Введение

Анархо-синдикализм – это политическая философия и анархистское направление мысли, рассматривающее революционный индустриальный синдикализм, или просто синдикализм, как способ для трудящихся в капиталистическом обществе добиться контроля над экономикой и, тем самым, влиять на общество в целом. Целью синдикализма является отмена наемной системы, которую считают разновидностью рабства. Теория анархо-синдикализма обычно сосредоточена на рабочем движении. Опираясь на анархистскую философию, являющуюся основным источником вдохновения, анархо-синдикализм исходит из идеи о том, что власть развращает, и любая иерархия, не имеющая этического обоснования, должна быть разрушена.

Происхождение

Корни анархо-синдикализма лежат в анархистской фракции Международного товарищества рабочих (IWA), которая отстаивала центральную роль профсоюзов в классовой борьбе и призывала к всеобщей забастовке для замены государства свободным объединением производителей. Это шло вразрез с марксистской фракцией, которая предлагала захват государственной власти политической партией. Крупнейшим отделением IWA была Испанская региональная федерация (FRE), принявшая анархистскую платформу революционного профсоюзного движения и организованную по структуре, предвосхищавшей синдикализм. FRE была вынуждена уйти в подполье после подавления возглавляемой FRE Нефтяной революции в 1873 году, после чего её сменили ряд профсоюзов, таких как Федерация трудящихся Испанского региона (FTRE) и Пакт союза и солидарности (PUS). Модель FRE также была подхвачена кубинскими анархистами, которые создали собственные федерации профсоюзов для организации кубинских рабочих и недавно освобожденных рабов. В Соединенных Штатах анархисты Международной ассоциации трудящихся (IWPA) также приняли протосиндикалистскую платформу Альберта Парсонса и создали крупную федерацию профсоюзов в Чикаго. Несмотря на подавление после дела Хеймаркета, IWPA оказала значительное влияние на развитие синдикализма (описываемого как «анархизм, воплощенный в практику») и оставила наследие, отмечаемое в Международный день труда. Анархисты также участвовали в профсоюзном движении в Мексике, где они основали Мексиканский всеобщий рабочий конгресс (CGOM) и посвятили его использованию профсоюзов как средства социальной революции. В то время как влияние анархистов было сильным в испанском и американском рабочем движении, большинство европейских профсоюзов перешли под контроль социал-демократических политических партий. В 1880-х годах период экономического роста способствовал развитию реформистских тенденций, таких как социал-демократия, что привело к оттеснению анархистов, которые в значительной степени пренебрегали организацией труда в пользу индивидуальных актов «пропаганды действием». Однако технологические инновации, достигнутые во время Второй промышленной революции, также сопровождались одновременным ростом прибыли и снижением заработной платы, а новые методы управления привели к увеличению как рабочей нагрузки, так и рабочего времени. Растущая степень разделения труда привела к росту отчуждения среди рабочих, что способствовало развитию призывов к самоуправлению трудящихся и контролю работников над средствами производства. Даже когда забастовки становились все более распространенными по всему миру, лидеры социал-демократических профсоюзов в основном неохотно шли на забастовки и ограничивали полномочия отдельных членов в принятии решений посредством внутренней бюрократии. Несмотря на протесты членов, эти централизованные профсоюзы часто предпочитали заключать с работодателями компромиссные «коллективные договоры» вместо того, чтобы рисковать открытием накопленного забастовочного фонда. Умеренная политика профсоюзного руководства в конечном итоге вызвала широкое разочарование среди рядовых членов профсоюза, и некоторые, такие как Карл Рош, стали характеризовать платных профсоюзных чиновников как новый привилегированный класс. Растущая напряженность между профсоюзным руководством и членами профсоюза привела к развитию течения, которое к тому времени стало известно как синдикализм, призывавшего самих рабочих к прямым действиям для улучшения своих материальных условий. Анархисты также начали отходить от инсуррекционизма и возвращаться к рабочему движению, все больше продвигая синдикализм как «практическую форму организации для реализации анархистского коммунизма» и даже начали отвоевывать некоторые профсоюзы у социал-демократов.

