. He felt betrayed by people he once trusted and had told her that everywhere he went he was under constant surveillance. Quote|text=It has been known ever since that day as "The Bayonet Constitution," and the name is well chosen; for the cruel treatment received by the king from the military companies, which had been organized by his enemies under other pretences, but really to give them the power of coercion, was the chief measure used to enforce his submission.|author=Liliʻuokalani

Gibson was arrested on July 1 and charged with embezzlement of public funds. The case was soon dropped for lack of evidence. Gibson fled to California on July 12, and died there 6 months later on January 21, 1888. When the new constitution went into effect, state sponsored students studying abroad were recalled. One of those was Robert William Wilcox who had been sent to Italy for military training. Wilcox's initial reaction to the turn of events was advocating Liliuokalani be installed as Regent. On July 30, 1889, however, he and Robert Napuʻuako Boyd, another state sponsored student, led a rebellion aimed at restoring the 1864 constitution, and, thereby, the king's power. Kalākaua, possibly fearing Wilcox intended to force him to abdicate in favor of his sister, was not in the palace when the insurrection happened. The government's military defense led to the surrender of the Wilcox's insurgents.

Смерть и наследство

Калакауа отплыл в Калифорнию на борту USS Charleston 25 ноября 1890 года. Его сопровождали его доверенные друзья Джордж Макфарлейн и Роберт Хоапили Бейкер. Цель поездки короля оставалась неясной. Министр иностранных дел Джон Адамс Камминс доложил, что поездка предпринята исключительно по состоянию здоровья короля и не будет выходить за пределы Калифорнии. Местные газеты и британский комиссар Вудхаус опасались, что король может отправиться дальше на восток, в Вашингтон, округ Колумбия, чтобы договориться о продлении передачи Перл-Харбора Соединенным Штатам после истечения срока действия договора о взаимной торговле или о возможной аннексии королевства. Его сестра Лилиуокалани, безуспешно попытавшись отговорить его от отъезда, написала, что он намеревался обсудить тариф Маккинли с гавайским послом в Соединенных Штатах Генри А. П. Картером в Вашингтоне. Она вновь была назначена регентом на время его отсутствия. По прибытии в Калифорнию, делегация высадилась в Сан-Франциско 5 декабря. Калакауа, чье здоровье ухудшалось, остановился в люксе отеля Palace. Во время путешествия по Южной Калифорнии и Северной Мексике он перенес легкий инсульт в Санта-Барбаре и был срочно доставлен обратно в Сан-Франциско. Он был помещен под наблюдение Джорджа Вудса, хирурга Тихоокеанского флота США. Вопреки совету доктора Вудса, Калакауа настоял на посещении своей инициации в Древний арабский орден благородных Мистической святыни (A. A. O. N. M. S.) 14 января. Ему дали тоник «Вин Мариани», который помог ему подняться, и его сопровождали на церемонию члены ордена. Церемония не заняла много времени, и его вернули в люкс в течение часа. За два дня до смерти он впал в кому. Калакауа скончался во вторник, 20 января 1891 года, в 14:35. Представители ВМС США указали в качестве официальной причины смерти болезнь Брайта (воспаление почек). Его последними словами были: «Aue, he kanaka au, eia i loko o ke kukonukonu o ka maʻi!», или «Увы, я человек, серьезно больной!». Более известная цитата «Передайте моему народу, что я старался», приписываемая его последним словам, была на самом деле придумана писателем Юджином Бернсом в его биографии Калакауа 1952 года «Последний король рая». Незадолго до смерти его голос был записан на фонографический цилиндр, который сейчас хранится в музее Берниса П. Бишопа. Известие о смерти Калакауа достигло Гавайев 29 января, когда «Чарльстон» вернулся в Гонолулу с телом короля. После государственных похорон в Калифорнии и вторых похорон в Гонолулу, останки короля были захоронены в Королевском мавзолее Мауна-Ала 15 февраля 1891 года. На церемонии, которую провела его сестра Лилиуокалани 24 июня 1910 года, его останки и останки его семьи были перенесены в подземную крипту Калакауа после того, как основное здание мавзолея было преобразовано в часовню.