Рост синдикализма

Рождение революционного синдикалистского движения произошло во Франции в конце XIX века. После подавления Парижской коммуны и Первого Интернационала французским государством, профсоюзы остались дезорганизованными, и многие попали под контроль республиканских и социалистических политических партий. В это время рабочие начали создавать «Биржи труда» (Bourses du Travail), которые предоставляли взаимную помощь, поощряли самоорганизацию независимых профсоюзов и организовывали забастовки. Эти институты были созданы вне контроля политических партий широкой коалицией рядовых членов профсоюзов, революционных социалистов и анархистов. Возглавляемые Фернаном Пеллутье, анархисты видели в биржах труда зародыш безгосударственного общества, рассматривая их как средство для рабочих по достижению краткосрочных выгод и подготовке к революционной всеобщей забастовке. К началу XX века биржи труда объединились с другими независимыми профсоюзами в Генеральную конфедерацию труда (CGT), которая в конечном итоге объединила 60% французских рабочих во всех секторах экономики. Придерживаясь принципов революционного синдикализма, в 1905 году CGT начала кампанию за установление восьмичасового рабочего дня самими рабочими. 1 мая 1906 года эта кампания вылилась во всеобщую забастовку, которая обеспечила сокращение рабочего времени и нагрузки, повышение заработной платы и введение выходных дней. Однако последовавшие годы принесли усиление государственного репрессивного аппарата против CGT, что в конечном итоге вынудило её обратиться к реформизму. К этому времени революционный синдикализм уже распространился по всей Европе. В Нидерландах Национальный трудовой секретариат отошел от социал-демократии и принял синдикализм. В Италии серия генеральных забастовок, возглавляемых синдикалистами, привела к созданию Итальянского синдикалистского союза (USI), который, в свою очередь, организовал еще одну серию генеральных забастовок, кульминацией которых стала «Красная неделя». В Португалии репрессии, последовавшие за революцией 1910 года, во время которой синдикалистская всеобщая забастовка ненадолго поставила Лиссабон под контроль рабочих, вынудили социалистов и анархистов объединиться в рамках (UON). В Германии синдикалисты создали Свободное объединение немецких профсоюзов (FVdG) вне контроля Социал-демократической партии (СДП). В Швеции поражение во всеобщей забастовке ускорило раскол синдикалистов от социал-демократических профсоюзов и привело к образованию Центральной организации рабочих Швеции (SAC). Синдикализм также получил развитие в Норвегии и Дании, после того как переговоры о прекращении серии локаутов, инициированных социал-демократическим профсоюзным руководством, подтолкнули радикалов к созданию собственных синдикалистских профсоюзов. В отличие от распространения синдикализма французского типа по всей Европе, в англоязычном мире развивалась тенденция, известная как промышленный синдикализм, которая отстаивала концепцию «Единого большого профсоюза». Это движение возглавляли Промышленные рабочие мира (IWW), распространившиеся из Соединенных Штатов в Австралию, Великобританию и Южную Африку. Единственным развитием синдикализма в англоязычных странах было развитие в Великобритании, где в 1910 году Том Манн основал Лигу промышленного синдикалистского образования (ISEL) и начал организовывать рабочих в горнодобывающей и транспортной отраслях. ISEL организовала всеобщую транспортную забастовку в Ливерпуле в 1911 году, которая получила значительную международную поддержку, и убедила Федерацию шахтеров Южного Уэльса реорганизоваться по синдикалистским принципам, прежде чем принять участие в общенациональной угольной забастовке в Великобритании в 1912 году. К 1910-м годам синдикализм распространился по всей Европе, и в движении начали развиваться анархистские тенденции.

Развитие анархистского синдикализма

Несмотря на общую приверженность профсоюзной деятельности, революционным синдикалистам не хватало последовательной идеологии. Голландский синдикалист Кристиан Корнелисен обнаружил, что движение разделено на три основные группы: социалисты, видевшие в синдикализме средство отрыва от парламентской политики; профсоюзные деятели, рассматривавшие его как самостоятельную идеологию классовой борьбы; и анархисты. В 1906 году CGT попыталась найти компромисс между этими различными синдикалистскими течениями, создав единую декларацию синдикалистских принципов – Хартию Амиена. В Хартии заявлялось, что CGT должна быть классовой организацией, а не идеологической, и приветствовать рабочих всех политических взглядов, при условии их согласия с отменой наемного труда и капитализма. Указывалось, что «двойная цель» синдикализма состоит в работе над немедленным улучшением условий труда и подготовке к всеобщей забастовке, в ходе которой профсоюзы возьмут на себя производство и распределение. Идеологические убеждения, не связанные с этими целями, должны были оставаться за пределами союза. Хотя многие анархисты сочувствовали революционной синдикалистской программе, они оставались скептически настроенными по отношению к синдикалистскому движению. Когда в 1907 году анархо-синдикалист Кристиан Корнелисен созвал Международный анархистский конгресс в Амстердаме, между двумя течениями возник конфликт. В то время как Пьер Монатте из CGT пытался выделить общие черты между анархизмом и синдикализмом, он настаивал на том, что последний является «самодостаточным». Заявления Монатте вызвали резкую критику со стороны Эррико Малатесты, который, хотя и не отрицал профсоюзную деятельность как средство революционной борьбы за самоуправление рабочих, считал, что профсоюзы существуют прежде всего для защиты интересов рабочих в рамках существующей системы. Он также отверг возможность того, что всеобщая забастовка может заменить восстание как основное средство социальной революции, хотя и полагал, что она может послужить ее толчком. В заключение он призвал анархистов преобразовать профсоюзы в анархистские организации; Амеде Дюнуа продолжил работу, заложив основу анархистского синдикализма, призывая заменить абстрактный «чистый анархизм» конкретным «рабочим анархизмом». Когда Конгресс создал бюро для Анархистского Интернационала, в него вошли синдикалисты, такие как русский Александр Шапиро, англичанин Джон Тернер и немец Рудольф Рокер. Однако бюро просуществовало недолго и к 1911 году было распущено. Несмотря на напряженность между синдикализмом и анархизмом в Западной Европе, анархистские рабочие движения в Испании и Латинской Америке продолжали испытывать влияние революционного синдикализма. В 1907 году испанские рабочие организации, последовавшие за FRE и FTRE, вновь объединились в федерацию «Рабочая солидарность» (SO), целью которой была замена капитализма социалистической рабочей экономикой. Вскоре она приобрела большое влияние в промышленном регионе Каталонии, где в 1909 году организовала всеобщую забастовку против испанского вторжения в Марокко, хотя она была жестоко подавлена во время «Трагической недели». В 1910 году рабочие организации по всей Испании объединились в Национальную конфедерацию труда (CNT), основанную на синдикалистской модели французской CGT. Она приняла синдикалистские цели – восьмичасовой рабочий день, минимальную заработную плату и революционную всеобщую забастовку, поддержала анархистский принцип отказа от политических партий и подтвердила, что синдикализм является средством, с помощью которого рабочие могут освободиться. Движимая этой характерной анархистской формой синдикализма, в течение года CNT насчитывала 30 000 членов и организовала крупные забастовки в крупных городах по всей Испании. Организация была запрещена в 1911 году, но продолжала свою деятельность подпольно, организуя несколько всеобщих забастовок по всей стране до своего публичного