Kalākaua sailed for California aboard the USS Charleston on November 25, 1890. Accompanying him were his trusted friends George W. Macfarlane and Robert Hoapili Baker. There was uncertainty about the purpose of the king's trip. Minister of Foreign Affairs John Adams Cummins reported the trip was solely for the king's health and would not extend beyond California. Local newspapers and British commissioner Wodehouse worried the king might go farther east to Washington, D. C., to negotiate a continued cession of Pearl Harbor to the United States after the expiration of the reciprocity treaty or possible annexation of the kingdom. His sister Liliʻuokalani, after unsuccessfully dissuading him from departing, wrote he meant to discuss the McKinley Tariff with the Hawaiian ambassador to the United States HenryA. P. Carter in Washington. She was again appointed to serve as regent during his absence. Upon arriving in California, the party landed in San Francisco on December 5. Kalākaua, whose health had been declining, stayed in a suite at the Palace Hotel. Traveling throughout Southern California and Northern Mexico, he suffered a minor stroke in Santa Barbara and was rushed back to San Francisco. He was placed under the care of George W. Woods, surgeon of the United States Pacific Fleet. Against the advice of Dr. Woods, Kalākaua insisted on going to his initiation at the Ancient Arabic Order of the Nobles of the Mystic Shrine (A. A. O. N. M. S.) on January 14. He was given a tonic of Vin Mariani that got him on his feet, and was accompanied to the rites by an escort from the Nobles of the Mystic Shrine. The ceremonies did not take long, and he was returned to his suite within an hour. Two days before his death, he lapsed into a coma. Kalākaua died at 2:35 pm on Tuesday, January 20, 1891. US Navy officials listed the official cause of death as Bright's Disease (inflammation of the kidneys). His last words were, "Aue, he kanaka au, eia i loko o ke kukonukonu o ka maʻi!," or "Alas, I am a man who is seriously ill." The more popular quote, "Tell my people I tried", attributed as his last words, was actually invented by novelist Eugene Burns in his 1952 biography of Kalākaua, The Last King of Paradise. Shortly before his death, his voice was recorded on a phonograph cylinder, which is now in the Bernice P. Bishop Museum. The news of Kalākaua's death did not reach Hawaiʻi until January 29 when the Charleston returned to Honolulu with the king's remains. As his designated heir apparent,

After a state funeral in California and a second one in Honolulu, the king's remains were buried in the Royal Mausoleum at Mauna ʻAla on February 15, 1891. In a ceremony officiated by his sister Liliʻuokalani on June 24, 1910, his remains, and those of his family, were transferred to the underground Kalākaua Crypt after the main mausoleum building had been converted into a chapel.