возрождения в 1914 году. К этому времени анархистские рабочие движения также стали заметными по всей Латинской Америке. В 1901 году была создана Аргентинская региональная рабочая федерация (FORA), а к 1905 году она приняла анархистский коммунизм в качестве своей политической философии, отвергая политическую нейтральность (или «самодостаточность») синдикалистских профсоюзов. FORA организовала серию всеобщих забастовок в Росарио и Буэнос-Айресе, часто сталкиваясь с жесткими полицейскими репрессиями, но также добиваясь улучшения условий труда. Испанские анархисты сообщали, что в тот период в Аргентине «почти все рабочие – анархисты». Тем не менее, к 1916 году вопрос о «нейтральном синдикализме» привел к расколу FORA на анархистские и умеренные фракции. FORA также послужила моделью для создания других организаций, включая: Уругвайскую региональную рабочую федерацию (FORU), организовавшую серию всеобщих забастовок в различных секторах уругвайской экономики, что привело к достижению восьмичасового рабочего дня; и Парагвайскую региональную рабочую федерацию (FORP). Во время Мексиканской революции анархисты сотрудничали в свержении режима Порфирио Диаса и создали синдикалистский профсоюз «Дом рабочего мира» (COM). COM сформировал союз с конституционалистами против революционных сил Панчо Вильи и Эмилиано Сапаты, но к 1916 году сам был подавлен конституционным правительством. Анархистские профсоюзные деятели также добились значительного влияния на Кубе и в Бразилии, где они создали Бразильскую конфедерацию трудящихся (COB). В Чили анархистские общества сопротивления и «манкомуналес» организовали серию забастовок, но были жестоко подавлены правительством. В Перу анархистские профсоюзы организовали ряд всеобщих забастовок, добившихся восьмичасового рабочего дня. Анархистские профсоюзы также были созданы в Боливии, Эквадоре и Панаме, среди других стран. По мере того как анархистские и синдикалистские движения набирали силу по всему миру, синдикалисты, участвовавшие в Амстердамском конгрессе 1907 года (под руководством Кристиана Корнелисена), создали Международный синдикалистский бюллетень, посредством которого они стремились установить связи между синдикалистскими организациями и дальнейшим развитием движения. Революционные синдикалисты в Западной Европе призвали CGT созвать международный профсоюзный конгресс, который также позволил бы участвовать реформистским профсоюзам, чтобы способствовать единству рабочего класса. Международная секретариат национальных профсоюзных центров (ISNTUC) была создана под руководством немецких социал-демократов, которые блокировали резолюции о всеобщих забастовках и антимилитаризме в повестке дня конгресса. CGT первоначально бойкотировала конференции, но в конечном итоге решила принять участие, несмотря на свою неспособность продвигать свои цели в рамках организации. Отделившись от ISNTUC, британская ISEL решила взять на себя инициативу по проведению международного синдикалистского конгресса, который пригласил бы всех синдикалистов, поддерживающих революционную классовую борьбу и отвергающих политические партии. В сентябре 1913 года конгресс был созван в Holborn Town Hall в Лондоне, собрав делегатов от синдикалистских организаций из Аргентины, Бельгии, Бразилии, Великобритании, Кубы, Франции, Германии, Италии, Нидерландов, Испании и Швеции. С Кристианом Корнелисеном в качестве секретаря и Александром Шапиро в качестве переводчика, конгресс обсудил ряд вопросов. Возникли разногласия между сторонниками революционного синдикализма и теми, кто, подобно Альчесте Де Амбрису, пытался преуменьшить антикапиталистические и антигосударственные резолюции. Конгресс принял революционную синдикалистскую декларацию о классовой борьбе и прямом действии против капитализма и государства; он призвал к формированию независимых профсоюзов, которые могли бы организовывать как для немедленного улучшения условий труда, так и для подготовки к революционной всеобщей забастовке.

Международная ассоциация рабочих

С 1918 года CNT приобрела значительный вес и сыграла выдающуюся роль в событиях всеобщей забастовки La Canadiense, которая парализовала 70% промышленности Каталонии в 1919 году. В том же году численность CNT достигла 700 000 человек. Примерно в это же время среди работодателей распространилась паника, что привело к практике пистолеристизма (наём головорезов для запугивания активных профсоюзных деятелей), вызвавшей спираль насилия, серьёзно затронувшую профсоюз. Эти наёмники были ответственны за убийство 21 профсоюзного лидера за 48 часов. В 1922 году в Берлине была основана Международная рабочая ассоциация (IWA), к которой CNT немедленно присоединилась, но с приходом к власти диктатуры Мигеля Примо де Риверы профсоюз был вновь запрещён в следующем году. Однако, с подъёмом рабочего движения после Русской революции, была сформирована организация, которая должна была стать современной IWA, провозгласив себя «истинным наследником» первоначального Интернационала. Успешная революция 1917 года под руководством большевиков в России нашла отражение в волне синдикалистских успехов по всему миру, включая борьбу Промышленного союза рабочих (IWW) в Соединённых Штатах, создание массовых анархистских союзов в Латинской Америке и масштабные синдикалистские забастовки в Германии, Португалии, Испании, Италии и Франции, где отмечалось, что «нейтральный (экономический, но не политический) синдикализм был сметён». Окончательное формирование этого нового интернационала, тогда известного как Международная ассоциация рабочих, состоялось на нелегальной конференции в Берлине в декабре 1922 года, ознаменовав окончательный разрыв между международным синдикалистским движением и большевиками. В состав IWA входили Итальянский синдикалистский союз (500 000 членов), Аргентинская региональная рабочая организация (200 000 членов), Генеральная конфедерация трудящихся Португалии (150 000 членов), Свободный союз рабочих Германии (120 000 членов), Комитет защиты революционного синдикализма во Франции (100 000 членов), Федерация «Комбатант» из Парижа (32 000 членов), Центральная организация рабочих Швеции (32 000 членов), Национальный секретариат труда Нидерландов (22 500 членов), Промышленный союз рабочих Чили (20 000 членов) и Союз синдикалистской пропаганды в Дании (600 членов). Первыми секретарями Интернационала были известный писатель и активист Рудольф Рокер, а также Огюстен Суши и Александр Шапиро. После первого конгресса к ним присоединились другие группы из Франции, Австрии, Дании, Бельгии, Швейцарии, Болгарии, Польши и Румынии. Позже, блок профсоюзов в Соединённых Штатах, Колумбии, Перу, Эквадоре, Гватемале, Кубе, Коста-Рике и Сальвадоре также приняли устав IWA. IWW, крупнейший синдикалистский союз в Соединённых Штатах, рассматривал возможность присоединения, но в конечном итоге отказался от этого в 1936 году из-за религиозной и политической политики IWA. Хотя IWW и не являлся анархо-синдикалистским, он испытывал влияние развития революционного синдикализма на рубеже XX века. На учредительном съезде в 1905 году влиятельные члены с сильными анархистскими или анархо-синдикалистскими симпатиями, такие как Томас Дж. Хагерти, Уильям Траутман и Люси Парсонс, внесли вклад в общую революционную синдикалистскую направленность союза. Хотя термины «анархо-синдикализм» и «революционный синдикализм» часто используются как взаимозаменяемые, термин «анархо-синдикализм» не получил широкого распространения до начала 1920-х годов: «Термин «анархо-синдикалист» вошёл в широкое употребление только в 1921–1922 годах, когда коммунисты стали использовать его в полемике как уничижительное обозначение для любых синдикалистов, выступавших против усиления контроля коммунистических партий над синдикализмом». Переводы первоначального заявления о целях и принципах IWA (разработанного в 1922 году) относятся не к анархо-синдикализму, а к революционному синдикализму или революционному