Наследие

Правление Калакауа обычно считается первым гавайским Ренессансом, как благодаря его влиянию на музыку Гавайев, так и благодаря другим вкладам, которые он внес в возрождение гавайской культуры. Его действия вдохновили на возрождение гавайской гордости и национализма в королевстве. Во времена правления Каахуману, принявшей христианство, танцы хула были запрещены и карались законом. Последующие монархи постепенно начали разрешать хулу, но именно Калакауа вернул её в полную силу. Пение, меле и хула были частью официальных развлечений на коронации Калакауа и его юбилейном дне рождения. Он пригласил всех гавайцев, владеющих старинными меле и песнопениями, принять участие в коронации и организовал наблюдение за празднованием музыковеда А. Маркеса. Культурное наследие Калакауа продолжает жить в Фестивале Merrie Monarch, крупномасштабном ежегодном конкурсе хула в Хило, Гавайи, начатом в 1964 году и названном в его честь. Как композитор древних песнопений, или меле, Калакауа впервые опубликовал письменную версию Кумулипо – 2102-строчного песнопения, которое традиционно передавалось устно. Оно прослеживает королевскую родословную и создание космоса. Он также известен тем, что возродил гавайское боевое искусство луа и серфинг. Гавайский совет по здравоохранению (отличающийся от государственного Совета по здравоохранению), утвержденный законодательным собранием в 1886 году, состоял из пяти коренных гавайцев, назначенных Калакауа, которые осуществляли лицензирование и регулирование традиционной практики местных целительских искусств. Он также назначил Эмму Кайли Меткалф Бекли Накуину первым коренным гавайцем куратором Гавайского национального музея и увеличил финансирование учреждения. В 2004 году Национальный музей естественной истории выставил красно-желтое пернатое одеяние Hale Naua ʻahuʻula и пернатый kāhili Калакауа в рамках своей специальной гавайской экспозиции. Спонсорство Калакауа и краткая карьера в гавайской печати дали ему дополнительное прозвище «Король-редактор». С 1861 по 1863 год Калакауа вместе с Г. В. Милой, Дж. В. Х. Каувахи и Джоном К. Каунамано редактировали Ka Hoku o ka Pakipika («Звезда Тихого океана»), первую газету на гавайском языке, написанную исключительно коренными гавайцами без влияния американских миссионеров. Эта националистическая газета была посвящена гавайским темам, особенно традиционному фольклору и поэзии. В 1870 году он также редактировал ежедневную газету Ka Manawa («Время»), которая освещала международные новости, местные новости и генеалогии, но просуществовала всего два месяца. Он также спонсировал литературный журнал Ka Hoku o Ke Kai («Звезда моря»), который издавался с 1883 по 1884 год. Гавайский музыкальный зал славы почтил Калакауа и его братьев и сестер как Na Lani ʻEhā («Небесную четверку») за их покровительство и обогащение музыкальной культуры и истории Гавайев. «Hawaiʻi Ponoʻī» был официально признан гимном штата Гавайи в 1967 году. Первоначально названный «Гимн Камехамеха I», Анри Бергер, руководитель Королевского гавайского оркестра, написал инструментальную мелодию в 1872 году