профсоюзному движению. Biennio Rosso («Красный двухлетний период») — это двухлетний период (1919–1920 гг.) интенсивного социального конфликта в Италии после Первой мировой войны. Biennio Rosso разворачивался в условиях экономического кризиса после войны, характеризующегося высокой безработицей и политической нестабильностью. Он характеризовался массовыми забастовками, демонстрациями рабочих и экспериментами по самоуправлению посредством оккупации земли и фабрик. Многие из наиболее видных членов IWA были сломлены, вынуждены уйти в подполье или уничтожены в 1920-х – 1930-х годах, когда фашисты пришли к власти в странах Европы, и рабочие перешли от анархизма к кажущемуся успеху большевистской модели социализма. В Аргентине FORA уже начала приходить в упадок к моменту своего вступления в IWA, разделившись в 1915 году на пробольшевистские и антибольшевистские фракции. С 1922 года анархистское движение там потеряло большую часть своих членов, что усугублялось дальнейшими расколами, особенно вокруг дела Северино Ди Джованни. Оно было разгромлено военным переворотом генерала Урибуру в 1930 году. FAUD в Германии боролась на протяжении конца 1920-х и начала 1930-х годов, когда штурмовики взяли под контроль улицы. На её последнем национальном конгрессе в Эрфурте в марте 1932 года профсоюз попытался создать подпольное бюро для борьбы с фашистами Адольфа Гитлера, но эта мера не была реализована, поскольку массовые аресты уничтожили ряды заговорщиков. Редактор органа FAUD «Der Syndikalist» Герхард Вартенберг был убит в концентрационном лагере Заксенхаузен. Карл Виндхофф, делегат на Мадридском конгрессе IWA 1931 года, сошёл с ума и также умер в нацистском лагере смерти. Массовые суды над членами FAUD проводились в Вуппертале и Рейнской области; многие из них не пережили лагеря смерти. К 1924 году организация была вынуждена уйти в подполье, и хотя она всё ещё могла организовывать значительные забастовки шахтёров, металлургов и мраморщиков, приход Муссолини к власти в 1925 году предрешил её судьбу. К 1927 году её ведущие активисты были арестованы или изгнаны. CGT в Португалии была вынуждена уйти в подполье после неудачной попытки свергнуть недавно установленную диктатуру Гомеша да Кошты с помощью всеобщей забастовки в 1927 году, в результате которой погибло около 100 человек. Она просуществовала в подполье с 15–20 000 членами до января 1934 года, когда призвала к всеобщей революционной забастовке против планов замены профсоюзов фашистскими корпорациями, которая провалилась. Она продолжала существовать в значительно сокращённом виде до Второй мировой войны, но фактически прекратила своё существование как боевой профсоюз. Массовые государственные репрессии повторили подобные поражения по всему миру, поскольку анархо-синдикалистские профсоюзы были уничтожены в Перу, Бразилии, Колумбии, Японии, Кубе, Болгарии, Парагвае и Боливии. К концу 1930-х годов легальные анархо-синдикалистские профсоюзы существовали только в Чили, Боливии, Швеции и Уругвае. Однако, возможно, самым сокрушительным ударом стала Гражданская война в Испании, в ходе которой CNT, заявлявшая о численности в 1,58 миллиона членов, была вынуждена уйти в подполье после поражения Испанской Республики от Франсиско Франко. Шестой конгресс IWA состоялся в 1936 году, вскоре после начала Испанской революции, но не смог оказать серьёзную материальную поддержку своему отделению. IWA провела свой последний предвоенный конгресс в Париже в 1938 году; за несколько месяцев до вторжения Германии в Польшу она получила заявку от ZZZ, синдикалистского профсоюза в этой стране, заявлявшего о численности до 130 000 рабочих — члены ZZZ впоследствии стали ядром сопротивления нацистам и участвовали в Варшавском восстании. Однако, Интернационал собрался вновь только в 1951 году, через шесть лет после окончания Второй мировой войны. Во время войны только один член IWA смог продолжать функционировать как революционный профсоюз — SAC в Швеции.