под влиянием прусского гимна «Heil dir im Siegerkranz». Калакауа добавил слова в 1874 году, и церковный хор Кавайахао исполнил его в день его рождения в том году. В 1876 году он стал официальным гимном Королевства Гавайи до свержения монархии. Другие произведения короля включают «Sweet Lei Lehua», «ʻAkahi Hoʻi», «E Nihi Ka Hele», «Ka Momi» и «Koni Au I Ka Wai». Семь его песен были опубликованы в Ka Buke O Na Leo Mele Hawaii (1888) под псевдонимом «Figgs». Обычно он писал только тексты для большинства своих сохранившихся произведений. Он установил дипломатические отношения с Королевством Сербия и был награжден орденом Креста Таково. Укулеле было представлено на Гавайских островах во время правления Калакауа Мануэлем Нуньесом, Жозе ду Эспириту Санто и Аугусто Диасом, португальскими иммигрантами из Мадейры и Кабо-Верде. Король овладел этим инструментом. По словам американской журналистки Мэри Ханны Краут и жительницы Гавайев Изобель Осборн Стронг, жены художника Джозефа Дуайта Стронга и падчерицы Роберта Луиса Стивенсона, он часто играл на укулеле и исполнял меле для своих гостей в сопровождении своей личной музыкальной группы Kalākaua's Singing Boys (также известной как King's Singing Boys). Стронг вспоминала о "Поющих мальчиках" как о "лучших певцах и исполнителях на укулеле и гитаре на всех островах". Калакауа был введен в Зал славы укулеле в 1997 году. Калакауа-авеню была создана в марте 1905 года Палатой представителей и Сенатом Законодательного собрания Гавайской территории. Она переименовала шоссе, известное как Waikiki Road, «в память о имени его покойного Величества Калакауа, во время правления которого Гавайи достигли больших успехов в материальном благосостоянии». Здание Короля Давида Калакауа было внесено в Национальный реестр исторических мест в 1975 году под своим прежним названием U. S. Post Office, Customhouse, and Courthouse. Расположенное по адресу 335 Merchant Street в Гонолулу, оно когда-то было официальной резиденцией администрации Территории Гавайи. Здание было переименовано в честь Калакауа в 2003 году. В 1985 году бронзовая статуя Калакауа была передана городу и округу Гонолулу в память о 100-летии прибытия первых японских рабочих после визита короля в Японию. Она была заказана Комитетом по празднованию 100-летия японской иммиграции на Оаху от имени японско-американского сообщества Гавайев. Статуя была спроектирована и создана музыкантом Палани Воном, архитектором Лиландом Онекеа и коренным гавайским скульптором Шоном Кекамакупаа Каонохиокалани Ли Брауном. Она расположена на углу Калакауа и Кухио-авеню в Вайкики. В 1988 году бронзовая статуя под названием «Король Давид Калакауа» была установлена в парке Калакауа в Хило, Гавайи (145 см в высоту). Она была создана гавайским художником Генри Бьянчини. Гавайская песня о Калакауа звучит в диснеевском мультфильме «Лило и Стич», когда Лило представлена в фильме. Меле была написана как меле иноа, ее первоначальное название – «He Inoa No Kalani Kalākaua Kulele» (песня-имя для вождя Калакауа). В саундтреке к «Лило и Стич» она была переименована в «He Mele No Lilo».