Послевоенный спад

Анархо-синдикализм пережил упадок после Второй мировой войны, поскольку социальный корпоративизм укоренился в Западном блоке, а политические репрессии усилились в Восточном блоке, в результате чего анархо-синдикалистские организации в Болгарии, Восточной Германии, Польше и Венгрии были разгромлены. Анархо-синдикалисты столкнулись с жестокими репрессиями в франкистской Испании, при этом CNT пыталась продолжить свою анархо-синдикалистскую деятельность в подполье. В 1946 году в организации произошел раскол из-за вопроса о поддержке единого фронта с другими антифашистскими силами, раскол, который сохранялся до воссоединения КНТ в 1960 году. Большая часть работы НКТ проходила в изгнании во Франции, где насчитывалось не менее 30 000 активных членов. Португальская CGT также подверглась репрессиям со стороны Estado Novo, и ее подпольная деятельность прекратилась к 1960-м годам. Политические репрессии обрушились и на анархо-синдикалистов в Латинской Америке. Аргентинская FORA пыталась сопротивляться правительству Хуана Перона посредством забастовок и демонстраций, но к 1950-м годам их независимые профсоюзы и издания были закрыты, а членство сократилось. Анархо-синдикалистские федерации в Уругвае, Чили и Боливии также распались в начале 1950-х годов, многие из них слились с основными профсоюзными федерациями. Анархо-синдикалисты продолжали играть ведущую роль в латиноамериканских профсоюзах до 1960-х годов. Хотя анархо-синдикалисты имели возможность осуществлять легальную деятельность в Западной Европе, существенного возрождения движения не произошло. Во Франции Национальная конфедерация труда (CNT) смогла объединить десятки тысяч рабочих в крупных городах, но ей не хватало материальной и организационной мощи, поэтому ее члены вскоре перешли в более массовые профсоюзы. Итальянская USI также была реорганизована, но не смогла стать значительной силой. В Швеции SAC удалось сохранить относительно большое членство, но также столкнулась со снижением численности в 1950-х годах. Анархисты во Франции и Италии стали рассматривать анархо-синдикализм как фактор, раскалывающий рабочее движение, и вместо этого начали отдавать предпочтение мелкомасштабной деятельности в рамках существующих профсоюзов. По мнению историков Марселя ван дер Линден и Уэйна Торпа, изменения в западной капиталистической системе, такие как обострение разделения труда в результате растущей рационализации и автоматизации производства, способствовали этому упадку анархо-синдикалистского движения и более широкого радикального рабочего движения. Кейнсианская экономика также привела к увеличению государственного вмешательства в экономику, что привело к возникновению государств всеобщего благосостояния, которые улучшили условия жизни рабочих и дали им заинтересованность в функционировании их экономических систем. Ван дер Линден и Торп полагали, что эти новые материальные реалии поставили перед анархо-синдикалистским движением три возможности: твердо придерживаться своих принципов, рискуя маргинализацией; пересмотреть некоторые из своих принципов, чтобы адаптироваться к новым материальным условиям; или полностью раствориться и слиться с реформистским профсоюзным движением. Первым путем пошла МТС, которая в 1950-х годах приняла ряд резолюций, подтверждающих свои анархо-синдикалистские принципы, отвергая сотрудничество с государственными структурами и отказываясь от своей прежней позиции "тактической автономии". Это вызвало раскол в IWA, в результате которого голландская и шведская секции покинули международную организацию в 1958 году. Второй путь был выбран SAC, который решил пересмотреть свои принципы, чтобы идти в ногу с модернизацией, продолжая называть себя анархо-синдикалистским. На эту ревизионистскую тенденцию повлиял немецкий синдикалист Гельмут Рудигер, который выступал против "ортодоксальности" антигосударственности. Рудигер полагал, что новые социальные условия означают, что отмена государства не только упразднит аппарат угнетения, но и новые системы социального обеспечения, от которых, по его мнению, рабочие никогда не откажутся. Вместо этого он предложил, чтобы анархо-синдикалисты, вместо того чтобы ждать будущей социальной революции, действовали в рамках существующей системы, чтобы реформировать ее в направлении большей демократизации, что, по его мнению, оправдывает работу в рамках единых фронтов и участие в местных выборах. С учетом этих новых взглядов SAC начал участвовать в шведском государстве всеобщего благосостояния, играя ключевую роль в администрировании фондов страхования от безработицы. В 1952 году члены SAC одобрили декларацию о том, что их целью является установление промышленной демократии путем постепенной передачи контроля над частными и государственными предприятиями от акционеров к работникам. Организация отказалась от того, что SAC назвала "волшебной палочкой революции", вместо этого взяв на себя роль левой оппозиции в шведской системе социального обеспечения. Создание SAC фондов страхования от безработицы способствовало привлечению в свои ряды большего числа рабочих, но также сделало ее объектом критики со стороны международного анархо-синдикалистского движения, которое обвинило ее в реформизме и коллаборационизме. К 1960-м годам IWA пришла к самому низкому уровню своего развития, поскольку анархо-синдикалисты в основном занимались предоставлением теоретических анализов новых разработок как в капиталистических, так и в социалистических государствах. Только после протестов 1968 года и перехода Испании к демократии анархо-синдикалистское движение начало переживать возрождение. CNT вновь приобрела известность в Испании, к концу 1970-х годов насчитывая 300 000 членов, но в конечном итоге не смогла стать ведущей силой в постфранкистский период. Между тем, новые анархо-синдикалистские организации были созданы в странах по всей Европе. В 1980-х годах глобализация и неолиберализм привели к демонтажу государств всеобщего благосостояния на Западе, а Восточный блок рухнул в результате революций 1989 года. Это вызвало кризис в левой политике, поскольку социал-демократические партии приняли неолиберализм, а основные профсоюзы не смогли предотвратить ухудшение условий жизни и труда, в результате чего многие рабочие столкнулись с растущей нестабильностью. Анархо-синдикалисты считали это моментом, который продемонстрировал проблемы, присущие капитализму и государству, и вновь начали представлять либертарный социализм как необходимую альтернативу существующей системе.

Современное возрождение

К началу XXI века анархо-синдикализм пережил возрождение, поскольку анархо-синдикалистские организации вновь возникли по всему миру. В Европе и Америке были реанимированы существовавшие ранее и дремлющие организации, в то время как в Африке и Азии были созданы совершенно новые. В Аргентине была восстановлена FORA, а испанская CNT, французская CNT и итальянская USI стали более активными. Анархо-синдикалистские группы были созданы в Индонезии, Нигерии и Сирии, а в Сьерра-Леоне был основан филиал IWW. Это совпало с возрождением аграрного социалистического движения, поскольку организации, связанные с Via Campesina, начали координировать сопротивление коренных народов и крестьян неолиберализму и глобализации. Несмотря на то, что эти организации оставались относительно небольшими, они переориентировались на радикализацию существующих инициатив рабочего самоуправления и самоорганизации, вместо попыток взять на себя руководство рабочим движением. Анархо-синдикалисты стали более заметны в социальных конфликтах: испанская CNT выросла до 10 000 членов и участвовала в одних из самых радикальных забастовочных акций в стране. В Пуэрто-Реале рабочие собрания, возглавляемые CNT, организовали массовую забастовку и применили формы прямого действия против закрытия местной верфи. Забастовщики возводили баррикады по всему городу, вступали в уличные столкновения с полицией и совершали акты саботажа, в конечном итоге обеспечив сохранение порта. В 2000-х годах CNT организовала серию массовых забастовок в городах по всей Испании, а USI участвовала в ряде всеобщих забастовок в Италии. В посткоммунистической России анархо-синдикализм был возрожден Революционной конфедерацией анархо-синдикалистов (КРАС), которая участвовала в ряде забастовочных акций, распространяла анархистскую пропаганду и занималась антимилитаристской деятельностью. К 2007 году IWA выросла до 16 секций, представляющих организации со всего мира. В том же году на саммите революционных синдикалистов собралось 250 делегатов со всего мира, при этом африканские профсоюзы представляли самую многочисленную делегацию. Современное анархо-синдикалистское возрождение также принесло с собой новую волну расколов, поскольку были сформированы новые синдикаты с намерением обрести массовую базу, участвовать в рабочих советах и добиваться социальных реформ. К этим новым организациям относятся Генеральная конфедерация труда (CGT), отколовшаяся от испанской CNT в 1984 году; CNT F, отделившаяся от французской CNT в 1995 году; и итальянские Cobas. В течение нескольких десятилетий CGT выросла до третьего по величине профсоюза Испании, представляющего более двух миллионов рабочих, а COBAS насчитывала сотни тысяч членов. Вместе эти организации основали новый интернационал – Федерацию европейского альтернативного синдикализма, в 2003 году.

Теория и политика

Анархо-синдикалисты считают, что прямые действия, осуществляемые рабочими, в отличие от косвенных действий, таких как избрание представителя на государственную должность, позволят рабочим освободиться. Анархо-синдикалисты полагают, что рабочие организации, выступающие против системы заработной платы, в конечном итоге станут основой нового общества и должны быть самоуправляемыми. В них не должно быть начальников или "деловых агентов"; вместо этого работники сами должны решать вопросы, которые их касаются. Рудольф Рокер – одна из наиболее влиятельных фигур в анархо-синдикалистском движении. Ноам Чомски, испытавший влияние Рокера, написал предисловие к современному изданию книги «Анархо-синдикализм: теория и практика». Чомски, член организации «Индустриальные рабочие мира» (IWW), называет себя анархо-синдикалистом и считает эту позицию наиболее подходящим применением классической либеральной политической теории к современному индустриальному обществу.