Kalākaua's reign is generally regarded as the first Hawaiian Renaissance, for both his influence on Hawaiʻi's music, and for other contributions he made to reinvigorate Hawaiian culture. His actions inspired the reawakening Hawaiian pride and nationalism for the kingdom. During the earlier reign of Christian convert Kaʻahumanu, dancing the hula was forbidden and punishable by law. Subsequent monarchs gradually began allowing the hula, but it was Kalākaua who brought it back in full force. Chants, meles and the hula were part of the official entertainment at Kalākaua's coronation and his birthday jubilee. He issued an invitation to all Hawaiians with knowledge of the old mele and chants to participate in the coronation, and arranged for musicologist A. Marques to observe the celebrations. Kalākaua's cultural legacy lives on in the Merrie Monarch Festival, a large scale annual hula competition in Hilo, Hawaiʻi, begun in 1964 and named in his honor. A composer of the ancient chants or mele, for the first time Kalākaua published a written version of the Kumulipo, a 2,102 line chant that had traditionally been passed down orally. It traces the royal lineage and the creation of the cosmos. He is also known to have revived the Hawaiian martial art of Lua, and surfing. The Hawaiian Board of Health (different from the governmental Board of Health) passed by the 1886 legislature consisted of five Native Hawaiians, appointed by Kalākaua, who oversaw the licensing and regulation of the traditional practice of native healing arts. He also appointed Emma Kaili Metcalf Beckley Nakuina as the first Native Hawaiian curator of the Hawaiian National Museum and increased funding for the institution. In 2004, the National Museum of Natural History displayed Kalākaua's red and yellow feathered Hale Naua ʻahuʻula and feathered kāhili as part of its Hawaiian special exhibit. Kalākaua's sponsorship of and a brief career in the Hawaiian language press gave him the additional epithet of the "Editor King". From 1861 to 1863, Kalākaua with G. W. Mila, J. W. H. Kauwahi and John K. Kaunamano co edited Ka Hoku o ka Pakipika (The Star of the Pacific), the first Hawaiian language newspaper solely written by Native Hawaiians without the influence of American missionaries. This nationalist paper focused on Hawaiian topics especially traditional folklore and poetry. In 1870 he also edited the daily newspaper Ka Manawa (Times), which concerned itself with international news, local news and genealogies but only lasted for two months. He also sponsored the literary journal, Ka Hoku o Ke Kai (The Star of the Sea), which ran from 1883 to 1884. The Hawaiian Music Hall of Fame honored Kalākaua and his brother and sisters as Na Lani ʻEhā ("The Heavenly Four") for their patronage and enrichment of Hawaiʻi's musical culture and history. "Hawaiʻi Ponoʻī" was officially designated the Hawaiʻi state anthem in 1967. Originally titled "Hymn to KamehamehaI", Henri Berger, leader of the Royal Hawaiian Band, wrote the instrumental melody in 1872, influenced by the Prussian anthem "Heil dir im Siegerkranz". Kalākaua added the lyrics in 1874, and the Kawaiahaʻo Church Choir sang it on his birthday that year. In 1876, it became the official anthem of the Kingdom of Hawaiʻi until the overthrow of the monarchy. Other works by the king include "Sweet Lei Lehua", "ʻAkahi Hoʻi", "E Nihi Ka Hele", "Ka Momi", and "Koni Au I Ka Wai". Seven of his songs were published in Ka Buke O Na Leo Mele Hawaii (1888) using the pseudonym "Figgs". He generally wrote only the lyrics for most of his surviving works. He established diplomatic relations with the Kingdom of Serbia and was awarded the Order of Cross of Takovo. The ukulele was introduced to the Hawaiian islands during the reign of Kalākaua, by Manuel Nunes, José do Espírito Santo, and Augusto Dias, Portuguese immigrants from Madeira and Cape Verde. The king became proficient on the instrument. According to American journalist Mary Hannah Krout and Hawaiʻi resident Isobel Osbourne Strong, wife of artist Joseph Dwight Strong and stepdaughter of Robert Louis Stevenson, he would often play the ukulele and perform meles for his visitors, accompanied by his personal musical group Kalākaua's Singing Boys (aka King's Singing Boys). Strong recalled the Singing Boys as "the best singers and performers on the ukulele and guitar in the whole islands". Kalākaua was inducted into the Ukulele Hall of Fame in 1997. Kalākaua Avenue was created in March 1905 by the House and Senate of the Hawaiʻi Territorial Legislature. It renamed the highway known as Waikiki Road, "to commemorate the name of his late Majesty Kalākaua, during whose reign Hawaiʻi made great advancement in material prosperity". The King David Kalakaua Building was listed on the National Register of Historic Places in 1975 under its former name U. S. Post Office, Customhouse, and Courthouse. Located at 335 Merchant Street in Honolulu, it was once the official seat of administration for the Territory of Hawaiʻi. The building was renamed for Kalākaua in 2003. In 1985, a bronze statue of Kalākaua was donated to the City and County of Honolulu to commemorate the 100 year anniversary of the arrival of the first Japanese laborers after the king's visit to Japan. It was commissioned by the Oahu Kanyaku Imin Centennial Committee on behalf of the Japanese American community of Hawaiʻi. The statue was designed and created by musician Palani Vaughan, architect Leland Onekea and Native Hawaiian sculptor Sean Kekamakupaa Kaonohiokalani Lee Loy Browne. It is located at the corner of Kalākaua and Kuhio avenues in Waikiki. In 1988, a cast bronze statue titled "King David Kalākaua" was placed in Kalakaua Park in Hilo, Hawai'i (57" H). It was created by Hawaiian artist Henry Bianchini. A Hawaiian song about Kalākaua can be heard in the Disney movie Lilo & Stitch when Lilo is introduced in the movie. The mele was written as a mele inoa, its original title being "He Inoa No Kalani Kalākaua Kulele" (a namesong for the chief, Kalākaua). On the Lilo & Stitch soundtrack, it was retitled as "He Mele No Lilo".

Известные опубликованные работы

На Меле Аймоку, На Меле Купуна, а Ме На Меле Поной О Ка Мой Калакава I. Династические песнопения, песнопения предков и личные песнопения короля Калакава I. (1886). Гавайское историческое общество, Гонолулу, 2001. Легенды и мифы Гавайев: сказки и фольклор странного народа. (1888). Компания C.E. Tuttle, Нью-Йорк, 1990.